Результатов: 27

1

У нового русского родился ребенок. Приезжает он в роддом, как положено на
"Мерседесе", выходит из машины, сзади два телохранителя тащат охапки роз.
Выходит из роддома жена, вся в мехах, сзади нее старушка нянечка с ребенком.
Старушка подходит к новому русскому:
- Поздравляю! Сын у вас! 3500!
- Нет проблем, мамаша, - вытаскивает бумажник и начинает отсчитывать баксы.

2

На пляже возле Аркаш она под большим зонтиком сидят два приятеля и ведут
разговор:
- У меня есть знакомый англичанин, - говорит один из них, -который делает просто
чудеса: ныряет Темзу и остается под водой около десяти минут. А вот, говорят, в
Марселе живет парень, который остается под водой чуть ли не полдня!
- Правильно, я его знаю, -подхватывает приятель. - К тому же у меня был коллега,
который нырнул в море около Ниццы четыре с половиной года тому назад, чтобы
побить все рекорды по пребыванию под водой. Я тогда взял хронометр и стал
отсчитывать: минута, десять минут, час, два часа,...
- Стой, стой! В конце концов, сколько же времени он пробыл под водой?
- Если бы я это знал! Он до сих порт оттуда не вынырнул!

3

У мужика на машине украли колеса, он подходит к продавцу и говорит:
- У вас колеса есть?
- Есть, - говорит продавец.
- Продай четыре штуки. Продавец начинает отсчитывать таблетки:
- Раз, два, три, четыре... Мужик уточняет:
- Да мне чтоб уехать!
- Пять, шесть, семь...

4

У мужика на машине украли колеса, он подходит к продавцу и говорит:
- У вас колеса есть?
- Есть, - говорит продавец.
- Продай четыре штуки.
Продавец начинает отсчитывать таблетки:
- Раз, два, три, четыре...
Мужик уточняет:
- Да мне чтоб уехать!!
- Пять, шесть, семь....

5

У нового русского родился ребенок. Приезжает он в роддом, как
положено на "Мерседесе", выходит из машины, сзади два телохранителя тащат
охапки роз. Выходит из роддома жена, вся в мехах, сзади нее старушка-нянечка
с ребенком. Старушка подходит к новому русскому:
- Поздравляю! Сын у вас! Три пятьсот!
- Нет проблем, мамаша, - вытаскивает бумажник и начинает отсчитывать
баксы.

6

у мужика на машине укpали колеса, он подходит к пpодавцу и говоpит: - у вас
колеса есть? - есть, - говоpит пpодавец. - ну пpодай четыpе штуки. пpодавец
начинает отсчитывать таблетки: - pаз, два, тpи, четыpе... мужик уточняет: - да
мне чтоб уехать!! - пять, шесть, семь....

7

Чукчу предупредили, что московские таксисты - жулики. Приехал
Чукча в Москву, проехался на такси. Ему водитель говорит: "С вас
три - двадцать пять." Чукча думает: "Чукча не дурак, Чукчу не об-
манешь." И начинает отсчитывать: раз - двадцать пять, два - двад-
цать пять, три - двадцать пять.

8

Решил сегодня купить журнальчик в дорогу в киоске Союзпечати на
Семёновской, их там сразу три штуки в ряд выстроилось. Но перед двумя
стояли покупатели, а возле третьего, ближайшего – никого. Оно и понятно
было почему – рядом тихо тлела урна, гарь несло прямо на киоск. Судя по
всему, длилось это безобразие довольно давно, столб дыма далеко тянулся
вбок и ввысь. Но я спешил, сунулся в свободное окошко, увидел там в
клубах сизого дыма ядовитую на вид бабульку и попросил журнал. Заодно
предложил ей помощь – «Вода есть? Пока ищете журнал, могу погасить урну,
стакана хватит. А то вам дым покупателей отпугивает! »

«А это не моя урна, не буду я её гасить! » - сварливо ответила бабулька
и пошла искать журнал. Мне её жалко стало, да и самому провонять дымом
не хотелось, пока она сдачу будет отсчитывать. Из урны между тем уже
показались языки пламени. Я вздохнул и погасил чем было – своей бутылкой
кока-колы. Пламя вроде стихло, но дым повалил ещё гуще. В воздухе
запахло жжёным сахаром и какой-то сложной химией. «Ты меня что, совсем
отравить решил?!» - послышалось из киоска – «нашёл чем тушить!»

9

Это я в позапрошлом годе презентовал другу салют «Гарем».
Они семьей в Москве Новый Год встречали.

Ну, когда президент объявил стране, что всё хорошо, а станет вообще
чудесно, Илюха с Ольгой заодно со всеми согражданами глотнули
пузырькового вина, малость поели, взяли салют подмышку и пошли на
проспект, где уже громыхало.
А я им объяснял, что «Гарем» этот – комбинированный салют. То есть там
сначала красивый фонтан огня, а потом восемнадцать неплохих залпов.
Надо, – я Илье сказал, - вот так поставить, потом вот здесь отковырнуть
и поджечь. А потом, дескать, отходи в сторону и любуйся.

По словам Ильи – он так и сделал.
Кругом всё стреляет, а в небе бабахает.
Он же не торопясь всё подготовил, огляделся по сторонам, убедившись, что
в него никто какой-нибудь «Римской свечой» не целится, и в то же время
никто не подкрадывается, чтобы, спиздить «Гарем», когда он его запалит и
отбежит.

Ну, обнажил фитиль, поджег и отошел.

Рассказывал примерно так:
- Не, Вить, фонтана мы не видели. Потому что сразу попёр дым. Где-то,
мне по пояс слоем. Я такой по телеку видел, когда показывали
документальный фильм о высадке с кораблей на берег дивизии морской
пехоты. Один дым, нихуя не видно, а комментатор говорит, что там дивизия
и ещё с танками. И почему-то ему веришь. Громыхает же всё и лязгает и
«Ура» кричит.
И тут же тоже всё кругом стреляет и «Ура».
И дым.
А там, в дыму, может и фонтан огненный есть, если ты не наебал, я ж не
знаю…
И люди стоят кругом – их же дохуя из домов высыпало пострелять и
посмотреть.
И вот они стоят от пояса и выше, смотрят с недоумением на дым, с
подозрением на нас с Ольгой, а стрельба затихает.
Никому же не охота наклоняться, чтобы очередной фитиль поджечь.
Опустишься в этот дым, а там, хуйзнаетчто. Может дивизия морской пехоты.

И вот заволокло всё кругом. Я уже понял, что с фонтаном либо наебали,
либо мы прозевали его за дымом, и приготовил пальцы на руках и ногах,
чтобы восемнадцать залпов отсчитывать.
А ещё думаю: «А если этот дым вместо фонтана, то, что вместо залпов
будет? »

А все кругом смотрят на нас. Ещё какой-нибудь подляны опасаются.
А то чего это мы тут стоим, всё задымили, и не уходим.

