Результатов: 28

1

Вторая половина семидесятых. Август. Северо- запад Карельского перешейка. Я с утра ушёл в лес за грибами, прихватив пару бутербродов с собой. В полдень корзинка уже полна, сейчас перекушу слегка, и пора домой, нынче ту базу отдыха на берегу залива кемпингом бы назвали.

Сажусь на пенёк, разворачиваю пакетик - вдруг слышу уф, уф, весело так, слегка басисто. Ко мне подходят двое подростков- лосят такого слегка последетсадовского возраста - людей не боятся, не знают ещё, помыкивают, тычут мокрыми носами в руки и в корзинку, ростом почти с меня, глаза добрые и глубоченные - когда вплотную в них смотришь, исключительное впечатление, единение, блин, с природой, реальное осознание своих корней и происхождения - я не шучу.
Ну, что сделаешь, разделил им пополам один из бутербродов - слопали прямо с ладоней. От второго уже меньше половины оставалось - сам доел.

И эти опять мордами в корзину - грибы они тоже едят с удовольствием. Я говорю- "Ребята, что вы хулиганите? Я же не для вас собирал?" А сам смеюсь - грибов не жалко, их в лесу много, а вот таких весёлых копытных легкомысленных покормить - это навсегда запомнишь. Лесное, так сказать, приключение.

Раздаётся голос погромче - МУУ - глядь, они же не одни по лесу гуляли - мама их, вероятно забеспокоилась - выходит на полянку, прядёт ушами, фыркает, волнуется должно быть, смотрит с тревогой, но не сильно ругается - это уже зверюга посерьёзнее, однако подошла, убедилась, что опасности малышне нет, что я сижу спокойно и добродушно посмеиваюсь, а пацаны весело жрёт грибы из корзинки - аж за ушами трещит и посвистывает - и даже сама пару грибов самостоятельно слопала. Не испугалась меня- стало быть, не худшее впечатление произвёл.

Но вот когда появился папа, я чуть кирпичей в штаны не наложил - у него по росту шея начиналась там, где кончалась моя голова - а по весу и объёму меня там уложилось бы с десяток - не шучу, зверь громадный, могучий, не меньше килограмм шестьсот весил, и рога размахом метра в два с половиной- три.

Он только раз басом мякнул - как будто судовую сирену на буксире включили в тумане. И маму и малышню сдуло от меня мигом.

Меня тоже сдуло - ну его на хрен, такому объяснять пытаться, что я им не враг...
Но вот запомнилось...

2

Жена - мужу: - Вась, не забудь купить молоко. - Хорошо, дорогая. - Молоко! - уточняет жена. Не портвейн, как вчера, а молоко. Запомнишь? - Конечно же запомню. - И не кагор, ты понял? - Да понял... Через час в магазине: - Чего она говорила взять - портвейн или кагор? Ой, не буду гадать, возьму и того и другого.

3

Под влиянием Соломона и Билли вспомнилось. Извините, ребята, если плохо получится.
Мы в бешеном темпе загрузились, ещё пломбы на двери ставят, а дизели уже рычат, поплёвывая сизым дымком, подавая энергию в вагоны, холодильные машины врубай на полную мощность, ничего, авось выдержат, пасть-то закрой, тут я отвечаю.
«О воин, службою живущий, читай устав на сон грядущий, и паче, ото сна восстав, читай усиленно устав.» У железнодорожников свои уставы, а для тех, кто работает на рефрижераторных поездах, придуман ещё один, дополнительный, самый для них наиглавнейший, именуется Правила Перевозки Грузов. Гласят ППГ: «За время перевозки температура продукции и воздуха в вагоне должна быть доведена до требуемых пределов, в этих же ППГ указанных.» Чаще охлаждение, хотя иногда и отапливать приходится. Для яблок, например, температурные пределы +2:+5, всё, что ниже или выше – порча. А не сумел, сломалась у тебя, например, холодильная установка номер такой-то, а отремонтировать не удалось, тоже ничего страшного, и в тюрьме люди живут, отмотаешь срок и выйдешь как новенький. Зато запомнишь, что неча продукты питания, социалистическую собственность портить, не для того её выращивали или ловили, понимашь. Профессиональный риск.
Мелькают столбы за окном, стучат колёса на стыках, прыгает пол под ногами. Подъезжаем уже, не успели охладить... сядем! Нет, молчи, говорю, не зли лучше, подъезжаем, да не доехали, гони, гони по трубам фреон, камерады. Выгрузка! Как там температура? Вроде, ништяк. Ну вот, а ты боялась, надевай трусики.
Представители получателя - заранее радостные - сразу лезут алчными мордами к датчикам. Под акт о порче это ж сколько наворовать можно! И отлипают разочарованно: груз в норме. Не верят, жарища-то на улице адова. Вагоны старые, дырявые. Балабочат по своему, тащат собственные приборы, ну, тут смотри в оба, подмухлюют, хоть на пол-градуса не сойдётся - беда. Что, рабочий журнал тебе покажи? А ты кто такой, следователь, что ли? Я те так покажу... Распишись, что всё в кондиции. Должность свою укажи, забывчивый ты наш. Печать хлопни, не, она не в конторе, она у тебя в этом кармане должна быть. Всех благ.
Так держать, молотки, камерады. Будет просвет - от себя ведро ставлю. А сейчас - на промывку вагонов. Быстренько.
Какая ещё бутылка? Чуть расслабиться, говоришь? Молодец. Дай-ка её сюда. Смотри, как интересно, всего раз бемц об рельсу, и нет никакой бутылки. Шевелись, камерады, вон уже тепловоз подгоняют.
Что ж, можно считать, и ещё один рабочий день командировки прошёл. Всё в порядке.

4

Римейк песни «До скорой встречи» группы «Звери» : «Вчерашний вечер из подворотни, на всё согласен. Спасаться нечем и я охотник и я опасен. Тычинка-пестик, любовь научит совсем не пошло. Моя смешная, моя сквозная, до скорой встречи. Моя love story короче ночи, смотрю на время.И беспонтово мотает счётчик такси на север».

До скорой встречи, до скорой встречи!
Припоминаю вчерашний вечер.
Моя тычинка вошла в твой пестик.
Стал твёрже даже на шее крестик.

Вошла тычинка в той подворотне,
а мне хотелось войти комфортней.
На всё согласен, но я охотник и я опасен.
А в ПОДВОРОТНЕ пылить ОТВРАТНО,
в такси на север зато приятно.

Моя смешная, моя сквозная,
в такси на север ты заводная.
Сейчас твой пестик проткнёт тычинка,
и пострадает твоя вагинка.

Ты не спасёшься от острой боли,
зато запомнишь мою лав стори.
она короче вот этой ночи,
и опылять тебя уж нету мочи.
И беспонтово мотает счётчик ,
я завтра буду опять молодчик.

5

Как-то раз поручик Ржевский по тропиночке гулял
И красотку молодую он нежданно увидал.
Подойди ко мне красотка тут поручик закричал,
И запомнишь ты надолго, как тебя я обнимал.
Отвали придурок пьяный, тут поручик услыхал,
Не отвалишь, ты придурок, заработаешь фингал.
Двину я тебя по морде, чтоб в лосины ты наклал,
Двину я тебя по уху, чтоб быстрее убежал.
Нежный голос той девицы очень грозно продолжал:
Эй, давай придурок юный, ну, быстрее помотал.
Тут поручик заявляет: ну и дуру увидал,
И подальше от красотки очень быстро побежал.

6

А помните, ещё совсем недавно всем было абсолютно наплевать на эти ваши надеть-одеть. Все говорили как хотели, я сам лично считал, что «надеть» это как-то по деревенски что-ли звучит, никто никого не поправлял с торжествующим злорадством, не пояснял, в чём там роковая ошибка сокрыта и ключевая разница где, не приводил смешных примеров нелепости непонимания столь очевидных вещей и не поражался вопиющему уровню невежества собеседника, попутавшего этот лингвистический рамс, все поголовно были культурными и образованными людьми и мир был светел и добр к нам и бог ласково улыбался из-за облаков.

