Результатов: 12

1

В хирургический кабинет вечером вваливается человек с вилкой в животе. Хирург
удивленно смотрит на вошедшего.
- Что такое ?
- Доктор, доктор, помогите !..
- Нет-нет, уже без двух минут семь, батенька, у меня рабочий день закончился,
завтра приходите.
- Доктор, я же кровью истекаю !!!
- Я же вам ясно сказал, рабочий день уже закончился !
- Ну доктор, умоляю Вас, сделаите хоть что-нибудь !!!!
Хирург тяжело вздыхает, подходит к мужику, рывком вытаскивает из живота вилку.
Размахивается и втыкает ее мужику в глаз. Вытирая руки об халат говорит:
- Иди ! Окулист еще принимает.

2

50-ти летняя Сара Бердж, известная как Женщина-Барби, подарила дочери на
семилетие сертификат на пластику груди. Мисс Бердж, которая потратила на
свои пластические операции более 500 тысяч фунтов, сказала, что ее дочь
– Поппи «визжала от восхищения», получив «хирургический» подарок от
родной матери. Но воспользоваться им она сможет только после 16 лет.
Если же ее грудь не будет нуждаться в увеличении к тому моменту, Поппи
может потратить эти деньги на другую процедуру.

50-ти летняя мать, признавшаяся в пристрастии к хирургическим операциям,
похвасталась, что сертификат на увеличение груди, подаренный ее дочери
на седьмой день рождения, стоит 6 тысяч фунтов.

Сертификат был только частью подарка. Сара Бердж устроила для своей
дочери гламурную вечеринку стоимостью 12 тысяч фунтов. Поппи и семеро ее
друзей отметили день рождения детским шампанским и дизайнерским тортом
за 250 фунтов. В розовом автобусе, им делали маникюр, педикюр и
боди-арт. Так же у Поппи было нарядное платье за 300 фунтов, укладка и
макияж.

На день рождения Поппи получила компьютер, ожерелье и кольцо Swarovski
за 450 фунтов и обещание сходить на спа-процедуры стоимостью 4 тысячи
фунтов, но главным подарком все-таки был сертификат на увеличение груди.

Поппи говорит, что не может дождаться, когда она станет обладательницей
шикарного бюста как у мамы: «Они такие красивые» - восхищенно заметила
Поппи.

На прошлый день рождения Женщина-Барби подарила своей дочери уроки
стриптиза, пишет Daily Mail.

Сара Бредж управляет клиникой пластической хирургии, организует
вечеринки и пишет эротические романы, благодаря чему может позволить
себе устраивать такие праздники.

По словам Бердж, «Поппи – обычный ребенок, она любит спорт, любит
гулять. Но современных девочек не вдохновляют Золушка и Белоснежка. Они
хотят стать знаменитостями, такими, как Шерил Коул и Леди Гага. Я хочу,
чтобы ее мечты осуществились».