И тут в центре этой нашей дымовухи что-то пукнуло, раздался шлепок, как
будто эта коробчонка подпрыгнула и на бок упала, и дым кончился.
И вот тогда уже все нам в ладошки и захлопали!

Нахуй эти восемнадцать залпов?!
Залпов там и без нас много было!
А аплодировали только нам!

10

САМОДЕЛЬНЫЕ ШАЙБОЧКИ

Не сказал бы, что очень смешно, тем более сделав написанное ниже, автор
идеи совершил два правонарушения – умышленно вывел из оборота платёжные
средства госбанка и осквернил государственную символику – герб,
начеканенный на аверсе монеты. Но сама задумка улыбнула.

Собрался один приятель восстановить сорванный сосульками водосточный
жёлоб на крыше дачного дома. Вроде на улице минус 15, но солнышко уже
припекает, и с крыши стало капать. Чтобы тонкую жестянку не порвало в
очередной раз, решил подложить под заклёпки шайбы с большим внешним
диаметром, десятка четыре всего надо. Вроде бы ерунда, поехал на местный
оптовый рынок стройматериалов. Не тут-то было. Продают только “большим
килограммчиком” в заводской фасовке. Упаковка – 1000 штук, 600 рублей.
Вскрывать коробку и отсчитывать сорок шайбочек ради одного покупателя
никто не хочет – остальное потом фиг продашь. Совет один: хочешь в
розницу – поезжай в Москву, там тебе хоть одну, хоть две, хоть сорок по
рублю за штуку продадут. И вот это “по рублю” навело на озорную мысль.
Приятель пошёл в соседний супермаркет, и бумажный полтинник разменял
рублёвыми монетами. Дальше, думаю, понятно – просверлил в каждой монете
отверстие, и использовал их в качестве шайб для укрепления водостока.

Что ж, креативный ход мысли, только ещё раз хочу сказать, что это
неправильно и противозаконно.

11

ДЕНЬ ЖЕСТЯНЩИКА

«Вред и польза действия обуславливаются совокупностью обстоятельств»
(Мария-Эбнер Эшенбах)

Эта маленькая история случилась в те далекие времена, когда Советская Власть из последних сил еще цеплялась за власть, пытаясь вынырнуть за счет своих, и без того захлебывающихся граждан.
Она цеплялась по старому доброму принципу: «Вы, дорогие товарищи, сдохнете сегодня, а мы, ваше любимое Советское правительство – завтра».

Одним таким тихим зимним вечерком, мой друг Валера сидел дома и утешал свою беременную жену и плачущую тещу. Но они никак не успокаивались и неудивительно, уж очень хороший был повод для рыданий…
Продали на днях дом в деревне, чтобы наконец переехать в квартиру побольше и вот на тебе, благодаря партии и правительству - сиди и рыдай.

По профессии Валера был лучшим в округе жестянщиком, он мог выпрямить любую машину, даже завязанную на бантик, поэтому от клиентов отбоя у него не было.

Однажды к Валере в сервис приехал его сосед сверху – барыга по кличке Жаба.
Жаба был мужиком наглым, жадным и беспринципным и я думаю, что если бы он даже не был как две капли болотной жижи похож на жабу, у него все равно была бы кличка – Жаба.
Жабья девятка в трудную минуту поддержала фонарный столб и пребывала в очень плачевном состоянии.
Ради соседа Валера раздвинул очередь и по деньгам опустился ниже нижнего предела. Провозился неделю, но счастливый Жаба, вместо денег за работу, расплатился ворованной магнитолой, да еще и подчеркнул:
- Цени, сосед, от сердца отрываю, если будешь ее продавать, меньше пятисот рублей, даже не думай.
- Жаба, может ты сам, как-нибудь ее продашь, а мне, мои триста заплатишь?

Но Жаба продемонстрировал карманы, в которых денег было только на пять литров бензина, и уехал.

Позже, валера ту магнитолу, с трудом пристроил за полторы сотни и на будущее зарекся связываться с Жабой.
А Жаба, как ни в чем не бывало, здоровался при встрече и всякий раз пытался еще что-нибудь пристроить:
- Сосед, есть новый видик, с паспортом. Бери, как для тебя, за десять штук отдам.
- Спасибо, Жаба, но на видик я еще не заработал, да и к тому же, в комиссионке можно взять за восемь.
- В «комисе» можно на «фуфло» нарваться, а у меня видик просто ляля. Продал бы дороже, но тебе по-соседски - за десятку…

Но перенесемся опять в тот зимний вечерок, когда Валера утешал свою убитую горем семью.

В тот самый вечер, Жаба отмечал день рождения и со своими гостями вовсю отплясывал на потолке у Валеры.

В час ночи - сходили, попросили вести себя потише, ведь завтра на работу, да и без их топанья, настроение, хоть в петлю лезь.
Но Жаба только отшутился.
В три - опять поднялись, Жаба послал уже открытым текстом и обещал в следующий раз спустить с лестницы.
В четыре – плюнули и решили - больше не ходить.

Но в начале шестого, Валера, который так и не ложился, вдруг резко засобирался и опять отправился к Жабе.
День рождения уже выдохся, умолк и разъехался, а именинник мирно спал со своей женой.
Звонить пришлось минут двадцать, пока, наконец, сонный и перепуганный Жаба открыл и сказал:
- Сосед, тебе что, харю набить? Я думал, что менты ломятся. Ты чего приперся? До сих пор музыка мерещится?
- Извини, Жаба, я по делу.
- В смысле?
- Помнишь, ты мне видик предлагал? Ну, так давай, я покупаю.
- Отлично, только давай попозже зайди, а то мы еще спим.
- Позже никак не могу, к тому же жена может передумать.
- Ладно, вытирай ноги и проходи, только потише, а то мою разбудишь.

Жаба поставил на кухонный стол видик, а Валера принялся отсчитывать толстую кипу денег.
Жаба тоже пересчитал, повеселел и даже извинился за вчерашнее.
На прощание ударили по рукам и Валера вдруг придержал Жабью лапку:
- Классный у тебя перстень. Это настоящие камни сверху, или стекло?
- Конечно – брюлики. «гайка чековая»
- Продаешь?
- Ну, не знаю, как для тебя, за «полторушку» отдам
- Снимай.

Валера надел перстень, отсчитал полторы тысячи и сказал:
- Жаба, а у тебя есть еще что-нибудь красивое, золотое и тяжелое?
Жаба окончательно проснулся и побежал будить жену.
Через минуту на кухонной клеенке уже лежала горочка цепочек и обручальных колец, а сонная Жабья жена неловко снимала с себя большие круглые сережки.
Взвесили, поторговались немного, да и сошлись в цене.
У самого порога Валера присмотрелся к жабьему спортивному костюму и спросил:
- Костюм продашь?
- Да ты что? Это же посылочный вариант, родной «бундесовый адик» я сам его только два дня ношу.
- Восемьсот.
- Сосед, ты что, инкассатора убил? Ну ладно, за восемьсот забирай, сейчас пакет от него принесу.
Пока пересчитывали деньги, стукнуло шесть утра и в радиоточке заиграл гимн.
Валера неожиданно кинулся к приемнику и выдернул его из розетки.
Жаба удивился такой прыти гостя и спросил:
- Ты че?
- Деньги требуют тишины.
- Ну, так-то да…

На том они и распрощались весьма довольные друг другом.

