Результатов: 12

1

ВСЕ ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ
Есть старая пословица: «Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь...»
В моем понимании она должна звучать иначе: «Не говори «гоп» - даже если
уже перепрыгнул...»
Мой друг Эдик «срочную» служил в начале 80-х в Венгрии.
Да так лихо служил, что за два года - три раза побывал в отпуске (!) это
очень круто, кто понимает. (Я вот за два года не смог заработать даже
увольнение в город...) Вот мой бравый друг возвращается в часть и
наступает самый ответственный и волнующий момент, даже более волнующий,
чем встреча с родными – это таможня.
Хитрость в том, что тогда из СССР можно было вывезти только три
червонца, а хотелось бы гораздо больше. Ведь если даже тридцать рублей
поменять в Венгрии на форинты, то можно прикупить спортивный костюм! А
что может быть на свете лучше спортивного костюма? Ничего.
Пожалуй, только десять спортивных костюмов и кроссовки...
Риск был большим: специально обученные офицеры шмонали солдатские
чемоданы, да и форма у всех одинаковая, а значит и места на форме
которые служили тайниками – тоже не отличались разнообразием.
Если поймают, то в зависимости от суммы: в лучшем случае лишат звания,
отправят на губу на месяц, и дембель отодвинут до упора... В худшем –
тюрьма.
Эдик три последних дня не спал, волновался, готовился. Выдолбили с отцом
в каблуках подвалы и загрузили в них по 250 рублей под каждую пятку.
От дикого давления каблуки в любой момент могли отстегнуться как горные
лыжи...
Вот и настал момент «Х», прошмонали чемодан, хитро посмотрели в глазки,
поверили, пропустили. Ура!!!
От радости не чувствуя 500 рублей под ногами, Эдик зашел в зал, где и
стал дожидаться поезда в родную часть.
За ним впорхнули еще двое эйфорийных счастливчиков, для которых шмон
тоже был позади. Счастье сближает - парни быстро познакомились и
немедленно отправились в туалет, перекурить это дело.
В туалете на всех кабинках висели бумажки с надписью «ремонт», ну да не
за этим они пришли. Главное, что курить можно...
Посмеялись, поговорили о бабах, поспрашивали - кто откуда родом, и один
сержант, понизив голос сказал:
- Я был в шоке, думал – пропал. У меня по всей спине кителя под
подкладкой 300 рублей. Старлей меня еще по плечу похлопал: «На себе
ничего не везешь?»
Хорошо, что моя матушка догадалась поменять новые десятки на затертые,
чтоб не хрустели...
Второй солдат:
- А я особо и не парился, купил новую электробритву, разобрал,
выпотрошил все изнутри и забил туда больше сорока червонцев, потом пошел
в гарантийную мастерскую и за пять рублей мастер поставил на пластилине
новую пломбу. Старлей кстати смотрел на нее сука, аж очки снял.
Эдик:
- Это все херня: бритва, подкладка, вот у меня целых 500...... э...
эээ..... ээ... а...... прыжков с парашютом, а нам за них доплачивают,
так что я вообще ни одной лишней десятки не везу. Сказано три - значит
три. Зачем рисковать? И так хватает.
Двое товарищей:
- Ну, ты и сцыкло – ни одного червонца не прихватил!? Сцыкло, да еще и
балабол. Не может у тебя быть 500 прыжков! За два года 100 и то вряд ли
наберешь. Ты че там без выходных и праздников по три раза в день
прыгаешь?
Эдик:
- Да нет, 500 прыжков у меня только будет через год к дембелю, а может и
не будет... сейчас только 28...

Эдик нес еще какую-то белиберду, а сам неотрывно смотрел на кирзовые
сапоги, чернеющие под короткой дверкой в одной из кабинок...
Внезапно, все дверцы распахнулись, парни вздрогнули и увидели пятерых
солдат стоящих на унитазах (шестой стоял на полу, в его кабинке не было
унитаза, эти сапоги и заметил Эдик).
Солдаты спрыгнули, обступили нашу троицу и захохотали:
- Что, говоришь у тебя на спине три сотни? Молодец, давай спарывай
аккуратненько. А у тебя, говоришь - волшебная бритва за четыреста с
копейками? Пойдем, покажешь...
А ты боец, прыгать с парашютом любишь? Ну что сказать – молодец... удачи
тебе.
Первые двое заныли:
- Мужики, ну вы чего? Вы же тоже солдаты, как и мы, хорош
прикалываться...
- Да уж какие тут приколы, у вас двоих два варианта: либо вы по-тихому
все отдаете, либо мы зовем нашего старлея, он тут недалеко, в соседнем
зале. Тогда будет по-громкому. Или вы – бедолаги думали, что уже
проскочили? Нет, не проскочили. Для вас все только начинается...

2

Дело было уже ближе к дембелю. Оставалось служить каких-то пару месяцев.

