Результатов: 5

1

Семинария, утро, занятия проводит похмельный поп: - Скажи мне, отрок, говорит он обращаясь к семинаристу, отделяется ли душа от тела? - Отделяется, святой отец! - Обоснуй, отрок! - Вот, к примеру, иду сегодня утром мимо Вашей кельи и слышу: "Вставай, Душа моя, подымайся и шуруй отседова огородами", так значит отделяется. Обосновал? - Обосновал, ... но препохабно! anekdotov.net

2

Конфуз на Темзе.
Прилетел в Лондон, транзитом, на два дня, по пути в Латвию.
Разница по времени с Калифорнией значительная, а стало быть - мой старый недруг, джетлаг, немедленно дал о себе знать сонливостью, усугубляющим фактором стала погода, дрянная английская осенняя погода, разместился в гостинице, начал было задрёмывать...
Но усилием воли встряхнулся, пристыдил себя, мол, первый раз в Лондоне и дрыхнуть, вспомни - сколько заплатил за визу и отель, давай подымайся и пошёл.
Ну что сказать, интереснейший город, названия и имена знакомые по книгам увидеть воочию - мечта да и только.
Находился по историческому центру, уставать начал, сумерки, дождь зарядил в очередной раз, ноги гудят, голова тяжёлая, всё, сдаюсь.
И тут мой взгляд падает на рекламу речных туров по Темзе, отход через 20 минут, на пару часов экскурсия, обеденная.
О, класс, и поем и посмотрю на Лондон с реки.
Покупаю билет, дорогой, мерзавец, да кто его знает - их цены.
В фунтах дорого, а уж на доллары...ладно, однова живём.
Захожу на пароход, встречают прислуга - во фраках!
Подносят бокал шампанского!
Начинаю охреневать, ведут к гардеробу, скидываю свою старую кожаную куртку, метрдотель меланхолично спрашивает - есть ли пиджак?
Нету.
Не беда, у них есть, одеваю. Вот про галстук врать не буду, не помню, давно это было.
Заводят в обеденный зал, все столы с видом в большие иллюминаторы, людей немного, кстати.
Мне накрыт стол.
Не был я по тем временам знаток сервировки и ресторанов, такая роскошь мне малознакома: снуют одетые в чёрное и белое официанты, метрдотель ходит, подливает вина, меню фиксированное, блюд пять заявлено, атас!
Отчалили.
Из динамиков то музыка, то экскурсовод рассказывает о достопримечательностях на берегах реки.
То ли я голодный был то ли еда у них была действительно хорошо приготовлена и правильно подана - понравилось мне, всё вкусно, сервис - выше похвал.
Снуют быстро, меняют приборы - не, так жить можно.
Расслабился, слегка осоловелый, забыл про джетлаг...
Я-то его забыл, а вот он меня - нет.
А в сочетание с моей феноменальной способностью засыпать при любых обстоятельствах в любых условиях...короче, я заснул во время смены блюд.
Вырубился я минут на 10-15, чуть осев на стуле...
Проснулся, открыл глаза - два официанта с блюдами и метрдотель ждут, терпеливо.
Ой как стыдно! Я быстро выпрямился, сел ровнее, официанты, с британской невозмутимостью, подали очередные блюда, элегантно сняв колпаки с тарелок.
Надо отдать им должное - никто и вида не подал, я сходил в туалет - помыть лицо холодной водой.
А там и десерт, с кофе, ещё кофе и я взбодрился, дослушал экскурсию, помню что интересная, детали я, конечно, забыл.
Что я не забыл - момент пробуждения и три человека, ждущих этого момента, острое чувство стыда за своё несоответствие этому роскошному месту.
Конфуз, да и только.
Но ещё больше мне запомнилась реакция обслуги, полная вежливого достоинства и понимания, простая человечность.
А может быть, мне сейчас пришло в голову, такая ситуация у них уже случалась и они выработали кодекс поведения в подобных ситуациях, кто знает...
Чаевые, однако, я оставил щедрые.

4

Про любовь...

Николай стоял под окнами четырехэтажной типовой «хрущевки» и носком
сапога ковырял мерзлую землю. Уже целый час весь двор слушал, как он,
взывал к совести свою возлюбленную Марию, живущую на третьем этаже.
- Маша! Ну выйди, Маш!
- Уйди, окаянный. Последний раз прошу, по хорошему.
- Маша-а!
- Сгинь, а то сейчас кобеля спущу.
- Ну Маш, выйди. Мне тебе сказать что-то надо.
- Не выйду. В жизни к тебе не подойду. Изувер, членовредитель.
- Маша, ну пожалуйста!
- Отстань, антихрист.

