Шутки про глаза - Свежие анекдоты

Результатов: 6319

1452

Здравствуйте, девушки (из инета) Знакомый рассказал. Приехал он на малую родину, встретил по случаю бывшего одноклассника, разговорились. Что, как. Я, мол, инженер, жена красавица, дочурка. Одноклассник отвечает, что он, дескать, врач, тоже женат, детишек двое, все уехали к теще в гости до понедельника так не хряпнуть ли по рюмашке? Сказано сделано. От выпитого развеселились, вспомнили школьные годы чудесные, потянуло на подвиги Знакомый мой предложил разбавить компанию женским полом. Одноклассник как-то застеснялся, стал мямлить, глядя в сторону, что ничего не получится, лучше не надо но приезжему орлу было море по колено. Он сурово заявил товарищу, что свои комплексы надо забыть, поскольку от таких мужиков девки будут падать направо и налево, стоит только на улицу выйти. Тем более погоды чудные золотая осень Вышли на улицу. Знакомый мой чешет впереди с рекламной улыбкой. Сзади, вздыхая, плетется одноклассник. Впереди две явно скучающие девахи. - Здравствуйте, девушки! Девушки оборачиваются с зазывными улыбками, быстро меняются в лице и, подтянувшись, вежливо здороваются с одноклассником моего знакомого, после чего быстренько сматываются. Еще две девчушки. Не успевает мой знакомый открыть рот, как они хором здороваются с его спутником. Тот кисло бормочет: « здравствуйте, девочки». Девочки тут же исчезают. Дальше по тому же сценарию В конце концов, по дороге им попались уже откровенно проституирующие шалавы. - Ну, что, дамы неуверенно начал уже изрядно сникший герой. « Дамы» обернулись и хором проблеяли: - Здравствуйте, Виктор Иванович - Здравствуйте, здравствуйте, вяло откликнулся одноклассник, что ж ты, Званцева, на таком ветру и с голой попой? Одна из шалав тут же сделала честные глаза и затараторила, что она только на минуточку из тачки вылезла, а там тепло, вы не подумайте Двое стояли на пустой осенней улице. Смеркалось. - ТЫ ХТО? испуганным шепотом спросил один. - Гинеколог, ответил второй и вздохнул

1453

Турецкий гамбит, русский цуг-цванг

Старшину Прокопчука мучила головная боль. Впервые в жизни он не знал что делать. Два дня до отпуска, последний наряд, билеты в Ялту и тут вот такое. Заступая вчера вечером старшим наряда на охрану границы, Прокопчук сделал все по уставу, проверил оружие, обмундирование солдат, знание устава и маршрута движения. Два раза ночью обошел “секреты”, так называемые скрытые посты, за задержку доклада о прохождении контрольной точки сделал замечание ефрейтору Проклову и только под утро лег, не раздеваясь на два часа, оставив за себя старшим наряда сержанта Ложкина. Отдавшись в объятия Морфея, Прокопчук увидел страшный сон как его невеста Галя Полтавченко уходит от него под руку с каким-то армянином, бросая ему в лицо упрек в обмане, причем бежать за ней Прокопчук не может, так как ноги его связаны, а за локти его держат какие-то непонятные люди в штатском. Проснулся Прокопчук в холодном поту. Сидя на топчане, он услышал какие-то неуставные звуки в караулке и крамольная мысль о вещем сне проскользнула в его сознание, вызвав легкий озноб.
Через пять минут, выслушав сбивчивый рассказ первогодка Силуянова, что он только на секундочку закрыл глаза, а автомата уже нет, старшина прокручивал в голове варианты дальнейших событий. Потеря оружия солдатом при охране границы это ЧП, причем ЧП очень масштабное. Полетят головы командира заставы, замполита, выговоры всем вышестоящим командирам. Он сам садится вместе с солдатом на гауптвахту, правда в разные камеры, начинается следствие, итогом которого может быть увольнение из армии по служебному несоответствию, причем внутренний голос подсказывал Прокопчуку, что это еще не самый худший вариант. Накрывшийся отпуск и презрительная улыбка коварной Гали легким мазком завершали эту утреннюю картину. Действовать по уставу означало погубить всю свою пока небольшую карьеру в армии и будущую совместную жизнь с Галюсиком, как нежно называл ее старшина в перерывах между объятьями. Но как поступить старшина не знал. Живи по уставу – завоюешь честь и славу. Сейчас этот плакат, висевший возле столовой, вызывал у старшины нестерпимую головную боль.
Автомат видимо спер турецкий наряд, заметив, что солдат в секрете спит. Зачем он им, провокация или просто пошутить захотели – ломал голову старшина. Если провокация и он не доложит через 10 минут дежурному по заставе, то когда, об этом расскажут по BBC, Галюсику придется ждать его лет пятнадцать – двадцать из солнечного Магадана. Если нет, и турки хотели только покуражиться, то автомат они выкинут или спрячут. Вероятнее спрячут. Полторы тысячи долларов, а именно столько стоил АКМ на черном рынке, выкинуть рука не поднимется. У старшины бы не поднялась. Есть вариант договориться и выкупить, но действовать надо быстро и решительно, пока турецкий наряд не сменился. Экзотические варианты как то - отобрать автомат силой старшина не рассматривал, так как турки тоже с оружием, начнется перестрелка, что опять же приводит его в солнечный Магадан.
Вызвав виновника своей головной боли, старшина приказал ему выследить турецкий наряд и вступить с ними в переговоры, обещая им все что угодно, лишь бы автомат был на месте. Без автомата можешь сразу просить турецкое гражданство, злорадно пообещал Силуянову Прокопчук, где-то в глубине души даже желая, чтобы так и произошло, тогда за перебежчика вся вина ляжет на замполита, а он поедет в Ялту.
Вместе с Силуяновым старшина отправил сержанта Ложкина, отдельно проинструктировав его об открытии огня на поражение, если Силуянов будет уходить с турками или будет возвращаться от них без автомата.
Сам Прокопчук решил скрытно следить за Силуяновым и Ложкиным, справедливо полагая, что они могут рвануть к туркам оба или ситуация будет развиваться не по сценарию.
Такой многоходовой комбинации, придуманной за 5 минут, позавидовал бы сам Макиавелли. Под кажущейся простотой и крестьянской внешностью Прокопчука скрывались какие-то темные личности, цокот копыт которых оставлял в воздухе серный туман, удушливый запах которого растворял все упоминания об уставе.
С противоположного берега реки был хорошо виден турецкий пограничный наряд, расположившийся на лужайке около реки, по которой проходила граница. Старшина в бинокль видел смеющиеся лица турецких солдат, курящих сигареты. Их винтовки валялись рядом. Турки разглядывали автомат Силуянова и дико ржали.
Силуянов переплыл реку и начал подползать к туркам, Ложкин остался на нашем берегу, изготовившись для стрельбы лежа и наблюдая за ситуацией. Старшина видел их обоих и турецких солдат. Его не видел никто.
Судя по движениям Силуянова, торговаться с турками он был не намерен, в руке его была зажата саперная лопатка. Старшина запоздало понял, что Силуянов решил турок оглушить или убить и забрать свой автомат силой. Все, кранты – международный конфликт, обреченно подумал Прокопчук
Дальше ситуация начала развиваться настолько стремительно, что ни у одного из участников не оставалось времени прокачать ситуацию. На поляне неожиданно появился турецкий офицер. Турецкие солдаты вскочили по стойке смирно, один из них держал АКМ. Офицер взял АКМ, осмотрел его, выругался и размахнувшись швырнул автомат в реку. Старшина подумал, что поступил бы также и еще добавил бы солдатам. Словно услышав его, офицер развернулся и начал избивать солдат. Тут видимо в Силуянове проснулась классовая ненависть к белогвардейским офицерам или ему было жалко утонувший автомат, так или иначе он вступил в игру, одним ударом лопатки уложив офицера на землю. Затем он бросился в реку искать автомат. Турецкие солдаты, позабыв про свое оружие, бросились за ним и вскоре, обогнав его, плыли к нашему берегу, видимо понимая, что за нападение на офицера их по головке не погладят. Увидев, что Ложкин приготовился к стрельбе, старшина заорал – "не стрелять!" и выскочил на линию огня между турками и Ложкиным, затем встретил турецких солдат отборным матом и ударами крестьянских кулаков. Отбив нападение противника на социалистическое отечество, Прокопчук отвесил леща Силуянову, который, обнимая свой родной автомат, уже переплыл реку, и совершил с ним пробег обратно в караулку, подбадривая последнего пинками и матом. Ложкин после смены наряда доложил старшине, что турецкие солдаты, избитые своим офицером, а потом и нашим старшиной, всхлипывая, потащили тело офицера в лес на своей территории.
На этом история благополучно закончилась. Ложкин получил от старшины представление на повышение до старшего сержанта. Силуянов до конца службы был образцовым солдатом и нередко, находясь в секрете, первым обнаруживал проверяющего, заставляя последнего лежать уткнувшись лицом в землю до прибытия начальника смены. Старшина, съездив в Ялту, женившись на Галюсике, неожиданно уволился из армии, стал верующим, поступил в духовную семинарию. Иногда, отведав церковного кагора, он рассказывает эту историю и добавляет, что когда он лежал под знойным крымским солнцем на пляже в Ялте, радио BBC, волну которого поймал сосед старшины по лежаку, передало об участившихся случаях неуставных взаимоотношений турецких солдат и офицеров.

1454

Обед. В очереди кафе передо мной женщина крайне долго выбирает салат, чтобы был без майонеза, видимо, на диете. Скопившаяся за ней очередь уже начинает вздыхать, закатывать глаза — очень уж долго. Наконец, она делает свой выбор, проходит дальше, за горячим. И берет две порции рыбы, запеченой под целой шапкой сыра и... майонеза.

1455

Продуктовый ТЦ. Цепкий взгляд потертого мужчины с таким же потертым, и немудреным набором питья и закуски выцепляет пару с тремя тележками около после кассы.
Тот самый раздражительный момент, когда надо переложить продукты с кассы в пакеты, и потом в тележки.
Почтительно, с максимальной долей пиетета и уважения он обращается к ним:
- Извините пожалуйста, у вас карты магазина не будет? У меня товар по акции...- и глаза, как у кота из мультфильма, набухают предупредительно и благодарственно.
- Да, конечно.
Ему протягивают карту, он передает кассирше, та прокатывает, он едва шелестит губами:
- Оплату спишите баллами с карты....

1456

ПОГОВОРИМ О СТРАННОСТЯХ СУДЬБЫ

В 80-х годах прошлого века служил я в академическом институте, занимая скромную должность патентоведа. А доктор наук Вадим Архипович Волошин в том же институте заведовал лабораторией. Не могу сказать, что мы дружили: слишком велика была разница в возрасте и положении. Но, обнаружив однажды общий интерес к Серебряному веку, постепенно установили отношения, близкие к приятельским. Волошин вроде бы не лез в чужие дела и не выносил сор из институтской избы, но руководство его не жаловало, как мне кажется, из-за излишней независимости. Доставали по мелочам и не по мелочам. Особенно усердствовал в этом не самом достойном занятии очень уважаемый человек, которого в институте за глаза называли «Дядя Витя». Титулов у него было без числа: ученый с мировым именем, основатель собственной научной школы, член бюро обкома партии, академик и прочая, и прочая. Если вы не очень разбираетесь в научной и партийной иерархии, — это как бы генерал против майора. Что двигало Дядей Витей неизвестно и уже не будет известно, так как его нет в живых. Как, впрочем, и Волошина.

Возникни такой конфликт в армии, майор бы спился, уволился со службы и, возможно, скоро помер. Но Вадим Архипович не пил. Зато, как я уже упомянул выше, увлекался изящной словесностью. Пробовал писать сам, но без особого успеха. И вдруг в минуту жизни трудную сочинил большой хороший рассказ со странным названием «Похороните меня на Красной Площади». Не о Серебряном веке, как прежде, а о самом что ни есть сегодняшнем дне, да еще и в модном жанре фантастического реализма. Мало того, у рассказа было второе дно. А именно, одним из персонажей повествования была крыса, но не просто крыса, а босс целого коллектива лабораторных животных, умная, расчётливая, властолюбивая и с исключительными способностями к выживанию. Особой приметой супер-крысы было отсутствие пальца на передней лапе. Для читателей, знающих, что у Дяди Вити нет большого пальца на руке, этот последний штрих сразу делал очевидным, кто именно явился прототипом крысы. Остальные читатели оставались в блаженном неведении, лучшем чем знание с его многими печалями.

В узком кругу, которому рассказ был представлен, он был безоговорочно одобрен. Воодушевленный успехом автор загорелся идеей его опубликовать. Конечно, рассказ так бы навсегда и остался в машинописной версии, не случись перестройка. Главлит скукожился, цензура практически сошла на нет. Одна моя знакомая работала тогда редактором в областном издательстве. За коробку шоколадных конфет (ей) и бутылку коньяка (кому-то) она протолкнула волошинский шедевр в местный литературный журнал, тем самым официально закрепив права на текст за его автором. Вадим Архипович торжествовал. Он скупил весь доступный тираж и на ближайшей конференции в Крыму раздал правильным людям. Рассказ пошел гулять по рукам, видимо, дошел до адресата и был строго запрещен среди его учеников и сотрудников. Обладателей и распространителей выявляли и подвергали остракизму… Еще пару лет назад Волошину пришлось бы, как говорят сейчас, ответить за базар, но в то время в прессу выплеснулось столько чернухи, что рассказ на ее фоне совершенно потерялся. Скандал утих, только слегка всколыхнув поверхность заросшего тиной академического прудика, тем более что Дядя Витя к этому времени перебрался в столицу.

Каково же было мое удивление, когда в 1992 году через несколько месяцев после эмиграции я увидел этот рассказ в солидной нью-йоркской газете «Новое русское слово». Он занял почти целую полосу. В ту пору я запоем читал Довлатова и таким образом имел представление о нравах, царящих в русских редакциях. Естественно, заподозрил, что Волошину за публикацию не заплатили, и скорее всего он о ней вообще не знает. Поэтому с подвернувшейся оказией передал ему экземпляр газеты, сопроводив коротким письмом, в котором посоветовал стребовать с «Нового русского слова» гонорар. Ответ пришел примерно через год. Без особых подробностей Вадим Архипович сообщил, что гонорар ему удалось получить. Правда, совсем мизерный, но достаточный, чтобы не голодать, когда было совсем трудно. Заканчивалось письмо сентенцией, что в жизни, как и в науке, самым важным результатом довольно часто оказывается побочный. «Так и с этим моим «плодом вдохновения», – писал Волошин, - хотел показать фигу в кармане, а получилось, что, возможно, спас себе жизнь».