Духи вовсю ели мое масло, налысо бритая голова и подшива толщиной в

палец сообщали всем окружающим, что шли мои законные сто дней до

приказа. Ярко светило северо-кавказское солнышко. По случаю двадцать третьего февраля весь полк, включая и наш батальон, отдыхал. Все шакалы вместе с прапорами и контрабасами ужрались дешевой бесланской водки (ну и гадость, турецкий технический спирт с водой, хуже только китайская рисовая) и пребывали в разной степени невменяемости. Остальной личный состав всеми силами, кто как мог приближал наступление дембеля, то есть расслаблялись. Я же на своем рабочем месте за батальонным компьютером пытался в Red Alert победить войска НАТО и освободить своими краснознаменными войсками великобританских пролетариев из под гнета наглых капиталистических буржуинов. Шла последняя миссия: английские линкоры на дальних подступах громили мои танковые соединения, не давая атаковать, зенитные комплексы не давали моим самолетам уничтожить линкоры, оставалось только скрытно подвести с моря подводные лодки и одним ударом утопить последнюю надежду врага. В тот момент, когда я уже был готов скомандовать торпедную атаку, дверь кабинета распахнулась от удара ноги: на пороге стоял САМ! Заместитель командира полка подполковник У. собственной персоной. Диагноз не оставлял сомнений: водка булькает под кадыком и усугубляет дикое желание кого-нибудь взъебать:

- Солдат!!!

- Старший сержант, товарищ подполковник.

- Солдат! Какого хуя?!...

3

Ещё по мотивам "Аварии старых друзей":

В начале 60-х служил у нас в стройбате некто Витя Ган-ич.
Он сам себя называл "сыном боснийского подданного".
Личность действительно неординарная: хитрожопость и ... абсолютная
безбашенность.
Он умудрился ни одного дня не побывать на общих работах - всё время
подвизался в "придурках": инструменталки, кладовые, хлеборезки и пр.
И везде хохмы, анекдоты, прибаутки. А в конце второго года вообще
стал постоянным дневальным и в это же время стал кандидатом в члены
КПСС.
Когда служба уже подкатывала к дембелю, как раз и заканчивался его
кандидатский стаж. Приходит посыльный из штаба:
- Вызывают на партсобрание по вопросу утверждения приёма.
- Скажи, что не нашёл!
Повторно приходит.
Витя:
- Я что тебе,салага, сказал!?
Тот канючит:
- Приказали разыскать...
Швырнул кандидатскую книжку:
- Передай, что мне с ними не по пути!
Удивительно, но всё спустили на тормозах.
А мне задолго до этого Витя говорил, что если домой вернётся
партийным, то Антонович (его отец) сделает с ним то, что Тарас Бульба
с Остапом.

А перед самым дембелем и того хлеще.
Где-то он раздобыл ТТ-шник, Как водится, на него стукнули.
Особисты к нему, а он им: выбросил в общий туалет.
Таких в расположении два мест на 15-ть каждый. Он сказал, что в тот,
который рядом со штабом.
Начальство решило: строение разобрать, а Витю в яму, предварительно
отсосав содержимое говновозками. Насухую не получилось - дно грунт,
месиво осталось почти до колен.
Уговаривает он своего земелю Саню Смыка и они, надев по две сварочные
робы поверх сапог, и, перевязав штанины, два дня ходили с лопатами -
имитировали поиски.
Первый день мы укатывались от картинки, хотя долго в "массовке" не
задерживались - вонища знатная.
На второй день после обеда приказ: прекратить!
С самого начала и ежу было ясно, что это пустой номер, т.к. прочёсывание
дна шло по всей площади - ведь не мог же один ТТ быть выброшен во все
15-ть дырок?
Это Вите тоже сошло с рук: видимо командиры и особисты, минимизируя
последствия для себя, наверх не доложили.
А ТТ, скорее всего, хорошо смазанный и упакованный, был заныкан в
окрестных лесах и оставался ждать нашего героя.

Эти два случая из существенных, а о рядовых "подвигах": самоволках,
пьянках и пр. и упоминать нет смысла - рутина.
И всё бы ничего, но был ещё и такой -
вопиющий!
Как-то шофера, вернувшись со станции (40 км. от части) сказали Вите,
что его разыскивает женщина с двумя детьми.
Оказывается, что ещё в Крыму за время недельного формирования нашего
ВСО (а мы уже год в Тульской обл.) он запудрил ей мозги и всё это время
писал, что он крутой служивый, всё схвачено - приезжай - дети не помеха.
Дурёха поверила...
Витя паникнул. А потом уговорил двух наших и они с "лапшой" на станцию -
неожиданно переведен в другую часть - сумели убедить её вернуться...

Вот собственно из-за этого случая я мучаю битый час клавиатуру и палец:
Такие "скоморохи", хитрожопые, безбашенные, хохмачи и пр. - это совсем
НЕ БЕЗОБИДНО. Увы...

4

Фамилия его была Исмаилов. Простая такая дагестанская фамилия. Да и сам он ничем не выделялся среди земляков. Классический даг: по-обезьяньи небритый, переваливающийся с ноги на ногу, руки в карманах, ремень распущен. Подшива в сантиметр толщиной пришита черными нитками. Ротный наловчился отрывать подшиву у Исмаилова одним движением указательного пальца правой руки. Как встретит - палец под воротником и резким рывком рвет:
- Подшиться!

Через 10 минут Исмаилов гуляет по расположению с новой подшивой, пришитой теми же черными нитками. А чего ему - молодых много, любому сунул комок, в лоб дал для профилактики - подошьет, никуда не денется. Сами даги в бригаде до ручного труда не опускались.

В батальон пришел новый командир - молодой майор, только что из академии, планов громадье, все дела. Батальон начинал работать в 7 утра, заканчивая в третьем часу ночи. Некоторые офицеры даже до поселка потом спать не ходили - а чего полчаса в один конец тратить, легче в чудильнике переночевать у холостяков.

