Результатов: 5

1

Служебная переписка в карточке заявки на гарантийное обслуживание холодильника:
Оператор 19-10-2020: Проверка качества

Мастер 20-10-2020: Дефектов нет. Клиенты полностью отшибленные и неадекватные. Несмотря на то, что я переобулся в тапочки - заставили меня ходить только по бумажкам. Ожидают от холодильника что температура будет одинаковой в любом месте камеры всегда.

Оператор 10-11-2020: Обращение клиента по телефону, не довольны результатом проверки - в морозильной камере большой разброс температур между разными отсеками, который разнится от минимальной температуры (-23), которую можно задать, до максимальной (-15) - т.е. большое несоответствие заданному режиму (диапазон 8 градусов)

Мастер 10-11-2020: мнение клиента и законы термодинамики несовместимы, тут наша обязательства, как говориться, всё.

3

Веня стоял в отдалении и с тоскливо размышлял, как ему поступить. Он чувствовал, что все проходящие мимо него смотрят, и понимающе ухмыляются. Выждав какое-то время, он с безразличным видом отошел в сторону, чтобы никто ни чего не подумал. Но идти надо было. Он с тоской смотрел на табличку у входа. «Бляяя….почему не могли просто написать КВД. Почему на стене кричаще заманивающе сияли три слова: Кожно-венерический диспансер». Он чуть не застонал.
Веня знал, что сифилис, это будет наименьшее из бед, что ждет его, когда он возьмется за ручку двери. Кто-то из пацанов говорил, что молекула сифилиса живет 30 секунд. Веня никак не мог подгадать, потому, что в дверь кто-то постоянно заходил, и выходил. Наконец ему повезло. Локтем он зацепил ручку, и проскользнул внутрь.

Хлорированное равнодушие холла встретило его белым кафелем и обилием черно-белых фотографий и бумажек, напечатанных в типографии, предупреждающих об опасности случайных встреч. Веня чуть не взвыл от ужаса.
Пару часов назад отстояв в районной поликлинике очередь, в которой были люди по номеркам, по живой очереди, и – только спросить, он, бодро зайдя к дерматологу, деловито буркнул: «Мне справку в бассейн». Врач взял карточку, начал писать справку и вдруг устало снял очки:
- Тебе полных-то лет сколько?
- Четырнадцать.
- Ну, так, милый мой, тебе теперь не к нам.
- А куда?
- Едешь угол Наличной, там КВД, там тебе все выдадут.
- Куда?- недоумение Вени было настолько искренним, что врач заухмылялся.
- КВД. Знаешь что это?
- Вы наверное не поняли. Мне – справку в бассейн!!!! Я здоров. Мне – в бассейн,- Веня пытался объяснить этому тупому доктору, что справка ему нужна - в бассейн.
- Да я понял-понял. Ты по возрасту уже не проходишь. Дуй туда, там все дадут. Все.
Он нажал кнопку. Лампочка за дверями моргнула, и какая-то мамаша с ребенком, выпихнула его за дверь. Он стоял в полном недоумении и прострации. КВД. От самого этого слова веяло заразой. И воспоминания о матросах Колумба – были отнюдь не уважительны.
И вот теперь, чувствуя себя почти голым, он напряженно стоял перед окном, на котором малярной кистью, обреченными красными буквами было написано: «Регистрация». Чтобы никто ничего не подумал. Веня громко и отчетливо прокричал:
- Мне справку в бассейн.
- Чего орешь,- шикнула на него тетя из «окошка», - На направление на первичный прием.
- Какой первичный,- перешел на доверительный шепот Веня, - Мне справку….Я в яхт-клубе... а мы в бассейн ходим, - сбивчиво стал оправдываться он.
- Второй этаж, первичный прием в порядке живой очереди, - и тетя уткнулась в свои дела на столе.
Собрав в кулак волю и мужество, стараясь ни к чему не прикасаться, Веня поднялся на второй этаж.
- Мне справку в бассейн. Кто последний?
Он неуверенно пискнул, увидев разбитную очередь из десятка мужиков, галдевших в коридоре. Мимо независимо промаршировал известный певец, исполняющий песню про то, как хорошо в Комарово. По коридору прошла медсестра.
- Трое первичных проходим.
- Извините, - дернулся Веня.
- Что?
- Мне справку в бассейн.
- Заходи тоже.
Мужики строем вошли в кабинет и замерли ленивой шеренгой. Где-то у стены за столом сидел врач и что-то писал.
- Штаны снимаем, оголяем крайнюю плоть.
- ……я не буду, - тихо охнул Веня.
- Тебе чего?- врач поднял голову.
- Мне… мне справку в бассейн, - тоскливо пробубнил Веня.
- Снимаем рубашку, штаны приспускаем, оголяем крайнюю плоть, - меланхолично ответил врач, возвращаясь к своим бумажкам.
- Я не буду, - твердо ответил Веня.
Мужики заржали:
- Слышь, эскулап, чо ты парня гноишь. Он еще болт не мочил поди, а ты ему – оголяем.
Врач по-Чеховски посмотрел на Веню.
- Так, все вон, а ты ко мне.
Краснея и холодея от ужаса, он подошел ближе.
- Рубашку задери. Аллергии нет? Половой жизнью живешь?
- …….., - что-то невнятно сипел Веня.
- Одевайся, - улыбнулся доктор, - Что за спорт?
- Парусный.
- Ого. Красиво. Сейчас справку напишу, печать в регистратуре.
Начиная любить этого мудрого доктора, путаясь в пуговицах, Веня стал приводить себя в порядок. Сгорая от смущения, он поднял глаза, и увидел на листе ватмана, растянутого где-то под потолком, аскетичную, и по-Хаймовски, емкую фразу. Эта фраза во многом определила ему философский взгляд на будущее. Фраза, которую он бормотал и на «стрелках», и на гонках, да и так, в минуты хандры:
«Все болезни от нервов, только венерические – от удовольствия».

