Результатов: 21

1

- Правда ли, что операционная система Windоws была скопирована с компьютера летающей тарелки, разбившейся под Роузвеллом в 1947 году? - С уверенностью можно только сказать, что на не разбившихся летающих тарелках стоят другие операционные системы.

2

За три года до конца тысячелетия я со своим учеником Варужаном Акопяном поехал на фестиваль в Канны. Но не на кинематографический, а на шахматный. Впрочем, проходил наш турнир в том самом дворце фестивалей.
Конечно же, шахматных впечатлений от поездки осталось немало, но рассказывать о них не буду, так как они представляют сугубо камерный интерес. Был даже один шашечный эпизод — я имел удовольствие наблюдать за сеансом одновременной игры легендарного Тона Сейбрандса.
А из нешахматных событий мне в память врезался случай, который вроде бы и не особо примечательный или важный, но всё же весьма запоминающийся.
В аэропорту Марселя нас встретил родственник Варужана, респектабельный француз армянского разлива. Ну, или, наоборот, армянин французского разлива. В общем, местный армянин. Было ему на вид лет под шестьдесят и внешне он чем-то напоминал Пласидо Доминго.
Мы сели к нему в машину и поехали в Экс-ан-Прованс, город, в котором он жил и владел небольшой гостиницей. Он предложил нам отдохнуть несколько часов, а затем продолжить путь в Канны. Приехав, мы устроились на уютной гостиничной террасе. Родственник Варужана распорядился, и официанты — парень с девушкой — принесли еду. После вкусного обеда нам подали традиционный французский десерт в виде сырных нарезок, что для нас было зрелищем довольно необычным. А уже в самом конце официанты вынесли из кухни праздничный круглый торт и, положив его на соседний столик, принялись разрезать. Поделив торт на несколько равных кусочков в форме секторов круга, они подали в белоснежных стильных тарелках каждому из нас по аппетитному «клину».
И тут началось. Мирно беседовавший с нами родственник вдруг изменился в лице, покраснел и стал что-то возбуждённо говорить официантам на французском. Не понимая ни слова, мы с Варужаном тем не менее сообразили, что хозяин их основательно ругает. Отчитав молодых людей, он жестом велел им уйти. Хозяин был заметно расстроен. Через минуту он, однако, успокоился и мы снова принялись беседовать как ни в чём не бывало.
Но любопытство распирало меня. Я говорил, а мысли были в другом месте. Я строил разные версии насчёт произошедшего, но никак не мог понять, что вызвало столь внезапный гнев владельца гостиницы. Спросить я стеснялся, но и молчать было трудно. И вот когда через некоторое время мы снова сели в машину и «Пласидо Доминго» повёз нас в Канны, я не выдержал. Набравшись храбрости и приняв максимально безразличный вид, я как бы невзначай спросил, что его так расстроило за обедом.
А когда узнал причину, был просто шокирован. Ведь я делал самые разные предположения — это и грязь на тарелках, и недостаточно большие куски торта, и неулыбчивость официантов, но все они немедленно рушились, так как ничего подобного я не заметил, — однако об истиной причине недовольства я бы не догадался и через сто лет.
Оказалось, что по этикету тарелка с куском торта должна быть подана на стол клиенту так, чтобы острый конец торта был направлен на него. Делается это для того, чтобы клиенту не пришлось вертеть тарелку, так как самым естественным и удобным местом для первого погружения ложки в кусок торта является именно острый конец.
Вот такая французская изысканность.

3

Про приправу и гурманов
Студенты первого курса, сентябрь, середина восьмидесятых, на так называемой «картошке» в пригородном плодосовхозе. Только уже вторую неделю убирают капусту и морковку. Проживают в оборудованном для этого спортзале школы, питаются в столовой. Если молодой организм требует чего-то особенного, есть сельмаг.
После ланча, возвращается из магазина Санёк:
- Пацаны, встретил одну бабулю, просит картошку выкопать на участке. За работу обещала стол накрыть, кто со мной?
Солнце еще высоко, вызвалось человек шесть. Под лопату сноровисто выкопали картошку, участок одно название. Бабуля накрыла стол.
Спрашивает:
- Выпивать то будете? Самогонка есть.
Мнения разделились, повторяю первый курс, но бабуля все же ставит на стол бутылку мутного. Все расселись вокруг стола. Борщ аппетитный в тарелках дымится. Сало с прослойкой горкой нарезано, огурчики солёные.
Бабуля еще раз спрашивает:
- Ребятки, борщ вам засмаковать?
Первая и единственная мысль была, что еще и сметаны добавит.
В один голос:
- Да, давайте конечно!
Бабуля берет приличных размеров очищенную луковицу и отработанным движением, шинкует её одним торчащим сверху во рту зубом, себе в ладошку.
- Ну, кому первому?
…!? – смятение нешуточное.
Воспитание и привередливость вступили в конфликт.
- Да что ж вы сами не присядете, бабуля? Будьте как дома, сами угощайтесь.
- Мы уж так, по-простому…

4

Последняя новогодняя история, возможно поучительная.
Про празднование НГ подростками.
Это чушь, бредятина и многа букав, минусовшики не тратьте время на прочтение!