Прошло еще несколько лет, я немного ознакомился с американскими реалиями, и, вспомнив как-то историю с рассказом, задал себе резонный вопрос, почему его напечатали? Естественно, литературные достоинства не могли быть единственной причиной. Сказать, что он злободневный или сентиментальный (читатели такие любят) - тоже нет. Предположить, что «Новое русское слово» поучаствовало в околонаучных склоках, - просто смешно. Тогда что же? К этому времени у всех уже был интернет, и я послал Вадиму Архиповичу имеил с вопросом. Ответ пришел на следующий день и был кратким: «Им понравился палец, вернее его отсутствие. Они подумали, что это о Ельцине».

1457

Не мое (из Интернета)
Конец 1980-х годов. Последние годы существования Советского Союза. Глухая деревня на Дальнем Востоке.
Рассказ учительницы из этой деревни.

" Меня уговорили на год взять классное руководство в восьмом классе. Раньше дети учились десять лет. После восьмого класса из школ уходили те, кого не имело смысла учить дальше. Этот класс состоял из таких почти целиком. Две трети учеников в лучшем случае попадут в ПТУ. В худшем — сразу на грязную работу и в вечерние школы. Мой класс сложный, дети неуправляемы, в сентябре от них отказался очередной классный руководитель. Директриса говорит, что, если за год я их не брошу, в следующем сентябре мне дадут первый класс.

Мне двадцать три. Старшему из моих учеников, Ивану, шестнадцать. Он просидел два года в шестом классе, в перспективе — второй год в восьмом. Когда я первый раз вхожу в их класс, он встречает меня взглядом исподлобья. Парта в дальнем углу класса, широкоплечий большеголовый парень в грязной одежде со сбитыми руками и ледяными глазами. Я его боюсь.

Я боюсь их всех. Они опасаются Ивана. В прошлом году он в кровь избил одноклассника, выматерившего его мать. Они грубы, хамоваты, озлоблены, их не интересуют уроки. Они сожрали четверых классных руководителей, плевать хотели на записи в дневниках и вызовы родителей в школу. У половины класса родители не просыхают от самогона. «Никогда не повышай голос на детей. Если будешь уверена в том, что они тебе подчинятся, они обязательно подчинятся», — я держусь за слова старой учительницы и вхожу в класс как в клетку с тиграми, боясь сомневаться в том, что они подчинятся. Мои тигры грубят и пререкаются. Иван молча сидит на задней парте, опустив глаза в стол. Если ему что-то не нравится, тяжелый волчий взгляд останавливает неосторожного одноклассника.

Районо втемяшилось повысить воспитательную составляющую работы. Мы должны регулярно посещать семьи в воспитательных целях. У меня бездна поводов для визитов к их родителям — половину класса можно оставлять не на второй год, а на пожизненное обучение. Я иду проповедовать важность образования. В первой же семье натыкаюсь на недоумение. Зачем? В леспромхозе работяги получают больше, чем учителя. Я смотрю на пропитое лицо отца семейства, ободранные обои и не знаю, что сказать. Проповеди о высоком с хрустальным звоном рассыпаются в пыль. Действительно, зачем? Они живут так, как привыкли. Им не нужна другая жизнь.
Дома моих учеников раскиданы на двенадцать километров. Общественного транспорта нет. Я таскаюсь по семьям. Визитам никто не рад — учитель в доме к жалобам и порке. Я хожу в один дом за другим. Прогнивший пол. Пьяный отец. Пьяная мать. Сыну стыдно, что мать пьяна. Грязные затхлые комнаты. Немытая посуда. Моим ученикам неловко, они хотели бы, чтобы я не видела их жизни. Я тоже хотела бы их не видеть. Меня накрывает тоска и безысходность. И через пятьдесят лет здесь будут все так же подпирать падающие заборы слегами и жить в грязных, убогих домах. Никому отсюда не вырваться, даже если захотят. И они не хотят. Круг замкнулся.

Иван смотрит на меня исподлобья. Вокруг него на кровати среди грязных одеял и подушек сидят братья и сестры. Постельного белья нет и, судя по одеялам, никогда не было. Дети держатся в стороне от родителей и жмутся к Ивану. Шестеро. Иван старший. Я не могу сказать его родителям ничего хорошего — у него сплошные двойки. Да и зачем что-то говорить? Как только я расскажу, начнется мордобой. Отец пьян и агрессивен. Я говорю, что Иван молодец и очень старается. Все равно ничего не изменить, пусть хотя бы его не будут бить при мне. Мать вспыхивает радостью: «Он же добрый у меня. Никто не верит, а он добрый. Он знаете, как за братьями-сестрами смотрит! Он и по хозяйству, и в тайгу сходить… Все говорят — учится плохо, а когда ему учиться-то? Вы садитесь, садитесь, я вам чаю налью», — она смахивает темной тряпкой крошки с табурета и кидается ставить грязный чайник на огонь.

Этот озлобленный молчаливый переросток может быть добрым? Я ссылаюсь на то, что вечереет, прощаюсь и выхожу на улицу. До моего дома двенадцать километров. Начало зимы. Темнеет рано, нужно дойти до темна.

— Светлана Юрьевна, подождите! — Ванька бежит за мной по улице. — Как же вы одна-то? Темнеет же! Далеко же! — Матерь божья, заговорил. Я не помню, когда последний раз слышала его голос.

— Вань, иди домой, попутку поймаю.

— А если не поймаете? Обидит кто?

Ванька идет рядом со мной километров шесть, пока не случается попутка. Мы говорим всю дорогу. Без него было бы страшно — снег вдоль дороги размечен звериными следами. С ним мне страшно не меньше — перед глазами стоят мутные глаза его отца. Ледяные глаза Ивана не стали теплее. Я говорю, потому что при звуках собственного голоса мне не так страшно идти рядом с ним по сумеркам в тайге.
Наутро на уроке географии кто-то огрызается на мое замечание. «Язык придержи, — негромкий спокойный голос с задней парты. Мы все, замолчав от неожиданности, поворачиваемся в сторону Ивана. Он обводит холодным, угрюмым взглядом всех и говорит в сторону, глядя мне в глаза. — Язык придержи, я сказал, с учителем разговариваешь. Кто не понял, во дворе объясню».

У меня больше нет проблем с дисциплиной. Молчаливый Иван — непререкаемый авторитет в классе. После конфликтов и двусторонних мытарств мы с моими учениками как-то неожиданно умудрились выстроить отношения. Главное быть честной и относиться к ним с уважением. Мне легче, чем другим учителям: я веду у них географию. С одной стороны, предмет никому не нужен, знание географии не проверяет районо, с другой стороны, нет запущенности знаний. Они могут не знать, где находится Китай, но это не мешает им узнавать новое. И я больше не вызываю Ивана к доске. Он делает задания письменно. Я старательно не вижу, как ему передают записки с ответами.

В школе два раза в неделю должна быть политинформация. Они не отличают индийцев от индейцев и Воркуту от Воронежа. От безнадежности я плюю на передовицы и политику партии и два раза в неделю пересказываю им статьи из журнала «Вокруг света». Мы обсуждаем футуристические прогнозы и возможность существования снежного человека, я рассказываю, что русские и славяне не одно и то же, что письменность была до Кирилла и Мефодия.

Я знаю, что им никогда отсюда не вырваться, и вру им о том, что, если они захотят, они изменят свою жизнь. Можно отсюда уехать? Можно. Если очень захотеть. Да, у них ничего не получится, но невозможно смириться с тем, что рождение в неправильном месте, в неправильной семье перекрыло моим открытым, отзывчивым, заброшенным ученикам все дороги. На всю жизнь. Без малейшего шанса что-то изменить. Поэтому я вдохновенно им вру о том, что главное — захотеть изменить.

Весной они набиваются ко мне в гости. Первым приходит Лешка и пристает с вопросами:

— Это что?

— Миксер.

— Зачем?

— Взбивать белок.

— Баловство, можно вилкой сбить. Пылесос-то зачем покупали?

— Пол пылесосить.

— Пустая трата, и веником можно, — он тычет пальцем в фен. — А это зачем?

— Лешка, это фен! Волосы сушить!

Обалдевший Лешка захлебывается возмущением:

— Чего их сушить-то?! Они что, сами не высохнут?!

— Лешка! А прическу сделать?! Чтобы красиво было!

— Баловство это, Светлана Юрьевна! С жиру вы беситесь, деньги тратите! Пододеяльников, вон полный балкон настирали! Порошок переводите!

В доме Лешки, как и в доме Ивана, нет пододеяльников. Баловство это, постельное белье.

Иван не придет. Они будут жалеть, что Иван не пришел, слопают без него домашний торт и прихватят для него безе. Потом найдут еще тысячу поводов, чтобы завалиться в гости, кто по одному, кто компанией. Все, кроме Ивана. Он так и не придет. Они будут без моих просьб ходить в садик за сыном, и я буду спокойна — пока с ним деревенская шпана, ничего не случится, они — лучшая для него защита. Ни до, ни после я не видела такого градуса преданности и взаимности от учеников. Иногда сына приводит из садика Иван. У них молчаливая взаимная симпатия.

На носу выпускные экзамены, я хожу хвостом за учителем английского Еленой — уговариваю не оставлять Ивана на второй год. Затяжной конфликт и взаимная страстная ненависть не оставляют Ваньке шансов выпуститься из школы. Елена колет Ваньку пьющими родителями и брошенными при живых родителях братьями-сестрами. Иван ее люто ненавидит, хамит. Я уговорила всех предметников не оставлять Ваньку на второй год. Елена несгибаема. Уговорить Ваньку извиниться перед Еленой тоже не получается:

— Я перед этой сукой извиняться не буду! Пусть она про моих родителей не говорит, я ей тогда отвечать не буду!

— Вань, нельзя так говорить про учителя, — Иван молча поднимает на меня тяжелые глаза, я замолкаю и снова иду уговаривать Елену:

— Елена Сергеевна, его, конечно же, нужно оставлять на второй год, но английский он все равно не выучит, а вам придется его терпеть еще год. Он будет сидеть с теми, кто на три года моложе, и будет еще злее.
Перспектива терпеть Ваньку еще год оказывается решающим фактором, Елена обвиняет меня в зарабатывании дешевого авторитета у учеников и соглашается нарисовать Ваньке годовую тройку.

Мы принимаем у них экзамены по русскому языку. Всему классу выдали одинаковые ручки. После того как сданы сочинения, мы проверяем работы с двумя ручками в руках. Одна с синей пастой, другая с красной. Чтобы сочинение потянуло на тройку, нужно исправить чертову тучу ошибок, после этого можно браться за красную пасту.

Им объявляют результаты экзамена. Они горды. Все говорили, что мы не сдадим русский, а мы сдали! Вы сдали. Молодцы! Я в вас верю. Я выполнила свое обещание — выдержала год. В сентябре мне дадут первый класс. Те из моих, кто пришел учиться в девятый, во время линейки отдадут мне все свои букеты.

Прошло несколько лет. Начало девяностых. В той же школе линейка на первое сентября.

— Светлана Юрьевна, здравствуйте! — меня окликает ухоженный молодой мужчина. — Вы меня узнали?

Я лихорадочно перебираю в памяти, чей это отец, но не могу вспомнить его ребенка:

— Конечно узнала, — может быть, по ходу разговора отпустит память.

— А я вот сестренку привел. Помните, когда вы к нам приходили, она со мной на кровати сидела?

— Ванька! Это ты?!

— Я, Светлана Юрьевна! Вы меня не узнали, — в голосе обида и укор. Волчонок-переросток, как тебя узнать? Ты совсем другой.

— Я техникум закончил, работаю в Хабаровске, коплю на квартиру. Как куплю, заберу всех своих.

Он легко вошел в девяностые — у него была отличная практика выживания и тяжелый холодный взгляд. Через пару лет он действительно купит большую квартиру, женится, заберет сестер и братьев и разорвет отношения с родителями. Лешка сопьется и сгинет к началу двухтысячных. Несколько человек закончат институты. Кто-то переберется в Москву.

— Вы изменили наши жизни.

— Как?

— Вы много всего рассказывали. У вас были красивые платья. Девчонки всегда ждали, в каком платье вы придете. Нам хотелось жить как вы.

Как я. Когда они хотели жить как я, я жила в одном из трех домов убитого военного городка рядом с поселком леспромхоза. У меня был миксер, фен, пылесос, постельное белье и журналы «Вокруг света». Красивые платья я сама шила вечерами на машинке.

Ключом, открывающим наглухо закрытые двери, могут оказаться фен и красивые платья. Если очень захотеть".

1458

Мобильный форум, тема "умных часов", бурное обсуждение вопроса, какой формы экран у часов удобней - квадратный или круглый.
Аргумент, который меня загнал в тупик, я даже не нашёлся что ответить:
"- Конечно, только круглый экран. У вас же глаза круглые, как вы собираетесь читать ими прямоугольный контент? Или у вас глаза квадратные?!"

1460

pavel_pyrin:
Коллега по работе рассказывала. День. Дача. на даче она и догиня. Вдруг открывается калитка и заходят две мутных личности и калитку за собой закрывают. Догиню они не видят. Она их просит уйти, лица ухмыляются и пялят на нее глаза. Тут из кустов выбегает догиня и по своей дурацкой привычке бежит к мужику нюхать ЭТО-самое-дорогое. Подбегает и тычется с размаха.
обычно следует фу и всё такое. А тут фу нет и собака с интересом обнюхивает личность.
"Надо было видеть как побелело его лицо" — говорит коллега, строго так спрашиваю: "чего хотели?".
- Э-да-мы-зашли-вот-нет-ли-работы-хозяйка?
- нет
- ну мы тогда э пойдем?
- Валите.
Тихо осторожно, задом вышли оба и калитку так аккуратно закрыли.

megumi_ikeda:
Я читала когда-то очень давно в газете заметку про случай то ли в Воронеже, то ли в Ростове-на-Дону, где вор залез в квартиру в отсутствие хозяев и обнаружил ирландского волкодава. Собаки это совсем не сторожевые, но в городе о ту пору таких зверюг было совсем мало, и вор о тонкостях породного поведения был не в курсе. Зато габаритами собаки весьма впечатлился. Вероятно, он впервые видел пса размером с небольшого ослика. Особенно впечатлило то, что этот потомок Цербера не лаял и вообще никак себя не обозначал, пока дверь ковыряли отмычкой. Прихода хозяйки квартиры бедолгага дождался, запершись в ванной, дверь которой временами шкрябал песик, очень огорченный, что новый приятель не хочет с ним поиграть.