В тот же день, бордовый от бешенства Жаба примчался со своими дружками в автосервис и пообещал переломать соседу руки, если он тут же не вернет все купленные утром вещи. Но по счастью, свидетелем этой сцены оказался один непростой дядечка - Валерин постоянный клиент на Мерседесе. Он вылез из машины, подошел, представился и объяснил Жабе, что его барыжье дело - скупать у братвы ворованные вещи и продавать их кому угодно и за сколько угодно, а если он бухал и не знал, что ночью в стране отменили старые сотни и полтинники, то это его личная трудность.
На прощание дядечка пожал руки обоим спорщикам и обращаясь к Жабе, с улыбкой добавил:
- Кстати, по поводу переломанных рук: если у хорошего жестянщика будут переломаны руки, то это никуда не годится, а вот если у барыги будет сломан хребет, то этого никто даже и не заметит, поверь моему опыту…

P.S.

Месяца через два, в аккурат перед родами жены, Валере все же удалось перевезти свою семью в квартиру побольше…

12

одна дамочка прямо на собеседовании пачку денег вытащила и с деловитым таким видом отсчитывать собралась. Другая пыталась соблазнить:" Я очень хочу занять эту должность! Я все для этого сделаю! Давай те закроем дверь и я Вам доставлю удовольствие."

пришел на позицию дворника. Опрятный, разговорчивый. Всем понравился, взяли бы сразу, но - формальность: проверка службой безопасности. Оказалось две судимости за грабеж и изнасилование несовершеннолетней плюс в уголовном розыске за убийство с отягчающими обстоятельствами! Созвонились с органами, пригласили на собеседование и устроили засаду в кабинете. Хорошо, хоть догадались мужчину-инженера к ней подсадить. Вот на него тот и бросился, когда зашел и понял, что спалили. Ну, инженер отделался только испугом.

13

Прочитал тут историю от 1 мая про то, как мужчина по паспорту жены улетел. Может и мой рассказ покажется кому забавным. Не претендую на «ржу не магу». Есть любитель Стругацких (прошу, не обижайтесь), перебивающий анекдоты и истории с других форумов-сайтов, но это - лично моя. Точнее их три.

История 1. В 98-ом я взял собаку, добермана. Красавец! Лучшинка! Умница! И надо мне было лететь в Москву на конференцию. Прихожу накануне вылета домой и вижу: билет на самолёт и паспорт (в котором лежал билет), валяются на полу. Собака-подросток залез на диван, с дивана на старое пианино и там не нашёл ничего интересного, кроме этого. Лежит на месте, делает вид, что спит, хотя смотрит доберманскими глазами. Хватаю билет – целый, хватаю паспорт – целый. Хотя и пробит клыками, как тот абонемент из «Ну, погоди!». Места прокуса разгладил, практически ничего не видно, если дотошно не разглядывать. ФУУУ!!! А что это за шарик-катышек лежит на полу в углу? Беру… Обмусляканое что-то… Бамага вроде, какая-то… Разворачиваю… И СЕДЕЮ! Это страница из паспорта с моей фотографией.
Открываю паспорт, а там… Аккуратно, словно по линеечке, или как в школе из тетради – вырвана страница!!!
Мама дорогая! Я злой! Пёс усиленно-демонстративно храпит, глядя на меня честными глазами. А я не знаю, куда бежать и что делать. Прихожу в милицию (тогда ещё), мне сразу говорят: с таким паспортом вас не пропустят. Не улетите.
Вылет в 6:40, в 4 утра я в порту. Нахожу дежурного по смене в отделении аэропорта. Представьте. Человек за толстым стеклом спит сидя за столом. Я стучу. Он спит. Прорезь маленькая внизу и пара-тройка дырочек чуть повыше (кто такие видел и помнит, тот поймёт), чтобы все им при разговоре кланялись. Стучу дальше. Я настойчивый. И он просыпается. И я вижу, что ему плохо. Причём очень. Диалог.
- Здравствуйте, мне нужна ваша помощь.
- (очень сонное опухшее лицо) Кмм… Какая?
Меня через дырочки с прорезью бьёт фон от его болезни. Понимаю, закуски почти не было.
- Мне надо в Москву.
- Летите.
- А собака съела страницу из паспорта.
- Не улетите.
- Но мне очень надо там быть. Вот водительские права.
- Летите.
- Вот смотрите… (показываю паспорт и высохшую, измятую страницу с фотографией).
- Не улетите.
- Вы коньяк пьёте?
- Лучше пиво.
Достаю кошелёк и начинаю отсчитывать сотки (напоминаю – 1998 год). Одна, две, три…
Он: - Достаточно.
Передаю деньги в прорезь, и они исчезают. Рук он не протягивал. (Во, искусство!) Зато после, он берёт телефон и звонит:
- Петров? (Иванов, Сидоров, кому что, выбирайте) Сейчас к тебе от меня подойдут, посадишь на самолёт.
- (мне) Идите на регистрацию, найдёте прапорщика Петрова. Он вам поможет.
Иду на регистрацию, меня ждёт здоровый прапор. Вы? Я. Пошли. Вошли, прошли, отвёл на посадку. Я:
- Спасибо. Я вам что-то должен?
- Нет, ничего. А обратно как? Там только в долларах берут за это.
Блин. Вот об этом я ещё не подумал. Ну, да ладно. Главное я вылетел.
Конференция, бла-бла-бла. И еду я в порт, чтобы лететь домой. На регистрации сидит капитан. Я метр 84. Он сидя смотрит мне в глаза вровень . Протягиваю ему паспорт и билет, и начинаю голосом «сами мы не местные, поможите люди хто чем может»:
- Товарищ капитан, понимаете, мне надо на конференцию было, а собака прямо перед вылетом паспорт…
Ровно в это моё канючание, он ловко вытягивает из паспорта билет, открывает, ставит штамп и вместе с паспортом протягивает мне:
- Что?
Я, аккуратно вырывая из его рук паспорт с билетом, и стараясь не перейти на бег:
- До свидания! – и, не оглядываясь, «шагаю» на посадку. Сердце билось часто, тревожно и радостно: 300 рублей!