Мне было 16.
На 1979 Новый Год мои родители ушли с друзьями в ресторан отмечать, а меня оставили дома присматривать за сестренкой (младше меня на 12 лет).

Не могу сказать, что родители меня бросили на праздник – у меня был полный стол вкуснятины и даже бутылка шампанского под просмотр телевизора. (да, мне оставили целую бутылку шампанского что бы я ее открыл под куранты и выпил бокал. На большее меня бы не хватило по мнению родителей)
Но нужно ли это все одному?
Сами представляете – мои друзья после обязаловки домашних торжеств вышли на улицу, встретились, веселятся, а я грустно сижу дома.

И вот конечно раздается телефонный звонок (тогда еще не по сотовому, из квартиры друга во дворе):
- Ты где?! Выходи!!!
- Да я дома… сижу за сестренкой смотрю…
Пауза (ребята знали о моей обязанности иногда быть при сестренке и относились к этому понимающе, как к неизбежной действительности жестокой правды жизни).
- А где родаки?
- Гуляют, меня за главного оставили.
- Чего, на всю ночь?
- Угу, пошли в ресторан, с компанией, вернутся под утро.
- О! Слушай, а к тебе можно????

Ну выходить мне на улицу никуда нельзя, но пригласить к себе кого-то вроде запрета от родителей не было.
- Давайте! У меня шампусик есть, мои оставили бутылек мне лично.
- Уже идем! Жди!

И они пришли. Их было человек десять. У них были с собой вино и даже водка.
Мы сожрали все, что было на столе и в холодильнике (что не надо было готовить).
Мы пели под гитару, модно танцевали под музон из магнитофона, и зажимали девчонок на диване, неловко целуясь на спор и щупаясь потом с ними в коридоре.
Потом кто то, пьяно прощавшись, уходил, кем то провожаемый и, в итоге остались самые верные друганы, всего трое, но зато с гитарой и магнитофоном. Вчетвером мы продолжали праздновать в силу возможностей.

Где то под утро появились мои родители. Они были веселыми и ничуть не омрачились присутствием моих друзей, хотя слегка удивились увиденному.

- С Новым Годом! Хотите кофе? – нашелся один из моих друзей
- Пожалуй можно, - согласилась мама, оглядывая комнату
- Мам, Пап! Все отлично! Олька (моя сестренка) спит, мы присмотрели (конечно, дали ей конфету с ликером, она побесилась маленько и отключилась, я перенес ее спать в комнату родителей)! Вы то как отметили? Пондравилося?
- Да мы то нормально… А что здесь было?
- Да тут ко мне друзья зашли… случайно… ща я их разбужу.
- Не надо, пусть спят, потом разбудишь. Их родители знают где они?
- Конечно, мы же отзвонились! – это было враньем.
- Может положить их поудобнее, а то ноги свисают?
- Не, щас! – отмахнулся я, - Подъем!!! РОДИТЕЛИ ПРИШЛИ!

Парни проснулись и подорвались моментально.
- Драсте (родителей по имени отчеству)! Мы щас уйдем… , С НОВЫМ ГОДОМ ВАС!

- Ну и развезло вас с бутылки шампанского, - удивилась маман, - погодите, давайте ка по кофейку, а там посмотрим.
- Отличная мысль! – согласились мои друзья, - кофе это то, что нужно прямо сейчас и немедленно. Желательно заварной. Димка сделает!
Через буквально несколько секунд появился Димыч (ныне Папа моих крестников), неся в руках кастрюлю с кофе и стопку тарелок поверх.
Он не спал, будто чуя приход взрослых, или просто для нас он приготовил кофе заранее.
Как заправский спец, на полном серьезе, спросив «Вам покрепче или как обычно?», он разлил кофе поварешкой из кастрюли в глубокие тарелки, подав их в первую очередь моим офигивающим родителям. Затем он вежливо выдал им ложки и поставил сахарницу посреди стола.
Это был полный аут, копен-гаген, так сказать.
Это вспоминалось ему потом очень долго, как от меня, так и от моих родителей, за откровенную, пусть пьяную, но настоящую любезность. Он стал у них в любимчиках.

