Результатов: 16

3

Репетиция Бориса Годунова в еврейском театре. Актер, играющий Годунова, произносит свою реплику: - Азохен вэй, товарищи бояре! Я шо-то Шуйского не вижу среди тут? Режиссёр: - Стоп, стоп, стоп! Моня, не среди тут, а между здесь! Это будет хоть немножечко по-русски!

4

История произошла в нашем театре (я работаю артистом), когда мы поехали на выезд в один детский садик. Зрители - детки лет 3-5.
По сюжету Мышонок (Мыцик) увидел, что Коту (Кыцику) стало плохо. От страха он пытается ему помочь и, волнуясь, говорит:
- Я знаю, что надо делать. Когда Дядюшке Клоуну плохо, он пьет... пьет...пьет...эту...валерьянку.
Наш актер начинает говорить этот текст:
- Когда Дядюшке Клоуну плохо, он пьет (пауза), пьет (пауза)....
Дети, почти хором:
- Водку!

5

Был в Александринском театре замечательный актер Анатолий Павлович Нелидов (телезрители наверняка помнят его по фильму "Антон Иванович сердится" - он там играет профессора консерватории по вокалу и ссорится с Антоном Ивановичем). Так вот, Анатолий Павлович обожал разыгрывать Юрия Михайловича Юрьева - выдающегося актера, одного из патриархов императорской сцены и одного из первых народных артистов СССР. В мейерхольдовском "Маскараде" он играл Арбенина. Розыгрыши Нелидова всегда носили "скабрезный" характер. Юрьева коробило и переворачивало от всяких неэстетичных выражений. А уж если он образно представлял себе то, о чем говорил Нелидов, то мог и в обморок упасть. И вот однажды перед одной из последних репетиций "Леса" Островского (Юрьев играл Несчастливцева, Нелидов - Восьмибратова) Анатолий Павлович говорит:
- Да, Юра! Я сегодня какой-то странный сон видел. Может, ты скажешь, к чему бы это он мог быть?
Юрьев, догадываясь, что сейчас будет розыгрыш, тем не менее, поддается! (Ох уж эти актеры! Дети!):
- Какой сон?
- Так вот, будто идем мы с тобой, Юра, по лесу и навстречу нам - медведь. Огромный, бурый, страшный медведь! И говорит нам: "Вы что это тут в моем лесу расхаживаете? Вам мало своего "Леса" в Александринке?" Юра, мы с тобой - ни живы ни мертвы! "А ну, идите за мной!" Мы послушно идем. Идем, идем и доходим до полянки, на которой стоят две бочки. Одна, Юра, бочка - с говном... - Юрьева передернуло. - ...а другая - с медом. И говорит медведь тебе: "Ты, Юрьев, - народный артист, а потому полезай в мед. А ты, Нелидов, - заслуженный, так твое место в говне". Представляешь, Юра, мое состояние? И здесь несправедливость! Но что делать! Залезли мы с тобой в эти бочки, сидим. А медведь на наручные часы смотрит и правую лапу поднял - ну прямо как перед спортивным состязанием. Потом говорит: "Хватит! Вылезайте!" Мы вылезли: ты-то - в меде, а я, Юра - весь в говне... - У Юрьева уже предобморочное состояние. - "А теперь, - говорит медведь, - оближите один другого!"
У Юрьева началась рвота, он побледнел. Потом отошел, покачал головой:
- Мерзавец...

Петр Меркурьев

6

Этот случай мне рассказал бывший декан одного из факультетов ГИТИСа.

На спектакле "Ревизор" в известном столичном театре актер, играющий роль городничего, начал словами:
"Господа, я собрал вас здесь, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие. К нам едет ХЛЕСТАКОВ"

7

СУКИНЫ ДЕТИ

Все актеры - сукины дети, и их вполне можно понять.
А что поделаешь? Тут уж, либо бросай свою подневольную профессию и лезь в шахту, либо становись шагающим по трупам экскаватором.
Начну с маленькой личной предыстории.
Довелось мне однажды снимать рекламу.
Как положено - провел километровый (с перерывом на обед и ужин) кастинг актеров, выбрал троих, снял и забыл.
А вот они не забыли.
И не удивительно, тысяча долларов за один съемочный день - такое не забывается.
Стали мне эти бравые парни названивать почти каждый день, чтобы узнать о моих творческих планах, или просто спросить - не разболелась ли у меня голова, на изменение погоды?
Звали на спектакли, на дни рождения, в общем, пытались дружить изо всех калибров.
Время шло, а звонки все никак не прекращались. Я даже пытался деликатно намекнуть, что пока не снимаю ничего с актерами и неизвестно когда снова буду, сукины дети наигранно обижались, уверяли, что это совершенно не важно, и с неослабевающей энергией продолжали интересоваться моим гениальным творчеством и зазывать на свои спектакли.
Мне стало жаль их и вот, в один прекрасный день, когда позвонил актер Дима, чтобы сердечно поздравить меня с наступающим днем независимости от любых зависимостей, я поблагодарил за поздравление и сообщил ему потрясающую новость:
- Дима, можешь меня поздравить, я наконец решился и снова обрел счастье в жизни. Представляешь, бросил к черту все это поганое телевидение и вернулся в школу.
Через паузу, Дима недоверчиво спросил:
- В какую школу?
- Ну, я ведь по первой профессии - учитель математики, а в лихие девяностые вынужден был податься в режиссуру, чтобы прокормить семью, и вот теперь я снова вернулся в свою родную школу. Это ли не счастье? К тому же у меня появилось масса свободного времени, чтобы нам, наконец, повидаться и сходить на твою премьеру. Когда она там у вас?
Актер Дима что-то буркнул и ответил:
- Пока неизвестно, и неожиданно повесил трубку.