3

Говорят, у мужчин имеется целых 7 возрастных кризисов, а вот у женщин
таких я пока насчитала всего два. Первый можно назвать кризисом «я не
такая, как все». Он начинается лет в 15 и заканчивается годам к 25. У
всех по-разному. В этот период мы наблюдаем у девочек «прорывы
ясновидения», стремление к стервозности (читай, к гламуру, красной
машинке и толстому кошельку), готические кривляния, и т. д., и т. п.
Второй кризис я бы назвала кризисом Малахова. Яснее словами его выразить
трудно. Наверное, такой период наступает в жизни каждой женщины сразу
после климакса, когда при взгляде в зеркало перед ней предстаёт мать
Тереза и великая народная целительница, вместе взятые.
И начинаются закидоны – сложное время для близких и родных
экстравагантной дамы. Не дай бог кому заболеть! При самой обыкновенной
простуде в ход идёт тяжёлая артиллерия: «Я тебе точно говорю! Дай, я
пописаю на тряпочку и положу её тебе на лоб!». Дети, держась от смеха
за живот, в истерике катаются по дивану. Муж деликатно уходит на
балконный перекур. Несчастный больной выкручивается, как может. «Да нет,
я лучше парацетамол выпью». – «Не трави себя химией!». – «Да и врачу
уже позвонили…» - «Что эти врачи понимают!..» (и длинный трактат о
возможностях, а вернее, невозможностях современной медицины).
К огромному сожалению «целительницы», болеют близкие редко, и в
свободное время приходится заниматься самолечением болячек. От
самолечения не становится лучше или хуже. Становится скучно. И дама
переключается на профилактику заболеваний.
Дождавшись приезда родственников, она зажимает в углу бедолагу, который
очки носит с детства, и начинает: «А ты знаешь, что полезнее всего для
глаз?» Бедняга, который успел выучить наизусть не только название
собственного, поставленного офтальмологом, диагноза, но и излазить кучу
тематических сайтов, молчит, подыскивая подходящий ответ. Дама, приняв
его молчание за тупость непрофессионала, гордо изрекает: «Черника! Надо
есть чернику и йогурты. А ещё Аюрведа рекомендует амлу и промывать глаза
настоем фенкеля!» Очкарик растерянно молчит. Черникой его пичкали с
детства, современные йогурты из жидкого пластика дерут горло так, что он
давно на них забил. Таинственная амла и фенкель заранее внушают тоску и
ужас.
Так и страдают наши Терезы, а заодно и близкие, пока действительно не
припечёт. И с острым приступом аппендицита от самолечения попадают на
хирургический стол, где снова проникаются к медицине утраченным было
доверием.
А уже позже, годам к 70, те же дамы образуют живой заслон в приёмном
покое поликлиники – несмотря на то, что колет там и тут, чисто для
профилактики…

4

Было это давно, в советские еще времена. Была у меня в школе замечательная подружка-одноклассница Наташка. Сейчас-то мы как-то растерялись, знаю только, что она стала художником-дизайнером, а тогда в школе были не-разлей-вода.
Талантливый человек талантлив во всем! Наташка отлично рисовала, замечательно писала сочинения, и даже стихи. Иногда рассказывала прочитанные книги, причем настолько изумительно, что оригинал оказывался хуже ее пересказа. Весь класс на переменке собирался послушать ее, если она начинала что-то рассказывать...
Как-то в один несчастный день разболелся зуб у нее, щека распухла. И после уроков мы с ней поскакали галопом в стоматологию. Приговор дежурного врача был суров - удалять к чертовой матери! Тогда зубов-то не жалели. Мы заняли очередь в хирургический кабинет и обреченно уселись на скамеечку ждать своей участи.
Наташка нервничала конечно, я пыталась ее как-то отвлечь, но не очень получалось. И вдруг она говорит:
- Ты знаешь, недавно тут прочитала книжку, таааакая интересная! хочешь расскажу? Она правда толстенная, и длинная очень, но настолько захватывает, я неделю оторваться не могла!
- Конечно хочу, рассказывай! - обрадовалась я.
- Ну вот. Приехал, значит, мужик в деревню... - начала Наташка.
Открылась дверь в кабинет, и ее позвали делать укол анестезии. Там ей вкатили громадный шприц новокаина и велели ждать минут десять в коридоре, а потом заходить, когда онемеет. Вышла она оттуда, задумчиво потирая челюсть, и молча села рядом со мной. Мы посидели. Помолчали. Я говорю:
- Ну и что дальше?
- В смысле?
- Ну ты рассказывала... приехал мужик в деревню...
- Ааа, ну да... (лошадиная доза новокаина начала свою работу, и челюсти у нее двигались уже с трудом) ..приехал значит...мужик...в деревню...
Пауза. Спрашиваю:
- И что?
- Ну и...жил там...
(Анестезия почти окончательно лишила ее дара речи)
- И что?
- И ФСЁ!!!

