Результатов: 22

1

С тяжким звероподобным рвением…
Рязань, сука…
Там живут такие рукастые мужуки… что ой.
Соль земли.
И упрямые ажжуть. А так же с смекалкой, хитринкой и ебанинкой.
НЕ НА ВИ ЖУ.
Допрос надо начинать сразу -с третьей степени. Ни в коем случае отправлять коробку нельзя. Она и не поедет, и разберут и переставят запчасти в свою и та тоже не поедет, и орать будут и почему твоя не едет и та, в которую запчасти своровали тоже.
А моя не поедет, потому что там такой колхоз… всем колхозам колхоз… кибуц имени овуляции Розы Люксембург и дефлорации Клары Цеткин.
Причем всю информацию надо тянуть раскаленными клещами.
Врут, как партизаны на допросах.
«Ты что там делал, сука?» - этого мы до конца так и не узнаем. Ибо многое творилось в состоянии потери сознания. Точнее , необретении оного.
И не ведали, что творили, и забыли.
Все по Жванецкому.
«Потом меня спрашивали: «Куда ты воткнул, вспомни давай!»
Комиссия приехала из Москвы, меня спрашивала: «Куда ты втыкал, ты можешь вспомнить?» Какое вспомнить, когда врачи ко мне вообще два месяца не допускали, у меня состояние было тяжелое.»

Машину везти не хотят категорически. Это ж хлопоты. А 9 раз снимать ставить коробку-намана.
Потом привозят на грязной бельевой веревке. Где три узла (рвалась и вязали заново)
И начинается… исследовательская работа .
«Из чего слепили Франкенштейна»

Через неделю становится более менее понятно, из чего я его слепила из того что было.

Мужуки рязанские начинают покрикивать. Мол, чего так долго-то? Мы ж почти все сделали уже! Полгода еблися! Вам там токо дунуть плюнуть!

Опять мат, вопли: забирай это говно! , потом хмурое исполобья осуждение обчества, но уже молча.

Доходим до того, что наконец-то можно прочесть ощибки. Включаем.
Мама, роди меня обратно.
Я там даже некоторых кодов не знаю. За 20 лет ни разу не встречал.
Электрик лезет под капот только за двойную плату и под угрозой физической расправы.
Мужукам выкатывается прайс, где милосердием и не пахнет. Те в истерике.
Но волшебное: заберинахуй помогает.
Три недели. Машина заводится. Сопли в элекрике выдраны и сделано все по уму.

Обана. Ни стартер, ни генератор ни аккумулятор нерабочие. Давно причем. Оказывается, их втихаря подменили рукастым рязанским мужукам еще более рукастые. В процессе братской помощи. Пока тачку по 10 гаражам таскали.
Крики, обвинения, отрицание, гнев, пошлинахуй, принятие, депрессия.
Машина готова. Месяца не прошло.
Денег нет. Торги, попытки спиздить машину, взывания к совести (нашей), исчезновение еще на месяц.
Через месяц опять звонки, истерика от счета за стоянку, потом делегация всем селом, торги, склоки, возбуждение ненависти и вражды по географическому признаку (дождетесь ужо, масквичи-паскуды народного гневу, вилы-то давно наточены) и вся эта шобла вываливает на воздуся.
Мучительно расставшись с дензнаками.
В сервисе неделю чувствуется запах прокисших валенок и свежего навоза.

Мамай! Услышь меня! Сожги их еще разок нахер!!!!
Субэдгей-багатур! Охально изобидь эту свору!

Остальное мое тут

https://t.me/vseoakpp

2

У Лукоморья дуб спилили
Кота на мясо порубили
Русалку в гроб заколотили
Там на неведомых дорожках
Танцуют геи в босоножках
Европа там без газа тужит
Но дяде Сэму верно служит
А дядя Сэм над златом чахнет
Дождетесь,Русью там запахнет!

