Результатов: 3

1

Как командир части назвал меня снайпером

Большая делегация нашего района посетила войсковую часть с дружественным визитом.
Программа мероприятия включала соревнования по стрельбе.
Стреляли из АК-74 по грудной мишени со ста метров.
Три выстрела пристрелочных, потом – смотрим попадания, потом – 10 зачетных.
Автоматы пристреляны – нам сказали – по центру.
Я стрелял во второй пятерке.
Идем смотреть пристрелочные – у меня вообще ни одного попадания, даже «в молоко».
Мишени были прикреплены к верхней части больших листов фанеры. Я прикинул – если бы просто разбросал пули в стороны, то хоть одно попадание в фанеру было бы. А если таковых нет – значит все пули вверх пошли. И решил зачетные десять выстрелов целиться не по центру, а под обрез мишени.
Раздали нам по 10 патронов, стреляем. Я – дольше всех. Все ждут, пока закончу.
Идем к мишеням.
Лейтенант с таблицей результатов начинает обходить мишени, начиная с левой, а замполит части осматривает их с правого фланга.
У моей мишени они встречаются.
Замполит смотрит, как лейтенант тычет ручкой в пулевые отверстия и вслух считает: «Девять, плюс десять, плюс…» Замполит (вообще-то, теперь эта должность называется «заместитель командира части по работе с личным составом», но в обиходе их называют по-старому – замполитами) раздраженно его перебивает: «Чего ты считаешь?! Чего там считать, - пять девяток, пять десяток! Сто минус пять – будет девяносто пять. Я сегодня стрелять не буду!»
И действительно – он не стал участвовать в соревнованиях. И ни один офицер части не участвовал.
Стреляли только наши 17 человек. Среди наших хватало и бывших офицеров, и охотников, но ближайший к моему результат был 86, кажется.
После завершения стрельб мне торжественно вручили грамоту, и командир части сказал: «Вопрос нашему снайперу – где ты так наловчился стрелять?»
Я потом уже подумал, что для него это не совсем праздный вопрос. В программу боевой подготовки личного состава включена стрельбы из автомата. И тоже требуются соответствующие показатели.
Но тогда на его вопрос я ответил, что последний раз стрелял из огнестрельного оружия 30 лет назад на срочной службе в Тикси. И что всего за годы службы израсходовал 23 патрона. И почему сегодня у меня такой результат – даже не знаю…
Через полгода мы снова там были. Командир протянул руку: «Здравствуй, снайпер!»
Я ему сказал, что думал над его вопросом. И понял, что каждый выстрел тогда делал, как единственный. Все старался делать правильно с самого начала – принять правильное положение тела, рук и ног, правильно держать автомат – не заваливая мушку, правильно затаивать дыхание, выбирать свободный ход, плавно нажимать на спусковой крючок… Вот как-то так и получилось.
Минус той моей стрельбы – очень долго я всё это делал. В бою на это не может быть времени. Но ограничения не было по времени, и результат оказался неплох.
Грамота и мишень висят в кабинете у меня за спиной.
Мне они нравятся.

2

В историю про «слабительное» оружие (22 мая) верю почти на 100%. “Почти”, потому что изначально это ещё в догитлеровские времена придумали немцы, а не французы, как было написано в той истории.
Дополню.

Подобное нелетальное оружие лет 25 назад я лично держал в руках. Советская разработка, трофей некоего Алексича, ветерана вьетнамской войны. Металлическая болванка, по размеру с литровую пивную банку. Основное назначение сей бяки – из подобия миномёта запустить этот снаряд в предполагаемое место дислокации вражеского снайпера. Нет, этот снаряд не убивает, если, конечно в голову не попадёт и не скинет снайпера с дерева. При падании болванки, в радиусе нескольких десятков метров распыляется аэрозоль. Никакого смертельного яда там не содержалось, была задача пленного брать живым. На жаргоне наших солдат та мина называлась “чесотка”. Как это проникало через одежду, не знаю, но вражескому снайперу было уже не до стрельбы. Когда эта штука случайно приземлялась в зоне расположения своих, те очень невежливо рассказывали про ощущения, что по всему телу ползают и кусают тысячи вшей. Эта химиката в полевых условиях не отстирывалась, приходилось менять форму.