1461

Снег сверкает белый,
Лыжа чуть скрипит,
Дева молодая
По лыжне летит.
Щеки чуть румяны,
Светлые глаза,
В узелок завита
Русая коса,
Облик твой приятен,
Статью хороша,
Радостью сияет
От тебя душа.

1462

Итак нам подарили кота. нам это мне 10 сестре 12. Котик был назван какнибудь. он откликался и на Шобла, Гитлер, Чмонатан, Ебантяй, Эсэсовец и прочие не всегда забавные кликухи.
Но както так само собой сталось что приклеелась кликуха Черныш.
Черныш был чернобелый, больше белого, но черные пятна говорили о том что по нему походил грязными сапогами или реднек или черт или нефтяник.
Это было затравленое детками инфатильное существо, которое вздрагивало при словах:
- Мама! а он в меня КОТОМ(!) бросается!
На второй год жизни Черныш разучился жаловатся на жизнь, тоесть вообще прекратил мявкать. В доме небыло места где бы мы его не отловили и незамучали живьем, так что он прекратил малейшее сопротивление, и лежал везде. Смысла прятатся небыло.
Вобщем на четвертый год своей затравленой детьми жизни Черныш прекратил любое сопротивление и полностью покорился злому фатуму, и с покорностью ждал смерти. Но именно четвертый год его жизни в киевской четерехстенной коробке стал судьбоносным.
В селе умер старый кот. НяхНях.
НяхНях был Котом с большой буквы! Он не откликаля на НифНиф, НуфНуф и даже НяфНЯф. Только НяхНях. Потому что одним взглядом мог тебя послать НахНах. я до сих пор не знаю более умного и достойного животного, чем НяхНях! Учтите я сказал не кота, а именно животного. А ведь прошло не мало 30 лет!
НяхНЯх был стар, мудр, по настоящему по житейскому мудр, и возраст взял свое.
За старым Мудрецом НяхНяхом рыдала пол села, и я нешучу!
Но была зима, а в хозяйстве не стало мышелова, а ждать весны что бы подобрать котенка, а потом осени что бы он вырос и начал травить вредителей - это в селе просто разорение. И решение было принято одно разумное и логически правильное - забрать Черныша с Города в. И пофиг что он видел только стены - кот есть кот!
....и запаковав его в клетчатую сумку аля торговка, Черныш отправился покорять целину. Мы с сестрой на нем поставили жирный крест, потому что знали, что эта тряпка зиму в селе с ее суровой правдой котяцкой жизни, точно не переживет.
Но как мы ошибались!
Всего два дня понадобилось Чернышу что бы раставить субординацию в хате с новой точкой жизни. на третий он вышел во двор, в снега и морозы, которые кстати он видел первый раз в своей замучаной извергами-детками жизнь, и... и начал методично бить морды соседским котам. Жестко, безапелиационно, систематично. Он внаглую приходил во двор к хозяину хаты, вызывал на бой резким нявкоющим вызовом, и гордо ждал в сидячей позе, поддергивая кончиком белого хвоста на котором было черное пятнышко. Именно этим пятнышком на самом кончике он так умело и поддергивал.
Выходил хозяин двора. Чут ли не в халате и с чашкой кофе, мол, что это тут за попаданец бузит? А ну ка мы его быстренько на место поставим, ишь куда выдумал, городская немочь с удалью селянской справлятся? Но он ошибался. все они ошибались. Схватка некрупного Черныша с котом любой комлекции заканчивалась одинаково быстро - позорным бегством кота с его личных владений. Черныш гордо рамечивал новую територию, и выплевывая клоки чужой шерсти шел дальше. Он не возврашался с победой назад - он шел дальше!
Както соседские коты собравшись кучей,что котам не свойственно, но экстренные меры заставляли принимать разные стратегические и тактические приемы, и пришли толпой к Чернышу с ответным алаверды к нему во двор. Это была эпичная шайка, где у кого был подбит глаз, ободрана лапа, обкусан хвост или выдернуто ухо. И все от Черныша.
Они пришли к дедке-бабке во двор и стали громко орать,шипеть, издавать дикие вопли, чем напугали очень селян. Люди никогда на своем веку такого сборища на одном квадрато-метре котов не виделиЮ а издаваемые ими звуки всех демонов ада - не слышали. А коты орали, мол выходи подлый горожанин, с мстей село пришло! готовся к смерти выскочка! пора пижона городского ставить к ответу! выходи!
И он вышел.
Черныш был красив в своей блестевшей короткой черно-белой шертси и горд своим видом. Он с королевским достоинством оглянул эту шоблуйоблу, и клянусь, несколько котов только от взгляда ломанулось с шипением и оглядками назад к хозяевам! От этого взгляда строй дуэлянтов дрогнул, но не дрогнул Черныш. Звуки воплей прекратились. Глаза сельских котов с ненавистью устремились на горожанина.
Он гордо вышел на середину двора. Огляделся. Пренебрежительно ко всем полизал яйка, зевнул, и покувыркался в снегу пару раз муркнув от удовольствия.
Нахальства городского кота селяне не выдержали и с воем бросились на него со всех сторон. Черныш же стоя в середине двора начал фехтование когтями один против всех. Он не издавший не звука так(!!!) накостылял нападающим, что вокруг него образавался круг из комков шерсти и крови. и никто не ушел обиженным. И никто не смог в этот круг попасть. Ну что бы хоть както зацепить зарвавшегося пижона лапой. Черныш стоял внутри этого круга как Фома против нечисти, и его лапы методично отбивали атаки селян со скоростью японской катаны и с жестокостью опасной бритвы.
В тот день дед, сразу после битвы, задолбался раскидывать окровавленый снег с шерстью, когда агрессоры позорно бежали. Черныш гнал всех и каждого. и он отомстил всех и каждому. Он приходил к каждому коту во двор, вызывал отдельно бой один на один, и после очень жестокой драки гнал со двора кота куда видел. Часто коты не возвращались.
Это был третий день его жизни в селе, где он установил свое превосходство.
А потом Черныш занялся... - нет не кошками, как вы романтично бы не вздыхали любимые вы наши женщины - ...он занялся мышами. Вредителями тоесть.
Он сначала перебил всех мышей до которых смог дотянутся у дедки-бабки, потом у соседей, потом у дачников. Потом он взялся за крыс. крыс он не ел - брезговал. Но убивал крысюков больше чем он сам по размеру. Кстати охота на крыс была самым его любимым занятием.
Если он мышку показал хозяинам и сьедал как трофей, то крысу он оставлял возле порога ровно до того момента, когда все выйдут на убитую Чернышом тварь поглазеть. После этого он брал тушу, и уносил кудато подальше где закапывал как отходы. Вот так он брезговал крыс, не смотря на то что схватка с ними могла ему самому стоить жизни.
Както даже принес, в гордом хвастовстве тхора. Ласку такую. хорька дикого который курей режет. Где, откуда? - а хызы. Притом принес дважды!
За первую зиму он истребил всех вредителей в округе, чем заслужил аплодисменты от соседей.
А весной он взялся за кошек!
Впервые сложилась ситуация когда не кот бегает к кошке, а кошки со всей окамест сбежались к Чернышу.
У него был ассортимент.
К нему бегали во двор кошки из соседних сел, и таких диковиных видов, что было понятно - это домашние породистые сбегали от хозяев ради него.
Это был первый год жизни в селе, грродского кота, которого мы считали маменькиным сынком и затравленым мальчиком для битья. И мы с сестрой смотрели на становление Котячьего Титана раззинув рты.
Ни в селе где жил Черныш ни в соседних никогда небыло чернобелых котов. Теперь был один. Но какой!

Черныш прожив сильную, храбрую жизнь Викинга от Котячего Племени, как и полагается всем Воинам ушел в Валхаллу в почтенном возрасте. Как он приехал зимой в село, так зимой он и ушел.
И никто не знает куда. Тело его так никто никогда и не нашел.
Радуга заберает Гордого Воина с собой в том же теле и с тем же духом.
А на сегодня даже в самом дальнем конце села, после наминуточку, тридцати лет, можно увидеть чернобелого котенка, и не одного, которых напомню тут небыло никогда, с гордым видом смотрящего на окружающий мир.
И ты крикнешь ему:
- Черныш!
А он посмотрит на тебя, и в глазах его увидишь:
- да! я гордый потомок этого славного Кота

1463

Женщина на инет-форуме: "Вчера первый раз за долгое время ехала в метро. Полный вагон таджиков! Во все глаза смотрела, как бы они не украли сумку". Японский симфонический оркестр: "Вчера в полном составе посетили Московское метро. Одна женщина смотрела на нас очень сурово: видимо, наше исполнение 2- го концерта Рахманинова было далеко от идеала".

1464

Была недавно история про большую грудь, моя же история про большую жопу, или как я Штирлицем побывал.....
В майские погожие деньки, аккурат в канун девятого мая я был приглашен на одну конференцию в Москву вместе с двумя коллегами моего возраста.
Знакомы мы были постольку поскольку, и у же в поезде я понял что по сравнению с ними я сынок в поглощении алкоголя.
Первая бутылка водки была выпита еще когда поезд стоял на перроне, вторая когда выехали из города, про третью и четвертую уже не помню.
В Москву все прибыли в хорошем подпитии.
По прибытию в гостиницу Ренессанс, я сразу переоделся в халат и пошел откисать в спа, чтобы к шести часам прийти в норму, коллеги же продолжали бухать.
Нам всем выдали прикольные бэйджи, которые мы повесили на шею.
Я понял что два дня конференции проведу в пьяном угаре, и это меня расстроило, но имея принцип -Не отступать и не сдаваться! Или - Свинья везде грязь найдет, я понял где могу прекрасно провести вечер.
Надо сказать что напротив гостиницы есть зал где проходят дискотеки, и как раз этим вечером там была дискотека 70х-80х, куда я и решил зарулить один, так как друзья после первого дня ушли еще в более жесткий запой с коллегами из Норильска.
Зайдя внутрь, глаза у меня разбежались от количества вариантов, но я решил остановиться на одном столике, за которым сидели две дамы.
С первого взгляда стало понятно что они были полной противоположностью.
Первая девушка с голубыми глазами, вьющимися русыми волосами, красивой грудью каплевидной формы, изящными руками, и одета в дорогие шмотки, явно не с рынка.
Дополняли картину красивый гарнитур из кулона, сережек и перстня с брюликами.
Она сканировала взглядом практически все мужское население, но как то быстро так на пару секунд, и становилось понятно что это не тот кандидат.
Вторая девушка была одета в какую то майку с прорехами, в такие же джинсы и кроссовки, грудь не такая роскошная но тоже присутствовала, стрижка была как у мальчика.
Она наоборот ни на кого не смотрела, а к чему то прислушивалась и потом записывала себе в блокнот.
Так как я уже влил в себя сотку рома, то с удовольствием танцевал рядом с ними летящей походкой и изображая землю в иллюминаторе Землян.)
Когда заиграла музыка про оставайся мальчик с нами будешь нашим королем, я понял что дама наконец заинтересовалась мной, потому что она улыбалась не отводя взгляд от меня.
Потом сделала жест рукой, и стало понятно что надо ковать железо пока горячо.)
Когда я сел за столик, дама рассмеялась глядя на мой бэйдж и представилась Жанной а подругу назвала Хельгой (имена созвучны но немного изменены).
Через пять минут я уже знал практически все, что они познакомились на каком то приеме где Хельга была переводчиком, и что она, чистокровная немка, приехала в Россию изучать русский язык и литературу, и записывает она непонятные слова и обороты речи, которые потом пытается понять.
Вся тирада про Хельгу заняла не больше минуты, зато про себя она рассказала все подробно.
Скоро я знал что она из очень состоятельной семьи, папа топ-менеджер очень крупной компании с оборотами в миллиарды долларов, показала фотки с папой, свой дом машину, на которой они приехали на тусовку.
Минут через десять я уже понимал что буквально через час мы будем предаваться утехам с этой красоткой, осталось затащить ее в отель.
Так же она мне намекнула что такому мужчине негоже ходить без часов, и у нее случайно завалялось несколько крутых часов что то типа Патек Филипп и Брайтлинг, которые она с удовольствием может мне подарить.
Немного охренев от такого напора, понимая что меня покупают хоть и не деньгами а часами, я напрягся, тем более перспектива ехать в какой то дом где полно обслуги и охраны мне не нравилась, потому что я рассчитывал пригласить в свой номер через дорогу и через пару часиков выпроводить обратно.
Поэтому решил взять небольшой таймаут.
- А Хельга с нами поедет? - поинтересовался я.
- А зачем нам Хельга? - спросила она и рассмеялась. - Я ее сюда пригласила чтобы мне не скучно было, а так мы даже не подружки.
Хельгу слегка передернуло, но виду она не подала.
- А я думал чтобы не страшно было - пошутил я.
- Мне ничего не страшно - сказала она рассмеявшись, и посмотрела на соседний столик, за которым сидело два амбала в костюмах, на которых я не обратил внимания.
Меня это напрягло еще больше.
Хельга же молча и с какой то ехидной улыбочкой прислушивалась к нашему разговору, не показывая никаких других эмоций, но по взгляду я понял что тоже ей понравился и заинтересовал ее.
Жанна позвала официанта, заказала счет и сказав что ей надо попудрить носик, начала вставать из за стола..
Шок который я испытал от увиденного был мощнейшим!
За все время нашей беседы она не вставала из за стола и я не видел что там внизу.
А внизу была Жопа!! Даже не Жопа, а Жопище с большой буквы!
То есть верхняя часть тела изящной девушки, а низ совершенно от другого человека, на несколько размеров больше!
Поняв что даже за всю коллекцию часов, акции компании и даже с помощью Виагры я там не справлюсь.)
Я не подал виду что меня что то смутило, но решил сразу валить как только она зайдет в туалет!
И тут Хельга посмотрев на меня спросила - А у тебя есть где ты живешь?
- Отель напротив! Жду у выхода! - ответил я и быстро вышел на улицу.
Перед входом толпились страждущие, которым не хватило билетов, и среди них я затерялся наблюдая за выходом, опасаясь охранников.
Через минуту вышла Хельга, я взял ее за руку и мы быстро пошли в отель.
- А как же подруга?
- Эта овца мне не подруга - ответила она.
В номере у меня был ром фрукты и шоколад.
Я поинтересовался что она записывает?
- Непонятные слова и выражения - ответила она.
- А почему именно русский?
- Ну мой дедушка по маминой линии был в России в плену, хорошо знал русский, был потом председателем комитета русско-германской дружбы, и очень красиво матерился!
После этого она загнула так красиво что шапка на хую уши от мороза не спасет, что я это оценил и рассмеялся!
Понимая что секс никуда не убежит, так как она за десять минут уже всосала 200 рома, мы продолжали болтать.
Я ей рассказал что в русском языке есть слово с тремя е на конце, она не поверила.
- У Владимира Высоцкого в песне слышал про счастье длинношеее.
- А еще есть слово с шестью согласными в начале!
- Да ну нах! - сказала она!
- Взбзднулось что то!))
Тут она начала ржать и икать.
Понимая что еще двести рома и она уйдет в нирвану и мне придется трахать безжизненное тело, я предложил пройти в душ и продолжить обучение в постели.
Надо сказать что под джинсами и майкой скрывалась очень красивая фигурка!
Она как то сразу взяла инициативу в свои руки и сев сверху на меня стала энергично скакать. Несколько раз я испугался что она сломает нах мой радар но обошлось.
Буквально через пять минут я понял что она достигла оргазма.
- Дас ист Фантастишь - подколол ее я?
- Почему Вы русские всегда говорите эту фразу?
- Ну молодость, первые немецкие порнушки....
- Теперь понятно - сказала она, и быстро соскочив умчалась в душ, а я остался в постели с торчащей в презервативе кукурузиной, ждать продолжения банкета.
Через три минуты она вышла уже в трусах и майке с намерением одеться, чем ввергла меня в ступор.
- Ну я же еще не кончил - робко возразил я.
Она отложив джинсы в сторону, села рядом, сняла презерватив и крепко сжав торчащий радар стала усиленно двигать вверх и вниз.
- Эй, фройлен! Помедленнее и понежнее раздевай куколку! Может в ротик возьмешь?
Она на секунду остановилась, посмотрев на меня и сказала что оральный секс с незнакомым мужчиной для нее является унижением ее женского достоинства в отличии от обычного секса.
Тогда я предложил продолжить обычный секс, и она немного подумав согласилась, тем более что еще оставался ром.
Какого то супер удовольствия не получил, но расслабился.
Когда она собиралась уходить, у нее из сумочки выпал на пол пластиковый пропуск с фото, который она не заметила.
Утром ко мне завалили пьяные коллеги с Георгиевскими ленточками и бутылкой водки и предложили выпить за Победу!
Пить до завтрака не хотелось, но тост обязывал!
Выпили!
- Мне больше не наливайте! Хреново мне!
- А ты что делал?
- Да тоже ром глушил и девушку трахал!
Тут один из них поднял пропуск и спросил - Эту?
Я ответил утвердительно а он начал дико ржать!
- Ну тост за Соломона! Он Мюллера ночью выебал!)
И правда, фамилия была у нее самая что не наесть немецкая - Мюллер!
Пришлось выпить еще два раза.
К концу дня все кто с нами бухал, знали эту хохму, и каждый считал своим долгом на банкете подойти и подъебнуть типа - А Мюллер как вырывался или спокойно отдался? А мюллер как настоящий живой или Броневой? Ну и так далее...
- Ну и один коллега подошел и сказал что хочет сфоткаться со Штирлицем!
Это еще больше развеселило окружающих.)
Многие меня так и называют до сих пор когда пересекаемся на встречах.
А часов до сих пор не ношу, и когда друзья обсуждают какие еще бы купить часы покруче, я вспоминаю огромную Жопу которая показывается из под стола, и желание купить крутые часы как то проходит.)