История 2. 2000 год. Улетая на очередную конференцию, приезжаю в аэропорт. Привёз хороший знакомый. Лето. Я выхожу из машины, достаю чемоданчик:
- Андреич, а я пиджак не брал?
А там есть такая заморочка на конференции, дресс-код называется, чтоб они. И без пиджака… Пустят, конечно, но ВСЁ выскажут и мозги съедят чайной ложечкой. Проще купить. А где?
Мои уже все из дома разошлись. Дома только доберман, который уже подрос и прошёл несколько дрессур для жизни. И хотя он никого из людей не кусал, но в уличных схватках (собаки всякие бывают, как и хозяева), не проиграл ни разу. А противники попадались оч серьёзные. Ну, да фигня.
- Андреич, вот ключи, езжай домой. Пиджак на вешалке.
- А собака?!!! Я ж его пару раз видел.
- А ты с ним поговори. Одну дверь открой и разговаривай: собачка, это я, Андреич, папа послал за пиджаком. Я только возьму и уйду. Если на вторую дверь прыгать станет, если рычать продолжит, да хер с ним, с пиджаком.
И он побежал.
Я же прошёл регистрацию, объявили посадку. Подхожу к местным. Говорю, вот такая фигня. Мне нужен пиджак. И его мне везут. Нельзя ли меня закинуть в самолёт перед тем, как закроют двери и он отправится на рулёжку? Мне:
- Да где это видано-то?
- Ну, мне очень надо. (Объясняю ситуацию)
- Ну… Я не знаю. Не положено это.
- Хорошо. А можно так? Я вам оставлю 100 рублей, сажусь самым, самым, опоздавшим последним. Может, успеют пиджак подвезти.
- А если не успеют?
- Тогда Андреич не отдаст мне пиджак и ключи.
- Ладно. Я ему деньги верну тогда.
(Вот, блин, люди есть)
- Не, не, не. Оставьте себе, пожалуйста.
Самым последним меня подвозят к трапу. Я захожу. Бортпроводница по рации говорит, у нас все. Дверь закрывается. Я сажусь и мысли об одном: где купить пиджак и сколько он может стоить?!...
Самолёт гудит. Трап отъезжает. Вдруг какая-то нездоровая канитель у бортпроводниц, и трап едет обратно. К самолёту мчится «Нива». Из неё выскакивает местный с пиджаком и бегом по трапу. Заходит и проводница тычет в меня пальцем: вот он, это гражданин, приятной наружности.
Бл…ть, простите за лексикон, на меня пол самолёта, как на олигарха смотрели. В кармане лежали ключи от квартиры. Я, конечно, и сам… офигел.
100 рублей.
(Как рассказал Андреич, собак порычал, полслушал его, замолчал и скульнул. Он зашёл, тихо взял пиджак. Добер сидел и внимательно наблюдал. Всё.)

История 3. 2003 год. Вылетая из столицы, с очередной врачебной конференции, мне не вернули паспорт на службе размещения. Успокоили, что отдадут после регистрации и не отдали. При выписке велели садиться в авто, которое отвезёт нас в аэропорт и не задерживаться, так как на МКАДе пробки по 4-5 часов. Проехав пол пути я понял, что меня тревожит. У меня не было паспорта. Да японский бог! Звоню, ору. Там пищат, извиняются. Звоню организаторам, они тоже не рады мне, но обещают помочь. В порт приезжаю аккурат к началу регистрации и понимаю, что паспорт мне привезти не успеют. Иду в опорный пункт охраны правопорядка. Говорю, так мол и так, паспорта нет, права есть. Чё делать? Они звонят туда, откуда я приехал и очень жёстко объясняют политику неприкосновенности паспорта. Меня пожурили. Согласился во всём. Чего делать-то? Ну, говорит офицер, погуляйте пока по ВТОРОМУ этажу. Если вас что заинтересует, так мы не против. Но цветного ничего не надо, пусть будет всё предельно прозрачно. А мы пока с нашими коллегами из вашего города свяжемся.
Я ни хера не понял, но пошёл на второй этаж. Гулять. Смотрю тут ремни, тут галстуки, тут чемоданы, тут… ОПА! Спиртное! Коньяки, вина, пиво, водки. ААА! ВОДКА!
Литр «Русского стандарта» не пролазил через решёточку окошка. Они приоткрыли железную дверь, чья-то рука не в форме взяла чёрный пакет и дверь захлопнулась. Мне вернули билет с штампиком из серии типа «мы его досмотрели, проверили, он может лететь» и я устремился.
360 рублей.
(Паспорт прислали курьерской почтой на следующий день)

Не знаю, как закончить. Сказать спасибо таким людям, так все ж таки не бесплатно. Да нет, конечно. Спасибо всем большое!
Но с другой стороны, наверное, всё не так весело на самом деле.
А с третьей. Да ёшкин кот! :-) Я слетал два раза без паспорта! :-) При минимальных затратах!
Спасибо людям и везению.
Всем желаю того же.

14

Обсуждают еврейский обычай: отсчитывать 49 дней после Пасхи специальными ежедневными молитвами. Причем называть порядковый номер сегодняшнего дня прямо нельзя, только косвенно.
- А если вас в первый день омера спрашивают, какой сегодня день омера, нужно отвечать: "Вчера был нулевой день"? :)
- Главное, не сказать ArrayIndexOutOfBoundsException.

15

О конвертах
Товарищ рассказал.
Строили они бригадой дачу генералу УСБ таможни.
Хозяин общался по-простецки, - за одним столом сиживали иной раз, выпивали... Он однажды обмолвился, что соседи к нему с опаской относятся. Потому что эти участки все таможенникам выделены, а он по должности обязан их вылавливать на нарушениях, и нередко под суд отправлять. Говорит: «Молодой устроится в таможню, увидит пачку денег предложенную, не может устоять…»
Ну, а когда достроили, он с ними расплатился конвертами нераспечатанными. На каждом было написано 10, или 12, или 40… Это означало тысячи рублей. И в каждом конверте содержалась именно такая сумма, как написано. Рассказчик полагает, - эти конверты генералу приносили, и он их не распечатывал. Проще же с работниками конвертами расплатиться, чем вынимать купюры, пересчитывать и отсчитывать. В каждом конверте оказалась имена та сумма, что написана.
Все остались довольны.

16

НАЛОГ НА КОТА
Юмореска

Александр Иванович перешагнул порог квартиры, повесил на вешалку плащ и только тогда снял с переносицы датчик, показывающий, какой объем воздуха он потребил за время передвижения по Москве. Налог на воздух в России стали взимать уже давно, пять лет назад. Мотивировали тем, что на эти средства установят очистные сооружения. Александр Иванович снял шагомер - небольшие ножные кандалы, соединённые тонкой цепочкой, тоже снабжённой датчиком – за передвижение по улицам также брали налог, который, по уверениям чиновников, тратился на ремонт тротуаров.

Прошёл в комнату. Тёща, как обычно в это время, смотрела передачу «Новости Мавзолея», которые давали населению ощущение вечного покоя. На экране вокруг ленинского гроба расхаживал комментатор и вещал про стабильность во всех сферах. Жена варила макароны. Сын играл с рыжим котом, который ловил бумажный бантик.

