Результатов: 12

1

В 1814 году молодые русские офицеры с удовольствием принимались в аристократических кругах Парижа, в том числе, и у известной на всю Европу гадалки мадемуазель Ленорман. Однажды вместе с друзьями в салон пришел прославленный в боях восемнадцатилетний Сергей Иванович Муравьев-Апостол. «Что же вы скажете мне, мадам?» Ленорман вздохнула: «Ничего, месье». Муравьев настаивал: «Хоть одну фразу!». И тогда гадалка произнесла: «Хорошо. Скажу одну фразу: вас повесят!» Муравьев опешил, но не поверил: «Вы ошибаетесь! Я – дворянин, а в России дворян не вешают!» – «Для вас император сделает исключение!» – грустно проговорила Ленорман. Это «приключение» бурно обсуждалось в офицерской среде, пока к гадалке не сходил Павел Иванович Пестель. Когда он вернулся, то, смеясь, сказал: «Девица выжила из ума, боясь русских, которые заняли ее родной Париж. Представляете, она предсказала мне веревку с перекладиной!». Напомним, что Муравьев-Апостол и Пестель были повешены в числе самых активных декабристов.

2

Наверное, многовато букв получится, ну да ладно. Кому лень читать - не читайте. Занесли меня как-то черти работать на оптовую базу, кондитеркой торговать. И вот в моём распоряжении два грузчика и кладовщик. Один грузчик, естественно, алкоголик, а другой окончил школу "для особо одаренных с преподаванием татарского языка на мордовском языке" и (назовем его Юра) к своим 20-ти годам на тот момент имел такую же как он сам одаренную жену и ТРОИХ детей (вот ведь плодятся, черти). И в один распрекрасный день, сидит этот Юра на коробках с пряниками и грустит, ибо с похмелья, а тут еще и работать пытаются заставить. В общем, как водится, картина маслом: заходит САМ великий и ужасный император всего нашего ООО, и с ходу начинает на меня тявкать, дескать, чегой-то у тебя подчиненные расслабились. И тут Юра, хоть и "вундеркинд" выдает фразу: "Извините, я болею". "Ах, ты болеешь?! Тогда киздуй в больницу, и чтобы без справки от врача не возвращался!". В общем потопал Юра в направлении своей участковой поликлиники. Приходит на следующий день мрачнее тучи. Я ему с порога: "Где справка от врача, что ты был в поликлинике?". Молча дает справку. Как человек, когда-то обучавшийся медицине, я умею читать врачебные почерки, там написано - "практически здоров". "Чего, тебе врач-то сказал, на словах?" " Я неизлечимо болен..." "А чем?" "Климаксом!" Поперхнувшись, подозревая, что ослышалась, переспрашиваю. Ответ опять - климакс! Человеку 20(!) лет, начинаю собирать анамнез. "На что жаловался?". "Давление, сердцебиение, пот прошибает - у мамки тоже самое, ей сказали, климакс и это не лечится, витамины прописали". Захрюкали все вокруг. И тут опять заходит в костюме цвета какашки наш самый страшный ген.дир. С порога вопрошает, тыкая указующим перстом: "Справку принес?" я, проглотив хохот, говорю: "Вот она" "А чё там написано?" "Климакс!" "Чего?!" "Климакс!!!". Тут уже и хозяина всей нашей тайги прошибло, ржали как не знаю кто. И потом отдельная песня, как мы клеили из коробок гроб для Юры и малевали маркером его морду опять-таки на коробке, ну памятник хотели состряпать ( и закопать его на ближайшей свалке вместе с его климаксом).

3

Как-то на посту у Адмиралтейства стоял пьяный офицер. Павел I, заметив это, приказал арестовать провинившегося.
- Согласно уставу, прежде чем арестовать, вы должны сменить меня на посту, - заявил офицер пришедшим исполнять приказание государя.
- Он пьяный лучше нас трезвых своё дело знает, - сказал император, когда ему доложили о случившемся.
И повысил офицера в чине.

4

ЗНАТОК УСТАВА
Как-то на посту у Адмиралтейства стоял пьяный офицер. Павел I, заметив
это, приказал арестовать провинившегося.
- Согласно уставу, прежде чем арестовать, вы должны сменить меня на
посту, - заявил офицер пришедшим исполнять приказание государя.
- Он пьяный лучше нас трезвых своё дело знает, - сказал император, когда
ему доложили о случившемся.
И повысил офицера в чине.