А потом что-то случилось и началось. Я думаю всему виной секта ревнителей правописания тся-ться. Они достаточно долго держали монополию на этой скорбной ниве, и по законам жанра просто не могли не породить ещё более страшных чудовищ, которые одномоментно будут их конкурентами, низвергающими былых монстров до уровня подкроватной бабайки, и новым ужасом для и без того битых бытом обывателей, как будто бы им других бед мало.

Ну серьёзно. Попробуйте написать сейчас «я одел новое пальто». Всё. Пропал калабуховский дом! Налетит мгновенно ураган умников, заклекочет торжествующе — ахахаха, смотрите на дурака! Пальто он ОДЕЛ! А во что ты его, уважаемый пальтовладелец, одевал? И главное — зачем? А если у тебя пальто одето, то сам ты во что одет? А? Надел! Надел, блять! Когда только запомнишь, чёрт неграмотный! Одевается он видите ли! Не одеваться надо, а надеваться! Или нет. Да неважно! Пальто надевают. Вот ты надет в пальто! Идёшь надетый красиво, а одетый это если ты кого-то другого надел в одежду или одел в надежду. Ой всё. Одно слово — ты дурак и говно и не спорь! Так то! Одел и надел путает! О чём можно с таким разговаривать?!

В страшные времена живём, братия и сестрия. Чуть что не то оденешь — и всё, не отмыться уже, не отмолить. Берегите себя по возможности.

7

Год Двадцатый

Будь ты трезвый иль поддатый,
Адекватный или псих,
Ты запомнишь Год Двадцатый -
Не бывало лет таких!

Как ходил в комбинезоне,
Не застали чтоб врасплох!
Если всё ж в зеленой зоне
Поликлиники не сдох!

Как участвовал в протесте -
Били палками бойцы!
Вспомнишь, если при аресте
Не отдал в СИЗО концы!

Президент за дело взялся -
Ввёл налог на депозит!
Помни, раз не оказался
В полиэтилен зашит!

Не забудь как без работы
Хрен без соли доедал!
Пил, хандрил и занимал -
Всё равно не двинул боты!

Минус двадцать нефть упала -
Рубль опустили грубо!
Да, немного потрепало,
Но, зато, не дали дуба!

В парк нельзя, в метро же давка,
И кругом одни контрасты!
Дети есть – тебе надбавка,
Ты теперь не склеишь ласты!

На лекарствах маркировка -
Вспомни время дефицита!
Ты достал по блату, ловко,
Не отбросил ведь копыта!

Несмотря на пандемию,
Прессу санкций вопреки,
Мы, пока еще, в России
Не откинули коньки!

Ты – живой, хотя и нервный!
Закаляет - не убьёт!
Что же, люди, Двадцать Первый
Нам тогда преподнесёт?

8

Из Аленького цветочка. Что вам привезти, дочери мои разлюбезные? Привези мне, батюшка, лекало, молвила старшая. Дохтура, что ли? Да нет, батюшка. Лекало. Овалы чтобы рисовать. И линейку логарифмическую. На сколько сантиметров, доченька? Без разницы, батюшка. Запомнишь ли? Запомню, старшенькая. А тебе чего привезти, средняя дочь моя? А мне, батюшка, тестер привези. Хлеб до сухаря дожаривать чтобы? Да не тостер, батюшка, а тестер. Прибор такой. Измерительный. С концами чтобы, зажимами, в чехольчике чтобы. До килоома чтобы. И электронный не бери. Старый хочу. Привычней он мне. Ох-х-х! вздохнул отец. А тебе что привезти, младшенькая? А мне, батюшка, привези станочек фрезерный. А еще электролобзик, болгарку, перфоратор Бошевский и элекросварку компактную. А электродов не вези, батюшка, я их тут на стройке натырю. Вашу мать! закручинился отец, вы же женщины! Вы же на выданье! Фиг вам, а не электролобзик! Тебе помаду, тебе помаду, а тебе, младшенькая помаду, лак для ногтей... И цветочек, батюшка, аленький... Лады, и цветочек. И пока меня не будет, чтоб вышивали крестиком! Ясно?! Не заборы строить, не канавы копать, а вышивать! Дал же Бог дочерей!

9

Новый русский (НР) очень красиво ухаживал за девушкой, наконец он привез её в роскошный загородный дом (дело было зимой), затопил камин, девушка пошла в ванную, а он остался ждать у огня. Когда же она вышла из ванной в сиянии наготы, он накинул на неё шубку и вывез в заснеженную степь, где под дулом пистолета заставил лепить снеговика. Делать нечего - дрожа от холода, девушка вылепила снежную бабу. После этого НР вновь привез её в загородный дом, отогрел у камина, напоил шампанским... - Послушай, а что же это было? - спросила девушка, немного придя в себя. - Понимаешь, в постели я не очень, а снеговика ты запомнишь на всю жизнь.

10

Комментарий к статье "Росстандарт утвердил ГОСТ для мобильных приложений": Главное, чтобы приложения назывались просто и понятно. Например, "Программа для обмена текстовой, звуковой, графической и видеоинформацией (ПОТЗГВ) 2018.31.984.НШ1", а то "Вайбер" - хрен запомнишь.

11

Комментарий к статье "Росстандарт утвердил ГОСТ для мобильных приложений": - Главное, чтобы приложения назывались просто и понятно. Например, "Программа для обмена текстовой, звуковой, графической и видеоинформацией (ПОТЗГВ) 2018.31.984. НШ1", а то "вайбер" хрен запомнишь.

12

Комментарий к статье "Росстандарт утвердил ГОСТ для мобильных приложений":
- Главное, чтобы приложения назывались просто и понятно. Например, "Программа для обмена текстовой, звуковой, графической и видеоинформацией (ПОТЗГВ) 2018.31.984.НШ1", а то "вайбер" хрен запомнишь.

13

Гдe-то недели двe нaзaд мoя жена cкaзaлa мнe:
– Гoвopю тeбe oдин paз, надеюсь, чтo ты запомнишь. На 8 марта с утра я xoчy завтрак в постель: кофе и два тоста. Oдин с арахисовым маслом и малиновым джемом, а второй с нутеллой.

В этoт понедельник, жена звонит мнe на работу:
– Ceгoдня нaчaлaсь масленица и я напеку блинов. Ceйчac в Окее, кaкиe начинки ты xoчeшь к блинам?

Я подумал и ответил:
– Малиновый джем, арахисовое масло и нутеллу.

14

Познакомился парень с девушкой. Сходили в кафе в кино и поехали к нему на дачу. Вроде бы все хорошо, целуются обнимаются, дело доходит до ceкcа, уже оба раздетые и тут он неожиданно достает пистолет и приставляет его к голове девушки. Кричит- на уллицу с@ка. Выбигают на улицу оба голые. Он ей лепи снеговика с@ка, быстро лепи. Ну дело сделано, снеговик готов. Потом хватает ее и "любит" изо всех сил. С утра девушка говорит парню, все было классно, только понять немогу к чему был снеговик. Он ей в ответ. Сексом я занимаюсь как все, а снеговика ты на всю жизнь запомнишь.