3

Тачки (русская версия)
-Ну что, когда на Белуху?- вопрос сына напомнил мне отца. Именно благодаря ему в нашей семье появилась традиция ежегодных поездок в Горный Алтай. Большой поклонник йоги, отец купил целую библиотеку путеводителей и карт для поиска мест с сильной энергетикой для своих медитаций. Я до сих пор пользуюсь ими, составляя новые маршруты для путешествий по Алтаю. Мы редко заезжаем в местные села, чтобы не нарваться на неприятности. Оно и понятно- для коренных алтайцев от туристов одни проблемы: шум, мусор, увеличение цен в магазинах.
-Так ты недавно с ребятами туда ездил!
-Да ну их! Просидели в отеле. Хорошо хоть на квадрациклах немного погоняли.
Мне знаком этот отцовский тон. Я уже знаю, что мне не отвертеться. Достаю старые путеводители- куда без них?! Допустим, сидишь ты на горке камней, оставшихся от какого-нибудь Пызырыкского кургана. В молочной пелене облака сырость и холод, и вдруг занавес открывается. Солнце озаряет безжизненные скалы и древнюю дорогу. Но ты видишь сотни и тысячи людей. Охваченные горем утраты близкого для них человека, они несут сюда издалека большие круглые камни, драгоценности и оружие, так важное в то небогатое время. Другие - упорно пробивают могилу в промерзшей земле и камнях. И все это с какой-то Надеждой. Чтобы показать свою стойкость перед Великими законами, попробовать их изменить или хотя бы задобрить. Но спустя годы, другие люди, утратившие надежду, разбрасывают эти камни и уносят всё, что имеет хоть какую-то ценность.. А ты сидишь на камне и пьёшь чай из термоса. Мимо проносится новое облако, превращает в пепел всех людей, их ценности и надежды. С путеводителем в руках важно то, что на ум приходят разные мысли: иногда, что "мы все умрём", но чаще заряжаешься энергетикой предков, которые выжили в этих суровых условиях сами и нам велели. Знаете, незатейливый рисунок на камне, оставленный для тебя рукой простого человека сотни лет назад производит бОльшее впечатление, чем коммерческое полотно именитого мастера, обученного в "консерваториях"..
Так куда же ехать на этот раз? Почему-то, при планировании нового маршрута я всегда вспоминаю не знаменитое ущелье, грандиозные водопады, пещеры, ледники и перевалы, а небольшой поселок в предгорьях Алтая. Вокруг него нет ни одной самой жалкой достопримечательности, а мимо не рекомендует ехать ни один из путеводителей. И всё-же..
- Слушай, сын,- говорю я,- а что тебе больше всего запомнилось из наших путешествий по Алтаю?- Ожидаю услышать что-то про каменные грибы, Мультинские озера или спуск по серпантину с перевала Кату-Ярык.
- Село, где мы ночевали, когда колесо прокололи.
Вот это сюрприз! И отец так отвечал. А ведь было очень давно..
Мы тогда пользовались большой бумажной картой Горного Алтая. Несмотря на мелкий масштаб и точность деталей, на ней была масса ошибок- прямой участок дороги оказывался непреодолимым подъёмом по грунтовке, а мостик через речку могли разобрать местные жители в туристический сезон. Что уж говорить о качестве дорог. В наш новый маршрут входило посещение Денисовой пещеры, знаменитой тем, что она пользовалась убежищем для людей многие тысячелетия, там нашли останки древнего человека тупиковой ветви его развития. Взглянув на карту, я решил ехать к ней напрямую, не делая крюк по федеральной трассе. А что? Согласно карте, нормальный такой асфальт. Но едва мы пересекли границу республики Алтай дорога превратилась в кошмар- свеженасыпанная щебенка крупной фракции, с острыми гранями камней. Ехали мы по ней недолго. На повороте одним из камней я разрезал заднюю шину сбоку- самый плохой вариант. Установив вместо неё нежную докатку, я даже не хотел осознавать печальную реальность- поврежденная шина редкой размерности даже в городе-миллионнике только под заказ, груженая под завязку машина, отсутствие связи впереди на сотни километров, машин вокруг нет, а из помощников только отец-инвалид и девятилетний сын. Ехать можно лишь назад, отпуск на этом закончился.
