Шутки про ходим - Свежие анекдоты |
Каждую пятницу мы с приятелем ходим в бар ударить по пивку. В этот раз заказали два светлых пива. А молоденькая девушка
(официантка) сообщила нам, что есть только темное. На что мы ей:
— Несите два темных и отбеливатель!
Она ушла, а мы сидим и смеемся над нашей шуткой. Вскоре она возвращается (дальше — немая сцена) и приносит два темных пива и бутылку водки! Наотбеливались мы в этот вечер до поросячего визга...
|
Иностранные разведки
Все в стране у нас не просто,
Неприятностей не счесть! -
Иностранные разведки!
Их расчетливая месть!
В корабле Союз в полете
Обнаружили дыру! -
Беспределят на орбите
Диверсанты ЦРУ!
А в Росгвардию капусту
Продают по сорок шесть!
Тут английская разведка -
Это происки МИ-6!
Вдруг закончились в больницах
Порошки, таблетки, мази!
Точно расформировали
ГДР-кую Штази?
Экономика в застое:
Шаг вперед и два назад! -
Тут стеченье обстоятельств
И израильский Моссад!
Город наш разрыт – канавы,
Ходим по уши в грязи! -
Пакистанская разведка!
(Называется ИСИ.)
Диверсанты и шпионы,
Под прикрытием агенты,
Прекращайте над Россией
Проводить эксперименты!
|
|
Каждую пятницу мы с приятелем ходим в бар ударить по пивку. В этот раз заказали два светлых пива. А молоденькая девушка
(официантка) сообщила нам, что есть только темное. На что мы ей:
- Несите два темных и отбеливатель!
Она ушла, а мы сидим и смеемся над нашей шуткой. Вскоре она возвращается (дальше - немая сцена) и приносит два темных пива и бутылку водки! Наотбеливались мы в этот вечер до поросячего визга...
|
|
Обсуждение эпиляции "интимной зоны":
xxx: Вообще-то волосы мешают, писька от них чешется)))
yyy: Что?? А голова от волос не чешется?
xxx: На голову трусов со штанами не надеваем. А от шапок, кстати тоже чешется, но мы ж не ходим в них целый день.
zzz: Трусы в помещении снимай и чесаться не будет.
|
|
Питерец (сокращённо п-ц) спрашивает провинциальную меня про то, какие мы употребляем слова в нашей провинции:
п-ц> И как у вас в Новосибирске называют такую, знаете, большую ложку, которой суп из кастрюли наливают в тарелки?...
Я> Поварёшка?...
п-ц> Поварёшка? Точно поварёшка? У нас в Питере тоже говорят "поварёшка"! А вот в Москве говорят (тут лицо скривляется и дальнейшее произносится с чувством омерзения) ПОЛООООВНИК...
п-ц> А как у вас называют то, что отделяет проезжую часть от тротуара?
Я> Поребрик что ли?
п-ц> (опять с радостью) Неужели поребрик? А вот в Москве говорят БОРДЮЮЮЮЮЮР...
п-ц> А как у вас называют то, на что делится дом? Такие, знаете ли, отдельные входы...
Я> Подъезды?...
п-ц> (скривившись) ПОДЪЕЕЕЕЗДЫ... Это в Москве так говорят, ПОДЪЕЕЕЕЗДЫ... А в Питере говорят (с придыханием) пара-а-адные...
п-ц> А куда вы у вас в Новосибирске ходите за хлебом?...
Я> э-э-э... в смысле?
п-ц> Ну куда, в булоч-ч-чную или в БУЛОШШШШШШНУЮ?...
Я> В хлебный.
п-ц> КУДА?!...
Я> В хлебный. За хлебом мы ходим в хлебный...
п-ц> (потрясённо) Какой ужас!...
Про куру/курицу и пышки/пончики меня после ТАКОГО уже не спросили. Что с нас взять, провинция, скоты-с ;)
|
|
Подруга приглашает меня отпраздновать её день рождения в ресторане: "Приходи,- говорит, в ресторан "Сирахули" на Октябрьской улице завтра в 7 вечера. Там хорошая грузинская кухня". Удивилась я странному названию, но мало ли что, грузинского я не знаю, многое может звучить неприлично на другом языке. Ищу ресторан на следующий день на Октябрьской... А вот и он: "Сихарули", и там уже сидит весёлая компания. Спрашиваю,зачем название переврали. Отвечают: "Мы сюда часто ходим,а название не запоминалось,пока не переврали"
|
|
Приходит женщина к доктору и просит у доктора что-нибудь от импотенции.
Доктор ей:
— Хорошо, вот новое лекарство поступило. Пожалуйста, по одной таблетке перед едой и я думаю все восстановится.
Приходит женщина на второй день и говорит:
— Ой, доктор спасибо большое. Такие таблетки, такие таблетки.
Доктор ей:
— Да вы рассказывайте!
— Сели мы с ним за стол, ну я с жадности ему три штуки и дала, вот тут на столе он меня и…
— Ой, вам же неудобно было.
— А-а, пустяки… Мы в тот ресторан больше не ходим!
|
|
Приходит мужик к лору.
— Доктор, у меня проблема…
— Hу расскажите о ней…
Вываливает мужик свой чл*н, а он на конце, как блин, сплющенный.
Доктор:
— Вы знаете, вам скорее к урологу или хирургу…
Мужик:
— Да послушайте сначала, доктор. По субботам мы с мужиками в баню ходим…
Доктор:
— Мне это конечно интересно, но Вы поймите — это не моя компетенция…..
Мужик:
— Да дослушайте же, доктор. Так вот, значит, попаримся, пивка попьём, бассейн, девчонки….
Доктор:
— Я, конечно, приветствую, что Вы следите за своим здоровьем, но всё же подымитесь выше на этаж — 315, 317 каб. Там вам помогут.
Мужик:
— Да дослушайте же, доктор. И вот после этого мы начинаем играть. Все вываливают на стол свои чл*ны, а один бьёт сковородой, и вот на слово «»ХОП»» нужно успеть убрать. Так я вот «»ХОП»» не слышу…
|
|
Было бы смешно, если бы не было так грустно.
Дача у меня расположена на границе Московской и Калужской областей (мы "в калугу" за грибами ходим). На севере от дач поле и за ним деревня, вокруг поля лес. И на днях этот самый лес загорелся, причем пожар начался около деревни (то ли кто-то траву или мусор жег, то ли окурок выкинул). Вызвали пожарных, те приехали достаточно быстро -- всего за 20 минут. Огонь потушили.
Нашему сторожу выразили благодарность, что вовремя вызвал.
Все, казалось, закончилось нормально, но тут он увидел дым в том же лесу, но не на севере, как было, а на западе, показал пожарникам, а в ответ услышал:
-- Это другая область, мы за нее не отвечаем. Либо вызывайте калужских пожарных, либо ждите, когда огонь дойдет до Московской области, тогда мы приедем и его потушим...
|
|
Пример для подражания
1.Авторитеты и чмыри.
- Быстро хватайте ломы, и
отправляйтесь подметать плац!
- Товарищ сержант! Зачем ломами-то?!
Мётлами будет заебись!
- Мне не надо заебись! Мне надо,
чтобы вы заебались!
(Народный фольклор)
После подъема и утренней зарядки, по распорядку дня военнослужащим предоставляется полчаса на утренний туалет.
Подразумевается, что солдаты за это время должны успеть умыться, «оправить естественные надобности», заправить и «отбить» коечки, начистить сапоги, подшить свежие подворотнички, если кто не подшил с вечера, выровнять по натянутой леске койки, матрацы, подушки, тумбочки, табуретки.
В училище мы все это делали быстро, но спокойно. Без суеты. И еще оставалось время на неторопливый перекур.
В Тикси же, в в/ч № 30223, куда я был направлен после отчисления с третьего курса ГВВСКУ, процесс заправки коечек и выравнивания растягивался и затягивался на все тридцать минут. Сержанты, «черпаки» и «деды», голосом, пинками и затрещинами, подгоняли «гусей» и «молодых», чтобы те постоянно бегали из прохода в проход, не расслаблялись и не «тащились».
Если вдруг все было выполнено, а время до завтрака еще оставалось, кто-нибудь из «авторитетов» сдвигал с места одну койку, и приказывал все выравнивать по ней.
Офицеры это время находились в канцелярии, и в процесс не вмешивались.
И вот, посмотрел-посмотрел я на это действо, выровнял и отбил свою коечку, поправил койку соседа, который был в этот день в карауле, и решил, что я, по своему статусу, не должен принимать участия в этой беготне.
Я же не гусь и не молодой.
Пусть эти, - которые гоняют, - столько послужат, сколько я прослужил.
Вышел из узкого прохода на «взлетку» и сел на табурет.
Не совсем рядом с авторитетами, но и неподалеку от них.
Они покосились на меня, кто-то сказал:
- А ты, кадет, чего уселся?! Заправлять коечки не надо?
Я ответил:
- Я. Заправил. Свою. Койку.
Они промолчали. И вроде бы потеряли ко мне интерес.
Через несколько минут ко мне подошел какой-то салага. Детское лицо, форма не ушита по фигуре – явно молодой, или гусь.
- Ты чего расселся здесь! – возмутился он.
Я спокойно поинтересовался:
- А ты кто? Народный контроль?
Он покраснел от злости и схватил меня за рукав:
- Пошли выйдем, кадет!
Я рывком освободился от его захвата:
- Пошли.
Кто-то из авторитетов, с интересом наблюдавших за нами, сказал ему:
- Медведь, потом! Ротный вышел из канцелярии.
Дежурный по роте крикнул:
- Рота! Строиться на завтрак!
Медведев прошипел мне сквозь зубы:
- После завтрака поговорим!
Я согласился:
- Поговорим.
2. Бой без правил.
«И мы, сплетясь, как пара змей,
обнявшись крепче двух друзей
Упали разом, и во мгле
бой продолжался на земле».
(М. Ю. Лермонтов).
После завтрака пошли мы с Медведевым в батальонный туалет – большой такой сарай, - и начали там кулаками махать.
Я только разок ему попал слегка по скуле, а он бил, как гвозди заколачивал.
Он неплохой боксер-то был. Потом даже первенство полка выиграл в своем весе.
Ну, я по нему не попадаю, а его удары то и дело пропускаю. Решил перевести схватку в партер. И тоже неудачно. Лежу на спине, пытаюсь отмахиваться, а он лупит мне по роже. Перевернулся на живот. Из угла рта струйка крови дугой бьет в снег. Медведев молотит меня по затылку, но это уже не больно. Думаю: "Пусть кулаки отбивает".
Тут вбегает якут-дневальный с нашей роты, наклоняется, чтобы заглянуть мне в лицо, спрашивает:
- Кадет, ты Гладков?