Картинка, представшая родителям, была ужасна: гора грязной посуды на залитой хрен знает чем скатерти, с воняющими хабариками выкуренных родительских сигарет в тарелках (О! Родоппи! ВТ!! ВЕЩЬ! - Нельзя! Это Батины! - Ой! Да ладно, потом купим, заменишь. Добавим по одной?), какие то раздавленные ошметки колбасы и конфет на натертом мастикой блестящем паркетном полу (О! С конъяком! ВЕЩЬ! - Нельзя! Это мамины. - Ой! Да ладно, потом... Ща девчонок на конфетах раскрутим, спорим?!!! А на брудершафт будешь? - Обижаешь! Натюрлихь! Хрен с вами, жрите, дайте мне парочку, для сестренки, а то проснулась, кричит (в соседней комнате),надо задобрить) и пустые бутылки, аккуратно составленные под столом (О! Конъяк! ВЕЩЬ! А че за марка? – Это Бате из-за бугра подарили. – Попробуем? – Давай, чего уж теперь, уже открыл... Чаем разбавлю. - А это что за вино? Нельзя!! Ах уже открыли.. Ну можно).

Картинку дополняли отодвинутый от стены совершенно неподъемный трехстворчатый шкаф с бельем и одеждой (за ним уединялись парочками), сорванная штора (кто то, падая, ухватился), забытый кем то свитер на шкафу и девчачья блузка там же.
В довесок к этому присутствовал я, старающийся держаться ровно перед родителями, два почти бездыханных тела на диване и, кривой, как патефонная ручка, тощий и длинный Димыч. На него алкоголь действовал позже всех, за что он имел особое уважение в компании – ему поручалось «следить». Вот он и следил.

Есть отличный советский мультик в серии «Веселая карусель», называется вроде «Погром», впрочем не помню. Там мама приходит домой и видит полный кавардак в доме и сына, сидящего в работающей стиральной машине.
- Может был на квартиру налет?
- Не-а! (тыр-тыр-тыр)
- Может к нам заходил бегемот?
- Не-а! (тыр-тыр-тыр) Просто заходил Сережка, и мы поиграли немножко.
Замечательный мультик!

Вот у меня так и было – полный погром в квартире

Днем 1-го января мне было хорошо, я спал, меня никто не трогал.
Днем 2-го января мне было очень плохо, тошнило. Усмехаясь, родители меня отпаивали сперва рассолом и потом чаем.
Сестренка бросила мне тазик для блевотины.
Вечером 3-го января, когда стало лучше, меня чуть не убили родители за ночь с 31 на 1-е.
Словесно конечно.

Запомнилось.

К чему эта история - Может кто-то поменяет свои планы на НГ, может кто-то внушит оставляемому дома чаду ГЛАВНЫЕ правила поведения...
А может просто улыбнетесь :)

6

УЧАСТКОВЫЙ ПЕДИАТР. КУХНЯ ПИОНЕРСКОГО ЛАГЕРЯ.

Каждый год наступало лето и советская детвора начинала заезжать в пионерские лагеря. Помните:
Прошла весна, настало лето...
Спасибо партии за это!

Пионерские лагеря при СССР были ведомственные - от заводов, научно-производственных объединений, институтов, магазинов, фабрик и колхозов; и государственные - «от горисполкома», муниципальные по-нынешнему.
А где много детей, там должны быть и врачи, желательно детские.
Я знал одну женщину-терапевта, которая каждое лето, прихватив своих двоих детей, на все три смены уезжала в пионерлагерь врачом. Зарплата идёт, сама и дети накормлены и напоены, оздоровлены и загорелы. Ну и отпуск в бархатный сезон в сентябре, после продолжительной трехмесячной тяжелой работы на свежем воздухе, безусловно заслужен))
Кто-то и мужа радистом-электриком-вожатым сюда же пристраивал.
Нас же, участковых педиатров, туда отправляли по приказу. Но всё равно на все лагеря нас нехватало и в первое же своё интерно-врачебное лето мне дали в кураторство три пионерлагеря. В каждом была доктор - как правило, терапевт со своими детьми или глубокая пенсионерка с забытой ей самой специализацией. Мужчин-врачей в пионерлагерях я как-то не встречал.
Завполиклиникой коротко поставила задачу: «все просто- объезжаешь по очереди лагеря, смотришь детей и помогаешь врачам; главное - не допустить пищевых инфекций и травм».

В одном лагере врачом была дерматолог из нашей же поликлиники Эсфирь Яковлевна Шапиро, участница Великой Отечественной войны.
«Самое главное было, когда наш санитарный поезд останавливался на крупной станции, успеть добежать до вокзального титана и набрать ведро кипятка. Тут же разводили холодной водой и мыли голову. Кудрявые длинные волосы, вымоешь, вытрешь, пока бежишь до своего вагона они обледенеют, в вагоне снова оттаивают, зато голова чистая.
Мой папа, когда меня дома провожали на фронт, сказал мне: «Доченька, самый хороший напиток на войне, самый полезный и удобный - это водка. От неё не остаётся следов ни в валенке, ни в сапоге, ни на юбке - если вдруг у тебя совершенно случайно дрогнет рука и ты почти все разольёшь; да и сохнет она быстро. Пей там только водку».