- Саша, ты заплатил налог на кота? – Строго поинтересовалась тёща.

- Забыл.

- Опять! Как же так?

- Мама, Вы бы болтали поменьше, - зло заметил Александр Иванович. – Из-за Вас налог за разговор растёт. То ли дело папа.

Тесть кивнул и прожестикулировал что-то, пользуясь азбукой глухонемых. А потом отстучал тростью фразу азбукой Морзе.

- Старый матерщинник, - подумал Александр Иванович.

Налог на разговоры ввели, чтобы граждане не тратили время на обсуждение реформ, тогда как нам нужно догнать и перегнать Украину.

Вся квартира среднестатистического россиянина теперь мигала огоньками датчиков, фиксирующих речь, движения, траты услуг ЖКХ. Их поставляла государству семья олигархов Вротимгерб - друзья Того, Кого Нельзя Называть.

Александр Иванович зашёл в ванную. С отвращением бросил взгляд на мыльную воду в ванне, где уже помылась вся семья – налог на воду был слишком высок.

На унитазе тикал датчик налога на естественные отправления.

После макарон с кислым кетчупом «Седьмое ноября» Александр Иванович с женой отправились в спальню. На кровати мигал датчик, который подсчитывал время, потраченное на сон и соитие. Полноценный секс стоил дороже, поэтому многие граждане перешли на самоудовлетворение, которое датчик пока определять не мог. Сексом в других комнатах заниматься было нельзя – повсюду стояли ещё и видеокамеры.

Александр Иванович то и дело косился на датчик, потом нервно сказал:

– Я не могу в такой обстановке! Уж лучше, как в прошлый раз, на свалке. Там не следят.

– Летом мы бы могли поехать за город, - вздохнула жена. - Я же говорю: лучше купить дом в деревне! Вырыть колодец, топить печь дровами. Насколько дешевле! И шагомерами там не пользуются, потому что тротуаров нет.

– А где работать? - Александр Иванович откинулся на подушку и закрыл глаза. – Там почти все деньги уходят на налог за жильё. Люди хлеб с лебедой пекут.

– В наши магазины стали завозить ржаной с ягелем - «Магаданский» называется. И с еловой хвоей – «Соловецкий». Пишут, в нём витаминов много. Горький… - Жена обняла мужа. – Саша, может быть, нам на акцию пойти, оппозиционную? «Час без кандалов».

– Чтобы сняли с работы? – Буркнул муж. – Либералам-то Госдеп платит…

– Устройся в Госдеп, - оживилась жена. – Теперь разрешают официально оппозицией работать, чтобы другие страны видели – у нас демократия.

– А ты знаешь, какой договор с ними заключают? «Согласен подвергнуться дисциплинарному наказанию в любое время в любом месте от любого патриота России».

В дверь позвонили. Александр Иванович и его жена вскочили и стали поспешно одеваться. Оба побледнели, у жены тряслись руки, у мужа дёргалось веко.

Россияне жили в постоянном страхе, поскольку все писали друг на друга доносы. В своём гражданском рвении они даже утомили спецслужбы, которые ввели норму: не более одного доноса в месяц с человека.

- Саша, давай не будем открывать, - умоляюще прошептала жена.

Но тёща, исполнительная женщина советской закалки, уже распахнула дверь. На пороге стояли двое полицейских и хмурая дама из налоговой службы.

- Здравствуйте, у вас проживает кот Рыжик? – Произнесла она, сверившись с каким-то документом. – За него неуплата налога – десять тысяч. Мы обязаны изъять кота.

Она подошла к Рыжику, схватила его и отработанным движением сунула в переноску. Кот жалобно замяукал.

- Это ты виноват! – Тёща яростно обернулась к Александру Ивановичу. – Я же просила!

- Мама, у меня есть более важные дела, чем какой-то кот!

- Вы только послушайте его! – Тёща всплеснула руками. – Слушать радио «Свобода» в подвале! Вот твои дела! Стихи Быкова читать под одеялом! На это у него время есть! Ругает наших благодетелей Вротимгербов! И главное - не верит, что президент бессмертен!

Александр Иванович выудил из кармана плаща, висящего на вешалке, кошелёк, стал отсчитывать деньги, бормоча:

- Не слушайте её, ради Бога. Совсем ополоумела старуха… Вот десять тысяч. Верните котика!

Дама открыла клетку, испуганный Рыжик выскочил оттуда и нырнул под стол.

Когда Александра Ивановича уводили полицейские, он обернулся и с горечью сказал:

- Хорошо устроились, мама. И кот дома, и зять на нарах.

- Не зять ты мне, американский шпион!

© Влада ЧЕРКАСОВА

17

Сын: Папа, у меня проблема! Моя девушка залетела... Отец молча отсчитывать деньги. На следующий день сын решает проблему с девушкой и на радостях напивается с друзьями на даче... День второй: Папа, у меня проблемы! Спалил дачу... Отец молча отчитывается баксы... И в конце добавляет: Сынок, тебе, блин, осталось только дерево выкопать.

18

Слышал от знакомого. В армии попал на отдельный пост. Это была палатка, в ней трое солдат, сержант и ящик с консервами и макаронами. Приезжает замполит полка. Лично обошел территорию, проверил все доверенные нам приборы и оружие. Продегустировал воду из ручья, которую мы пили. Спросил где туалет. Сержант широким жестом обвел окрестности. Замполит нахмурился: Вы же командир, почему о людях не подумали. Отсчитал от палатки 15 шагов и веткой начертил на земле квадрат со стороной в три шага. Предупредил, что в следующий приезд все проверит. После его отъезда сержант потребовал при выходе в туалет, отсчитывать 60 шагов и перед началом чертить на земле квадрат такого же размера. Сказал, что согласовал с замполитом, когда провожал его до машины.

19

Отдыхаем в Италии. Многонациональный курорт. Бармен - почти полиглот, но все-таки иногда путается в языках, обращаясь к клиентам. Но никогда не ошибается, обращаясь с украинцами. Вроде бы все одинаковые, в трусах, шлепанцах, никаких оселедцев и усов до пояса, как все украинцы за рубежом говорят чисто и только по-русски, а кое-кто еще и по-польски. Но даже если они молчат, бармен все равно безошибочно вычисляет страну приписки - що бажаете, дякую, будь ласка и тд. Спрашиваю аккуратно: Come funziona? Типа как это им делается? Бармен ухмыльнулся и показывает на подвыпившего немца - типа они достают вначале бумажные деньги - показывает, а потом начинают отсчитывать монеты - также изображает. Затем поворачивается к семейке украинцев, что-то обсуждающих по-русски с одесским прононсом и показывает, как те вначале считают монетки и лишь потом достают из дальних карманов бумажные купюры. Все очень просто. Даже если ты родился под Курском и стал украинским министром, все равно привычка вначале доставать монетки, а потом бумажки - будет твоей текущей национальной чертой.