Продолжения толстенной и интереснейшей истории я так и не узнала, Наташка наотрез отказывалась рассказывать, видно неприятные ассоциации она у нее вызывала.

5

xxx: Расскажу я тебе кулстори. Уход за больными, хирургический профиль.
xxx: Первая пациентка - с грыжей, все ок. Вторая - с грыжей, тоже все ок. Потом - молодой мужчина. У него ножевое ранение (шов), лапаротомия срединная (длинный шов посередине живота) и непонятные какие-то дырки чуть выше подвздошной области с двух сторон, заткнутые салфетками. Врач начинает вытаскивать эти салфетки из дренажей, дабы заменить. Больной натуральным образом орет. Переходят ко второму дренажу. Мы ничего не видим, больной орет, и тут я понимаю, что воздуха мне не хватает и в глазах как-то подозрительно темнеет. Первое просветление сознания - доходит, что вишу на руках преподавателя. Он меня приподнимает и в буквальном смысле из перевязочной уносит.
xxx: Последняя мысль: "ОН МЕНЯ НЕ УНЕСЕТ! Я ТОЛСТАЯ!"

6

Есть понятие в стоматологии - резекция верхушки корня. Это хирургический метод лечения хронического периодонтита.
Так вот, забегает в кабинет резвая тетя и орет:
- Девочки, мне надо срочно эрекцию сделать.
Я чуть не упала со стула.
- Вам к хирургу - говорю.
Она в коридоре догоняет хирурга:
- Доктор, мне срочно надо эрекцию сделать.
А хирург у нас невозмутииимый, медленно поворачивается к ней и отвечает:
- Мне 48 лет, я быстро не могу.

7

"Если у Вас нету дяди."

Я уже как то рассказывал о дяде моего отца (может кто читал истории про сестру Чойбалсана, Ландау, Германа Титова). Это был уникальный, добрейший, и выдающийся человек. Ушел на фронт в июне 1941-го вместе со всем своим курсом, служил фронтовым хирургом, дослужился до полковника и вышел в отставку. Потом почти 30 лет он проработал в ЦИТО и через его приемную и хирургический стол прошли десятки знаменитых Советских спортсменов, политиков, актеров, научных деятелей, итд. Кавалер разных орденов, лауреат всяческих премий, доктор наук, автор более 100 научных статей, нескольких монографий, с дюжины изобретений, итд, итп.

Как водится такие люди и дружат с людьми яркими и неординарными. Например он дружил с Ю.В. Никулиным (актер кино и цирка), c С.П. Капицей (учёный), и Е.А. Фёдоровым (врач 1-го отряда космонавтов). А ещё один его друг сыграл достаточно ключевую роль в истории моей семьи. Про него и речь пойдёт.

После института мой отец был призван дабы отдать 2 года на благо танковых войск CCCP в качестве комвзвода. Прошёл год, другой, до дембеля остались считаные недели и тут организовываются танковые учения. Наверное отец мог от них и отмазаться, ведь дембель на носу, но он человек очень ответственный, если Родина сказала надо, значит надо. Хоть это и было начало 70-х, он служил на Т-55. Тогда в их дивизии (кстати ей командовал Геннадий Маргелов - сын того самого Маргелова), все офицеры, от комвзвода то комбата должны были быть примером для призывников, так что ожидалось что все офицеры умеют отлично и водить танк и стрелять из танковой пушки.

Свои машины стояли на консервации, в коконах или полукоконах. А для учений пригнали танки из тех что гоняли на учения из полка в полк. И готовили их учениям не сами, а хрен знает кто. Танков было несколько и для учений сформировали группы из комвзводов, комрот, и комбатов для каждого танка. Отцу естественно не повезло и он попал в группу с своим комбатом, ротным и другим взводным. Каждый член группы должен был показать навыки как командир танка, механик-водитель, наводчик и заряжающий (т.е. после каждого "круга" все менялись местами и "должностью"). Задание простое - провести танк по местности, преодолеть какие-то препятствия и сделать несколько выстрелов из танковой пушки по мишеням. Учения начались, поехали.