На следующий день позвонили еще два архаровца и без «здрасьте» спросили:
- Про школу – это правда?
- Да…
С тех пор, звонки от них абсолютно прекратились. Трое верных друзей покинули меня, как детишки после мультиков покидают старый выключенный телевизор.
Но это все только присказка, а вот и сама история, которую мне рассказал один великий русский актер. Назовем его Сергеем.
Довелось ему сниматься где-то в Беларуси в очередном фильме о войне.
Вся группа жила прямо среди леса в каких-то строительных вагончиках и вот однажды ночью к Сергею в дверь скромно постучали.
Это был актер-эпизодник, игравший малюсенькую роль «убитого немца». Сергей даже имени его не знал.
Парень долго извинялся и наконец перешел к делу:
- Сергей, Вы не могли бы спрятать у себя в вагончике мою сумку, а то я из-за нее уже четвертые сутки не сплю.
- Что за сумка?
- Дело в том, что я как раз квартиру в Москве покупаю, а тут срочно предложили эту рольку и я, так со всеми деньгами и поехал. Теперь вот не сплю. У Вас ведь вагончик на ключ закрывается.
- Вроде закрывается, но, мало ли?
- Я фаталист, да и кому еще я могу довериться, если не Вам?

Сергей сумку взял и даже из любопытства заглянул внутрь. Там действительно были деньги в банковской упаковке, сколько неизвестно, но на квартиру в Москве должно было хватить.
Утром за своей сумкой пришел «убитый немец», он от души поблагодарил Сергея за ответственное хранение и сказал, что смотается на денек в Москву, чтобы совершить сделку и стать, наконец москвичом. Потом немного помялся, решился и сказал:
- Сергей, извините за наглость, но не могли бы Вы это… до завтра, только до завтра. Просто мои родители в Екатеринбурге продали дачу, а у банка два дня выходных. И мечта всей моей жизни под угрозой. Сделка может сорваться, а там такая квартира, что уйдет за полчаса, если я…
- Короче. Тебе что, денег одолжить?
- Да, если можно. Только до послезавтрашнего дня, когда я в банке получу за дачу деньги. Если хотите, я Вам расписку напишу, могу даже нотариа…
- Погоди, погоди, а много ли тебе нужно?
- Девятьсот…
Сергей присвистнул, подумал и сказал:
- Девятьсот не дам, а двадцать тысяч евро, так уж и быть, дам, пиши пока расписку, сейчас принесу.

…Сукин сын упал от радости на колени и даже пустил слезу, когда прижимал к сердцу, чуть испачканную с торца, запечатанную пачку двухсотенных, потом сел в свой «жигуль» и помчался в Москву.

Прошел, день, второй, третий.

Слава Богу, 20 000 евро для Сергея сумма не смертельная (всего-то несколько съемочных дней) но неприятный осадочек нарастал…
Наконец из Москвы вернулся сукин сын и потупив глазки сказал:
- Квартиру я купил, но родители меня подставили – не захотели продавать дачу и теперь я вообще не представляю, как быть и как расплатиться с Вами. Да и халтуры, как назло, никакой, а в театре копейки платят.
Сергей поиграв желваками ответил:
- Так, квартиру продай.
- Не могу, мы ее на маму записали… Простите, что так вышло. Но Вы не переживайте, я по чуть-чуть буду отдавать и верну все до копейки…
- До евроцента!
- Ну, да, конечно…
- Ну и когда же ты мне все вернешь, через сто лет?
- Если повезет, то месяцев через десять, двадцать…
- А если не повезет?

…Сергей схватил за шиворот «убитого немца» и с тех пор, месяца четыре, таскал его повсюду за собой, выпрашивая для него рольки и и ролюшечки, лишь бы тот скорее смог заработать денег на отдачу.
Наконец, в один прекрасный день, Сергей заметил, что его сукин сын уже достаточно засветился и раскрутился (его и без протекции начали звать в разные сериалы), и строго сказал:
- Все, с меня хватит, неси деньги!

И в тот же вечер сукин сын послушно явился к Сергею и принес чуть испачканную на торце пачку двухсот-евровых купюр.
Ту самую, даже не распечатанную…

8

Равикович рассказывал в ток-шоу. В давние «застойные» времена был у них в театре пожилой актер, которому дозволялось играть Ленина. О-о-о, это было непростое дело, потому что ленинская картавость очень легко могла перейти в карикатуру. Так у этого дядьки была официальная бумага из ЦК КПСС, что он не подгадит.

