Результатов: 11

3

АЛЧНЫЕ СТАРИКИ

Родители моего приятеля, вот уже лет десять как сдали свою московскую квартиру, купили далеко-далеко дом в деревне и живут себе на свежем воздухе. Все бы ничего, но транспорта там никакого нет, вообще никакого, только велосипед и пешком. Страдали старички, страдали, аж пока не стукнуло маме 70 годочков. И вот, по такому торжественному случаю, все трое детей собрались, затянули пояса, влезли в кредит и купили родителям новенькую «Ниву». Счастье родителей не знало берегов. Папа каждый день намывал машину, мама сшила миленькие цветастые чехлы, чтобы на сто лет хватило, даже соседи были рады, ведь и они частенько «падали на хвост», когда старики ехали в райцентр за продуктами.

Однажды, тёплой летней ночью, мимо дома проходили двое тридцатилетних балбесов. Дискотека закончилась, водка тоже, скоро утро, а до своей деревни пилить еще девять скучных километров. Тут-то балбесы и заметили во дворе беленькую «Ниву». Перелезли через забор, машина оказалась открытой и даже ключ торчал в замке зажигания. (А чего хозяевам боятся? Ворота во дворе серьёзные, замок еще серьёзнее, ехать некуда, да и в машине ничего ценного нет) Но у лихих парней спьяну родился отличный план: «Заводим, газуем, сносим ворота, как в индийских фильмах, десять минут и мы уже дома» Сказано-сделано. Ба-бах!!! Только ворота не поддались. Накренились слегка, треснули, но вполне выстояли. На шум выскочил дед в трусах и с фонариком. Недовольные балбесы выматерили ситуацию, выползли из машины, вскарабкались на её крышу, оттуда на покосившиеся ворота и не прощаясь растворились в ночи.

На следующий день было подано подробное заявление в полицию и хлопчиков быстро нашли и раскололи. А дня через три, во двор к потерпевшим старикам прибыла торжественная делегация ходоков: две старушки, две тётки помоложе, ну и несколько детей россыпью. Ходоки посмотрели на грустную одноглазую «Ниву», поздоровались с хозяевами и тут началась смесь Н.В. Гоголя с М.М. Зощенко:

- Хозяева, мы к вам пришли просить за своих несчастных детей, мужей и отцов. Не губите вы нашу семью, заберите заявление из милиции. Наши, конечно же балбесы, спору нет, но ведь они ранее судимые и теперь «условкой» уже не отделаются. Им из-за такой ерунды могут запросто по два года впаять. Кто деток будет кормить? Как их жёны без мужей? Подумайте. Заберите заявление. Они ведь не убили никого, не зарезали. Так ведь? Вы люди, по всему видно, нормальные, у вас самих дети есть, так что заберите.

- Ну, в принципе, мы люди отходчивые и не кровожадные, всё понимаем. Садиться в тюрьму из-за фары, капота и радиатора… Да не дай Бог. Конечно же, заберём, не звери ведь. Что смогу, я отремонтирую сам, чтобы дешевле стало, но всё остальное потянет ровно на тридцать две тысячи, я узнавал и подсчитывал, могу показать у меня тут на бумажке. Там все: капот, крыло, покраска, фара, радиатор, ну и так, по мелочи. Наживаться, как видите, не хочу, и так по Божески прошу. Хорошо, хоть цвет не «металик», а то бы под сорок встало.

Ходоки переглянулись, задумались и после некоторой паузы ответили:

- Мы к вам со своей бедой, как к людям пришли, а вы. Вроде бы жизнь прожили, а думаете только о деньгах. Всё деньги, деньги, деньги. Тут решаются судьбы людей. Л-ю-д-е-й! А вы про деньги и свои машины. Удивительно просто.

- Но, нам же нужно её отремонтировать. Ваши же ребятки набедокурили.

- Да, они нехорошо поступили и очень раскаиваются и извиняются, но давайте решать сначала важные дела – побыстрее забрать заявление, а уж потом будете про машину свою думать, провались она совсем. Что машина? Говна кусок, железка. А тут живые люди. Ну как вам не стыдно? Вы что не переживали бы за ваших детей, если бы они на волосок от тюрьмы были? Видите, вы уже и малышей до слёз довели.

- Ну, как же не переживали бы? Костьми бы легли, но денег собрали бы, чтобы дело замять.

- Не вот, опять - деньги. Я таких алчных людей еще не видела. Вы ведь уже не молодые, а не поймёте того, что не в деньгах счастье. С собой деньги в могилу не прихватишь. Хотите, на колени встанем?

- Да при чём тут колени? Почему мы за свои деньги должны ремонтировать машину – это же ваши ребята понатворили.

- Опять вы про деньги! Хватит! Больше не говорите о деньгах и о ремонтах! Противно слушать!

- Но ведь нам нужен ремонт.

- Ну, вы что, издеваетесь!? Вас же, кажется, просили!

Гоголь с Зощенко продолжались еще часа полтора, в конце концов, трагические ходоки так и ушли ни с чем. Вскоре состоялся суд и балбесы сели на три и три с половиной года…

