Результатов: 71

1

СЛУЖИЛИ ДВА ТОВАРИЩА, ИЛИ ПРО ТО, КАК ДРУЖБА НАКРЫЛАСЬ ОДНИМ ИНТЕРЕСНЫМ МЕСТОМ

Историю эту я услышал от своего товарища, в свою очередь он её тоже от кого-то услышал, так что речь о достоверности не идёт вовсе. В те давние времена, когда в Союзе секса не было и в помине, на торговом судне бороздили моря и океаны два хороших приятеля, даже, не побоюсь этого слова, товарища. Один был капитаном, второй его первым помощником. Прибила судьбинушка как-то их посудину к берегам континента африканского, нашли они там гавань уютную, и порт приветливый. Надо отметить, что моряки дальнего плавания в те стародавние времена совершенно на законных основаниях имели в карманах валюту. Так вот, этот зловредный специфический товар, да ещё в виде долларов, обладал наивысшей ликвидностью и служил измерителем стоимости других товаров и услуг. Ну, за долгое плавание с товарами положение было более-менее, а вот с услугами, да ещё в долгом плавании, было сложнее. Короче, отправились два приятеля, оставив на вахте бдить второго помощника капитана, на поиски услуг, и желательно интимного свойства, а от воображаемой и такой близкой экзотики у них уже буквально рвались наружу из штанов первичные признаки.

Забрели они, наконец, в квартал красных фонарей и, не долго раздумывая, сунулись в первое попавшееся заведение. Попали они в совершенно пустую комнату, если не считать что возле одной стенки был приткнут умывальник, в смысле раковина с краном, рядом висело полотенце. А ещё рядом на уровне пояса было видно небольшое круглое отверстие изнутри задёрнутое шторкой, в которое без труда могла пролезть голова. Долго гадать не стали, помощник капитана отправил в пасть терминала, расположенного рядом с отверстием, необходимое количество баксов, шторка откинулась, со стороны отверстия в стене зазвучала музыка, наш герой, сходу туда голову и засунул. Музыка усилилась, помещение было освещено так ярко, что поначалу ничего нельзя было рассмотреть.

Неожиданно сработало какое-то устройство и шею плавно и нежно зафиксировало мягкое кольцо. Помощник попробовал выдернуть голову – не получилось. Да и ладно: на красной дорожке неожиданно появилась совершенно голая афроафриканка (нельзя же писать, что негритянка!) с потрясающей фигурой и начала танцевать. Танец продлился недолго, красотка неожиданно развернулась, стала раком и своей кормовой часть стала неотвратимо и быстро надвигаться на нашего бедолагу, вернее его голову. Инженерная мысль разработчиков этого шоу была на высоте, так что все прелести красотки были как раз на одном уровне с лицом нашего искателя приключений. Наконец, есть стыковка! Африканочка так страстно извивалась и тёрлась о лицо нашего счастливца, что он реально стал задыхаться, при этом и руками и ногами уперся в стену, безуспешно пытаясь выдернуть голову.

Устройство, удерживающее шею, ослабло, помощник выдернул голову, и ещё ничего не соображающий и ни слова не успевший сказать ни слова своему капитану, стал приходить в себя. Глядь, а капитан-то уже в ловушке! Забавно было смотреть, как капитан извивался возле стенки, пытаясь вырваться из "сладкого" плена как волк в одной из серий «Ну, погоди!». Наконец, из ловушки высвободился и капитан.

После этого супершоу бывшие приятели поняли, для чего в помещении был умывальник и полотенце, ведь, судя по аромату, красотка мыла свои прелести не ранее, чем месяц назад. Почему бывшие? Разругались вдрызг. Капитан так и не простил своему помощнику, что тот его не остановил…

2

Деревенька как деревенька. Много таких. Вот только в этой двое арестантов. Домашний арест у них. Гошка с Генкой. Точнее Гошка и Генка по отдельности. Гошка своей бабушкой арестован, Генка своей. И сидят под арестом они отдельно. Им еще целую неделю сидеть.

Хорошо, что арестом обошлось. Тетка Мариша настаивала, чтоб высечь «прям сейчас» и по домам отправить. Не самая злая в деревеньке тетка, только ее дом как раз ближним был к помойной яме, а она взорвалась. Тут любая тетка разозлится, если испугается.

Тем утром Гошка рассказал Генке, как классно взрываются аэрозольные баллончики, если их в костер положить. И достал из-за пазухи баллончик. У бабушки сегодня дихлофос кончился. Гошка взялся выкинуть.
Генка сам знал, что они взрываются. Долго уговаривать не пришлось. Через полчаса и бабахнуло, и даже головешки в разные стороны раскидало.

- Хорошо взорвался, - оценил Генка, - у тебя один был?
- Один, - оптимистично вздохнул Гошка, - но я знаю, где еще взять. Меня послали в яму выкинуть, что за Маришиным домом, а значит, туда все их выкидывают, и там их много.

Надо сказать, что деревенская помойка от городской сильно отличается. В деревне никто объедки выкидывать не будет, – отдаст свиньям. А из других вещей выкидывают только совсем ненужное. Совсем ненужное – это когда в хозяйстве никак применить нельзя, не горит, или в печку не лезет, или воняет, когда горит. В деревенских помойках пусто поэтому. Баллончики от дихлофоса, или еще какого спрея, пузырьки из-под Тройного или Шипра, голова от куклы, керосинка, которую починить нельзя. Все видно. Только не достанешь.

Помойная яма иван-чаем заросла, бузиной и березками. Деревья сквозь мусор выперли. Когда к яме не подойти уже было, кто-то порубил и кусты, и деревья. И в яму ветки побросал, чтоб далеко не носить. Через хворост все видно, а не достанешь – провалишься.

А взорвать чего-нибудь хочется.
- А зачем нам их доставать, - к Гошке умная мысль пришла, - давай хворост подожжём и отойдем подальше. Пусть баллончики в яме взрываются. И яма заодно освободится.

Гошка и договорить не успел, а Генка уже спичкой чиркнул. Подожгли, отбежали подальше. Сидят на небольшом пригорке возле трех березок и одной липы. Ждут. Пока баллончики нагреются.

Они ж не знали, что в яму кто-то ненужный газовый баллон спрятал. Т.е. не совсем в яму и не совсем ненужный и не совсем один. Два. Тетка Мариша из города тащила четыре газовых баллона. Баллоны тяжелые, тетка старая. Решила два в иван-чае возле ямы спрятать, потом с тележкой прийти, а две штуки она играючи донесет. Тетка вредная, чтоб не украл никто, баллон так далеко в траву запихнула, что он в яму укатился. Расстроилась. Второй рядом поставила, оставшиеся подхватила и побежала за багром и тележкой. Тетка старая, бегает не быстро, Гошка с Генкой быстрее костры разжигают. А ей еще багор пришлось к древку гвоздем прибивать и колесо у тележки налаживать. Но она успела. Метров двадцать и не дошла всего и еще думала, что это там за дым над ямой. А тут как даст. Как даст, и ветки, горящие летят. И керосинка, которую починить нельзя. И пузырьки из-под Шипра и Тройного. И голова от куклы.

- Нефига себе, - говорит Генка, - там, наверное, все баллончики сразу взорвались.
- Нефига себе, - говорит тетка Мариша и добавляет еще некоторые слова.
- Пошли отсюда, - тянет Гошка приятеля за рукав, - пошли отсюда, а то накостыляют сейчас.

Они не слышат друг друга, у них уши заложило.
А вечером Гошку с Генкой судили. - Твой это, Филипповна, - Тетка Мариша обращалась к Гошкиной бабушке, - твой это мой баллон взорвал, и яму он поджог. Больше некому.

- Так не видел никто, - говорила Гошкина бабушка, сама не веря в то, что говорит, - может, и не он.

- Он, - настаивает Мариша при молчаливой поддержке всей деревеньки, - у него голова, как дом советов, вечно каверзу какую выдумает, чтоб меня извести. Фонарь вот в прошлом году на голову уронил? Уронил. Выпори ты его ради Христа, Филипповна.

- Видать сильно, Маришка, тебе фонарем по голове попало, - вмешался бывший лесник Василь Федорыч, прозванный в деревне Куркулем за крепкое хозяйство, - если у тебя дом советов каверзы строит, антисоветская ты старушенция.
А дальше, неожиданно для Гошки и Генки, Куркуль сказал, что раз никто не видел, как Генка и Гошка яму поджигали, то наказывать их не нужно, а раз яму все равно они подожгли, пусть неделю по домам посидят, чтоб деревня от них отдохнула и успокоилась.