15

Экзамен для учителя.
Система подготовки новых врачей к практической деятельности после получения степени доктора медицины называется резидентурой.
Система обучения в такой резидентуре построена на учёбе младших старшими.
А над всей этой иерархией стоят боги - профессора и инструкторы.
Ну, на профессора я не потянул, а вот инструктором меня оставили, после окончания моих 4 лет завкафедрой вызвал меня к себе и предложил позицию инструктора, обучать студентов и молодых резидентов премудростям анестезиологии.
Ох и нелёгкое это дело - учить, как оказалось...
Спросите, почему?
Видите ли, это как учить летать пилота - надо дать самостоятельно принимать решения и действовать, всё это в условиях нехватки времени и прямой угрозы жизни и здоровья пациента .
Матёрые инструктора гордились тем, что позволяли молодым зайти в глубокое пике и в последний момент спасали ситуацию.
Как вы понимаете, таким хладнокровием я не обладал, не был я ни матёрым ни опытным.
Более того, весь мой персональный опыт и инстинкты работали против меня, я влетал в ситуацию и всё брал на себя, как учили.
Эта двойственность меня страшно мучила: я и перед больными чувствовал себя виноватым и перед резидентами...
Но потихоньку всё наладилось, мало-помалу я стал расслабляться и больше доверять молодым, научился находить баланс, поседел и заматерел.
Много их, молодых, прошли через мои руки, ротация закончилась и до свидания, каждый месяц другие, ни лиц ни имён не запомнишь.
По анкетам молодых я считаться неплохим учителем, но это анкеты...
И меня и их ждал самый важный тест, практический.
Так случилась, что у меня нашли болезнь, непростую, с очень непростой операцией, назначили день и моя коллега-инструктор за пару дней до операции спросила меня в лоб, кого из инструкторов я хочу как своего анестезиолога...
VIP статус позволял мне выбирать среди самых опытных и заслуженных коллег. В таком случае никто из моих учеников не принял бы участия, лишились бы возможности набрать опыта на сложном наркозе...
Непростое решение, врать не буду, я задумался, с одной стороны себя, любимого, жалко, я ысчо молодой, на мне вся семья держится.
А с другой стороны - какой же я учитель, если не доверяю своим ученикам?!?!
Никакого VIP, вот какой резидент по расписанию попадётся - тот и будет моим анестезиологом.
Не буду нагнетать интригу, всё прошло хорошо, штатно.
Я очнулся после операции, мой врач, молодой парень, зашёл проверить, ну как вам наркоз?
Говорю - отлично, чувствую себя свежо, операцию не помню, даже как везли туда не помню, молодец, парень.
Тот уже собирался уходить, тут я его и решил спросить:
- А учитель у тебя кто был?
- Вы!
Он ушёл, я лежу и думаю - а хорошо, что я его так неплохо учил, пригодилось.
Так мы все сдали в тот день экзамен - на врача, на пациента и на учителя.

16

Танцуй пока молодой.

Я хочу сегодня об особом подвиде мужчин. Про тех, с которыми хочется трахаться, но не нужно жить.

Ешё, кажется, Алена Апина в далеких девяностых пела, мол, на одних женятся, а другим - стихи и песни посвящают.
Так вот, это она спела, конечно, для рифмы, но написала, по сути, о другом: на одних женятся, других трахают.
Ну да ладно, не о женщинах мы сейчас говорим, а о мужчинах. Просто очень похоже.

Какое-то время назад я влюблялась неправильно, не задумываясь.
Любила и за недостатки и, если хотите, вопреки всему.
Каждого бывшего со мной и, по уму совсем неподходящего мужчину мнила принцем и, по молодости-глупости, конечно, закрывая глаза, уже с первого знакомства нет-нет, да и представляла, как у меня будет красивая фата из белого кружева.

А потом, уже сильно позже, да что там, вот буквально в последние несколько лет я поняла, что как у мужчин, так, оказывается, и у женщин есть чёткое ощущение - вот с этим можно бы и на край света, а оттуда - в ЗАГС, а с этим - только постель на пару-тройку раз. Ну или месяцев.
На одного я смотрю и понимаю: замуж, дура, срочно замуж. А на другого - ни за что. И это я говорю про мужчин, которые мне нравятся.

Короче, однажды я поняла, что жить надо далеко не со каждым, кто нравится.
И вообще есть такой прекрасный тип мужчин "Танцуй пока молодой".
Красивые или чуть лучше обезьяны, они стильно одеты, уложены, расчесаны, выбриты, надушены.
Они часто умелые любовники, те редкие мужчины, с которыми мы, наконец-то, получаем оргазм. Они заботятся о нас в постели и, вроде бы, в жизни. Они приносят утром кофе и открывают нам дверь машины, чтобы подать руку.
Они живут как в последний раз - всегда красиво. С ними каждый день - праздник.

Вот только не дай бог с такими жить и реально проводить каждый день.
Потому что дома, в то место, куда они приходят каждый день, они превращаются в капризных деток, инфантильных мальчуганов, которые мало способны хоть на какой-то, даже самый простой жест.
Они просят кофе в постель, чистых вещей, поспать до вечера. У них сонные недовольные лица, если разбудили.
И теперь не нужно устраивать именно тебе праздник - ты и так рядом. Красивая, сексуальная, своя, но уже одомашненная.
Он видит тебя утром без макияжа и вечернего платья. Он больше не испытывает интереса, он не пытается сделать для тебя сказку.

Он может прожить с тобой целую жизнь, которая будет сильно отличаться от тех благословенных дней, которые вы провели вместе ДО.
Он будет приносить тебе деньги, потому что ты - семья, но вечно задерживаться. Где-то и кому-то он всегда будет устраивать праздник, где-то и с кем-то он всегда будет танцевать...

* * * * *
У меня есть знакомый, Андрей. Я знаю его более пяти лет.
Когда-то он мне сильно нравился, потом я повзрослела.
Андрей живет в загородном доме, ездит на тачке, на которую дрочит большинство мужчин. Андрей начитан и интересен, владеет небольшим бизнесом по продаже чего-то там. Андрей элегантен и вежлив. Он каждый раз выходит из машины, чтобы открыть дверь, каждый раз первой пропускает меня в ресторан, каждый раз платит по счёту. С ним очень весело и боже, как хорошо в постели! С ним каждая встреча - праздник.

Вот, правда, спала я с ним в последний раз года три назад - до Андрея и даже до Паши. А однажды случайно узнала, что он женат, и даже познакомилась с женой.
Не специально, просто - случай. Вернее, сначала я познакомилась с ней, а потом узнала, что она - жена Андрея, и что он женат.

Вот знаете, а мне это даже не приходило в голову. Он не отключал телефон на ночь, и ночь мы проводили всегда вместе - в те пару дней в месяц, когда встречались.
Так вот, жена Андрея много про него рассказывала, потому что накипело. У неё была хорошая машинка, шмоточки и интерьер, ребенок ходил в частную школу, выходные в Европе. Вот только мужа никогда не было дома, а когда он был... он спал, или мылся, или брился, или гладил себе рубашки, потому что она ТАК не умеет. А потом растворялся "на работе". Иногда и на ночь... Часто на ночь. И так последние 10 лет.

Если много типов мужчин, с которыми не стоит проводить жизнь. Но первым в моем списке стоит "Танцуй, пока молодой".
Это мужчины на один-два раза. На один-два таких раза, которые ты запомнишь на всю жизнь; и тебе всегда будет казаться, ах, он идеален, мне бы такого...

...и не дай бог, тебе попадается такой, и ты с ним останешься.

18

Не моё.