4

Конечно старинные законы в США это забавные анахронизмы или курьёзы. Но иногда их наличие может сыграть свою ключевую роль. И раз уж есть интерес к теме, делюсь в догон ещё такой вот историей. Предупреждаю, она длинновата. Моя родственница в свое время работала следователем (Crime Scene Investigator) ну и ей сотрудники рассказали такую штуку.
Для начала пояснение - В США административное деление такое:, штат делится на графства (в Луизиане - приходы), а графства на городища, поселки, области, итд. Бывает и так что город соответствует графству, а бывает и нет. В каждом городке или области есть свой отдел полиции. Обычно они подчиняются напрямую коммиссару полиции графства. Иногда они координируют действия. Юрисдикции полиция одного городка в другом не имеет (даже остановить нарушителя "чужой" полицейский не имеет права - хотя конечно может сообщить о нарушении или совершить гражданский арест). Полиция есть и у штата, но она редко действует в самих городках. В больших городах, полицейских и детективов много, ну а в маленьких может быть всего несколько человек патрульных, а территория покрытия может быть и большой..
И вот в одной местности резко возросло употребление метамфетамина (далее "мет"). Кто не знает что это, гугль в помощь или посмотрите сериал Во Все Тяжкие (Breaking Bad). Сначало это дело не просекли, а потом полиция потихоньку начала вставать на уши. Понятно что где-то появилась крупная редиска, производитель мета. Но никак не удается обнаружить гадa, что бы устранить первопричину.
Коммиссары полиции разумеется недовольны и идет директива в участки, "найти и обезвредить". Ну местным полицейским только этой радости не хватало, но за дело взялись. А что реально они могут сделать? Ну патрулировать чуть больше, ну местных наркош и мелких уличных продавцов тряхнуть, но они часто только цепочка в очень длинной цепи, так что успехов не особо много. А у маленьких полицейских участков своих детективов часто нет. И доходит эта директива до одного шерифа, главы полицейского участка одного городка на отшибе (я упрощаю термин "шериф" для простоты. Вообще это сложная функция с обязанностями которые очень разнятся от штата к штату, но для рассказа пускай будем звать его “шериф”).
У шерифа дел по горло, территория у него большая, а народу мало. Это же только в фильмах, шериф это такой брутальный мачо, который может из шестизарядного кольта выстрелить 20 раз навскидку не перезаряжая и не промахнуться ни разу. Он везде ездит сам на своем быстроногом коне или пикапе с верным весёлым напарником, несмотря на время суток и погоду. И самые красивые девушки округи выпрыгивают из лифчиков как только он удостоит их своим вниманием и отдаются ему прямо на капоте. Ну а про преступников и говорить нечего, он их находит на счет "три" и они сруться (пардон дамы) от его сурового взгляда сдавая пароли и явки и клянутся завязать с преступной жизнью навсегда.
В реалии, шериф такой же задроченный наёмный или выборный сотрудник как и другие. Он должен и заниматься писаниной, и составлять расписание патрулей, и нанимать-увольнять сотрудников, и закупать оружие, боеприпасы, и канцелярию, и организовывать тренировки сотрудников, и участвовать в благотворительности, итд. И помимо всей этой хрени ещё и заниматься раскрытием преступлений. А дома у него, как и у всех, ждёт жена которая полощет мозг про не покошеный газон, и что часть забора упала, и что надо сделать в ванной ремонт. А его сын подрался в школе, а дочке надо проверить уроки, а у собаки болят ушки, и помпа в аквариуме сдохла. А по четвергам у него отчет и давно не собирались с друзьями посмотреть футбол.
Ну вот этот шериф (реальный, а не киношный) урывками, в свободное время, потихоньку начинает анализировать факты, смотреть статистику, расспрашивать знакомых полицейских из других городков, и ездить больше по ввереной ему территории, итд. И вот он притер хер к носу, и видит расклад странный. У него на территории как раз нет повышения использования мета . Опыт подсказывает, лиса не трогает ближний курятник, а значит производство у него на территории, a потом мет развозят. Что не приятно ему не только как шерифу, но и как отцу семейства.
Он начинает расследование (и длится это не 1-2-3 дня как фильмах, а долго), но в конце он выходит на подозревамых. Есть у него на территории, недалеко от крупной дороги, бензоколонка. К ней ещё пристроен магазинчик продуктов и ширпотреба, небольшой склад/подсобка и офис траковой компании делающей местные развозки. Когда наступает 10 часов вечера, магазин закрывается, но бензоколонка работает. То есть подойдя к окошку и заплатив, можно купить бензин. Ну и периодически подъезжают машины к складу и что-то привозят и увозят. Со временем подозрения шерифа становяться более сильными, и он всё больше думаeт что этот чёртов мет варят ночью на складе или в подсобке. Но... нет абсолютно никаких доказательств кроме своих умозаключений..
А принадлежит это добро одному достопорядочному гражданину. В церковь тот ходит по воскресеньям, раздаёт индюшек в День Благодарения, замещает баскетбольного тренера в детской команде , и паркуется он строго по правилам. И жена его просто супер и есть у нее какой-то салончик красоты, итд. Короче порядочней этой семьи только мистер и миссис Санта Клаус.
В принципе можно установить регулярное патрульное наблюдение, но: 1) плохиши, если это и они, наверняка не дураки. Очень уж осторожно работают. Наверняка скоро патруль засекут и либо приостановят деятельность или перенесут куда-либо (может вне его юрисдикции.) 2) Сидеть каждый день в засаде он не может, он семейный человек. Особо делиться подозрениями тоже нельзя. И не то что он своим ребятам из участка не доверяет, но понимает, городок небольшой. Многие друг друга знают, пускай даже через цепочку в 1-2 звена. Кто-то с кем-то учился в школе, их дети в одной секции, работали вместе, соседи, в одну церковь ходят, итд. То есть учитывая специфику, очень большие шансы, если заранее сказать своим сотрудникам, то его подозрения станут известными. А привлечь людей со стороны он не может, доказательств нет.
То есть надо устраивать внезапный рейд, не объясняя сотрудникам зачем, но это очень чревато если он ошибся. А взять гадов хотелось бы с поличным, с доказательствами для суда. То есть - нужен повод что бы зайти на этот склад ибо если полицейский уже зашел куда-то и увидел нарушение, пусть даже не связанное с целью визита, то все равно можно проводить арест.
Но тут есть главное "НО". Граждан в США защищает Господин ЗАКОН, с неприкосновенностью личности и бизнеса всё строго. Полиция может зайти с обыском в 4 случаях (я конечно упрощаю): 1) Человек сам пригласил полицию (но этот сказочный вариант отпадает); 2) Полиция активно преследует преступника (например он убегает и заскакивает в чей-то дом и полиция вбегает за ним - тоже Голливуд), 3) Судья/прокурор даст ордер на обыск. Вообще вариант хороший, но недвижка принадлежит эдакому столпу общества и судья его хорошо знает. Плюс ни судья и прокурор без доказательств никогда ордер не подпишут. 4) Остаётся последний вариант,” убедительная причина”.
В целом закон таков - если полицейский видит преступление или вдруг например слышит вопли или выстрелы или нечто подобное, то он будет иметь достаточно обоснований для суда, что у него была убедительная причина и он вошел в дом или на территорию бизнеса думая что там было правонарушение. Но если причина не убедительная то судья просто выбросит неправильно собранные доказательства из судебного слушанья и всё обвинение развалится.
Получается проклятый замкнутый круг. Надо шерифу именно зайти, но зайти нельзя, ибо причины нет. И естественно с помощью сотрудников (не попрётся же он один, жизнь-то как память дорога), но не предупреждая их заранее (а они законы кстати тоже знают). Иначе не будет доказательств, а без них и суда. А не будет суда, редиски будут продолжать варить свой мет и травить народ. Вот и решай загадку со столькими неизвестными.
Наш шериф резко теряет настроение. Как нарушить закон одновременно его соблюдая, особенно тому кто этому закону служит? Мозг кипит и он понимает что нужно найти НЕЧТО. Тут надо придумать такую бяку, что бы одним выстрелом уложить всех и вся. И вот наш шериф после долгих мучительных поисков находит ЭТО. Сначала, естестевенно, он ЭТО пропускает, потом перечитывает, потом перечитывает ещё раз, потом зловеще ухмыляется и идет в архив рыться в документах. Ну а потом выходит очень довольный, чистит шерифскую звезду и приговаривает что “покажу я вам плохишам козу-дерезу, будете у меня яйца как сережки носить.” А потом он собирает сотрудников и говорит, "ребятки, сегодня вечером будьте тут. У нас внеурочное задание."
И вот они собираются и на нескольких машинах едут на эту бензоколонку. Магазин закрыт, но траки подъезжают, отъезжают, периодически люди заходят с какими-то ящиками или канистрами. Полиция с выключенными огнями наблюдает. И вот подъезжает машинка на заправку, заправляется и отъезжает. И шериф говорит бойцам, всем к входам, огни и сирены на машинах включить, здание окружить, 2 человека со мной. Шериф с сотрудниками подбегает к окошечку бензоколонки и рявкает, "вы арестованы за незаконную торговлю, немедленно откройте дверь".
Продавец на бензоколонке в шоке от огней и рыка, открывает дверь, полицейские надевают ему наручники, и через магазин идут на склад, подсобку и офис. А другим полицейским по рации приказ, выбивайте двери.. И конечно берут молодчиков с поличными прямо во время варки и упаковки товара. И добропорядочного хозяина площадки, и водителей тягачей которые вместе с легальными грузами мет развозят тоже берут. Всех тащут в участок, доказательств на 10ых хватит.
А с утра, дело направляется к судье и прибегает уже нанятый адвокат и орёт "Какого спрашивается хрена, шериф и полиция вообще делали на этой станции. Где убедительная причина? Вы, не шериф, а болван. Завтра улицу будете мести." И судья с интересом поддакивает " действительно, какого хрена, я ордер на обыск не подписывал. Как вы посмели зайти на частную собственность." Прокурор уже красного цвета, ибо он понимает, что сейчас судья выбросит доказательства.
На что шериф выдерживает паузу, достаёт бумажки и говорит. "А вы знаете уважемый прокурор, не менее уважемый адвокат, и очень уважаемый судья, что есть в нашем графстве один маленький, но большой закон принятый в 1800-лохматом году который ясно гласит ..."Торговля жидкостями представляющими пожарную опасность разрешена только в светлоe время суток. Мы и вошли.. ибо увидели преступление "
Когда-то, этот закон имел смысл - продавать например керосин в розлив вечером в лавке при свете горящей лампы было просто опасно. Не дай бог лампа упадет, всё вспыхнет и выгорит на фиг в секунды. Поэтому торговаля керосином была разрешена только при свете дня. А когда появилось электричество, то закон стал не актуален и его благополучно забыли. НО... НЕ ОТМЕНИЛИ. А ЗАКОН ЕСТь ЗАКОН. Бензин тоже жидкость представляющая пожарную опасность. А продавали его в тёмное время суток, полицейские сами видели как машины заправлялись. Значить преступление происходило.
“Ну а когда зашли, надо же было убедиться что не дай Господь не торгуют безином например со складcкого помещения, ибо мы видели как люди заходили и выходили с ящиками и канистрами. Ну а что мы лабораторию по производству мета обнаружили, так это счастливая "случайность" господа. А что бы у вас уважемые не было сомнений, вот и судебный прецендент тоже с 1800-лохматого года, какого-то лавочника за это самое нарушение 200 лет назад и наказали. А право у нас кстати прецендентное.”
"И кто же у нас болван очень уважаемый господин адвокат? Всё в соотвествии с ЗАКОНОМ. Я шериф, для того тут и есть что бы ЗАКОН блюсти." Ну а дальше уже дело техники, между адвокатами, прокурором, судьёй итд. Посадили голубчиков потом конечно, доказательств то до фига, и все добыты законным путём.
Ну а шериф, что шериф? Думаете ему цветы, овации, и ордена? Нет конечно, это его работа, он за это денежку получает. Коммисар Полиции графства "молодец" по телефону сказал и то ладно. Шериф лишь пораньше с работы чуток ушел, ночка то бессонная выдалась.
Пришел домой, дети в послешкольных программах, жена ещё на работе. Потянулся, сел на диван, сериал любимый включил, и бутылочку пивка раздавил. И заснул перед включённым телевизором с мыслью "а забор и впрямь починить надо. Да и насчёт ванны жена конечно права, только кафель на распродаже взять надо, а то дерут втридорога." А пока шериф спит пускай ему приснится хороший сон. Например что он брутальный мачо от кулаков которого разлетаются все бандиты. Он выйдет из салуна, поправит свой покосившийся Стетсон, перезарядит кольт, перецелует восхищённых им брюнеток и блондинок, сядет на верного коня и уедет в алеющий восход. А из под цокающих копыт коня медленно появится надпись "THE END."

5

Холодная голова , чистые руки и горячее сердце

Когда я учился в школе, к нам пришла новая училка - она раньше работала на Кубе в школе при советском посольстве.
Вместе с мужем - он там был на партийной работе и учил негров и всяких латиносов коммунизму.

После солнечной Кубы училка была злая , как ведьма.
Ну прикиньте сами - 4 года халявы в бунгало на берегу теплого океана на всем готовом и после этого рая - снег, слякоть и ближайшее тепло через 8 месяцев.
А кокосы и макрель - только в буржуазных фильмах.

Училка была чекнутой коммунисткой. Ее сразу назначили парторгом в нашей школе

В первую очередь она разоблачила меня как агента ЦРУ и настучала в КГБ.
Из КГБ в школу приходил опер и проводил со мной беседу

За что ?
В классе я был физоргом и вел спортивную стен-газету. И изредка вставлял туда результаты матчей буржуйских НХЛ , взятые из газеты " Советский Спорт"

Коммунистка заподозрила меня в идеологической измене и пропаганде, что я по ночам слушаю вражеские голоса и беру оттуда информацию и стуканула на меня в КГБ, используя свои связи.

Любимым ее занятием было заставлять нас писать сочинения на тему " С кем из класса я бы пошел в разведку"
Мы их писали каждые 3 месяца и в них надо было обличить своих товарищей и найти хорошие стороны.
Потом проводилось классное собрание и сравнивались за год отношения и кто главное чмо в классе за текущий период.

Потом в течении года она зачитывала нам эти сочинения и в классе постоянно проходили разборки и мочилово на тему:

- Ах ты сука, вот оказывается что ты про меня написал !

Это я к чему ?

Вот сегодняшняя новость:
-----------------------

За верную службу наградили пентхаусом в 580 «квадратов»

СМИ оценили шикарную недвижимость главы Службы внешней разведки РФ

Портал Sobesednik.ru пересчитал шикарную недвижимость семьи главы Службы внешней разведки РФ, экс-премьера Михаила Фрадкова. По данным издания, главный разведчик страны свой шестикомнатный 588-метровый пентхаус в Малом Новопесковском переулке у Британского посольства в Москве получил бесплатно.

Таким образом в 2009 году управление делами президента России наградило Фрадкова за хорошую службу. Тогда на расквартирование разведчика страна потратила около 350 млн рублей. Сейчас квадратный метр в его доме стоит 1-2 млн рублей, то есть стоимость пентхауса приближается к миллиарду.

Одна из его прежних квартир (на улице Рочдельской у Белого дома) так и осталась в госсобственности, а вот другую – в пять комнат у спорткомплекса «Олимпийский» – оформил на себя его сын Петр.

Кроме того, у директора СВР в личной собственности оказался еще гектар земли и 300-метровая дача в тщательно охраняемом поселке Управделами президента «Петрово-Дальнее» прямо у слияния Москвы-реки и Истры. А у его супруги – небольшой особнячок на 15 сотках в рублевском ДСК «Весна» поселка Горки-2 стоимостью еще около 100 млн рублей.
-------------------

Так вот, если бы мне пришлось сейчас писать это сочинение, то я бы написал, что с Изей Фрадковым я бы в разведку пошел и притащил бы с ним оттуда много разных ништяков, баксов, колбасы и пару квартир за миллиард рублей с видом на британское посольство.

Ниче так, хозяйственный мужичок, с таким не пропадешь в разведке.

6

Приключения Бориса.