Так и решили единогласно, при одной несогласной тетке Марише. Тетка была возмущена до глубины души и оттуда зыркала на Куркуля, и ворчала. Какая она-де ему старушенция, если на целых пять лет его моложе? Речь Куркуля на деревенском сходе всем показалось странной. У него еще царапины на лысине не зажили, а он за Гошку с Генкой заступается. Так не бывает.

С царапинами вышла такая история. Гошка с собой на дачный отдых магазинного змея привез. Змей, конечно, воздушный, это Генка его магазинным прозвал, потому что купленный, а не самодельный. Змей был большим, красивым и с примочкой в виде трех пластмассовых парашютистов с парашютами. На леску, за которую змей в небо человека тянет, были насажены три скользящих фиговинки. Запускался змей, парашютист вешался на торчащий из фиговинки крючок, ветер заталкивал парашютиста вверх, там фиговинка билась об упор, крючок от удара освобождал парашютиста, и пластмассовая фигурка планировала, держась пластмассовыми руками за нитки строп.

Змей с парашютистами Генке понравился. Он давно вынашивал планы запустить теть Катиного котенка Пашку с парашютом. Он уже и старый зонтик присмотрел для этого дела. В городе с запуском котов на парашюте проще. Там и зонтиков больше, и дома высокие. В городе, где Генка живет, даже девятиэтажные есть. А в деревеньке нет. Деревья только. С деревьев котов запускать неудобно: ветки мешают. Поэтому Пашка, как магазинного змея увидел, у Генки из рук выкрутился и слинял. Понял, что пропал.

Гошка Генку сначала расстроил. Не потянет змей Пашку. Пашка очень упитанный котенок, хоть и полтора месяца всего.
- Но это ничего, - Гошка начинал зажигаться Генкиной идеей, - если Пашку и фигурку взвесить, то можно новый змей сделать и парашют специальный. По расчетам.

- Жди, сейчас за безменом сбегаю, - последние слова убегающего Генки было плохо слышно.
Безмен оказался пружинным.

- С такими весами на рынке хорошо торговать, Гена, - Гошка скептически оглядел безмен, - меньше, чем полкило не видит и врет наверняка. Пашек на такой безмен три штуки надо, чтоб он их заметил. - В магазине весы есть, - вспомнил Генка, - ловим Пашку, берем твоего парашютиста и идем.

- В соседнее село, ага, - подхватил Гошка, - если Пашка по дороге в лесу не сбежит, то продавщицу ты сам уговаривать будешь: Взвесьте мне, пожалуйста, полкило кошатины. Здесь чуть больше, брать будете, или хвост отрезать?

- Вечно тебе мои идеи не нравятся, - надулся Генка, - между прочим, Пашку можно и не тащить, мы там, в селе похожего кота поймаем, я попрошу пряников взвесить, они в дальнем углу лежат, продавщица отвернется, а ты кота на весы положишь.

- Еще лучше придумал, - хмыкнул Гошка, - по чужому селу за котами гоняться. А если хозяйского какого изловим, так и накостыляют еще. Да и весы в магазине тоже врут. Все говорят, что Нинка обвешивает. Нет, Гена, весы мы сами сделаем. При помощи палки и веревки. Нам же точный вес не нужен. Нам надо знать во сколько раз Пашка тяжелее парашютиста. Только палка ровная нужна, чтоб по всей длине одинаково весила.

- Скалка подойдет? - Генка вспомнил мультик про Архимеда, рычаги и римлян, - у бабушки длинная скалка есть, она ей лапшу раскатывает.

- Тащи. А я пойду Пашку поймаю.
Кот оказался тяжелее пластмассовой фигурки почти в десять раз, а во время взвешивания дружелюбно тяпнул Гошку за палец. Парашютист вел себя спокойно.

- Это что, парашют трехметровый будет? - Генка приложил линейку к игрушечному куполу, - Тридцать сантиметров. Где мы столько целлофана возьмем? И какой же тогда змей нужен с самолет размером, да?

- Не три метра, а девяносто сантиметров всего, - Гошка что-то считал в столбик, чертя числа на песке, - а змей всего в два раза больше получается, - он же трех парашютистов за раз поднимает, и запас еще есть. Старые полиэтиленовые мешки на ферме можно выпросить. Я там видел.

Четыре дня ребята делали змея и парашют. За образцы они взяли магазинные.

Полиэтиленовые пакеты, выпрошенные на ферме, резали и сваривали большущим медным паяльником, найденным у Федьки-зоотехника. Паяльник грели на газовой плитке. Швы армировали полосками, бязи. Небольшой рулончик бязи, незаметно для себя, но очень кстати одолжил тот же Федька, когда вместе с ребятами лазил на чердак за паяльником и не вовремя отвернулся. Змей был разборным, поэтому на каркас пошли колена от двух бамбуковых удочек. Леску и ползунки взяли от магазинного, а в парашют после испытаний пришлось вставить два тоненьких ивовых прутика, чтоб не «слипался».

- Запуск кота в стратосферу назначаю завтра в час дня, - сказал Гошка командирским тоном, когда они с Генкой тащили сложенный змей домой после удачных испытаний: кусок кирпича, заменяющий кота, мягко приземлился на выкошенном лугу, - главное, чтоб Пашка не волновался и не дергался, а то прутики выпадут и парашют сдуется.

- А если разобьется? – до Генки только что дошла вся опасность предприятия, - жалко ведь.
- Не разобьется, Ген, все продумано, - успокоил Гошка приятеля, - мы его над прудом запускать будем. В случае чего в воду упадет и не разобьется. А чтоб не волновался, мы ему валерьянки нальем. Бабушка всегда валерьянку пьет, чтоб не волноваться. Говорят, коты валерьянку любят.

- А если утонет?
- Не утонет. Сказал же: я все продумал. Завтра в час дня.

Наступил час полета. Змей парил над деревенским прудом. По водной глади пруда, сидя попой в надутой камере от Москвича, и легко загребая руками, курсировал водно-спасательный отряд в виде привлеченной Светки в купальнике. Пашке скормили кусок колбасы, угостили хорошей дозой валерьянки, и прицепили кота к парашюту.

- Что-то мне ветер не нравится, - поддергивая леску одной рукой, Гошка поднял обслюнявленный палец вверх, - крутит чего-то. Сколько осталось до старта?

- А ничего не осталось, - Генка кивнул на лежащий на траве будильник, - ровно час. Пускать? - Внимание! Старт! – скомандовал Гошка, начисто забыв про обратный отчет, как в кино.

Генка отпустил парашют и Пашка, увлекаемый ветром, поехал вверх по леске. Успокоенный валерьянкой котенок растопырил лапы, ошалело вертел головой и хвостом, но молчал.

Сборка из кота и парашюта быстро доехала до упорного узла рядом со змеем, в ползунке отогнулся крючок, парашют отцепился от лески и начал плавно опускаться. Светка смотрела на кота и пыталась подгрести к месту предполагаемого приводнения.

Лететь вниз Пашке понравилось гораздо меньше, чем вверх, и из-под купола донесся обиженный мяв.
Подул боковой ветер, и кота начало сносить от пруда.

- Ура! – заорал Генка, - Летит! Здорово летит! Ураа!
- Не орал бы ты, Ген, - тихо сказал Гошка, - его во двор к Куркулю сносит. Как бы забор не задел, или на крышу не приземлился.

Пашка не приземлился на крышу. И не задел за забор. Он летел, растопырив лапы, держа хвост по ветру, и орал. Василь Федорыч, прозванный в деревеньке куркулем, копался во дворе и никак не мог понять, откуда мяукает. Казалось, что откуда-то сверху. Деревьев рядом нет, а коты не летают, подумал Федорыч, разогнулся и все-таки посмотрел вверх. На всякий случай. Неизвестно откуда, прям из ясного летнего неба, на него летел кот на парашюте. И мяукал.

- Ух е… - только и успел выговорить Куркуль, как кот приземлился ему на голову. Почуяв под лапами долгожданную опору, Пашка выпустил все имеющиеся у него когти, как шасси, мертвой хваткой вцепился Куркулю в остатки волос и перестал мяукать. Теперь орал Федорыч, обещая коту и его родителям кары земные и небесные.

Гошка быстро стравил леску, посадив змея в крапиву сразу за прудом, кинул катушку с леской в воду и, помог Светке выбраться на берег. Можно было сматываться, но ребята с интересом прислушивались к происходящему во дворе у Куркуля. Там все стихло. Потом из-под забора, как ошпаренный вылетел Пашка и дунул к дому тети Кати. За ним волочилась короткая веревка с карабином.

- Ты смотри, отстегнулся, - удивился Генка, - я ж говорил, что карабин плохой.
Как ни странно, это приключение Гошке и Генке сошло с рук. Про оцарапавшего его кота на парашюте Куркуль никому рассказывать не стал и претензий к ребятам не предъявлял.