В другом лагере врачом была тоже пенсионерка, со взрослой дочерью, работающей тут же пионервожатой, и внуком.
В третьем уже и не помню.
Приезжал на два-три дня в лагерь, смотрел всех детей, что-то там писал в карточках. Было интересно, с удовольствием этим занимался.
Кормили меня, молодого здорового лося, от пуза на кухне ( то есть «не в столовой») - жареная картошечка с тушёнкой, свежий салатик, курочка с гречневой кашей, творожок со сметанкой, бутерброды с колбасой толщиной в палец, сгущёнка и морсы из свежесобраной ягоды.
Этот кайф и наслаждение могут понять только те, кто жил тогда в провинции и питался «из магазина», а не «с рынка», слава Всевышнему, что эти времена прошли и Советы не повторятся.

Следующим летом меня отправили уже полноценным постоянным врачом в лагерь, принадлежащий областному комбинату бытового обслуживания (ремонт радиотехники и телевизоров, одежды и обуви, изготовление ключей и замена молний, были такие «Дома быта», кто помнит).
За два первых дня, осмотрев всех детей, познакомившись с вожатыми, заведя самим придуманные медицинские карточки; сколотив специальные полочки для этих самых карточек; вырезав ножом и тупой стамеской из липовой доски вывеску «Медпункт» и приколотив ее над медпунктом; сваяв из белой наволочки и красной ленты из чьего-то бантика медицинский флаг над крыльцом; выровняв ножки тумбочек, стульев и кроватей в изоляторе; перетряхнув имеющийся запас медикаментов, выкинув просроченные и отложив в сторону левомицетиновый спирт с марганцовкой; повесив шторы и отремонтировав медицинскую ширму в процедурной - я слегка заскучал....

И сдуру инициативно решил оказать активную помощь кухне...

Ага, там врача ждали с распростертыми объятиями, как же.
Одно дело, когда ты вальяжно в расстегнутом халате (было очень жарко, за +32, и влажно, берег водохранилища, лёгких брюк у меня не было, и я ходил в шортах и медицинском халате; чтобы не пугать окружающих голыми мужскими ногами, торчащими из-под халата, приходилось этот халат все время распахивать (...вот чего мне не ходилось просто в рубашке и шортах...халат зачем-то...) приходишь в столовую в перерывах между кормлением детей, тебя сажают на кухне и, искренне улыбаясь доктору, дают вкусняшек и какие-нибудь бумаги на подпись, и совсем другое, когда ты в пять утра, зевая и почесываясь, приперся на пищеблок с идиотским, с точки зрения поваров, желанием (прописанном в инструкции, кстати) проверить закладку, то есть объём и вес продуктов, начинаешь совать нос куда тебя совсем даже ни разу не рады))

Сначала повара, вполне натурально беспокоясь о моем здоровье, предложили «не волноваться понапрасну и приходить, хорошенько выспавшись, часам к 10».
Я не менее искренне их уверил, что сплю хорошо и мне даже в кайф вставать рано.
Тогда они начали жаловаться директору лагеря, что «мешаю им работать, причём именно утром, когда делаются самые главные подготовительные работы».
В ответ я «для улучшения моральной атмосферы и наведения мостов с кухонным коллективом» стал вечерами с радостью ходить вместе с поварами на склад, помогать им взвешивать, получать и дотаскивать до кухни суточный набор продуктов для следующего дня, вызвав чисто человеческое и вполне понятное и поддерживаемое всем поварским коллективом желание завсклада как-нибудь досыта накормить меня крысиным ядом.
В последовавшей тут же новой жалобе уже говорилось о том, что у них «куски колбасы такие неровные и в тарелках разное количество каши», потому что доктор делает им нервы своими совершенно неуместными попытками выяснить рецепт и НОРМЫ!! закладки продуктов.
В ответ я взял нож, батон докторской колбасы, разделочную доску, весы - и начал учиться с одного реза получать колбасный кружок весом 110 грамм. Через день все десять контрольных кусков укладывались в разрешённые +/- 10 грамм погрешности, а кашу я до сих пор могу литровой поварешкой накладывать одним зачерпыванием по 200 грамм.