Когда прошел переходной возраст, и Борис из мальчика переродился в настоящего мужчину, кровь в нем кипела как вода в радиаторе после трех часовой езды по жаре. Весь свой рацион он разделил на две категории, как он говорил «холодное» и «горячее». К холодному относилось то, насколько я понял, что не давало калорий, а именно овощи и фрукты. К горячему все то, что буквально сжигало его. Он старательно употреблял в пищу только вторую группу. Он давился, но ел курдючное сало, мясо и домашний хлеб на молоке. Он обожал халву. Он мог поедать арахис до тех пор, пока не начинали отваливаться уши. В прямом и переносном смысле этого слова. Однажды Борис так наелся арахиса, что за ушами у него возникли гнойники, я думаю от переизбытка в организме арахисового масла и спермы.
Все что мы делаем в этой жизни, несомненно, влечет за собой последствия. Когда уровень мужской энергии достигали высочайшей отметки и его флюиды начинали развеиваться в воздухе на квартал, Борис выходил на охоту. В таком состоянии, с красными глазами и гноящимися ушами он мог пойти за любой представительницей прекрасного пола, куда угодно, когда угодно, и за что угодно. Борис не брезговал ничем. В такие дни, создавалось такое ощущение, что его мышление отключалось, а мозг давал только один сигнал, воспроизводить себе подобных.
В один прекрасный день, когда Борис коротал свои вечера в окружении матери и своей тетушки, как вдруг зазвонил телефон. Борис поднял трубку и его друг, находящийся на другом конце провода, коротко поведал ему о Борис, что имеет в распоряжении двух прекрасных девиц очень похожих на семнадцатилетних Николь Кидман и Монику Беллучи, и согласных в этот вечер на все ради шоколадки. От таких слов Борис немножко присел и закатил глаза. Он четко и ясно понял, что он потребует от них, взамен на этот шоколад. Он как никогда знал, что он хочет, и как он это хочет.
Мозг начинал отключаться, так как вся кровь, стала уходить в другой, жизненной важный, орган. Надо было думать, как выбраться из дома быстро, шустро, и без подозрений. Поэтому Борис подпрыгнул, на лету оделся в куртку, обулся, и уже спускаясь по лестнице, крикнул удивленной маме, что он… уезжает в соседний городок за товаром для коммерции.
Борис шустро спустился по лестнице, не касаясь ногами земли, и влетел в машину, в которой сидел друг и две очаровательные самки, которым он хотел рассказать, как много арахиса он съел. Случайно ли, или умышленно, но в тот момент, когда Борис уже сидя в машине, шепотом определялся с другом кому какая собеседница достанется на вечер, его телефон отключился, и связь с миром пропала…
… А тем временем.
Мама Бориса и тетка стояли на балконе пытаясь понять, что же такое произошло, и что заставило их сына вылететь из дома быстрее пули. Мама, глядя с балкона, только увидела, как ее сын молниеносно вылетел из подъезда, прыгнул в машину, хлопнув дверью, машина дерзко тронулась с места и укатилась в темноту. Они попытались дозвониться до него, но как я уже говорил, трубка была отключена. Мама, приложив указательный палец к губам, крутила в голове последнюю, брошенную Борисом фразу, что он поехал в соседний городок за товаром для коммерции. Потом сопоставила факты, и, вспомнив, что ее сын не занимается коммерцией, поняла! Ее сына повезли убивать! Это открытие настолько потрясло ее, она поделилась со своей сестрой, и та только подтвердила ее ход мыслей! Надо было, что-то предпринять, что-то делать!

Этим же днем, только чуть по раньше этого происшествия я встретил своих старых товарищей. Мы очень обрадовались встрече, и вот один из нас, предложил убежать из этой городской суеты, из этого шума к нему домой, поужинать и просмотреть парочку фильмов, в общем, очень даже мило провести время. Все были тремя руками «за». И вот мы направились к нему домой, смеясь, весело толкая друг друга, и попутно забегая в магазины, чтобы купить все необходимое, для поддержания чудесного вечера. С нами были очаровательные девушки, но в отличии от Бориса, мы собирались провести время действительно культурно. Вечер был прекрасен, а я что бы меня никто не побеспокоил, не сообщил никому, где я буду проводить этот вечер и с кем.
Вот мы все ввалились в уютно обставленную квартиру. Накрыли на стол, и, включив кино, вжались в кресла, и шепотом делились впечатлениями о фильме. Фильм назывался «Звонок». Я смотрел его в первый раз. На улице глубокая ночь, зима, и по всему городу нет электричества. Я смотрел с широко раскрытыми глазами, так как мне действительно было жутко. И вот, когда очередная волна мурашиков кошмара пробегала от головы до ног, около меня зазвонил телефон. Телефон, был тяжелый. Сталинский. Произведенный в советское время, и туда вставляли, те же звонки, что и на пожарном депо. Как принято писать в таком жанре «Сказать что я обосрался- это ничего не сказать», но я не буду выражаться вульгарно, скажу что уровень моего страха действительно дошел до уровня не произвольной дефекации. Я находился к телефону ближе всех, и с каждым очередным звонком волосы на моем кожаном покрове вставали дыбом все выше и выше. Если быть честными, то испугались все. На экране показывали девушку с длинными черными волосами, которая ползала и противно шептала, - «семь дней…». Телефон звонил. Девушка на экране ползала, как бы ожидая, когда я подниму, трубку что бы сказать свои противные слова. Все нервно улыбались, даже хозяин квартиры, так как ему прежде никто не звонил в три часа ночи.
Сам хозяин квартиры отвечать на звонок отказался, мотивируя это тем что, находился слишком далеко от аппарата. После очередной партии будоражащего звонка, я медленно, дрожащей рукой, вспоминая всю свои жизнь и долги, взял трубку. В трубке послышался знакомый до боли голос. Женщина спрашивала хозяина квартиры. Я спросил кто это. Это была мама Бориса. Я сказал кто я, и женщина громко заплакала, рассказывая мне, как зверски был убит ее сын. Гора спала с моих плеч. Я начал успокаивать плачущую женщину, и приходить в себя. Она поведала мне все, что произошло в этот вечер. Я приблизительно точно догадался о месте нахождения, и рода занятий Бориса на данный момент, но как скажешь это консервативной женщине, которая верит, что ее сын еще слишком маленький, и его половой орган используется исключительно, что бы справлять малую нужду. Я не стал спрашивать, как она нашла меня, кто ей дал телефон хозяина квартиры, и как она вообще узнала о моих планах на вечер. В то время у меня не было мобильника, и найти человека было сущей проблемой. Поэтому, то, как она меня нашла было и остается для меня тайной покрытой мраком.
Я посидел с минуту. Посмотрел на накрытый стол, на друзей, которые, укутавшись в теплые одеяла, смотрели интересное кино. Я тяжело вздохнул и начал одеваться. Мне предстояло выйти на мороз и топать добрых пять километров в ночи, на поиски Бориса, который в данный момент использовал на практике все то, что просмотрел в фильмах для взрослых.
Я шел, грубо матерился, и представлял, как бы я ворвался в комнату, где проводил досуг мой друг, и смачно пнул бы грязным ботинком по дергающимся ягодицам Бориса. Но я не знал, где происходит этот развратный вечер Содома.
Я не пошел напрямую к Борису, а пошел в обход, добавив еще пару километров, что бы зайти к другому, общему с Борисом товарищу, Назиру. Я поднялся на третий этаж, посмотрел на часы. Время показывало три часа ночи. Набрав в легкие воздух, Я постучал в дверь. Назир открыл дверь в одних трусах с испуганным, заспанным лицом, и, ежась от холода, спросил меня, не потерял ли я рассудок. Я спросил его, где на данный момент находится Борис. Назир в ответ несколько раз подергал бедрами взад и вперед. Я сказал ему что, так и думал, и поведал ему всю историю, случившуюся за этот вечер. Он громко высмеялся и пожелал мне удачи. Спускаясь по лестнице, я представлял, как Назир сейчас зароется в теплое одеяло и крепко заснет. Я готов был убить Бориса.
Когда я добрался до квартиры Бориса, я понял, какое у них горе, уже в подъезде. Мама Бориса громко причитала, и ее плачь, поддерживали сестры, прибывшие по ее зову помощи. Я толкнул дверь, она была открыта. Панихида по Борису шла полным ходом. Я в очередной раз выслушал причину смерти Бориса, и искренне пожелал, что бы это было правдой. Конечно, не могло бы быть и речи о Борис, что бы говорить правду. Мама Бориса бы пожелала, что бы правдой было то, что ее сына нет в живых, нежели узнать о позорной реальности порочащих их добрый род. Я прошел в комнату и сел на матрасик, что бы оплакивать друга. Тем временем мама обзванивала очередных родственников, что бы сообщить им столь печальную весть. Звонки с соболезнованиями сыпались как из рога изобилия. Я так думаю, что все дяди, услышав эту весть и причину ее домысла, догадывались о правде насущной, понимая, чем сейчас занимается Борис, и, делая серьезный вид, закуривали, мечтая оказаться на месте племянника. Говорить правду они тоже не решились. Вот она мужская солидарность. Я бы на месте Бориса бы пошел пожать каждому руку, за понимание и сочувствие.
Тем временем, Борис продолжал водить своего коня по лонам разврата, слава в городе о нем крепла и крепла. Уже под утро, наплакавшись и наслушавшись около трехсот видов смертей Бориса, я пошел домой. А через некоторое время, Борис шагал домой, и не знал что он знаменитость.

Как мама встретила воскресшего сына, как он прогнал всех оплакивающих его гостей, как она его ругала, и что он ей наплел в ответ, я не знаю. В это время, я, ужасно вымотавшись за всю ночь, тихо засыпал. Но известно то, что когда на следующий день он вышел в город, почти каждый встречный спрашивал, подмигивая глазом, как он вчера провел время, и советовали ему в следующий раз говорить маме, что он собирается переночевать у них, дабы избежать излишних переживаний мамы, беспокойства города, и зависти дядей…

7

Геннадий постоянно выглядел как настоящий ботаник. Кривые вечно помятые очки, рубашка не по размеру большая, и галстук с папиного гардероба. Штаны всегда натягивались выше пупка, так что при ходьбе виделись носки. Все чисто выстиранное и гладко выглаженное. Прическа уложенная самым деревенским стилем. Мало того внешность но и повадки выдавали все ботаническое. Разговаривая очень вежливо, он мне всегда напоминал кролика из советского мультфильма «Винни Пух и все все все».

…А еще у Геннадия был мощный удар правой. Настолько мощный, что было трудно устоять, даже если удар удалось заблокировать плечом или рукой. Если прямой удар приходился в корпус, то по телу начинала расходиться тупая не выносимая боль, дыхание сбивалось. Ну а если удар пришелся в голову, то это был уже нокаут, который называют «кто выключил свет?». Я бы не сказал, что Геннадий был фанатом спорта. Тренировался он ровно столько, сколько каждый подросток со двора. Некоторое время ходил на бокс. Где ему скорректировали удар. От этого его движение рукой при ударе было точное, мощное и заточенное как удар самурая мечом.

