Результатов: 3

1

По следам истории о ЭВМ "Наири". Согласен, машина был выдающаяся. Не знаю про армянский, но у нас она работала на русском языке. Удивительна она была конечно своим "интерфейсом". Т.е. никакого экрана не было вообще, а вместо него была обыкновеная электрическая пишущая машинка "Консул". Процесс работы с "компьютером" был довольно забавен: программист печатал текст программы на обыкновенном бумажном рулоне, заправленом в пиш. машинку, но умная "Наири" знала, что же печатают на бумаге. Кроме того, она узнавала по первым нескольким буквам команду-оператор и сама допечатывала слово. Происходило это неожидано, очень быстро и сильным грохотом, когда молоточки литер вдруг начинали летать. Допечатав слово или часть оператора, машинка затаивалась и ждала, когда программист напечатает значение переменой или ее имя, затем процесс повторялся. Допечатав программу до конца программист нажимал кнопку "Возврат каретки" (каретка у машинки была реальная), после чего электронно-механическое чудовище начинало оглушительно печатать результаты на бумажном рулоне, двигая каретку дойдя до конца строки. В общем, общение с "Наири" было всегда эмоциональным.

2

А ведь на Западе давно приучали к сексуальной раскрепощённости, прям с детства. Помните, как начинается книжка про Карлсона? "В городе Стокгольме, на самой обыкновенной улице, в самом обыкновенном доме живёт самая обыкновенная ШВЕДСКАЯ СЕМЬЯ".

3

СТРАННЫЙ ТИП БРОДИЛ ПО ТЕАТРУ...

Рассказывает Борис Левинсон:

- В 1962 году Московский театр имени Маяковского, где я тогда работал, был на гастролях в Ленинграде. В это время случился так называемый «Карибский кризис». Все опасались, что вот-вот начнется ядерная война с США.

В тот вечер мы играли «Гамлета». На сцене - Полоний. Его играл Лев Наумович Свердлин, народный артист СССР. Вдруг на сцене появляется какой-то человек в обыкновенном пиджаке, в руках у него лист бумаги, и он решительно направляется к рампе. В зале все замерли. Ну что должно случиться, чтобы во время спектакля такое произошло? Только война.

Человек подходит к авансцене и говорит при жуткой тишине зала:
- Товарищи! В этом задрипанном театре мне не заплатили за работу. Попросили подновить декорации, я все сделал, вот у меня договор, а денег не платят.
В зале буквально началась истерика! Хохот вперемежку с чьими-то всхлипами.

Занавеса, как у всех спектаклей, поставленных Охлопковым, в спектакле не было. Свердлин подбежал к этому человеку, скрутил ему руку и вытолкнул за кулисы. Там его подхватил помощник режиссера.

Долго не удавалось успокоить зал и продолжить спектакль. Кое-как начали. А тут сцена Полония с Клавдием, и у Полония слова о Гамлете:

- Я часто вижу его здесь, по галереям бродит он.

Новый взрыв хохота в зале. С трудом закончили спектакль.