- И чего он за нас заступаться стал? – думал Гошка в первый день их с Генкой домашнего ареста, лежа на диване с книжкой, - замыслил чего, не иначе. Он же хитрый.

- Ну-ка, вставай, одевайся и бегом на улицу, - в комнату зашла Гошкина бабушка, - там тебя Василь Федорович ждет.
- А арест? – Гошка на улицу хотел, но в лапы к самому Куркулю не хотел совсем, - я ж под домашним арестом?
- Иди, арестант, - бабушка махнула на Гошку полотенцем, - ждут ведь.
Во дворе стоял Куркуль, а за его спиной Генка. Генка корчил рожи и подмигивал. В руках оба держали лопаты. Генка одну, Василь Федорович - две. На плече у куркуля висел вещмешок.

- Пошли, - Куркуль протянул Гошке лопату.
- Куда? – Гошка лопату взял.
- А вам с таким шилом в задницах не все равно куда? – Куркуль повернулся и зашагал из деревни, - все лучше, чем штаны об диван тереть.

Ребята пошли следом. Шли молча. Гошка только вопросительно посмотрел на Генку, а Генка в ответ развел руками: сам, мол, ничего не знаю.

- Может, он нас взял клад выкапывать? – мелькнула у Гошки шальная мысль, а по Генкиной довольной физиономии было видно, что такая мысль мелькнула не только у Гошки.

Куркуль привел их в небольшую, сразу за деревней, рощу. Ребята звали ее Черемушкиной. На опушке рощи Василь Федорович остановился возле старого дуба, посмотрел на солнце, встал к дубу спиной, отмерял двенадцать шагов на север и ковырнул землю лопатой. Потом отмерял прямоугольник две лопаты на три, копнув в углах и коротко сказал: - Копаем здесь. Посмотрим, что вы можете.

Копали молча. Втроем. Гошка с Генкой выдохлись через час, и стали делать небольшие перерывы. Куркуль копал не останавливаясь, только снял кепку. К обеду яма углубилась метра на полтора. А Василь Федорович объявил обед и выдал каждому по куску хлеба и сала. Потом продолжили копать. Куча выкопанной земли выросла на половину, когда Гошкина лопата звякнула обо что-то твердое. - Клад! – крикнул Генка и подскочил к Гошке, - дай посмотреть.

- Не, не клад, - Василь Федорович тоже перестал копать, выпрямился и воткнул лопату в землю, - здесь домик садовника был, когда-то. Вот камни от фундамента и попадаются.
- Садовника? – заинтересовался Гошка, - а зачем тут садовник в роще? Тут же черемуха одна растет. И яблони еще дикие.
- Так роща и есть сад, - пояснил Куркуль, снова берясь за лопату, - яблони одичали, а черемуху барыня любила очень. А клада тут нет. До нас все перерыли уже.
- А чего ж мы тут копаем тогда? – расстроился Генка, - раз клада нет и копать нечего. Зря копаем.
- А кто яму помойную взорвал и пожог? – усмехнулся Куркуль, - Мариша вон до сих пор заикается, и мусор выбрасывать некуда. Так что мы не зря копаем, а новую яму делаем. Подальше от деревни.

Вечером ребята обошли деревеньку с рассказом, куда теперь надо мусор выкидывать. А домашний арест им отменили.