1466

Спорили мы как-то по какому-то рабочему моменту с коллегой по работе. А он мне в защиту своей точки зрения такую тираду выдал:

Ваще ты не прав! По одному случаю делать выводы глупо, надо чтоб большая выборка случаев была...
Смотри, приехал я как-то с дочкой, но без жены в Сочи на отдых. Жену на пару дней на работе задержали.
Регистрирует нас на ресепшене красивая, молодая ресепшионистка. В процессе регистрации спрашивает:
- "Тут бронь на троих, а где мол жена ваша?"
Я ей:
- "А боярыня моя, со своим любовником Якиным, на Кавказ сегодня убежала..."
Смотрю, а глаза ее остекленели, зависла она вроде, на меня смотрит и дышит так, что рядом стоящей другой пожилой ресепшионистке пришлось ее локтем толкнуть, да вроде в чувство привести:
"Че напряглася! Шутит он, это с советского фильма шутка..." Молодая разморозилась вроде, только взгляды отныне она на нас бросала исключительно ледяные...
В результате весь отпуск я грузился, мол я уже такой старый, мои мемы говно, поговорить не с кем, никто меня не понимает и т.д. и т.п.
Опять на следующий год приехал отдыхать в Сочи, правда другой отель.
Как назло, опять жену задержали на работе. В этот раз на ресепшоне отеля нас принимал парень, даже вроде помоложе той ресепшионистки с прошлого года.
Между делом у меня интересуется, где мол жена. Я чего-то сдуру опять ему:
"А боярыня моя, со своим любовником Якиным, на Кавказ сегодня убежала..."
Он оторвал взгляд от компа хлопнул ладонью по столу и как ляпнет:
- "ВРЕШЬ!!!"
Я ему на автомате:
- "Ей Богу!!!"
Он уже улыбаясь:
- "Ловят?"
Тут меня скрутило, я ржал как ненормальный. Поржали вместе с ним.
Весь отпуск ходил расслабленый и веселый.
Так что Петрович, один случай это и не случай вовсе, а так случайность.
Для далеко идущих выводов, нужно как можно большую выборку рассматривать...

1468

Они появились неделю назад.

Я каждый день хожу с собаками купаться, на водохранилище — и их не было.
И вот они появились… — четверо щенят, без мамки, два мальчика и две девочки.

Совсем малыши, доверчивые, глупые, бегущие ко всем, от кого ожидали самого главного — еды.
Конечно, я стала брать с собой сухой корм.
Это единственное, что я могла им дать. У меня и так три собаки.

Сегодня, как всегда я пошла на водохранилище, держа в пакетике корм, покормила их, и тут меня окликнул мужчина из припаркованной рядом ГАЗели:
— Вы не хотели бы забрать кого-либо из них? Гляньте на глаза девчонки! Они такие голубые — я таких в жизни не видел!

— А Вы? (не осталась в долгу я) — заберите себе, у меня и так три собаки.

— Я бы забрал (вздох), жена не разрешает. Сказала, был бы пацан…

Я кивнула на двух моих собак: (третья осталась дома)
— Смотрите, у меня мальчик и девочка. Девочка стерилизованная. Угадайте, кто умнее: она или он? От кого больше проблем: от неё или от этого болвана, которого я ищу порой по три дня?

Ушла.
Щенки ушли за мной. Сидела, думала над их судьбой, о том человеке, который их сюда привёз и оставил.
Они ведь не могли появиться ниоткуда, без мамки?
Искупалась, за это время ребятня исчезла, видно чтобы не смущать мою голову грустными мыслями.

Иду обратно.
Тот же мужичок радостно окликает меня:
— А я её забрал! Домой повезу!
Только тут, глянув на номер его машины, и поняв что происходит, я спросила:
— А Вы из Москвы? Вы из Краснодара в Москву повезёте к себе голубоглазую собаку? А как же жена?!!!

— Привыкнет! - радостно рассмеялся он. — Полюбит! Её, голубоглазую, нельзя не полюбить! Да и сын давно просил собаку!
— Можно я её сфотографирую?
— Да пожалуйста!

Из машины на меня смотрел совсем другой щенок. Эта девочка, совсем недавно ласкающаяся ко всем, уже охраняла свою собственность, только что полученную.
Она уже поняла, что начинается новая жизнь.

А я поняла, что буду и дальше ходить, подкармливать этих брошенных детей, и надеяться, что в их жизни тоже произойдёт чудо.
И кому-то они станут родные до такой степени, что расстояние, разделяющее их настоящую и будущую жизнь — будет ни при чём…

1469

Морг. На столе - вскрытый труп. У стола - два патологоанатома, третий читает заключение о смерти. Первый, разрезая желудок трупа: - Ух ты! Гречневая каша! С тушенкой! Вася, будешь?
- Нет, ребята, я плотненько поужинал.
- Ну, как хочешь.
Первые двое достают ложки и с аппетитом выскребают содержимое желудка.
Когда каша подходит к концу, третий поднимает глаза от заключения о смерти:
- М-да-а-а, ребята, похоже, именно от этой каши он копыта и откинул!
Первые двое выворачивают кашу обратно в желудок и бегут к аптечке.
Третий им вслед, доставая ложку:
- Ребята, да я пошутил, инфаркт у него. Просто я подогретое люблю!

1470

Ну вот нравится мне эта сказка. И старый советский мультик, и французский фильм с Касселем «Красавица и чудовище».
При явном родстве фабулы «Аленького цветочка» и «Красавицы и чудовища» всё же нельзя не отметить национальные особенности, которые касаются не только взаимоотношений Настеньки (или как там её) с меховым мужчиной, но и других сюжетных линий и даже эпизодов.
Первичная линия – купцы куда-то отправляются. Французский сюжет описывает кораблекрушение армады со всем грузом. В русском – отправляется купец на одном корабле, и дочери ему во время прощания подарки загадывают. Цветочек аленький звучит именно здесь.
Что происходит далее?
У француза вся армада идёт по пизде. У русского купца корабль цел, и он, даже будучи выброшенным на неведомый остров, ухитряется найти последний подарок (опустим подробности).
Детали. Очень показательные.
Особенно меня занимают сцены трапезы купцов во дворце и в замке.
Что происходит у Степана Емельяновича: ходит-ходит человек по мраморным залам дворца на неведомом острове, кличет-кличет хоть кого – а ответа нет. В конце концов, присаживается на кушетку, устав от хождений (да и предыдущее кораблекрушение тоже сил не прибавило) и говорит: «Богато здесь, да пирогов бы с дороги…»
И тут же перед ним появляется накрытый стол.
«Ай спасибо!» – говорит купец. Тут же поднимается крышечка с супницы, и он добавляет, понюхав: «Ай да щи! Знаменитые!»
Ну, дальше все помнят: «Пироги... О, славно!» (это о возникшей из воздуха чарочке и таком же воздушном графинчике, из которого вино наливается в чарочку). «Будьте здравы, хозяин с хозяюшкой!» – говорит Степан Емельяныч, выпивает чарочку и приступает к еде.
Чем купец ел щи – сие автору неведомо. Возможно, похлебал прям из супницы, горячего. Полакал точнее. Хотя нужно бы ложку на стол (вряд ли за голенищем носил). Ну и ножик с вилкой не помешали бы – всё-таки мясные пироги, мясо запечённое, не зубами же грызть. Рвать окорок, так сказать, клыками…
Однако же, сам процесс мы не видим – нам показывают летающие в воздухе всякие музыкальные инструменты. После чего купец после обеда встаёт из-за стола и говорит: «За хлеб, за соль спасибо!». Следовательно, как-то приборы образовались. Ну, как и те же арфы из воздуха.
Тут же все остатки пиршества исчезают (так и хочется сказать в холодильник), на что купец реагирует: «Хм… а все-таки чудно!»
Что происходит у французского купца.
Сваливается он с лошадью с какого-то обрыва, лошадь ломает ногу, он такой – ну сорян, братан, ничо сделать не могу, иду дальше. И оставив верного коня, идёт к зданию.
Это оказывается замок, там совсем никого нет (как положено), но на столах уже навалено жрачки на роту голодных солдат. Или даже больше. И на коня тоже, но он валяется под обрывом, думает, как дальше жить.
Месье подходит, берёт вилку.
Как видим – есть отличие от русских! Вот он, прибор-то столовый!
Но понадобилась вилка только для того, чтобы ткнуть себя ею себя в руку со словами: «Не сплю ли я», после чего убедиться, что не спит, положить вилку на стол и наброситься на еду голыми руками.
Характерно, что обращается к хозяину с напиханным ртом: «Ничего, если я тут подкреплюсь?»
А что хозяин скажет – выплюнь, зараза?
И дальше идёт вдоль стола и цопает всё, что под руку попадётся, пихает себе в рот, наливает вина без меры, расплёскивая на скатерть, обзывает кого-то канальями (сравнить с хозяином и хозяюшкой в русском варианте).
И тормозится только после того, как поднос падает со стола. А там и подарки в зале появляются.
Дальше всё по шаблону: купцам мало, они идут туда, куда их надрало, и срывают там аленький цветочек.
Оба чудовища орут и говорят, что пиздец тебе, купчина, на что начинаются отмазки – дочка Настенька (или как там её) попросила.
Французскому чудовищу это всё похуй, всех убью, смерть за розу. Ну, если, конечно, никто не прибудет в замок.
Чудовище русское немножко ласковее: нахуя ты, купец, цветок мой любимый сорвал? Тот честно: дочка Настенька попросила. Ага, говорит чудовище, Настенька… Не-не-не, говорит купец, и думать забудь.
Ах, забудь, говорит чудовище? Ну, тогда ехай к себе домой, а через сутки чтоб тут был.
Ибо скучно мне. Да и цветочек сорвали.
Французский зверь прост и краток: никаких там льгот и отсрочек, можешь сходить попрощаться, а как не вернёшься – все твои дети того. Начиная с любимой меньшой Настеньки (или как там её).
Что характерно – русский купец дочерям своим ни слова не сказал, сам твёрдо решил надеть поутру кольцо и отправиться на остров.
Француз же собрал полный коллоквиум, всех шестерых детей, и драматически сообщил, что так, мол, и так, надо мне уйти от вас… возможно, навеки… возможно, на смерть… А чтобы уйти, надо мне сесть на коня и на ухо ему шепнуть заветное словосочетание «больше жизни».
Ну что, как не провокация? Маладца, короче. Ясное дело, что Настенька (блядь, да похуй!) на коня и к чудовищу. Ненуашо, не погибать же папеньке.
Дальше, конечно, тоже весело.
Младшие дочери (хрен с ними, Настеньки) благополучно прибыли к своим чудовищам – но русское мохнатое невесть что обошлось очень благородно, типа ты тут госпожа, делай что хошь, никто тебя не обидит. И только смотрел за нею скрытно, чтоб не напугать видом своим звериным (хотя как по мне, так очень даже милое чудовище получилось).
Ну, короче. Ничего не надо, ты только ходи так©.
Француз же изначально начал вести себя непотребно. Туда не ходи, того не делай, а что не так – съем тебя. Ну, или ещё что, но тебе тоже не понравится. И вообще, ночью приходил в спальню к девушке, пугал её. Срамота, короче.
Настеньке, чтоб съездить к батюшке да сестрицам, понадобилось всего-то сказать, что сильно соскучилась.
Бель (вот, вспомнила!) пришлось торговаться, танцевать с чудовищем, а потом скандалить, тонуть в проруби – и только после всех этих квестов езжай. Разрешаю.
Как-то оно…
Я б задумалась, короче.
Потом в русской версии завистливые сестрицы ставни закрыли, чтоб не видела Настенька настоящее положение дел, из-за чего она и не успела к вечерней заре. Но она кольцо надела, депортировалась, дошла до поляны заветной – и тут чудовище и ожило. И стало бодрым молодцем.
Не, положа руку на сердце, чудовище было лучше. Милое такое, лохматое, глаза грустные и красивые. Как у молодого Сталлоне. А этот весь лакированный и в красных сапогах, жуть. Если чудовище ещё могло вызывать какие-то чувства, то этот только на рекламу здорового образа жизни, стирального порошка «Амвей» и красных сапог из дерматина для веганов.
Хотя я Настеньку понимаю. Под венец с лохматым тогда никак, красного молодца подавай. А так бы, если бы не все эти предрассудки, может, и больше счастливы были бы с чудовищем.
Версия французская какая-то совсем action: братья коня украли и поехали замок обворовывать, чтоб долги отдать бандюку Пердюкасу (это фамилия такая), и Пердюкаса (не я придумала) вместе со всей шайкой тоже в замок привели. Что совсем нехорошо, если уж честно. Ладно сёстры Настеньки, засранки такие завистливые, ставни закрыли. Но грабёж – это уже ни в какие ворота не лезет.
В результате русское чудовище ожило от одной слезинки Настеньки. А французскому надо было, чтоб ограбили замок, потом порезали Бель, потом его самого, потом раскаявшиеся братья (считай уже шурины) приволокли его в замок, швырнули в бассейн (ну или типа того), после чего тот стал наконец Венсаном Касселем.
Обе версии интересны. Иначе не смотрела бы постоянно.
Но французскую рекомендую детям постарше. Там мало того, что резня на каждом шагу, так ещё и Настенька – пардон, Бель – в таком декольте постоянно, что сиськи вываливаются.
Не то что Настенька в сарафане.
Но это уж кому что нравится.

