Результатов: 3

1

Чо вы тут бисер перед свиньями метаете? Я лет 5 как забил на это дело - горбатого могила исправит. Обладая такими талантами, не разоряйся перед мутантами (с)
В сухом остатке, живя во всех формациях, от позднего СыСыСыРа и "колбсаных поездов" до нынешнего "Ура-поЦреотичесского шапко закидательства", при чём нек в самом захолустье, я как старый и уже мудрый сделал ряд простых выводов, чисто для себя.

1. СССР был полным антинародным УГ, где даже нормальных трусов не было (закупали у партнёров по СЭВ ограниченными партиями), не говоря уде про джинсу и жувачку. Польские джинсы предел мечтаний советского анрженэра и ИТР. При этом все работали на "витрины" типа прибалтики. Ну и где щас эти витрины? Где вложенные туда бабки? Вернулись сторицей или пролюблены?

2. С избытком была только Ымперская всенародная гордость "за державу", которая поддерживалась даже без раздачи Веществ, тотальным промыванием мозгов начиная с деццкого возраста. Большинтво совкодрочеров так и остались промытыми и продолжают промывать своим наивным детишкам про раздачу халявных квартир, которые на деревьях росли как бананы, и спортсекции с бассейнами бесплатные.

3. А многие поимели прямо противоположное - анафилактическую реакцию (неправильная реакция защитного типа уничтожающая собственный организм) типа превознесение сферического Запада в вакууме. Сами мыслить смогли не только лишь фсе.

4. Нехилые ресурсы вкачивались не в собственный народ и его джинсы с жувачками, но в бананово-верблюдные республики. Где профит? Ко нить хоть копейку отдал? Всем ахулардные долги простили, зато своих за копейку недоплаты налогов дрючат не жалея живота своего. Такбыло и так будет - Люди наша новая нефть!!!! При чём свои люди, которых за копейку долга обескровят.

5. Перестройка штука неизбежная, т.к. альтернатива обрушению колосса на глиняных ногах - путь Северной Кореи с её ядерной дубиной и шантажом. Вот только нас несколько больше и земельных пространств больше. Даже в сильно ужавшемся варианте. Но что то пошло не так, вообще всё пошло не так. Не было опыта от слова совсем. А на чужом опыте дураки и старпёры из политбюро не учатся. Предательства было овер 100500. а вы что ждали от всем опостылевшей системы партократов? Эта система была ненавистна даже простому мастеру с завода которого ипли парт-хоз-активами с промыванием мозгов. и без Веществ в мурзильнике запотевшими.

6. Афган. Наши старпёры тупо предали союзника, заподозрив его в двойной игре. Которой не было. И вместо Шурави мы превратились в захватчиков. Просели очень серьёзно. Если кто помнит.
Последние слова Амина своему "адьютанту", когда его дворец был практичесски сдан (после того как Амина откачал наш военврач по неудачному отравлению. Военврача потом списали на "дружественный огонь", как и других наших)
- Сообщи Русским. Они помогут.
- Это и есть Русские!
- Врёшь! - тут полёт тяжёлой пепельницы в голову адьютанта.
Меня при этом не было, я там свечку не держал. Я туда зашёл чуть позже. Но слышал вот это всё из тех уст, чьи руки давали подписку о неразглашении. Другой стране, кстати.

7. ГКЧП. Я там был. И не так красочно и витиевато как тут рассказывает некий звиздунишко Максимко со спёртым у Стругацких ником. Всё было проще и банальнее. Я не знаю как (я тогда там был вообще салагой и типа не у дел), но наше подразделение "перешло на сторону народа". Видимо система совка затрахала даже силовиков. Меня просто отправили нах "Пошатайся тут, посмотри что да как, с кем надо выпей, с кем надо покури. Докладывай по 11му каналу". Т.н. "бой у СЭВа" я проиппал, но радиоканал я слушал.
Зато пообщался с двумя танковыми экипажами лично, так же "перешедшими на сторону народа". Простые пацаны колхозники и заводчане, срочники. Беломорину одну за одной курили.
И тут в зоне ответственности какой то тягач решил разверонуться. Ну дибил. Пацаны орут -
- Танки на 2 часа! - и прыгают в люки. Готовность примерно секунд 20. Мало.
Я скатился с брони бо дело не моё и задача не моя. А они пушкой вертели.
Хорошо что не пальнули по этому драгу бронебойными.
Потом встретил своих Сокольнический. С водкой. Водки было мало. Только согрется.
Вывод - все надеялсь на лучшее, но всё пошло не так. Вообще всё полшло не так. И все заиппались от ситемы. А где все те совкодрочеры, что щас равсполяются? Они вышли хотя бы под прикррытием тех бетеров, что были заблокированы под мостом?
И у меня полное право спросить - А ты где был то в это время, когда пацанов не познавшиж хенской ласки на Ваганьково хоронили? Можешь повторить? Да неужели? Сам или кто то за тебя?