Сила физическая была, у него я так предполагаю, от природы. Он мог подтягиваться на перекладине до самого пупка, быстро и много. От этого руки у него были как две бетонные сваи. Армрестлинг он выигрывал везде и всегда.

Но самое главное это то, что у Геннадия был дух древнего викинга. Воина, храбрости не занимать. Он не пасовал ни перед кем. Особенно если дело касалось его друзей. Это такой товарищ, который стоит десяти, как пел Высоцкий. И если его или меня кто-то оскорбил нечаянно на улице, то он магическим образом превращался из ботаника в человека очень страшного. Вспомните мальчика Джимми, из острова сокровищ, который по утрам делает зарядку и очень любит маму. Глаза наливались кровью и делались узкими, губы сжимались тонкой линией, а нижняя челюсть чуть выходила вперед. В этакие моменты он шел как бульдозер, и сносил все, что было на пути. Единственный физический недостаток в этот момент было слабое зрение. Он щурился, смотрел куда бить, и шел. Останавливался, щурился и шел дальше. Этакий крот – боксер.

Вот такое вот не сочетание внешности внутреннего мира, всегда толкало Геннадия в разные истории.

Однажды Геннадий ехал на работу. Как всегда комплект – очки, галстук, короткие брюки и портфель в руке. Вот в таком виде он стоял на остановке и ждал маршрутку. А надо сказать что маршрутки, у нас, это наш национальный колорит. Экипаж состоит из водителя, и кондуктора который собирает деньги за проезд. В часы пик, на центральной остановке съезжаются все маршрутки, из открытых дверей высовываются кондуктора, и начинают зазывать пассажиров, громко и непонятно выговаривая весь маршрут. Это реально круче, чем аукцион Сотбис. Голоса разных тонов и октав, на перепев друг другу. Если останавливаются две маршрутки одного направления, это уже дуэль, где кондуктора начинают кричать что осталось два только два свободных места. Это не что иное, как last deal или final offer. Кондуктора, попадаются разные, некоторые бывают очень вежливыми, а некоторые очень наглыми. Наглые это те, которые продолжают зазывать клиентов, даже не смотря на то, что посадочных мест уже нет.

Возвращаемся к Геннадию, который стоит на остановке. Так вот, когда подъехала маршрутка, и Геннадий залез в нее. Только тогда он понял, что мест свободных не было. Все стояли как селедка в бочке, и кондуктор, чувствуя свое превосходство над ситуацией, вел себя по-хамски. Я точно не знаю, что он сказал Геннадию, но это было что-то не приличное и обидное. Геннадий вылез из маршрутки злой и щурившимися глазами запомнил номер. Было не ясно, что конкретно он задумал, но было понятно, что так он это не оставит. Он простоял на высаженном месте некоторое время, как увидел друга, который ходил вместе с ним, когда то, на бокс. План был ясен. Они сели на другую маршрутку с таким же номером и поехали до конечной остановки, где маршрутки освобождаются и немного погодя заходят на второй рейс.

На конечной остановке они простояли около трех часов. Каждый раз, когда его друг тянул его бросить это дело, он вспоминал слова брошенные кондуктором и снова, поджав губы, смотрел вдаль дороги, откуда должна была прийти та злосчастная маршрутка. Так они стояли, как вдруг на горизонте появилась она. Когда все пассажиры вылезли, Геннадий подошел к водителю, и тот узнал ботаника. Водитель маршрутки реально недооценил человека, и таким небрежным видом приказал Геннадию и его товарищу сесть в маршрутку. Все четверо, поехали в пустырь. Ехали далеко и долго. Водитель, щуря глаза, посматривал в зеркало, как бы устрашая Геннадия. В этот момент у него стал как у настоящего ботаника.

Приехали в абсолютно безлюдное место, куда в фильмах привозят закапывать трупы. Водитель остановил маршрутку, резко вылез и твердым шагом направился к пассажирской двери, громко говоря вслух, что он сейчас сделает с этим маменькиным сыночком. Геннадий тоже успел выйти. Понимая, что поговорить по-человечески не получится, он, резко схватив за голову водителя двумя руками, и лбом вышиб ряд передних зубов. В этот момент, вылез из машины, ничего еще не подозревающий кондуктор. Геннадий, тут же повернулся, и, как говорится, выключил свет кондуктору. Наверное, у кондуктора было ощущение, что он вылез из маршрутки в некуда. В мрак. В бездну. Все представление заняло не больше пяти секунд. Даже его друг не сразу понял что произошло.

Прошло некоторое время, водитель сидел на земле и трогал свои шатающиеся зубы и плевался. Ну, никак он не мог ожидать такое от такого ботаника. Потом вдруг резко встал, и, сказав, что вы все трупы, сел в маршрутку и резко уехал в сторону города, оставив Геннадия, его товарища, и кондуктора который постепенно снова начинал видеть белый свет. Сказал он это очень серьезно, но сильно шепелявя. Поэтому его слова звучали больше смешно, чем страшно.

Так они стояли в пустыре, далеко за чертой города, и не знали что делать. Кондуктор пришел полностью в себя, заныл, и стал обзывать своего напарника плохими словами. Он вдруг полностью перешел на сторону Геннадия, который к этому времени уже остыл, и, прижав палец к губам, думал, что делать дальше. Думал с очень глупым видом. Кондуктор, я так предполагаю, боялся теперь Геннадия еще больше, так как не знал, чего ожидать от такого оборотня.

Прошло еще около получаса, как на горизонте появилась пыль. Еще чуть погодя, они разглядели, как к ним перегоняя друг друга, едут три маршрутки. Когда маршрутки дрифтуя остановились, и из них высыпалось около пятнадцати человек. Как потом выяснилось, все они были водителями маршруток, которых собрал беззубый водитель, что бы отомстить обидчику. Надо отдать должное им, ведь сплоченность это очень хорошее качество. Так водители быстро выбежали и обступили Геннадия, его товарища и кондуктора, который постепенно выполз из круга. Они начали плотно обступать двоих, и агрессивно подавали знак, что собираются разделаться самыми жестокими методами. Тогда друга Геннадия, очень опытный в таких делах специалист, расставил руки и громко заявил, что если будут бить не честно, то есть толпой одного человека, то он напишет заявление. Номера маршруток запомнить не трудно. Отвечать придется по любому.

Это их остановило. Было решено. Геннадий будет драться со всеми, но по очереди. Так в круг вытолкнули самого здорового и огромного водилу. Сцена, ну прям из кинофильма, про каратистов. Товарищ очень грамотно держался за спиной у Геннадий не давая возможность нанести ему удар с сзади. Сам же Геннадий понял, что встретился очень серьезным соперником. Но плюс в том, что соперник жирный. Поэтому оценив ситуацию, первые пять минут он просто бегал вокруг него. Порхал как Мохаммед Али. Делалось это для того что бы заставить толстяка устать. Толстяк подумал, что Геннадий просто боится, и, потеряв бдительность, перешел в наступление. Это и ждал Геннадий. Резким ударом в солнечное сплетение, заставило толстяка остановиться и побледнеть. Толстяк вдруг заявил сдавленным голосом, что лучше перейти к конструктивной беседе, а жестокость и физические расправы это прошлый век. Ну, прям хоть футболку на него надевай с надписью «Мы против насилия». Толстяк был растерян. Больше драться он не хотел, а просто держался за грудь. Но так же боялся потерять авторитет среди своих коллег, поэтому он начал убедительно настаивать на мировом разрешении конфликта. Остальные водители после этого не решались выходить в середину круга, где стоял Геннадий-ботаник. Водители отошли в сторону, и стали советоваться время от времени посматривая на Геннадия, который опять стоял и думал. Больше всех кричал Беззубый, который ну ни как не хотел решать конфликт мировым путем. Губы его к тому времени распухли, зубы кровоточили, и говорил он от этого очень смешно, шепелявя и шлепая губами.

После долгих переговоров было решено отвезти Геннадия, к одному подпольному криминальному авторитету, который приходился дальним родственником одному из водителей. Он должен был решить все по понятиям и дать конечный вердикт.

Все молча, расселись по маршруткам, и поехали к этому авторитету.

Смеркалось. Они подъехали к какому-то дому, водители вышли из маршрутки и постучали в дверь. Геннадий и его друг остались сидеть в машине. Через некоторое время в дверь вышел мужчина средних лет, с накинутым на плечи пиджаком. С ним все очень уважительно поздоровались. Говорил Беззубый. Он очень эмоционально рассказывал, как некто жестоко избил его, кондуктора, а потом избил самого здорового, который продолжал держаться за грудь, и все наперебой поддакивали о зверской силе Геннадия. Человек в пиджаке слушал. Потом медленно направился к маршрутке.

Он заглянул в маршрутку и посмотрел на Геннадия, который сидел, выпрямив спину, сжав колени. На коленях он держал портфель и сжимал ручку двумя руками. Он посмотрел на мужчину в пиджаке, поправил пальцем очки и с наивным видом произнес – Добрый вечер.

Мужчина в пиджаке был готов увидеть беглого зека, вдвшника, или огромного бандита с толстой шеей и шрамами на лице, но только не Геннадия. Он опешил. Он, молча, поздоровался в ответ, кивком головы, потом опустил голову, и, подумав секунду, повернулся к толпе водителей, и, показывая пальцем на Геннадия сказал, что если они еще раз привезут на разборки вот такого ботаника, то он лично сам каждому выбьет зубы как этому водиле, и показал пальцем на Беззубого.

-Как могло получиться, что пятнадцать человек не смогло справиться с одним…, - Он не знал, как правильно назвать Геннадия - Вы мне еще бабу привезите на разборки!

Он сплюнул и зашел домой. Это было окончательное слово, которое обычно не оспаривалось. Все расселись снова по маршруткам с очень виноватым видом. Беззубый не выдержал и заревел. Он не знал что делать. Он говорил, что Геннадий поступил жестоко и нечестно. Но как остальные водители начали напоминать ему о том, что сказал авторитет. Писать заявление на человека, с которым не смогли справиться пятнадцать человек, было ниже достоинства. Их бы засмеяли в отделе, как только туда вошел бы Геннадий. Поэтому все плавно перешли на сторону Геннадия и стали говорить, что он прав. Не надо грубить пассажирам и вести себя по-хамски.

Так, к вечеру, Геннадий возвращался домой, где я его и встретил. Он нехотя рассказал всю историю. На лбу у него святилась маленькая шишка, это были следы от зубов.

8

Как бы назвать тему половчее.... Может быть, "о вселенской несправедливости?"