3

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает «многа букафф» просто пролистайте.
Недавно сын поздно вечером пришел весьма побитый, но вроде все обошлось гематомами и царапинами.
- Как случилось? – поинтересовался я, когда он отмылся и уже успокоился.
- Решил дорогу срезать через дворы, да докопались двое, попросили сигарету… суки…, там третий подтянулся – опять стал заводиться сын. – Ну и слово за словО…
- А ты с ними разговаривал что ли? Чего сразу не убежал? – удивился я. – Или ты не один был?
- Да один…, думал отстанут, в своем районе вроде, а там за одежду ухватили и повалили.
Ага, отстанут, не для этого они подошли. Парень он у меня достаточно спортивный, но не единоборства, а футбол (полупрофессиональная команда), убежать мог как нечего делать, если сразу… Вроде и объяснял не раз, но видимо учеба действительна только на своей шкуре. Говорил же, нужно психологически воспринимать для себя бегство, ни как поражение, а как ничью, а лучше вообще никак, вроде бы и не было этой встречи. Вспомнилась история, когда мне было примерно столько лет, как и ему сейчас.
Былинные уже времена, когда СССР еще был, но уже трещал по всем швам и бился в предсмертной агонии. А я несколько месяцев, как пришел с армии, здоровье брызжет через край, при росте 182 см, вес 75 кг., нет ни капли жиринки. Небольшое отступление. Служил в отдельном специальном полку и дрючили нас по физике очень сильно. Слушал рассказы одноклассников и знакомых, как они служили, и очень удивлялся, что, например, стреляли из автомата за всю службу всего пару раз, жрали практически одну перловку, как дедами даже на зарядку забивали и пр. Нас кормили хорошо, грех жаловаться, но со спортом и боевой подготовкой было тоже весьма жестко: один-два раза в день кросс 5 км, потом спорт-городок минимум по часу и без дураков, раз в неделю стрельбы с марш-броском 30-50 км. с полной выкладкой, причем никто не «косил», ни деды, ни даже дембеля. В нашей части система была построена так, что это считалось «западло» (как-нибудь расскажу, это отдельная история). Результат: свободно 100 отжиманий за 45 секунд, легко - 25 раз подъем-переворотом за минуту (были в нашей части такие вот нормативы), плюс бегал, как тот конь и т.д. Был у нас и рукопашный бой, повзводно, несколько часов в неделю, но инструктор сразу предупредил, что сделать из нас хоть чуть-чуть приличных бойцов он не сможет (для этого нужно было заниматься с 5-ти, край с 10-тилетнего возраста), но основы выживания в драке и в бою он даст. Да и я далек был от этого, разряд по биатлону, пулевой стрельбе и по спортивному ориентированию, ну и в активе несколько школьных драк. Учил он нас не столько приемам и ударам (хотя этому тоже), сколько психологии и поведению в единоборстве и бою с несколькими противниками.
Итак, собственно история. Крупный сибирский промышленный город.
Какая-то вечеринка, квартира, народу человек двадцать, бОльшая часть незнакомых. Самогонку не пил тогда принципиально, ну, а с водкой, кто помнит, были тогда большие проблемы (по талонам), поэтому было ее всего две бутылки и из них делали для девчонок «шампанское». Вода с сиропом (или вареньем с отцеженными ягодами) пополам с водкой и в сифон (кто помнит, были тогда такие, весьма популярные, с баллончиками с углекислым газом, для газировки в домашних условиях). Для эффекту использовали на литровый сифон не один, а два баллона, от пары рюмок можно было быстро и серьезно окосеть, но проходило опьянение тоже достаточно быстро. Ну и конечно, танцы-зажиманцы, шуры-муры и прочие амуры. Познакомился с симпатичной девчонкой, через час уже обжимались вовсю. Надо отметить, что отношение к женщинам у меня тогда было очень и очень физиологически-потребительское: даешь - хорошо, не даешь – иди в попу, других полно. Ванная и спальня традиционно заняты, поэтому от меня вполне логическое предложение поехать на хату к товарищу. Ну что ты, я не такая, я так сразу не могу, нам надо узнать друг друга поближе (хотя до «поближе» остался маленький последний шажочек), и пр. женские отмазки, ну хоть про месячные не «запела» и то ладно.
- Поехали лучше ко мне – призывный взгляд из-под ресниц, легкий румянец на щечках. Хрен вас женщин поймешь и вашу логику, к тебе, так к тебе. Поймали мотор. Куда? В Морозовку! Вот б..дь, ну я и идиот, мог бы раньше поинтересоваться. Мало того, что край географии (фактически пригород, таксист цену заломил), так еще и очень криминальный район. Половина жителей Морозовки уже сидела или отсидела в местах, не столь отдаленных, другая половина просто еще не попалась, но явно планирует и тренируется. Даже дети в детском саду там начинают раньше по фене ботать, чем на горшок проситься. Утрирую конечно, но соваться вечером туда как-то не комильфо совсем. Ну ладно, едем уже, по пути осторожно выясняю, что дома оказывается и папа, и мама, а также бабушка с братиком в 2-х комнатной хрущевке.
- Но мы же постоим в подъезде? – снова призывный взгляд, нежный поцелуй и рукой по члену через штаны. Ага, постоять в ее подъезде в хрущевке в 10 часов вечера, когда подруга будет вздрагивать от каждого шороха – мечта всей моей жизни. Ну купила, так купила… Ладно, думаю, тоже обломаю маленько, высажу ее у подъезда и свалю к Маринке. Подъехали, въезд во двор перегородила расфуфыренная 8-ка, с открытыми обоими дверьми, но в машине никого, а подъезд 3-й. Водила даже сигналить не стал, типа здесь вылазите. Дал ему половину, несмотря на возмущение, сказал – жди, я до подъезда и обратно (джентльмен, бля). Темный, теплый вечер ранней осени, освещение только из окон квартир и одинокого фонаря на углу, где-то вдалеке, похоже у последнего подъезда (6-го) бренчит 3-мя аккордами гитара и пропитый голос, не очень попадая, пытается жалобно петь очередных журавлей над зоной (или голубей? не суть). Идем, она под руку держится и каблучками звонко цок-цок. От 2-го подъезда на шум машины и каблучки, видно с лавочки, выползает троица.
- Опа, зырьте пацаны, залетный фраерок нарисовался с Иркой – растягивая слова выдвигается навстречу широкий парень в белой майке. Теперь немного «науки» от инструктора: Противник, если он в большинстве, уверен в своем преимуществе и на своей территории никогда не начнет драку сразу, ему надо время оценить тебя по принципу свой-чужой, кого знаешь, насколько можно тебя «опустить» (унизить), накрутить, опять же себя (поднять адреналин в крови), типа: А чо ты такой дерзкий? А ты мгновенно должен понимать, что это мирно для тебя не закончится ни при каких обстоятельствах, сразу готовность, выброс адреналина в кровь, а лучше всего просто убежать (см. выше), но если нет такой возможности, то нападать первым, неожиданно и не оттягивая. Мелькнула мысль уйти на рывок, но в крови уже бурлит адреналин, в каждой мышце, как сжатая пружинка, легкость в ногах, нет страха и почти нет алкоголя в крови, да и перед девчонкой, как-то неудобно (каюсь, успел ей напеть про героическую службу). Так, позицию, расстановку противника и свои дальнейшие действия я примерно, но быстренько просчитал. Ирка мгновенно отвалилась, а теперь пошла психология, двигаюсь шагом в том же темпе, правой рукой в кармане джинсовой куртки смял в комочек и зажал в кулаке пластинку жевательной резинки, а левой из внешнего нагрудного кармана со словами:
- Смотри, чо… - двумя пальцами достаю проездной в пластиковой рамке и как бы случайно роняю его на землю слева и спереди от себя. Ключевое слово «смотри» прозвучало, инстинкты и неосознанные рефлексы у противника сработают - 99% людей посмотрят обязательно. Не стали исключением и эти уроды. Амбал в белой майке (его я определил, как главного), стоя уже передо мною, немного опустил и чуть повернул голову, уставившись на упавшую какую-то фигню.
Н-на…, быстрый небольшой шаг вперед левой ногой и резкий прямой правой в удобно подставленную челюсть. Вай, как плотно попал, еще и с толчком правой ноги, и корпусом хорошо доработал. Амбал не поднимая рук начинает валиться вперед (очень хороший признак, значит нокаут полный), но смотреть кино будем позже, чуть смещаюсь вправо, два быстрых шага вперед и кидаю комок золотинки со жвачкой в лицо второму, с практически одновременным ударом левой ногой сбоку-снизу (примерно под 45 градусов) в район нижнего правого ребра, рефлексы противника и тут не подвели, правая рука его дернулась вверх защищая лицо, а моя нога в туфле с достаточно жесткой подошвой, носком попала точно куда я хотел. Острая боль и спазм при таком акцентированном ударе по печени деморализует даже многих подготовленных профессионалов, не то что эту дворовую шалупонь, главное четко и достаточно сильно попасть. Еще маленькое отступление, инструктор очень предостерегал от использования хай-киков (верхний удар ногой). Это только в кино у Вам Дама красивые вертушки очень эффектны и эффективны, а в реальной жизни с такими киками все значительно хуже. Удар «длинный», т.е. требует большего времени на подготовку и имеет значительную траекторию, значит и уйти от него намного проще. Можно использовать его в связке в качестве завершающего при отходе, но не в коем случае не стоит с него начинать. Я не спорю, есть мастера, которые ногой в голову могут ударить намного быстрее и неожиданней, чем я рукой, но для этого нужны годы и годы интенсивных тренировок. Другое дело лоу-кики (нижние удары), носком или ребром жесткой подошвы по голени, в колено или в пах, как расслабляющие, деморализующие, с них, как раз, хорошо начинать атаку, даже не имея хорошей растяжки. Я так и планировал сначала, но противник был ниже почти на голову, удобно стоял, чуть повернувшись и я решился ударить по печени, что весьма оправдалось, добавил коротким крюком правой куда-то в лицо, уже сгибающемуся второму и шагнул к подотставшему третьему. Опустив чуть разведенные в стороны руки с открытыми в его сторону ладонями, начал жалобно:
- Да вы чо пацаны, сразу накинулись то… - не прокатило, третий, в короткой кожаной куртке, уже встал в стойку с поднятыми к лицу кулаками. Боксер что ли? Да не-е… Вот это замах! Ха-ха… Чему вас учит семья и школа? (по Высоцкому). От удара с таким замахом даже боксерская груша увернется. Спокойно пропустив над правым плечом его кулак, резко сократил дистанцию с одновременным ударом правой под дых снизу-вверх (апперкот) и как бы отталкиваясь этим ударом развернулся в одну линию с кожанным, ловя на свой локтевой сгиб левой руки его опускающийся правый локоть, дальше моя левая рука из-под его подмышки на кисть сверху, правой удар изнутри по запястью – есть захват, правой помог левой руке - резко додавил, сгибающуюся уже ладонью вовнутрь кисть.