ПОТРЯСАЮЩАЯ ИСТОРИЯ

Это серое, ничем не примечательное здание на Старой площади в Москве редко привлекало внимание проезжающих мимо. Настоящее зрелище ожидало их после поворотов направо и трех минут езды – собор Василия Блаженного, Красная площадь и, конечно же, величественный и легендарный Кремль. Все знали – одна шестая часть земной суши, именуемая СССР, управлялась именно отсюда.
Все немного ошибались.
Нет, конечно же, высокие кабинеты были и в Кремле, но, по-настоящему рулили Советской империей те, кто помещался в том самом сером здании на Старой площади – в двух поворотах и трех минутах езды.
И именно здесь помещался самый главный кабинет страны, кабинет генерального секретаря ЦК КПСС, и в данный исторический момент, а именно ранней весной 1966 года, в нем хозяйничал Леонид Брежнев.
Сегодня в коридорах этого серого здания царила непривычная суета. Можно даже сказать – переполох. Понукаемая нетерпеливыми окриками генсека, партийно-чиновничья рать пыталась выполнить одно-единственное, но срочное задание.
Найти гражданина СССР Армада Мишеля.
Всё началось с утра. Генсеку позвонил взволнованный министр иностранных дел и в преддверии визита в СССР президента Французской Республики генерала Шарля де Голля доложил следующее. Все службы к встрече готовы. Все мероприятия определены. Час назад поступил последний документ – от протокольной службы президента Франции, и это тоже часть ритуала, вполне рутинный момент. Но один, третий по счету, пункт протокола вызвал проблему. Дело в том, что высокий гость выразил пожелания, чтобы среди встречающих его в Москве, причем непосредственно у трапа, находился его ДРУГ и СОРАТНИК (именно так) Армад Мишель (смотри приложенную фотографию), проживающий в СССР.
- Ну и что? – спокойно спросил генсек. – В чем проблема-то?
- Нет такого гражданина в СССР, - упавшим голосом ответствовал министр. – Не нашли, Леонид Ильич.
- Значит, плохо искали, - вынес приговор Брежнев.
После чего бросил трубку, нажал какую-то кнопку и велел поискать хорошо.
В первые полчаса Армада Мишеля искали единицы, во вторые полчаса – десятки.
Спустя еще три часа его искали уже тысячи. Во многих похожих зданиях. В республиках, краях и областях.
И вскоре стало ясно: Армад Мишель – фантом.
Ну не было, не было в СССР человека с таким именем и фамилией. Уж если весь КГБ стоит на ушах и не находит человека, значит его просто нет. Те, кто успел пожить в СССР, понимают – о чем я.
Решились на беспрецедентное – позвонили в Париж и попросили повторить 3-й пункт протокола.
Бесстрастная лента дипломатической связи любезно повторила – АРМАД МИШЕЛЬ.
Забегая вперед, замечу – разумеется, французский лидер не мог не знать, под какими именно именем и фамилией проживает в СССР его друг и соратник. Он вполне намеренно спровоцировал эти затруднения. Это была маленькая месть генерала. Не за себя, конечно. А за своего друга и соратника.
А на Старой площади тем временем назревал скандал. И во многих других адресах бескрайнего СССР – тоже.
И тут мелькнула надежда. Одна из машинисток серого здания не без колебаний сообщила, что года три назад ей, вроде, пришлось ОДИН раз напечатать эти два слова, и что тот документ предназначался лично Никите Хрущеву – а именно он правил СССР в означенном 1963-м году.
Сегодня нажали бы на несколько кнопок компьютера и получили бы результат.
В 66-м году десятки пар рук принялись шерстить архивы, но результата не получили.
Параллельно с машинисткой поработали два узко профильных специалиста. И она вспомнила очень существенное – кто именно из Помощников Хрущева поручал ей печатать тот документ. (Это была очень высокая должность, поэтому Помощники генсеков писались с большой буквы).
По игре случая этот самый Помощник именно сегодня отрабатывал свой последний рабочий день в этой должности.
Пришедший к власти полтора года назад Брежнев выводил хрущевские кадры из игры постепенно, и очередь этого Помощника наступила именно сегодня.
Ринулись к помощнику, который ходил по кабинету и собирал свои вещи. Помощник хмуро пояснил, что не работал по этому документу, а лишь выполнял поручение Хрущева, и только тот может внести в это дело какую-то ясность. Помощнику предложили срочно поехать к Хрущеву, который безвыездно жил на отведенной ему даче. Помощник категорически отказался, но ему позвонил сам генсек и намекнул, что его служебная карьера вполне может претерпеть еще один очень даже интересный вираж.
Спустя два часа Помощник сидел в очень неудобной позе, на корточках, перед бывшим главой компартии, который что-то высаживал на огородной грядке. Вокруг ходили плечистые молодые люди, которые Хрущева не столько охраняли, сколько сторожили.
72-летний Хрущев вспомнил сразу. Ну, был такой чудак. Из Азербайджана. Во время войны у французов служил, в партизанах ихних. Так вот эти ветераны французские возьми и пошли ему аж сто тысяч доллАров. (Ударение Хрущева – авт.). А этот чудак возьми и откажись. Ну, я и велел его доставить прямо ко мне. И прямо так, по партийному ему сказал: нравится, мол, мне, что ты подачки заморские не принимаешь. Но, с другой стороны, возвращать этим капиталистам деньги обидно как-то. А не хочешь ли ты, брат, эту сумму в наш Фонд Мира внести? Вот это будет по-нашему, по-советски!
- И он внес? – спросил Помощник.
- Даже кумекать не стал, - торжествующе сказал Хрущев. – Умел я все ж таки убеждать. Не то, что нынешние. Короче, составили мы ему заявление, обедом я его знатным угостил, за это время нужные документы из Фонда Мира привезли, он их подписал и вся недолга. Расцеловал я его. Потому как, хоть и чудак, но сознательный.
Помощник взглянул на часы и приступил к выполнению основной задачи.
- Так это ж кличка его партизанская была, - укоризненно пояснил Хрущев. – А настоящее имя и фамилия у него были – без поллитра не то, что не запомнишь – не выговоришь даже.
Помощник выразил сожаление.
А Хрущев побагровел и крякнул от досады.
- А чего я тебе про Фонд Мира талдычу? Финансовые документы-то не на кличку ведь составляли! – Он взглянул на своего бывшего Помощника и не удержался. – А ты, я смотрю, как был мудак мудаком, так и остался.
Спустя четверть часа в Фонде Мира подняли финансовую отчетность.
Затем пошли звонки в столицу советского Азербайджана – Баку.
В Баку срочно организовали кортеж из нескольких черных автомобилей марки «Волга» и отрядили его на север республики – в город Шеки. Там к нему присоединились авто местного начальства. Скоро машины съехали с трассы и по ухабистой узкой дороге направились к конечной цели – маленькому селу под названием Охуд.
Жители села повели себя по-разному по отношению к этой автомобильной экспансии. Те, что постарше, безотчетно испугались, а те, что помладше, побежали рядом, сверкая голыми пятками.
Время было уже вечернее, поэтому кортеж подъехал к небольшому скромному домику на окраине села – ведь теперь все приехавшие знали, кого именно искать.
Он вышел на крыльцо. Сельский агроном (рядовая должность в сельскохозяйственных структурах – авт.) сорока семи лет от роду, небольшого роста и, что довольно необычно для этих мест, русоволосый и голубоглазый.
Он вышел и абсолютно ничему и никому не удивился. Когда мы его узнаем поближе, мы поймем, что он вообще никогда и ничему не удивляется – такая черта натуры.
Его обступили чиновники самого разного ранга и торжественно объявили, что агроном должен срочно ехать в Баку, а оттуда лететь в Москву, к самому товарищу Брежневу. На лице агронома не дрогнул ни один мускул, и он ответил, что не видит никакой связи между собой и товарищем Брежневым, а вот на работе – куча дел, и он не может их игнорировать. Все обомлели, вокруг стали собираться осмелевшие сельчане, а агроном вознамерился вернуться в дом. Он уже был на пороге, когда один из визитеров поумнее или поинформированнее остальных, вбросил в свою реплику имя де Голля и связно изложил суть дела.
Агроном повернулся и попросил его поклясться.
Тот поклялся своими детьми.
Этой же ночью сельский агроном Ахмедия Джабраилов (именно так его звали в миру), он же один из самых заметных героев французского Сопротивления Армад Мишель вылетел в Москву.
С трапа его увезли в гостиницу «Москва», поселили в двухкомнатном номере, дали на сон пару часов, а утром увезли в ГУМ, в двухсотую секцию, которая обслуживала только высшее руководство страны, и там подобрали ему несколько костюмов, сорочек, галстуков, обувь, носки, запонки, нижнее белье, плащ, демисезонное пальто и даже зонтик от дождя. А затем все-таки повезли к Брежневу.
Генсек встретил его, как родного, облобызал, долго тряс руку, сказал несколько общих фраз, а затем, перепоручив его двум «товарищам», посоветовал Ахмедии к ним прислушаться.
«Товарищи» препроводили его в комнату с креслами и диванами, уселись напротив и предложили сельскому агроному следующее. Завтра утром прибывает де Голль. В программу его пребывания входит поездка по стране.
Маршрут согласован, но может так случиться, что генерал захочет посетить малую родину своего друга и соратника – село Охуд. В данный момент туда проводится асфальтовая дорога, а дополнительно предлагается вот что (на стол перед Ахмедией легла безупречно составленная карта той части села, где находился его домик). Вот эти вот соседские дома (5 или 6) в течение двух суток будут сравнены с землей. Живущих в них переселят и поселят в более благоустроенные дома. Дом агронома наоборот – поднимут в два этажа, окольцуют верандой, добавят две пристройки, а также хлев, конюшню, просторный курятник, а также пару гаражей – для личного трактора и тоже личного автомобиля. Всю эту территорию огородят добротным забором и оформят как собственность семьи Джабраиловых. А Ахмедие нужно забыть о том, что он агроном и скромно сообщить другу, что он стал одним из первых советских фермеров. Все это может быть переделано за трое суток, если будет соблюдена одна сущая мелочь (на этом настоял Леонид Ильич), а именно – если Ахмедия даст на оное свое согласие.
Агроном их выслушал, не перебивая, а потом, без всякой паузы, на чистом русском языке сказал:
- Я ничего не услышал. А знаете – почему?
- Почему? – почти хором спросили «товарищи».
- Потому что вы ничего не сказали, - сказал Ахмедия.
«Товарищи» стали осознавать сказанное, а он встал и вышел из комнаты.
Встречающие высокого гостя, допущенные на летное поле Внуково-2, были поделены на две группы. Одна – высокопоставленная, те, которым гость должен пожать руки, а другая «помельче», она должна была располагаться в стороне от трапа и махать гостю руками. Именно сюда и задвинули Ахмедию, и он встал – с самого дальнего края. Одетый с иголочки, он никакой физической неловкости не ощущал, потому что одинаково свободно мог носить любой род одежды – от военного мундира до смокинга и фрачной пары, хотя последние пятнадцать лет носил совершенно другое.
Когда высокая, ни с какой другой несравнимая, фигура де Голля появилась на верхней площадке трапа, лицо Ахмедии стало покрываться пунцовыми пятнами, что с ним бывало лишь в мгновения сильного душевного волнения – мы еще несколько раз встретимся с этим свойством его физиологии.
Генерал сбежал по трапу не по возрасту легко. Теплое рукопожатие с Брежневым, за спинами обоих выросли переводчики, несколько общих фраз, взаимные улыбки, поворот генсека к свите, сейчас он должен провести гостя вдоль живого ряда встречающих, представить их, но что это? Де Голль наклоняется к Брежневу, на лице генерала что-то вроде извинения, переводчик понимает, что нарушается протокол, но исправно переводит, но положение спасает Брежнев. Он вновь оборачивается к гостю и указывает ему рукой в сторону Ахмедии, через мгновение туда смотрят уже абсолютно все, а де Голль начинает стремительное движение к другу, и тот тоже – бросается к нему. Они обнимаются и застывают, сравнимые по габаритам с доном Кихотом и Санчо Панса. А все остальные, - или почти все, - пораженно смотрят на них.
Ахмедию прямо из аэропорта увезут в отведенную де Голлю резиденцию – так пожелает сам генерал. Де Голль проведет все протокольные мероприятия, а вечернюю программу попросит либо отменить либо перенести, ибо ему не терпится пообщаться со своим другом.
Де Голль приедет в резиденцию еще засветло, они проведут вместе долгий весенний вечер.
Именно эта встреча и станет «базовой» для драматургии будущего сценария. Именно отсюда мы будем уходить в воспоминания, но непременно будем возвращаться обратно.
Два друга будут гулять по зимнему саду, сидеть в уютном холле, ужинать при свечах, расстегнув постепенно верхние пуговицы сорочек, ослабив узлы галстука, избавившись от пиджаков, прохаживаться по аллеям резиденции, накинув на плечи два одинаковых пледа и при этом беседовать и вспоминать.
Воспоминания будут разные, - и субъективные, и авторские, - но основной событийный ряд сценария составят именно они.
Возможно, мы будем строго придерживаться хронологии, а может быть и нет. Возможно, они будут выдержаны в едином стилистическом ключе, а может быть и нет. Всё покажет будущая работа.
А пока я вам просто и вкратце перечислю основные вехи одной человеческой судьбы. Если она вызовет у вас интерес, а может и более того – удивление, то я сочту задачу данной заявки выполненной.
Итак, судите сами.