1471

В купе бизнесмен и поп. Только поезд тронулся, бизнесмен моментально разложил ноутбук, бумаги и утонул в этом. Поп посидел минут 15-20, да и говорит: - Сын мой возлюбленный, а не выйти ли нам в тамбур и не воскурить ли во славу божию? Мне как раз из Амстердама дивные фимиамы привезли, просто дивные! Бизнесмен поднимает на него мутный глаз, не до конца понимая и не полностью включаясь в общение: - О чём вы, батюшка! Тут такие дела, котировки скачут, Доу-Джонс валяется, простите, простите, не могу... - и снова клац-клац клавишами на ноуте. Поп сходил в тамбур один, вернулся, благоухая амстердамскою травою, снова полчасика помолчал, и давай опять бизнесмена спрашивать: - А не посетить ли нам с тобой, сын мой, совместно вагон-ресторан? Молитвой сыт не будешь. Сходим же, откушаем, чего бог послал. - Батюшка... (клац-клац-клац) простите (клац-клац) не могу я... На токийской бирже обвал. NАSDАQ с ума сошёл (клац- клац-клац-клац), нестабильность в Судане привела (клац) к взлёту цен на нефть... Поп снова в одиночестве проследовал в ресторан, вернулся, расточая ароматы яств, посидел, да и обращается к бизнесмену (а на том уже рубашка мокрая, волосы торчат): - Не угодно ли со мной вкусить замечательного ликёра, плода бдений бенедиктинских монахов? - клац-клац-клац-клац... Поп вытаскивает фляжку, вкушает плод бдений, снова погружается в задумчивость и снова обращается к попутчику: - Сын мой, я тут, проходя по вагону, заметил в соседнем купе двух очаровательных юных дев. Не сходить ли нам с тобою вместе к сим юницам, не провести ли с ними до утра время в беседах о духовности половых отношений? - клац-клац-клац... Доу-клац-Джонс... клац! Нью-Йоркская биржа.... клац- клац... нестабильность... Снова поп один идёт в соседнее купе, откуда до утра слышатся разные звуки, свидетельствующие о живости происходящей там дискуссии и о несомненном интересе к теме разговора со стороны всех его участников. Наутро поп, слегка помятый, но румяный и довольный, почистив зубки и побрызгавшись парфюмом, заходит в купе забрать вещи и видит там бизнесмена - с зелёной мордой, кругами вокруг глаз, в рубашке как тряпка, из последних сил чего-то выклацивающего на своём ноуте. Бизнесмен поднимает к нему красные глаза и говорит: - Скажите мне, батюшка... вот я живу - света не вижу, работа, семья, работа, семья, на работе от темна до темна, все деньги жене отдаю, дома посуду мою, мусор выношу, детям уроки делать помогаю, ни шагу в сторону.... неужели я неправильно живу??? - Правильно, сын мой. Но зря.

1472

Долгожительница

Вчера муж рассказал. Он - электрик в ЖЭКе, и его отправили в освободившуюся муниципальную квартиру на предмет обследования проводки.
В подъезде дома его встретили нереально счастливые жильцы. Они радостно улыбались, глаза их светились, и улыбки не сходили с посветлевших лиц.
В квартире умерла одинокая бабушка-долгожительница. Много лет она изводила соседей скандалами, писала на них жалобы во все инстанции, материла их с балкона днями напролёт, собрала в квартире мусор со всего района и развела огромную колонию тараканов. И ещё держала в квартире собаку, которую не выгуливала,
и та тоже выла днями и ночами напролёт.
Освободившаяся из плена собака, накормленная и помытая добрыми соседями бегала по двору. Жильцы чуть не плакали от счастья, муж чуть не умер от запаха в квартире.
Пришёл домой грустный такой, видно пожалел одинокую старушку…
Господа, товарищи, братья и сёстры! Да не придёт к нам «Альцгеймер»! Да, проживём наши жизни так, чтобы никто не плакал от счастья на наших похоронах. Аминь.

1473

Женщина на инет-форуме: "Вчера первый раз за долгое время ехала в метро. Полный вагон таджиков! Во все глаза смотрела, как бы они не украли сумку". Японский симфонический оркестр: "Вчера в полном составе посетили Московское метро. Одна женщина смотрела на нас очень сурово: видимо, наше исполнение 2-го концерта Рахманинова было далеко от идеала".

1474

Давно это было, тогда солнышко светило ярче, доллар был дешевле, а плешивый дедушка был моложе, и таскал чемоданчик за папой лошади.
Так вот, сеструха моя решила курей развести, курятник там и все дела.. выполнила задуманное, а тут мужу еёшному командировка в Финляндию организовалась.. долгосрочка, ну и свалили.
Курей ессно оставили на наше попечение.
Мамуся моя честно по утрам забирала дары куриные, и чтобы не путаться на каждом писала дату, фломастером.
И вот решили мы навестить сеструху, заодно посмотреть как там буржуины загнивают. Сказано - сделано, закидали пожитки в машину, и отчалили в сторону границы.
Маманя конечно не приминула нам подсунуть коробку с яЙцыми, ибо там у них наверно такого нету. И ведь не ошиблась!
Когда мы прошли нашу таможню, и стояли в очереди на Финке, я прочитал что к ввозу запрещены практически все продукты, включая ту коробочку, которую мы везли как презент.
Ну думаю найдут - отнимут. И ошибся.
Ну как ошибся.. частично. Коробку с яйцами финик конечно нашел, ибо мы не прятали особо, т.к. некуда, да и опыта нет :) Открыл и тупо смотрел на ряды яиц, на каждом из которых была нанесена дата.
Немного помедитировав он спросил - этто чтоо??
Я ответил - яйца.
- А что этто са цифры?
- Это день рождения
- Чей, фаш?
- Нет, яйца
Фин впал в полную прострацию, вы бы видели его глаза. Он закрыл коробку и сказал "проезжайтее".
Я представляю что он подумал о гребаных русских, которые пишут на каждом яйце его день рождения.

1475

Гуляли в лесу с собаками и нашли человека в костюме Зебры! Оказалось был корпоратив на полянке с аниматорами, выпили, погуляли, заблудился бедолага вечером, переночевал в лесу, потерял голову зебры и пошел куда глаза глядят.. Видели бы вы квадратные глаза собак, когда это чудо на нас выгребло.. даже сожрать не пытались..

1476

В не очень большом магазине Ашан, из тех что бывший Атак, оказался в плодово-овощной его части, где на мой взгляд расстояния между рядами вполне достаточные и соответствуют положенным нормам по ширине. По ряду идёт довольно быстро немолодая женщина, причем идёт передом наперёд, как обычные люди. И стоял там довольно в возрасте старичок божий одуванчик. И вдруг почему-то он решил подать не разворачиваю свою тележку задом назад, видимо вспомнил что надо еще что-то набрать что пропустил ранее. Шустро так вспомнил и двинулся. И довольно весомо налетел спиной на женщину. Извинился конечно, но видно что той прям физически было это мягко говоря неприятно.

Вдруг вспомнилось популярное выражение "Иду куда глаза глядят". И вот как-то так сразу оно заиграло не только старыми известными фольклорно-философскими красками, но и обрело в моей голове вполне такой практический жизненный смысл.

1477

В бар заходит лошадь. Снимает пальто, шляпу. Помещает их на вешалку. Подходит стойке и говорит бармену: - Мне, пожалуйста, 150 водочки, стаканчик томатного сока и фисташки. У бармена круглые глаза, теряется дар речи... Лошадь: - Что нибудь не так? Бармен: - Н-нет, нет. Все так. П-пожалуйста, присаживайтесь. Лошадь: - Вы не удивляйтесь, я теперь тут рядом работаю и буду часто к вам заходить. Бармен, немного прийдя в себя, хватает телефон и звонит своему приятелю - директору цирка: - Дорогой, бросай своих собачек, кошечек, бегемотиков. . Завтра бегом ко мне, тут у меня чудеса... (рассказывает про говорящую лошадь). Да нет, - говорит, - я не пьян, я не пью, приходи и сам все увидешь. На следующий день директор цирка и бармен ждут в баре лошадь. Она заходит, опять же снимает пальто, шляпу... Подходит к стойке и говорит: - Мне, пожалуйста, опять же 150 водочки, стаканчик томатного сока, а фисташки не надо - у меня от них вчера была изжога. Лучше дайте мне оливок. Обалдевший директор подсаживается к лошади: - Простите, я слышал, что вы где-то здесь рядом работаете, а если не секрет, сколько вам платят? - Я получаю 200 долларов в месяц, - говорит лошадь. Директор цирка: - Я приглашаю Вас к себе на работу! Вы будете получать 1000 долларов в месяц! Я буду брать на себя все дополнительные расходы! Вы будете жить в прекрасных условиях! ... . Лошадь: - А где нужно работать? Директор: - В цирке. Лошадь: - Это там, где много света, музыка, канаты какие-то и вот это круглое внизу. . , как его? - Арена! ! Да-да-да, все так! - вскрикивает директор. - Все хорошо, конечно, - отвечает лошадь, - только я одного не пойму - а на кой хрен Вам там дизайнеры? anekdotov.net

1478

На Гулливера напала огромная армия лилипутов. Тучи стрел устремились ему в глаза. Гулливер закрыл глаза руками и чудом отбился. Три дня чудо болело и мешало ему ходить...

1480

Из школьных сочинений (орфография и пунктуация сохранена в полном объеме)
Маяковский засунул руку в штаны и вынул оттуда самое дорогое, поднял его высоко и сказал: "Я гражданин Советского Союза".
Анна сошлась с Вронским совсем новым, неприемлемым для страны способом.
Плюшкин наложил посреди комнаты большую кучу и каждый день старался ее увеличить.
Кутузов мечтал хотя бы одним глазком взглянуть на Париж.
Пьер был светский человек и поэтому мочился духами.
Медведи увидели, что постель медвежонка измята, и поняли: здесь была Маша.
Аня, сидя на стуле, спала, и мимоходом ела булку.
По всей площади был разбросан различный мусор: камни, обрывки плакатов, куски дерева. Был и Ленин.
Суворов был настоящим мужчиной и спал с простыми солдатами.
Декабристы накопили большую потенцию и излили ее на Сенатскую площадь.
Денис Давыдов повернулся к женщинам задом и выстрелил два раза.
Бедная Лиза pвала цветы и этим коpмила свою мать.
Белозубый Витя и его светлые глаза смотpят вдаль.
Достоевский сделал героиню своего романа матерью.
Доярка сошла с трибуны и на нее тотчас же влез председатель.
Гоголь страдал тройственностью, которая заключалась в том, что одной ногой он стоял в прошлом, другой приветствовал будущее, а между ног у него была страшная действительность...