20

Поход на Москву

Жил-был один мужичок, собою неказист, да и немолод уже. Посещал он однажды Москву по какой-то ерунде и возвращался домой на поезде. И соседка сразу ему знакомой показалась, заговорили — бог ты мой! — лет двадцать назад играли они вместе в оркестре при ДК связи, как тогда шутили — «половой». Мужичок тромбонистом служил, а дама эта на флейте играла и считалась первая красавица. Многие оркестранты в её сторону неровно дышало и сам дирижёр подмигивал. Мужичок тогда лишь поглядывал сквозь смычки, любовался, ну и фантазировал малость. У него на тот момент дома всякие семейные обстоятельства были, да и шансов за собой не видел. Сейчас даже удивился, что соседка его признала.
А разговор замечательно пошёл. И оркестр вспомнили, и про жизнь поговорили, и про то, как она выглядит замечательно. Время и станции летели незаметно, под конец устали, молчали вместе — уютно было, хорошо.
На вокзале её сестра встречала, за город ехать, на семейный юбилей. Обменялись на прощанье телефонами. Решился в щёку поцеловать, наклонился. Вдруг то ли мяукнул кто, то ли специально — но обернулась она, и поцелуй прямо в губы пришёлся и продлился некоторое время, даже, быть может, секунды три. Забилось у мужичка сердце, как давно уже не билось, пульс не сосчитать. Дошёл он до своего дома на дрожащих коленях, выпил водки и послал эсэмэску такого содержания: «Встретимся в Москве как-нибудь?». Положил телефон на столик, к окну подошел, под занавеску пролез и сильно-сильно лбом к холодному стеклу прижался. Слышит — пимс! — ответ пришёл. Кинулся обратно, чуть занавеску не сорвал. Читает: «Будешь в Москве — заходи». И адрес. Мужичок крякнул и присел на диван. Самая красивая женщина в его жизни хотела видеть его в Москве, хотела видеть его, хотела его, хотела!
Всю ночь мужичок не спал, составлял планы, бегал на себя в зеркало смотреть. Решил так — поспешишь, людей насмешишь. Поутру первым делом пошёл в банк и снял досрочно деньги с депозита, потерял проценты. Потом записался к зубному — вставлять коронки и лечить кариес. Книжку купил про здоровое питание и две огромные гантели. Твердо решил мужичок к Москве подготовиться. Чтобы женщину не разочаровать и самому не опростоволоситься.
Лифт не вызвал, гантели наверх по лестнице тащил. К шестому своему этажу приполз со звёздочками в глазах и сердцем во рту. Понял, что тяжело будет. Но не огорчился ни капли.
Началась у мужичка новая жизнь. По телевизору сериалы про любовь смотрит, на которые раньше только плевался. Забыл про хлеб и картошку, жирное и солёное, а на ночь и вовсе не ест. Утром и вечером гантели тягает да приседания делает. Лифтом нигде не пользуется, через день зубного посещает. На работу пешком ходит, в обед кефир пьет. Первые дни самые тяжелые были. Связки болели, и есть по ночам хотелось жутко, как уснёшь — завтрак снится, проснёшься, а всё ещё ночь.
Ко второй неделе заметно полегчало. На шестой этаж вбежал — и ничего, нормально. В помощь гантелям тренажер купил, собрал, посередине единственной комнаты поставил — другого места не было. Да и не надо. Стал мужичок привыкать к новой жизни. А ещё журнал читать про мужское здоровье и пару раз в неделю на шлюхах тренироваться. Поскольку по части интимных дел были у мужичка сомнения на свой счет. Шлюхи поначалу удивлялись, но соглашались помочь и вели себя как порядочные женщины. По окончанию мужичок разбор полётов проводил — что правильно сделал, что неправильно, и первое время даже записывал ответы.
И мечтал мужичок, сильно мечтал. На тренажере, на шлюхе и даже у зубного. Думал он о той женщине постоянно. Воображал себя с нею. На работе бурчать начали, что от него толку никакого не стало, опять же линолеум пропал, десять рулонов. После голодных лет мужичок себе подобного не позволял, разве что по мелочи, а тут как-то все сошлось. В результате поругался с директрисой, пришлось на отпуск написать. Отгуляю, думает мужичок, а потом и вовсе уволюсь, пусть поищет себе завхоза. Может, вскоре вообще в Москву перееду, работу там найду с зарплатой поболее. А квартиру сдам — отличная прибавка! Хотя на такую женщину денег еще больше надо. Ну так вспомню молодость, залабаю на костыле, Москва город большой, каждый день похороны. И погрузился мужичок в воспоминания о дважды краснознаменном оркестре округа, заулыбался, а закончив, поднял верх палец и сказал вслух: «Ни чета нынешним!»
К концу месяца живот заметно убавился, а плечи стали шире на размер, чему мужичок сам изрядно удивился. И самочувствие было как никогда. Потренировавшись, напрягал мускулы и чувствовал себя как артист из одного кино, просто вылитый, особенно если в зеркало не смотреть.
Пора в столицу ехать. С новыми зубами. Тем более что ждать уже никакой мочи нет. И вот составляет мужичок эсэмэску на заветный номер. В таком ключе, что как бы собираюсь в столицу по важным делам, но не прочь и посетить хорошую знакомую, поужинать вместе. Ответ пришел быстро: «Если речь только про ужин, то можешь и не приезжать».
Мужичок подпрыгнул и затряс сжатыми от радости кулаками, перечитал ещё раз и ещё — как от этих слов веяло ароматом жаждущий его женщины, такой далекой и близкой одновременно!
В Москву, в Москву, скорее! Забрал брюки из химчистки, сложил рубашки в чемоданчик и тут же решил чемодан не брать, ну куда же это в гости с чемоданом, сбегал в аптеку, купил презервативов и всяких подсказанных шлюхами полезных гелей. Размышлял, куда их положить, чтобы как-то поизящнее достать в нужный момент, придумал из подарочной бумаги сделать кулечек и бантиком обвязать. Сюрприз! Положил на стол, любовался, считал минуты до поезда.
Выйдя из дома, не мог вспомнить, закрыл квартиру или нет, пошёл уже было обратно, вспомнил, что точно закрыл, а паспорт взял? Да вот же он. Всё на месте: и паспорт, и билет; скорее в поезд, в самый медленный поезд на свете.
Под стук колес неожиданно уснул, тоже от волнения, видимо. Проснулся, купил кофе у разносчицы, выпил без сахара, вот уже и приехали.
Москва, всегда такая холодная и неприветливая, нынче стала будто праздничная, ни мокрой грязи, ни мрачных рож. Такси мужичок взял, чуть отойдя от вокзала, — сэкономил слегка. Пригодятся еще деньги-то. Назвал адрес, но перед этим попросил к ближайшему в том районе приличному магазину подвезти, где деликатесы и водка непаленая.
Таксист кивнул, не прекращая с кем-то говорить на незнакомом языке. Ехали не так уж и долго, на удивление, хотя смеркалось, город замедлялся и гудел в пробках.
— Магазин, — сказал таксист, на секунду прервавшись.
— Подождёте меня? — спросил мужичок, протягивая деньги.
Таксист кивнул.
В магазине и вправду было много деликатесов, таких дорогих, что цену указывали за пятьдесят грамм. Мужичок взял колбасы трёх видов, сыра и рыбки соленой. Замахнулся было на черную икру, но в последний момент смалодушничал (да и не до икры будет!), взял красной. Зато водку выбрал самую лучшую, а также вина французского две бутылки и шампанское «Князь Голицин». Походив еще, добавил в корзинку сок, ликер и свежий ананас.
Расплатился, вышел. Таксист уехал, не дождался, гад нерусский. Куда идти, где это? Подсказали, что рядом. Через полчаса ходьбы устал от московского «рядом», поставил пакеты, отдышался. Отправил эсэмэску: «Уже иду!» Получив ответ: «Ко мне?» — обрадовался и поцеловал «самсунг» в экранчик. С новыми силами тронулся в путь, вышел вскоре на нужную улицу, начал дома отсчитывать.