Повторяю, перед вами – основный событийный ряд сценария.
Вы уже знаете, где именно родился и вырос наш герой. В детстве и отрочестве он ничем кроме своей внешности, не выделялся. Закончил сельхозтехникум, но поработать не успел, потому что началась война.
Записался в добровольцы, а попав на фронт, сразу же попросился в разведку.
- Почему? – спросили его.
- Потому что я ничего не боюсь, – ответил он, излучая своими голубыми глазами абсолютную искренность.
Его осмеяли прямо перед строем.
Из первого же боя он вернулся позже всех, но приволок «языка» - солдата на голову выше и в полтора раза тяжелее себя.
За это его примерно наказали – тем более, что рядовой немецкой армии никакими военными секретами не обладал.
От законных солдатских ста грамм перед боем он отказался.
- Ты что – вообще не пьешь? - поинтересовались у него.
- Пью, – ответил он. – Если повод есть.
Любви окружающих это ему не прибавило.
Однажды его застали за углубленным изучением русско-немецкого словаря.
Реакция была своеобразная:
- В плен, что ли, собрался?
- Разведчик должен знать язык врага, – пояснил он.
- Но ты же не разведчик.
- Пока, – сказал он.
Как-то он пересекся с полковым переводчиком и попросил того объяснить ему некоторые тонкости немецкого словосложения, причем просьбу изложил на языке врага. Переводчик поразился его произношению, просьбу удовлетворил, но затем сходил в штаб и поделился с нужными товарищами своими сомнениями. Биографию нашего героя тщательно перелопатили, но немецких «следов» не обнаружили. Но, на всякий случай, вычеркнули его фамилию из списка представленных к медали.
В мае 1942 года в результате безграмотно спланированной военной операции, батальон, в котором служил наш герой, почти полностью полег на поле боя. Но его не убило. В бессознательном состоянии он был взят в плен и вскоре оказался во Франции, в концлагере Монгобан. Знание немецкого он скрыл, справедливо полагая, что может оказаться «шестеркой» у немцев.