Медведев опустил руки, не понимает, в чем дело. Я тоже не понимаю:
- Да, - отвечаю, - Гладков.
Якут говорит:
- Тебя в канцелярию вызывают.
Медведев вскочил:
- Ты что, сука, заложил уже?
Я, с трудом шевеля разбитыми губами, отвечаю:
- Ты охуел?! Когда бы я успел-то?
Якут убежал, а мы с Медведевым медленно идем за ним. Серега (его Серегой зовут, Медведева-то) причитает:
- Ой! что теперь будет, что будет... Ты снегом утрись...
А какое там утрись, - угол рта справа рассечен так, что кровь не по подбородку течет, а струёй вперед летит.
Я удивляюсь:
- А чего ты так переживаешь-то? Ну, подрались, и подрались. Что такого-то?
Он возмутился:
- Ты сдать меня хочешь? Я две недели назад Сивому морду разбил, так мне ротный сказал, что если еще раз подобное случится, то под трибунал отправит.
«Ага, - говорю, - значит нельзя сказать, что подрались. А что тогда говорить?»
Остановились, думаем.
«Значит так, - говорю, - нашу роту в полку не любят. Это я уже знаю. Ты выводной, тебя вообще ненавидят. Ты пошел в туалет, а тут двое незнакомых солдат спросили - ты выводной? И начали тебя бить. И тут я зашел. Мне врезали, и я сразу упал. А тебя они тоже повалили, и убежали.
Пройдет такое?»
Он ответил, что должно пройти.
3. И тут началось…
Дорога к истине заказана
не понимающим того,
что суть не просто глубже разума,
но вне возможностей его.
(И. Губерман).
Медведев остался возле дневального, а я зашел в канцелярию и доложил!
- Рядовой Гладков по Вашему приказанию прибыл!
Командир роты капитан Бородин, не поднимая головы от документов на письменном столе, спросил:
- Слушай, Гладков, а где твоя комсомольская учетная карточка?
Я говорю:
- Так, наверное, она была в том запечатанном пакете документов, с которым мы сюда приехали, и который начальнику штаба отдали.
Тут он посмотрел на меня, и изменился в лице.
- Гладков! Что случилось?
- Товарищ капитан, я пошел в туалет, а там двое солдат Медведева били. Ну и мне досталось...
Он не дослушал меня:
- Это Медведев снова?! Дневальный! Медведева сюда!
Вошел Медведев.
Я быстро заговорил:
- Это не он, товарищ капитан! Его тоже били…
Ну и вместе с Серёгой мы толково изложили мою выдумку. Я упирал на то, что вообще не при делах, - я вошёл, они дерутся, меня сразу ударили, и я упал.
Ротный сразу:
- Вы их знаете?
- Нет!
- С какой они роты?
- Не знаем!
Бородин с сомнением нас слушал.
Дневальный в коридоре крикнул:
- Рота! Смирно!
В канцелярию зашел начштаба полка Грановский.
Вот тут, как я теперь понимаю, Бородин был в сложном положении.
При Грановском он не мог производить дознание. Потому что он либо контролирует положение дел в роте, либо нет. Если мы с Серегой врем, то это ЧП в роте. «Неуставные взаимоотношения», с возможным направлением кого-то в трибунал, и пятном на репутации командира роты.
А если поверить нам, то ЧП не в роте, а в полку. И пусть Грановский разбирается. А Бородин исполнит его приказы.
Вот поэтому Бородин и сказал:
- Товарищ подполковник! Разрешите доложить? Моих солдат избили неустановленные военнослужащие!
А Грановский счел, что Бородин уже во всем разобрался, и докладывает то, что ему достоверно известно.
Грановский нам:
- С какой они были роты?
- Не знаем, товарищ подполковник!
- Почему вы их не задержали? Сколько их было?
- Двое. Не задержали, потому что не справились.
Грановский возмущенно:
- Что за безобразие! Два солдата караульной роты не могут справиться с двумя?!
Бородин, отныне ваши солдаты должны не меньше двух раз в неделю заниматься самбо и боксом в спортзале. А сейчас мы пойдем по казармам искать этих…
4. И продолжилось…
Пошли мы по казармам.
Грановский, Бородин, еще кто-то из офицеров роты, может и дежурного по полку Грановский вызвал. Помню, что много было офицеров.
Какие тогда у нас были роты самые борзые? Пятая, или шестая? – Не помню. Да и не важно.
Одна рота дедов, другая – черпаков.
Медведев рассказывал про какую-то, что там офицеры вроде даже не рискуют поодиночке в спальное помещение заходить. Якобы случалось, что в офицеров заточенные миски бросали... Куда там ниндзевские шурикены...
Ну, ходим мы по казармам, а все роты были на работах. Строились перед нами дневальные, каптеры, еще кто-то... Грановский покрикивал на меня и Медведева: "Внимательней смотрите!", а те, на кого мы смотрели, с любопытством и компетентно разглядывали мою рану, оценивая красоту и силу доставшегося мне удара.
Посмеивались надо мной. Медведев улыбался им в ответ той стороной лица, которую не видел Грановский. А я улыбаться не мог.
Обошли мы все казармы полка, и меня отправили в санчасть.
Хирург моментально двумя стежками зашил рану.
Пару дней пришлось поголодать, потому что рот почти не открывался, а рассиживаться в столовой не позволяли. Две-три ложки успевал проглотить, и уже «Рота! Встать!»
Еще одно испытание пришлось пережить.
В тот же день, перед обедом, Бородин вывел меня перед строем роты, и произнес прочувственную речь о том, какой я молодец, как я смело вступился за товарища, постоял за честь роты, и героически пострадал при этом. Я не знал куда деваться от стыда.
Солдаты-то все знали, только помалкивали…
Прошло два месяца, пришли в роту гуси из Владимирской области.
Бородин и их сразу построил, и снова меня вывел перед ними. Вот, дескать, герой, по морде получил, за то, что в караульной роте служит. Даже рот ему зашивали…
Гуси загрустили, и поплямкали губами, представляя, каково это, - с зашитым ртом…
Эпилог.
Медведев быстро поднялся, в авторитет вошел. Не из-за этой истории, а по личным качествам своим.
Физически сильный, с прямым и твердым характером, он не мог не подняться.
Ко мне относился спокойно. Без дружеских симпатий, но и без вражды.
Он какое-то время еще был выводным. Потом решил, что быть вертухаем западло, и начал забивать на службу.
Долго добивался перевода в другую роту, и добился-таки. Дослуживал, если не ошибаюсь, в мехроте дизелистом.
Весной 84, после того, как ротный меня снова очередным гусям в пример ставил, я где-то в полку встретил Медведева. Сказал ему, что опять, как дурак стоял перед строем, и слушал речь о своем «геройстве». Он поржал. А я продолжил:
- Может, когда уезжать буду, сказать ротному, как на самом деле было?
Серега построжел:
- Ты охуел?! Уедешь, а мне еще полгода служить! Даже и не думай!
Из писем знаю, что и осенью 84, и весной 85 гусям приводили в пример рядового Гладкова, который, хоть и получил пиздюлей, но молодец!
|
|
Русский разведчик Максим Максимович Исаев сидел в рабочем кабинете странной овальной формы за массивным дубовым столом. Огромный гамбургер и картошка-фри лежали нетронутыми, уже холодные. Куски опротивевшего за эти годы фаст-фуда не лезли в горло, хотелось борща, водочки, запаха русского леса и простого человеческого общения. Золотоя мобила с осточертевшей птичкой-чирикалкой была заброшена под диван ещё с утра. Телевизор был выключен первый раз за несколько месяцев. Подчинённые сегодня обходили кабинет стороной. Приглушенные голоса по углам коридоров шептали лишь одно слово - Мюллер, Мюллер. Ходили слухи, что обнародуют отчёт к вечеру.
Как и в апреле сорок пятого, Исаев готовился к худшему. Но почему-то чувствовал, что в этот раз судьба ему не улыбнется.
Для Исаева это было его последнее задание, Владимир Владимирович обещал клятвенно... но никто не мог предположить что оно растянется на годы! "Ну две недельки посидишь в энтом небоскребе, Максимыч, потрахаешь этих бл..дей грудастых, что тебе?" - "Да куда уж мне на старость, Владимир Владимирыч!" Эх, зачем в тот роковой день Исаев дал согласие? Долг перед Родиной? Не мог отказать коллеге-разведчику? Мог, и должен был бы - чай, не при Сталине уже живем. Ведь давно уже вышел на пенсию, сидел бы сейчас у себя на даче, ходил бы по утрам на рыбалку, а по вечерам рассказывал бы недоверчивым правнукам шпионские истории.
Все уже было давно приготовлено. Рюкзачок со сменой белья, куском мыла, сухариками и двумя колечками краковской как всегда лежал в нижнем ящике дубового стола. Уволенный в прошлом году прокурор - как его там, дубина алабамская - все время что-то рассказывал про какую-то "презумпцию" и "поправки", но Исаев не верил этой ерунде. Он-то знал, что страна на последней стадии империализма не может позволить себе иметь службу безопасности слабее Гестапо. Пытать наверное не будут, но судьба отвела ему дни свои закончить в какой-нибудь одиночке в колорадской тюрьме. И не спасет Владимир Владимирович, хотя и обещал. Не та сила уже у нашей разведки, ой не та.
Вспомнилась почему-то цитата, то ли из Энгельса, то ли из Маркса - с какой-то политучебы, наверное еще тридцатых годов. "Все великие всемирно-исторические события и личности повторяются дважды: первый раз как трагедия, а второй — как фарс". Да, а ведь мудр был Борода! Не даром марксизм - передовое научное учение. История повторяется дважды, и опять все мы ходим под колпаком у Мюллера, и опять сжимается круг, и опять спалилась связная - Маша Бутина, и опять не видно выхода...
Взгляд упал на гамбургер - огромный, многоэтажный, затекший слоями расплавленного жира и какого-то тошнотворного майонезного соуса. А ведь в нем то вся и напасть, подумал Исаев. Как они жрут всю жизнь эту гадость? Если б в октябре 16 года у этого ожиревшего бизнесмена инсульт бы не случился от переедания гамбургеров, не было бы всей этой истории! Владимир Владимирович - лично! - приехал к Исаеву на дачу в 5 утра, умолял, просил, рассказывал что-то об этих проваленных "выборах" - да зачем нам эти их выборы, и какие могут быть выборы в логове империализма, где всем заправляет буржуазия - так Исаев и не понял. Рассказывал Владимир Владимирович, что в нем спасение России, что только он, Исаев, может помочь. Этим наверно и взял, как не помочь Родине.