По карте ближайшее село в паре десятков километров. Подъезжаем к вечеру. Село словно вымерло, ни души. Единственная шиномонтажка закрыта- здесь вам не город с круглосуточным сервисом. Но ведь и до вечера далеко! С трудом сдерживаю эмоции. Ехать дальше- большой риск. Чтобы подумать, еду потихоньку по селу. Надо же - широкая асфальтированная дорога, фонари освещения уже включили. У дороги большой Дом культуры-кинотеатр. Судя по афише, из развлечений- какое-то мероприятие через несколько дней, в субботу. Да, невесело. Чуть проехал- еще сюрприз! Дорожный патруль. Тормозят, хмурый полицейский проверяет документы.
- Почему не включены световые приборы?
Да ёлки-палки! Для полной картины еще и штраф! Обязанность ездить с включенными фарами в населенных пунктах только ввели и полицейские ревностно требовали её выполнения. Я оглянулся и хотел сказать: "А что, эта дыра является населённым пунктом?". С трудом промолчал, но полицейский меня понял.
-Вы к кому едете?
-Уже ни к кому.- И рассказал про поврежденную шину.
Полицейский отошёл и сделал несколько звонков по телефону.
- Владелец шиномонтажа уехал в соседнее село. Сможет приехать завтра утром. Дождетесь?
-Конечно. Не подскажете, где можно переночевать?
Полицейский вновь позвонил.
- Вернитесь к Дому культуры. Вас встретят.
Нас действительно встретила женщина, проводила в белоснежную комнату с занавесками в рюшечках, видимо, предназначенную для заезжих артистов. В комнате стояли кровати с накрахмаленным душистым бельем. Ну что, можно успокоится, отдохнуть. Утро вечера мудренее. Даже в предгорье темнеет очень быстро. Стоит солнцу коснуться горы- и свет словно выключают.
Утром будильник не понадобился. За окном мычали коровы, кричали петухи, где-то жужжала пилорама. Администратор "отеля" предложила парное молоко. Мы, страстные поклонники деревенского молока, скромно согласились, чтобы не напугать женщину воплями радости. Прикупили местный мёд, овощи и отправились на шиномонтажку, которая, по-совместительству является магазином запчастей.
А там работа уже кипела. Мальчишки прямо на дороге ремонтировали мотоцикл. У прилавка подбирали запчасти несколько человек.
Владелец магазина осмотрел повреждённую шину и подтвердил мои опасения- шина ремонту не подлежит. Он делает несколько звонков.
-В соседнем селе есть б/у шина другой размерности, но внешний и посадочный диаметры подходящие.
Я посчитал на калькуляторе (для автоматически подключаемого полного привода это важно)- действительно, сойдет.
- Подождите, скоро привезут.
Не прошло и полчаса, как из соседнего села привезли шину. Вполне себе, ещё походит. Мгновение- и машина готова. Рядом стоят счастливые отец и сын с кружками молока в руках. Мы стоим на пригорке, прямо под нами в ярких лучах солнца раскинулось изумительной красоты село- всё зелени, в своих неторопливых заботах. Эта картинка врезалась мне в память навсегда. Отпуск был спасен, впереди нас ждали новые приключения. В тот раз мы посетили много достопримечательностей, какие- я даже не помню. Но это село было важнейшим из них. Когда-нибудь, я поднимусь на Белуху- это последняя точка, где я не бывал на Алтае. И тогда снова изменю свой ежегодный маршрут, чтобы побывать в селе, при упоминании которого я улыбаюсь. Нужно будет отбалансировать колеса, прикупить деревенское молоко и мед, сходить в субботу на какое-то мероприятие в сельском клубе, переночевать в комнате с занавесками в кружевах. Село называется Солонешное.