Одним из нововведений молодого комбата была парольная система. После отбоя в батальон можно было попасть, только зная пароль. Введен был принцип дополняющего числового пароля. То есть на текущий день устанавливается паролем определенное число, допустим «двенадцать». Тот, кто желает пройти в казарменное помещение после отбоя, стучится в запертую дверь. С обратной стороны к ней подходит, как правило, помощник дежурного по батальону или дежурный по одной из рот и говорит, скажем, «пять». Тот, кто стоит на улице должен найти число, дополняющее названное из казармы число до текущего пароля. В математике это называется модулем разности. Скажешь «семь» - и отпирается огромный засов с внутренней стороны казармы. Скажешь «шесть» или иное число - и хрен тебе на рыло. Несмотря на звания и должности.

Как-то раз сержант не пустил в казарму комбрига. Так комбат ему выписал 5 суток к отпуску. Естественно, такой кусок халявы не оставил равнодушным личный состав батальона.

В тот день совещание командиров частей и подразделений в бригаде закончилось довольно рано - около полвосьмого вечера. Время летнее - конец августа. Офицеры и прапорщики сидели в курилке и травили анекдоты, истории из службы, рассказы о бабах и тому подобное. И одновременно внимательно следили за зданием штаба бригады. Как только оттуда повалили люди, все встали и побрели в ленкомнату на совещание в батальоне. Пришел комбат. Совещание в батальоне не особо затянулось - задачи были нарезаны всего-навсего к десяти вечера. Отпуская личный состав, комбат назначил пароль на сегодня. Незамысловатый пароль. Дабы люди не перетруждались. «Десять». Все радостно свалили.

Комбат жил ближе к поселку. Дойдя практически до дома, вспомнил, что в батальоне ему чего-то было надо. Чего ему было надо, история умалчивает, да и неважно это. Пришлось возвращаться.

Дежурным по батальону заступил старшина радиорелейно-кабельной роты старший прапорщик Лукьянов. Макс в народе. Помощником дежурного на беду заступил рядовой Исмаилов. Время было уже к одиннадцати вечера, команда "Отбой" была подана. В казарме наступила тишина. Макс читал какой-то детектив, Исмаилов в углу дежурки слушал народные дагестанские песни по старому расхлябанному кассетнику, монотонно подпевая, и мастерил себе какую-то мелочь к дембелю. То ли подкладки под значки из белого пластика, то ли аксельбант из белых капроновых нитей с выхолощенными калашниковскими патронами на концах кистей.

В дверь сильно постучали. Макс, подняв правую бровь, тем же глазом посмотрел на Исмаилова и махнул головой по направлению к входу в казарму.

Исмаилов тяжело вздохнул и, кряхтя, направился к двери.
- Шесть! - с жутким акцентом сказал он.
- Четыре, - спокойно сказал с другой стороны комбат. - Открывай!
- Нэ аткрою, - так же спокойно сказал Исмаилов.
- Не понял? - удивился комбат.
- Парол нывэрный! - объяснил свою наглость Исмаилов.
- Чего? - не понял комбат.
- Парол, гавару, нывэрный!
- Исмаилов, ты чего там курил? - поинтересовался комбат, на всякий случай в уме сложив шесть и четыре и получив требуемый пароль. - Шесть плюс четыре будет десять, ты чего - охренел в атаке, человече?
- Нэ будет дэсят!

Макс в дежурке отложил книгу и стал внимательно прислушиваться, изредка тихо хихикая.
- Исмаилов, сука, открывай дверь!
- Ны аткрою! - Исмаилов понял, что вот она, обещанная комбатом проверка с его стороны, и, кажется, светят пять суток к отпуску.

Комбат начал звереть.
- Исмаилов, етит твою мать, дверь открывай, сволочь!
- Ны аткрою! Нильзя!

Комбат дошел до точки кипения.
- Исмаилов, блять, ты считать умеешь, гондон рваный?!
- Умэю!
- Шесть плюс четыре сколько будет? Десять?
- Нэт!
- Ну! Ну, сука! Выдрочу щас! Уебище пятнистое! Слышь, харя!
- Слышу, таварыщ майор!
- Дверь открывай, сука сраная!
- Нэ аткрою!

Макс затаился в дежурке, давя хохот.
Комбат принял единственное на тот момент правильное решение.
- Слышь, воин, ибена мать! У тебя на руках сколько пальцев?
Исмаилов надолго замолк.

- Ты чо там - уснул, грызло?
- Дэсят, таварыщ майор!
- Ну слава тебе, Господи, хоть в этом ты с Аллахом скоординировался. Исмаилов, сволочь!
- А?
- Сожми кулаки, уебище! - комбат начал повторяться в эпитетах. В обычном состоянии он себе такого не позволял. Но в экстренных случаях словарный запас у него сокращался.
- Ну, сжял!
- Отогни шесть пальцев!
Исмаилов снова замолк.
- Ну? Отогнул?
- Атагнул!
- Теперь еще четыре отогни, гнида горбоносая! И посчитай, сколько получилось!

Исмаилов снова замолк. Комбат терпеливо ждал окончания вычислительного процесса.
- Вай, таварыщ майор! Сычас аткрою, таварыщ майор! Сычас!

Комбат дождался, пока Исмаилов отодвинет засов, спокойно зашел в казарму, взял своим кулачищем Исмаилова за камуфляжную куртку на уровне верхних карманов, поднял на уровень своего лица и стал методически стучать его спиной о стенку.
- Дежурный!
Макс появился из дежурки.
- Товарищ майор, дежурный по батальону сташ прапщ Лукьянов!

