Эхо прошедшего лета любви
Посвящается комментаторам в обсуждениях моих историй — подлинным соавторам многих идей и воспоминаний.
Итак, обычное утро, предоперационная, пациентка, высокая седая женщина, ухоженные волосы, маникюр, моложавая, за 70, но выглядит лет на 10 моложе.
И — очень здоровая, витамины, биоприбавки, эстроген, довольно спортивная, не курит, пьёт — вино, изредка.
Операция у неё — несложная, планируется выписка домой в тот же день.
Закончил предоперационный осмотр, мы оба подписали её согласие на наркоз, ничего, кроме взаимно уважительного, и спокойного, отношения, в воздухе не витает — рутина, приятная своей предсказуемостью...
И точно — всё проходит очень штатно, или, как я люблю говорить — скучно. В нашем деле скука — дело хорошее, поверьте мне на слово.
Бужу, пробуждение — на « отлично», дышит хорошо, силы к мышцам вернулись полностью, команду поднять голову с подушки выполнила безукоризненно — можно переводить в послеоперационное отделение.
Приземляемся, все жизненные показатели хорошие, можно даже сказать — отличные.
Спрашиваю, есть ли боль? Головой мотает — нету.
Спали хорошо? Пожимает плечами... хмм, странная реакция, заинтересовался.
Брови нахмурены, глаза плотно закрыты, поджатые губы — признаки явного дискомфорта, не очень понятного в условиях полного отсутствия боли...
Прошу открыть глаза — мотает головой — мол, не открою и не просите, нет и всё.
Сестра, примирительно — давайте дадим ей поспать, проснётся с более положительным настроением.
Услышав женский голос она, не открывая глаза, поворачивает к сестре голову и говорит: « Я не сплю, с закрытыми глазами мне легче переносить галлюцинации — за последние пять минут я побыла с двумя мужчинами, слетала на единороге к Марсу и поработала в цирке акробаткой, окружённая толпой клоунов, стаями розовых пуделей и табуном синих пони!!
Вы что, опять мне дали ЛСД?!»
Давайте возьмём паузу и в подробностях разберём последнее предложение —в котором каждое слово несёт бешеное количество важной информации.
ЛСД, нелегальный галлюциноген, популярный в конце 60ых , быстро разонравился большинству людей, его отведавших, в силу непредсказуемости, галлюцинации могли быть неприятно устрашающими и, главное, долгими — на сленге именуемым « плохим путешествием», bad trip.
Ясное дело, что ЛСД я ей не давал — это было бы преступным нарушением всех законов этики и уголовного кодекса...
Далее слово — «опять»: явно, что, по крайней мере однажды , она приняла ЛСД, хорошо запомнила его эффекты и быстро распознала свои галлюцинации, как схожие.
И не зря — один из медикаментов, компонент моей анестезиологической сборной солянки, Кетамин, приходился дальным родственником ЛСД.
Тут бы надо взять вторую паузу и сказать «Всего несколько слов в защиту» не господина де Мольера — меня, доктора Ашнина и его верного старого друга, Кетамина.
Происхождением Кетамин, действительно, из галлюциногенов — но учёные сумели превратить его в анестетик, быстрый и мощный, с массой полезных свойств, сделавших его популярным в 70ых -80ых.
Постепенно, однако, его популярность потускнела — побочным эффектом, его порочащим, остались галлюцинации, иногда очень приятные, иногда — кошмарные, особенно у детей.
Да и другие медикаменты появились, намного более предсказуемые и дружелюбные.
Его оттеснили на случай массовой травмы, массовых поступлений раненых в военно-полевых условиях...
Анестезиологи старшего поколения, тренировавшие меня, остались ему верны — препарат грубоватый, но надёжный: дайте мне мешок физиологического раствора и Кетамин и я сумею провести наркоз и вытащить пациента в самых примитивных условиях открытого поля, пустыни, тайги, в землянке или палатке. Настолько он полезен и надёжен, что ВОЗ внесла его в список Основных Лекарств.
Позвольте, спросите вы — а зачем его применили в этом случае?!?
Явно же, что речь идёт о плановой операции в стандартно оборудованной операционной пусть и небольшого, но современного госпиталя...
Что, динозавр анестезиологии решил поиграться грубо оструганными игрушками своей медицинской молодости?!?
Поизголяться над почтенного возраста пациенткой, доверчиво подписавшей с ним договор о стандартном наркозе?!?
Да нет, конечно — просто Кетамин вернулся в обойму анестезиологии совсем в другом качестве: в малюсеньких дозах, в десятки раз меньше наркозных, — он оказался сильнейшим обезболивающим, прекрасной альтернативой опиатов, с массой бонусов, главными из которых я бы назвал профилактику хронической боли и отсутствие главных побочных эффектов опиатов.
С уменьшением доз и галлюцинации стали большой редкостью... не в этом случае, однако.
Старые мои рефлексы работы с Кетамином оказались очень кстати— я немедленно остановил все её устрашающие галлюцинации и она задремала, перестав хмуриться...
Проснулась, спустя полчаса, с улыбкой на лице — и с полным забвением всего эпизода устрашающих галлюцинаций.
Мы подержали её ещё пару часов — галлюцинации не возвращались, она чувствовала себя хорошо, никакой боли, полная амнезия всего предоперационного и послеоперационного периодов.
Мы перевели её на выписку домой.
Где и произошёл наш с ней последний разговор, наедине и по душам.
— Я бы хотел выяснить с вами несколько неясных моментов, если не возражаете: во время моего опроса вы упомянули небольшую поддержку местному виноделию ( тут она улыбнулась), без всякого упоминания о применение наркотиков, в прошлом. Так ли это? И вам и мне важно это выяснить — не для обсуждения вашей морали, не из праздного любопытства — а только лишь с целью избежать подводные камни наркоза, буде он нужен в будущем.
Недолгое колебание и она приняла правильное решение в пользу откровенности.
— Мои извинения — я, действительно, кое-что скрыла от вас.
Много лет назад, в 1967, в Сан-Франциско, во время того знаменитого «Лета любви» я попробовала ЛСД...
Немного, всего один раз — с ужасающими галлюцинациями, долгими и мучительными, закаялась на всю жизнь.
Признаться честно — я просто подзабыла этот эпизод, не хотелось даже вспоминать, да ещё при внучке...
Я её вырастила и воспитала, к чему ей знать грехи бабушкиной молодости...
— Абсолютно ни к чему, я полностью с вами согласен.
Сделаем так — в разговоре с будущим анестезиологом, сделайте одолжение и упомяните о « посленаркозном делириуме с галлюцинациями», он поймёт. Я также добавлю в вашу историю аллергию к Кетамину — чтобы не наступать два раза на одни грабли...
Мы попрощались, я лично проводил её до машины, она сидела в коляске, которую толкала её внучка, на редкость воспитанная и приятная девица.
Помахав им обоим на прощание рукой, я побрёл к себе, в свои соляные копи оперблока.
Грехи лета любви были надёжно перезахоронены, всё что случилось в Лас-Вегасе — остаётся в Лас-Вегасе, внучку она действительно воспитала отменно.
Хотя... кто знает, ещё каких-то там 50 лет и придёт ее черёд признаваться моему ещё не рождённому коллеге в каких-то грехах молодости начала 21 века...
@Michael Ashnin
