1
Однажды Георгий ехал на поезде из Берлина.
Начались школьные каникулы. Творился адище. Билетов на выходные не было вообще. Онлайн они не покупались. Георгий съездил в кассу на вокзал, и ему сказали, что билетов нет на 2 дня. Он вернулся в горести в отель, и тут внезапно билеты открылись онлайн. «Кому-то в Германии очень надо, чтобы я уехал» - догадался Георгий, и выглянул в окно, дабы увидеть у отеля лиц в чёрной форме. Их там не было, эти суки быстро прячутся.
Георгий уже знает германские поезда. Они не самые поездатые в мире, но славны своей пунктуальностью – опаздывают всегда. Один раз Георгий проебал по причине опоздания «Дойче Бан» (недаром эта контора везде отображается как ДБ, что точно объясняет её сущность) пересадку в Нидерланды, и не успел на интервью из-за этих черепах. В точное время Георгий прибыл на вокзал. Нужный путь он нашёл сразу, поэтому купил у сексуального меньшинства в киоске (он был накрашен, как школьница девяностых на дискотеку) сэндвич с пастрами, и успел позавтракать. Далее, на перроне собралось дохуя народу.
Георгий, как истинно русский и православный ввинтился в толпу, и воззвал к Господу. Господь наш всемогущий подал вагон точно к небритой личности Георгия. Тот заскочил внутрь, и занял место согласно купленному билету. Вовремя. Спустя какое-то время были забиты все купе, и люди принялись садиться на пол в проходе. На них стали орать, чтобы они поднялись, ибо так больше влезет. Скоро было заполнено всё. Часть немецких и прочих трудящихся осталась на перроне, и возопила, что их не пускают с билетами.
«Дожила Гейропа-то, - посочувствовал Георгий. – Христа забыли, вот он их в поезд и не пущает». Пассажиры снаружи меж тем неистовствовали. Но поезд тронулся, оставив их в стенаниях на асфальте. Бедный народ набился в проход с чемоданами, как пельмени в пачке. Георгий пребывал в некотором удивлении. Он привык, что в Германии орднунг, а тут прямо Содом и Гоморра, будто у той личности в киоске с пидорскими пастрами. Ситуацию несколько извиняло то, что поезд был не немецкий, а принадлежал одному из восточноевропейских государств. Очень гордому и пиздатому своей независимостью.
С середины вагона завывала женщина. Она хотела пробраться в туалет, но на её пути стояли чемоданы и люди, являя собой заслоны, словно на пути полчищ татаровьев к Козельску. Женщина призывала пропустить её поссать, однако гвардия прохода умирала, но не сдавалась. Женщина угрожала ссать прямо сейчас, и это несколько поколебало ряды храбрецов. Забираясь на чемоданы, ругаясь на трёх языках, плюща сисясточек и даруя радость мужчинам (ибо прижималась к ним задницей), дама добралась до искомого. Затем проследовал путь обратно. Остальные стояли, стиснув зубы, и терпели естественные позывы. Ибо стало ясно, что до унитаза придётся пройти через всё пламя чистилища..
Рядом сидел дедушка, и увидев, что Георгий читает русскую книгу, заговорил с ним по-русски. На них посмотрело всё купе. «А зачем вы к нам едете?» - спросил дедушка. – «Сейчас такое вообще творится. Нет, я лично люблю русских (тут на него снова посмотрело всё купе), но для вас у нас может быть небезопасно». «Я, знаете ли, алкоголик, - улыбнулся ему Георгий. – Хобби такое – пью в каждой стране. 104 государства уже объездил, а у вас не был. Напьюсь, как свинья, и обратно». Дедушка обрадовался, и пригласил Георгия выпить. Даже визитку дал, приличный человек.
Через 3 часа, в крупном городе, вышла уйма народу. Георгий поразился, как они проехали столько, стоя с детьми, чемоданами, и ссущей женщиной (телефон предлагал исправить на сущая или сучья, но Георгий ему не дал). Стало посвободнее, появилось чутка воздуха. Поезд опаздывал уже на 15 минут, но, в принципе, Георгия это больше не волновало. Его же пригласили выпить, а это для русского человека значит, что мир расцвёл ста цветами.
На вокзале его встречал связной.
- Ты зря приехал в будёновке и форме НКВД, - сказал он. – Надо соблюдать конспирацию.
«И вправду», - подумал Георгий, и надел тёмные очки.
(с) Zотов
|