Как если бы ты, предположим, тянешь какой-то нудный и тяжелый проект. Психуешь со своей группой, бесконечно интригуешь с заказчиками, отбиваешься от руководства, бесишься от недостатка данных, работаешь бесплатно по выходным, а дома допоздна сам составляешь таблицы и всякие там умные идеи.
Хронически не высыпаешься, начинаешь от бессилия и непонимания орать на родных.... И вот, когда через два месяца мытарств проект принят к оплате, ты решаешь, наконец отдохнуть, и - сваливаешь с работы с обеда... Ну и конечно же! На выходе сталкиваешься с самым главным начальником.
А он ведь - из недавно назначенных, на "пересидеть" до следующей синекуры, и, хотя он не смыслит в деле ни бельмеса, но он, помаиш, тут поставлен, чтобы смирно тут! И неважно, что ты только что сделал работу всего отдела за полгода, и что спас его начальничью жопу... Нет, ты-таки будешь примерно наказан! А если при этом заметят пачку бумаги, которую вынес с работы (потому что, блин, дома израсходовал пять своих пачек на их же проект), то тогда - всё! Высушат не по-детски. Заодно и спишут на тебя и колесо от Белаза, и вилки из столовой...

Не, так не пойдет. Лучше - о "вселенской справедливости".

Вот как если стоишь ты, молодой и зеленый инженеришка, позади группы важных и высокопоставленных особ, которые глубокомысленно окружили непростой агрегат, который не хочет работать, чтобы, значит, мозговым совместным штурмом отыскать и выправить дефект. А заодно, и тебя, дурака, научить. И показательно вздрючить. Потому что не дело это - за сутки не разобраться в чуде атомной машинерии. И вот пара рабочих этот агрегат взыскательно разбирают, а шесть пар сановных глаз все глубокомысленно контролируют. И вдруг случается, что у работяги срывается хитрая приспособа, и освобожденная крохотная титановая пружинка вылетает из-под его руки в сторону, чтобы, казалось бы, навеки исчезнуть в дебрях машинного зала двадцатью метрами ниже... Но тебя в этот момент тянет по непотребству почесать голову, и, по идиотскому стечению пружинка влетает ну точнехонько в твой кулак. И не успевает затихнуть всеобший "ах", как ты гордо преподносишь всем так ловко ухваченную потерю. И снова ах (уже одобрительно), и ты на несколько секунд - в центре внимания. А тебе ведь только этого и не хватает. Ведь никто же давеча не поинтересовался, нарыл ли ты за чего сутки, проведенные без сна на работе, разбирая и собирая этот аппарат. Ведь, сука, просто приперлись начальники, снисходительно оттерли, и завели свой зубрячий разговор. Но случай нельзя упускать, и вот ты, путаясь в соплях, пищишь, что-де следует заменить заводской квадратик на самодельный кругляшок, и - все заработает. И - достаешь из промасленного кармана час назад выточенный по твоему заказу хрень. И получешь милостивое разрешение. И собираешь машину. И она работает, и час, и сутки, и годы....
И что толку, что уже к вечеру никто не вспомнит о твоей минуте славы?
Не наказали - и хорошо....

Не, так тоже не пойдет. Лучше расскажу "о тщете в распределении благ".

В первый год эмиграции довелось мне пару месяцев поработать в одной фирме. Маленькой такой, всего с десяток человек. Семейной. В смысле, все руководство - родственники основателя и президента. Который лет сорок назад придумал одно устройство для электросетей. Дела пошли хорошо, и, как говорили, последние пять лет он наслаждается гольфом во Флориде.
А я пришел туда разнорабочим. Перебиться, пока искал что получше. Пришел и влился в коллектив из шести человек. Странное, скажу вам, было это место. Огромный цех. Полупустой и тихий. Несколько станочков совершенно не шумели. Самами громкими были бы человеческие голоса, но их не было. Люди молчали. Здоровались утром, разбредались по местам, молча обедали, прощались вечером. И все. В первое время я принимал все это за розыгрыш. Очень напоминало монастырь с его обетами молчания. Разговаривал только бригадир. И только когда давал работу. Он был из немцев. И звали его - Карл. При знакомстве он с гордостью сообщил, что работает здесь с основания фирмы. А я тогда еще подумал, что в Союзе он бы не пропал, снимаясь в фильмах про войну. Потому что был высокий, мощный, рыжий, светлоглазый. И очень аккуратный. Он не мог пройти по цеху, не выровняв по дороге коробки, и не подтерев какое-нибудь пятнышко. Если он подходил что-то объяснить к моему верстаку, но машинально обтирал мои валяющиеся инструменты и раскладывал их по размеру. Параллельно друг другу. На равном расстоянии. Это не могло не бесить. Как и его стремление все объяснять. Но я благоразумно и благодарно выслушивал теорию работы ручной дрели и правила включения наждака.

Сейчас я вспоминаю ту работу, как прожитую в тягучем и мучительном сне. И как бывает во время бреда, дни и недели как бы копировали друг друга. Каждое утро шесть человек собирались у дверей, пробивали карточки в часовой машинке, дожидались сигнала начала смены, и молча делали свою работу. По мерзкому, пронзительному сигналу все садились на перерывы и обед, по сигналу расходились по домам. Странно, но отсутствие общения напрягало больше всего. Депресняк уходил только по вечерам и выходным.

Но один день мне запомнился крепко. Однажды в цехе появился незнакомый пожилой человек. Он кивнул бригадиру, и, не торопясь, обошел все небольшое хозяйство, довольно долго рассматривая каждого из работающих. Потом бригадир сказал, что это приехал владелец, и он просит всех собраться. В обеденной комнате хозяин представился сам. Рассказал, что после школы обучился на электромонтера, и в первый же год работы придумал свой линейный разъединитель. В секрете от всех сделал прототип. Еще три года ушло на патентование. Он рассказал, как открыл мастерскую, как потерял ее, и как отказали кредиторы. Что от него, как от неудачника, ушла жена. Что родители верили в него, и дали деньги, продав свой выплаченный дом. И как он купил им вдвое больший пять лет спустя. Как его кидали банки и партнеры. Как давал взятки. Как женился снова. И много еще чего он рассказал.
А закончил неожиданно:
"несколько лет назад у меня обнаружили рак. Я стал ездить по больницам. Сделал операцию, Ничего не помогло. У меня очень хороший и честный врач. Он говорит, что у меня осталось не больше месяца. Утром он вколол хорошую дозу, и сейчас я не чувствую боли. Я приехал сюда, на свой завод в последний раз. Я благодарю вас за вашу работу. И прощаюсь с вами".
И он пожал всем руки, потом ушел.
Пока дверь закрывалась, мы видели зеленый и жаркий летний день.
А Карл вытер кулаком глаза и отвернулся.
Было очень тихо.

9

ТОЙФЛ

В десятом классе Юру и Таню посадили вместе на предпоследней парте в среднем ряду. Если бы этого не произошло, вполне возможно они бы продолжали не замечать друг друга. Юра пришел в этот класс три года назад, но так и не стал своим. Был зациклен на математике и вообще по общему мнению держался немного высокомерно. Таня была своя, но особого интереса у мальчиков не вызывала. Не подумайте что она была уродиной. Наоборот. Приятное круглое лицо, очаровательные ямочки на щеках, темные волосы, белые зубы, живые глаза. Но во-первых, она была слишком крупной, выше и крепче многих мальчиков в классе. Она говорила что кто-то в их роду был сибиряк. Во-вторых, однозначно была слишком серьезной. В-третьих, и это третье - самое главное, ее окружала аура неиспорченности и чистоты, которая юношей скорее отпугивает чем привлекает.

Приходилось ли вам сидеть за одной партой с крупной девушкой? Если да, вы наверняка знаете что это испытание не из легких. То и дело вас касаются то локоть, то плечо, а то и горячее бедро. В семнадцать лет такие прикосновения волнуют гораздо сильнее чем самое крутое порно в тридцать пять. Стоит ли удивляться что не прошло и недели как Юра в первый раз проводил Таню домой. Потом стал провожать каждый день, потом был приглашен посмотреть новый корейский телевизор с видиком и естественно приглашение принял. Родителей не было дома и наши герои долго и неумело целовались. С каждым следующим разом это несложое упражнение получалось у них все лучше и вскоре вполне логично завершилось понятно чем. В наш информационный век и Юра и Таня теоретически были готовы к этому событию. Теории вкупе с природным инстинктом, которым Б-г наградил каждого из нас, вполне хватило, чтобы не только не разочароваться друг в друге, но и продолжить столь увлекательные эксперименты с их молодыми телами.

Когда эффект новизны немного спал, появилось время для разговоров. Однажды, лежа на плече у Юры, Таня спросила:
- Куда ты будешь поступать? На мехмат?
- Никуда я не буду поступать, - подчеркнуто равнодушно ответил Юра и погладил Танину грудь.
- Я иногда не понимаю твои шутки ! Убери руку, тебе скоро уходить. Ты на самом деле не поступаешь?
- На самом. Меня никуда не примут. Наша семья уже два года в отказе.
- А что значит в отказе?
- Значит что мой дядя, брат моей мамы, давно живет в Америке. Лет двенадцать. Он зовет нас к себе, мы хотим уехать к нему, а нам не разрешают.
- А почему вам не разрешают?
- Моя мама долго работала зубным врачом в поликлинике военного училища. Ей сказали что она является носителем государственной тайны. Пожалуйста, никому в школе не рассказывай, а то у меня неприятности начнутся.
- Ну конечно, не буду. А как зубы могут быть государственной тайной?!... Ерунда какая-то, так не бывает. Зубами можно только кусаться. Вот так! - и показала как.

Разговор подолжился на следующий день на обратном пути из кино. Начала его Таня:
- Неужели из нашей страны уезжают навсегда? Это что всем можно?
- Я слышал что можно только евреям, - осторожно ответил Юра.
- А ты что еврей? Не может быть! У тебя фамилия украинская, Баршай. И мне девочки говорили что у евреев эти самые обрезаны, а у тебя нормальный.
- Ну, «бар» по-еврейски значит «сын», а «шай» значит «подарок». А этот самый не обрезан, потому что обрезание делают только верующие.
- Интересно! И сколько вы собираетесь ожидать пока разрешат?
- Никто не знает. Говорят что Горбачев будет отпускать. Тогда может быть и скоро.
- А что ты там будешь делать?
- Пойду учиться на Computer Science. Как это по-русски не знаю. Вроде программирования, но на другом уровне. Мне дядя сказал что меня с моими победами на олимпиадах примут куда угодно. Может быть даже в Гарвард.
- А ты сможешь? Там же все на английском...
- Дядя говорит что разговорный язык выучивается быстро. Самое трудное – сдать ТОЙФЛ. Это специальный тест на знание языка. Без него нельзя пойти в университет. Я к ТОЙФЛ с Еленой Павловной готовлюсь. Она уже подготовила несколько человек, которые я точно знаю сдали.
- Я тоже хочу учить английский и готовиться к ТОЙФЛ, - сказала Таня, - Когда ты идешь к этой Елене Павловне? Послезавтра? Я иду вместе с тобой.