-А-а-а… - дико заорал третий - больно, знаю, резковато я, пожалуй, растяжение связок обеспечено, завтра даже ложку этой рукой держать не сможет. Но это мой любимый прием, я его многократно отрабатывал и есть у него одна интересная особенность, если провести его достаточно резко, то человек сразу падает на колени, рефлекторно пытаясь изменить угол давления и снизить острую боль. Не стал исключением и мой подопечный. В принципе, в таком положении его можно спокойно конвоировать, чуть отпустив кисть и скомандовав «Встать», вести, одной левой рукой регулируя болевое давление на согнутую кисть, но мне сейчас это зачем? Поэтому, резко крутанувшись, бью его коленом в лицо, причем начинаю удар почти выпрямленной правой ногой, резко сгибая ее в конце траектории, тем самым уменьшая радиус при неизменной массе, угловая скорость колена от этого увеличивается, а это тебе уже теоретическая механика (термех), зря что ли я его в институте учу. Это я сейчас долго рассказываю, а на самом деле на всё про всё ушло буквально несколько секунд. Обернувшись на остолбеневшую Ирку с абсолютно круглыми глазами, замечаю еще одного детинушку, вышедшего из кустов палисадника позади ее метрах в четырех. Отлить что ли ходил? А мне сейчас сам черт не страшен, полное упоение удачным боем, пульс под 200, но душа поет, мышцы в невиданном тонусе, в таком состоянии, наверное, мировые рекорды в спорте только и устанавливаются. Многое бы сейчас дал, чтобы повторить сегодня то ощущение. Заорав что-то среднее между рыком льва и воплем самца гориллы в брачный период, я длинными прыжками кинулся на него. Чувак видя такие непонятки и заранее пребывая в подавленном психо-моральном состоянии, верно решил, что лучше убраться подобру-поздорову и ломанулся, как молодой лось обратно в кусты, а Ирка не видя, что у нее кто-то был за спиной, приняла все на свой счет и дико завизжав, присела, закрыв голову руками. А я, как прыгучая лань легко перепрыгнул через нее и еле себя остановил, дико хотелось догнать и рвать противника, как Тузик грелку. Взвизгнув резиной, укатило такси, водила тоже решил свалить, страх победил жадность. Всё, всё, хватит, хватит…, уговаривал я себя, так и рвавшегося добивать поверженных уже врагов. Кое-как подняв, потащил Ирку к ее подъезду. Она рыдала навзрыд и слабо упиралась (или мне так казалось?), при этом закрыв глаза и периодически крепко зажмуриваясь, да так, что слезы брызгали из уголков глаз тонкими, короткими струйками, похожими в свете фонаря на капельки серебра. Я аж засмотрелся, снизив и так невысокую скорость. Белая майка сел, опираясь на левую руку, тупо мотая головой, но в правой руке уже был зажат нож-бабочка. Я, отпустил Ирку, подобрал проездной и подойдя сзади от всей души пнул его по согнутому локтю – нож сверкнув, улетел куда-то в темноту.
- Аш-ш-ш… Ну ты чо, в натуре? – амбал сперва зашипел от боли, но попытался сказать грозно, тем не менее сбившись в конце на какую-то плаксивую интонацию. А зачем нам нож? - нож нам совсем не к чему. Я не обращая внимания уже больше ни на что, ускорившись, практически волоком затащил совсем расклеившуюся девку в подъезд, где с трудом выяснил, что этаж 2-й, 1-я дверь справа. Железную дверь широко открыли сразу, словно давно ждали, втолкнул Ирку и буркнув короткое «Здрасте», отодвинул мамашу и быстро зашагал по коридору, оценивая диспозицию. Классическая хрущевская 2-х комнатная «распашонка», окна кухни и комнаты с балконом выходят на подъезд, в другой комнате на противоположную сторону дома, подошел к этому окну и открыл его настежь. Фу, всё, можно не торопиться сваливать, под окном даже клумба, ни кустов, ни заборов, и никаких других препятствий. Прошел в ванну мимо собравшегося к коридоре ошалелого семейства, члены которого проворно убирались у меня с дороги, видимо было еще у меня на лице, что-то такое-этакое. Умылся, лицо горело, пульс еще колотил, но уже ощутимо начала побаливать правая рука. Задерживаться не стоит, не хотелось бы попасть сейчас в адреналиновую яму, или по-простому в отходняк. Выключил воду и услышал, как через всхлипывания, видимо не отошедшая еще от шока Ирка говорит:
- Меня Серега встречал, а он их всех убил – и опять зарыдала. Ну ты и дура! Значит тебя твой бывший или действующий встречает, ты об этом знаешь и все равно меня сюда тащишь? Да, что же у тебя в мозгах то?! Или ты думала, что мы с ним встретимся, и я мирно, но по-мужски объясню твоему Сереге, что теперь я твой парень, он все поймет, и мы дружески с ним обнявшись пойдем пить самогонку? А ты ему строго скажешь:
- Сергей! Сердцу ведь не прикажешь! – и он заплакав, будет стоять на коленях, умоляя тебя вернуться? Или может ты предполагала, что меня немного побьют (но не затронут, конечно, жизненно важные органы), я попаду в больницу, а ты такая верная, будешь за мной ухаживать, сидя бессонными ночами у кровати, и я, такой же красивый и здоровый, когда выпишусь, в благодарность сразу сделаю тебе предложение? И представляла уже себя в свадебном платье? Или растроганно себе умиляясь, даже видела себя в красивом траурном платье, в шляпке с черной вуалью несешь мне белые лилии на могилку и тихо рыдаешь там в одиночестве, раскинувшись на могильной плите? Кстати, мне одна подруга по пьянке нечто подобное рассказывала, что ее подобное видение про любимого мужа посещает периодически. И только нажалевшись себя и нарыдавшись в одиночестве, представляя себя молодой вдовой, на некоторое время успокаивается. Хрен когда-нибудь поймешь, что у этих женщин в голове творится…
Я молча вышел из ванны, от меня шарахнулись, как от прокаженного, батя неловко попытался спрятать за спину бутылку с непонятного цвета жидкостью, видно уже достал, чтобы выпить за знакомство. Всё, пора уходить, можно по-английски, но нет, ноги сами повернули меня на балкон. А перед подъездом уже комитет по торжественной встрече во всей красе. Пострадавшие в полном составе на лавочках и еще подтянулась троица парней, с ними две девки местного разлива. Один из них, лет под тридцать, с татуировками на кистях и вроде даже перстни синие на пальцах, но с балкона толком не разглядишь, крутил в руках обрезок водопроводной трубы. Меня заметили сразу. Слово взял Синий, как я его про себя назвал:
- Что же ты беспредел творишь? Пацаны к тебе со всем уважением, побазарить за жизнь децел хотели. Про Маруху твою шепнуть чево, а ты сразу грабками махать, как бичара ссученный. Так себя уважаемые люди не ведут. Проставься полторашкой (имеется ввиду самогон) за обиду и побазарим нормалек без понтов дешевых.
- Да не выйдет он, зассыт… - поддакнул ему кто-то с лавочки.
- Если правильный пацан, то выйдет, а если волк позорный или фуфло ментовское, или фраер гнилой... – продолжил кидать зоновские подходики Синий. Знакомая песня, так и будет языком плести свои кружева, потихоньку начиная тебя словесно «опускать», или ты не выдержишь или он морально выиграет, даже без физического контакта. Такой базар надо резко ломать, сразу переводить в другую плоскость. Да и уже понятно, нет там никаких татуированных перстней, на зоне был точно, но не в авторитете, дальше шестерки не поднялся, даже не феня у него кривая, а так базар приблатненный. Среди не топтавших на мне дешевый авторитет зарабатывает. Был и у нас во дворе такой, мы малолетки ему в рот заглядывали, подражать пытались, пока с зоны не откинулся отец одного другана и пинками не выгнал того со двора. Куда тогда делась вся его распальцовка? Ну подожди сука:
- Эй! А чего у тебя труба такая тонкая? - пауза, подгадал окончание своей фразы на затяжке Синего сигаретой, но надо не дать ответить, выдох его и на начале вдоха спокойно продолжаю:
- Я ведь сейчас спущусь и трубу эту в твое раздолбанное очко засуну. А ты даже кайфа не получишь… - и гаденько так заржал, тут же хихикнул какой-то из парней на лавке, а одна из шмар хрипло заперхала, давясь смехом. Всё, хана дутому авторитету Синего. Слухами земля полнится. Теперь при упоминании Синего в любом разговоре без него, почти наверняка будет подленькое уточнение: Этот, который с трубой, что ли? И ехидные улыбочки, а кто не поймет, тому расскажут. Синий толкнул раскрытой пятерней в лицо, засмеявшейся девке, взревел и резво рванул в подъезд.
- Примерить решил… - подлил я масла в огонь, теперь заулыбались и захихикала уже вся компания. Ну пора и честь знать, хватит дергать тигра за усы, как сказали бы китайцы. Под аккомпанемент неистово долбящей в железную дверь трубы, прошел мимо, сидевшей на диване, притихшей семейки в другую комнату, перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и после непродолжительного полета, мягко приземлился почти в центр клумбы. Не мешкая вскочил и дал, как на стометровке, до угла ближайшей пятиэтажки, там перешел на резвую рысь в сторону освещенной и шумящей примерно в километре автодороги. Бежал и сперва очень гордился собой, потом задумался, что повезло мне сегодня нехило, как получилось вырубить с одного удара беломаечного амбала, да и дальше все как по маслу, а могло закончиться подобное приключение гораздо плачевней. Нет, в следующий подобный раз только рывок в сторону и бежать, и не раздумывая, дал я себе твердое обещание, уже катясь на частнике по освещенной дороге к цивилизации.
С Иркой я больше никогда не встречался.
Р.S. Наконец, могу сказать ОГРОМНОЕ СПАСИБО товарищу капитану - инструктору, к сожалению, уже не помню вашего имени. Ваши занятия мне очень тогда помогли.
На этом хотел бы закончить, но нет, сын мне вчера заявляет:
- Травмат куплю.
- Зачем?
- Ну, попугать в случае чего…
- Ни фига ты не понял. Любое оружие нужно доставать, только тогда, когда ты его готов применить немедленно. Это азбука. Разговоры под дулом пистолета оставь Голливуду. Да и пойми, ствол не нож, любой понимающий человек будет сразу рвать дистанцию и максимально жестко тебя гасить. А если у него огнестрел? У него нет времени разбираться, что у тебя в руках: травмат, газовый или тоже огнестрел, профессионал будет сразу стрелять на поражение. А вдруг окажешься случайно в охраняемой зоне, какого-нибудь ВИПа? Оно тебе надо? А в безоружного, скорее всего, никто стрелять не будет – стараясь говорить спокойно продолжаю я.
- Что мне с выкидухой ходить что ли? – недоумевает сын.
- А если ткнешь или полоснешь, даже не специально, а так, отмахиваясь, кого. Ну попадешь в какой-нибудь орган или артерию, например, на руке зацепишь. А он возьмет, да помрет. Что тогда? 10-ка на зоне? Как тебе такая перспектива? Или опять же противник с огнестрелом, прострелит тебе колено - ты всю оставшуюся жизнь с палочкой, а у него ствол с лицензией, и он кругом прав. Здесь Москва и здесь таких полно. Да и пойми, наконец, любое оружие, даже холодное – это оружие нападения для убийства. Ты мочить кого собрался?
- Да нет, так для самозащиты…
- Лучшее оружие самозащиты — это бег. Я тебе уже сто раз это говорил. Или бегать плохо стал?
- А если я с девушкой?
- Ну, во-первых, не шарьтесь по всяким злачным местам и чужим дворам. Во-вторых, не ведись на всякие: Пойдем-отойдем-поговорим. А, в-третьих, вот отбежал ты от них и от девушки на 50 метров и набрал 112, контролируя происходящее, что они тебе или твоей девушке сделают?
- Да перед девушкой, как-то неудобно.
- А, ты ее спроси, ей герой-калека-инвалид нужен, или здоровый отец ее детей?
- Ну, про детей ты загнул, понятно, что каждая выберет – заржал сын.
- То-то и оно. Ладно, гуляй пока молодой. И бегай побольше.
В заключение скажу: Фитнес — это хорошо, бицепсы, трицепсы и прочие двуглавые – это здорово и красиво, но не забывайте про бег. БЕГ – ЭТО СИЛА, это оружие, которое у вас никому не отнять…, потому что не догонят!