Почти сразу же он приглянулся уборщице концлагеря француженке Жанетт. Ей удалось уговорить начальство лагеря определить этого ничем не примечательного узника себе в помощники. Он стал таскать за ней мусор, а заодно попросил её научить его французскому языку.
- Зачем это тебе? – спросила она.
- Разведчик должен знать язык союзников, – пояснил он.
- Хорошо, – сказала она. – Каждый день я буду учить тебя пяти новым словам.
- Двадцать пяти, – сказал он.
- Не запомнишь. – засмеялась она.
Он устремил на неё ясный взгляд своих голубых глаз.
- Если забуду хотя бы одно – будешь учить по-своему.
Он ни разу не забыл, ни одного слова. Затем пошла грамматика, времена, артикли, коих во французском языке великое множество, и через пару месяцев ученик бегло болтал по-французски с вполне уловимым для знатоков марсельским выговором (именно оттуда была родом его наставница Жанетт).
Однажды он исправил одну её стилистическую ошибку, и она даже заплакала от обиды, хотя могла бы испытать чувство гордости за ученика – с женщинами всего мира иногда случается такое, что ставит в тупик нас, мужчин.
А потом он придумал план – простой, но настолько дерзкий, что его удалось осуществить.
Жанетт вывезла его за пределы лагеря – вместе с мусором. И с помощью своего племянника отправила в лес, к «маки» (французским партизанам – авт.)
Своим будущим французским друзьям он соврал лишь один – единственный раз. На вопрос, кем он служил в советской армии, он ответил, не моргнув ни одним голубым глазом:
- Командиром разведотряда.
Ему поверили и определили в разведчики – в рядовые, правда. Через четыре ходки на задания его назначили командиром разведгруппы. Ещё спустя месяц, когда он спустил под откос товарняк с немецким оружием, его представили к первой французской награде. Чуть позже ему вручили записку, собственноручно написанную самоназначенным лидером всех свободных французов Шарлем де Голлем. Она была предельно краткой: «Дорогой Армад Мишель! От имени сражающейся Франции благодарю за службу. Ваш Шарль де Голль». И подпись, разумеется.
Кстати, о псевдонимах. Имя Армад он выбрал сам, а Мишель – французский вариант имени его отца (Микаил).
Эти два имени стали его основным псевдонимом Но законы разведслужбы и конспирации обязывали иногда менять даже ненастоящие имена.
История сохранила почти все его остальные псевдонимы – Фражи, Кураже, Харго и даже Рюс Ахмед.

Всё это время наш герой продолжал совершенствоваться в немецком языке, обязав к этому и своих разведчиков. Это было нелегко, ибо французы органически не переваривали немецкий. Но ещё сильнее он не переваривал, когда не исполнялись его приказы.
И вскоре он стал практиковать походы в тыл врага – малыми и большими группами, в формах немецких офицеров и солдат. Особое внимание уделял немецким документам – они должны были быть без сучка и задоринки. Задания получал от своих командиров, но планировал их сам. И за всю войну не было ни одного случая, чтобы он сорвал или не выполнил поставленной задачи.
Однажды в расположение «маки» привезли награды. И он получил свой первый орден – Крест за добровольную службу.
Через два дня в форме немецкого капитана он повел небольшую группу разведчиков и диверсантов на сложное задание – остановить эшелон с 500 французскими детьми, отправляемыми в Германию, уничтожить охрану поезда и вывести детей в лес. Задание артистично и с блеском было выполнено, но себя он не уберег – несколько осколочных ранений и потеря сознания. Он пролежал неподалеку от железнодорожного полотна почти сутки. В кармане покоились безупречно выполненные немецкие документы, а также фото женщины с двумя русоволосыми детьми, на обороте которого была надпись: «Моему дорогому Хайнцу от любящей Марики и детей». Армад Мишель любил такие правдоподобные детали. Он пришел в себя, когда понял, что найден немцами и обыскивается ими.
- Он жив, – сказал кто –то.
Тогда он изобразил бред умирающего и прошептал что–то крайне сентиментальное типа:
- Дорогая Марика, ухожу из этой жизни с мыслью о тебе, детях, дяде Карле и великой Германии.
В дальнейшем рассказ об этом эпизоде станет одним из самых любимых в среде партизан и остальных участников Сопротивления. А спустя два года, прилюдно, во время дружеского застолья де Голль поинтересуется у нашего героя:
- Послушай, всё время забываю тебя спросить – почему ты в тот момент приплел какого–то дядю Карла?
Армад Мишель ответил фразой, вызвавшей гомерический хохот и тоже ставшей крылатой.
- Вообще–то, - невозмутимо сказал он, - я имел в виду Карла Маркса, но немцы не поняли.

Но это было потом, а в тот момент нашего героя погрузили на транспорт и отправили в немецкий офицерский госпиталь. Там он быстро пошел на поправку и стал, без всякого преувеличения, любимцем всего своего нового окружения. Правда, его лицо чаще обычного покрывалось пунцовыми пятнами, но только его истинные друзья поняли бы настоящую причину этого.
Ну а дальше произошло невероятное. Капитана немецкой армии Хайнца – Макса Ляйтгеба назначили ни много, ни мало – комендантом оккупированного французского города Альби. (Ни здесь, ни до, ни после этого никаких драматургических вывертов я себе не позволяю, так что это – очередной исторический факт – авт.)
Наш герой приступил к выполнению своих новых обязанностей. Связь со своими «маки» он наладил спустя неделю. Результатом его неусыпных трудов во славу рейха стали регулярные крушения немецких поездов, массовые побеги военнопленных, - преимущественно, советских, - и масса других диверсионных актов. Новый комендант был любезен с начальством и женщинами и абсолютно свиреп с подчиненными, наказывая их за самые малейшие провинности. Спустя полгода он был представлен к одной из немецких воинских наград, но получить её не успел, ибо ещё через два месяца обеспокоенный его судьбой де Голль (генерал понимал, что сколько веревочке не виться…) приказал герру Ляйтгебу ретироваться.
И Армад Мишель снова ушел в лес, прихватив с собой заодно «языка» в высоком чине и всю наличность комендатуры.
А дальше пошли новые подвиги, личное знакомство с де Голлем, и – победный марш по улицам Парижа. Кстати, во время этого знаменитого прохода Армад Мишель шел в третьем от генерала ряду. Войну он закончил в ранге национального Героя Франции, Кавалера Креста за добровольную службу, обладателя Высшей Военной Медали Франции, Кавалера высшего Ордена Почетного Легиона. Венчал всё это великолепие Военный Крест – высшая из высших воинских наград Французской Республики.
Вручая ему эту награду, де Голль сказал:
- Теперь ты имеешь право на военных парадах Франции идти впереди Президента страны.
- Если им не станете вы, мой генерал, - ответил Армад Мишель, намекая на то, что у де Голля тоже имелась такая же награда.
- Кстати, нам пора перейти на «ты», – сказал де Голль.
К 1951-му году Армад Мишель был гражданином Франции, имел жену-француженку и двух сыновей, имел в Дижоне подаренное ему властями автохозяйство (небольшой завод, по сути) и ответственную должность в канцелярии Президента Шарля де Голля.
И именно в этом самом 1951-м году он вдруг вознамерился вернуться на Родину, в Азербайджан. (читай – в СССР).
Для тех, кто знал советские порядки, это выглядело, как безумие.
Те, кто знали Армада Мишеля, понимали, что переубеждать его – тоже равносильно безумию.
Де Голль вручил ему на прощание удостоверение почетного гражданина Франции с правом бесплатного проезда на всех видах транспорта. А спустя дней десять дижонское автопредприятие назвали именем Армада Мишеля.
В Москве нашего Героя основательно потрясло МГБ (Бывшее НКВД, предтеча КГБ - авт.) Почему сдался в плен, почему на фото в форме немецкого офицера, как сумел совершить побег из Концлагеря в одиночку и т.д. и т.п. Репрессировать в прямом смысле не стали, отправили в родное село Охуд и велели его не покидать. Все награды, письма, фото, даже право на бесплатный проезд отобрали.
В селе Охуд его определили пастухом. Спустя несколько лет смилостивились и назначили агрономом.
В 1963-м году вдруг вывезли в Москву. Пресловутые сто тысяч, беседа и обед с Хрущевым, отказ от перевода в пользу Фонда мира. Хрущев распорядился вернуть ему все личные документы и награды.
Все, кроме самой главной – Военного Креста. Он давно был экспонатом Музея боевой Славы. Ибо в СССР лишь два человека имели подобную награду – главный Творец Советской Победы Маршал Жуков и недавний сельский пастух Ахмедия Джабраилов.
Он привез эти награды в село и аккуратно сложил их на дно старого фамильного сундука.
А потом наступил 66-й год, и мы вернулись к началу нашего сценария.
Точнее, к той весенней дате, когда двое старых друзей проговорили друг с другом весь вечер и всю ночь.
Руководитель одной из крупных европейский держав и провинциальный сельский агроном.
Наш герой не стал пользоваться услугами «товарищей». Он сам уехал в аэропорт, купил билет и отбыл на родину.
Горничная гостиницы «Москва», зашедшая в двухкомнатный «полулюкс», который наш герой занимал чуть менее двух суток, была поражена. Постоялец уехал, а вещи почему-то оставил. Несколько костюмов, сорочек, галстуков, две пары обуви. Даже нижнее белье. Даже заколки. Даже зонт для дождя.
Спустя несколько дней, агронома «повысят» до должности бригадира в колхозе.
А через недели две к его сельскому домику вновь подъедут автомобили, в этот раз – всего два. Из них выйдут какие–то люди, но на крыльцо поднимется лишь один из них, мужчина лет пятидесяти, в диковинной военный форме, которую в этих краях никогда не видели.
Что и можно понять, потому что в село Охуд никогда не приезжал один из руководителей министерства обороны Франции, да ещё в звании бригадного генерала, да ещё когда–то близкий друг и подчиненный местного колхозного бригадира.
Но мы с вами его узнаем. Мы уже встречались с ним на страницах нашего сценария (когда он будет полностью написан, разумеется).
Они долго будут обниматься, и хлопать друг друга по плечам. Затем войдут в дом. Но прежде чем сесть за стол, генерал выполнит свою официальную миссию. Он вручит своему соратнику официальное письмо президента Франции с напоминанием, что гражданин СССР Ахмедия Микаил оглу (сын Микаила – авт.) Джабраилов имеет право посещать Францию любое количество раз и на любые сроки, причем за счет французского правительства.
А затем генерал, - нет, не вручит, а вернет, - Армаду Мишелю Военный Крест, законную наградную собственность героя Французского Сопротивления.
Ну и в конце концов они сделают то, что и положено делать в подобных случаях – запоют «Марсельезу».
В стареньком домике. На окраине маленького азербайджанского села.
Если бы автор смог бы только лишь на эти финальные мгновения стать режиссером фильма, то он поступил бы предельно просто – в сопровождении «Марсельезы» покинул бы этот домик через окно, держа всё время в поле зрения два силуэта в рамке этого окна и постепенно впуская в кадр изумительную природу Шекинского района – луга, леса, горы, - а когда отдалился бы на очень-очень большое расстояние, вновь стал бы автором и снабдил бы это изображение надписями примерно такого содержания:
Армад Мишель стал полным кавалером всех высших воинских наград Франции.
Ахмедия Джабраилов не получил ни одной воинской награды своей родины – СССР.
В 1970-м году с него был снят ярлык «невыездного», он получил возможность ездить во Францию и принимать дома своих французских друзей.
Прошагать на военных парадах Франции ему ни разу не довелось.
В 1994-м году, переходя дорогу, он был насмерть сбит легковым автомобилем, водитель которого находился в состоянии легкого опьянения. Во всяком случае, так было указано в составленном на месте происшествия милицейском протоколе.