1481

Альтер Эго

Усталое августовское солнце спряталось за вершины Альп, и веранда отеля, на которой мы сидели, стала погружаться в темноту. Уличные фонари один за другим зажглись тусклым электрическим светом. Официант молча поставил на наш столик керосиновую лампу и так же молча забрал тарелки.
Мой собеседник шумно вздохнул и выудил из кармана пиджака очередную сигару.
- Кажется, я обещал Вам историю?
- Вы сказали, что случай, описанный мной на конференции, напомнил Вам что-то из Вашей собственной практики.
Он кивнул. Мимо по мостовой прогрохотала запряженная лошадью повозка, и мой собеседник проводил ее недовольным взглядом. Прикурив прямо от огонька лампы, он откинулся на спинку стула и после непродолжительного молчания заговорил:
- Это случилось лет двадцать назад. Я никогда не упоминал этого пациента в своих статьях, потому что он был весьма известный, по крайней мере в Британской Империи, человек.
- Англичанин? Он приехал к Вам в Вену? - удивился я.
- Нет, мы встретились в Швейцарии, когда я был по делам в Берне. Он прочел мою монографию и решил, что я смогу помочь ему с его проблемой. До сих пор не знаю, как он сумел найти меня в городе, где я был лишь проездом.
- Видимо, его проблема не допускала отлагательства? - предположил я.
- Можно сказать и так, - согласился мой собеседник.
- И в чем же заключалась его проблема?
- Не спешите, - погрозил мне сигарой собеседник. - Сначала я должен немного рассказать вам об этом человеке. Как я уже упоминал, пациент был весьма знаменит. Давайте назовем его Мистер Эйч. В Лондоне он занимался частным сыском и стал широко известен, когда его друг и помощник начал публиковать в местных газетах очерки о его расследованиях. Должен вам сказать, что это был человек необычайно острого ума, обладатель поистине уникальных интеллектуальных способностей.
- Погодите. Я читал эти очерки. Его звали..
- Давайте обойдемся без имен, - остановил меня мой собеседник.
- Хорошо, - легко сдался я. - Продолжайте.
- Большой интеллект требует сложных задач, и Мистер Эйч находил эти задачи в распутывании детективных загадок своих клиентов. К сожалению, в его практике интересные загадки встречались не так часто, и большую часть времени его мучила скука. Одно время он пытался найти себя в науке и даже написал несколько статей по криминалистике, но это увлечение быстро прошло. Скука быстро переросла в депрессию, которую пациент пытался лечить морфием.
Мой собеседник замолчал и, закрыв глаза, выпустил длинную струю дыма. Я знал о его собственном пристрастии к кокаину, но деликатно не стал этого упоминать.
- Вряд ли он искал Вашей консультации из-за этого, - предположил я.
- Вы правы. Я не знаю, что послужило причиной недуга пациента - наркотик или утомленный скукой мозг - но в итоге у Мистера Эйч развилось диссоциативное расстройство идентичности.
- Раздвоение личности? - от удивления я едва не выронил собственную трубку.
Мой собеседник кинул на меня укоризненный взгляд, но затем устало кивнул.
- У Мистера Эйч не было достойных соперников, и тогда его подсознание решило само создать для него такого противника. Вторая личность пациента - назовем ее “Профессор” - была подлинным криминальным гением. Что не удивительно, учитывая жизненный опыт Мистера Эйч. Используя свои интеллектуальные способности и связи в преступном мире Лондона, Профессор создал целую криминальную империю. На его счету шантаж, биржевые махинации, крупные кражи. При этом совершая свои преступления, Профессор оставлял хитро спрятанные подсказки, чтобы таким образом дать своей основной личности пищу для размышлений.
- Невероятно! Неужели он не осознавал своего расстройства?
- Нет… по крайней мере, очень долгое время. Когда его одолевала скука или депрессия, контроль над телом захватывала вторая личность, а когда контроль возвращался Мистеру Эйч, у него не сохранялось никаких воспоминаний о ее поступках. Для мистера Эйч эти часы и, иногда, дни, просто выпадали из памяти.
- Но неужели его близкие ничего не замечали?
- Видите ли, Мистер Эйч в рамках своих расследований и так имел обыкновение надолго исчезать из дома, водил контакты с преступными элементами и вообще вел образ жизни, неподобающий джентльмену. Так что близкие не заметили в его поведении значимых перемен.
- А как же его друг и помощник, Доктор, эээ, Вэ?
Мой собеседник усмехнулся в короткую седую бороду и вновь шутливо погрозил мне сигарой.
- Он тоже ничего не заподозрил. Он подробно описывал в своих очерках противостояние Мистера Эйч и Профессора, и его даже не смутило, что о существовании Профессора он знает только со слов своего друга.
- Получается, Мистер Эйч распутывал преступления, которые он сам и совершал?
- Которые совершала его вторая личность, - поправил меня мой собеседник. - Он ничего не помнил о том, что делал, когда терял контроль.
Некоторое время мы курили в тишине, пока я обдумывал услышанное.
- И чем же все закончилось?
- Однажды пациенту попала в руки моя монография, уж не знаю каким образом.
- Про уровни сознания? - на всякий случай уточнил я.
Мой собеседник нетерпеливо кивнул и продолжил:
- Видимо, она подтолкнула его к осознанию своего расстройства. Согласитесь, это еще одно доказательство силы его интеллекта. Тогда-то он и решил выискать меня ради консультации.
- Теперь я понимаю, как он сумел найти Вас в Швейцарии.
Мой собеседник пожал плечами и устремил взгляд в небо.
- Пациент поведал мне свою историю и попросил помощи. Я был поражен тем, что он мне рассказал. Согласитесь, случай уникальный. К сожалению, Мистер Эйч отказался от полноценного лечения, опасаясь, что когда вторая личность вновь захватит контроль, то постарается избавиться от доктора, который пытается ее фактически убить.
Я подался вперед, захваченный интригой.
- И что же вы сделали?
- Увы, тогда мне пришло в голову только одно решение. Я дал ему совет, что ему нужно устроить конфронтацию со своей второй личностью. Вызвать ее, так сказать, на дуэль за контроль над телом, которое они делили.
- Погодите… Швейцария, Берн…
Меня осенила догадка, и в возбуждении я вскочил на ноги.
- Рейхенбахский водопад! - выпалил я.
Шум голосов на веранде смолк. Я осознал, что сказал это куда громче, чем позволяли приличия.
Мой собеседник жестом попросил меня сесть. Под любопытными взглядами постояльцев отеля за соседними столиками я смущенно опустился на свой стул.
- Простите... Что же в итоге?
- Больше мы не виделись. Но если верить очеркам Доктора Вэ, Мистер Эйч победил в этой дуэли.
У меня закружилась голова от услышанной истории; я откинулся на спинку стула и затянулся трубкой.
Докуривали мы в молчании. Наконец мой собеседник затушил сигару в пепельнице и поднялся со стула. Он протянул руку на прощание.
- Надеюсь увидеть вас на следующей конференции, коллега, - сказал он и зашагал ко входу в отель.
Я проводил его взглядом. Внезапно я осознал, что что-то в рассказанной им истории не давало мне покоя, но что именно, я так и не смог ухватить мыслью. Помучившись некоторое время, я в конце концов пожал плечами, набил еще трубку и стал наблюдать за загорающимися на небе звездами.

(с) Щеглов Илья

1482

Собираю монетки.

В свое время как то накопилось очень много копеек.

Основная масса лежит в специально отведённом месте, а пару тройку всегда таскаю с собой.
Как фонтан, или ещё какой то водоём попадётся, на удачу закину.

Иду по улице, обращается ко мне мужчина.
Одет вроде нормально, говорит: - Очень извиняюсь, можете ли вы выручить меня копеечкой?

Видели бы вы его глаза, после того, как я дал ему копеечку...

1483

Навеяно историей про "конец электричества" https://www.anekdot.ru/id/1237551/
Просыпаюсь как-то утром воскресенья, привычно спускаюсь позавтракать в ресторанчик отеля - а ресторанчик заперт. Вокруг темно и тихо - никто не смотрит телевизор в холле, никто не заваривает матэ из кулера (дело происходит в Буэнос-Айресе, Аргентина).
Спускаюсь к портье, он сидит с тусклой аккумуляторной лампочкой. Нету, грит, электричества во всём квартале, а мож и во всем городе. Даже светофоры не работают.
Хотелось есть, продуктов не имелось. Я побрёл по пустынной улице куда глаза глядят, в поисках позавтракать.
Город я знал ещё плохо. Не помню, ездили ли в тот день автобусы и такси, но метро точно не работало. Поэтому я топал строго прямо, чтобы на обратном пути не заблудиться.
Потом с помощью гугла выяснилось, что злой и голодный я прошёл в общей сложности 4 километра до первого огня светофора.
Никогда в жизни я так не радовался работающему светофору!
Вскоре нашлась и открытая пиццерия. Фееричный получился завтрак.
Вернувшись в отель, увидел хозяина ресторана, который уже раскочегарил у входа мангал и жарил гамбургеры. Вопрос с обедом отпал.
В понедельник свет был. Первым делом я прикупил фонарик и батарейки.

1484

Мужик просыпается с утра с жуткого бодуна, открывает глаза, голова болит, оглядывается по сторонам: фуууу, дома... встает с кровати, ощупывает себя - е-мое, в пижаме... в жизни пижаму не одевал. Смотрит - на туалетном столике стакан воды, таблетка аспирина и записка от жены: "Милый, завтрак на столе, все прибрала, твоя навеки - жена". Мужик в совершенном непонимании, выпивает таблетку и идет в ванную... по пути обнаруживает, что квартира не то что чистая, просто вылизана до блеска, сын сидит у себя в комнате, делает уроки... - Сынок, а что вчера было? - Ты пришел пьяный, как обычно под утро. Облевал всю прихожую, нагадил мимо унитаза, побил в кухне всю посуду, поставил матери фингал под глазом. - Ну и, что случилось с мамой, с квартирой??? - Ааа, ты про это, просто когда тебя мама стала укладывать спать и начала стягивать с тебя штаны, ты заорал "пошла на х%й, сука - Я ЖЕНАТЫЙ!!! "

1485

В каталоге советских игрушек идеально описано моё похмелье: "Голова изготовлена из древесно-опилочной массы способом горячего прессования и оклеена искусственным мехом. Туловище и лапы изготовлены из искусственного меха, мягконабивные. Крепление головы и лап шарнирное. Глаза стеклянные".

1488

А кто такой этот Валерий Косолапов, почему я должен писать о нем, а вы читать? Валерий Косолапов на одну ночь стал праведником, а если бы не стал, то мы бы не узнали поэму Евтушенко «Бабий Яр». Косолапов и был тогда редактором «Литературной газеты», которая 19 сентября 1961 года опубликовало эту поэму. И это был настоящий гражданский подвиг.
Ведь сам Евтушенко признавал, что эти стихи было легче написать, чем в ту пору напечатать. История написания связана с тем, что молодой поэт познакомился с молодым писателем Анатолием Кузнецовым, который и рассказал Евтушенко о Бабьем Яре. Евтушенко попросил Кузнецова отвести к оврагу, и был совершенно потрясен увиденным.
«Я знал, что никакого памятника там нет, но я ожидал увидеть какой-то памятный знак или какое-то ухоженное место. И вдруг я увидел самую обыкновенную свалку, которая была превращена в такой сэндвич дурнопахнущего мусора. И это на том месте, где в земле лежали десятки тысяч ни в чем неповинных людей, детей, стариков, женщин. На наших глазах подъезжали грузовики и сваливали на то место, где лежали эти жертвы, все новые и новые кучи мусора», - рассказывал Евтушенко.
Он спросил Кузнецова, почему вокруг этого места подлый заговор молчания? Кузнецов ответил потому что процентов 70 людей, которые участвовали в этих зверствах, это были украинские полицаи, которые сотрудничали с фашистами, и немцы им предоставляли всю самую черную работу по убийствам невинных евреев.
Евтушенко был просто потрясен, как он говорил, так «устыжен» увиденным, что за одну ночь сочинил свою Поэму, и в эту ночь точно был праведником. Утром его навестили несколько поэтов во главе с Коротичем, и он читал им новые стихи, потом еще звонил некоторым... кто-то «стукнул» киевским властям, и концерт Евтушенко хотели отменить. Но он не сдался и пригрозил скандалом. И в тот вечер впервые «Бабий Яр» прозвучал в зале.
«Была там минута молчания, мне казалось, это молчание было бесконечным. Там маленькая старушка вышла из зала, прихрамывая, опираясь на палочку, прошла медленно по сцене ко мне. Она сказала, что она была в Бабьем Яру, она была одной из немногих, кому удалось выползти сквозь мертвые тела. Она поклонилась мне земным поклоном и поцеловала мне руку. Мне никогда в жизни никто руку не целовал» - вспоминал Евтушенко.
Потом Евтушенко пошел в «Литературную газету». Редактором ее и был Валерий Косолапов, сменивший на этом посту самого Твардовского. Косолапов слыл очень порядочным и либеральным человеком, естественно в известных пределах. Его партбилет был с ним, а иначе он никогда бы не оказался в кресле главреда.
Косолапов прочел стихи прямо при Евтушенко и с расстановкой сразу сказал, что стихи очень сильные и нужные.
- Что мы с ними будем делать? – размышлял Косолапов вслух.
- Как что? – сделал вид, что не понял Евтушенко. – Печатать.
Прекрасно знал Евтушенко, что когда говорили «сильные стихи», то сразу прибавляли: «но печатать их сейчас нельзя». Но Косолапов посмотрел на Евтушенко грустно и даже с некоторой нежностью. Словно это было не его решение.
— Да. Он размышлял и потом сказал — ну, придется вам подождать, посидеть в коридорчике. Мне жену придется вызывать. Я спросил — зачем это жену надо вызывать? Он говорит — это должно быть семейное решение. Я удивился — почему семейное? А он мне — ну как же, меня же уволят с этого поста, когда это будет напечатано. Я должен с ней посоветоваться. Идите, ждите. А пока мы в набор направим.
Косолапов совершенно точно знал, что его уволят. И это означало не просто потерю той или иной работы. Это означало потерю статуса, выпадения из номенклатуры. Лишение привелегий, пайков, путевок в престижные санатории...
Евтушенко заволновался. Он сидел в коридоре и ждал. Ожидание затягивалось, и это было невыносимо. Стихотворение моментально разошлось по редакции и типографии. К нему подходили простые рабочие типографии, поздравляли, жали руку. Пришел старичок-наборщик. «Принес мне чекушечку водки початую, и соленый огурец с куском чернушки. Старичок этот сказал — держись, ты держись, напечатают, вот ты увидишь».
А потом приехала жена Косолапова и заперлась с ним в его кабинете почти на час. Она была крупная женщина. На фронте была санитаркой, многих вынесла на своих плечах с поле боя. И вот эта гренадерша выходит и подходит к Евтушенко: «Я бы не сказал, что она плакала, но немножечко глаза у нее были на мокром месте. Смотрит на меня изучающее и улыбается. И говорит — не беспокойтесь, Женя, мы решили быть уволенными».
Слушайте, это просто красиво. Это сильно: «Мы решили быть уволенными». Это был почти героический поступок. Вот только женщина, которая ходила на фронте под пулями, смогла не убояться.
Утром начались неприятности. Приехали из ЦК с криком: «Кто пропустил, кто проморгал?» Но было уже поздно – газета вовсю, продавалась по киоскам.
«В течение недели пришло тысяч десять писем, телеграмм и радиограмм даже с кораблей. Распространилось стихотворение просто как молния. Его передавали по телефону. Тогда не было факсов. Звонили, читали, записывали. Мне даже с Камчатки звонили. Я поинтересовался, как же вы читали, ведь еще не дошла до вас газета. Нет, говорят, нам по телефону прочитали, мы записали со слуха», - говорил Евтушенко.
На верхах, конечно, отомстили. Против Евтушенко были организованы статьи. Косолапова уволили.
Евтушенко спасла реакция в мире. В течение недели стихотворение было переведено на 72 языка и напечатано на первых полосах всех крупнейших газет, в том числе и американских. В течение короткого времени Евтушенко получил 10 тыс писем из разных уголков мира. И, конечно, благодарные письма писали не только евреи. Далеко не только евреи. Поэма зацепила многих. Но и враждебных акций было немало. Ему выцарапали на машине слово «жд», посыпались угрозы.
«Пришли ко мне огромные, баскетбольного роста ребята из университета. Они взялись меня добровольно охранять, хотя случаев нападения не было. Но они могли быть. Они ночевали на лестничной клетке, моя мама их видела. Так что меня люди очень поддержали, - вспоминал Евтушенко. - И самое главное чудо, позвонил Дмитрий Дмитриевич Шостакович. Мы с женой сначала не поверили, думали, что это какой-то хулиган звонит, нас разыгрывает. Он меня спросил, не дам ли я разрешения написать музыку на мою поэму».
...У это истории хороший финал. Косолапов так достойно принял свое увольнение, что партийная свора перепугалась. Решили, что он оттого так спокоен, что наверняка за ним кто-то стоит. И через какое-то время его вернули и поставили руководить журналом «Новым миром». «А стояла за ним только совесть, - подвел итог Евтушенко. – Это был Человек.
Вадим Малев