Сначала отстрелялся комбат, потом ротный, потом очередь моего отца дошла. Тут он видит что тот кто готовил танк к учениям забыл поставить загородку которая блокирует откат пушки после выстрела (грубейшее нарушение безопасности). И главное этот танк кто-то допустил к учениям. Вот здесь получилась дилемма, кстати очень жизненная, если экстраполировать ситуацию. По правилам танк принимать в таком состоянии нельзя, но тогда надо останавливать учения, докладывать выше. А кому выше-то, комбат рядом. И главное и комбат и ротный уже приняли танк и отстрелялись. Получается что некий взводный, прямо перед дембелем, начинает права качать и выставлять вышестоящих нарушителями. Что он самый умный что-ли? То есть или надо идти на принцип, или просто тихонько принять танк и отстрелять свои несколько выстрелов. Он и выбрал последнее, за что и поплатился.

Сделал мой отец один выстрел, другой, и вот последний и последняя мишень. В пылу учений забыл он про неустановленную загородку и тут же был наказан. После выстрела пушка откатом ударила его в локоть правой руки. Пушка у Т-55 ого-го какая. И откат у неё тоже ого-го какой. И сносит пушка ему локоть напрочь. Вместо локтя месиво из жил, вен, костей, мяса, итд.

Что должен сделать человек? Наверное взвыть белугой, распихать всех и вся, и требовать чтобы его срочно везли в медсанбат. Что же делает он? Ему стыдно прекращать учения и он сжав зубы приткнулся к стенке. Тем более что при следующем круге ему надо быть командиром танка.

До сих пор не понимаю как он дотерпел до конца учений. И ещё больше не понимаю как он из танка вылез и даже виду не показал, руку как то лишь как то прикрыл. Вылез, но честь отдать может лишь левой рукой. Комполка "ты чего?" "Да там фурукнул вскрылся" отвечает. "Тю-тю какие мы нежные, ну иди до врача." Пошатываясь добрёл до врача, показал, тот в ужасе. Срочно вкатили обезболивающего и в машину, а там он и отрубился.

Привезли в медсанчасть. "Ни хера себе?" Как же тебя угораздило то?" Локоть орган очень непростой, оперировать его не каждый, даже опытный, хирург ортопед возьмётся, но армейских эскулапов это не смутило. Как то осколки костей вытащили, где могли зашили, где не могли бинт наложили, ну и всё "принимай Суоми красавица". Ну и койку в палате выделили естественно.

Операция прошла по принципу песни "слепили из того что было, а что было то и полюбишь." Что должен делать человек? Я бы "караул" кричал. Но отец просто пишет письмо домой левой рукой (он умеет) что "да дембель на носу, но я дома буду позже. Служба задерживает. Всё нормально."

"Всё нормально...???" Мать получает такое письмецо. Видит что писано левой рукой, дураков же нет. Она срывается и едет к нему в часть, благо это не далеко (900 км) и видит этот цирк. Вернее смотреть там особо не на что, большой бесформенный клубок. Она тут же сообщает что думает об отцовских чудачествах, о местных хирургах, требует снимки, отсылает их и звонит дяде в Москву. Тот заявляет "ситуация аховая, надо срочно ехать в ЦИТО, иначе может быть худо. На армейских "коновалов" надежды мало, им лягушку опасно доверить препарировать, не то что локоть. Как обычно лечат в армейских госпиталях он знает не понаслышке, недаром сам с 1941-го по конец 50-х погоны носил."