Ох уж эти гамбургеры! Загримировать-то загримировали, американское произношение поставили за день, обьяснили что к чему, окружили армией этих воров-"лойеров" - но есть эти гамбургеры дюжинами он так и не смог. Ну да, местные то с детства приучены. И зачем только эти дебилы настояли на медосмотре?!? Склифософские хреновы! Это ж никакого Мюллера не надо, чтобы догадаться, что человек, жрущий всю жизнь эту гадость, не может быть "практически здоров". Ан нет, опять не раскусили. Идиоты.
Исаев задумался и почти задремал. В голове закрутилась знакомая до боли мелодия...
"...У каждого мгновенья свой резон,
Свои колокола, своя отметина.
Мгновенья раздают кому позор,
Кому бесславье, а кому бессмертие..."
Вдруг дверь чуть приоткрылась, показалась холеная рожа секретаря, и русский разведчик услушал роковые слова:
"Mister President, Attorney General Barr is requesting an immediate audience! On the question of extreme urgency and importance!"
|
|
Терпеливый мы народ
На площади не ходим
Правит нами всякий сброд
А мы им спины клоним
Виллу покупал едрос
Глянулась Валенсия
Вот зачем тебе пидрос
Всралась моя пенсия
Мене молодость продлили
Путину спасибо
Буду вьебывать до гроба
Зато помру красиво
Футболисты мундиали
Мы и рты разявили
Наебали под шумок
Те кто нами правили
Полюбила президента
За него голосовала
Лучше я бы белютнем
Жопу подтирала
Мене милый поклялся
В верности до гроба
Но того не долго ждать
Пока при власти Вова
|
|
Оборотни рядом с нами.
Вот мы ходим по тротуарам, ездим по дорогам и не замечаем, что везде рядом с нами вполне себе всамделишние оборотни. Не те, которые в погонах, а настоящие. Внешне они выглядят как обычные люди, а вот снизу у них проблемы. С колёсами.
В народе их называют велосипедистами (как покрасивей назвать владельцев самокатов, электрических или обычных, не знаю)
Так вот, эти монстры то прикидываются пешеходами и ездят по тротуарам, при этом скорость у них совсем не человеческая, и если они сталкиваются с настоящими пешеходами, то оказываются какими-то ненормально твёрдыми и угловатыми.
Они легко превращаются из людей в машины, и гоняют по дорогам, причём могут ехать вместе с потоком, а могут против него. Зрение у них явно плохое, потому что цвета светофоров они не различают и едут при любой удобной возможности.
Большинство из них не отличаются особым умом, считая, что оборотней можно и нужно уважать и любить при таком вот поведении. Встречаются, конечно, и среди них отдельные разумные особи, но я таких видел буквально пару раз.
Так что, сохрани вас ктулху, от встречи с этими монстрами в дневное, а особенно в ночное время суток, когда у них загораются красные и белые огоньки спереди и сзади. Будьте бдительны, люди.
|
|
Приходит мужик к лору.
— Доктор, у меня проблема…
— Hу расскажите о ней…
Вываливает мужик свой чл*н, а он на конце, как блин, сплющенный.
Доктор:
— Вы знаете, вам скорее к урологу или хирургу…
Мужик:
— Да послушайте сначала, доктор. По субботам мы с мужиками в баню ходим…
Доктор:
— Мне это конечно интересно, но Вы поймите — это не моя компетенция…..
Мужик:
— Да дослушайте же, доктор. Так вот, значит, попаримся, пивка попьём, бассейн, девчонки….
Доктор:
— Я, конечно, приветствую, что Вы следите за своим здоровьем, но всё же подымитесь выше на этаж — 315, 317 каб. Там вам помогут.
Мужик:
— Да дослушайте же, доктор. И вот после этого мы начинаем играть. Все вываливают на стол свои чл*ны, а один бьёт сковородой, и вот на слово «»ХОП»» нужно успеть убрать. Так я вот «»ХОП»» не слышу…
|
|
Не моё. Друг пишет, но обо мне...
Я бежал по деревне Видяево и шумно отдувался. Вокруг буйствовала северная весна; будто сорвавшись с цепи, она весело разливалась по дороге ручейками и слепила глаза. Воздух звенел радостью, содержимое моего пакета отвечало ему в той же тональности, но на душе было невесело.
— Куда бежишь, Серёга? — спрашивали меня встречные.
— Бизона провожаем, — отвечал я и мчался дальше.
C Бизоном мы прослужили бок о бок два года. Жили в одной квартире, а когда наступало время идти на службу — вместе ехали на корабль, и мозолили друг другу глаза уже там. Однажды мы с ним три месяца несли вахту через день, и виделись только на корабле: он сменял меня, а на следующий день — я его. Это называлось «через день на ремень». Довольно утомительно, но другого выхода не было — людей не хватало. В море мы друг друга тоже сменяли: я стоял в первой смене, а он во второй. Так и жили.
И вот однажды наступил момент, когда Бизон плюнул, и сказал: «Пошло всё к чёрту, я увольняюсь». И написал рапорт. Такое случалось сплошь и рядом — людям такая жизнь надоедала, и они уходили. Сделать это было трудно, потому что отпускать офицеров никто, конечно же, не хотел. У иных на эту унизительную процедуру уходил год, а то и больше, но я не помню случая, чтоб кто-то махнул рукой и остался. Когда человек перестаёт видеть будущее, — даже умозрительно, внутри своей головы, — заставить его с этим смириться очень трудно. Он топает ногой и пишет рапорта вновь и вновь, добиваясь для себя вожделенной свободы.
Свой к тому времени я уже написал — длинный и высокохудожественный. Написал, что ходим мы на ржавых корытах, которые не ремонтируются, и от постоянного ожидания аварии у нас едет крыша. Что нам не платят денег, и потому едим грибы и ловим рыбу. Что вокруг царят идиотизм, повальное воровство, пьянство, и наплевательское отношение к людям. В общем, как было, так всё и написал. И адресатом на этом рапорте я поставил главкома ВМФ, чтоб уж наверняка. По моей задумке главком должен был испытать шок, и немедленно застрелиться из наградного оружия. Но перед этим, конечно же, слабеющей рукой подписать мою кляузу: «Уволить с вручением Ордена Мужества». Рапорт получился настолько хорошим, что ко мне приходили, переписывали его слово в слово, и подавали уже от своего имени.
«Несокрушимая и легендарная» уходила в историю. Позади неё шагал предприимчивый Бизон.
И вот, за скудно накрытым столом, в окружении близких друзей, сидел большой и счастливый человек. Он был счастлив тем счастьем, что является после долгого ожидания, — когда кажется, что ничего хорошего уже не будет, — а судьба вдруг дарит то сокровенное, о чём долго и уныло мечталось. Большой счастливый человек по прозвищу Бизон вздохнул, словно сбросив с себя путы, разлил водку по стаканам, и торжественно произнёс:
— Ну, за гражданскую жизнь. Дополз таки, бляха-муха.
— В добрый путь, Димон, давай, удачи тебе, не забывай нас! — загомонили сидящие вокруг приятели, звучно чокаясь и с удовольствием выпивая.
— Я к вам скоро на джипе приеду, — сказал Бизон, жуя, — заработаю денег и приеду вас чмырить, военщину дикую. А вы будете мне заискивающе улыбаться и клянчить деньги на опохмел.
— Какого цвета джипарь будет? — спросили его заинтересованно.
— Ещё не решил, — ответил он.
— Бери красный, — посоветовал я, — кэп от зависти лопнет.
— Не успеет, — оживился Бизон, снова выпив, — я его раньше колёсами перееду.
— Вот это правильно! — согласно кивнули сидящие.
— Не жалко уезжать-то, Димон? — спросил я, — столько вместе придуряли.
Я мог бы не спрашивать, потому что загодя знал, что он мне ответит. И я, и любой другой из нашей компании ответил бы одинаково; это было частью ритуала, кем-то выпестованной, и на подобных мероприятиях повторяемой из раза в раз. Поэтому, услышав ответ, не удивился.
— Пошло всё в жопу, — сказал он и насупился.
Мы сидели, болтая о глупостях, вспоминая случаи из нашего общего боевого пути, и беззастенчиво выпивая. На исходе второго часа кто-то вспомнил, что Бизон вроде как собирался уезжать.
— Точно! — воскликнул тот, — засиделся я у вас, морячки. Пора домой.
Мы оделись и взяли его баулы.
— Когда-нибудь, Димон, вся дрянь забудется, и мы будем вспоминать это время как лучшее, что было в нашей жизни, — сказал я.
Он хмыкнул, обводя взглядом стены, похлопал ладонью по двери, и молча вышел на лестницу.
Автобус уже ждал. Бизон загрузил багажный отсек и обернулся к нам:
— Ну, на ход ноги.
Ему налили в припасённый стакан, он медленно выпил и сказал:
— Ну всё, не поминайте лихом, мужики.
По очереди со всеми обнялся и поднялся на подножку ракеты, которая должна была унести его в прекрасные дали.
— Служить и защищать! — воскликнул он, вскинув сжатый кулак, и пошёл на своё место. Автобус медленно тронулся.
— Знаешь, Гвоздь, — сказал я, глядя ему вслед, — у меня такое чувство, что мы Димона только что похоронили.
— Скорее, наоборот. — ответил тот, — Ладно, пошли, что-ли.
Мы побрели в сторону дома.
В квартире было тихо, сиротливо, и как-то излишне просторно. Рассевшись по своим ещё тёплым местам, мы молча выпили и начали обсуждать текущие проблемы. Их было много, каждый спешил поделиться своей, и выслушать мнение товарищей по несчастью. Так продолжалось до тех пор, пока в дверь не начали истерично трезвонить и барабанить.
— Кого это принесло, интересно? — задумчиво проговорил я, — Муратов, не иначе твоя Светка со сковородкой пришла. Она любит ногами по двери лупить.
— Сейчас узнаем, — сказал Гвоздь и пошёл открывать.
Через несколько секунд из прихожей раздались хохот и дикий рёв вперемешку с руганью, затем в комнату влетел Гвоздь и, задыхаясь от смеха, выдавил:
— Димон приехал!
— Димон, ты, надеюсь, на джипе? — крикнул я в коридор, — денег одолжишь?
— Идите в жопу! — в комнату влетел злой как чёрт Бизон, плюхнулся в кресло, и потребовал водки.
— Погранцы, суки, — выдавил он, немного успокоившись, — не выпустили. Предписание неправильно оформлено, ни в какую не уговаривались. Пешком вернулся, блин. Хорошо хоть вещи у них оставил, обещали присмотреть.
— Это ещё что, — сказал Гвоздь, усаживаясь, — в Лице недавно одного турбиниста провожали, так он так нажрался, что когда автобус тронулся, решил напоследок помахать рукой. И вывалился. А водитель отказался его везти, дескать, нафиг мне это рыгающее тело нужно.