1490

На уроке зоологии учительница спрашивает: Дети, кто может ответить почему камбала плоская? Вовочка тянет руку: Ее кит полюбил! Учительница вне себя: Выйди вон из класса и без родителей не приходи. Продолжаем урок. А кто знает почему у рака большие глаза? Вовочка (уже в дверях) Просто рак был рядом и все это видел. anekdotov.net

1491

Эта история претендует на подлинность, и рассказана одной девушкой: "Однажды я снимала на лето половину дома в деревне. И был у меня пес "дворянских" кровей, проще говоря, дворняга Бобик. Он был очень любопытен и непоседлив. А на соседней половине жили хозяева дома, и у них был любимец кролик Кеша какой-то редкой породы, белый и пушистый. Стоил он 300 долларов. Соседи в нем души не чаяли, кормили по-особому, причесывали... Клетка с кроликом стояла в саду, и Бобик часто там крутился изучал странного зверя. И вот однажды сижу я на веранде, и вдруг вижу бежит мой пес весь в грязи, в земле и тащит в зубах того самого дорогущего кролика - дохлого, естественно, и чумазого. Ну все, думаю, кранты! Добрался-таки до Кешки! Сразу вспомнились 300 баксов где я возьму такие деньги... Тогда мне пришла в голову идея: отняла кролика, наказала собаку и стала отмывать несчастного Кешку шампунем. Потом высушила его феном, расчесала, и тихонько-тихонько стала пробираться на соседскую территорию. Посадила кролика в его клетку, стараясь придать ему естественную позу, и для правдоподобия сунула ему в зубы морковку. Потом быстро вернулась к себе и сижу жду, что будет дальше. Час проходит, другой, третий... Вдруг стук в дверь. Открываю на пороге стоит сосед белый как мел, глаза квадратные... Ну, думаю, началось! А сосед говорит: Маша, представляешь вчера умер наш Кеша, мы похоронили его в саду... А сейчас я смотрю он сидит в своей клетке и, как ни в чем ни бывало, ест морковку... Маша, у тебя есть валидол..."

1493

Ворчать старики Вяткины начали сразу как только увидели гостей. Первым делом им не понравился Анин наряд.
— Это кто ж тебя так, внученька? — запричитала бабушка, увидев дырки на её джинсах, — собаки чтоль тебя драли?
— Как словно без матери растёшь, — метнула она косой взгляд в сторону невестки.
Вышедший на крыльцо дед тоже ахнул.
— Ты это, Нюрка, ты давай не стесняйся, скидывай штаны-то, ща бабка быстро заштопает.
— Это гранж, деда, — фыркнула Аня, — стиль такой, ничего вы не понимаете.
Дед недовольно нахмурился, но сдержался увидев Бурова. Буров был институтским однокашником их сына Михаила, но если Мишка трудился программистом в крупной торговой сети, то Буров пошёл дальше, в науку. Худой и растрёпанный он и походил на какого-то полусумасшедшего профессора из фильма про злодеев.
— Он уже докторскую пишет, а сам где-то в оборонке работает, — шепнула невестка Тамара старикам, — нейросвязи какие-то им материализует.
Вяткины уважительно посмотрели на Бурова и больше ничего не спрашивали.
Сам Буров вёл себя скромно, в разговоры особо не влезал и всё больше молчал, поблёскивая стёклами толстых очков.
Лишь время от времени он доставал из кармана блестящий приборчик похожий на калькулятор и быстро пощёлкав кнопками что-то записывал в небольшой блокнот.

Обедать решили сесть в беседке, так и не дождавшись внучки, что залезла на чердак, где связь по её мнению была получше. Там она сосредоточилась на экране своего телефона почти не обращая внимания на звавших к столу взрослых.
— Поела б хоть по-людски, — сердился дед, — антенна скоро на голове вырастет!
— Да ладно, не ругайся, попозже поест, — вступился за дочь Мишка, — ну поколение такое, не могут они без телефонов...
— Мы же смогли, — возразил дед, — жили же как-то, книжки читали, мечтали о чём-то...
— Мы о другом мечтали, а сейчас все блогерами хотят быть или звёздами инстаграмма. Всё энергию и время на интернет тратят, лишь бы...
— Верно! — Буров так неожиданно вскочил из-за стола, что все вздрогнули, — все мечтали... а ведь это тоже энергия... и если ещё учесть временной коэффициент...
Он взволнованно прошёлся вокруг беседки не замечая никого и вдруг, словно что-то вспомнив, почти бегом направился в дом.

Вот тут-то всё и произошло, как только он ушёл.
Вроде бы сперва как громыхнуло. Или скорее даже сверкнуло, как в грозу молния.
А может и молнии никакой не было. По крайней мере единого мнения в этом вопросе впоследствии так и не получилось. Это дед потом говорил про молнию, остальным же привиделось какая-то дымка и зеленоватое мерцание, когда к ним снова вышел Буров.
Когда всё рассеялось, стало заметно, что в образе собравшихся произошли просто потрясающие изменения.
Дед стоял в космическом скафандре с надписью СССР на гермошлеме. За лицевым стеклом были видны его выпученные от удивления глаза, которыми он смотрел на свою супругу.
Перед нею, одетой уже в белоснежный халат, стояла тележка с нанесённой спереди полукругом надписью МОРОЖЕНОЕ. Верхний лоток был открыт, оттуда шёл пар и виднелись аккуратно уложенные батончики эскимо. Бабка ошарашенно поправила накрахмаленную косынку на голове, достала один серебристый батончик, развернула его и осторожно откусила.
Их сын Михаил Вяткин, сидел на капоте невесть откуда появившейся, наглухо затонированной чёрной "девятки" с лежащей на панели барсеткой. На нём была кожаная куртка-косуха с выглядывавшей из-под неё толстой золотой цепью, спортивные штаны с лампасами и кроссовки "Адидас". На всех присутствующих он смотрел тоже удивлённо, но нагло, по-бычьи наклонив вперёд бритую голову. В руках Мишка умело вертел чёрные чётки-"змейки".
Его жена Тамара выглядела ещё необычней с высоким начёсом на голове, в перламутрово-розовых лосинах, кожаной мини-юбке и на высоченных каблуках. Кроме того она беспрестанно жевала резинку и выдувала пузыри накрашенным ртом, игриво поглядывая на почему-то совсем не изменившегося Бурова.
К счастью, их дочки не было видно.
— Слышь ты, овца, — сказал Мишка супруге каким-то странно-гнусавым говорком, — ты чё на него пялишься, ты меня провоцируешь что ли? Нет, ты, скажи, ты чё меня провоцируешь?
— Отстань, — Маринка громко расхохоталась и подойдя к Бурову кокетливо ему подмигнула, — моё дело на кого пялиться.
— Тьфу! — плюнула бабка и подняв деду экран гермошлема дала ему откусить эскимо, — так и знала, что она проститутка, прости господи.
— Я не проститутка! — окрысилась невестка, перестав от возмущения жевать, — Я вообще-то ведущий специалист! И, между прочим, на хорошем счету! Мало ли кто кем хотел в детстве стать!
Тут все присутствующие переглянулись и оглядели друг друга как-то по новому.
— Погоди-ка... — Михаил встряхнул головой и подняв к лицу правую руку осмотрел сидевшее на его среднем пальце огромное золотое кольцо-печатку, — так это твой... кварковый перенос?
Буров лишь пожал плечами.
— Ты ж говорил, что это невозможно, что это принципиальный запрет, как вечный двигатель у физиков, как...
— Я и сам ещё не очень понимаю, — Буров сунул руку в карман и осторожно вытащил свой прибор, — реноватор же на зарядке стоял, а я решил периоды по поколениям выставить, может напряжение прыгнуло и вот...
Мишка озадаченно покачал головой, затем снова осмотрел свою печатку и угрюмо нахмурился:
— И чё, долго мне теперь пальцы гнуть?
Дед промычал что-то под гермошлемом и бабка достала новое эскимо.
— Если увеличить выход в пьезорезистивном инверторе... — задумчиво сказал Буров, — но надо батерейки поменять для начала.
— В "Околице" у нас батарейки, — выдохнул дед, сумевший приоткрыть гермошлем, — до конца проулка и налево.

Мишка с Буровым вышли на улицу, но тут же невольно остановились.
Над соседским забором торчал высокий флагшток по которому ползло бело-синее полотнище военно-морского флага. Откуда-то из глубины двора звучала мелодия "Варяга".
Они переглянулись и не сговариваясь заглянули через калитку.
Флаг поднимал Серёга Глазырин, их сосед напротив. Дотянув флаг до верха он отступил на несколько шагов, отдал честь и замер приложив руку к фуражке с якорем.
— Пойдём, — сказал Мишка Бурову, — ну его нахрен, он с детства всё морем бредил.
— Значит охват шире, чем я думал, — задумчиво произнёс Буров, когда они прошли пару домов по улице, — и, не дай бог, радиальный.
И это его предположение вскоре получило веское подтверждение.
Стоило им повернуть за угол, как перед ними словно из-под земли вырос какой-то здоровяк в чёрной балаклаве и камуфляже с нашивкой ОМОН.
Мишка дёрнулся было в сторону, но спустя мгновение был профессионально уложен подсечкой в придорожную траву лицом вниз. Прижимая Мишку коленом к земле омоновец ловко выхватил и-за спины дубинку и замахнулся на Бурова.
— К забору встал быстро! И руки держи, сука, руки, чтоб я видел!
— Витька, ты что ли? — прохрипел снизу Мишка, — Отпусти, больно же, это я, Вяткин!
Омоновец убрал с Мишки ногу и приподнял маску.
— Тю, Миха, а я тебя и не узнал, думал братки какие заехали. Я ж теперь вроде как за порядком присматриваю. А ты чего, в блатные что ли сдался?
Мишка встал, отряхиваясь и покрутил шеей.
— Типа того... а ты, Витёк, значит, омоновцем в детстве мечтал стать.
— Точняк, помню раньше всё хотел... — Витька даже вздохнул, — да только батя сказал нахер ему надо мента ростить.
Он приладил дубинку за спину, полностью сдёрнул маску и почесал затылок.
— А сегодня, не поверишь, только в котельную на смену собрался, как что-то вдруг словно перещёлкнуло и я уже в форме...
— А жена как? — спросил Мишка, — тоже поменялась?
— С Иркой вообще беда, — снова вздохнул Витька, — она ж в школе в Москву всё хотела на актрису поступать, а стала учителем. У неё и сегодня уроки в расписании, а она только и делает что переодевается, да вон, сами посмотрите..
Витька дёрнул задвижку на двери, и они зашли во двор.
Ирина стояла на крыльце дома в накинутой на плечи кружевной чёрной шали с бледным и каким-то нервным лицом. В красиво вытянутой руке в длинной перчатке дымилась тонкая сигарета.
Увидев гостей она порывисто к ним повернулась и спросила несколько приглушенным голосом:
— Вы знаете, что я думаю о Бергмане, обо всех этих его полутенях и откровениях?
Мишка с Витькой переглянулись и промолчали.
— И что же? — осторожно поинтересовался Буров.
— Мне кажется, я смогла бы у него сыграть, это как раз мой стиль, моя сценическая техника.
— Вы полагаете...
— Это несомненно, хоть и по многим причинам невозможно. — она изящно стряхнула пепел в сторону, — Но главная драма в том, что я здесь, здесь в этой глуши с тонким культурным слоем и абсолютно чужим мне по уровню человеком!
— Я щас тебя к колодцу пристегну, — пообещал Витька и звякнул наручниками на ремне, — выровняешься.
— Двинем мы, — сказал Мишка, — нам в магазин успеть.
Больше по дороге они никого не встретили. Пусто было и в самой "Околице", лишь продавщица Нинка Галкина одиноко сидела в своём углу.
Увидев вошедших посетителей она озабоченно прищурилась и крикнула:
— Следующий!
Мишка сразу заметил, что Нинка тоже изменилась - на носу у неё появились очки, а её обычный сиреневый сарафан сменил белый халат и такая же докторская шапочка.
Буров подошёл к кассе и Нинка привстала из-за прилавка.
— На что жалуетесь? — она взялась за висевший на шее стетоскоп и послушала его грудь. — Что конкретно беспокоит?
— Да, вроде ничего... — опешил Буров.
— Самый типичный для терапии случай, — фыркнула Нинка, — ничего не болит, ничего не беспокоит, а потом мы уже и не болезни лечим, а последствия. Ну, так что же, молодой человек?
— Сплю плохо, — нерешительно сказал Буров, — просыпаюсь часто, а ещё...
— Буров! — не выдержал Мишка, нервно крутанув чётки, — ты чё, в натуре, повёлся-то, какая она тебе докторша!
Буров вздрогнул и пришёл в себя:
— У вас батарейки есть? Пальчиковые?
— И пальчиковые есть и мизинчиковые. — Нинка сердито посмотрела на Мишку, — А вам, мужчина, хорошо бы почки проверить, синячки у вас под глазами...
— Давайте две, — Буров достал бумажник.
— Сто восемьдесят за две штуки, сейчас я вам выпишу, — Нинка пробила на кассе чек и строго посмотрела на Бурова, — вот, возьмите, завтра покажетесь.