Комбат отпустил Исмаилова и тот, поднявшись с пола, исподлобья смотрел на обоих начальников.
- Лукьянов, завтра наряд не сдадите до тех пор, пока эта сука не сдаст мне зачет по таблице умножения. И не приведи Господи, он ее не сдаст - на вторые сутки пойдете.
- Есть!

В полвосьмого утра они плотно сидели на таблице умножения на три.

5

Из армейских воспоминаний.
Я проходил службу в одном из штабов Московского военного округа в середине 80-х годов. Ближе к дембелю встал вопрос об оформление дембельского альбома, ну понятно, куча фоток из жизни солдатской: в увольнениях, в казарме, на спортивных соревнованиях и т. д. Но, ведь мы служили в штабе и грех не сфотографироваться на своем рабочем месте, в радиобюро! Сказано сделано, принесли фотоаппарат, вспышку и вперед с песней! Отщелкали две или три пленки: ты в наушниках, ты за радиоприемником, ты работаешь на ключе. В общем, мечта шпиона! Отослали молодого бойца в казарму, чтобы за ночь проявить пленку и утром притаранить ее в штаб.
На следующий день выходим на обед, встречаем гонца и начинаем смотреть негативы. Так, на минуточку напомню, дело происходит на территории одного из московских штабов, где полно старших офицеров и даже генералы не редкость. И вот мы - молодые оболтусы стоим и рассматриваем, отснятую пленку наслаждаясь резкостью и четкостью кадров! И тут раздается голос с небес: что смотрите солдаты? У нас за спиной стоял целый полковник! В общем, наступила немая сцена! Лично у меня в голове метеором пронеслись мысли о дембеле в последний день июня, где-нибудь на Кушке (где-то на окраинах Туркмении) и это в лучшем случае, про худший вариант думать не хотелось, но думалось! Могло дело дойти и до дисбата! Шутка ли фотосъемка в здании штаба, это же мечта особиста! "Так что же вы там смотрите, солдатики?" - снова вопрошает полковник. Я, набравшись наглости, отвечаю, мол в выходные были в увольнении и ходили в Музей Вооруженных Сил и там и снимались! Полковник, кивая головой, мол это хорошо, вдруг и молвит: "Дайте и мне посмотреть". Вот тут нам стало по-настоящему херово! Все худшие варианты развития событий вдруг стали очень реальны! Деваться некуда, протягиваем пленку, он смотрит ее на свет (эти десять секунд мне показались десятью годами). Он возвращает пленку и говорит: " Только в штабе не фотографируйте!" Вот тут немая сцена снова повторилась!
Ps. Теперь спустя много лет, я думаю, что он просто не мог внимательно рассмотреть пленку, в силу возраста он вблизи, возможно, плохо видел, а очки постеснялся надевать! Вот такая история случилась со мной и моими друзьями почти тридцать лет назад! Но те волшебные ощущения, пережитые в тот миг, свежи до сих пор!

6

Мой ДМБ.
Меня всегда умиляла в соотечественниках склонность к слепому следованию традициям.
Например-изготовление дембельских альбомов. Это ж такие талмуды строили-Иван Федоров об
печатный станок б убился от зависти.
Из чего только их не мастырили! На обложки шли шинели,гимнастерки,кожзам,ободранный с сидений техники,застежки делали из боеприпасов...Мама моя... Сколько усилий. Кальку добывали незнамо где,рисовали идиотские карикатуры,переписывали ,слюнявя химические карандаши какую-то чушь типа
"Кто не был,тот будет,кто был-не забудет 730 дней в сапогах"
При этом все это с каким-то "тяжким звероподобным рвением". Ночами напролет,озираясь по сторонам,с риском попасться. Мрак.
Начальство же охотилось за этими девичьими альбомами с таким же необъяснимым осатанением.
Днями и ночами офицеры,подобно иезуитам,выслеживали сии еретические тома манихеев.
При отлове радовались как дети,рвали в клочья найденное и радостно плясали на обрывках былой роскоши под стоны и рыданья альбомолишенца. Я был в полном ахуе. Я не понимал одного-НА ХЕ РА. Причем как не догонял нахера ловить,так и не мог взять в толк -к чему все эта красота.
То же самое и с формой. Полгода убить на наряд,в котором пройти по улице с единственной целью:лишить сомнений всех наблюдающих(не исключая собак)-что ты полный кретин.
Это зачем? Кстати-начальство,что рвало сей кутюр в клочья ,я в душе понимал. Нельзя выпускать народ на улицу в таком виде. Что люди об армии подумают? Вон,мол,до чего людей доводят там-папуасы и то поскромнее с ума сходят. Слезу смахнут и старшенького тетке в Бердичев отправят. Я б тоже сильно призадумался о перспективах своего служения Отчизне,повстречав вот такого защитника Родины(см фото)
Ну его нахуй,решил бы,там в месте с священным долгом все мозги отдать придется.

Я то сам давно считал,что форма в СА ублюдочная до полной неизлечимости. И как ее не перешивай-ублюдочность ее только возрастает. Кстати-на 1,5 годах службы я ,наконец,нарыл средство от набивших оскомину приставаний офицеров по поводу нарушений формы одежды.
Суть претензий всегда сводилась к следующему:
1. Офицеры стремились создать подчиненным утяжкой ремня осиную талию -тогда как те с немым упорством норовили носить бляху на гениталиях.
2.Форма солдатами "ушивалась"-офицеры боролись за максимальную парусность личного состава.
3. Воротники. Солдаты,подобно дворянам 18 го столетия норовили засобачить стойки-см рис
Гансы же с яростью отрывали сии художества.
4. Шапки-ушанки. Личный состав норовил утюгом и нитками сделать их повыше-начальство ж стремилось к обратному.