— И что потом? — спросил Бизон.
— Расстроился, конечно. В него прямо там наркоз влили, чтоб не буянил, и отнесли домой. Проспался, да на следующий день и уехал.
— Суки, блин, козлы долбанные, — опять завёлся Бизон, — что за уродство у этой грёбанной военщины?! Дятлы тупорылые!
— Да не бубни ты, — весело сказал Гвоздь, протягивая ему наполненный стакан, — пей. Со свиданьицем, стало быть.
Компания радостно загомонила.
В тот вечер Димон безбожно напился. Он проклинал пограничников и Север, который его не отпускает, говорил, что ни на каком джипе сюда не приедет, потому что его обманут и запрут здесь навсегда. Когда он затих, его бережно уложили на кровать, накрыли одеялом, а затем разошлись по домам.
Уехал он через два дня, выправив себе правильно оформленную бумажку. Показав мне, он бережно убрал её в карман, и уверенно сказал:
— Теперь не отвертятся, уроды.
Провожал его только я. Гвоздь где-то пьянствовал, остальные были на службе. На остановке мы снова обнялись, и я сказал:
— Езжай, Димон, и обратно не возвращайся. А то мы сопьёмся, пока тебя проводим.
— Бывай, Серёга, увидимся на большой земле, — ответил он и торопливо заскочил на подножку газующего автобуса.
* * *
Через полгода уехал и я. Меня тоже провожали, — с застольем и всякими хорошими словами. Было приятно, что обо мне останется хорошая память, и не придётся об этом времени вспоминать со стыдом. Ну а если и придётся, то самую малость.
Был ноябрь; вовсю шёл снег — походя он заносил мои следы и бежал дальше по своим холодным делам. Меня по очереди расцеловали, как и Димон я помахал всем рукой, сел в кресло, и уехал. На повороте я посмотрел в окно, и в последний раз увидел заметаемый снегом посёлок. Едва заметные огоньки его фонарей мигнули мне вслед, и навсегда пропали за сопкой.
«Кто-то всегда едет, а кто-то остаётся, — подумал я, — И хорошо, когда остаёшься не ты, потому что иногда человек должен двигаться вперёд, а не топтаться на месте. Так уж заведено, ничего не поделаешь».
Автобус посигналил, — будто соглашаясь, — и, набирая скорость, помчал меня в Мурманск.
|
|
— Бабушка! Сколько километров до соседнего села?
— Усю жизнь пять было. А потом понаехали спяциалисты, меряли-меряли и намеряли семь. Вот таперича из-за них лишних два километра ходим.
|
|
Тружусь на предприятии не первый год.Частенько с коллегой встречаемся в курилке- поговорить о том о сём, всегда тема для разговора найдётся.. И вот, как-то раз , прихожу за ребёнком в детский садик. Одеваю, значит, сына.-Смотрю, коллега мой своего ребёнка рядом одевает. Оказывается-шкафчики у нас через один, и ходим мы в одну группу уже третий год.-Хорошо хоть сейчас узнали, а не на выпускном у детей в 11 классе.
|
|
Про комплименты :)
В субботу ездили с подругой (нам обеим слегка за 60) кататься на горных лыжах.
Покатались с утра, пока народу совсем не было (правда-правда, СОВСЕМ, ну т.е. поднимаешься на бугеле на гору, скатываешься, и вот она - очередь на бугель, состоящая из 2-5 человек :)).
Потом народу стало побольше, но и мы уже свои ски-пассы "отбили".
Ну и хорошо, пошли в кафешку перед отъездом, мы всегда в это кафе ходим, когда бываем тут - там мальчишки (обслуживающий персонал) имеют очень приятную особенность - они делают вид, что помнят тебя с прошлого раза и говорят какие-нибудь слова об этом, ну например "что-то Вас давно не видно было и т.п.", причем делают это как-то хорошо и без панибратства. Мальчишки, кстати, меняются, а вот такая манера остается, передают они ее по наследству что-ли :).
Взяли мы еду, сели за стол (а там такие длинные столы со скамейками), сидим, едим, болтаем, а напротив сидела молодая женщина (не больше лет 35), и тут эта соседка спрашивает: "А вы, наверно, из Академгородка?"
Я: "Да" (честно говоря, подумала, что она попросит домой подбросить).
Она продолжает:"Я сразу так подумала, потому что только из Городка женщины (внимание!!!!) в возрасте катаются на лыжах. А то вот в нашем городе женщины после 45 уже прямо никакие. А вы давно на лыжах катаетесь?".
Я в ответ:"С прошлого века".
Женщина за соседней линией столов засмеялась в голос. А эта, напротив, смотрит так на меня, что моя подруга решила ей объяснить, что прошлый век то совсем недавно был.
Вышли оттуда, я спрашиваю:"Она комплимент нам хотела сделать или обидеть?"
Подруга (весело так):"Да она просто ду-у-ура :)"
|
|
Ходят по камере два зэка. Туда-сюда. Один вдруг остановился, задумался. Второй его спрашивает:
— Ты мол че, братан, от коллектива-то отделяешься.
— Да вот Эйнштейна вспомнил. Умный был мужик.
— А кто это такой, че придумал-то?
— Да теорию относительности…
— А это че такое?
— Да вот смотри: мы с тобой сейчас по камере ходим?
— Ходим.
— А на самом-то деле — сидим…
|
|
По сути дела – все мы лицемеры,
Хотя совсем того не признаем
Молиться ходим, не имея веры
И, не имея голоса, поем
Мы трепетно относимся к победам,
Забыв про тех, победы кто ковал,
И ленты колорадские нелепо
Кто только и куда не нацеплял
Но мусор подобрать или окурки
У памятника, Вечного огня
Способны были только те придурки
И пионеры глупого «Совка»
|
|
Недавно в гостях были у шурина, Игорем кличут. Рукастый, подвижный и рослый чувак за тридцать. Они с другом-одноклассником Толиком дом строят под Владиком на две семьи уже несколько лет, и живут там же семьями. Основные, общие работы закончены и теперь каждый свою часть по мере сил благоустраивают. Мы с супругой примерно в таком же процессе, а еще и давненько не приезжали, с интересом ходим, смотрим-щупаем. Стою в теплом коридоре между гостиной и гаражом, вожу ногой по керамограниту на полу и говорю Игорю, что вроде как на ощупь чувствуются перепадики по высоте. Игорь заржал и рассказывает.
Заходит он как-то к Толику, тот плитку на пол клеит, тоже в коридоре. Стяжка горбатая и Толик ебется с ней «не по децки», ровняет. Игорь оценил и попенял ему. Че мол, так распиздяйски бетон залил, я вот когда буду заливать у меня будет зеркало, ну типа «озерная гладь». Удовольствие одно будет к такой глади плиточку прикладывать, одна ложится и следующую за собой зовет. Ну и пошел дальше по своим делам. Погодя, настал Игорев черед стяжку заливать. Подготовился он, как обещал, аккуратно и со всеми предосторожностями, свойственными работе с бетоном, залил и ласково разгладил свежий бетон в своем коридоре. Дело было к ночи и евойная супруга уже поднялась в опочивальню. Игорь удовлетворенно осмотрелся и заметил неподалеку кота. На всякий случай схватил что попало под руку и громыхнул не хило, чтоб тому значит неповадно было даже смотреть в эту сторону. Для полноты восприятия надо упомянуть как Игорь выглядит. Дома он всегда в трусах на босую ногу, а все его лицо и голову покрывает пятидневная, черная, густая щетина. Вдобавок, выразительные нос и губы и огромные свинцово-голубые глаза. Если присмотреться его можно назвать красивым, по-мужски. Но если не присматриваться, а он не захотев вам понравиться вдруг выпучит глаза, то хуй понравится, а на месте кота вполне можно было и обосраться. Супруга, услышав грохот внизу и переживая за здоровье питомца, ревниво поинтересовалась, что там происходит. Игорь пояснил, прикрыл дверь в коридор и прошел на кухню. Спустя минуту собрался было подниматься в спальню, но заметил, что дверь в коридор открыта. Он туда, так и есть. Бетонно-кошачья тропа. Он проорал в гараж самое замечательное слово и метнулся по доске, прокинутой над свежим бетоном, вдогон за котом. Ну кто общался с кошачими, тот примерно представляет себе детали этой спасательной операции. Выхватив за шкварник испуганного кошару, Игорь рванул по доске обратно и посредине «озерной глади» его, с котом в вытянутой руке, заштормило. Пытаясь удержаться на доске он закачался словно канатоходец вперед-назад махая котом, пока окончательно не потерял равновесие, и наклонившись, им же прочертив на "озерной глади" глубокую дугу, впечатал растопыренного хищника в бетон. Когда успокоив колебания тел Игорь выпрямился и чмокнул из лунки кота, примчавшаяся на звуки событий супруга могла лицезреть результат необычайных приключений, случающихся по ночам в их доме.
|
|
Приехала к нам бабушка из Белоруссии. Мы по воскресениям ходим в бассейн семьёй. Обсуждаем, что завтра вечером её оставим ненадолго. Сын говорит:
— Эх, зря ты купальник не взяла с собой, пошла бы тоже с нами.
Бабушка шутя спрашивает:
— Так, а что, меня без купальника не пустят?
Сын:
— Может и пустят, но без шапочек туда точно не пускают.
|
|
Белки-мигранты.
Повадилась к птичьей кормушке белка. Белка как белка, пушистый хвост, глазки – бусинки. Сначала пряталась и боялась собаки, потом поняла что собака хоть и лает до хрипа, но не достанет, да и эти двуногие тоже не прогоняют. Стала приходить не боясь, есть на ветке над собакой, и не реагировать на нас. Муж умилился, перевесил птичью кормушку повыше, чтобы белке было удобнее и стал подкладывать туда орешки. Я ему говорю, «Зря ты ее привечаешь. Белка должна жить в своей среде и заниматься тем, чем занимались ее предки, и выживать по законам природы, как выживают ее сородичи, а не приходить к твоим орешкам на завтрак.» Не убедила. Через какое-то время белок стало две, они создали ячейку общества.
На заднем дворе стоит у нас терем-теремок. Мы называем его Охотничий Домик. Это святая святых мужа! Мне туда вход разрешен только в сопровождении мужа и с его же письменного разрешения. На пороге этого домика можно за час собрать еще одну экспедицию Амундсена. Там есть все для рыбалки – от креветок до Лох-Несского чудовища, и для охоты – от домашней мыши до бизона. Там же он хранит охотничьи вещи и обувь. Все это любовно пополняется и обновляется.