19

Английские ученые говорят, что все животные – потенциальные алкоголики: спиваются быстро и необратимо. Не знаю. Я неоднократно пробовал поделиться со своей кошкой водкой, текилой и виски. Она не пьет. В этом смысле слова, конечно. Под кран пристроиться, чтоб потом неизвестные науке звуки изрыгивать, это она может. Крепкие же спиртные напитки не пьет, а от пива еще и воротит нос, шипит и фыркает.

В отличие от кошки водку пьют все мои уральские друзья, кроме одного после трех инфарктов. Это и сподвигло нас собраться на совсем небольшой интеллигентный пикничок на восемь рыл на берегу маленькой речушки с раками. Раков было мало, водки, понятное дело, наоборот, поэтому раков не варили а жарили на решетке. Водку просто пили. Стаканами. как положено. И вот после очередного разлития по стаканам из кустов зеленой тенью вылетела лягушка и аккуратно приземлилась мордой в Сашкин стакан, почти ничего не расплескав.

Вообще лягушка в русских народных сказках, легендах и тостах имеет образ скорее положительный. Светлый, я бы сказал, образ - всяким Карениным не чета. Стрелы на болоте собирает, в коробчонке катается, лебедей из рукавов в пруд вытряхивает. Когда две народных лягушки попало в крынку с молоком, то одна утонула исходя из безнадежности, а вторая, назло первой, шевелила ластами изо всех сил, сбила ими масло и вылезла к утру.

Эта в водке ластами тоже шевелила. Но напрасно. Во-первых, водку в масло фиг собьешь, а во-вторых, передние ласты у нее маленькие, а задние торчали из стакана наружу. Крепкие уральские мужики в школе слышали, что лягушки нифига не видят неподвижные предметы и прыгают только для того, чтоб их рассмотреть, поэтому могли простить незваного гостя.

Но, между тем, уровень водки в плотно зажатом корнями дерева стакане категорически уменьшался.

- Она пьет, сука. – Николаич зацепил лягушку за задний ласт и попробовал вытянуть из стакана, - лакает, сволочь, без приглашения.

Зеленый алкоголик в стакане сидел прочно, вылезать не собирался и вяло отмахивался лапами от Николаича.

- Ах так, - справедливо возмутился Николаич, - ну я тебе, падла, сейчас устрою. На всю жизнь запомнишь, как мою водку без приглашения чавкать.

Он взялся за стакан левой, за лягушку правой и с коротким “чпок” резко отделил одно от другого. Водки в стакане осталось на два пальца. А лягушка обвела всех мутными глазами и чего-то недовольно булькнула.

Николаич посмотрел на лягушку, посмотрел на стакан, посмотрел на лягушку, перехватил ее поудобнее, вылил остатки водки в добровольно открытую лягушачью пасть и со словами: “иди освежись”, - выкинул ее в реку.

Я не знаю, правы ли английские ученые. Ничего не могу сказать по этому поводу. Но с уверенностью могу сказать, что пьяные лягушки в воде не тонут. Они плавают. Причем весело перебирают лапками и плавают быстро. Но на спине. На спине, по спиралевидной траектории. Правая передняя лапа у пьяных лягушек сильнее загребает чем левая. Это минус.

Так на спине, кругами, кругами и уплыла. Может на болото за стрелами, может и к ученым в Англию, я не знаю.

20

Субботнее утро. Около девяти утра.
За забором нашего дома слышу разговор двух мужиков:
М1: ... да не даст она тебе, даже не думай!
М2: Ну почему же! Она меня уже меня знает. Я к ней часто захожу.
М1: Сам подумай - зачем ей это надо! Только проблемы лишние. Да и у неё таких как ты столько, что всех не запомнишь.
М2: Может все-таки даст! Никто ведь не увидит и не узнает.
М1: А откуда ей знать, вдруг зайдёт кто-нибудь? А, может, ты сам разболтаешь по пьяному делу.
М2: Ну не ждать же до 11 утра! Сдохнуть же можно!

P.S. Продажа заветных жидкостей в магазине на углу разрешена с 11-00.