7. Дальше? Я ещё жить хочу.

3

Спросили тут меня намедни, не случалось ли со мной чего нибудь мистическое? Я задумался, стал вспоминать, и не вспомнил ничего. Чудеса – да. Чудеса случались, и довольно часто. А вот насчет мистики – нет, не припомню.

- А чудо – это разве не мистика? – опять спрашивают меня.
- Нет, конечно. Чудо, оно и есть чудо. А мистика… Откуда ж я знаю, если она со мной не случалась никогда?
- А как же ты тогда различаешь, чудо это или мистика?

Я задумался. Вот когда с тобой происходит что-то необычное, ты сразу понимаешь, что это такое, чудо это или не чудо. А вот так просто объяснить… Даже не знаю. Ну, наверное, так. Чудо – это что-то обязательно хорошее, от бога, светлое, доброе. А вся прочая непонятная поебень – это мистика.

Ну, вот например: гулял я однажды рано утром по Ваганькову.

А и ничего странного. Я тогда в Москве еще не жил, а приезжал по делам. А в Москве все дела начинаются часов с десяти. А поезд приходит в шесть. Ну, и куда провинциалу в такую рань податься? Вот как только метро откроется, я вещи в багаж, и на Ваганьково. Всё остальное-то всё равно закрыто.

А в семь утра на Ваганьково хорошо. Тихо. Нет никого. Только собаки выскочат, которые там у сторожки живут, посмотреть, кто пришел. Я им сахар из кармана достану, этот, который раньше в поезде к чаю давали, аэрофлотовский, две грудки в упаковке. Я чаю-то много пью, но без сахара. Так что сахара у меня полный карман. Разломлю упаковки, собак угощу по очереди, и иду себе гулять тихонько.

И вот в тот раз. У Высоцкого постоял, потом пошел к Енгибарову. Как обычно. И вот у Енгибарова-то, у могилки, потерял рубль. Я почему знаю, что у Енгибарова? Я когда сахар собакам доставал – рубль был. Я его выронил случайно и сунул в карман, где сигареты. Еще подумал: «Обязательно потеряю рубль» Как в воду глядел.

А у меня с собой и было-то в двух карманах: сигареты, рубль и два пятака из метрошного автомата. Всё остальное в камере. Рубль и тот - так, на всякий случай. Куда в семь утра тратить-то? Провинциалу в Москве с пустыми карманами как-то спокойнее. А паспортов тогда с собой еще не носили.

Вот, значит, я у Енгибарова постоял, покурил, а пропажу рубля уже у Есенина обнаружил. Когда второй раз закуривал. Значит, у той могилки и обронил, как пачку доставал. Больше никак.

И вот я помню, совсем не расстроился. Денег ведь всегда жалко? А тут я чего-то подумал так. Могилка Енгибарова же не на центральной аллее. Значит, туда случайный человек не забредет. А только если кто специально пойдет. А плохой человек к Енгибарову не пойдет. Плохие люди вообще не знают, кто это такой. Ну, а найдет хороший человек в семь утра мой рубль? Кому от этого хуже?