4

Письмо из Мелитополя

Мама перебирает свои архивы. Прочла мне это письмо, датированное 4 мая 1987 года.
Отправительница благодарит мою маму за помощь.

Дело было так…
Февральским поздним вечером в автобусе при маме разговаривали две женщины.
Сначала мама обратила внимание на характерные интонации южнорусского говора, на их достаточно объемный багаж…
Потом вникла в содержание их разговора. Стало понятно, что они приехали в Воскресенск издалека. А их дальняя родственница или знакомая, которой они направлялись, перед самым их приездом скоропостижно скончалась. И тут уже понятно, что родственникам покойной не до гостей.

И в автобусе эти женщины обсуждали – куда теперь направляться. И единственный вариант был Москву к какой-то ещё одной давней знакомой, чей адрес у них был, но с которой они не списывались перед поездкой, и которая их не ждала.

Мама им сказала: «Куда же вы на ночь глядя в Москву поедете? Пока электричку дождетесь, пока до Москвы, пока там доберетесь – уже заполночь будет. Переночуйте уж у меня, а утром – в дорогу!»

Поужинали они, переночевали, и утром уехали. Тоже учительницы, как и моя мама, только постарше возрастом.

А это письмо пришло к 9 мая.

В прозе и в стихах, идущих от сердца – благодарность!
«…А за помощь, которую Вы нам оказали 25 февраля, мы Вас не забудем никогда!»
Семья (фамилия, имена)_, дети, внуки, правнуки…
Фамилии и адрес по понятным причинам не указываю.
Надеюсь - у них все хорошо…
PS
Стихи набрал в ворде. Но в рукописном варианте лучше чувствуются их сердечность и искренность.

Пропускается только один снимок, поэтому вторую страницу письма и конверт размещу в комментариях.

7

Президент призвал правительство быть готовым к любому развитию ситуации. - К любому? - уточнило правительство. - Не дождетесь, - уточнил Президент. ===================== И, все-таки, дождемся. И если не мы, то наши внуки - точно... Президент помрачнел.

8

Лишний раз убеждаюсь - философия хороша только в аудиториях институтов.
У знакомой на работе есть такой доморощенный фуфлософ. Все сталкивались, стопроцентно, они как тараканы - неистребимы.
Говорят ему, к примеру (имена-пароли-явки меняю):
- Петя, вкрути лампочку.
- Да, сейчас. Эх, где та лампочка. Вот, при коммунизме, а при царизме, а сейчас....
Прошло десять минут.
- Петь, ты лампочку вкрутил?
- Да, уже на стул лезу... эх, разве это стул, вот во времена моей молодости стулья были...
Убить нельзя - блатной.
Заткнуть нельзя по той же причине.
Работает знакомая в частной конторе, и если шефу изволится держать на работе давнего приятеля брата жены соседки тестя - что ж теперь? Почти родственник...
Недавно появляется у них коммерческий директор. То ли слились с другой компанией, то ли еще чего...
Это присказка.
Сказка такова.
Праздники. Зарплату они получают пятого, тогда же обещана и премия к праздникам, но хочется-то сейчас? И вот, этот "Петя" начинает заряжать коммерческому директору, разумеется, при всех, он же "фуфлософ", текст примерно такого содержания:
- Иван Иванович, вот вы знаете, как в сказках за собой зверей водили?
- Нет.
- На приманку. Вы поймите, даже ослику, чтобы он шел, надо пучок морковки показать, тогда пойдет, а так упрется ишаком, и ничего вы от него не дождетесь. А вы нам премию задерживаете, а мы за вами идем, что ж мы, глупее осликов?
И что-то такое минут на двадцать.
Слушал, слушал его Иван Иванович.
Тридцатое апреля, приходит он на работу. с бо-ольшим пучком морковки и торжественно вручает Пете.
- Не стесняйтесь. Премию дадим пятого, но голодным вас не оставим.
Вот уже шестой день Петя носит прозвище "Ишак".
Ждем развития ситуации дальше.

10

Дядя Коля.

Эта история не веселая и не грустная. Просто зарисовка из жизни.