Елена Павловна оказалась молодой рыжеватой женщиной, похожей на актрис вторых ролей в фильмах из жизни американской провинции. Она представилась, сказала что преподает в университете, быстро проверила Таню на вшивость, успела за это время множество раз улыбнуться и подвела итог:
- Ты, Таня, конечно, далеко позади Юры, но если будешь много работать, наверстаешь. Девочки вообще осваивают язык быстрее мальчиков. Можно попробовать.
- Елена Павловна, - сказала Таня, - я очень хочу с Вами заниматься, но боюсь что мои родители будут против. Они хотят чтобы я поступала на юридический и сейчас больше напирала на историю. Я и так в последнее время не очень, а тут еще и английский...
- Think positive! – сказала Елена Павловна и в очередной раз улыбнулась. – Попробуй с ними поговорить. Скажи что мальчик из твоего класса предложил тебе заниматься с ним потому что вдвоем дешевле. Про ТОЙФЛ не говори – и ты не объяснишь правильно и они не поймут. Еще помни что они твои родители и хотят тебе добра. А сейчас можешь посмотреть и послушать наш урок.

Когда после урока наши герои вышли на улицу в промозглую декабрьскую темень, Юра сходу спросил:
- Ты что на самом деле идешь на юридический? Туда же можно поступить только из армии, из милиции, из села или по большому блату. Слушай, кто твои родители?
- Мой папа служит в КГБ, он полковник. Мама – завуч в 12-й школе. Оба работают допоздна, а когда встречаются дома, каждый по привычке начинает командовать. Ничего хорошего из этого не получается. Поэтому они стараются бывать дома пореже. – Таня закусила губу, но быстро перестроилась, - Для нас с тобой это просто замечательно!

Слово «КГБ» в семье Юры всегда произносили тихо и с затаенным страхом. Поэтому в первую секунду ему захотелось просто убежать. Но тут он почувствовал теплую Танечкину ладонь в своей, вспомнил «Think positive» Елены Павловны и молча пошел провожать Таню. Было уже поздно, редкие прохожие словно призраки плыли в холодном тумане. Один из этих призраков, но покрупнее, нервно расхаживал около Таниного подъезда. – Это папа, - шепнула Таня и побежала.

- Кто это тебя провожал? – было первым вопросом Виталия Петровича, - потом он спросил, - Ты не замерзла?
- Нет, не замерзла. Мы были совсем недалеко. Это Юра Баршай из моего класса. Мы сидим за одной партой. Он предложил мне вдвоем заниматься английским с университетской преподавательницей, чтобы было дешевле. Я пошла с ним на урок познакомиться и посмотреть. Учительница мне очень понравилась и занятие тоже. Без английского сейчас никуда. Папа, ты не против?
- Как зовут преподавательницу? Понял. Дай мне денек-другой подумать.

На следующее утро Виталий Петрович, попросил своих ребят пробить по картотеке Юру и Елену Павловну. Сверх уже нам известного выяснилось что почти каждую неделю Юриной матери звонит человек с той же фамилией, что и ее девичья, и что родились они в одном городе. Одним словом, скорее всего ее брат. Предполагаемый брат, Грегори (Гриша) Бройдо, оказался математиком, работал на министерство обороны США и был одним из главных разработчиков сверхсекретной системы ЖПС, которая по разведданным была способна определить с высокой точностью местоположение любого объекта на земной поверхности независимо от скорости передвижения. С ним много раз пытались войти в контакт через бывших соучеников, друзей и девушек, но всегда безуспешно. Гриша славился нелюдимым характером. Никаких сестер в СССР за ним не числилось. Елене Павловне тоже звонили со всех концов света, но это были все ее бывшие ученики.

Виталий Петрович поразмыслил и решил идти к генералу. Благо они дружили еще с 1968 года, когда вместе участвовали в операции «Дунай» в Праге. Генерал внимательно выслушал Виталия Петровича и тоже попросил день на размышление. Вызвал на следующий день и сказал:
- Молодец, Виталий! Прошляпили наши сестру. Гриша ее в анкете не указал, а московские не проверили. Едут эти Баршаи вроде к тете в Израиль, а приедут к брату в США. До чего хитрожопый народ! Если бы не мы, все бы давно разбежались! Значит так. Оформляй Таню стажеркой, но сам понимаешь, ей об этом знать незачем. Пусть ходит на английский и не волынит. Без английского сейчас никуда. Платить будем мы.

Заниматься английским вдвоем оказалась невероятно увлекательно. Настолько увлекательно, что все остальное пришлось свести к минимуму, кроме секса разумеется. Зато секс и английский не просто сочетались, но и обогащали друг друга новыми яркими красками. Незатейливое английское "I'm coming" возбуждало Юру гораздо сильнее чем русское «Я кончаю». Однажды после нескольких "I'm coming" они уснули так крепко что проснулись около шести. Юра быстро натянул на себя одежду и выскочил из квартиры. На лестнице он столкнулся с здоровенным мужиком, несомненно Таниным отцом.

Виталий Петрович тоже столкнулся с каким-то мальчишкой. Короткий взгляд - и тренированная память мгновенно выдала фотографию из дела Юры Баршая. Будь Таня не его дочкой Виталий Петрович ровно через пять минут знал бы что делал этот сопляк в его квартире. Для этого существовали проверенные годами методы. Но для дочки они не годились. Откуда-то из глубины памяти всплыла презумция невиновности и необходимость понимать соответствие собственных выводов тому, что имеет место в действительности. Одним словом, получилось что в данном деле следствию нужно больше фактов. Нужны факты – будут факты, – подумал Виталий Петрович, - Для опытного оперативника это как два пальца обоссать. - Взял на работе жучок, поздно вечером установил его на лавочке напротив подъезда, где всегда сидели местные старухи, и в полдень следующего дня обосновался на детской площадке, которая была вне поля прямого зрения. Сел он так чтобы казаться пониже, а наушник спрятал под шапку. Включил. Старухи повели неспешный разговор о болезнях и соседях. Виталий Петрович почти задремал от их монотонных голосов, когда на горизонте появилась его Таня с тем самым мальчишкой и вошли в подъезд. За спиной у мальчишки болтался тощий рюкзак – однозначная примета разлагающего влияния Запада.
- Опять Танька своего хахаля повела. Почитай каждый день водит, - сказал голос в наушнике.
- Видно скоро в подоле принесет, - сказал другой голос.
- А может и не принесет. Евреи, они хитрые. От нашего уже давно бы залетела, - сказал третий голос.

Впервые в жизни у Виталия Петровича заныло сердце и стало трудно дышать. Он чувствовал себя преданым, униженным, обманутым. И кем? Собственной дочерью. Самым обидным было то что его, кадрового чекиста, уже черт знает как давно водил за нос какой-то сопливый еврей. Хотел было немедленно пойти домой и разобраться что к чему, но когда попытался встать, снова закололо в груди. Виталий Петрович испугался и так и остался сидеть на мартовском солнышке до тех пор пока из подъезда не появился Юра. В рюкзаке у него лежали два блина от штанги. Пару дней назад Юра нашел их недалеко от Таниного домы и оттащил к ней чтобы забрать позже. Под тяжестью блинов он согнулся в три погибели и еле переставлял ноги.
- Смотри как идет, - сказал голос в наушнике, - ровно как шахтер после смены.
- Так ты на девку посмотри, - сказал другой голос, - она ж как кобылица племенная и в самом соку.
- Заездит она парня, хоть и еврей - сказал третий голос, - и куда только его родители смотрят?!

Теперь сердце Виталия Петровича болело совешенно нестерпимо. Поэтому ему пришлось просидеть еще около получаса. За это время понял что дочка стала взрослой, и не появись Юра, появился бы кто-нибудь другой. Против природы не попрешь. Вспомнил как Юра выходил из подъезда, его согбенную фигуру, волочащиеся ноги и даже посочувствовал ему по-мужски. Так что эта беда - не беда. Настоящая беда что Танька спуталась с евреем и предателем Родины. - Пойдут слухи, полетят анонимки, ни к чему все это, - думал Виталий Петрович и решил что Юра должен исчезнуть и как можно скорее. Как? Очень просто – пусть уезжает в свою Америку. У Виталия Петровича сразу отпустило сердце. Он пошел домой, налил себе стакан коньяка, чего никогда не делал в будни, и проспал до утра.

На ближайшем совещании в райкоме он сел рядом с замначальника ОВИРА и проинформировал его что семье Баршай пора уезжать. Замначальника взял под козырек, а по пути на работу все думал сколько же Виталию Петровичу за это дали. Затребовал дело Баршаев, понял что брать с них нечего, решил что это сугубо по работе, успокоился, и зелеными чернилами наложил резолюцию: «Просьбу удовлетворить. К исполнению»..

Через два дня Юра влетел в класс за секунду до звонка с совершенно сумасшедшими глазами. Нацарапал записку и передал Тане. Таня прочитала:
- Нам дали разрешение, мы уезжаем. –
Таня написала в ответ:
- А я?

Если честно, Юра никогда не задумывался что будет после того как им дадут разрешение и отвечать Тане ему было нечего. Поэтому его аналитический ум начал решать поставленную задачу. Когда ответ был найден, прозвенел звонок на перемену. Таня вытащила Юру на улицу и снова задала тот же вопрос:
- А я?
- Если бы мы с тобой были мужем и женой, мне кажется тебя было бы можно вписать в кейс...
- Где же ты раньше был? – возмутилась Таня. После школы мы идем за паспортами и в три встречаемся у районного ЗАГСА. Не волнуйся, think positive! Знаешь где это?
Юра знал.

В ЗАГСЕ ближайшим возможным днем оказалось 13 мая, пятница. На него наши герои и назначили свое бракосочетание. Остановка теперь была за малым – сообщить радостную новость родителям. Подбросили монетку куда идти сначала. Получилось к Юриным. Юра позвонил и сообщил что приведет в гости одноклассницу. Мама послала папу за тортом и предупредила чтобы он молчал пока гостья не уйдет. Юра готовил речь и вроде все продумал, но когда вошли сразу выпалил:
- Это Таня. Мы женимся 13 мая. Танин папа работает в КГБ.
Сели пить чай.
- Танечка, что это у тебя за пятнышко на зубе? Пошли посмотрю, – сказала мама и увела Таню в другую комнату. Через полчаса они вернулись. Допили чай. Юра пошел провожать свою теперь уже невесту.
- КГБ с собой не повезу, - мрачно изрек папа.
- Повезешь, но не КГБ, а Таню, - возразила мама. Там такую девушку он не найдет, а уж жену тем более. Гриша уже сколько раз женат был?! И все неудачно. А эта нарожает тебе замечательных здоровых внуков.
- Откуда ты это взяла?
- Я видела ее зубы.