5

Попали к японскому императору японец, англичанин и русский. И говорит им
император:
- Кто сможет соблазнить мою дочь, тот получит ее в жены.
Но комната, где она сидит, охраняется отрядом самураев, которых
вам нужно победить. Кто не сможет этого сделать, того казнят.
Ну, а перед соревнованием можете загадать по желанию.
Японец:
- Я хочу несколько часов помедитировать!
Англичанин:
- А я хочу выпить виски!
Русский:
- А я хочу, чтобы вы, ваше величество, ущипнули вашу дочь!
Император:
- Странное желание... но исполню!
И тут пришло время соревнования. Император спрашивает своего слугу:
- Ну как идут дела?
Слуга:
- Первым пошел японец. С криками "Кия" он ворвался во дворец и стал
драться с самураями. Убили его самураи. Вторым пошел англичанин.
Он подкрался к дворцу и хотел по веревке забраться в комнату
к вашей дочери. Но на крыше была охрана. Короче, убили англичанина!
Третьим пошел русский. Он распахнул ногой дверь дворца и позвал всех
самураев. Когда они собрались, русский сказал, что трахнул вашу дочь.
И пока они делали себе харакири, он спокойно зашел к ней в комнату!
Император:
- Ну а как же он это доказал, что ее трахнул?
Слуга:
- Сказал, что у нее синяк на заднице!!

6

В начале 1809 года, в пребывание здесь прусского короля и
королевы, все знатнейшие государственные и придворные особы давали
великолепные балы в честь великолепных гостей. А. Л. Нарышкин
сказал притом о своем бале: "Я сделал то, что было моим долгом, но я
и сделал это в долг".
- Он живет открыто,- отозвался император об одном придворном,
который давал балы чуть ли не каждый день.
- Точно так, ваше величество,- возразил Нарышкин,- у него два
дома в Москве без крыш.

7

В морском ведомстве производство в чины шло в прежнее время
так медленно, что генеральского чина достигали только люди пожилые,
а полного генерала - весьма престарелые. Этими стариками наполнены
были адмиралтейств-совет и генерал-аудиториат морского
министерства, в память прежних заслуг. Естественно, что иногда в
короткое время умирали, один за другим, несколько престарелых
адмиралов; при одной из таких смертностей император Николай
Павлович спросил Меншикова:
- Отчего у тебя часто умирают члены адмиралтейств-совета?
- Кто же умер? - спросил в свою очередь Меншиков.
- Да вот такой-то, такой-тоЄ- сказал государь, насчитав три или
четыре адмирала.
- О, ваше величество,- отвечал князь,- они уже давно умерли, а в
это время их только хоронили!

8

По какому-то ведомству высшее начальство представляло
несколько раз одного из своих чиновников то к повышению чинов, то к
денежной награде, то к кресту, и каждый раз император Александр I
вымарывал его из списка. Чиновник не занимал особенно значительного
места, и ни по каким данным он не мог быть особенно известен
государю. Удивленный начальник не мог решить свое недоумение и
наконец осмелился спросить у государя о причине неблаговоления его к
этому чиновнику. "Он пьяница",- отвечал государь. "Помилуйте,
ваше величество, я вижу его ежедневно, а иногда и по несколько раз в
течение дня; смею удостоверить, что он совершенно трезвого и
добронравного поведения и очень усерден к службе; позвольте спросить,
что могло дать вам о нем такое неблагоприятное и, смею сказать,
несправедливое понятие".- "А вот что,- сказал государь.- Одним
летом, в прогулках своих я почти всякий день проходил мимо дома, в
котором у открытого окошка был в клетке попугай. Он беспрестанно
кричал: "Пришел Гаврюшкин - подайте водки".
Разумеется, государь кончил тем, что дал более веры начальнику,
чем попугаю, и что опала с несчастного чиновника была снята..

9

Приехав в Петербург, Суворов хотел видеть государя, но не имел
сил ехать во дворец и просил, чтоб император удостоил его посещением.
Раздраженный Павел послал вместо себя - кого? гнусного турка,
Кутайсова. Суворов сильно этим обиделся. Доложили, что приехал кто-
то от государя. "Просите",- сказал Суворов; не имевший силы встать,
принял его, лежа в постели. Кутайсов вошел в красном мальтийском
мундире с голубою лентою чрез плечо.
- Кто вы, сударь? - спросил у него Суворов.
- Граф Кутайсов.
- Граф Кутайсов? Кутайсов? Не слыхал. Есть граф Панин, граф
Воронцов, граф Строганов, а о графе Кутайсове я не слыхал. Да что вы
такое по службе?
- Обер-шталмейстер.
- А прежде чем были?
- Обер-егермейстером.
- А прежде?
Кутайсов запнулся.
- Да говорите же.
- Камердинером.
- То есть вы чесали и брили своего господина.
- ТоЄ Точно так-с.
- Прошка! - закричал Суворов знаменитому своему камердинеру
Прокофию.- Ступай сюда, мерзавец! Вот посмотри на этого господина в
красном кафтане с голубою лентой. Он был такой же холоп, фершел, как
и ты, да он не турка, так он не пьяница. Вот видишь куда залетел! И к
Суворову его посылают. А ты, скотина, вечно пьян, и толку от тебя не
будет. Возьми с него пример, и ты будешь большим барином.
Кутайсов вышел от Суворова сам не свой и, воротясь, доложил
императору, что князь в беспамятстве.