«Чёрт!!! Забыл! — скривился вдруг мужичок. — Сюрприз-то, кулёчек с бантиком, так и остался на столе! Вот напасть…»
— А где тут презервативы? — начал спрашивать у прохожих. — То есть… это… аптека?
— Рядом, — ответили.
Мужичок вздохнул, написал эсэмэску: «Буду через полчаса». Пимс! Пришёл ответ: «Других планов у меня на сегодня не было».
Мужичку стало ой как неудобно, на него надеются, а он тут… И ни одной машины не видно. Улицы узкие, дома невысокие, как будто и не Москва совсем. Где же аптека, где крестик? Может, сумки с едой оставить пока? Да кому ж их тут оставишь.
Аптека нашлась в длинном дворе, к счастью, ещё работала. Купив всего и побольше, мужичок тронулся в обратный пусть. Пакеты с продуктами оттягивали руки, перекладывал как-то, старался не останавливаться и не сбиться с пути.
Уфф! Пришел наконец-то. В домофон тыкает — палец дрожит. Пипикнуло, открыли. Поднялся на второй этаж, потянул приоткрытую дверь. Вошел.
Всё как в мечтах. Уютно, тепло, коврик круглый, пальто на вешалке, зеркало. И она. Так близко! Несусветно красивая, домашняя. Стоит, чуть наклонив голову, смотрит на него, как будто с вопросом каким.
Мужичок плечи расправил.
— Здравствуй!
— Ну, здравствуй. Какими судьбами?
— Я… это… — начал было мужичок, а сам поставил сумки на коврик, шагнул к ней, обнял изо всех сил и целовать, целовать!
— Да что же это! Прекратите! Стоп! Стоп! — вдруг закричала она, вырываясь, уперлась руками ему в грудь. — Отпустите меня, отпустите, что происходит?! Пусти!
— Да как же?! — опешил мужичок, отступив. — Я же к тебе приехал, вот, ждал…
— Что за наглость такая, что вы себя позволяете!
— Мне уйти, что ли? — глухо спросил мужичок, не веря происходящему.
— Оставьте меня в покое! — прокричала она, отвернулась к зеркалу и заплакала.
Пришибленный, растерянный мужичок чуть было не бросился к ней снова, зашатался, замычал, схватив себя за голову. Наклонился, выдернул водку из пакета, толкнул дверь и бросился вниз по лестнице. Выйдя из подъезда, сорвал пробку и залпом впустил в себя полбутылки. Пошёл, шатаясь, по холодной улице, остановился, вытер слезы рукавом, ещё выпил, снова побрёл, у фонаря присел, допил, что осталось, закрыл глаза руками. Сидел долго.
— Мужик, тебе куда? — жёлтое такси подъехало почти вплотную.
Мужичок очнулся. Поднялся с трудом, но в машину сел уже уверенно.
— К девкам! — сказал громко.
— На точку, что ли? — переспросил таксист.
— Не знаю, чтоб покрасивее и чтоб выпить!
— Тогда в клуб?
— Валяй в клуб.
Машинка понеслась по ночным московским улицам, таксист что-то рассказывал, мужичок не слушал, шептал всё — как же так, как же? А может, из-за икры? Черную надо было брать. С ананасом.
— Черную с ананасом! — повторил он громко.
— Сейчас уже всё будет. Уже подъезжаем, — отозвался водитель. — А я им объясняю, претензии ко мне может предъявлять только погибший, а остальные вообще никто и ни при чём! С вас косарь.
Вывеска над большой железной дверью нервно светилась красным. Мужичок слова иностранного не разобрал, нажал кнопку.
В клубе мигало и громыхало, ходили полуголые девицы со строгими лицами. Пройдя контроль, мужичок заплатил за отдельную кабинку, заказал сухариков и водки, которую тут же выпил и заказал еще. Посидел, согрелся, стало чуть легче. Глаза привыкли к мельканию, стало видно, что девицы по очереди поднимались на сцену с шестом и танцевали там, снимая последнее. А потом обходили по очереди кабинки. Заходили и к мужичку. Каждую он спрашивал, как зовут, предлагал деньги за секс и получал отказ. Согласилась только самая страшная, которую и на сцену-то не пускали. Себя оценила в пятнадцать тысяч с НДС. Мужичок засомневался. Видя его колебания, находчиво предложила другое — за пять тысяч рассказать, как можно весь стриптиз-клуб поиметь. Получив сумму, объяснила: если ещё пять тысяч дать охраннику, то получишь ключи от квартиры в доме напротив, откуда по телефону звонишь в клуб и вызываешь кого хочешь, хоть танцовщицу, хоть официантку. Мужичок страшную поблагодарил, допил залпом водку и оплатил счет, морщась от дороговизны.
С охранником говорить было трудно, язык заплетался. Но справился. И на улицу сам вышел, и квартиру нужную нашел. Поискал водки — нету, нашёл телефон, снял трубку, попал сразу в клуб.
Из трубки громко играла музыка.
— Мне бы Свету, Свету бы, — прошамкал мужичок в музыку. Света, пухловатая блондинка, ему больше других понравилась. Но вместо «Светы» выходило какое-то «све-све-све».
— Вы что, всех хотите? Всех? — спрашивали из трубки.
— Да не всех, а Свету! — сердился мужичок, но выходило всё равно «све» да «све».
На том конце убедились в том, что сразу всех хочет, всех и повели. Дверь открылась, и в квартирку начали заходить официантки и танцовщицы, включая страшную. Мужичок перепугался, зашипел: «Да вы издеваетесь? Издеваетесь?» Выходило невнятно. Входящие подобрали знакомое слово, близкое по звучанию, получилось — «раздевайтесь». Первые стали раздеваться, спрашивать друг у друга, куда вещи складывать, не на кровать же. Раздетых одетые подпирают, те мужичка теснят. Он давай их руками отталкивать, вещи выкидывать, кричит: «Администратора сюда, министра-то-ра-ра» — слово длинное и для трезвой головы. Пришедшие поняли, что клиент в отказке и требует министра. Осудили, уходя. Совсем, сказали, с ума сошёл, но министра, даже двух, обещали тут же прислать.
Дверь за девушками и захлопнуться не успела, как вошли двое охранников в чёрных костюмах, схватили мужичка за подмышки, прижали к стенке и предложили оплатить всё беспокойство. Сумму назвали дикую.
Мужичок перепугался. Объяснить ничего не может, бумажник показывает, где всего двадцать тысяч осталось. Охранники ему — а вон у тебя карточка есть, в долларах, сейчас к банкомату ночному поедем! Мужичок головой крутит, дескать, нельзя, курс высокий, высокий курс, охранникам слышится: «Выкуси». Ах выкуси, да мы сейчас тебя по стенке размажем! И давай мужичка возить по обоям верх-вниз.
То ли согревшись от этих фрикций, то ли от всего выпитого и пережитого мужичок отключился, обмяк и, будучи отпущен на пол, захрапел...
Охранники выругались, взяли все деньги из кошелька и стали дальше по карманам шарить. Нашли пять пачек презервативов, паспорт, ключи и визитку начальника департамента контрразведки полковника Кожемякина А. М. Покрутив визитку, парни переглянулись, вернули в кошелек пять тысяч — чтоб не серчал, затем вытащили мужичка на лестницу, приложили к тёплой батарее и ушли.
Часов через шесть мужичок наполовину проснулся, выполз на утреннюю московскую улицу, поморщился на свет, остановил частника и поехал на вокзал.
Первым делом купил билет, затем пошёл пиво пить. Нашёл где подешевле, к пиву взял сосиску, огурец и большой кусок черного хлеба. Ел с удовольствием. Месяц так вкусно не ел. Потом взял еще кружку и, похлопывая себя по животу, уселся поудобнее на замызганном диванчике. Продавщица за стойкой ему улыбнулась, он — ей. Зевнул и подумал, что в целом неплохо съездил в Москву. А то ведь дома всё провинциально, обыденно, а тут, как ни крути, столица, интересно можно отдохнуть. Поиздержался сильно, конечно. Но будет чего вспомнить. Да и здоровье в целом подтянул. Когда б еще за зубы взялся — никогда бы.
И тут — пимс! — эсэмэска приходит. Удивился, читает: «Почему ты ушёл так быстро?» Хлопнул тут мужичок ладонью по коленке, вытянул губы и сказал: «Пфффффффф…»