И тут мой отец начинает идти на принцип. "Это что такое, я сам виноват. Не доложил, принял танк, должен нести ответственность. И с чего это я, офицер СА, не должен доверять армейским врачам? Они что, клятву Гиппократа не давали? Плюс, ЦИТО это для гражданских, вот дембельнётся, тогда посмотрим." Мать на него орёт "ты что, не понимаешь, пока ты не восстановишься, хрен кто тебя на дембель отправит. А тут счёт на дни идёт, запустишь ситуацию - потеряешь правую руку. Кем ты будешь? Хочешь стать инвалидом в 24 года?" Но отец человек упрямый и принципиальный, переубедить очень тяжело. Мать о дилемме дяде сообщает и он успокаивает "Ах так, ждите звонка."

Прошло пару часов, время под вечер, кое кто из эскулапов уже начинает спиртик принимать, благо его много, да и любили они это дело. И тут звонок, слышится командный голос "Начальника госпиталя к телефону." А начальник военного госпиталя есть фигура неоднозначная. Ему сам чёрт не брат, помимо комдива его хрен кто "построить" может.

"Ну, и кто меня тут беспокоит в этот поздний час?" "С вами говорит Главный Хирург Советской Армии, генерал-полковник Александр Александрович Вишневский. Представьтесь по форме." Начальник госпиталя бы меньше охренел если бы в госпиталь прилетели марсиане и вымыли толчок. Он чуть не проглатывает трубку, падает со стула, потом встаёт, застёгивается на все пуговицы и рявкает "Здравия желаю товарищ Главный Хирург Советской Армии. Докладывает подполковник Х...." "Подполковник, у вас там лежит старший лейтенант Ш. Какого спрашивается чёрта не можете сделать нормальную операцию локтя. Если не умеете, так и скажите. Я в принципе готов сам вылететь с бригадой хирургов и показать как надо лечить Советских военнослужащих. Вам нужна помощь?"

Начальник госпиталя снова чуть не падает и единственное что он может вымолвить "Что вы товарищ генерал-полковник? Всё будет сделано в лучшем виде, я сам лично проконтролирую и буду оперировать." В ответ "Я буду регулярно звонить, будете давать мне лично отчёт."

У бедняги подполковника ступор. Можно пожалуй сравить если бы председателю захолустного колхоза позвонил лично товарищ Брежнев и предложил прибыть в качестве комбайнера и помочь при уборке ячменя, ибо без него не справляются. Он прибегает к отцу в палату и говорит "Мать честная, я только о такой должности как Главный Хирург Советской Армии краем уха слышал. А тут довелось лично пообщаться." Естественно отношение тут же меняeтся, врачи госпиталя собираются на консилиум и достают запыленные книги со студенческих времён. Всё что сделано распарывается, разбивается, снимается, и операцию переделывают заново. Ну а А.А. Вишневский (пусть земля будет ему пухом) периодически названивает и ему идут бодрые отчёты.

Но далее идёт всё как по знаменитому фельетону Жванецкого. "Оперируют они удачно, они выхаживать не могут." "Вы хотите что бы он оперировал хорошо, и ещё выхаживал ночами?" "Я хочу что бы он жил." "Так скажите спасибо что он оперирует хорошо." "За что спасибо, если я его хороню?" Ну а более конкретно, физиотерапия в Советской армии начала 70-х была почти не предусмотрена. И вообще на хрена без 5 минут гражданским человеком заморачиваться? Швы конечно почти зажили, но рука высохла и локоть всё равно комок. Рука практически бездействует.

Идyт предложения - "товарищ старлей, а давайте мы вам оформим группу инвалидности, пенсию, и вперед на гражданку. А дальше вы как нибудь сами." Отец опять идёт на принцип. Раз, я сам виноват. Два, никаких инвалидностей - сам придумаю терапию, для начала привяжите мне просто к руке гирю. Я придумаю упражнения. Ну и в гробу я видал вашу пенсию, у меня гражданская специальность есть. Оклад только выплатите что положено за звание и должность. И на дембель хочу, итак чуть ли не полгода лишних в СА." Такого расклада уж точно никто не ожидал, уволили на гражданку с превеликим удовольствием.

