Результатов: 6

3

Просто зарисовка. Давно дело было.
Парк, воскресный день. Идет пара, дама на последних месяцах беременности. Навстречу семья - муж с бутылочкой пива (тогда можно было), жена с коляской, в коляске симпатичный карапуз с пустышкой. Беременнная с умилением и восторгом смотрит, видимо, представляя, что скоро и они так же... Восторженно произносит: "Какая прелесть! Как это прекрасно! Правда?" На что её спутник с той же самой восторженной интонацией отвечает: "Правда... Очень прекрасно! Балтика! Семёрка!"

5

Не знаю, насколько смешно в пересказе, это хорошо бы видеть.

Прошлое лето. Нашей дочке год и месяц. Недавно начала ходить, так что активно обнюхивает и метит окрестности. Само собой, песочница - одна из самых важных. В ней происходят встречи с коллегами и соратниками.
Соседская Даша тоже пошла месяц назад, но еще не говорит. Отчасти, наверное, потому, что постоянно заткнута пустышкой (наша Сю ее никогда не пробовала) и всегда ходит на детскую площадку с молчаливой няней.

Так вот. Сидят две девушки со своими совочками и формами. В небе слышен гул, самолет летит. Обе задирают головы.
- Самайот, - говорит Сю.
- Мгм, - подтверждает соседка. Тут Сю замечает затычку и бренькает по ней пальчиком:
- Кусно?
Даша, задумчиво подвигав соской: - Мгм.
- Дать! - и, ничтоже сумняшеся, вынимает затычку из Даши. Внимательно рассматривает, пробует на язык. Делает пару осторожных затяжек. Снова вынимает, снова затягивается...
- Кака. Не кусно.
И вставляет соску обратно в Дарью, которая так и не закрыла рот.
- Уыыыыыыы! - Даша, опомнившись, раззявила орало, соска упала в песок. Няня подхватила чадо и затычку, недобро посмотрела на нас и покинула песочницу.

Это я всё к чему. Больше Даша соску не берет ни при каких обстоятельствах.

(c).sb.

6

А ЧТО ПОСЛЕ СКАЗКИ?

По кабельному вновь катают "Покровские ворота" М. Козакова - фильм, что
и говорить, прекрасный: спасибо талантам сценариста Зорина, самого М.
Козакова и сказочному актерскому составу. Не помню где и когда видел в
ЖЖ вопрос - а что было бы с героями потом? Так сказать, в реалиях? Ибо
впереди физико-лирические 60-е, сытые 70-е, буйные 80-е и в итоге -
катастрофа.

А я вам скажу, что было.

Велюров спился и очень быстро.
Поэт Соев тихо умер в своей постели успев получить Грамоту от ВЦСПС и
Московского исполкома, ибо на бОльшее не тянул.
Чета Орловичей наверняка протянула до девяноста лет, оставив
детям-внукам хорошую квартиру в "сталинке" и вызвав неподдельное горе в
среде коллег-литературоведов.

У Хоботова с Людочкой ничего не вышло и без меня понятно почему. Она
ушла через полгода, поскольку выдержать испытание Львом Евгеньевичем
могла только такая глыба как Маргарита Пална (и та в итоге
капитулировала избрав компромиссную форму брака - двоемужество). Ходил к
Марго и Савве Игнатьичу обедать. Через год-другой скончался в
электричке, от инсульта, несколько дней пролежал в морге неопознанным,
хотя бы потому, что забыл взять с собой документы.

С Костиком и Ритой все понятно - бойкий провинциал и девочка из
номенклатурной семьи образовали крепкую советскую семью. Костик делал
карьеру используя связи тестя с тещей, в 60-е ходил к памятнику
Маяковскому, втихую диссидентствовал сиживая на кухне - вгромкую нельзя,
ведь вот-вот должны назначить зам. отдела проблем изучения апартеида в
Институте стран Африки и Развивающихся стран. Вступил в КПСС,
одновременно слушая "Голос Америки" и ночами читая Солженицына, что и
составляло диалектическое единство по И. Ефремову. Был выездным - в
Болгарию, ГДР и на симпозиум в Хельсинки. Единственный ребенок к 80-м
стал мажором из "среднего слоя золотой молодежи". В начале 90-х -
сторчался.

В итоге Костик становится "прорабом перестройки", печатается в
"Огоньке", 21 августа 1991 сжигает свой партбилет (но не публично - тоже
на кухне), и уезжает в Америку. Года через три-четыре возвращается, не
выдержав. Сейчас подрабатывает в "Новой газете" и колумнистом на
"Гранях", клеймя и усиливая накал разоблачений. Ибо как тогда был
пустышкой, так ею и остался. Рита, кстати, его бросила еще в конце 80-х
- сейчас она пожилая но вполне успешная бизнес-леди с рублевской дачей
(унаследованной от номенклатурного папы) и связями в центральном офисе
"Газпрома".

А самыми счастливыми во всей этой истории остались Маргарита Пална и
Савва Игнатьич - люди самодостаточные, цельные и "подлинные", как
выражался Глеб Орлович. Усыновили ребенка из детдома, вырастили. Скорее
всего стал офицером. На пенсии жили на даче с телевизором "Рекорд" и
крепким хозяйством. Крышу крыли "Ондулином".