Весной этого года я слег в больницу с пневмонией. Все довольно типично: сначала грипп, потом кашель, бронхит ну и, видимо, поздно стал принимать антибиотики.

В палате было пять коек, одна из которых была с вещами, но без человека, потому что лежавшего там дядьку на днях укатили в реанимацию на второй этаж. Поскольку мужских пневмонических палат в отделении было всего две и обе они были забиты под завязку, новых пациентов складывали прямо в коридор. Передо мной кого-то выписали, поэтому повезло со свободным местом.

Через день после меня возле нашей двери в коридоре положили пожилого мужчину, который был невероятно худ, истощен и сильно кашлял. По разговорам, доносившимся из-за двери, было понятно, что он не может есть, его все время рвет, он с трудом двигается, а положили его сюда с пневмонией.

Еще через пару дней в нашу палату пришла санитарка, которая молча собрала в пакетик вещи с пустующей кровати и прикроватной тумбочки. На наши вопросы она не отвечала. Это означало, что лежавший здесь товарищ зажмурился. Истощенного старика из коридора сразу же переложили в палату.

Звали его дядя Коля и было ему 56 лет. Из всех мужиков в нашей палате он был самым младшим, не считая меня. Похож дядя Коля был на заключенного Освенцима. По-началу, он еще мог сам вставать, но через пару суток ему уже требовалась помощь и совсем скоро он не мог самостоятельно даже сесть на кровати, чтобы попить или поесть. Просил нас его приподнять или подержать подмышками стоя, пока он ссыт в утку (есть такие специальные утки, похожие на канистру). В общем, дядя Коля потихоньку «доходил», как говорили на Колыме. Жена его, приходившая почти каждый день, рассказала, что плох он не столько из-за пневмонии, сколько из-за целой кучи других хронических болячек, которые постепенно выедали жизнь из его тела. В частности, сильнейший диабет и какая-то серьезная операция на желудке в прошлом.

Дядя Коля мало с нами общался. В основном, часто стонал и тяжело дышал. У него были какие-то перебои с сердцем и это было больно. Приносили ЭКГ, давали ему какие-то колеса, которые он даже не мог сам выпить. Но находился он при этом в полном сознании и здравии ума. Увидев у одного мужика флотскую наколку, рассказал, что в молодости и сам служил на флоте – плавал на тральщике.

Однажды, мы разгадывали сканворды и не могли найти ответ на вопрос: как называется человек, который кормит лошадей? Версии были разные, но ничего не подходило. Пока вдруг с дяди Колиной койки не донесся слабый стон:

- Куражист…

Сначала мы не поняли и переспросили. Думали, вдруг ему плохо или еще чего.

- Ку-ра-жист! Ну кураж блядь – это корм для лошадей…

И, действительно, подошло. Оказалось, дядя Коля слушал наши разговоры и все понимал. Это вселяло надежду. Только теперь я прочитал, что правильно было «Фуражист», но в том сканворде первая буква не имела особого значения.

А особо запомнилось мне вот что. Как-то раз к дяде Коле пришел сын. Был он одет в черный такой пиджак со строгим воротником, как у священников в американских фильмах. Оказался и впрямь протестантский пастор, довольно дружелюбный. Дело было в типичном русском городе, поэтому выглядело это крайне необычно. Сын приходил почти каждый день и задавал какие-то тупые шаблонные вопросы. Справлялся о самочувствии, спрашивал ничего ли не надо и как будто просто высиживал минут двадцать для приличия, после чего уходил. Было видно, что отношения у людей не самые близкие.

Они разговаривали негромко, но в маленькой палате слышимость была, как в коммуналке. А поскольку скука одолевала дикая, то от неимения лучших занятий каждый направлял взор своих больших ушей в сторону пасторской болтовни. Однажды, он спросил у дяди Коли:

- Бать, хочешь ли ты причаститься?

- Чего?

- Ну причаститься. Причастие то есть.

