Результатов: 6

1

Развею пару мифов: об отсутствии в СССР ментовского беспредела в отношении простых граждан (кто не знает, непростыми гражданами другие службы занимались и сейчас занимаются). И о том, что тогда вездесущие журналисты не хватались за газетную «утку», а печатали только о шагах на пути к светлому социализму и достижениям советского народа и глобальных катастрофах типа Чернобыля или землетрясения в Ереване.

Где я взял пожелтевший лист «Правды», история отдельная, скажу, лишь, судя по статье об успехах советских спортсменах на олимпиаде в Корее, газета вышла летом 1988 года. Бросилась в глаза другая статья. Верю, что не выдумка, времена, хоть, и не сталинские, пропустившего в печать «утку», главного редактора общесоюзной газеты по головке бы не погладили. Перепечатывать не буду, смысл напишу вкратце.

Заголовок: «Милиционеры сломали руку Горбачеву». Не исключу, что на заглавной странице, которой у меня нет, то же напечатано большими буквами, провоцируя прохожих купить газету. А на самом деле не о первом президенте СССР. Менты задержали мирно отдыхающего мужичка без документов. Зато с бутылкой пива. Доставили в отделение, составляют протокол.
- Фамилия?
- Горбачев.
- А не Михаил Сергеевич?
- Да, Михаил Сергеевич. (как потом выяснилось по паспорту - правда)
Договорить бедолаге не дали, вывихнули плечо и сломали руку. Результат: мужик в больнице, менты по ту сторону решетки от своего рабочего места.

А мы в то время в школе учили «наша милиция нас бережет».

3

Зашел как-то в книжный магазин. Стою, листаю какую-то книгу и параллельно по СМС общаюсь. И так как ответы приходят быстро, то я то в книгу смотрю, то на телефоне набираю очередной ответ. Продолжается это минут десять. Подходит ко мне охранник и говорит:
- Вы знаете, у нас запрещено фотографировать материалы.
Я говорю:
- Не волнуйтесь, это я СМС набираю.
И тут охранник (добросовестный, блин) выдает:
- Перепечатывать книги тоже запрещено!

4

Бывший президент Теодор Рузвельт в 1912 г. решил снова вернуться к управлению страной, так как был недоволен своим преемником Уильямом Говардом Тафтом.
На предвыборной кампании Рузвельт решил распространить 3 миллиона брошюр со своей речью «Исповедь» и своей фотографией на обложке.

На картинке — фотография Теодора Рузвельта. В нижней части снимка есть надпись «copyright 1910 by moffett studio chicago».
Когда тираж уже был напечатан, руководитель кампании Рузвельта обнаружил эту запись. И понял катастрофическую ошибку – на использование фотографии не было получено разрешения от правообладателя.
Закон об авторском праве позволял фотографу потребовать по 1 доллару за каждый экземпляр фотографии. А в 1912 г. потеря 3 миллионов долларов эквивалентна потере более 60 миллионов долларов сейчас. Такую цену штаб не мог себе позволить заплатить. А перепечатывать брошюры стоило не только денег, но и времени.
Руководителем избирательного штаба Рузвельта был Джродж Перкинс, опытный человек в решении разных сложных задач. Перкинсу пришлось бы попытаться договориться о более выгодной сделке с фотографом. Если бы вы были на его месте, как бы вы справились с этими переговорами?
Но после тщательного анализа ситуации он решил вступить в переговоры с Моффеттом немного иначе и отправил ему телеграмму следующего содержания: «Мы собираемся распространить три миллиона брошюр с фотографией Рузвельта на обложке. Это отличная возможность для фотографа. Сколько Вы готовы заплатить, если мы используем Вашу работу? Ответ нужен немедленно».
Моффетт ответил быстро: «Спасибо за предоставленную возможность, я готов заплатить 250 долларов».

5

На днях взял с полки буккроссинга увесистую папку из толстого картона. Сначала я подумал в ней подшивка журналов, были видны цветастые иллюстрации. Да, эти иллюстрации были из журнала Огонек 1953 года, там про дружбу с Китаем показывали. Но я был сильно огорчен, кроме этих листов, самих журналов не было. Вместо них были прошиты листы писчей бумаги, на которых пишущей машинкой кто-то вручную отпечатал роман Пикуля "Фаворит". На одном из листов гордо было написано "Из Роман-газеты. 1987 год".
Тьфу! Подумал я, ну что за люди. Сейчас Огонек 1953 года антиквариат, артефакт и деньги, а эти писчие листы с буквами-никому не нужны. Это же надо же, в 1987 году кому-то времени и здоровья не жалко было перепечатывать муть Пикулинскую. Этот фолиант напоминает анекдот, когда в 90е сын нового русского для задания по литературе ксерил Войну и мир себе.

А мы сейчас, в XXI веке-то, тем ли занимаемся? Не пишем ли мы комментарии никому не нужные, не читаем ли посты нафиг никому не нужные? А?!
Засим прощаюсь, до новых встреч, комменты гашу.

6

Из типографской жизни

Году примерно 98-99 одно издательство выпустило подробную биографию Лермонтова, может дата какая была, сейчас уже не помню. Книгу печатали при финансовой поддержке правительства Москвы, поэтому представление книги планировалось проводить с размахом, на книжной выставке, мол помним и гордимся не только Пушкиным. Издательство постаралось на славу, всё успели сделать в срок, тираж был привезён из типографии и с утра несколько экземпляров должны были везти на выставку. Основной гордостью редакторов было большое генеалогическое дерево Лермонтова, размещённое на переднем форзаце книги. Посередине листа были расположены ФИО и даты жизни самого поэта, а выше и ниже была приведена информация о многочисленных предках и потомках.

Директор издательства с гордостью показывает случайно зашедшему знакомому гвоздь программы завтрашней выставки и вдруг слышит вопрос: “А почему у вас написано Юрий Михайлович Лермонтов?” Не может быть! Как можно было ошибиться? На самом деле ошибка простительна, как многие из вас помнят, в то время имя-отчество Лужкова звучало гораздо чаще, чем имя-отчество второго русского поэта.

Но что делать? Перепечатывать форзац нет времени, отложить презентацию тоже нереально… Но директор нашёл-таки выход. Полночи все сотрудники редакции сидели с белыми маркерами наперевес и к утру в центре генеалогического дерева гордо красовалась надпись: “Михаил Лермонтов”. Да и то правда, великие русские поэты в отчествах не нуждаются!