Отец действительно придумал себе упражнения. Сначала с килограмовой гирей, потом с 2, 3, 5 кг. Привязал намертво, с ней ходил, ел, спал, итд. И миллиметр за миллиметром вытягивал локоть и накачивал мышцы. Через год конечность стала похожей на руку. Через 2 уже её было не узнать, накачал её а ля Сталлоне. Ну а из всего опыта почерпнул полную бескомпромисную принципальность ко всему что касается техники безопасности. Так что окончилось всё можно сказать благополучно.

Всё это хорошо конечно. Даже замечательно. Но меня всё мучают вопросы. А что было бы если бы не А.А. Вишневский? А как же остальные сотни и тысячи обычных граждан и военнослужащих, у которых не было правильного "дяди"? Бесплатная медицина это вещь хорошая в теории, а вот на практике может быть потребитель имеет ровно то за что платит?

10

Из глубинки приехал брат жены, сидим ужинаем. Спрашивает, как жизнь, как дела, отвечаю, что все хорошо, вот ездили с ребенком отдохнуть, про школу говорим, ну не рассказывать ему про дурака начальника и траблы на работе, ведь так? Спрашиваю, как у него дела, на что он в свою очередь отвечает, что еле успел на самолет, дежурство выпало загруженное. Дальше с его слов.
Только зашел, тут же сообщают, что везут травму с РЖД, человек попал под поезд, отрезало обе ноги выше коленей. Привезли, тут же в операционную, потеря крови, шок, но спасли. Сели пить чай, звонок из ГИБДД – столкнулись два микроавтобуса, много пострадавших, везут к нам. Медсестра «садится на телефон», вызывают всех врачей и операционных сестер. Оказалось, что все не так плохо, три трупа остались на трассе, к нам привезли всего семь человек. Двенадцать часов в операционной. Вышел, и в аэропорт, чуть не опоздал.
- Да, кстати, а где тут рядом можно купить тапки, кроксы, как у тебя, очень удобно в таких на работе ходить?
Итить колотить, и это у меня то траблы на работе? Сутки в операционной! И при этом тапки и хирургический костюм за свой счет покупать.

11

История одного увольнения.

Меня уволили.
Точнее, меня уволил мой пациент.
Нет, не переживайте за меня — я попрежнему работаю, там же, более того — больше обычного, поскольку отложенный эпидемией спрос на плановые операции значительно увеличил нагрузку на операционные.
И тем не менее — уволен, окончательно и бесповоротно.
Похоже, что я весьма успешно запутал всех моих читателей — надо бы сначала посвятить вас в секреты кухни операционного блока.