И вот играют какую-то пьесу Погодина, «Человек с ружьем», что ли, или «Кремлевские куранты» - неважно. На сцене – как бы кабинет Ленина и по центру стоит рояль. Тогда считалось хорошим тоном поставить у Ленина рояль. По ходу пьесы к вождю пришла посетительница просить, чтобы он «похлопотал» за ее брата-офицера, арестованного ЧК. Ленин, опираясь на рояль, раздраженно говорит: «Почему-то все считают, что Ленин должен быть добхр...»

("Как?"- переспрашивает ведущий шоу. "Добхр",- повторяет Равикович, имитируя ленинскую картавость.)

В этот момент у актера выпадает вставная челюсть и скачет по роялю. Он быстро хватает ее и запихивает обратно в рот. Зрители в ступоре, пытаясь понять, что режиссер пытается сказать таким «авангардизмом», а сам режиссер в ужасе и тоске хватается за голову.

9

После спектакля в знаменитом Санкт-Петербургском Александринском театре (бывшем театре им. Пушкина) шел также знаменитый актер Николай Симонов. Неожиданно к нему подошел здоровенный парнюга и, дыхнув ароматом чеснока и водочным перегаром, вежливо обратился:

- Николай Константинович, разрешите с вами побеседовать...

Симонов ответил решительным отказом. Тогда расстроившийся парень (впрочем, это был тридцатилетний дядя, укоризненно отвечал:

- Эх, Николай Константинович, а ведь вы меня в жопу целовали!

Легко представить себе гнев Симонова. Милиция. Протокол. Представители закона, естественно, встали на защиту великого артиста. Тогда обвиняемый вытащил из какого-то тайного кармана в ватнике тряпочку, трепетно развернул ее и предъявил кадр из фильма “Петр 1”, выпущенного в 32-ом году (сейчас на дворе - 69 год!), когда царь, роль которого блистательно играл Симонов, счастливый рождением наследника, подымает ребенка высоко над головой для всеобщего обозрения и смачно целует его в аппетитную попку. Все было правильно. Но прошло тридцать лет. Симонов был человеком с подлинным юмором - мир был восстановлен.

10

Идет спектакль в театре, на сцене известный актер произносит
с пафосом: "Она мертва! Она еще тепла!"
Реплика из зала: "Ну и еби, пока тепленькая!"
Знаменитость в шоке: "Я не могу работать в такой обстановке!!..
Что это такое?" Спектакль прерван. Руководство с трудом
уговорило продожать спектакль, мол успокойтесь, был какой-то
мудак, все будет в порядке и т. д..
Назавтра тот же спектакль, та же сцена, напряжение в зале:
"Она мертва! Она еще тепла!"
Реплика: "Ну и еби пока тепленькая!"
Актер все бросает, бежит со сцены, руководство встает на колени
и уговоривает его играть:"Не волнуйтесь, завтра ментов везде
насажаем - муха не пролетит..."
На следующий день - знаменитая сцена, актер победоносно
оглядывая зал: "Она мерт-ва! Она еще..."
В этот момент в середине зала поднимается мент в гражданке
поворачивается к залу и зловеще шипит, угрожая кулаком:
"Я счас КОМУ-НИБУДЬ ВЫЕБУ!!!!!"

11

Пьяный актер играет в театре. Суфлер подсказывает:
- В графине он узнает свою мать.
- Чево? - спрашивает актер.
- В графине он узнает свою мать.
- Чево?
- В графине он узнает свою мать!!! - почти кричит суфлер. Актер
подходит к графину на столе, берет его в руки и спрашивает:
- Мамочка! Как ты туда забралась?!

12

Репетиция в театре. Режиссер объясняет актеру задание. Режиссер (активно
жестикулируя):
- Ты выходишь на сцену и говоришь: "Я - мельник!"
Актер выходит на середину сцены, поднимает правую руку вверх и вперед и
вдохновенно произносит: "Я - мельник!". Режиссер:
- Hет, нет, нет, ты не понял, ты должен выйти на сцену и сказать, что ты
мельник! Чтобы я понял, что ты - мельник! Актер снова выходит на сцену,
прижимает руки к груди и громко произносит: "Я - мельник!!!" Режиссер
(разъяренно):
- Какой ты на хрен мельник! Ты должен сказать это так, чтобы я понял, чтобы
весь зал понял, чтобы самая последняя собака на галерке поняла, что ты -
Mельник!
Актер выходит на сцену, чуть не плачет, рукой держится за сердце, в изнеможении
падает на колени: "Hу какой я, в пиZду, мельник?!"
Режиссер (одухотворенно): - Браво!!!

15

Заболел в театре актер, а надо ему было всего - то
выйти да сказать "Я гонец из Пензы". Берут за жабры
дядю Васю, налили ему стакан. Время подошло, дядя Вася
выходит и говорит
"Я П$@!%# ИЗ ГОЦА !!!"... Черт, не так
"Я П!&%#$@$ ГОЕЦ !!!"... Черт, опять не так
"ДА Я ЗАГАЛСЯ, П@#$%^ !!!"