4

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

5

Инженерная история. Совсем совсем недавняя. Произошла она в маленькой региональной державе -
ржавой бочке нефти с разорванной в клочья экономикой.

Переодетые в бизнесменов представители главной страны мира решили заказать в России разработку
одной микросхемы для своих игрушек. Микросхема та под санкциями, поэтому расчет строился на то, что
разработав ее, местные инженеры засветят все свои каналы обхода санкций, взлома лицензий и пр.
Щаззз сказали в министерстве, нашли дураков. Но лишние несколько миллионов долларей совсем не лишние
и отправили этот заказ из министерства в малое инвестиционное предприятие, только что образованное
студентами Донского Уральско-дальневосточного федерального университета. На самом деле это образование
создал ректор университета, которому выкручивают руки в минобразовании требованиями показателей и индикаторов. Юридический адрес "предприятия" находился в комнате 212 общаги Донского Уральско-дальневосточного федерального университета. Учредителями были третьекурсники этого университета. Они пока еще не знали ничего в профессии и потому им было глубоко пофиг что именно делать. Тем более заказчик обещал заплатить несколько миллионов долларов. Слова только в контракте были непонятные. Но комендантом общаги был Вениамин Петрович, бывший доцент их университета. Его выгнали из преподавателей по требованию реформаторов образования, которые считают что преподаватели теорем Коши должны публиковать новости от Коши обязательно в лучших американских журналах. Доцент знал теоремы, а новостей от Коши не знал совсем, вот его и отправили выдавать матрасы в общежитие универа. Реформа бл... Повезло пацанам, дядя Веник прочитал тех. задание, почесал репу и сказал - да ребятки, вы попали. Но не ссыте, я такую хрень еще студентом делал. Используя служебное положение в личных целях (наверняка обещанных литрах боярышника по мнению либеральной общественности) дядя Веник выделил в общаге каморку в подвале, студиоусы кинули туда сетку, притащили свои компы и процесс пошел. Дядя Веник показал мальцам что и где скачать, где зарегистрироваться, как что включить, как что подсчитать. И пацаны просто закипели от энтузиазма. Днями и ночами рисовали, переписывались с кем-то, считали и моделировали. Благо дядя Веник был с ними круглосуточно и всегда мог помочь. И через полгода DHL принесла им маленькую бандерольку, где лежали несколько сделанных по их проекту микросхем. Несмотря на утверждение, что первый блин комом, все заработало сразу. Что надо включалось, что надо выключалось, а требовния ТЗ местами были в разы лучше. Звонок заказчикам и тонкий юношеский голосок предлагает заказчикам приехать и принять работу. Можете представить шок переодетых в бизнесменов заказчиков, которые вошли в комнату 212 общежития Донского Уральско-дальневосточного федерального университета и на макетике распаянном розовенькими проводочками увидели работающую микросхему. Причем работающую так как надо.

Вы думаете это и была сама история. Ошибаетесь. Это была преамбула. Амбула будет ниже.

Итак постараемся восстановить разговор переодетого Заказчика со своим руководством.
- Шефф, все пропало, шеф все пропало. Они разработали микросхему и даже сделали ее. Все работает!!!
- Джон, что за истерика. Ну сделали, а факт взлома нашего софта ты зарегистрировал?
- Шеф, они студенты, они сделали их на наших университетских серверах на нашем же софте.
- Кто позволил!!! Посадить предателей!!
- Шеф, они студенты шеф, они поступили на наши дистанционные курсы. Они стали и нашими студентами, шеф.
- Джон, ты зарегистрировал фабрику, которая сделала этот проект, кто нарушил санкции?
- Шеф, они студенты, они изготовили микросхему на нашей фабрике на студенческих сборках проектов. Шеф, мы сами им это разрешили.
- Хочешь сказать, что мы сами себе изготовили микросхему на нашем софте и наших серверах за свой счет и заплатили за это три миллиона долларов русским??? Джон, мы ебанулись???
- Так точно сэр. Но это не все, сэр.
- Джон, что еще может быть хуже??
- Сэр, у русской микросхемы нет выводов питания. Она не имеет источника питания!!
- Джон, что ты несешь. Хочешь сказать, что студенты сделали телевизор без шнура питания. А что у них есть?
- Вывод заземления есть.
- И все?
- И все!
- Она работает?
- Работает!
- И нет питания?
- Вообще нет, никакого.
- (Непереводимая игра слов).
- Шеф, они студенты. Они не знали наших обозначений. Они решили что питание там не требуется. И так и сделали.

Прервусь на созерцание ухмыляюшихся рож российских инженеров, которые знают еще пяток способов
этого фокуса, но это были студенты и дядя Веник, они придумали лишь один способ, простите их.

В общем все закончилось хорошо. Детишки на днях защищают диплом в своем универе.
Их офис в новом бизнес центре. Там работают уже с пяток выгнанных из универа за отсутствие статей в американских журналах доцентов и профессоров. Объем заказов идет под миллиард.
Пожелайте им удачной защиты диплома и долгих лет успешной работы. Первый блин не комом.

Зы. Да пожелайте всяческих неудач этим придуркам в минобразовании, пусть провалятся все их реформаторские потуги.

6

Про холодильник

Холодильник? Да… Стремный агрегат. Неизвестно, что может стрястись с продуктом после того, как вы в него его вложите. За холодильником нужен глаз да глаз. Не зря народ его по ночам проверяет. Не доверяют. И освещение умные люди подвели к нему, совсем не зря.

Я про холодильник вот такой случай вспомнил.
В одном Одесском ВУЗе было общежитие. Я даже знаю в каком именно. Но неважно. И жили там студенты. Как обычно. По выходным гоняли к себе в село за яйцами, гусями-курами-картошкой... и конечно салом. За неделю, а то и раньше, всё это добро обычно съедалось, стипендия, у кого она случалась, пропивалась, и наступала очередь САЛА.
А если говорить уж совсем точно – начиналась охота на сало. У кого оно ещё залежалось. Тут уж было ни до друзей-товарищей. Каждый прятал и перепрятывал свой родимый шмат от посягательств бойких охотников, как только мог. Наивные первокурсники, которые попервах вывешивали свои продукты в сетках через форточку, приобретали горький опыт очень быстро. Вопрос: "КУДА?" стоял очень остро.
Под подушку-матрас не спрячешь же, правильно? После занятий придешь - "кружало где лежало" Да, голод, гусю-свинье не товарищ. Так вот мы подходим к самому главному. У одного студента, назовем его Вася, был холодильник.
Холодильники были и у ещё некоторых студентов, но Васин был особенный. К дверце Васиного холодильника были добротно приварены стальные проушины, и в них вдевался солидный амбарный замок. Швейцарский Банк, а не холодильник, другими словами. И Вася пользовался популярностью. Особенно у женского населения. Можно сказать неимоверной. Нет, не так - НЕИМОВЕРНОЙ. Но у холодильника был один недостаток - он был маленьким. Вася, не будь дураком, превратил этот недостаток в достоинство. Он создал свой "ближний круг", в который отбирались самые достойные. Ну вот представьте себе. Большой холодильник. Представили? Без замка. Понапихуют туда продукты все кому не лень, а потом приходишь забирать, а там от твоих продуктов… ну, вы понимаете, (Это как пример). Какая то сссу…ху… спи… утащила, короче. Что остаётся? Чтобы выжить до стипендии, остаётся одно – спи… стащить то что на тебя больше всего смотрит. В итоге: бардак, споры, драки и битьё морды хозяину холодильника.
У Васи же было всё чинно. Настолько чинно, что открывание заветной дверцы и вложение в него своего продукта, можно было сравнить разве что с таинством вклада в банковскую ячейку чемодана с миллионом долларов.
Вася был порядочен до неприличия. И все об этом знали. Он сразу предупреждал. Холодильник маленький, старенький, но морозит хорошо. Из-за этого происходит вымерзание и усушка некоторых продуктов .
Если хранит недолго, то это сильно не сказывается, а вот если долго, то тут уж не взыщи. Я тут ни при чем, - предупреждал.
На сколько долго, никто никогда не спрашивал. Да и зачем вечноголодным студентам турбулировать воздух пустословием. Так они и жили-нетужили. Счастливцы с Васиного круга. Принесут шмат, положат. Когда кому-то взгрустнется - придет, тряпочку распеленает, отрежет кусочек, снова завернет, и обратно положит. До следующего голодного раза.
И был у Васи один кореш. Ну, не так чтобы кореш, но нормальный пацан. Правильный. Пусть будет Петя. И вот, однажды, Петя привез от своей бабушки сало. В тряпочке. Да, забыл сказать. Перед закладкой продукта на хранение, его следовало развернуть и показать хозяину "банка". Порядок такой. Мало ли. Может продукт просроченный, или что-то тухлое, а может и вообще черт знает что. А потом ходи-разбирайся. Народ хоть и порядочный, но кому нужны эти всевозможные неприятности. Я ж говорю - Вася был далеко не дурак, как для студента.