Итак, начнём: пациент может уволить врача или медсестру, в любой момент, даже лёжа в больнице, даже посередине смены.
Мало кто об этом знает и ещё меньше — пользуются.
Скажем, не сложились отношения: грубость, глупость, чисто персональная непереносимость — да мало ли что!
Технически — зовёте старшую медсестру отделения и просите заменить медработника.
С врачом — сложнее, тут потребуется вмешательство более старших чинов администрации госпиталя. Сложно, но не невозможно.
В моей специальности такого не водится: мы чаще всего назначаемся на операции случайно, буквально накануне.
Особенно в больших госпиталях, да ещё по неотложке — кто первый освободился, тот и будет вашим анестезиологом.
И поскольку у пациента обычно нет внутренней информации — выбор врача зачастую просто игра случая.
Мирок операционного блока, однако, полон своих внутрисемейных секретов, информации о реальном гамбургском счёте...
И вот вам совет — никогда не спрашивайте нас — он хороший хирург? Спрашивайте по-другому — с этой проблемой — куда бы, ты, Миша, подался? Тут я точно отвечу — к кому, тщательно обдумав вашу ситуацию. И я чрезвычайно щепетилен в рекомендациях, даю их только после личного опыта взаимодействия с другим врачом.
Так, теперь о специфике маленького госпиталя в маленьком городке — тут внутренняя информация щедрее делится с соседями и друзьями. Да и репутация врачей, проработавших 30-40 лет в одном месте — солидная, нас тут немного, народ нас знает в лицо и по имени, включая обычно анонимных анестезиологов. Многие пациенты — члены одной семьи, знакомые и друзья медработников, зачастую — сами медработники.
Вот они и являются основным источником запросов — желание пациента, чтобы его знакомый анестезиолог давал наркоз. Мы обычно идём навстречу и назначаем желаемого пациентом анестезиолога.
Надо отметить, что эти запросы — обоюдоострый меч.
Прошлый опыт придаёт уверенность, особенно если поваренная книга перед тобой — протоколы старых наркозов являются бесценными в навигации новых.
Но — VIP, стало быть: дополнительные эмоции и стремления провести наркоз по высшему разряду приводят, иногда, к ситуации излишнего перфекционизма и чрезмерных усилий — что не всегда на пользу. Да и запрошенный анестезиолог может быть после дежурства, не самая идеальная ситуация.
Однако отказаться от этой практике моя маленькая группа считает невозможным — ну, как откажешь коллеге или соседу?
Впрочем, довольно, пора перейти к истории моего увольнения.
Распределяемся к завтрашнему операционному дню, мой коллега и партнёр последние 20 лет запрошен пациентом, я записываю его имя на расписании, тебя запросили, знакомый?
Партнёр помялся, да и говорит — этот запрос пациента необычный, очень. Он запросил меня, чтобы не попасть к тебе, во время предоперационного визита изъявив глубокое неудовольствие тобой и твоим наркозом пять лет назад...
Ну, нихрена себе!!
20 лет работы, тысячи наркозов, народ с уважением, работники больницы и особенно операционного блока просят принять участие в их лечении — и такой позор, пациент меня уволил, окончательно и бесповоротно...
Побежал в архивы смотреть — всё штатно, даже весьма элегантно, наркоз сложный, с мягким приземлением в палате пробуждения, мистика, объяснения нетути, разве что характерами не сошлись или моя морда небритая ему не понравилась.
Настроение гнилое, ситуацию приятной или обыденной не назовёшь...
Особенно, если принять во внимание моё участие в подобных случаях, когда увольняли моих партнёров и уже меня требовали назначить на наркоз.
Я за всё время в моём госпитале разрулил пару дюжин таких ситуаций — и всегда ухитрялся скрыть от уволенного причину, считая такт вещью прагматичной, к чему увеличивать негатив и отрицательные эмоции, незачем...
Иду к выходу, понурый, прохожу мимо кабинета предоперационной подготовки и расписания, меня окликает моя любимая медсестра, толковая, толковее иных врачей, туда только таких берут, с хорошим клиническим мышлением:
— Доктор Ашнин, вас ждёт очень занятая неделя: вас запросили старшая медсестра больницы, хирургический техник и доктор такой-то, хорошо вам отдохнуть на выходных — неделя VIP, практически каждый день!!
На душе полегчало, ещё повоюем, старый, не вешай носа — подобное испокон веков лечили подобным...
@ Michael Ashnin.

12

Почему-то вспомнилась 25-летняя история:
Ложусь на хирургический стол. Вокруг, как положенно, операционная бригада. Думал, что оперировать будут с "местным", но, когда хирург попросила положить руку на "подносик", понял, что дело будет серьёзное. Успел рассказать анекдот, как начальник хирургического отделения отчитывал молодого хирурга: коллега, не нажимайте на скальпель так сильно! Из-за вас, мы за месяц меняем уже третий стол... Медсестра хихикнула, но, как все настоящие спецы, мгновенно ввела в вену наркоз... Считайте! Раз, двааа... Не знаю, как они долго смеялись над анекдотом, но свою работу сделали великолепно - до мих пор бегаю по эту сторону Стикса...
Ой, а какие у них были глаза, когда я на перевязку привёз им мной испечённый здоровенный торт (внучки его так любят!)!!!