Прошло несколько дней и начались весенние каникулы. Таня уехала с классом на экскурсию в Полтавскую область. Спешить было некуда и Виталий Петрович шел со службы домой пешком. В стороне от дома ему бросилась в глаза чужая черная «Волга». - По мою душу, - почему-то подумал он, и оказалось не напрасно. На скамеечке около дома, где всегда сидели старухи, теперь сидел генерал.
- Садись, Виталий, - сказал генерал, - разговор есть.
Виталий Петрович сел.
- Уезжают, значит, Баршаи? Ты вроде должен быть в курсе дела... В курсе? Вот и хорошо. Твоя Таня за Юру Баршая замуж собралась. Уже знаешь? Еще нет? Значит я тебя первым поздравил. Москва Танино решение поддержала. Говорят свой человек в тылу врага никогда не лишний. Да не волнуйся ты, она же твоя дочка. Не пропадет. Иди наверх и собери какую-нибудь закуску. Твоя Антонина на подходе. Дай мне с ней поговорить. Сам ты не справишься.

Вернувшись домой с каникул, Таня набралась мужества и сообщила родителям о своих планах. Странно, но факт – они отнеслись к новости довольно спокойно. Мама, конечно, расплакалась:
- Танечка, зачем тебе уезжать? Что ты там забыла? У тебя здесь все есть и все будет.
- Мамочка, ну как я Юру одного отпущу. Посмотри какой он замечательный. Его там сразу какая нибудь миллионерша перехватит. Посмотри какая я дылда. Ну кому кроме Юры я нужна? Не волнуйся, я не пропаду. Я же ваша дочка, - и тоже расплакалась...
- Ладно, пусть приходит к нам. Посмотрим что за птица, - сказала мама.

Внушить Юре что с ее родителями нельзя спорить было трудно, но в итоге он пообещал. Познакомились. Сели за стол. Виталий Петрович опрокинул первую рюмку коньяка, потом вторую и немного расслабился.
- Где в Америке жить собираетесь?
- Сначала поедем в Нью-Йорк, а там еще не знаем.
- А чего же в Нью-Йорк? - проявил осведомленность Виталий Петрович, - Там же крысы по улицам бегают, в Центральном Парке ограбить могут в любое время дня и ночи, от реки воняет, смог, бездомные... Город желтого дьявола, одним словом.
Таня наступила Юре на ногу и он вспомнил что спорить нельзя. Поэтому с самым невинным видом задал вопрос:
- Вы наверное там были, Виталий Петрович?
- Да зачем мне там бывать? - почему-то обиделся будущий тесть, - Сейчас двадцатый век. Я газеты читаю, телевизор смотрю, кино. Там наши замечательные журналисты трудятся, держат нас в курсе дела. А я чего там не видел?
- А куда бы Вы посоветовали ехать?
Виталий Петрович задумался. В Техасе стреляют, в Майами сплошное блядство, в Чикаго мафия во главе с Аль Капоне. Вспомнился плакат хрущевских времен из серии «Догоним и перегоним Америку». Там тощая коровенка с серпом и молотом на боку бежала за здоровенной коровой с американским флагом. Подпись под плакатом гласила: «Держись корова из штата Айова». Чего хорошего в этой Айове Виталий Петрович понятия не имел. Поэтому он честно ответил:
- Не знаю, мне и здесь хорошо - и добавил, - ты, Юра, смотри Таню не обижай. Ты знаешь где я работаю, на Луне достану.
Таня с мамой в это время уже обсуждали платье для ЗАГСА, Юра думал только о том как хорошо бы было увести Таню в ее комнату. Последние слова Виталия Петровича прошли мимо его ушей, и вечер закончился мирно.

У многих девушек перед замужеством мозг сосредотачивается на предстояшей свадьбе и отключается от всего остального. То же произошло и с Таней с той только разницей что у нее для этого были веские причины. Со свадебной церемонией как таковой все было достаточно просто: фата, белое платье, белая «Чайка», белые розы... Но каким образом посадить за один стол отказников и чекистов не мог придумать никто. Ну как скажите офицеру КГБ чокаться с изменниками Родины? Коллеги не одобрят, не поймут и обязательно напишут телегу. А как отказнику чокаться с товарищем, который вчера приходил к тебе с обыском? А например, тосты? Каково, например, бойцу идеологического фронта поднять бокал за «следующий год в Иерусалиме»? А каково еврею-отказнику выпить за «границу на замке»? А музыка?.... Таня и обе мамы не спали ночами, но так и не смогли ничего придумать. Совсем расстроенная, Юрина мама позвонила своей тете в Днепропетровск предупредить что свадьбы скорее всего не будет.
- Деточка, - сказала тетя, - когда я была девочкой, у нас в Черткове на свадьбах, бармицвах и вообще на всех праздниках женщины и мужчины гуляли отдельно. Сидели за столами отдельно, танцевали отдельно, и всем было хорошо и весело. Если, например, свадьбу устраивали богатые люди, они снимали два зала – для женщин и для мужчин. Вы тоже можете так сделать. Снимите зал для наших гостей, снимите зал для тех, а жених и невеста будут переходить из одного зала в другой.
- Смотри, - подумала Юрина мама, - мы тут страдаем, а евреи все давным-давно придумали.
Ресторан с двумя уютными залами по разным концам длинного коридора нашелся уже на следующий день.

В день свадьбы на дверях одного из этих залов появилась красивая табличка с щитом и мечом. Чтобы никто ничего не перепутал. А за дверью шла свадьба по годами накатанному сценарию «Операция Выездная сессия». Назначили прокурора, заседателей. Генерал занял место судьи. Сначала судили молодых и приговорили к пожизненному сроку счастливой совместной жизни без права обжалования и досрочного освобождения. Потом уже судили всех присутствующих поочередно. Судья был снисходителен и приговаривал всех к огромному рогу в красивой оправе, который в незапамятные еще времена конфисковали у грузина-вора в законе. После того как рог обошел по кругу начали петь «Я в весеннем лесу пил берёзовый сок» и «С чего начинается Родина» как бывало всегда, когда праздник удавался.

На другой двери был листок с крупной надписью от руки «ВОИР». За этой дверью гости почередно рассказывали об успехах своих родственников и друзей на всех континентах матушки-Земли и желали того же молодым. Потом танцевали «Хава Нагила» и «7:40». А сами молодые каждые полчаса переходили из зала в зал вместе с музыкантами. К полуночи музыканты прилично набрались и начали путать репертуар к крайнему недоумению гостей, которые в и в том и в другом залах мгновенно затихали и начинали тревожно оглядываться вокруг. Таню и Юру эта путаница очень веселила и почему-то из всей свадьбы запомнилась больше всего.

За следующий год молодые успели недолго пожить в Вене, довольно долго недалеко от Рима в Остии и наконец приехали в Нью-Йорк. Теплым майским днем Таня впервые очутилась на Бродвее недалеко от Уолл-стрит. Небо было голубым, в воздухе пахло жареным арахисом. Из небоскребов толпой валили люди и разбредались по многочисленным ресторанчикам. Мимо Тани проходили женщины в невероятно шикарных (как ей тогда казалось) деловых костюмах. Большинство из них были такими же крупными как она, а многие и покрупнее. -Мамочка, - подумала Таня, - я больше не дылда, я такая как все! Никогда и никуда я отсюда не уеду.

Сейчас Таня и Юра живут в Калифорнии. У них трое детишек. Юра пытается поднять свою IT- компанию, а Таня командует местным отделом кадров в компании с громким именем. Одним словом, обычная американская судьба. Иногда к ним приезжает Танина мама, иногда - Виталий Петрович. Он вышел в отставку и теперь директор внешнеторговой фирмы. На судьбу не жалуется. Елена Павловна продолжает готовить будущих студентов к тестам, но теперь из Новой Зеландии. На http://passatest.livejournal.com/ вы даже можете на нее посмотреть и познакомиться с ней.

Да, совсем забыл. ТОЙФЛ, с которого все началось, и Юра и Таня сдали с баллом выше 600 с первого раза.