Когда Петя развернул свой продукт, у обоих потекли слюнки. Бело-розовая мякоть манила. Опаленная на соломке нежная шкурочка. С палец толщиной, как меха на гармошке, играли мясные прожилки. А запах! Запах заполнил ароматом копчености всю комнату и долго их не отпускал. Они так стояли и смотрели заворожено. Попеременно: то на сало, то друг на друга, то на сало, то друг на друга.
- Порядок! - наконец сказал Вася сглотнув слюну. - Можешь заворачивать и класть. Или ложить. Не знаю как правильно. Условный стук в дверь комнаты ты знаешь. Только ночными визитами не злоупотребляй!
На том и порешили. И всё бы ничего.
Но через несколько дней с Петей приключилась беда. "Diarrhoea", - как потом поэтично написали в больничном про понос. Может съел что-то не то, может поджелудочная сработала, но приехали люди в масках-халатах и всё, что можно было испохабить в комнате, обрызгали какой-то вонючей, только им известной субстанцией. И Петю конечно же увезли с собой. На стационар в инфекционку.
Когда через пару недель Петю выпустили, он пришел к Васе за своим. Всё было как обычно. Вася снял с груди ключ, подошел к холодильнику, открыл замок, распахнул дверцу. На полке, где Петя пару недель назад оставил свой огромный шмат, сиротливо лежала... бабушкина тряпочка. Свернутой. Точно так же как её свернул Петя двумя неделями раньше. Вот только сало... Словно только-только пробивающееся грудь семиклассницы, под тряпочкой едва угадывался маленький, малюсенький, малипусенький бугорок.
Как и при закладке продукта, два приятеля снова надолго застыли переваривая сложившуюся ситуацию. Так они и стояли. На этот раз скорбно.
- Ну вот, я же тебя сразу предупреждал, что долго хранить чревато. (Слово «чревато», - вырвалось у Васи как-то само собой). Теперь ты сам убедился: какая неприятность может приключиться, - первым прервал затянувшиеся молчание Вася.
- Да я и не спорю, - вздохнул, и миролюбиво согласился Петя. - В принципе, я был готов к усушке-утруске, но то, что твой холодильник кроме выморозки может производить ещё и липоксацию... к этому, я был готов не совсем.
- Инигавари, - задумчиво произнес скороговоркой Вася. - Надо будет ещё и этот пунктик в договор включить. Что будем делать?
- Что делать - что делать? - почесал макушку Петя. - Будем ехать к бабушке. Она мне в больничку точно такой же шмат привозила, но врачи не пропустили. Завернули. Обратно домой в село увезла. Съезжу, привезу, да заодно и моё выздоровление отметим)
***