Тогда они пригласили меня в холодную разделочную и, демонстративно со смаком правя длинные филейные ножи, предложили посмотреть фокус с курицей.
Как разделывают курицу на гуляш или ещё какое блюдо?
Поперек обычной чугунной ванны в подготовительном помещении кухни устанавливается толстая разделочная доска, на неё кладётся курица и рубится на необходимые кусочки, которые тут же сваливают в ванну или в 60-литровый алюминиевый бак, если кур меньше, чем 20-30 штук.
И вот они приносят из гарманжи (небольшое прохладное отдельное помещение при кухне, где хранится суточный набор продуктов на весь лагерь, загружаемый с вечера) 30 этих самых кур и прямо при мне рубят их, скидывая в бак.
Минут через 15, закончив разделку, уточняют - видел ли я собственными глазами, что все 30 кур порублены?
- Ну, да, видел, все 30...
- А вот хрен тебе! - и с нескрываемым восторгом достают из бака две целых курицы, которые успели незаметно спихнуть туда с разделочной доски, когда я то-ли чихнул, то-ли моргнул.
Смысл их предложения был такой - мы тебя все равно нае#ём, и не таких обламывали, но ты, сука, то есть доктор, слишком занудлив, да и нашей поварихе головную боль массажем и правильными таблетками ухитрился как-то быстро снять, давай, что ли, договариваться...

Сначала я выторговал у них «раскрыть все секреты и научить меня всему».
Затем право совать нос куда и когда захочу, получая при этом полные нормальные и честные ответы.
Затем ещё что-то...
И, главное условие было, чтобы «дети вставали из-за стола сытые, то есть в тарелках ещё что-то должно оставаться, проверять буду взвешиванием детей».
Вот тут меня ждал небольшой сюрприз...
Оказалось, что «положенные по нормам 20 грамм масла на хлеб или в кашу или те же 20 (вроде) грамм сахара на стакан чая/компота» можно насыпать:
- в каждую тарелку/стакан,
- или сразу чохом в котёл с кашей/чаем,
- а можно поставить на стол в отдельной посуде и - бери, дитё, кто сколько хочет.
Так вот, если сахара класть по норме - то это сладкое, сиропное пойло почти никто не пьёт, а масла вообще остаётся больше половины.

Меня эта тема заинтересовала: ну как так - есть обоснованные целыми институтами и умными академиками нормы питания детей, но если эти нормы соблюдать, то пить/есть пищу, приготовленную по этим нормам, будет зачастую невозможно.
Уже немного позже я залез в историю вопроса и выяснил, что нормы сахара/масла были утверждены ещё до войны и с тех пор никому и в голову не приходило «снизить нормы питания детей», советские трудящиеся бы не поняли. Однако, за пятьдесят лет с момента утверждения этих норм радикально изменилась сама структура питания, и если в 1927 году ребёнок сахар (углеводы) мог получить едва ли только «с чаем», то в 1985 сахар был везде - в хлебе, макаронах, шоколаде, фруктах, кашах, конфетах, компотах, киселях и морсах. Мы радостно перекармливали и перекармливаем детей углеводами.
То же самое по маслу - структура питания за более чем полвека, как ни странно, все-таки изменилась, и нет нужды трижды в день всовывать в ребёнка по 20 грамм масла.

На том и договорились - выкладку делают полную; что дети не съели и осталось - забирают. И всё, что получили со склада - только на стол.
Почти каждый день сахара оставалось почти половина, масла примерно так же.

Понятно, что все равно пи№дили продукты, но дети были сыты, свои 2-3 килограмма за смену прибавляли, взвешивать было положено в начале и конце смены.

Мне снова стало скучно и я полез участвовать уже в воспитательно-развлекательный процесс...
Вожатые напряглись...

Об этом - завтра.

7

- Профессор, а правда ли, что операционная система Windоws была скопирована с летающей тарелки, разбившейся под Роузвеллом в 1947 году? - С уверенностью можно сказать, что на НЕ разбившихся тарелках стоят другие операционные системы.

8

- Профессор, а правда ли, что операционная система Windоws была скопирована с летающей тарелки, разбившейся под Роузвеллом в 1947 году? - С уверенностью можно сказать, что на НЕ разбившихся тарелках стоят другие операционные системы.

