Результатов: 5

1

Родной город и родная река, текущая "издалека долго", навевают воспоминания юности.
Где мне лет этак посередине между возрастами, упомянутыми в первом и втором вариантах припева процитированной песни :)
Сейчас я "перепрыгнул" - по возрасту - в серединку между вторым и третьим припевами, что наверное лишь добавляет сентиментальности :)
А так как сейчас жарко очень, то воспоминания (почти) зимние :)

Вспоминается промозглый ноябрь 1990 года с уже падающим снежком, превращающимся в лужи под ногами...
Я с девушкой, после кулинарии на Тверской (Горького) - сейчас это похоже Noor бар - где была закуплена модная тогда кура-гриль и еще много чего :)
Дошли до Пушкинской, где в театральном киоске - о чудо! - остались билеты на Таганку - "Маленькие трагедии": какая то делегация не пришла - чуть ли не первый ряд.
Выкупаем-едем, в гардероб сдается (и принимается!) огромная сумка с продуктами, источающая "оглушающий" запах жареной курицы :)
Как ее не съели гардеробщицы - я не знаю - но смотрели на нас обалдевшими глазами :)
И сам спектакль: Филатов читает монолог о чуме и часть стены театра опускается (!), а в образовавшееся пространство, освященное уличными фонарями, падает снег - прямо в зал.
Ну, и конечно девушка рядом :)

П.С.
"Помню только любовь." (c) Леонид Агутин

3

10 ноября 1982 года моему дяде исполнилось 50 лет. Юбилей! Было приглашено много гостей, закуплена масса всяких деликатесов (что очень и очень непросто в то суровое время!), и, конечно спиртного. Причем, спиртного было действительно много - несколько ящиков. Подготовились серьезно. И вот настал этот день. И надо ж такому случиться, что в этот самый день скончался любимый Леонид Ильич Брежнев. Что делать, не откладывать же юбилей. Было решено не откладывать, но гулять потише. Как обычно, потише не получилось. Уже после 12 ночи, а магнитофон на полную катушки, танцы, песни, водка рекой, всё как полагается. Стук в дверь. На пороге милиция. Очень недобрая милиция. Так как в этот день был и их праздник, День милиции, тоже испорченный кончиной Леонида Ильича. Милиционерам приказали праздник не отмечать, не пить, не веселиться, а, наоборот - бдить, как бы чего не вышло. А тут как раз мы им подвернулись. Заходят капитан с сержантом и спрашивают: "И что вы, интересно, тут так весело отмечаете?" Дело идёт к тому, что нам пришьют антисоветчину. Пришлось показывать паспорт юбиляра, клясться, что веселье никак не связано со смертью Леонида Ильича, что мы любим советскую Родину и по мере своих сил строим коммунизм. После этого пришлось налить стражам порядка и дать ещё сухим пайком, чтобы разрешили продолжить мероприятие в такой траурный для всего прогрессивного человечества день. Милиция подарки приняла и попросила нас потише веселиться. И удалилась отмечать свой праздник. А мы продолжили. Но паспорт далеко не убирали, на всякий случай.

4

ххх: О, Великий Заказчик, скажите, устраивает ли вас этот коричневый цвет?
ууу: в принципе устраивает, но надо что-то поменять.
ххх: Что менять? Цвет слишком темный? Или слишком светлый? Затемнить или осветлить?
ууу: не надо затемнять или осветлять, просто сделайте его более... коричневым.
Некоторое время спустя.
ххх: О, Великий Заказчик, мы всей фирмой собрали консилиум по поводу вашей проблемы, экономист Маша сказала, что этот цвет вышел из моды год назад, а уборщица Надежда Николаевна вспомнила, что именно такого цвета оттирала говно в туалете на прошлой неделе. Остальные работники фирмы сошлись во мнении, что это вполне себе презентабельный коричневый цвет.
ххх: А потом пришел финансовый директор и сказал, что хрена-с-два мы будем менять цвет, закуплена только такая краска. Если вы хотите другой цвет, то докупайте сами банки с краской, и вообще мы делаем блок-контейнеры, а не порно-сайты!

5

Раз уж тут пошли рассказы про тубусы, напишу и свою историю,
произошедшую где-то на рубеже девяностых.
Одна из дальних аудиторий в институте имеет неправильную геометрическую
форму, плохо освещена, всего одно окно. Видимо был какой-то свободный
угол, решили сделать там аудиторию, отгородили и что получилось - то
получилось. Занятий там практически никогда не было, охрана,
представляющая собой бабульку, по причине своей лени в этот дальный
уголок не заходила. Это место называлось у студентов "Клуб "Три
кабанчика", никогда не пустовало, пъянки, карты, трахи - полный аншлаг.
Это вступление, основные действия происходили недалеко от входа в
институт.
Занятия закончены, гонцам от группы даётся задание принести в
"Кабанчиков" полтора десятка бутылок портвейна из местной "стекляшки".
Сумки и портфели иногда шмонали на вахте на предмет проноса в институт
запрещённых предметов. Найдут бухло - выговор в личное дело. Второй раз
- строгий выговор. Третий раз - отчисление. А вот тубусы почему-то
никогда не проверяли, мне по крайней мере такие случаи неизвестны. Итак,
стандартный советский тубус для листов формата A2. Вместимость - три
стандартных советских бутылки портвешка. Выпивка закуплена, загружена,
студенты с тубусами стоят курят недалеко от входа, обсуждают планы на
ближайшее будущее. И вдруг у одного из тубусов c одной стороны
отрывается ручка. Тубус, болтаясь на одном конце, начинает из
горизонтального положения принимать вертикальное. Нет бы, товарищу
покрепче зажать ручку, чтобы не выскользнула из кулака, авось заклёпки
на неоторвавшейся части выдержали бы. Но он, не ожидав наддого
происшествия, наоборот выпустил ручку и обеими руками попытался
перехватить тубус за основание. Не поймал. Тубус приземляется на асфальт
в положении готовой к взлёту ракеты. ЦЗЫНЬ! ПХК! "Верхняя" бутылка
разбивает горлышком дно "средней", "средняя" в свою очередь разбивает
дно "нижней". Виновным в таких ситуацтях всегда является тот, кто на
момент "ДЗЫНЬ" держал в руках "общественное достояние". И тогда его
наказывают синяком под глазом и покупкой утраченного за счёт своей
стипендии. Может в будущем с главным героем так и поступили. Но
кульминация момента такова: моментально осознавшие, что произошло,
студенты подхватывают тубус, открывают, выкидывают оттуда на асвальт
испорченые чертежи, бережно вынимают уцелевшую "верхнюю" бутылку и
крупные осколки. Всё это сопровождается словами, которые в книгах писать
не принято. Затем кто-то находит чистый носовой платок, обматывает им
горловину тубуса (чтобы битое стекло отфильтровать) и этот "кубок"
пускается по кругу. Каждый, наклоняя тубус и стараясь не уронить ни
капли, сквозь носовой платок делает по паре глотков драгоценного
напитка.

P.S. Тубус не пострадал, я его ещё не раз потом видел, а вот чертежи
бедняге очевидно переделывать пришлось.