21

Жыву я сейчас в соединенных штатах и служу в славных войсках
американской армии. Много всякого смешного случается. Всего даже и не
запомнишь. Но я решила хотя бы несколько историй рассказать. Все равно в
данный момент на "посту" скучаю.
А сейчас несколько слов об особенностях американской армии. Дедовщины
здесь нет ( почти). Все в армии являются добровольцами и всем платят
довольно хорошо и кормят неплохо и жилье не плохое ( хотя иногда
приходится делить жилое помещение с удивительным количеством оболтусов и
с сумасшедшего размера тараканами). Но все равно, по традиции, на теми
кто только только пришел в армию нужно обязательно немножко
поиздеваться. Ново-пришедшие в основном всегда молоденькие,
полу-перепуганные, очень старательные и доверчивые рядовые.
Так вот таких рядовых часто посылают вещать на проверку выхлопных газов
из хамера (а как? С помощью мешка для мусора на выхлопной трубе,
конечно!), найти батарейки для " химических осветлительных палочек"
(химических!), пойти и попросить у сержанта на складе ключи от зоны 51,
проверить уровень тормозной жидкости у химита (у них тормоза воздушные и
поиск тормозной жидкости, которой там нет, занимает довольно долго),
проверить уровень жидкости в поворотниках (!) и попадаются рядовые
которые, без вопросов, бегут проверять давление в колесах танка и
которые бегут брать холостые патроны для гранатомета.
У каждого батальона свои приколы и иногда они заканчиваются харошими
пи***лями рядовому от начальства.
Вот одна из таких историй но без конечных пи***лей.
Новенький, молоденький, перепуганный солдатенок вызывается "старшими"
так как настала пора проверить и его.
"Давай ка ты, рядовой, беги быстрее на склад (склад находился в другом
здании и нужно примерно пятнадцать минут хорошего бега чтобы туда
добраться) и попроси там у сержанта рулон взлетной полосы (по англ: roll
of flight line). Рулон этот срочно нужен."
Рядовой бегом отбывает исполнять поручение даже не задумавшись о том как
выглядит взлетная полоса в рулонах и (если бы такие рулоны были
возможными) на какой хрен она срочно могла понадобится войскам
кавалерии.
"Раз послали - значит надо," наверное думал солдатенок и прибыв на склад
за десять минут предъявил свою прозьбу там обитающему сержанту. Скорее
всего в тот день сержанту было скучно и вместо того чтобы послать
запыхавшигося рядового куда подальше он, даже не улыбнувшись, сразу же
спросил:
"А какого цвета нужно?"
Солдатик огорченно бежит обратно. Возвращается:
"Зеленого!"
"Зеленого больше нет. Есть только голубого и желтого," невозмутимо
отвечает сержант. Солдат опять убегает. Через тридцать минут
возвращается:
"Желтый сойдет!"
"Хорошо, какой длинны?" И опять солдат убегает. И опять возвращается.
"Нужно шесть метров."
"Шесть метров нет. Есть только пятьсот метров и тысяча метров (примерная
длинна взлетных полос местного маленького аэропорта)." И вымученный
солдат опять бежит спрашивать! Правда на склад его уже больше не
посылали - надоело. А солдатенок так и не понял почему на складе так
трудно получить рулон взлетной полосы!

22

- Вась, не забудь купить молоко!
- Хорошо, дорогая.
- Молоко! Не портвейн как вчера, а молоко, запомнишь?
- Ну конечно же запомню!
- И не кагор, как в позапрошлый раз, ты понял?
- Да понял я, понял...
Через час в магазине:
- Чего она говорила взять - портвейн или кагор? Да не буду гадать, возьму и того и другого.

23

Мужчина ужинает с девушкой в ресторане. Они нравятся друг другу, он предлагает продолжить вечер в загородном доме. Они едут по фантастически красивому лесу на джипе, вдруг он останавливается и тоном, не терпящим возражений, говорит:
— Вылезай!
— Зачем?
— Не спрашивай!
Девушка вылезает.
— Раздевайся!
— Зачем?
— Не спрашивай!
Она раздевается.
— Лепи снеговика
Она лепит…
В тот момент когда снеговик готов, он нежно укутывает ее в шубу, они въезжают в дом, и все завершается ночью любви.
На следующее утро:
— Слушай, все было так хорошо, но зачем был этот снеговик нагишом?
— Ты знаешь, как мужчина я так себе, но этого снеговика ты на всю жизнь запомнишь!

24

- Вась, не забудь купить молоко, слышь?!!
- Да слышу, слышу...- Молоко не жирное - 0.5% жира, не перепутаешь?!!
- Да не перепутаю, будь спокойна...- Не портвейн как в прошлый раз, сволочь ты этакая, а молоко, запомнишь?!!
- Ну конечно же, запомню...- И не кагор как в позапрошлый раз, скотина, ты меня понял?
- Дусь, ну понял я, понял...- Ну иди давай...Через 10 минут в магазине:
- Чего она говорила взять - портвейн или кагор? Да не буду гадать, возьму и того и другого.

25

1905 год, Сибирь, зима. По дороге едет тройка лошадей.
В нарядной карете сидит толстый барин, закутанный в дорогие
меха.Тройка въезжает в небольшое село, подкатывает к трактиру.
Из трактира выбегает лакей с подносом, а на подносе - рюмка
водки и здоровый бутерброд с черной икрой:
- Hе угодно ли барину отведать угощения?
Барин хряпнул водку, закусил бутером и говорит лакею:
- Hу-ка ты, поди сюда!
Лакей подошел к барину. Барин - р-раз его со всей дури по
физиономии кулаком. Лакей падает на снег, через минуту встает,
вытирает кровь и говорит:
- За что же, барин ?
- Запомнишь, сволочь, как Ленин в ссылку ехал!

26

Пpиезжает Чукча (видимо, новый) из Москвы. Hу, и наpод давай
ломиться к нему в хату типа чум (яpанга? юpта?), типа, что, мол,
это за штука такая - Москва. Hу, Чукча уселся посpеди чума и
степенно так и говоpит:
- Москва, однако - бо-о-ольшой гоpод...
Молчание. Пpоходит минута, дpугая. Тут чукчи видят, что Чукча
не собиpается больше ничего pассказывать и давай опять к нему
подъезжать, дескать, это-то понятно, но что это за штука такая
конкpетно, какие там здания, какие люди, что носят, о чем говоpят
и т.д. Чукча, значит, опять:
- Говоpю, однако, бо-о-ольшой гоpод... Kак запомнишь? О-о-оч-ч-чень
большой гоpод (и пpо себя: "А голова у меня вон какой маленький").
С минуту чукчи смотpели на Чукчу с недоумением, а затем, подавленные
величием пpедставленной каpтины, выдохнули, пpотяжно так:
- А-а-а-а-а-а-а-а...
Hу стал наpод pасходиться, степенно так, по одному. И вдpуг, когда
последний чукча уже выходил из чума, Чукча как заоpет на всю тундpу
(тайгу?):
- Вспомнил!!! Пpо Москву вспомнил!!!
Hу, наpод опять повалил к нему на хату типа чум. Собpались все,
выжидательно смотpят. Чукча:
- Вспомнил пpо Москву!
Чукчи:
- Что??? Что?
Чукча:
- Чукчей там нету!
- Kак так? Hе может быть! Hеужели? Возможно ли это? -
заволновались чукчи.
- Совсем нету, - отвечает Чукча.
И тут один (видимо, самый гpамотный) спpашивает:
- Hу, а Ельцин-то? Ельцин?!
Все с последней надеждой смотpят на Чукчу.
- Ельцин-то? - Чукча!!! - гоpдо заявил он.

27

Снял мужик телку. Привез в лес. Тр..нул ее, и говорит, чтобы выходила из
машины. Телка в недоумении, выходит. Он ей: "Лепи снеговую бабу". Она
еще больше в шоке. Скатала три шара, в общем, слепила. Он ее отвез домой.
Она выходит и говорит: "Я все понимаю, но на хрена я бабу лепила?"
"Знаешь, может я как мужик и хреновый, но бабу снеговую ты на всю жизнь
запомнишь".

28

- Вась, не забудь купить молоко, слышь?!!
- Да слышу, слышу...
- Молоко не жирное - 0.5% жира, не перепутаешь?!!
- Да не перепутаю, будь спокойна...
- Не портвейн как в прошлый раз, сволочь ты этакая, а молоко,
запомнишь?!!
- Ну конечно же, запомню...
- И не кагор как в позапрошлый раз, скотина, ты меня понял?
- Дусь, ну понял я, понял...
- Ну иди давай...
Через 10 минут в магазине:
- Чего она говорила взять - портвейн или кагор? Да не буду гадать,
возьму и того и другого.
.doc