(С)СергейОК

21

Идем вчера с дочкой (7 лeт) домой. Oнa скачет, кaк ужаленная, песни поет. Проходим мимo стадиона школьного:

– Дочка, а давай-ка пробеги кружков десять, чтoб ты xopoшeнькo задолбалась. А то дoмa бyдeшь носиться, на скакалке скакать, соседи xoть передохнут.
– А спорим на двe куклы, чтo пробегу!
– Ты ж в куртке школьной, ботинках тяжелых. Не пробежишь.
– Дaвaй посмотрим. Тoлькo с oднoй передышкой.
– Лaднo, спорим!

И oнa налегке пробегает пять кругов, минуту отдышалась и… На девятом кругу я уже побледнел и мысленно начал отсчитывать писят баксов. На десятом понял, что я чего-то не знаю про свою дочь: она даже не запыхалась и спокойно потопала домой. И вcё это бeз подготовки! Из физнагрузок у нee только школьная физра.

Думаю сейчас ее на бег отдать.

24

Шёл 1583 год. В Пизанском соборе шла служба.
Все усердно молились. Один молодой итальянец, студент местного университета, словно не видел и не слышал происходящего вокруг.
Внимание его было приковано к церковным люстрам, слегка покачивающимся на длинных цепях.
Взяв свою левую руку за запястье, он принялся отсчитывать удары пульса, следя за размахом люстр.
«А ведь таким способом можно измерять время»,- подумал он.
Этот молодой человек был будущий великий ученый Галилео Галилей.
Так в 1583 году был открыт маятник.

25

Вчера подхожу к машине, улица с односторонним движением, передо мной мужик идет уткнувшись в телефон. И тут его гаджет:
- Вы сбились с маршрута, через сто метров развернитесь в противоположное направление.
Мужик тормознул, да и пошёл дальше, наверное сотку отсчитывать...

26

Услышал эту историю давным-давно на линии Мурманск–Йоканьга–Архангельск, уж не помню, откуда и куда шли. Рассказчик, естественно, клялся, что это быль. И клялся, что произошло это «где-нибудь высоко в горах, понимаете ли, так это... но не в нашем районе». Проверил я здесь для приличия на повторы по фразе «суд офицерской чести», вроде чисто. Если кому-то баян, то извините.
Теперь суть.
Гарнизон. Офицерская общага. Вернувшийся с вахты моряк, обнаружил жену в объятиях другого офицера. Ну, как в объятиях – в своей постели, вместо себя. Возмутившись, муж объявил пришельцу выговор с занесением в область лица. Пришедший, посчитав, что недостоин свалившегося на него счастья, принялся отсчитывать сдачу. На шум сбежались зрители с соседних комнат общаги. Подоспел патруль.
Наутро начальством было решено не калечить карьеры военных моряков и ограничиться открытым судом офицерской чести.
И вот в доме офицеров - полон зал, а на сцене допрашивают виновницу торжества. Она в глухой несознанке и лепит что-то типа: «Невиноватая я!». «Да, ждала мужа с вахты, да, разделась и легла спать. Да, зашел, лёг рядом, начал ласкать, повернулась, ответила, предались страсти. Откуда я могла знать, что это не муж? Темно было! Невиноватая я!».
Женская половина зала недовольно загудела: «Ты чего несёшь! Мужа она распознать не может! Да я своего из тысячи узнаю! Только рукой ухвачу! Да и не рукой даже. А как двигается, как туда, как сюда! Отличить она одного мужика от другого не может! Хватит врать!»
Почетный председательствующий, мудрый старый дядька, из отставников, подождав, остановил шум жестом руки: «Тише, женщины, тише… Вы опытные жёны, это понятно. А вот давайте спросим молодую жену вновь прибывшего к нам лейтенанта. Вот скажите нам, девушка, вы смогли бы узнать мужа в темноте?»
И девушка, потупив глаза и краснея, решила признаться: «А я даже не знаю, что сказать… Понимаете, у меня кроме него никого не было. Я не готова ответить, смогу ли я его отличить. Не знаю, извините…»

27

Водитель маршрутки может одновременно: - курить, - принимать деньги, - отсчитывать сдачу, - грызть семечки, - разговаривать по мобильному телефону, - смотреть в окно, - настраивать магнитолу, - управлять маршруткой.