Так вот-став "дедом" я решил для себя этот вопрос раз и навсегда.
Мы с Санечкой(мальчиком из МГИМО) пошли другим путем.Полностью капитулировали перед пожеланиями офицерства.
1.Надели галифе метровой парусности,вставив в него пружины-для пущего размаху.
2.Гимнастерки же,наоборот,напялили-впритык.Разгладили воротники-в ноль,по моде 70х годов.
3.Попрыгали на шапках,раскатав их в блин-до состояния кепок аэродромов.
4.Утянули друг другу ремни до "не дыхнуть не пернуть"

Картина впечатляла. "Кто в армии служил-тот в цирке не смеется",но,выпусти нас на арену-и полегли бы все. И служившие и откосившие и звери в клетках.
В таком виде мы и попались на глаза дежурному Калимулину(Нассреддину)-ярому строевику.
Того чуть кондратий не обнял. Орал так-я боялся у него коронки расплавятся.
Отбуксировал нас в роту-под светлые очи начальства. Комроты осел от хохота-не смог наорать.
Потом побежал за фотоаппаратом. Мы же делали "Бровки-домиком,губки-бантиком"
Мол-а чо? Что не так? Все было так и даже слишком...но вместе-это было нечто.
В конце концов,нафотографировавшись и наржавшись,майор велел "Прекратить хуйню!"-и больше меня за всякие ремни,подшивки,крючки и прочую херню не дергали. Ну почти.

Вернемся к дембельским регалиям.
На вопросы "зачем" да "почему" народ отвечал невнятно. Мол,надо,тудыть его в коромысло и все. Или:
-А не то еще подумают,что чмошником был.
-Угу. Лучше уж пусть поймут что олигофреном стал. А в гражданке чего не поехать?
-А?
-Хуйна! Тебе охота всю дрогу от патрулей шхериться? Они,кстати,имеют полное право тебя затрюмить,и похуй что ты дембель.
-А,Макс,отстань. Тебе не понять. Делать же нечего-вот и ...
-Нечего?
Что за маразм? А деньги поднять? Тут же все бесхозное-такая свобода для творчества!
Я-то там творил не покладая рук. В результате тонкой комбинации в моем распоряжении оказался склад с просроченным НЗ. Тушенка,сгущеное молоко,галеты...в 88м голодном году это было целое состояние.
А то что просрочена-да кому какое дело! Местные жители аж тропу к забору протоптали -к заветной дыре с харчами. Причем бартер я прикрыл на корню-деньги на бочку и никакого самогона!
Мало того-я голодным кутенком приник к обильной сисе Родины-мамы в дембельских аккордах.
По принципу-"я вам,суки ща наработаю" Еврейское рабство-вещь малопродуктивная,египтяне подтвердят. Уверен,кстати,что Рамзес бросился вдогонку за обрезанными дембелями-как посчитал ими спизженное. Не исключаю,что соплеменники прикопали слам впопыхах-и 40 лет потом искали занычку.
Не забуду,как мы с Саньком тащили скрученную на стройке финскую сантехнику. Я волоку бачок,Саня-унитаз. И тут патруль навстречу. Я мигом бросаю добычу и испуганной макакой скачу на забор. Саня же несется от них по парку. Незабываемая сцена:воин,сметая прогуливающихся граждан унитазом со своего пути-уносится вдаль под вопли трех комендачей. Унитаз так и не бросил,красавчик. Комендатура(налегке) его не догнала. Я потом долго подкалывал Саню,что в беге с унитазом на средние дистанции он бы легко Мастера спорта взял бы. А то и повыше бери-за границу б поехал. Честь родины защищать.

Так что я загодя готовил приданое. Наконец, и ДМБ подоспел.
В 88году армия таки рассталась со мной,простив недосиженные 200 суток губы...
-Ничо,утешал меня прапорщик Молочков(в миру Мудачков),провожая на волю-на зоне досидишь, касатик. Тебе недолго гулять,уж помяни мое слово!
Причиной столь трепетного внимания старшины,были неявные опасения,как бы я чего в роте не спиздил. Дурачок. Все спизженное хранилось у зазнобы в городке,а не в роте,как у некоторых дебилов. А,надо заметить,что в каптерке я учинил знатную потраву. И не зря.
В то время в СССР нагрянули толпы иностранцев поглазеть на перестройка,Горби,гласност и,само собой приволочь домой что-то из осколков наебнувшейся Империи Зла. Хоть кусочек медного таза,коим Мордор накрылся. А что может быть лучше формы вероятного противника-как свидетельство победы? Разве что его скальп.
Вот это то я и натырил с каптерки в оптовых количествах. Форму,в смысле,а не скальпы.
Каски,песчанки,тельники,противогазы,фляжки,знаки различия,детали амуниции и даже броник потихоньку стаскивались мной к Любе. К желанному дембелю Любина хата могла бы экипировать взвод всем необходимым.
Отмотавшись от вещего прапора,я свинтил к милой. Кстати,Кассандрой ему не быть.Я то,тьфу-тьфу-тьфу,цугундера миновал,а вот Мудачкова по результатам моей деятельности на два года затрюмили.
То есть тырил то он и сам-и в больших количествах,но,поймали его на недостаче броника,начали копать,и...
"Случилось так,что два мента-урода
Мене отняли счастье и свободу"
Поимев напоследок Любу на мешках с формой-и озаглавив происшедшее "формальными отношениями",я пошкандыбал на волю. Как дотащил все-не помню. Муравьи и то замирали,разинув жвала, на меня глядючи. Но жадность пересиливала усталость и удесетеряла силы.
Отдышавшись дома,я попер проверить старые утюжеские точки. На смотровой площадке МГУ толпы иномудаков скупали кроличьи шапки с кокардами. М-дя. Дожили. При мне честному утюгу надо было извернутся,что б отловить иностранца для ченджа,а тут их как лососей на нересте.
Как изменился мир за два года.
В стороне от общего бурления мудил,стоял некто лет 40,и презрительно поглядывал на соотечественников. Угу. Цель есть.
Проходя мимо я кокетливо помахал перед иностранцем свежеспизженным штык-ножом. Тот моментально сделал стойку. Понятно. Армейский. Фишку рубит-но он-то мне и нужен.
Пара слов-и клиент готов. Действительно армейский,хочет понавезти сувениров сослуживцам-но нечего. Ну не кролика же им тащить с кокардами-засмеют же. А тут...
Мчим ко мне домой. Там америкос впал в прострацию. Долго лаялись по цене,но за 3000 долл все
ушло оптом. Еле уговорил снять каску и бронежилет-не поймут ведь.
3000 долларов...88год...это пещера Али-Бабы и Форт Нокс вместе взятые...
И как же я на них отжег!
Но о том в другом рассказе.
Аминь.