Николая знали не только в этом дворе, но и во всей округе. Огромный,
двухметровый бугай с бычьей шеей и лицом, которым запросто можно пугать
маленьких детей и случайных прохожих, где-нибудь в подворотне. У
Николая случилось несчастье. Он влюбился в местную прошмандовку Машку, а
она вдруг перестала отвечать взаимностью. Мария работала продавцом на
рынке и однажды принимая товар, попросила проходящего мимо Николая
помочь ей разгрузить тяжелые ящики. Николай нехотя согласился и
почему-то привязался к Марии, как репей, точнее, как брошенный щенок.
Он таскался за ней повсюду, распугивая своим видом всех Машкиных
ухажеров. Поначалу, ее это забавляло, и она даже гордилась тем, что
смогла увлечь собой такого увольня. Но потом ее стало раздражать
чрезмерная опека со стороны Николая. Он никого к ней не подпускал, и
даже пару раз бил особо настойчивых до ее тела. Ее разгульная жизнь,
бабы-разведенки, закончилась и ей это явно не нравилось. Она решила
избавиться от назойливого Николая и решила, что если она с ним переспит,
а потом припугнет ответственностью, то возможно это охладит его пыл, и
он от нее отстанет. Но что-то пошло не так и Николай никуда не ушел, а
наоборот, стал уделять внимание Марии еще больше. Маша стала избегать и
скрываться Николая, не объясняя причин.

В тот день Николай ее выследил, и стоя под окнами возлюбленной,
жалостливо требовал аудиенции. Соседи, зная суровый нрав Николая, не
вмешивались, и лишь уповали на благоразумие Машки и ее способность
утихомирить крики любовника. Первой не выдержала Машкина соседка, (а по
совместительству собутыльница) – Зинка.
- Маш, открой! Это я, Зина.
Мария пустила подругу в квартиру и закрыла за ней дверь. Потом уселась
на диван и разревелась.
- Маш, ты чего? Он тебя ударил?
- Нет, он… он… - Машка снова зарыдала и уткнулась носом в подушку.
Зинка сбегала на кухню и принесла подруге кружку с водой.
- Маш, на выпей и успокойся. Что у вас случилось то? Ты можешь толком
объяснить? Это из-за Кольки?
Машка замотала головой, но почему-то сказала:
- Да! Я не могу с ним быть, я его боюсь. Я ведь как думала, пересплю с
ним, а потом скажу, что он меня изнасиловал. И он сбежит. А он… он…
- Ну что он? Не сбежал?
- Он не… В общем, не получилось у нас с ним ничего.
- Он что, импотент? Не смог?
- Я не смогла. Я когда увидела его член, мне дурно стало. Я просто
представила себе, что если он, засунет в меня этот дрын хотя бы на
половину, то я просто порвусь. Я буду висеть на его члене, словно свинья
на вертеле. Зина, я испугалась. Я, конечно, повидала на своем веку
мужских членов, но чтобы такого… Ему надо в цирке выступать, в каком ни
будь – «Шоу уродов». Он у него о-очень большой.

Зинка облизнула засохшие губы и сглотнула тягучую слюну. Рассказ Машки
ее явно заинтересовал. Она была такой же разведенкой, но в отличии от
Марии, еще имела на шее двоих детей от разных мужей.
- Маша, - Понизила до шепота голос Зинка, - А ты точно уверена? Может он
у него не настоящий? Может он, того… прикололся! И показал тебе
искусственный, из секс-шопа?
- Да что ж я, совсем дура? Настоящий от искусственного не отличу? Как
есть настоящий! Только огромный, как у коня. Ежели он им в сторону
мотнет, то и прибить ненароком сможет.

- Ты вот что, подруга, - Зинка поерзала на стуле, обдумывая слова. –
Давай я с ним пообщаюсь?
- Как это пообщаешься?
- Ну, одолжи мне Кольку на один вечер, я хочу сама убедиться.
- Это как это одолжи? Он что, утюг что ли или стакан сахара? И вообще,
он меня любит.
- Ну раз ты его боишься, так может это… Я с ним сначала попробую?
Машка перестала шмыгать носом и внимательно посмотрела на Зинку.
- А ну-ка, пошла отседова… Сучка такая. Ишь, мужика ей одолжи… Я тебе
сейчас сковородкой по хребту одолжу, и всю рожу расцарапаю. Будешь
знать, как чужих мужиков совращать.
Зинку как ветром сдуло из квартиры, и уже будучи на лестничной площадке,
она крикнула:
– Дура!
Ей вслед вылетела стеклянная кружка и разбившись о стену, засыпала ее
осколками.

Николай все так же стоял понурившись под окнами возлюбленной и пинал
сапогом мерзлую землю.
- Коля, ну ты чего там стоишь? Иди уже, подымайся.
Николай, услышав Машкин голос, расплылся в улыбке и расправил
богатырские плечи. Затем победно обвел взглядом двор и кинулся в
подъезд.

И уже через полчаса, все соседи и в том числе Зинка, поняли по
счастливым всхлипываниям Машки, что размер – не имеет значения. Главное
– это ЛЮБОВЬ!