10

Лекарь Вилье, находившийся при великом князе Александре
Павловиче, был ошибкою завезен ямщиком на ночлег в избу, где уже
находился император Павел, собиравшийся лечь в постель. В дорожном
платье входит Вилье и видит пред собою государя. Можно себе
представить удивление Павла Петровича и страх, овладевший Вилье. Но
все это случилось в добрый час. Император спрашивает его, каким
образом он к нему попал. Тот извиняется и ссылается на ямщика,
который сказал ему, что тут отведена ему квартира. Посылают за
ямщиком. На вопрос императора ямщик отвечал, что Вилье сказал про
себя, что он анператор. "Врешь, дурак,- смеясь сказал ему Павел
Петрович,- император я, а он оператор".- "Извините, батюшка,- сказал
ямщик, кланяясь царю в ноги,- я не знал, что вас двое".

11

Однажды император (Павел I), стоя у окна, увидел идущего мимо
Зимнего дворца и сказал, без всякого умысла или приказания: "Вот идет
мимо царского дома и шапки не ломает". Лишь только узнали об этом
замечании государя, последовало приказание: всем едущим и идущим
мимо дворца снимать шапки. Пока государь жил в Зимнем дворце,
должно было снимать шляпу при выходе на Адмиралтейскую площадь с
Вознесенской и Гороховой улиц. Ни мороз, ни дождь не освобождали от
этого. Кучера, правя лошадьми, обыкновенно брали шляпу или шапку в
зубы. Переехав в Михайловский замок, т. е. незадолго до своей кончины,
Павел заметил, что все идущие мимо дворца снимают шляпы, и спросил
о причине такой учтивости. "По высочайшему вашего величества
повелению",- отвечали ему. "Никогда я этого не приказывал!" -
вскричал он с гневом и приказал отменить новый обычай. Это было так
же трудно, как и ввести его. Полицейские офицеры стояли на углах улиц,
ведущих к Михайловскому замку, и убедительно просили прохожих не
снимать шляп, а простой народ били за это выражение
верноподданнического почтения.

12

Зимою Павел выехал из дворца на санках прокатиться. Дорогой он
заметил офицера, который был столько навеселе, что шел, покачиваясь.
Император велел своему кучеру остановиться и подозвал к себе офицера.
- Вы, господин офицер, пьяны,- грозно сказал государь,-
становитесь на запятки моих саней.
Офицер едет на запятках за царем ни жив ни мертв. От страха у
него и хмель пропал. Едут они. Завидя в стороне нищего,
протягивающего к прохожим руку, офицер вдруг закричал государеву
кучеру:
- Остановись!
Павел, с удивлением, оглянулся назад. Кучер остановил лошадь.
Офицер встал с запяток, подошел к нищему, полез в свой карман и,
вынув какую-то монету, подал милостыню. Потом он возвратился и
встал опять на запятки за государем.
Это понравилось Павлу.
- Господин офицер,- спросил он,- какой ваш чин?
- Штабс-капитан, государь.
- Неправда, сударь, капитан.
- Капитан, ваше величество,- отвечает офицер.
Поворотив на другую улицу, император опять спрашивает:
- Господин офицер, какой ваш чин?
- Капитан, ваше величество.
- А нет, неправда, майор.
- Майор, ваше величество.
На возвратном пути Павел опять спрашивает:
- Господин офицер, какой у вас чин?
- Майор, государь,- было ответом.
- А вот неправда, сударь, подполковник.
- Подполковник, ваше величество.
Наконец они подъехали ко дворцу. Соскочив с запяток, офицер,
самым вежливым образом, говорит государю:
- Ваше величество, день такой прекрасный, не угодно ли будет
прокатиться еще несколько улиц?
- Что, господин подполковник? - сказал государь. Вы хотите быть
полковником? А вот нет же, больше не надуешь; довольно с вас и этого
чина.
Государь скрылся в дверях дворца, а спутник его остался
подполковником.
Известно, что у Павла не было шутки и все, сказанное им,
исполнялось в точности.