9

Моя тётя живёт в другом городе, очень далеко, поэтому приехать в гости друг к другу - большая проблема. Я был у неё в гостях лишь один раз, но этот один раз я запомнил на всю жизнь. Мы с братом были уже достаточно взрослые, уже учились, кто в институте, кто в училище. И вот как-то летом мы вдвоем решили навестить в кои-то веки нашу тётю. Брат уже был у неё один раз, а я так ехал впервые. Приехали неожиданно, мобильников тогда не было, телеграмму посылать не стали. И вот мы в гостях у тёти.
- Вы наверное проголодались? - чуть ли не с порога спросила тётя.
- Сейчас начнётся...- обречённым голосом прошептал брат.
- Что начнётся? - не понял я.
- Сейчас увидишь, - сказал брат.
- Вот, угощайтесь, - сказала тётя и поставила на стол три огромных салатника с разными салатами. Такое изобилие я видел только на Новый год и с удовольствием попробовал понемногу все три. Брат, к моему удивлению, даже не притронулся ни к одному.
- А ты чего не ешь? - спросил я.
- Успею ещё... - загадочно ответил брат.
- Ну что, перекусили? - спросила тётя - Сейчас есть будем.
Я непонимающе посмотрел на брата.
- Я предупреждал - ответил брат.
- Ты мне нормально сказать не мог? - обиделся я.
Далее шло первое. В суповых та... Нет, это были не тарелки, и даже не миски. Я бы назвал это тазиками. Содержимого одного тазика мне дома хватило бы дня на два. Наивно полагая, что на этом обед и закончится и не желая обижать тётю, я принял волевое решение съесть всё. С превеликим трудом мне это удалось. Но далее шло ещё и второе. На этот раз как раз в суповых тарелках. Ну это у нас они считались бы суповыми тарелками, а у тёти, наверное, шли за блюдца. Я долго смотрел на гору картофельного пюре с курятиной, судорожно пытаясь понять, как это всё впихнуть в себя.
- А ты что не ешь? Не нравится? - спросила тётя.
- Да нет, всё нормально, всё вкусно, - пытался оправдаться я, впихивая в себя через силу второе.
- Что-то ты плохо ешь, - не унималась тётя. - Худенький совсем...
Каким-то чудом, с многочисленными передышками, я впихнул в себя всё и сидел, не шевелясь, чтобы вся съеденная еда не полезла наружу. Я даже не мог говорить. И тут приходит старшая двоюродная сестра с огромным тортищем, килограмма на три.
- Я как в воду глядела, что у нас гости будут, - сказала она.
У меня из глаз чуть не полились слёзы. Торт есть я уже никак не мог. Свободного места в желудке не было. Жестами показав, что я не буду торт, я ещё полчаса просидел за столом без движения, молча наблюдая, как другие его уплетают. Вот такой получился неожиданный визит к тёте. Страшно подумать, что бы было, если бы она знала, что мы приедем.

10

К истории 899168 от 1 августа про шведский стол.

Мне сразу вспомнился первый шведский стол за границей в 1993 году в Южной Корее, в Сеуле. Мы там были с группой молодых (в основном) людей из России. На первый ужин в столице нас привезли в ресторан с гигантским шведским столом, включающим сырую рыбу (сашими) и многие другие морские деликатесы.

Причём корейская кухня, как вы знаете, изобилует острыми и очень острыми блюдами. Нас сразу предупредили, что если на тарелке что-то остаётся, то компании придётся платить большой штраф, так что нужно брать только столько, сколько мы можем съесть.

Нас, группу руссо туристо, выпустили из автобуса и запустили в зал, где мирно ужинали ничего не подозревающие корейцы, в основном парами. Сказать, что это было нечто, это ничего не сказать. В течение полутора минут вся еда из многометровых выкладок буфета оказалась на тарелках наших туристов. Включая резко красные блюда из чего-то нарезанного, которые, как мы быстро выяснили, были крайне острыми закусками, мы их даже в рот положить не могли (корейцы брали 1 ложечку к чашке риса как приправу). Да, конечно, там были названия, что это, но мы ни по-корейски, ни даже по-английски большинство не понимали.

Мы просто хапали все подряд, надо было что-то хватать, потому что каждый понимал, не схватишь – останешься без ужина, в кругу руссо туристо хлопать ресницами чревато.

Стойка с фруктами опустела мгновенно. Кусочки арбузов, дыни, бананы, ягоды и другие экзотические фрукты, названий которых мы не знали, были сметены голодающими из России в момент. Шустрые корейцы подсуетились и выложили еще фруктов, их тоже смели за 30 секунд. Стайка менее проворных девушек паслась у опустевшей фруктовой стойки с тарелками наперевес. Еще 3 загрузки с тем же результатом и корейцы либо решили оставить эту затею, либо послали кого-то на ближайший рынок докупать продукцию, но новых загрузок бананов, киви и клубники не произошло.

Народ жрал так, как будто их не кормили со времен второй мировой. Ужинающие корейцы изумленно пялились из-за столиков по углам, самые ближние к буфету столы были заняты русскими (ближе бежать за добавкой). Народ быстро обменялся впечатлениями, был вынесен приговор, что красные блюда не стоит брать, тарелки с горами несъеденной еды начали заполнять центр столов. Кучи дорогостоящих ломтиков сашими, не прошедших тест на вкус у российских ценителей деликатесов, безотрадно нагревались до комнатной температуры.

Несколько минут не было чистых тарелок (у каждого нашего было перед ним минимум 2-3), потом их поднесли. Обслуживающий персонал встал в наблюдение у каждого угла, чтобы вовремя подсуетиться, так как даже запасы того, что никогда не заканчивается, были под угрозой. Руссо туристо с тарелками наперевес кружили вокруг буфета, высматривая, что еще они не попробовали, либо не распробовали как следует.