- Да я пока не собираюсь умирать – с шутливой издевкой сказал дядя Коля. Интонация была примерно такой: «не дождетесь!».

Хотя, откровенно говоря, ему был уже пиздец. Он еле дышал и уже даже не мечтал о том, чтобы присесть на кровати. Я рад, что меня выписали раньше, чем он умер. Уходя из палаты я пожал ему руку и пожелал скорейшего выздоровления. Он немного улыбнулся сквозь боль.

Для меня дядя Коля навсегда останется стойким оптимистом, который не падал духом даже тогда, когда отказывало его тело. Не уверен, что я бы так смог.

12

Было это на третьем курсе, поехали на практику (10 девочек-ботаников и два преподавателя). Поселок, в котором нас разместили, был вполне благоустроенный, даже домики были. Выполняли задание практики, все было штатно, но скучно: "в поле" привыкли в палатках жить (на крайняк - в сараях у местных) и много бегать по горам-долам. Некоторые начали "заглядывать в бутылку" и приглашать в гости астрономов (поселок при обсерватории), в и так переполненное помещение. Бл*дки на соседней кровати (или на диване в кухне) не устраивали ни нас, ни наших преподавателей. Поэтому, в субботу было принято решение сходить в поход на один день. Направление - а вон меловые останцы с пещерными городами видно, туда и пойдем. Но горы обманчивы. Видно-то их видно (в чистом воздухе), но расположены они не близко, а идти к ним нужно через участок степи.
Лето. Жара. Ни тени, ни облачка. Двенадцать странных людей без карты напрямик шпарит к виднеющимся вдалеке вершинам. Вода закончилась на пол-дороге Туда, а ведь еще и Обратно идти нужно. Почему не повернули - ХЗ, ботаники не сдаются. Дошли, поднялись на вершину, полазили по гротам-пещеркам, пофоткались и пошли обратно. Воды нет, пить хочется. Нашли речку, попили, набрали воды. Одну из нас (жиненькую деваху) преподы катили перед собой ("оставьте меня здесь" и "не дождетесь"), что бы не залегла под кустом отдыхать и не отстала. Пришли к вечеру в поселок, посмотрели по карте расстояние до нужной горы - 13 км, если по дороге (удобной, нахоженой и через лес). Но мы не ищем легких путей (ну или просто не знаем дорогу), мы ходили кругами по бездорожью и намотали более 40 км ("гуляли" с 8 до 21).
Оставшуюся неделю практики двигались очень экономно (крепатура) и гостей не приваживали. Добились своего преподаватели XD. Больше без проводника (или, хотя бы, карты) в походы не ходили. Но было классно - ОТДОХНУЛИ нереально)))
P.S. Преподы сусанили не специально, это была первая самостоятельная практика для них (без более опытных коллег) и окрестности поселка ими были не изучены. Но на вооружение методу взяли)

17

Опять не дали в выходной поспать столько, сколько хочется.
По субботам у нас в городе торжественные регистрации бракосочетаний. И каждая пара, подъезжающая к дому, считает своим долгом еще издалека машинными клаксонами протрубить о своем приближении. А микрорайон у нас огромный, плотно застроен многоэтажками. Можете себе представить - каждые 10 минут ревет очередной кортеж.
Ничего, думаю, дождетесь, специально для вас на своей свадьбе регистрацию в 9.00 закажу. И тоже от дворца домой с музыкой поедем.
А потом вдруг представилось, может они тоже с мыслью "нате вам, наконец, суки, получите и распишитесь" сейчас сигналят. Тоже ведь здесь живут.
В общем, получается какой-то круговорот ненависти в природе.

18

Выборам посвящается.
И вот он стал Президентом. Как водится, обсели газетчики:
- Г-н Президент, вы знаете Европу, долго жили там. Будет ли разница
между вашей демократией и демократией Запада?
- Вам, газетчикам, подавай сенсации. Не дождетесь... Разница будет
незначительная, как, скажем, между двумя стульями. Стулом обычным
и стулом электрическим.