7

Было это в 70-х. Приехала к нам в часть Главкомовская проверка. Строевой смотр. Вдоль строя проходит проверяющий, полковник. Подходит к одному нашему офицеру и спрашивает: Ну что, капитан, что морда такая красная, наверно пьешь не просыхая? (а капитан уже должен был через месяц уволиться из ВС по выслуге, а лицо у него по жизни всегда было красное, как помидор). На этот хамский вопрос кэп отвечает: Да нет, товарищ полковник, просто срать хочу, жду когда отпустите, терплю. Полковник отскочил от него, как ошпаренный. На этом смотр окончился. Командир конечно нашего кэпа потом пытался "строгать". Но тому уже как дембелю было пофиг.

8

Стоит, значит, в дупель пьяный дембель на плацу, тут его заметил генерал, который прогуливался рядом. Разьяренный весь генерал подходит к дембелю и спрашивает:
— Ты кто такой?!
— Я?! Я — дембель, а ты?
— А я — ГЕНЕРАЛ!!!
— Тоже не плохо…

9

У одного из партнеров есть коллега, сильно неравнодушный к женщинам. Сын коллеги - весь в него. Оболтусу 16 лет, но взятие крепостей и фортификаций противника- явно его любимый профиль. Из рассказа:
Вечером решил поговорить с сыном - рассказать ему наше семейное предание. Все как есть, ничего не тая- все же взрослый пацан уже.
-Ваня, нужно поговорить.
- Давай пап, только быстро, а то меня там ждут...
- Вот именно об этом и хочу.
- Ну пап, опять?!
- Нет, сынок, я просто расскажу тебе о нашей семейной особенности. Возможно, ты кое- что уже слышал об этом...
- Хорошо, рассказывай, я весь во внимании!
- Твой прадед воевал в ВОВ. Был ранен, награжден орденами и медалям.
- Знаю, конечно!
-А ты знаешь как он был ранен?
- У него был бой с разведгруппой, в бою ранило и за это его наградили!
- Не совсем так. Ты уже взрослый, и я могу тебе рассказать правду.
Дедушка ночью пошел в самоволку - к медсестре. Ну понимаешь. Он на год старше тебя был, гормоны они и на войне гормоны. Так вот, когда возвращался, напоролся на вражескую разведгруппу. Пытался убежать и когда оборачивался получил пулю. Но немцы выдали себя, а командир не хотел скандала. В результате деда наградили, а не отправили в штрафбат.
- Да ладно?
- Это правда. И это ещё не все. Дедушку помнишь?
-Да.
-Знаешь почему он слегка прихрамывает?
- Упал неудачно.
- Верно. А как упал, ты знаешь?
- Нет, как то не спрашивал.
- Ну так слушай. Твой дед тоже служил в армии. как положено, 2 года срочной службы. Уже ближе к дембелю пошел в самоволку, забрался через балкон в комнату дочки зам начальника части, но был обнаружен в самом разгаре процесса её папой, подполковником, некстати вернувшимся с дежурства. Подпол в бешенстве выхватил табельное и убил бы деда, ели бы тот не выпрыгнул в окно и не сломал себе ногу. Нога срослась неправильно и вот он теперь хромает.
- Слушай, это прямо какая то мистика уже? Ты правду рассказываешь или специально придумал?
-Не веришь, спроси у деда. И посмотри на его глаза когда будешь спрашивать.
- Ну ладно, верю, верю...
- Дело в том, сынок, что это тоже не все. ТЫ прекрасно знаешь, что первые большие деньги в нашей семье появились в 90-х. Я тогда много чем занимался, время было опасное, машины бронированные , а пиджаки малиновые. Ты знаешь, как я познакомился с твоей мамой?
-Она вроде была за мужем, а потом развелась и вышла за тебя.
-Верно. Но ты уже вырос, и я расскажу тебе как все было на самом деле. Твоя мама была замужем за скажем так очень влиятельным по тем временам человеком. Детей у них не было, да и любви особой тоже. Но тот человек её очень ревновал. А я как увидел её на приеме, так и влюбился по уши. и она в меня тоже. Стали тайком встречаться.
Но через год я не выдержал и не предупреждая залез к ним в загородный дом. Она часто на даче одна была, с охранником. А тут муж решил вместе поехать. Она меня не ждала, и в итоге я на него попал. (Поднимает свитер)
-Видишь этот шрам?
-Да...
-Это он в меня попал из ТТ. А я, когда отстреливался, ногу ему прострелил. Время было такое , сынок, все с оружием ходили. Искать он меня конечно начал, полгорода поднял на уши. Меня тогда дядя Стас спас ( это как раз мой партнер).
Он из старой семьи, знал людей. Я в итоге переписал на указанного человека почти весь свой тогдашний бизнес, а тот мужик авторитетный куда -то пропал. Говорили потом, что на него РУБОП наехал, а он делиться не захотел и сгинул в подмосковном лесу.
В итоге я остался гол почти как сокол, но зато со мной рядом была любимая женщина. Хоть и тяжело было, но я нашел в себе силы снова раскрутиться. Вроде ты не жалуешься, как мы живем ?
-Нет , папа! Ты просто герой! Я на тебя вообще другими глазами теперь смотрю!
-Так вот , сынок, я это к тому, что с учетом наших семейных особенностей умоляю тебя- БУДЬ С ЖЕНЩИНАМИ ПОАККУРАТНЕЕ!
-Хорошо, папа. Только...
- Что?
- Ты ведь мне сейчас правду рассказал?
-Да. Чистую.
- Тогда я тебе тоже должен правду рассказать. Помнишь полгода назад я в синяках пришел?
- Помню. Вы тогда с Мишкой подругу не поделили и дрались пластиковыми трубками.
- Папа, ну так вот. Мы тогда не с Мишкой подрались трубками, а Ленкин папа ( той самой подруги) застал нас в комнате вдвоем. Хорошо первый этаж, невысоко, но вот когда я обернулся фигу ему показать, он в меня пару раз из травмата попал....