Белки уже совсем освоились, бегут прямиком к кормушке, разгребают корм в пух и прах, то что они не любят летит на землю, то что они любят идет им на завтрак. На нас ноль внимания. На собаку стали чвирикать что-то на своем беличьем и угрожающе прыгать на нижние ветки. Как-то мы заметили что белка несется по двору с чем-то белым в зубах. Что-то напоминающее ватку. Не придали значения. Потом еще пару раз видели ту же картину. Тоже как-то пропустили этот момент.
На Аляске охотничий сезон на оленей открыт с августа по 31-е декабря. То есть сезон уже вовсю идет. Вчера слышу то стороны Охотничьего Домика несется английский не для использования в Букингемском дворце. Что такое? Оказывается белки-молодожены для утепления семейного гнездышка использовали утеплитель с самых крутых охотничьих ботинок мужа. Выдрали всю прокладку подчистую! Он так тщательно выбирал в Cabela’s эти ботинки и так мастерски аргументировал трату двести долларов, отвечая на мой вопросительный взгляд. В общем, были сапоги охотничьи, стали болотные.
С нетерпением ждем прибавления в семействе белок. Конопатим окна и двери, роем окопы, готовим силки и капканы, чистим ружья и пистолеты, ходим строем, поем военные песни и практикуем круговую оборону.
|
|
В советское время стоял я однажды в военном патруле в аэропорту Пулково. Ходим по аэропорту с двумя солдатами, следим за порядком. Нас обгоняет негр. Идет себе по своим негритянским делам, никого не трогает. А навстречу негру движется такой классический техасец – джинсы, остроносые сапоги-казаки, широкий ремень и, конечно, шляпа. Техасец поравнялся с негром и вдруг бросился на него, ударом свалил на пол и стал метелить руками и ногами. Мы опешили, негр орет, техасец тоже что-то кричит. Подбежали и вместе с милицией оттащили бойца от негра. Увидев стражей порядка, вроде как успокоился. Спрашиваем: ты зачем человека избил? Техасец развёл руки и отвечает: «Нигер!». В смысле – ему нельзя не накостылять, он же негр. В Америке негров обижать нельзя, а тут он дорвался, отвел душу. Милиция не стала вмешиваться в их американские отношения и отпустила обоих с миром.
|
|
- Ну чего тебе не хватает? На футбол, хоккей, рыбалку ходим, мотоцикл тебе купил, в боксерскую секцию отдал, ну что еще?
- Я девочка, пап.
|
|
Гладиаторские бои в ремзоне.
Весна пришла- обострения расцвели у населения. Вместе с хитрожопостью.
Звонит один кадр.
-Акпп на Пассат Б5 американец…
-EZS?
-Да.
-43000 на обмен.
-А если мою оставить?
-Зачем она вам?
-Продам.
-Морду набьют.
-Не ваше дело. А снять-поставить сколько?
-7000.
-Это с маслом?
-Ага. С подсолнечным.
-Каким?
-Рафинированным. Литр впридачу дам. И кило картошки.
Долго ныл, но приехал с акпп-ставьте.
Я смотрю на его купленную коробку-она мне активно не нравится. Потеки атф, масло воняет горелым фрикционом.
-Вы где ее брали?
-У мужика одного.
-Наберите его.
-Не отвечает.
-Вероятно-она нерабочая.
-Вы это говорите, что бы с меня денег снять! Знаю я вас!
-Ок. Деньги вперед. И подпишите вот тут, что мы за результат не отвечаем.
-А если не подпишу?
-Тогда заберите машину.
Орет, но подписывает. Ждет снятия акпп, кидает ее в багажник другу-и уезжает.
Вечером приезжает за машиной. Она ожидаемо не едет. Вой, крики- "вы ее неправильно поставили!".
Медитирую, мечтая о кровавом воздаянии.
-Снимайте ее!
-3500.
-За что?!
-За Родину, сынок.
-Я вас, вы у меня, везде всем о вас…какая скука…
Но в рыло дать хочется так, что руки держу за спиной.
Оттаскивает пепелац в соседний бокс- к коллегам.
Фффу.
Наутро звонит его астральный брат. Тоже купил- хочу поставить.
-За вашу убитую коробку готов это сделать.
-Ок.
Привозит машину и…барабанная дробь- коробку, что мы сняли с машины первого кадра. Ошибиться невозможно- я сам оттирал ее шильдик. А еще говорят -Москва большая. Да деревня. Не мир тесен-прослойка тонка.
Начинаю угорать. Звоню хозяину. Мол так и так. Только сняли эту акпп -она нерабочая.
В ответ- всевыврети. И-дубль-два:
-Вы это говорите, что бы с меня денег слупить! Знаю я вас!
Да и хрен с тобой, золотая рыбка.
Меняем, ставим, заводим-не работает. Кто бы сомневался.
Ор, вопли, всем расскажу, жулики…
Звонит продавцу-телефон, понятное дело выключен.
Настроение растет на глазах.
-А хотите я вам продавана подарю?
-Где вы мне его найдете?
-В соседнем боксе. Погодите.Звоню коллеге.
-Саш, тот мудила с Пассата когда будет?
-Вечером, в 6. Как же он меня задолбал…
-Бой быков любишь смотреть?
-?
-Сегодня увидишь.
Терпила сидел до вечера. 6…7…полвосьмого…никто с работы не уходит. Работники мои, наплевав на семьи, ждут представления.
И тут…оппаньки…а кто-то с горочки спустился, наверно милый мой идет…
Оно того стоило. Битва двух утырков подняла настроение всей рембазе. По ходу пьесы они еще перевернули ведро отработки (любезно подставленное мною) — и валялись в коричневой жиже, молотя друг дружку по бесстыжим харям. Я заливался смехом сытой гиены и давал советы.
-Руби его в песи! Круши в хузары! По яйцам ему, по яйцам!
А так же свистел и улюлюкал.
Потом бой затих-стороны перешли к моральной стороне вопроса. Благодаря моим миротворческим усилиям (А он тебя еще сидором называл ! А тебя-лохом голимым. И желтой рыбой! Да! Да! Лягушкой! И ещё земляным червяком!) диалог признали неконструктивным и продолжили замес.
Минут 30 они тешили наши бесстыжие глазенки. Расколотили друг дружке рожи- любо-дорого смотреть.
Ну а что делать? Работа у нас скучная, в театры мы не ходим. А так- хоть какое веселье.
И задаром.
|
|
Давным-давно отдыхая в Таиланде, я общался с местным. Он хорошо говорил по-русски, был прекрасно знаком с Пушкиным, читал другую русскую классику, в oбщем - грамотный человек. И он меня попросил рассказать побольше о бане...
Я ему рассказал про пар, веники, жару, и прочие ритуалы. Он отвечает - что ему понятно зачем мы ходим туда зимой, а зачем летом при +30 мы так делаем? Я ему отвечаю, что в России при +30 жарко и душно и иногда невыносимо, а в бане +100. И после того, когда побольше посидишь в бане, хорошенько прогреешься, то при выходе на улицу чувствуется довольно прохладно и приятно.
Вот так мы боремся с жарой на улице.
О_O вот с таким взглядом он еще долго сидел и ничего не говорил по этому поводу.
|
|
Это рассказ моего зятя от первого лица.
Он тоже живет в Новой Зеландии. Итак....
...Надо сказать, что у нас реально принципиально разный менталитет. То что для нас очевидна и недопустима подлость, пакость, ложь, наветы, фарисейство - для них это норма жизни. Естественно, если это выгодно им. Каждый из нас с детства знает, что такое хорошо и что такое плохо. Они же знают лишь, что такое хорошо для них. И ради этого "хорошо для себя" они готовы вас утопить, подставить, оклеветать и пр. Им же хорошо, а причем тут вы. Это англосаксы. Что поделаешь. Перевоспитывать бесполезно, просто надо принимать это как данность, как дождь или снег.
Но в этом есть и большой плюс, как ни странно. Если в России за ответную подлость рискуешь получить не только в глаз, но и смертельного врага навек, то у англосаксов ответка воспринимается как должное и даже уважительное отношение - гляди-ка как ты можешь, надо будет это и для себя применить в отношении того-то...
Все это, как ни странно, объяснил мне Ричард, простой коллега, клерк на фирме, куда меня, эмигранта, сразу взяли на должность, которую местные мечтают получить всю жизнь. Но не каждому удается. Спасибо моему московскому образованию. Язык я знал мягко говоря хреново. Местную речь с проглоченными слогами зачастую не понимал. Ричард раз за разом предупреждал все подставы, которые готовили мне подчиненные и коллеги и заказчики. Делал он это настолько тактично и аккуратно, что фактически прикрыл меня от колоссальных проблем, которые бы возникли из-за подлостей коллег, которые те закладывали в контракты, в документы, которые мне приходилось готовить. Главная моя врагиня, зам. директора нашего островного филиала просто полыхала от злобы и ненависти, видя как я раз за разом исправляю и обхожу все ловушки, расставляемые ею. Она не понимала как. Директор фирмы был и сейчас есть - австралиец, который видя как я раз за разом проскакиваю расставленные ямы, хлопал меня по плечу - и говорил - я в тебя верю. Вы русские, как животные, опасность видите спинным мозгом. Ты мне нужен именно для этого. Он не знал, что моим спинным мозгом был именно Ричард.
И вот, моя врагиня, решила пойти ва-банк. Договорилась с будущими клиентами на гигантский липовый проект с гигантским же откатом в Аравии, который формально был прикрыт очередной гипер-стройкой. И перевела этот проект на меня, предвкушая, что если я выполняю его, то подставляюсь под незаявленный откат с переходом в тюрьму, если не выполняю - то не выполняю свои обязанности и якобы подвожу фирму на миллиарды. Последствия те же. Она не знала, что в России я уже студентом учился и работал в Росфинмониторинге и все подобные фокусы проходил еще на курсовых. И как переводить стрелки на подобного рода "Заказчиков" тоже знал. Что делать, спрашиваю я Ричарда. Ведь ответ может быть только таким же подлым? Поступай как и они, ответил он. Не бойся последствий. Это у вас называется подлостью, здесь это риалбизнес. Не бойся, я тебя прикрою. Как может меня, начальника управления, прикрыть простой клерк в техподдержке, я не понял. Но начал действовать. "Помогли" и мои российские коллеги и жадность аравийцев и глупость клерков заказчиков. Стрелки оказались переведены. Проект оказался полностью под моей врагиней без ее ведома и последствия самые печальные тоже упали на нее. На следующий день она была уволена, а на ее должность был назначен .... Ричард. Оказывается, вся эта многоходовка была им продумана и реализована строго по своим британским правилам. И как к этому относиться? С одной стороны - он меня использовал вслепую, я реально рисковал сесть в тюрьму десяток раз, с другой стороны он же помог мне закрепиться на таком уровне бизнеса, на который никогда эмигранту-стажеру не подняться.