4

Мне сниться сон, что я лечу по трассе на своём бумере, вжав педаль в пол, потом какие то фуры, какая то коммерция... проснулся лежу весь в очарование сна, мне счастливо и грустно, что был у меня бумер акула 732 и я любил погонять, не жалея бензина, по пустынным ранее трассам. Было время, когда деньги делались из воздуха и тут же не жалея проматывались, есть, что вспомнить и грустно, что сейчас молодым это уже ничего не доступно, главное нет той свободы, когда можно было всё, и вся жизнь зависела только от тебя. Когда мерилом была честь и слово данное тобой надо было держать, а не доказывать в судах по бумажкам. Это ощущение знакомо только во времена революций или в неизведанных новых землях, когда перед тобой весь новый мир.
Была молодость и свобода...

Мне счастливо и грустно, и в голове звучит музыка «Как часто вижу я сон, Мой удивительный сон, В котором осень нам танцует вальс-бостон. Опьянев от наслажденья, О годах забыв,....»

5

Прошлым летом было дело. Сняли мы с мужем дачу в поселке Кратово на отпуск. К даче бесплатно прилагалась кошка Фрося - идеальное кошачье существо: пушистое, красивое, ласковое и самостоятельное. Хозяйка пояснила, что Фрося считает дачу родным домом и регулярно сбегает туда, если попытаться забрать ее в город. Так что нам оставили мешок кошачьей еды и строгий наказ позвонить хозяйке, если Фрося пропадет из видимости больше чем на два дня.
В один дождливый темный вечер, наблюдая, как Фрося пристально разглядывает что-то в углу веранды (нам невидимое, но кошки-то особенные существа), разговорились мы с мужем о домовых и прочей деревенской нечисти. Так хорошо разговорились, что я всю ночь глаз не сомкнула, а посещение "удобств во дворе" под утро состоялось в сопровождении мужа: одной было до слез страшно.
А утром - началось. С трюмо на той самой веранде исчезла одна моя серьга: я каждый вечер складывала украшения в блюдце на трюмо и точно помнила, что вчера обе серьги были на месте. Из комнаты окликнул муж: не брала ли я пятьсот рублей со стула у кровати. Он их с вечера специально положил, чтобы на заправку съездить.
Целых две недели из дома пропадали самые неожиданные вещи. Я недосчиталась бус, флешки и начатого вязания, муж - наушников и майки. Нечисть обнаглела вконец: пропалало то, что всегда клали на одно и то же видное место. А Фрося продолжала в упор разглядывать темный угол веранды, чем страшно нас нервировала. Регулярное чтение крипипасты с ноута только подливало масла в огонь.
И вот - отъезд. Пьем чай с хозяйкой, она приглашает приезжать еще, муж со смехом рассказывает про домового... и хозяйка, всплеснув руками, кричит: "не сказала же я вам!" - и бежит в сторону тех самых удобств во дворе. Там с обратной стороны - кладовочка, где хранится садовый инструмент и всякие старые тряпки.
На полу кладовки мы обнаружили целую сокровищницу. Бумажные купюры - помятые, но целые. Резиночки для волос, в которых я опознала только одну свою. Шишки, маленькие луковицы, рваная бумага, тряпки, среди которых и майка мужа, наушники, бусы, пропавшие серьга и флешка. Вязание тоже нашлось, хотя было уже непригодно к продолжению. Из неопознанных вещей почему-то особенно запомнился резиновый пупс.
Идеальная кошка Фрося страдала странной разновидностью клептомании. В кладовке у нее действительно была сокровищница, куда воровка тащила все приглянувшееся. По каким признакам, кроме возможности унести в зубах, вещи приглядывались Фросе, - загадка. Но самую большую слабость она, видимо, питала к резиночкам для волос и бумажкам, деньгам в том числе.
Хозяйка извинилась и предположила, что Фрося должна была родиться сорокой, вон и окрас подходящий, но что-то не сложилось.
Взгляда Фроси, заставшей нас над разоренной сокровищницей, не забуду никогда.
Если в этом году получится снять ту же дачу - привезу ей резиночек и бумажек и разложу на видных местах. Пусть клептоманит. Должна же в идеальной кошке быть... хм... изюминка.