10

Ох я дура
Ну и дура.
Дура я проклЯтая.
У него четыре дуры.
А я дура пятая!

Про Вовчика

Можете себе представить, что солдата срочника - выгоняют из армии!?
Полгода до дембеля а солдату показывают ворота с обратной стороны! И чтоб забыл эти ворота!
Это Вова! Не Путин.
Мы с ним в учебке служили. В Челябинске. Мужичёнка никакой. Бананы и апельсины - только в армии увидел. Жил под Вяткой, в глухом селе.
Но как он был популярен у любых женщин. У любых. Мог заболтать хоть старушку, слёзно прося на пряники, или хохоча, выманить студентку из толпы сокурсниц, под предлогом .. А хрен его знает под каким.
Вова был добытчик! Сигареты и иногда ужин на полроты голодных курсантов Вова находил без проблем, были бы рядом женщины.
Пряники и сушки мы вообще не покупали. Всё доставал Вовчик.
Ему сказочно везло! Наша рота была на третьем этаже. Он умудрялся из окна договориться с какой-нибудь бабушкой, чтоб она принесла поесть и даже выпить! В самоходы - почти не ходили, но у меня была лазейка. Так я Вовчика всегда с собой брал. Я к даме, Вова - за провиантом.
И вот раздача погонов! Закончились и учения и марш-броски с утра на 20 километров.
Все прощаются перед возвращением в родные части. Ближе к дембелю - узнал, что Вовка соблазнил жену комполка! Дело замяли. Вову попёрли из части.
Начштаба: - Вова, ты сюда не приходи. Мы тебе военный билет почтой пришлём. Постарайся не умереть до этого, а то на нас спишут.
Я знаю Вову. Он на марше никогда не ныл. Зато любые женщины - за нами караваном шли, всхлипывая, если Вова с ними хоть словом обмолвился!
Талантище!!! А вида - никакого...

11

Чукчу призвали в армию. На обеде дембель говорит чукче:
- Чукча, скажи "чай"!
- Чай.
- По лбу ложкой получай!
Чукча промолчал. После обеда послали их копать землю чукча говорит дембелю:
- Скази пазалуста "чай"!
- Чай.
- Па спина лопатой НА!!!