Ну вот, сказал Ричард в своем новом кабинете, а ты боялся. Теперь мы команда и нам надо задуматься об Австралии. Летим на следующей неделе в Мельбурн. Вот список документов...
Мы не полетели. Через два дня Ричард умер прямо на рабочем совещании. Аневризма невидимая и жестокая.
Сейчас я уже зам.директора, но совсем в другой фирме. Моя врагиня живет в соседнем квартале и мы по-дружески ходим друг другу в гости и ездим семьями на юг и на север наших островов. Жизнь продолжается. Это просто другой мир с другими правилами и другой моралью. Не хуже и не лучше. Просто другой.
|
|
У одной Ивановой был роман с приходящим Сидоровым, хотя какой там роман, так, заметка в многотиражку. По вторникам и пятницам Сидоров отдыхал душой и телом от своей жены, дуры и стервозы. В стервозе Иванова сомневалась, а про дуру Сидоров, похоже, не врал, как ещё назвать женщину, которая верит в круглогодичные курсы повышения менеджерского мастерства, занятия два раза в неделю, вторник-пятница, с семнадцати до двадцати трёх. Впрочем, ещё неизвестно, кто тут бОльшая дура.
На вопрос про будущее Сидоров отвечал, проникновенно глядя в глаза, понимаешь, малыш, говорил Сидоров, нам и так хорошо, штамп в паспорте ничего не изменит, ну стоит у меня такой штамп — и что? любви-то нету! Год назад Иванова попыталась соскочить с поезда, но Сидоров резко активизировался, по вторникам и пятницам ждал после работы с тремя гвоздичками и рассказывал, как именно наложит на себя руки, потому как без Ивановой свет ему не мил. Не взяла грех на душу.
И вот недавно Иванова встретила красивого негодяя. Говорила, ты представь, идёшь домой, а на лавке у подъезда такой Хью Джекман, грязный, неустроенный, но дерзкий такой, смотрит с прищуром, с ухмылочкой, устоять невозможно, да и вообще — всё не одна. Негодяй был отмыт-отдраен, накормлен и наречён Пушком.
К вечеру выяснилось, что с именем Иванова погорячилась: либо Пушка воспитала стая бультерьеров-отморозков, либо он продукт генной инженерии — в кошачью ДНК искусно вплели крокодильи гены, отвечающие за характер. При попытке погладить прицельно отмахивался лапами, вместо мурчания рычал как дикий тигр и за пару дней выстроил иерархию, назначив себя альфой и опустив Иванову в район омеги.
Во вторник пришёл Сидоров.
С порога спросил возмущённо, это ещё что?! с ума сошла?! знаешь же, у меня аллергия на шерсть! немедленно убери! Иванова сказала, здравствуй, Жорик, он не помешает, он на кухне посидит! Пушок на кухне сидеть не пожелал, проскользнул в дверь, запрыгнул на комод и уставился на Сидорова немигающим оценивающим взглядом.
Сидоров чихнул и сказал, нет, это невозможно, ему на помойке самое место! И решительно сграбастал Пушка, намереваясь выставить его из комнаты. Иванова и ахнуть не успела, как Пушок располосовал Сидорову руку, тем самым подтвердив своё духовное родство с Джекманом-Росомахой, сиганул в открытое окно, в мгновенье ока взлетел на ближайшую берёзу и угнездился примерно на уровне четвёртого этажа.
Иванова бросилась к окну, Пушок, миленький, слезай, не бойся! Жорик, ну сделай же что-нибудь! Сидоров пошёл пятнами, визгливо заорал, у меня кровь, а ты за эту тварь переживаешь? выбирай, кто тебе дороже — я или он! Иванова посмотрела на Пушка, на Сидорова, ещё раз на Пушка, подумала и сказала, он.
Сидоров аж захлебнулся и, сорвавшись на фальцет, заголосил, жалел я тебя, время на тебя тратил! ты сама всё разрушила! И ушёл, держа на весу пострадавшую руку.
Иванова хотела заплакать, но что-то не плакалось. Высунулась в окно. Ни Пушка, ни Сидорова. Ходила, звала, всё без толку.
Вечером в дверь позвонили. Сосед с четвёртого этажа сказал, это не ваш? с дерева на балкон ко мне запрыгнул, вот ходим, ищем хозяев, не найдём, себе оставлю, красавец кот, ласковый, воспитанный.
Муррр! сказал Пушок.
Мой, сказала Иванова, спасибо вам!
Давно хотел к вам подойти, но не решался, робел, сказал сосед, раз уж случай выпал, давайте знакомиться, не возражаете?
Иванова глянула на соседа, удивилась несоответствию соседского облика слову «робел», покраснела и сказала, не возражаю, чаю хотите?
Хочу, сказал сосед.
Муррр! сказал Пушок.
|
|
- В семье должно быть полное доверие! Как только жена почувствует , что муж что-то скрывает, не договаривает, отвечает уклончиво - сразу пойдут подозрения , начнутся обиды , ревность непонятно к кому. Так недолго и до развода!
- Петрович , да ты совсем ох..л! У тебя жена звонит из отпуска и спрашивает как дела, а ты начинаешь трепать о том, как мы в баню с проститутками ходим!
|
|
В обеденный перерыв ходим с коллегами в расположенную напротив офиса кафешку. Есть там караоке и свою музыку за определённую плату поставить можно. Это обычно используется, когда по вечерам за пивом собирается большая компания отпраздновать какой-нибудь день рождения или похороны тёщи (и такое бывало, не анекдот). 12 часов, эти шестеро быковатого вида за одним из столиков уже навеселе. По их заказу, как минимум, полчаса динамики давят на уши нытьём Стаса Михайлова. Одной и той же песней «но я жадный до любви». Ничего не поделаешь, как в старой поговорке, кто платит, тот и заказывает музыку. Закончился концерт, когда мы уже пообедали и допивали кофе. До работы время ещё было, нахожу и скачиваю песню «пидоры идут». К подобной музыке, как и к Михайлову, отношусь негативно, но в данном случае услышанное лет 15 назад вспомнилось очень кстати. Записываю вступительную речь «эта песня посвящается замечательным пацанам со второго от окна столика» и далее 50 экземпляров песенки про пидоров. Скидываемся по полтиннику, возвращаемся в кафе. Бармену, по совместительству, ди-джею, передаётся диск, оплачивается, просьба когда уйдём, поставить этот диск. Ему пофигу, что ставить, он свои четыре сотни получил. Кто платит, тот заказывает музыку, а будет заказавший слушать или нет – не важно.
Кондиционера нет, окна открыты, было слышно, судя по времени звучания, заказ выполнился в полном объёме, кафе, вроде, не разгромили. Чем закончилось – узнаем на обеде в понедельник.
|
|
Российский цирк - здесь пилят клоуны бюджет!
Российский цирк - летает даже Суперджет!
В Российский цирк приходят:Путин и Мавроди!
Классно нам здесь!
Трудно нам здесь!
Главное есть что съесть!
Российский цирк - факир здесь может полечить!
Российский цирк - сортир - чтоб недругов мочить!
В Российском цирке классно,слегонца опасно!
Тигры кругом!
Змеи кругом!
Это наш общий дом!
Российский цирк - бездельник должен отдыхать!
Российский цирк - лохам пахать не привыкать!
В Российский цирк не ходим,мы живём там,вроде!
Трудно живём!
Классно живём!
Видимо в нём помрём!
|
|
Интересно, ну вот почему меня бесят безобидные вроде вещи? Фанатичные оппозиционеры. Велосипедисты. Глупые рассказки... И хоть видно тролля за версту, ан терпеть мочи нет — хочется ответить.
Вот намедни на сайте вышла история о том, что, мол собственный дом формирует мужчину. Написано, естественно, домохозяйкой. Почему? Да потому, что подобный идеал может возникнуть только в женском хлопотливом и буколическом сознании. Ведь как там представлено? Вялый и ленивый мужчинка вдруг решает переехать в дом. Сельский дом. Опосля неминуемой и чудесной трансформации человек меняется. Ба-бам! Был лежебока, а стал — Хозяин. И вот, выпятив волосатое пузо, он важно начинает расхаживать в кумачевых трениках. Переваливается деловито по подворью и, попердывая от усердия, мастерски чинит все подряд. А жена тихо радуется от такой его справности, и расцветает, и застенчиво хихикает в платочек, и мечет моченые грузди на скатерку в петухах...
В этом сочинении автор смело переплела советские фильмы о счастливом селе и детство на родительской даче. Хотя, конечно, понравилась фраза: «перекопал жирную дымящуюся землю». Гм. Огорчу. Земля жирна и дымится только первые полчаса после перекопки тракторным плугом. И то осенью. Копать ее еще лопатой? Зачем?
Увы, «починить пару планок в заборе» или «заменить треснувший шифер» можно только в старом и убитом жилье. И забор, и крыша, сделанные по правилам, служат не менее 30 лет. Перманентным подлатыванием занимаются только в селах. Но происходит это от банальной бедности . Вообще, рискну сказать, что автор имеет такое же представление о реальной жизни в российской деревне, как Жозефина Богарне — о пейзанах Парижской области. Я даже не буду брать знакомое всем непросыхающее большинство. Но даже тем поселянам, кого еще не отжали из фермеров, или кому свезло найти приличную работу, живется довольно хреново. Это — постоянная борьба за выживание. Очень-очень непростая физически.
Успешные и довольные дауншифтеры существуют только в рассказках латентных гомиков (или - хипстеров), рассказываемых в тепленьких глютен-фри ресторанах.
Согласен, мужики бывают всякие. Их наклонности, как известно, определяет совершенно непредсказуемая рецессивная аллель в гомозиготе. Я проработал в монтаже полтора десятка лет. Там хлюпики и алкаши не выживали. Так вот, даже тогда из всех работяг только треть хотела по выходным копаться на даче или в гараже.Да и то делали это потому, что под советские машины нужно было лазить еженедельно. Большинство находило другие хобби .
Лучшей половине почему-то невдомек: ну не втыкает нас, мужиков «полезная семейная работа»! Нас генетически тянет на совершенно бесполезную и веселую активность. Стрелять.Собирать. Удить. Гонять. Соревноваться. Дрессировать. Гулять. Играть. Убиваться. Хвастать. Дурить. И вот чтоб оплатить все это, мы и ходим на работы. На очень разные. И я вряд ли поверю, что владелец нормально работающего бизнеса, приезжая домой, будет испытывать моральное неудовлетворение от незабитого (за целый день!) гвоздя. Так и проскулит супруге, повеся голову на рюмочкой старого арманьяка: «ах, дорогая, я — никто.У меня пять сотен подчиненных, пятьсот судеб, но — не моё! Как бы я хотел, сейчас, вместо этого сраного контакта на пять лимонов ухватить простыми русскими плоскогубцами православную шиферину и прикрутить ее на скат убогого скита... » А суженая погладит его по глупой головушке, да повторит: «А и то верно. Всех денег не заработаешь, касатик. Поедем-ка поближе к жирной землице, потычем-ка ее саперной лопаткой»...Наверное, такое может случится лишь в сериале имени первого канала.