Abrp722

10

Вчера я летел на самолёте из Нью Йорка в Лос Анджелес. Когда я зашёл на самолет и пошёл на своё сидение 20F, которое у меня было на билете, там кто-то уже сидел. Молодой парнишка, лет 25 на вид (ему оказалось 32), довольно гопницского вида с кучей татуировок. На моё «Эй, это моё сидение», я получил в ответ «Пошел на хуй». Я сел рядом с ним бурча «офигительно». Он натянул на голову капюшон куртки и отвернулся к окну. Через пару минут зашла молодая японская пара. У мужа было сидение рядом со мной, ближе к проходу, а у его жены было сидения сзади меня. Она попросила меня поменятся с ней местами, чтоб они сидели вместе и я радостно согласился. Где-то через час после взлёта японская пара встала и поменялась местами так что муж теперь сидел ближе к парню с капюшоном, а жена ближе к проходу.
Парень с капюшоном хочет встать, он идёт к концу самолёта, стоит там и смотрит на стену самолёта минут 10. Стюардесса его ингорирует. Он возвращается и садится, японская пара прижимается друг к другу подальше от него. Он начинает разрывать журнал лежащий в сидении спереди и лизать страницы. Потом он начинает засовывать разорованные мокрые страницы между сидениями спереди, жена подзывает стюардессу и она просит его прекратить. Он еще раз хочет встать, на этот раз он идёт к переду самолёта. Меня это немного тревожит, и я говорю стюардессам что он себя странно ведёт и теперь тусуется рядом с дверью кабиной пилотов и рядом с аварийной дверью. Я смотрю вперед самолета и вижу что между ним и женщиной которая вышла из туалета что-то происходит. Он идет обратно, но по середине останавливается. Он просто стоит в проходе и смотрит на какого-то мужчину который сидит на сидении, как будто измеряет его взглядом перед дракой. Японская пара выглядит взволновано.
Я подзываю стюардессу и спрашиваю если на самолете есть полицейский, который рядом с ним может сесть. Она говорят что среди пассажиров есть один полицейский который «вне службы» и не вооружен. Японская пара встаёт и уходит стоять в конец самолёта, все места заняты и им негде сесть. «вне службы» полицейский приходит. Он садится рядом с чуваком в капюшоне и они обмениваются словами. Я сижу сзади и слышу как чувак в капюшоне начинает много раз кричать полицейскому «пошёл на хуй». Он пытается встать, но полицейский ему не даёт. Еще больше «Пошел на хуй». Чувак в капюшоне запускает в него пластиковым стаканом с каким-то алкоголем, но промахивается и стакан приземляется на передних сидениях. Стюардесса подходит и безрезультатно пытается успокоить чувака. Она спрашивает если кто-то хочет сесть рядом с ним, так как японская пара отказывается сидеть рядом. Я чустувую себя неловко за то что поменялся с японской парой сидениями и соглашаюсь. Полицейский садится на сидение рядом с проходом. Я сажусь и говорю «давай поговорим», Чувак в капюшоне, которого заовут Марко, говорит полицейскому, «я знаю что он тоже полицейский», потом он смотрит на меня и скрежет зубами, «ты же полицейский». «сколько полицейских ты знаешь которые говорят с британским акцентом», я отвечаю. «Значит ты ебанный охранник» говорит он мне. «Я не охранник, мы сейчас поговорим о фильмах, ты же любишь кино, да?». От него жутко несёт алкоголем.
- Ты смотришь фильмы?
-Пошел на хуй
-Ты ходишь в кино?
-Пошел на хуй
-Ты иногда что-нибуть пишешь?
-Пошел на хуй. Да
-Где ты вырос
-Я, бля, солдат морской пехоты, не еби мне мозги, я тебя убью
-перестань, лучше скажи что ты написал
-Я вчера написал короткую историю
-серьёзно, Марко, и о чем она?
-Она о японском летчике камикадзе, который перед тем как он взрывается видит в воспоминании своих детей и жену
Мне не очень нравится куда идет этот разговор, учитывая что мы сидим 20 сидений от кабины с пилотами.
- Где ты вырос?
-В Нью Йорке, на нижним ист-сайд. Я кололся героином. Мой отец убил своего отца за то что тот был плохим человеком. Но сейчас мой отец умер. Я сейчас живу в Квиинс. Я пошел в армию чтоб слезть с наркотиков.
Он достает из кармана банку с какими-то маленькими зелёными таблетками, он заглатывает несколько таблеток, самолёт подбрасывает и несколько таблеток разлетаются по салону.
-ты когда нибуть пишешь об армии?
-Пошел на хуй, я не хочу про это говорить, я видел то что ни один человек не должен видеть. Я не не могу про это писать.
Я говорю ему что я работаю в голливуде и делаю фильмы, он говорит мне что летит в Лос Анджелес сниматся в какой-то рекламе. Я поворачиваюсь к полицейскому и говорю что я могу с ним разговаривать еще пару часов пока мы не прилетим в Лос Анджелес. «Ты опоздал», он говорит, мы приземляемся в Денвере, чтоб ссадить его с самолета.
-Послушай братан, я хочу чтоб ты прочитал то что я написал, из этого можно сделать фильм
-Конечно, давай мне твой и-мейл.
-я хочу тебе дать что-то еще.
Он даёт мне значок на котором написано «оставайся».
По внутренней связи капитан объявляет что у нас на борту маленькая проблемма и мы приземлимся в Денвере ее устранить. Марко ничего не слушает, он мне рассказывает про свои татуировки. Он мне показывает татуировку Мадонны на руке и говорит что кололся героином в её глаза. Потом он поднимает свою майку и показывает татуировку черепа на своей груди, «видишь этот шрам? Это черномазый пытался пырнуть в меня ножом в Квиинс, но я вовремя поднял руку и защитился, у меня еще шрам на руке остался». Полицейский шепчет мне ухо чтобы я ему сказал что мы приземляемся в Лос Анджелесе.
-Мы быстро долетели и уже приземляемся в Лос Анджелесе.
-братан, Я хочу дать тебе мой й-меил.
«Слышь, девка спереди», он говорит, «дай мне бумагу» . Я даю ему ручку и он записывает свой и-мейл аддресс и еще какую-то записку, при этом он еще заглатыает несколько зеленых таблеток. «не забуть меня», он говорит. «Не забуду, обещаю», я отвечаю. «Ты меня забудешь», он говорит и якобы играючи но довольно сильно бьет меня в ребра. Потом он смеясь бьет меня по ноге кулаком, что тоже довольно больно. «не забуть меня», он повторяет. Самолет быстро снижается, полицейский мне шепчет чтоб я пошел в туалет пока мы будет ехать по взлетной полосе. Полицейские должны зайти не борт и его аррестовать. Марко всё повторяет «не забуть меня», пока мы приземляемся. «как же я ненавижу Лос Анджелес» он говорит, пока мы едем по взлетной полосе. «Мне надо пойти в туалет», я отвечаю и встаю.
Стюардесса просит пассажиров оставатся на своих местах, через пару минут входят полицейские. Марко встаёт. Они одевают на него наручники и ведут его из самолёта. В самолёте полная тишина. 2 Стюардессы подходят ко мне и меня благодарят. Через 20 минут полицейский заходит на самолёт и просит чтоб я последовал за ним. Женшина с которой Марко поцапался около туалета заполняет какую-то форму. «Он общупал меня, и схватил за задницу», она говорит, «я беременна и пишу на него репорт». Полицейский хочет чтоб я тоже написал на него репорт. Я сажусь и пишу репорт что я работаю с разными актерами, а с ними работать еще хуже. Сзади самолета появляются 6 полицейских которые ведут/тащат кого-то. Это Марко, но сейчас на его голову одета маска как у каннибал Лектора. Они поворачивают около меня и заводят его в полицейскую машину. Марко сопротивляется. «Он в нас плевался», говорит один из полицейских видимо пытаясь обосновать маску. Мне теперь жалко Марко, за сопротивление полиции и за репорт женшины его упрячут в кутузку.
В конце концов мы опять взлетаем, события прокручиваются в моей голове снова и снова. В чём был смысл? Я понимаю что все эти войны уродуют мозги наших детей, целое поколение посылается домой неадтекватными и ненормальными. Я нахожу одну из зеленых таблеток лежащих на полу и женщина рядом с мной гуглает её на телефоне. Это Клонезепам, серьезный наркотик от психоза . Грустно. Наерное он боялся летать и брал таблетки от паники. Я открыл записку которую он написал
«Мы все любим тех кого ненавидим. Кровь. Страсть. Я родился в Квиинс. Мы все теряем надежду.»
Марко, я тебя не забуду, я обещаю.

11

Сижу себе в депутатской приемной. За окном мерзкий дождичек. Внутри
помещения посуше, но тоже холодно и как-то влажно. Передо мной изрядная
стопка бумаги. Местные депутаты выдвинули законопроект. Теперь вот надо
его проанализировать и подготовить гордое «фи!» которое шеф заявит
коллегам-законодателям. Законопроект, честно скажем, диковатый. О чем я
шефа честно предупредил, только прочитав название. Но шеф мудр. Сказал
отбросить популизм и анализировать предметно. Ну и ладно, жираф большой,
ему видней. Анализирую.
И вдруг в мое мироощущение врывается звук. Помните, в старых советских
детских фильмах ходил Кощей Бессмертный, звеня шпорами? И сабля у него
на поясе висела, тоже стальным брякала? Не звонко и певуче, как
мушкетерская шпага, фильмах, а как-то ржаво полязгивая и скрежеща? Вот,
оно самое. Терминатор вернулся? Или избиратель на железной ноге пришел
за монетизацией льгот на машинное масло? Нифига.
Передо мной женщина цыганской наружности, лет 50-55 на вид. Лязганье
идет из мешка, который она приволокла собой и торжественно водрузила мне
на стол.
- Вот! - лаконично заявила посетительница.
- Что «вот»? - в свою очередь переспросил я.
- Ножи.
- И что?
- Очень хорошие.
- Вероятно. От меня-то Вы чего хотите?
- Купи!
- Нет, спасибо, мне не нужно.
- Купи, не пожалеешь!
- Нет, у меня есть ножи.
- -Купи, я тебе говорю, лучше не найдешь! Смотри!
И с этими словами чернявая коммерсантка вываливает из своего нечистого
мешка мне на стол целую гору тесаков различного калибра. Хватает самый
большой из них и, как гусар саблей, перед моим носом разрубает в воздухе
подброшенный другой рукой первый лист законопроекта.
Я тихо хренею от такого решительного подхода к вопросу и жму на кнопку
вызова охраны (с недавних пор поставили, после случая, когда в мое
отсутствие в приемную пришел мужик, залез на стол, распахнул плащи
продемонстрировал и без того офигевшей Юльке свои бледные сизые висячие
гениталии. Правда этим все и закончилось - Юлька с открытым ртом осела на
стул, а избиратель деловито запахнул плащ, подпоясался ремешком, слез со
стола и удалился. Истерика была позже и шефу был поставлен ультиматум:
либо он обеспечивает безопасность сотрудников, либо сам общается глухим
ночером в собственной приемной с залетными эксгибиционистами наедине.
Выбор был прост, а решение добродетельно. С тех пор у нас появилась
кнопка.) Жму я, стало быть, кнопку, а сам на кресле отъезжаю назад,
оставляя между собой и теткой из конницы Буденного естественное
препятствие в виде стола. Инстинктивно в руки хватаю остаток
законопроекта. Тетка хватает во вторую руку второй нож и начинает хищно
озираться по сторонам, пытаясь найти достойный объект для демонстрации
своих боевых навыков. Ножи в ее руках ходят в этот момент хаотично.
Пост охраны у нас рядом, потому грузный дядька в бронежилете в этот
момент уже входит в дверь, видит со спины тетку, не представляющую
опасности, обходит ее с фланга вытягивая куриную и грозно у меня
интересуется, по какой причине его, достойного мужа, отвлекли от
разгадывания кроссворда. Пытаясь выйти с охранником на визуальный
контакт, я покидаю кресло, двигаюсь к нему навстречу, также пытаясь
обойти фехтовальщицу сбоку.
Фехтовальщица круто оборачивается и оказывается лицом к лицу с
охранником. А он, в свою очередь видит перед собой два вращающихся, как
лопасти вертолетного винта, стальных клинка. Дальнейший ход событий
предвидеть я не смог. Аки австралийская кенгура, охранник прыгает назад
и нагло прикрывается МНОЙ от тыкающей ножами тетки!
Возмущения выказывать нет времени, не тот момент. Потому защищаюсь
единственным имеющимся в руках. Увесистым законопроектом. Который тетка
рубит в капусту и в итоге втыкает в него оба ножа. Гадкий охранник икает
в углу. Боевой задор демонстраторши идет на убыль.
Не вытаскивая ножей из проткнутого законопроекта, засовываю все обратно
к ней в мешок, оставшиеся на столе ножи оборачиваю мешком и вручаю
избирательнице.
- Уходите, говорю, мы милицию вызвали уже.
- Зачем милицию, хорошие ножи ведь!
- Ну вот сержанту и расскажешь, почему ты с мешком ножей по городу
ходишь.
На наше счастье в этот момент под сиреной по улице пролетала скорая
помощь. Только заслышав волшебный звук сирены, цыганка схватила свою
коммерцию и галопом ринулась наружу.
Мы остаемся с охранником в приемной одни.
- Сволочь ты все-таки,- говорю ему.
- Ага, сволочь, а ты видел, какой у нее тесак был?..- и пошел боком
обратно к себе в будку.
А я оделся, взял зонт и пошел домой. Законопроект все равно уехал в
цыганском мешке. В виде, исключающем правовую экспертизу документа. Вот
так впервые закон спас мне жизнь.