Вежливые корейцы пропархивали, как птички, пытаясь положить себе ложечку еды под локтями внимательно рассматривающих и нюхающих блюда наших. По сравнению с корейцами, облаченными исключительно в костюмчики с галстуками, наша толпа в трениках “Адидас” выглядела внушительно. Мало кому из местных удавалось протиснуться к заманчивым мясным и креветочно-крабовым витринам, их уделом оставались рис и красные овощные соусы.

Налопавшись всего подряд и удостоверившись, что клубники и киви все еще не поднесли, народ налег на тортики и сладости, стараясь впихнуть в себя все, что положили на тарелку, хотя это было совершенно безнадежной задачей. Корейские организаторы пытались убедить наш народ выйти из-за столов (вакханалия продолжалась уже более 2 часов, пора было ехать в гостиницу), но те не сдавались, продолжая втискивать в рот недоеденное. Шанса что-то вынести не было, у выхода уже стояла “проверка” из персонала ресторана.

В конце концов, организаторы сумели вытурить наших из ресторана, по одиночке. Загнав нас в автобус, они явно облегченно вздохнули.

Мне было очень любопытно, сколько организаторы заплатили в качестве штрафа. Судя по их встревоженным лицам, сумма оказалась, наверно, немаленькая. Больше нас в этот изумительный ресторан не привезли. Следующий ужин мы поглощали в какой-то забегаловке, где каждому приносили по тарелке.

12

Мужики, потише,
Прикройте двери.
Поговорим о семитах
Или попросту о евреях.

Сам я, конечно, чистокровный русак.
Родословная до седьмого колена прослеживается.
Дед мой был запорожский казак,
А бабка, кажется, паневежицкая.

Но если глубже копнуть
Во времена библейские,
Сразу вскочит вопрос, кто мы
Скифские, римские или халдейские гномы.

А тут ещё наука
Подтвердила потоп,
И Ноев ковчег энтузиасты ищут,
А их энтузиастов тыщи.

Но, если мы, послепотопное племя,
Имеем Ноя в своих анкетах,
Тут, пожалуй, почешешь темя
Дома за стаканом
Или ночью на банкете.

Зверей то много было в ковчеге,
Кто запамятовал библию открой,
Но из людей то, только Ной с женой.
Правда и дети уж были женатыми.
Только не ясно, кто были сватами.

А дальше известно
Дождик много дней,
Плавание, после благополучная высадка.
Беда лишь в том, что этот Ной еврей
Вот такая ужасная выкладка.

Вот тебе и русская мама,
Если все мы потомки Хама
Или Сима или Яфета...
Провались ты статистика эта.

Альтернатива проста,
Как кукиш из трёх пальцев,
Либо мы потомки тех зверей,
Либо каждый из нас еврей.

Нет, с этим никак согласится нельзя.
Евреи, конечно, потомки Ноя,
Но мы, разумеется, дело иное.

Вот вам теория без тени фарса
Мы родимые с Марса
Или с Венеры или с Юпитера,
Особенно те, которые из Питера.

После потопа и ледников тающих,
Прибыли сюда на тарелках летающих.
И поселились на нашей равнине
Не зная ни Ноя ни Хама ни Сима.

А теперь ищите свой ковчег поскорей,
Ваших евреев и зверей.

13

ОБЕД

«Срочные тела»
(Жарг. Матросы срочной службы)

Неслабый трехбалльный шторм воспринимается как-то даже эпично, когда находишься на палубе и взглядом стараешься не отстать от бессовестно болтающегося горизонта. Но вот в каюте, качка превращает человека в пленника какого-то взбесившего детского аттракциона. Эх, было бы окошко для ориентации, хоть маленькое, но окон нет и быть не может, ведь корабль-то ужасно военный.
Да еще этот мерзкий запах кухни, как нельзя некстати…
А на верху хорошо: ветер, соленые брызги в лицо, улетевшая в Балтийское море кепка… Романтика.
Я, вцепившись в хилые перила, почти криком беседовал с командиром нашего корабля, человеком молодым, но уже по-капитански лысеющим.
Вдали, километрах в пяти, болтался такой же кораблик как и наш, да и боевую задачу он имел схожую: в заданное время прибыть в заданную точку далекого города на Неве.
Командир прокричал, показывая рукой вдаль:
- Это корвет «Дальнозоркий» (хотя может назвал он его и по-другому, я уже не упомню, но не менее браво) там командиром служит мой однокашник, хороший мужик. О, у него офицеры уже обедать пошли, пора бы и нам.
Я не имел ничего против обеда и мы отправились в офицерскую кают компанию.
Продвигаясь по чреву корабля и стараясь не задевать торчащие повсюду специальные железяки для спотыкания и проламывания черепа, я вдруг задумался. Для меня, человека глубоко сухопутного, тут все было в диковинку, по началу я даже думал, что: «Гюйс» «Бак», «Балан» и «Ют» - это все фамилии матросов, а как оказалось, что только Балан было фамилией…
Но, черт возьми, как? Как с такого гигантского расстояния наш командир невооруженным глазом установил, что на «Дальнозорком» начался обед и именно офицерский?