12

ПРЕСТИЖ

Заставу было не узнать. Все дембеля ходили с серьезными, озабоченными лицами. Они перестали заниматься воспитанием молодых солдат по ночам, перестали играть в дембельский поезд, большие гонки и другие увеселительные мероприятия, призванные скрасить дембелю оставшееся время до демобилизации. Дело было в том, что исчез дембельский престиж. Самый лакомый кусочек дембельского пирога состоял не в вышитой парадке, не в сапогах на двойных и тройных каблуках, не в дембельском альбоме. Все это давно уже было подготовлено, спрятано и ждало своего часа. Исчез последний дембельский кураж. Он заключался в совершении действия превосходящего по энергетике действия предыдущих дембелей, совершении невозможного, напряжения всех умственных и физических сил. Вишенкой на дембельском пироге прошлых лет была надпись краской на отвесной скале на высоте 10-15 метров над уровнем воды – ДМБ – и две последние цифры года. Скала была гранитной, находилась на турецком берегу горной реки, по которой и проходила граница. Откуда пошла традиция рисовать краской буквы ДМБ на скале история умалчивает, но первые буквы и цифры просматривались еще с 1965 года. Смыслом службы каждого солдата и сержанта заставы, высшей точкой сублимации его психической и физической энергии было оставление после себя на скале трех заветных букв и цифр последнего года службы. Увозя дембелей на станцию, шишига всегда останавливалась напротив скалы с заветными буквами и дембеля орали до хрипоты, фотографировались и пили брагу из местной алычи. В этом заключался высший смысл двухлетней службы на заставе, это был переход количественных изменений в качественные. Вся философия жизни отражалась в этих трех буквах, которые являли собой сакральный смысл бытия каждого дембеля. Невозможно было понять как на отвесной скале за одну ночь возникают громадные буквы. Ведь вчера их еще не было, а сегодня вот они – наглядно демонстрируют боевую и политическую подготовку советского пограничника! Как это возможно, без альпинистского снаряжения и соответствующей подготовки, думал каждый раз старшина. А может турки сами рисуют, для провокации, мелькали мысли у замполита. Командир заставы, произнося прощальную речь перед дембелями, густо замешанную на мате и угрозах, старательно прятал в усах улыбку Джоконды. Дошло до того, что офицеры заставы начали заключать пари между собой на то, появится ли надпись в этом году или нет.
Как не увещевал замполит, как не стращал старшина тюрьмой и дисбатом, надпись появлялась каждый год все выше и выше, пока не уперлась в вершину скалы. Все! Дальше было некуда! Приплыли! Финита ля комедия! Надо искать новый смысл жизни, менять систему ценностей, выстраивать новую парадигму. Этим и занимались дембеля весь последний месяц. Каждую ночь они запирались в каптерке и обсуждали возможные направления развития дембельского творчества. Старшина тихонько подходил к двери каптерки, прислушивался и через пять минут ловил себя на том, что начинает мысленно участвовать в обсуждении – это не пойдет, это не достойно, это слишком мелко, а вот это я бы попробовал. И вот ночные обсуждения прекратились! Но как ни силились отцы-командиры узнать - что решили дембеля, информация не поступала ни от стукачей, ни от комсорга, ни от каптерщика! Напряжение нарастало, день демобилизации приближался, в речи командира на утреннем разводе все больше и больше слышалось угроз и непечатных слов! Замполит каждый божий день проверял всю входящую и исходящую почту, читал солдатские письма, пытаясь найти косвенные следы задуманного. Старшина перебирал в памяти все варианты, которые он слышал и отрабатывал меры противодействия. Стукачи, мотивированные десятидневным отпуском, угощали дембелей сигаретами с фильтром и завлекали посидеть на кухне под жаренную картошечку. Каждое слово, произнесенное дембелем, тут же становилось известным замполиту и комиссионно рассматривалось под микроскопом. Но все было тщетно. Может ничего и не будет, все, баста, сдулись дембеля – мелькнула крамольная мысль у замполита.
Ночь, перед демобилизацией, выдалась неспокойная. Командир не отпустил офицеров к женам, заставляя их проводить внеплановые проверки несения дежурства нарядами. Старшина несколько раз пересчитывал спящих в казарме, причем не доверяя зрению, наклонялся к каждому и вслушивался в его дыхание, чтобы определить – спит или притворяется мерзавец. Утром, на последнем построении дембелей, командир увидел довольные и веселые лица не только дембелей, но и всего личного состава. Казалось, что все знают какую-то тайну и ждут, когда она проявится. Командиру доложили на ухо, что на скале новых надписей не появилось, ему тоже стало весело на душе и он с интересом стал ждать продолжения.
Для лучшего понимания последующих событий, надо несколько пояснить диспозицию советской и турецкой застав. Как мы уже поняли, их разделяла горная река, по которой и проходила граница. И советская и турецкая заставы находились на возвышениях, для контроля окружающей местности. Советская застава была несколько выше турецкой, и последняя хорошо просматривалась даже без бинокля. По долготе советская застава находилась западнее турецкой, которая к тому же была близко к горному хребту, поэтому утреннее солнце, появившись из-за горы сначала освещало советскую заставу, а лишь потом турецкую. На территории турецкой заставы находилась мечеть с четырьмя башнями. Как только солнце достигало минарета начинал петь мулла и начинался утренний намаз.
Построение освещенной солнцем заставы закончилось. Дежурный по заставе строевым чеканным шагом подошел к командиру и доложил о построении. Командир произнес речь, без обычных угроз последнего времени. Поздравил дембелей с окончанием службы и пожелал им достойной гражданской жизни. После речи командира, замполит дал знак оркестру – играть гимн Советского Союза. В это время утреннее солнце осветило верхушку минарета на турецкой стороне и мулла затянул свою утреннюю молитву. Командир поморщился, но тут сильные дембельские голоса начали петь гимн Советского Союза. Надо же, два года никак не мог заставить, а тут сами по своему желанию! Каких орлов я воспитал! Пронеслось в мозгу у командира. Стоя лицом к строю, он не видел турецкую заставу, а видел радостные лица своих солдат и офицеров, которые подхватили гимн Советского Союза. Пели все! В едином порыве! Их лица светились счастьем и вдохновением. Особенно старались дембеля. Некоторые были близки к экстазу! Вдруг, сзади командира, на турецкой заставе, мулла прервал молитву и отчетливо произнес русское слово с восточным акцентом – БЛИАТЬ, усиленное мегафоном, который он не выключил. Командир вздрогнул и повернулся! На освещенном солнцем минарете яркой красной краской сияла надпись – ДМБ – 90! Перед лицом командира пронеслась вся его жизнь от детского сада до сегодняшнего дня! Он повернулся лицом к строю и подхватил гимн Советского Союза зычным командирским голосом! До развала Советского Союза оставалось чуть больше года!