— Дурдом на выезде, — протянул Мишка, когда они вышли наружу, — ты, давай врубай рысью свой хреноватор, мало ли, может кто снайпером хотел стать.
— Боюсь самому мне теперь нельзя, — Буров помедлил, — я уже использовал первичный преобразователь,
— Так давай я щёлкну, — предложил Вяткин, — говори куда жать.
— Тебе тоже нельзя, — Буров вставил батарейку и захлопнул заднюю крышку — есть риск самопроизвольного разрушения симметрии...
— Слышь, ты чё подпрыгиваешь? — рассердился Мишка, — Ты меня провоцируешь что ли? Диктуй конкретно чё делать!
— Понимаешь, я всегда хотел стать учёным, — сказал Буров, — С детства хотел и стал. И поэтому обратный магнитный момент при низких энергиях меня и не затронул, следовательно...
— Ты давай не мороси, — поморщился Мишка, — проще с людьми общайся.
— Проще говоря, нам надо найти такого же, кто стал тем, кем мечтал. Думаю сигнал всё же был линейным, направленным вдоль улицы. Кто-то обязательно собой остался.
Мишка ненадолго задумался.
— А пошли сразу к Андреичу, — предложил он, — Андреич тут типа председателя, пусть собрание объявит, сразу и вычислим.
Дом председателя с виднеющейся зелёной крышей был совсем рядом, на другой стороны улицы. Они дошли до ворот и Мишка уже поднял руку к звонку как вдруг где-то совсем рядом раздался резкий приближающийся звук сирены. В тот же миг в конце улицы показалась красная пожарная машина с включенными синими маячками. Распугав всех окрестных собак она на большой скорости промчалась мимо Мишки с Буровым оставив после себя лишь облако пыли.
— Дела... — присвистнул им вслед Мишка, — это ж Андреич рядом с водилой и сидит, в пожарники по ходу в детстве метил.
Он задумчиво оглядел улицу.
— Можно тогда до Михеева дойти, это фермер тут местный, у него по идее полдеревни работает, да и сам мужик дельный...
Дом фермера был, наверное, самый большой в селе, возвышаясь двумя этажами над всеми соседскими крышами.
Массивные чугунные ворота были приоткрыты и Вяткин просунув голову громко поздоровался. Никто не ответил и они вошли внутрь.
Во дворе никого не было и они прошли дальше, за дом, откуда доносился какой-то шум.
Супруга Михеева в голубой униформе стюардессы стояла в дверях свинарника и старательно вещала, не обращая на доносившееся громкое хрюканье:
— Дамы и господа, в целях безопасности полёта просим вас не пользоваться личными компьютерами и телефонами во время взлёта и снижения нашего...
Увидев Вяткина с Буровым она приветливо улыбнулась и, поправив на голове пилотку, вытянула руку в белой перчатке:
— Аварийный выход, граждане пассажиры, находится прямо и налево.
Самого фермера, одетого в чёрный берет и куртку, заляпанную красками они обнаружили на заднем дворе возле бани.
Михеев стоял спиной к ним замерев перед мольбертом с натянутым пустым холстом и казалось дремал.
Вяткин откашлялся:
— Иван Сергеевич, нам бы пообщаться...
Михеев вздрогнул и резко обернулся.
— Тише! — он взмахнул рукой с зажатыми в ней кистями. — Поймите же наконец, что только живопись может почти буквально изображать тишину, и как покой и как некую высшую гармонию образа...
Он замолчал, подозрительно осмотрел гостей и нахмурился.
— А вы вообще кто? Вы мне мешаете, вы закрываете перспективу и вообще выйдите из мастерской! Немедленно!
— Чё понту по ним ходить, — сказал Вяткин, когда они снова оказались на улице, — сам же видишь, мы тут все переопылились.
— Но кто-то ж должен был мечтать попроще, — сказал Буров, — поприземлённей что ли...
Мишка внезапно остановился.
— А пошли к депутату! — показал он на стоявший впереди домик с висящим над крыльцом флагом, — вот уж кто всегда хочет на халву прожить! У него тут в администрации приёмная, щас зайдём и спросим как с гада.

Сельский депутат Александр Ворюшкин оказался у себя. Высокий и худощавый, со спутанными лохматыми волосами и всклокоченной бородой, он стоял у открытого окна держа в руках стопку смятых и исписанных листов бумаги.
Увидев гостей он нисколько не удивился, а казалось даже обрадовался.
— Вот, послушайте из последнего... посвящается ей, — он загадочно откашлялся и тщательно завывая продекламировал:

Сидишь и смотришь в кактусы как Эмма Бовари
а помнишь целовалися мы в поле до зари
дурманили нам головы душистые хлеба
и плыли облакастые июльские неба

— Неба? — переспросил Мишка и не выдержав засмеялся, — все семь сразу?
Ворюшкин же совершенно не обидевшись достал из стопки новый листок и кратко объявил - Хокку!

Гвоздь измены я бросил
на лунную дорогу
плачет сакура
но работает шиномонтажка

— Гениально, — похвалил Буров и покосился на Вяткина.
— Ладно, почалили обратно, — безнадёжно махнул тот рукой, — бесполезняк дальше тему мылить...

По дороге домой они услышали отдалённые раскаты грозы, а вскоре прогремело совсем рядом и хлынул сильный, по-настоящему майский ливень. Когда они основательно промокнув уже дошли до своего переулка, дождь закончился также резко, как и начался. Сосед Серёга Глазырин в полосатой тельняшке сидел на своём заборе и глядел вниз, в сторону речки в большой морской бинокль.
— А ты чего мокнешь, Серёг? — спросил его Мишка, на что тот лишь отмахнулся, гордо заявив:
— Это не дождь, а морская пыль.
К приходу Мишки с Буровым во дворе ничего не изменилось, все только переместились от дождя в беседку.
Тамара красила ногти пурпурным лаком, а дед доедал очередное эскимо.
— Шоколадное поступило, — сообщила бабка, — по одиннадцать копеек...
— Урааа! — внезапно донеслось с чердака.
Аня кубарем слетела по лестнице и радостно хохоча принялась скакать вокруг беседки.
— Что случилось? — поинтересовалась Тамара, — шубу подарили?
— Я там на сено легла и заснула, а когда проснулась, смотрю... — Аня помедлила и победно выпалила, — а у меня теперь миллион подписчиков! Вау! Как я и мечтала!
Мишка вопросительно посмотрел на Бурова, и тот удовлетворённо кивнул в ответ.
Аня перестала прыгать и удивлённо осмотрела всех присутствующих
— А вы чего все так вырядились? Косплеите что ли? Мааам, пааап?
— Ничего, — Мишка толкнул Бурова локтем и тот вытащил из кармана свой прибор, — греби, тьфу, то есть иди сюда, Анечка, нам тут надо одну кнопку нажать.
Аня подошла и неуверенно пожав плечами осторожно поставила палец на красную кнопку.
Все замерли.
— Поехали! — прогудел из-под гермошлема дед и махнул рукой.

(С)robertyumen

1494

Приближаются выборы в Думу. Вдохновлённые успехом пролезших туда ранее спортсменов,артистов и певцов, жаждут там набивать карманы десятки новых представителей этих профессий, тем более, что избирательная комиссия закрывает глаза на возможность попасть в Думу без выборов.

Друзья! Открою Вам секрет,
на выборах подделок вовсе нет.
Их чистоту КОМИССИЯ, как Цербер охраняет
и о лазейках нырнуть в Думу знать не знает.
Она за пятьдесят процентов отвечает
и скрупулёзно кандидатов проверяет.
И будь уверен, что не может так случиться,
что в Думу кто то неприличный просочится.
Однако пролезают и не только по пропискам,
десятки негодяев по партийным спискам.
И хоть КОМИССИЯ, как все, об этом знает,
бездельников поток как будто поощряет.
И вот Вам не один плачевный результат,
сидят там дилетанты много лет подряд.
Певцы, артисты и спортсмены,
давно ушедшие со сцены и арены.

1495

Живу на третьем этаже. Так как одна, то часто хожу голая по квартире. Выходя из ванной, мурлычу песенку, привычным жестом распахиваю шторы, улыбаюсь весеннему солнцу. Тут я понимаю, что из-за веток деревьев на меня смотрят два глаза. Два ошарашенных глаза. Несколько секунд я смотрю на него, он — на меня. До меня медленно доходит, что это пильщик веток, стоящий на кране. Я резко задергиваю шторы, ищу глазами халат. Из-за штор доносится: "Вернитесь! Это было охуенно!"

1496

Поставили дочери фильм "Мэри Поппинс, до свидания". Старший сын, уткнувшись в книжку, поглядывает краем глаза. Потом мрачно говорит:
- Что-то мне она своим поведением и манерами напоминает Воланда...
Ну, понятно, недавно "Мастера и Маргариту" прочитал. Хотя поведение и впрямь временами похоже. Фильм идёт. Сын временами отпускает замечания, находя всё больше и больше параллелей.
- Ну да, а это Коровьев... а это Азазелло...
Финал второй серии, Мэри собирает всех на бал, кот прислуживает...
- А вот и бал, вот и Бегемот... - удовлетворённо решает сын.
В общем - под личиной детской сказки скрывается история ещё одного визита Воланда в наш мир.

1498

Знакомый рассказал.
Нахрюкался я, повод-то знатный - целых 2 недели друга не видел, отметить встречу надо. Пошел ночевать к подруге, благо, живет в том дворе (собственно к ней и шел, когда роковая встреча произошла). Ввалился, и спать. Диван у нее такой симпатичный стоит в большой комнате, так и просит, чтобы кто-то там поспал. Как был, так и улегся - в куртке, ботинках, а бейсболка, наверно, сама по дороге меня покинула.
Просыпаюсь, потому что холодно и мокро. С трудом разлепляю глаза. Надо мной стоит 9-летняя дочка подруги и посыпает снежком, отшкрябанным со стенок морозилки, напевает:
- А имена тех, кто здесь лег, снега таят...
Иногда очень быстро трезвеется.

1499

МАНИПУЛЯЦИЯ

Спускался я как-то в лифте с соседом Виктором. Виктор малопьющий и многокурящий, обычный мужик, работает таксистом.
И вот, пока мы ехали, он решил, что раз я телевизионный режиссёр, то просто обязан разбираться в телевизорах:

- Слушай, а может съездишь со мной на полчасика, поможешь выбрать новый телик? У мамы в деревне издох, так некстати. Пятнадцать лет проработал. Ещё кинескопный, правда хороший был телик, дорогой. Ну, хотя, матери семьдесят шесть лет, живёт одна, понятно что она двадцать часов в сутки телик смотрит. Что ей ещё делать? Так любой телик сдохнет. А теперь вот телевизора нету и мать начала вспоминать где у неё что болит. Каждый день звонит, жалуется. Короче, поможешь выбрать?

У меня время было, так что через двадцать минут мы уже бродили среди сотен телевизоров, отбиваясь от назойливых мужчин с бейджиками.

В финал вышли два более-менее подходящих варианта, Виктор рассуждал и прикидывал:

- Этот за двенадцать ничего себе, но фирма какая-то неизвестная, а вот этот побольше и чёткость чуть получше, но он уже семнадцать, на пятёрку, сука, дороже. Что будем решать?

Я подошёл к огромному телевизору, величиной почти как гаражные ворота и спросил:

- Витёк, как думаешь, а такой телик у твоей мамы на стене поместился бы?
- А почему нет? Поместился бы, но давай не будем отвлекаться, мы ведь по делу пришли. Так, что берём? За двенадцать или за семнадцать?
- А представляешь, если бы ты маме привёз такой огромный телик.
- Да, было бы круто, он наверно больше, чем экран в кино у нас в клубе. Но, что об этом рассуждать? Ты видишь, он стоит пятьдесят одну, мать его штуку! В любом случае, за двенадцать гораздо круче и чуть больше чем у неё был, так что должна быть довольна. А?

И тут я себе представил маму Виктора, которую я никогда не видел и вряд-ли увижу и вспомнил свою мамочку. И мне очень захотелось удивить и скрасить жизнь незнакомой старушке с поломанным телевизором, но тут нужна была наглая и почти неприкрытая манипуляция Виктором. Нужна была какая-то фраза, короткий слоган, формула. Я её придумал и она замечательно сработала. Виктор завис на некоторое время, кулаком вытер влажные глаза и решительно выдохнул:

- А, ну его нахер — этот ремонт на балконе! Никуда он от меня не убежит сто лет. В машину не войдёт, ничего, на крышу привяжу.

И пошёл оплачивать телевизор за пятьдесят одну, мать его, тысячу.

Через месяц Виктор встретил меня на улице и радостно сказал:

- Мама до сих пор просто в шоке от телевизора, он в зале выглядит ещё больше, чем в магазине, почти весь ковёр на стене закрыл. Я ей сделал интернет и она целыми днями смотрит ролики на ютьюбе, особенно любит прогулки по городам. Часа по четыре гуляет в Париже, Венеции, в Москве, но самое прикольное, что когда она видит там что-то особенно красивое, памятник, или парк с цветочками, то фотографирует на телефон и присылает мне фотки. Еле успеваю их стирать.
Так что спасибо тебе, что заставил купить именно этот телик, он хоть дорогой, но оно того стоило. Я твой должник.
- Э, нет, Витя, я никак тебя не заставлял и даже не уговаривал, ты сам решил.
- Ну, ты ведь мне сказал, что мол, бери самый здоровый за пятьдесят одну, не жлобись для матери, деньги дело наживное и всё в таком духе.
- Ничего я такого не говорил и про деньги тем более. Я дословно помню что я тогда тебе сказал, я сказал: "Положи руку на сердце и честно ответь, не мне, а себе самому, как ты думаешь, у твоей семидесятишестилетней мамы, сколько ещё в жизни будет телевизоров...?"

1500

xxx: ... у меня на прошлой работе коллега настолько крутой ITшник был, что руководство закрывало глаза на просмотр им порнухи на рабочем месте.
yyy: а чего ты ушел? коллеге начальство стало позволять большее?
xxx: да ну тебя

<< ← 2526272829303132333435 → дальше →

Партнеры

Реклама