Может, конечно, это я так себя успокаивал. А с другой стороны, если бы я расстроился из-за этого рубля, я бы сразу пошел обратно посмотреть. Народу-то нет никого. Но я еще у Есенина постоял, покурил, и дальше уж пошел. К Далю, мимо колумбария, к Миронову, к другим хорошим людям…

А на обратном пути, это уж часа через полтора-два, дай думаю, всё-таки зайду, гляну. И точно. Издали еще вижу – лежит мой рубль. Ну надо же. Я еще оглянулся так, нет ли кого поблизости. Всё ж таки хоть и свой рубль, а как-то неудобно. И я так неспеша, типа гуляю, подошел, на памятник смотрю, а сам быстренько воровато присел, как Вицин в кино, рубль свой хвать не глядя, и в карман.

И пошел. А у самого аж уши от стыда горят. Так стыдно свой рубль поднимать. А время-то уж смотрю – ого! На кладбище время вообще незаметно летит. Надо, думаю, позвонить туда, куда я по делам-то приехал. А там как раз у кладбища, за воротами, автоматы, две штуки.

А у меня двушки нет. Вот беда. Где, думаю, двушку бы взять? А тут мужик какой-то мимо идет. Я говорю: «Мужик, дай двушку, позвонить очень надо. Я тебе пятак дам» И руку в карман, и вытаскиваю горстью всё что там есть – сигареты, рубль этот сверху скомканный и два пятака. Ну, что бы показать, что я, мол, не просто так попрошайничаю, что действительно у меня есть. И пятак-то мужику протягиваю. Мужик говорит: «Не нужен мне твой пятак. У меня свой пятак есть. Сигаретку дай лучше. Чья прима?» «Ярославская» «Приезжий, значит» «Почему это приезжий?» «На лбу у тебя написано! Нету у нас ярославской примы. Не продают»

Мужик сигаретку взял, прикурил, затянулся, вкус распробовал, кивнул, и дает мне двушку. Я ему опять свой пятак. Мужик говорит: «Эх, деревня. Соль, спички, и двушку – не одалживают. Так дают. Без возврата» И пошел. А я про соль-то со спичками всегда знал. А про двушку откуда? Если я таксофон первый раз в Москве только и увидел? А мужик еще мне так через плечо: «Смотри, деньги не потеряй, деревня. Аккуратнее тут с такими деньгами-то надо. Это ж не рупь!»

Я не понял, в руку-то глядь, а в руке, на пачке сигарет, под большим пальцем, точно не рубль. Разворачиваю - пятьдесят рублей одной бумажкой. Ну ни фига-ж себе! Вот так чудеса!!!

Представляете? И тут происходит второе чудо. Звоню, куда надо. А мне говорят: извини, дорогой. Тут у нас такая фигня, форс мажор. Короче – никаких дел. Оба-на! И ехать уже никуда не надо. Представляете? А впереди еще целый день в Москве. Красотаааа!

Ну и поехал к друзьям на Арбат пять червонцев пропивать. А как? Дедка наказывал: найдешь деньги – пропей! Хотя тут ситуация двоякая. С одной стороны: вроде и не нашел. Это ведь мой рубль был. Уж как он в пятьдесят превратился – неважно. Чудо, оно на то и чудо, что недоступно простому пониманию. С другой стороны: не было ведь их у меня до этого – значит, не мои. Или отдай, или пропей.

Даааа… На пять червонцев в те годы можно было хорошо погулять. С другой стороны, нет таких денег, которые нельзя было бы в один день пропить с хорошими людьми на Арбате. Ныне, присно, и во веки веков. Аминь.

Ну и погуляли. Вечером меня без билета к знакомому проводнику загрузили как чурку, дали ему денег, водки, наказали разбудить, опохмелить и ссадить где положено. Ну и гостинцев с собой, конечно. Колбаса там, апельсины, Явы два блока, конфеты в коробках. Потому что ты мог быть последним разъебаем и пьяницей, и приехать домой без штанов. Но приехать из Москвы без гостинцев… Такого даже и представить нельзя было.

Ну вот и скажите, вот то, что мой рубль обернулся полтинником – не чудо? Чудо. Как есть самое настоящее. А вот если бы другая ситуация? Если бы, к примеру, мои пятьдесят рублей превратились каким-то образом в рубль? А? А вот это как раз и была бы самая что ни на есть мистика.