Ох, поглумлюсь еще. Над последним умилительным образом.
Дорогие женщины! Подумайте сами. Если в наше время у кого-то в сарае который десяток лет валяется «полкило гнутых гвоздей, старый сломанный вольтметр, кузов от «Мерседеса» , то владелец — кто?
Возможно - параноик, завсегда готовый к войне. Или, может, блаженный. Но скорее всего- бездельник обыкновенный. То есть этот параметр Хозяина - неудачный.
У меня три знакомых — контрактора. Да, их гаражи и подвалы забиты материалами, машинками и приспособами. Но это то, чем они регулярно пользуются. И твердо знают, что и где храниться. И если ломается шуруповерт, то в мусорку летят и его батарейки, и такой-приличный-его-еще-хранить-и-хранить чемодан.
Лет тридцать тому меня научили простому правилу ежегодной чистки. Если при этом обнаруживается то, чем не пользовался 2 года — можно смело продавать или выбрасывать. Помню, тогда идея понравилась. Потратив пол-субботы, я выгреб из гаража железок и деревяшек килограмм на двести. Стало удивительно ясно и просторно. Пошел было к соседу за тачкой, вывезти этот хлам на свалку. Не получилось.
Потому что через час довольный сосед закончил растыкивать весь мой мусор по своему гаражу...
|
|
Завели мы кота. Вполне себе симпатичный отщепенец, но кусуч и прыгуч просто невероятно. Ходим все покусанные, исцарапанные и шарахаемся от диванов и углов (ибо любит напасть из-за угла или сигануть с дивана). Но подрастая, начинает все больше напоминать кота, реже кидается, иногда уже мурчит. Сидим семьей хвастаемся друг другу, мол, у меня Елисей сегодня спал, а мне пел, а ко мне сам запрыгнул, потерся. В общем, кто кого кошачьей любовью перещеголяет. Сын, 15 лет, задумчиво «А вам не кажется совершенно абсурдным, что мы, люди – венец эволюции, зависим от настроения трехмесячного кота?». Хм…. Пожалуй :).
|
|
Иду по улице. Погода - блеск. Солнышко светит, купола на храме горят, листья под ногами шуршат, столько благодати вокруг, - не унести. И тут навстречу два пацанчика. Ничего такие хлопчики, чистенькие, аккуратные, без особых признаков деградации на лицах, лет восемнадцати плюс минус. Поравнялись, говорят:
- Простите пожалуйста!
- Это смотря за что. - отвечаю вежливо.
Замешкались.
- Да мы это... Не знаете, где тут у вас в городе церковь такая, с голубыми куполами?
- Не эта?
- Не! С голубыми.
- А ещё какие нибудь приметы есть?
- Нууу... Там ещё перекрёсток такой, буквой Т...
- Перекрёсток - это конечно уникальный ориентир. А ещё что нибудь?
Парни обреченно помотали головами.
- Короче. Если я правильно понимаю, церковь эта ваша на другой стороне города. Сюда-то вас как занесло?
- Да мы полдня ходим, это четвёртая церковь уже!
- А эта вас чем не устраивает? Хорошая церковь. Разницы ведь никакой. Если покаяться там, или отпеть кого, у нас тут батюшка очень душевный.
- Не, нам та нужна. Мы там ночью мобильник в залог оставили.
- В церкви?!
- Да не! В баре там, неподалёку. Сидели ночью, в деньги не попали чуть-чуть, пришлось оставить.
- Что за бар?
- Да не знаем мы!
- Нормально! А церковь при чем? Сидели в баре, ищете церковь.
- Да мы кроме этой церкви и не помним ничего!
- Хорошо посидели.
- Да уж... Вы адрес не знаете, этой церкви, как нам таксисту сказать?
Открыл карту на телефоне, нашел эту церковь. Даже фотографию нашел.
- Эта?
Обрадовались.
- Точно, эта! А там рядом бар есть?
Нашли поблизости какой-то бар.
- А можно туда позвонить?
Набрал номер.
- Кафе "Анютины глазки" (ну, условно) слушает!
- Ой, здрасьте! Это мы! Мы ночью телефон в залог не у вас оставляли?
- Есть такое дело! - сказали на том конце.
- Можно мы сейчас подъедем?
- Давайте быстрее, а то я от начальства уже получил. Нам запрещено вобще-то вещи в залог брать...
- Мы щас! Мы быстро!
Спросили, где лучше взять такси, и убежали.
История на этом не закончилась. Где-то через час раздался звонок.
- Добрый день! Капитан Пупкин, городское УВД. Скажите, это ваш номер?
- Мой.
- С этого номера час назад был осуществлён звонок в бар "Анютины глазки".
- Ну, был.
- Это вы звонили?
- Я.
- С какой целью?
- А вы с какой целью интересуетесь? Откуда мне вообще знать, что вы капитан пупкин, а не наоборот?
- Я со служебного номера звоню. Можете перезвонить дежурному, вас на меня переключат.
- Не буду перезванивать. Подошли два пацана, попросили помочь.
- Что за пацаны, вы их знаете?
- Да нет конечно. Просто на улице подошли.
- Хорошо. Скажите пожалуйста ваше имя и адрес, возможно нам придётся подъехать, снять с вас показания.
- А что случилось-то?!
И капитан в двух словах рассказал такую историю.
Два молодых человека, жителя столицы, собрались навестить своего товарища, жителя подмосковья. Товарища дома не оказалось, и приятели, что б не терять даром времени, решили себя культурно обогатить знакомством с достопримечательностями нашего города. Тем более что были они тут в первый раз. По дороге к достопримечательностям слегка смочили свой культурный слой изнутри. Выпили короче. После осмотра достопримечательностей пошли в кино. Во время сеанса сделали замечание какому-то гражданину, который громко разговаривал по телефону, мешая остальным зрителям осуществлять просмотр художественного фильма, чем наносил им материальный ущерб в размере стоимости купленных билетов. Гражданин в ответ огрызнулся, и продолжил разговор. Дали гражданину по ушам, отобрали телефон, и покинули кинотеатр, поскольку за время инцидента напрочь потеряли нить сюжета в частности, и интерес к кинематографу в общем. Потом зашли в какой-то бар, где в итоге и оставили в залог изъятый у гражданина телефон. Потом уехали домой "не помним даже на каком виде транспорта".
В это же самое время гражданин, получивший по ушам и без телефона, дождавшись когда хулиганы покинут место событий, выдвинулся в сторону ближайшего отделения милиции. Пока объяснялся с дежурным, пока писал заявление, пока ждал дознавателя, времени прошло изрядно. Сняв показания, дознаватель поинтересовался, не пытался ли потерпевший звонить на номер похищенного телефона.
- Нет конечно! - ответил потерпевший. - С чего?!
Тогда капитан придвинул к себе телефон и набрал номер, без особой впрочем надежды.
- Алло! - неожиданно раздался в трубке спокойный и доброжелательный голос на фоне смеха и музыки.
- Это кто? - спросил капитан.
- Бар "Анютины глазки" слушает! - ответили на том конце.
Телефон у бармена конечно изъяли, и тут же вернули под расписку "на ответственное хранение". Шансов, что похитители вернуться за краденым телефоном или как-то ещё себя проявят, был конечно мизерный, но тем не менее. Собственно, этот-то мизерный шанс и встретился мне по дороге со словами "Эй, дядя, а где тут у вас церковь с голубыми куполами?"
Вот такая история. Кстати, со слов капитана, пацаны эти мамами клянутся, что ехали в город с единственной целью - вернуть телефон законному владельцу. Проснулись мол, поняли, что совершили неблаговидный поступок, и поехали исправлять. "Ну не дураки же мы в самом деле так подставляться из-за какого-то телефона!". Не знаю как капитан, а я, видевший этих пацанов, почему-то склонен им верить. Как-то мало они походили на малолетних рецидивистов, я в их годы походил значительно больше. Впрочем, ни моё мнение, ни мнение капитана по сути роли-то никакой не играет. Степень вины определяет суд. "Ему надо было просто с женщинами своими вовремя разбираться, и пистолеты не разбрасывать где попало. А наказания без вины не бывает, Шарапов"
И вот знаете, что меня поразило в этой истории больше всего? Что показалось самым примечательным?
За целый день пребывания в городе единственное, что отпечаталось в голове у этих молодых людей - голубые купола какого-то храма.
О чем это говорит? Это говорит о том, что церковь не только играет в нашей жизни важную роль, но и служит ориентиром для нашей молодёжи.
И иногда, как показал этот случай, - единственным ориентиром.
Это ли не прекрасно?
|
|
С соседями у нас вообще давняя, многолетняя, выстраданная вражда. Сначала они, живя снизу, жаловались, что мы громко занимаемся сексом. Мы стали заниматься сексом потише. Потом их сын пошел в первый класс и целый год ревел белугой, когда его садили за уроки. Естественно, жаловались мы. Потом они стали жаловаться, что мы громко топаем, когда ходим. Чтобы отстоять свою сексуальную и топательную независимость, мы купили педагогическое оружие - перфоратор. Они купили караоке, пели "золотится роза чайная". Достали, твари. Мы решили строить дом, построили за летний сезон, переехали, радовались, как дети, что у нас участок 15 соток и нет соседей. Отправили детей к бабушке, решили с мужем пожарить шашлыки. А вечер был такой теплый, бабье лето, мы выпили, потянуло на интим. Решили сделать это в беседке на краю участка. Только приступили - голос с соседнего участка (до боли знакомый, сцуко, голос!!!): "Не могли бы вы заниматься сексом потише, вы же мешаете людям! И дым в нашу сторону идет, поставьте мангал с другой стороны дома!" И поверх забора высунулась рожа бывшего соседа снизу. Оказывается, они купили дом на соседнем участке. Видимо, наше противостояние перейдет на новый уровень.
|
|
преамбула))
помните анек про то как добрый ленин бритву точил и на мальчика поглядывал, а мог бы и полоснуть)
Амбула:
поехал я вчера в лес из деревни, со мной были жена и тёща, ну ходим около машинки, бац, тёща проеблась... у жены телефон там не ловит, ну я и позвонил, ответила, я по месту сориентировал и сказал куда должно ей солнце светить (понятно куда) ну она на просеку и вышла, туда уж я приехал, километров 6 отмотала, привёз домой...
