Результатов: 5

1

КРУГ ПОИСКА
Рассказывают, как-то по распоряжению Сталина пытались найти писателя
Александра Фадеева. Создатель "Молодой гвардии" и "Разгрома" будто
сквозь землю провалился. Доложили Иосифу Виссарионовичу:
- Уж мы где только не искали! И у жены, и у трёх любовниц!
Вождь строго спросил:
- Почему остановились только на трёх?!..

3

Принеслась сегодня на массаж к своему другу, а в коридорчике перед его кабинетом сидит такой брутальный дедушка. Разговорились, он меня спрашивает:
- Деточка, а вы первый раз к Михаилу Виссарионовичу?
- Нет, не первый, и он Лаврентьевич, - начинаю хихикать я.
- Боже мой! А я сижу, старый дурак, вспоминаю, как его по батюшке... Знаете, прошлый раз он так меня скрутил, что я всю дорогу то бабку покойную как наяву видел, то маршала Конева, то грудной отдел своего позвоночника. Ещё думаю, надо же, какое у человека отчество подходящее, сразу видно - упырь.
- А сегодня зачем пришли, хотите ещё и Жукова повидать? - смеюсь я.
- Так помог упырь-то! Я хоть разогнулся!

5

Рассказывали, что в майские дни 1945 года в Берлине по случаю Победы над фашистами был устроен обширный банкет, на котором присутствовали видные советские и иностранные военачальники из антигитлеровской коалиции. Председательствующим на этом торжественном мероприятии был Маршал Советского Союза Константин Константинович Рокоссовский. Среди прочих, на банкете был некий художник, которого выписали из Союза для того, чтобы он писал парадные портреты полководцев–победителей.
И вот бокалы наполнены. Открывая праздник, Рокоссовский встал и пламенно произнес:
— Дорогие товарищи! Друзья! Братья по оружию! Первый тост предлагаю посвятить нашему великому стратегу, гениальному полководцу, светочу мирового революционного движения, нашему горячо любимому товарищу Иосифу Виссарионовичу Сталину!
Гости встали и в торжественной тишине готовы были уже начинать чокаться за светоча, как вдруг откуда–то с галерки прилетел негромкий, но отчетливо слышный всем категорический ответ:
— А я выпивать не буду!
По залу прокатилась волна недоумения и негодования, она отразилась от дальней стены и, вернувшись, ударила в Рокоссовского:
— Кто это сказал?!! — рука Маршала потянулась к кобуре.
— Я это сказал! — все вдруг разглядели в дальнем углу штатского, продолжавшего сидеть.
— Почему???
Художник встал, окинул всех полным достоинства взглядом и изрек:
— А мне не налили!