Пришли в офицерскую кают компанию, качка тут почти не ощущалась, а может просто море слегка стихло.
Белые скатерочки, вилочки, ножички, музычка. Чисто вкусно и уютно.
После обеда, я со своей съемочной группой отправился к матросам, чтобы заснять и их нехитрую трапезу.
Ни скатерочек, ни ножичков ни даже музычки, да еще как назло и качка резко усилилась.
Матросы, держа миски в руках, еле успевали ловить уезжающие по столу кружки с несладким компотом.
Вообще, незыблемые корабельные традиции времен крепостного права, с непривычки сразу бросаются в глаза. Одни команды чего стоят: «Товсь!» «Выходи строиться, в рабочих платьях!»
А уж туалеты и столовки (пардон, гальюны и кают компании) – это отдельная тема. "Срочному телу" под страхом смерти нельзя посетить мичманский туалет, а мичману офицерский. Так и вспоминается немецкая табличка пылившаяся на чердаке моего львовского дома: «nur für die deutschen - тільки для німців»

А тут еще эта свирепая качка, как будто сама природа ополчилась против несчастных матросиков…
Но мне все никак не давала покоя загадка с офицерским обедом на далеком «Дальнозорком», я не выдержал и обратился к парням:
- Братцы, вы случайно не в курсе, что делает корабль, когда в нем офицеры идут на обед? Может флажок какой поднимают?
Матросы ловко жонглируя супом в тарелках, зло заржали, выматерились и ответили:
- Когда офицерье идет жрать, корабль меняет курс, разворачивается поперек волн, выбирает нужную скорость, чтобы стабилизаторы качки лучше работали и тогда болтанки как не бывало. А как пожрут, то корабль опять возвращается на прежний курс, да еще и вваливает как подорванный, чтобы нагнать время. Вот тогда и нам, суки, командуют обедать.
Вишь, вишь, как кружки по столу ездиют? Бывает даже через высокий бортик перепрыгивают…

15

Недавно рассказал историю в узком кругу. Так один из слушателей сказал, что уже читал ее где-то в инете. Совпали все детали.
Это наша семейная история. Очень давняя. Рассказывалась часто на посиделках друзьям-знакомым. Так что вполне возможно, что что-то уже просочилось в инет. Тем не менее, из первых уст.

Про дядьку моего покойного. Грузный мужчина. Даже лечился когда-то от ожирения. Да бесполезно, ибо покушать любил больше, чем свою фигуру. Как и бывает в таких случаях, очень добрый. Семья, хороший дом, участок, собака.
Свадьба дочери. Естественно, во дворе. Скамейки, столы, долгие и красивые тосты. Пожелания молодым, признания в любви близким. Все весело и благородно.
Наконец все устаканилось, гости разошлись, родные спят. Среди ночи встал попить водички и, как с ним обычно случается, как бы невзначай, решил покушать, благо после свадьбы выбор огромен и соблазнителен. На кухне беспорядок. Нашел какую-то большую кастрюльку с непонятной едой. Положил себе от души. Поставил чайник и принялся за свое любимое занятие, - потреблять, что бог послал. Далее - его мысли:
- Черт побери, вкусно-то как. Что за блюдо? Никогда такого не ел. Да и на свадьбе вроде все перепробовал. Странно, я б такого не пропустил.
- Черт: что за кусок попался, фиг прожуешь. Да что ж такое-то? Что это?
- Батюшки родные. Понял... Черт. Эко я попал.
Все просто. После свадьбы все остатки в тарелках аккуратно сгребли в кастрюльку, чтоб наутро накормить сторожевого пса. А "непрожеванным куском мяса" по иронии оказалась тряпочка, которой все сгребали, бросили в ту же кастрюльку в расчете назавтра вынуть и выбросить.

16

- Правда ли, что операционная система Windows была скопирована с компьютера летающей тарелки, разбившейся под Роузвеллом в 1947 году?
- С уверенностью можно сказать лишь то, что на неразбившихся тарелках установлены другие операционные системы.

20

На званом обеде один из гостей обращается к соседу по столу:
- Между нами говоря, бульон весьма жидкий и прозрачный, как вода.
- Иначе мы бы не увидели узора на тарелках, а хозяйка уплатила за сервиз
огромные деньги.