послеамбула:
а ведь мог бы сказать что денег нет на телефоне))
|
|
Однажды зимой в Подмосковье заболело у меня горло. Ну болит и болит, все мы ходим на работу и с гриппом и с прочей хворью. Проходил 2 дня и вот пришел домой вечером и совсем плохо стало. Ноет горло, есть больно, аж тревожно на душе. Температуру померил – 39. У меня в это время жил мой близкий друг, приехал из другого города служить в СОБР - общагу не дали, зимовал у меня. Позвонили в скорую, уже через полчаса меня везли на операцию – абсцесс, ангина, есть риск задохнуться. Мой друг поехал со мной, ка всегда прихватив складной нож... И ручку, видимо, оформлять меня в больнице. Приехали в подмосковную больницу ближе к ночи. Завели к врачу, тот осмотрел меня и говорит: «тут уже резать надо, вскрывать абсцесс, у меня на сегодня еще пятеро детей, анестезии как раз на них и хватит... готов?» Я немного в ауте, понимал, что операция неминуема, но не таким же путем. Выхожу к другу, жалуюсь, говорю, может в другую больницу. Он спокойно так смотрит на меня, понимающе, и руку раскручивает, снимает колпачок, вынимает стержень, оставляет в руке только корпус пластиковый. Спокойно так говорит «сейчас мы в другую больницу поедем, ты начнешь задыхаться по дороге, и я тебе аккуратно ножичком в трахее сделаю надрез, вставлю эту ручку и ты так немного подышишь, пока доедем». Мамы деток в очереди долго будут вспоминать мужика, пристающего к врачу со словами «доктор, пожалуйста быстрее, режьте без наркоза, быстрее доктор!!»
|
|
Молодожены договорились всегда говорить друг другу только правду. И вот однажды молодой супруг возвращался домой, вдруг с верхней полки свешивается ножка.. Он ее пощекотал. Ножка не исчезла. В общем, сходят на первой же станции, а домой отправляет телеграмму: "Подвернулась нога. Лежу в гостинице. Целую обнимаю".
Но это присказка. А историю рассказал мой хороший приятель.
Услали их как-то еще в советские годы в командировку. Приехали, заселились, и молодой супруг отправляет домой совершенно правдивую телеграмму, как добрались, как заселились и чем занимаются: "Добрались нормально. Поселили в женское общежитие. Никуда не ходим".
|
|
Неправильный еврей
Первым, с кем я познакомился, когда мы с женою купили себе здесь дачу, был Марк Петрович, наш пожилой сосед напротив. Фамилия его была Кац и внешность, для такой характерной фамилии, он имел тоже типично еврейскую, за исключением того, что был неестественно смугл и чёрен лицом. Он где-то работал сутки через трое, а всё остальное время обычно стоял в своих воротах, беседуя с проходившими мимо дачниками. В конце улицы был коттедж нашего председателя, к которому всегда подтягивался местный народ, так что собеседников у него было предостаточно. В случае же долгого их отсутствия Кац осторожно подходил к нашему забору и вежливо начинал обсуждать со мной самые разнообразные вопросы.
Разговаривать с ним мне нравилось, так как было сразу заметно, что человек он интеллигентный и неплохо образованный. На любую тему он изъяснялся красноречиво, часто находил похожие исторические примеры, приводил цитаты из классиков и легко вворачивал какие-то иностранные словечки.
Поэтому позже, когда я узнал, что трудится он всю жизнь простым кочегаром в котельной на местной валяльной фабрике, я был несколько удивлён. Впервые я видел еврея-кочегара, да ещё такого эрудированного. Мне всегда казалось, что они выбирают себе совершенно другие профессии.
И вот как-то вечером, когда мы с ним сидели и чаёвничали в моей беседке, я не выдержал и спросил, почему он выбрал такое довольно нетрадиционное для их нации ремесло.
- Для нации…– печально вздохнул Кац в ответ – вы знаете, ведь я же, на самом деле и не Марк совсем, а Марко, есть такое цыганское имя.
- В смысле – удивился я – вы цыган что ли?
Он помотал головой и подлил себе чаю.
- Видите ли, Николай – сказал он, отпив глоток и чуть помолчав – моя национальность - мечта фашиста: отец у меня цыган, а мать еврейка. Такой вот, несколько небанальный марьяж. Браком такие отношения заканчиваются исключительно редко, но мама была влюблена…– он вздохнул и начал рассказывать.
Так я узнал, что его отец был гитаристом в гастролировавшем цыганском театре. Подарив отпрыску жизнь и чернявую внешность, он вскоре скрылся со своим театром в неизвестном направлении и воспитывал Марка уже, русский отчим, Пётр Андреевич, с кем позже сошлась его мать. К приёмному сыну отчим относился хорошо, хотя тут же окрестил и всячески пытался воспитывать в рабочих традициях, часто беря с собою на местную валяльную фабрику, где сам он работал техником.
Его же мать, Белла Давидовна, напротив, постаралась дать сыну хорошее домашнее образование и даже заставила поступить в университет, откуда его, впрочем, отчислили с четвёртого курса. Отчим этому отчислению даже обрадовался и вскоре устроил его к себе на фабрику, где Кац до сих пор и трудился.
Видимо, в результате такого особенного антропологического смешения и разнополярного воспитания Кац и жил в системе парадоксов. Обычно он был всегда учтивый и любезный, но лишь стоило ему выпить, как поведение его кардинально менялось.
Первый раз, когда я, приехав вечером с работы, столкнулся с такой его особенностью, я весьма удивился. Марк Петрович стоял, пьяно облокотившись на свои ворота и держа в руке початую бутылку «Журавлей».
- О, Колян! А я тебя жду…. выпить вот не с кем… попрятались все от меня, мыши…
Пришлось пригласить его в беседку и принести закуску и пару стаканов.
- Мне чуть-чуть… а что за праздник у вас сегодня?
- Праздник? Да просто гуляю, чё…. дали, вот, аванец, могу себе позволить…. вчера угля на две смены накубатурил – он достал из кармана пачку «Золотой Явы».
- Так вы курите, что ли Марк Петрович?
- А хули нет-то.. когда выпью… имею право – он прикурил сигарету, затянулся и разлил нам водки.
- Ну, давай, Колёк, за уголёк. И давай на ты, хрена ли ты мне вечно выкаешь-то?
Самое интересное, что когда я на следующий вечер обратился к нему на ты, он вздрогнул и, виновато потоптавшись какое-то время у своих ворот, снова подошёл ко мне.
- Вы, уж простите меня, Николай – я понимаю, соседи.… Но давайте всё же на Вы…. А то как-то совсем уж неинтеллигентно получается.
Со временем я стал замечать, что все эти его перевоплощения имеют определённую закономерность. Как правило, выпив первую рюмку, Кац быстро хмелел и приходил ко мне жаловаться на общую несправедливость окружающего нас мира.
- Вы заметили, Николай? – тихо, но возмущенно шептал он мне через забор - председатель наш добермана своего говядиной кормит, сам вчера видел! Какая низость! А как дорогу щебнем подсыпать, так с нас по триста рублей собирали и где тот щебень? Где, простите? Нет, надо точно уезжать из этой страны, вот, честное слово, подкоплю ещё денег и точно решусь.
Поворчав так ещё немного, он возвращался к себе, выпивал вторую рюмку, и вскоре снова появлялся у меня. К этому времени выражение цыганской удали и бесшабашности оживляло его лицо, положительно отличая его от еврея.
- Скучно мы живём, Коля – сходу заявлял он мне – так и проживём с тобой, каждый на своей стороне улицы…. А мир-то он, на самом деле, знаешь какой огромный?
Потом он снова отправлялся к себе и, видимо, отдавая дань памяти папе-музыканту, брал в руки гитару. После чего некоторое время с его стороны доносились какие-то томные романсы, время от времени переходящие в задорные и плясовые цыганские мелодии.
А чуть позже, после употребления им ещё одной порции спиртного, на смену им приходила его любимая «Раскинулось море широко».
- Проститься с товарищем утром пришли, матросы, друзья кочегара – выводил он трагическим голосом, начиная неожиданно чётко выговаривать букву «р».
Собственно говоря, это и был знак к началу последней трансформации, потому как вскоре Кац уже появлялся у моего забора с какой-нибудь газетой в руках. К тому времени он был уже полностью русским.
- Ты, бля, видал, Колян, что эти еврюги опять надумали? – тыкал он в газету пальцем - Чемодан, свой, суки, луивитошный на Красной площади поставили, прям напротив Василия Блаженного, как только совести хватило?!
- А вам то что с того чемодана – не понял я – это ж просто реклама.
- Дда как! – он даже поперхнулся – так чемодан этот ихний копия храма царя Соломона ерусалимского!! В точности повторяет все его пропорции!! Нет, ну это беспредел какой-то!!
- Ну, храм, ну и что? По мне, так пусть хоть в чемодане молятся.
- А я тебе вот, что скажу – отчеканивал он в ответ - это мы с тобой в церковь молиться ходим... А у них в синагогах планёрки!! Соберутся и думают, как русскому человеку навредить…. православному… – он оглядывался и, за неимением чего-то более подходящего, крестился на флюгер председателя.
Все остальные соседи к таким его превращениям, по всей видимости, давно привыкли, переставая с ним общаться уже на цыганской стадии, поэтому весь остаток вечера он проводил возле нашего участка, кляня козни масонов-олигархов, прочую мировую закулису и вновь появляясь наутро милым и интеллигентным человеком.
До самой осени я наблюдал такие его превращения, приходившиеся, как я понял, на дни выдачи аванса и получки. Потом наша дача кончилась и до весны туда мы больше не ездили. Зимой я время от времени вспоминал его, размышляя о том, что, на самом деле, больше влияет на формирование человека? Национальность, среда, воспитание? Сложно было сказать....
К сожалению, самого Каца, с той осени, я больше не видел. Когда на майские мы впервые приехали к себе на дачу, то на его участке уже копалась пара пожилых пенсионеров.
Позже председатель мне рассказывал, что Марк Петрович хотел переехать на пенсию в израильскую Хайфу, для чего давно копил деньги, пряча их в старых валенках на антресолях. И как-то поздней осенью, когда похолодало, и по дачам шныряли полуодетые цыганские ребятишки, он, находясь, по всей видимости, в цыганском обличье, сжалился и вручил самому старшему из них те самые старые валенки, напрочь забыв о хранившихся в них накоплениях на своё запланированное еврейское будущее.
Обнаружив с утра пропажу, он не выдержал, запил в чёрную, потом уволился с фабрики и, продав дачу, уехал из нашего города. И где он сейчас живёт и чем занимается никому уже неизвестно.
© robertyumen
|
|