7

Эта абсолютно невероятная история естественно никак не могла произойти. В неё невозможно поверить. Но тем не менее она действительно произошла 31ого декабря 1999, ибо как всем известно в Новый Год может произойти то что никогда в другое время произойти не может. Сам я там не был (повезло), но куча моих знакомых утверждает что именно так и было.
Сказ о том как Петя встречал Новый Год и о том как можно выпутаться из любой ситуации.
Встречать Новый Год можно по разному. Можно например как шотландский лорд, в любимом кресле, в любимом замке, попивая 50-летнее виски маленькими глотками, гладя свою борзую лежащую на медвежьей шкуре. Можно в модном клубе на Ибизе зажигая под музыку супер популярных диск джокеев. Некоторые встречают его на знаменитой Таймз Сквер, дрожа от холода и желания сходить в туалет, и визжа от восторга от того что опускается шар. Кое-кто пожалуй ловит кайф от лицезрения президента в телевизоре и внимая каждому слову. Ну а пожалуй самое популярный метод встречи это в кругу семьи или друзей, около праздничного стола на котором много разных вкусностей и напитков.
Ну а можно встретить Новый Год как встретил его мой друг детства, Петя. Происходило в одном областном центре в Беларусcии когда Петя был молод и кровь играла в его жилах. В то замечательное 31ое декабря собралась небольшая, но очень весёлая компания на квартире у одного молодого человека (допустим - Игорь) и его девушки (допустим - Катя).
Праздновать начали заблаговременно, то есть около 5-6 часов вечера. И праздновали, и праздновали, и праздновали, и с грустью обнаружили чуть после 9 вечера что праздновать особенно то и нечем. Не рассчитали так сказать. Но это весёлую компанию не смутило. Они решили снарядить боевую дружину и направиться в ближайший магазинчик и прикупить то чем можно праздновать. И когда они уже подходили к двери кто-то подал радикальную идею, "а давайте-ка с собой возьмём пистолет. Парочку бутылочек на улице опустошим и во дворе по ним потом постреляем" (Дело в том что хозяин дома как раз недавно стал счастливым владельцем пневматического пистолета, который очень был похож на настоящий). Конечно "гениальный" подход, мол какая свадьба без баяна, какая стая без баклана, какая пальма без банана. До сих пор Петя клянётся что идея была отнюдь не его, но правда и не отрицает что он её поддержал.
Игорь остался дома, Катя решила прогуляться со всеми, ну а пистолет взял один из друзей, Коля, по совместительству тот самый который справлял больше всех и весёлая компания отправилась к магазинчику. К их изумлению магазинчик на котором вывеска гордо гласила что он работает до 11 вечера был закрыт. Правда изумлены были не они одни, подобное же чувство высказывало и ещё несколько жаждущих около двери. Петина справедливая душа была возмущена и он тут же присоединился к популюсу стуча по двери.
Внутри горел свет и доносились звуки. Простой вывод напрашивался сам собой. Служащие торговли наплевали на страдающие массы и начали свой праздник в узком кругу ограниченных людей. Петя естественно не мог смириться с такой ярко выраженной несправедливостью и он ринулся в бой. Вместе с другими гражданами алчущими правды и алкоголя он стучал в дверь и витрину магазина и клеймил позорными терминами недостойных служителей торговли.
Естественно рано или поздно этот хрупкий статус кво должен был быть разрушен и первыми не выдержала нервная система продавщицы, администраторши, грузчика, и охранника которые в гневе вышли из подсобки и направились к двери чеканя шаг. Препирательства соответственно перешли от абстрактных высказываний к конкретике ибо лица оппонентов были видны, хоть и разделены дверью. Наверное в конце концов торговля бы одержала победу над пролетариатом, ибо бить витрину никто не собирался, но нервы администраторши облегчённые празднеством не выдержали и с яром дверь была отворена. Правда отворила её администраторша с одной целью, вцепиться кому-то в горло мёртвой хваткой, но это не произошло по независящим от неё причинам.
Толпа страждущих увидев то что замок щёлкнул ввалилась в магазин и своей массой сдвинула администраторшу, и других с места. "Мне 3, 5, 7 бутылок, того, этого, и вон той штуки" полетели запросы со всех сторон от разгорячённых граждан жаждущих продолжения праздника." "Все нафиг" зарычала администратор, осознав свою ошибку. "Магазин закрыт, сволочи" продолжила она. "Ах мы сволочи" ощерился Петя, "да как вы смеете? Магазин открыт до 11. А мы покупатели. А ну подайте сюда жалобную книгу (в Беларуссии это страшная угроза). Я напишу письмо в министерство торговли. Я знаю министра лично" стращал он. И грозно придвинулся к администраторше.
Для охранника это был сигнал аки красная тряпка для быка, он пхнул Петю и сопроводил свои действия ненормативной лексикой. И тут Коля, которому попала шлея под хвост, выхватил пистолет из под куртки, запрыгнул на прилавок и заорал водя дулом во все стороны "какая падла тут моего друга Петю обижает." Народ притих, ибо надо признать что этот акт был весьма неординарным. Даже продавщица, которая за свою бурную жизнь повидала всякое сказала, "да хер с ними алкоголиками, давай продадим".
Коля соскочив с прилавка поставил спрятал ствол, и обмен дензнаков на товар начал происходить. Свято блюдя правило очереди, товар получали сначала те граждане которые пришли первыми. Конфликт казалось поутих. Мдааа, казалось-то оно казалось, да вот ещё одному посетителю оказалось что такое решение минимально. И он решил напакостить перед отбытием. Заметив что администраторша забыла в двери ключи он тихонько их вытащил и выбросил в снег на улицу.
Изначально этот хитрый манёвр не был замечен, но когда первые граждане отоварились и ушли, осталась наши весёлые друзья, и в магазинчике стало посвободнее. И только они взяли в руки деньги что бы оплатить за пару корзинок наполненных бутылками, охранник заорал. "А ключи. Они гады ключи украли..." И начался крики, толчки, ор, и непонятные телодвижения в результате которых часть компании оказалась в магазине, а часть на улице. Причем пистолет оказался у Кати, а сама Катя на улице. Продавщица кричала "милиция", Петя кричал "при чем тут мы", Коля кричал "бутылку разбили", администраторша просто вопила, а крики грузчика и и охранника были явным свидетельством недовольства примесью ненормативной лексики..
Милиция объявилась как будто из пустоты. "Что за крик в эту прекрасную предновогоднюю ночь. А ну всем заткнуться и в отделение." На робкие замечания продавщицы что мол ключей нет, лейтенант заметил что он не дурнее других, и что нечего ему мозги полоскать, и что все живо и с песней шагом марш. Хоть путь в отделение был совсем не долгим, Петя отрезвел на прохладном воздухе окончательно и быстро начал соображать.
Петя подвёл общее резюме одним словом "задница." Расклад по всем итогам должен был быть самым что ни на есть гадским. Опыт подсказывал, в ментовке их допросят и бросят в обезьянник при отделении. Разбираться под Новый Год особенно никто не станет. Первое января вся компания однозначно встретит в камере, причем менты будут бухие, а чем это грозит не раз писала пресса. Самое противное что есть при них ствол. Хотя из него максимум можно подстрелить воробья, в ультра консервативной Белоруссии это считается как грозное оружие. Ментам то и дело особенно раскручивать не надо. Как минимум на лицо злостное хулиганство и нарушение общественного порядка. Как максимум (как только обнаружат пистолет) могут попробовать припаять вооружённый грабёж или разбойное нападение.
Петя грустно подчитывал в уме убытке в миллионах Белорусских рублей и годах заключения для себя лично и для компании в целом. Нужен было "НЕЧТО" что бы ситуация выправилась. Но этого "НЕЧТО" ни приходило в голову. И с этими грустными мыслями Петя, уже не весёлая компания, сотрудники магазинчика, и конечно доблестная милиция пришли в отделение. Любые попытки заговорить прерывались резким окриком ментов. Единственный плюс всей ситуации состоял в том что Катя каким то образом сумела запихнуть ствол под своё пальтишко.
Парней быстренько обшмонали, но Катю они почему-то не тронули. То ли они её приняли за сопровождающую, то ли за свидетельницу, то ли за вообще постороннюю, но это был единственный временный плюс во всей ситуации. Всех ввели в комнату где в середине стоял стол, а по сторонам от стола стояли деревянные скамьи. С одной стороны рассадили/расставили уже совсем скисшую компанию наших друзей, а с другой работников магазина. В середине грозно сидел капитан. Остальные менты вышли в коридор ибо Новый Год на носу, и неплохо бы пропустить по рюмочке (хоть и на службе).
По лицу капитана было ясно, последнее чем он хочет сейчас заниматься это выяснять истину. Задница, из теоретической, вот вот должна стать реальной. "Так" проревел капитан, уже совсем смурой компашке, "быстро ваши имена, фамилии, адреса, и чего там произошло". Петя, как наиболее уверенный в себе быстро выложил данные и изложил свою версию. Вслух он произнёс "Мы всего-навсего хотели купить чуток алкоголя как обыкновенные законопослушные граждане, а на них напали дикие торговцы и хотят возвести какой-то поклёп." Одновременно Петин мозг тщетно искал выход, и мысль была одна "сейчас заговорят эти из магазина, скажут про пистолет и всё... конец... причем самый печальный".
"Ладно, заткнись" молвил капитан, записав Петино изложение. Петя отошёл чуток в сторонку и в бок и капитан повернулся всем телом к представителям магазина. "Теперь вы." Администраторша в которой уже давно всё клокотало, заорала "они ключи украли, недобитки поганые." "О ключах чуть после" прохрипел капитан "данные свое давайте."
И администраторша начала сбивчиво перечислять, через слово крича "ключи и сволочи".
И тут Петю озарило... и произошло то о чём пишут в книжках, слагают легенды, и снимают фильмы. Как в покере не имея ничего, поставить на кон всё в отчаянном блефе. Пока администраторша вела свою речь Петя, воспользовавшись тем что капитан отвернулся (а как было сказано других ментов не было в комнате), распахнул пальто, расстегнул ширинку и показал через комнату ошалевшей администраторше, продавщице, охраннику и грузчику свой хмм "инструмент". Он даже махнул им приветственно, тут же спрятал в штаны, и захлопнул пальто. Продавщица заорала на всю комнату. "Товарищ капитан, он, он, вот он - вам свой х** показал. ААААААА зашлась она в вопле." Администраторша только кивала своими глазами по 50 копеек. Капитан резко обернулся к Пете который скромно стоял в сторонке и всем своим существом показывал своё благолепие. Мол, я, да вы что, как вы могли такое подумать...?
Капитану было не до шуток, он резко обернулся обратно к представителям магазина и злобно просипел "вы чо, сдурели. Не фиг всякую хрень болтать. Данные давайте". И администраторша снова запинаясь стала говорить, а капитан записывать. И в это время Петя снова распахнул пальто, опять вытащил свой "инструмент" и сделал препохабнейший жест в сторону капитанова уха, гнусно ухмыльнулся администраторше, тут же опять спрятал своё "оружие" в штаны и опять запахнул пальто. "Капитан" заорала опять продавщица, "этот вон, вот тот, он тебя, то есть Вас, ну хотел прямо в ухо е**ть. Опять х**м дразнился".
Капитан опять в бешенстве повернулся и опять увидел Петю полного достоинства и полностью прилично одетого. И тут Петя ПРЕЛОМИЛ безнадёжную ситуацию. Он дал речь от которой бы прослезились бы камни.
"Товарищ капитан. Ну Вы посмотрите на ложь и бесстыдство этих торгашей. То они меня обвиняют что я пардон им х** показываю."
"Показывал и махал" кринула администраторша. "Да, да" хрипел грузчик.
"То Вас в ухо е**ть хочу" не обращая внимание продолжал Петя.
"Почти в****ал", орал охранник ошалевшему капитану.
"А теперь они скажут то что я например ключи краду." вкрадчиво говорил Петя.
"Ключи они с*****ли гады", перебивая друг-друга вопила администраторша и охранник.
" А может если им волю дать то они ещё скажут что мы с пистолетом в магазин пришли, на прилавки с ним прыгали." выложил козырный туз Петя
"Да был пистолет, он сучёныш грозил. И по прилавкам бегал, гад." указывая на бледного Колю и перебивая друг друга уже заходились в крике администаторша, грузчик, продавшица, и охранник.
"Ага" саркастически поддакнул Петя "и на танке мы приехали, хотели магазин весь вывести, и памятник изнасиловать хотели."
Администраторша и продавщица уже не слушая Петю и его подначки, брызгая слюной орали, "да, да, да всё так и было." .
Капитан пожалуй в первые столкнулся с такой ясной ситуацией. С одной стороны прилично одетая молодёжь, ясно излагающая свою правдивейшую позицию. А с другой какие-то непонятные изолгавшиеся торгаши, обвиняющие приличных людей. Тут и думать было не о чем. Плюс праздник вот вот наступит. Решение напрашивалось само собой.
"Сержант" заорал капитан и дверь распахнулась. Капитан на глазах порвал протокол и бросил его в корзину. "Этих м***ков" указал он пальцем на администраторшу и притихших сотрудников магазина, "в обезьянник до утра. Потом разберёмся и штраф оформим за нарушение порядка. Увести." И шокированных сотрудников магазина несмотря на протесты увели.
"А вы ребята уж извините, служба такая" молвил капитан глядя на повеселевшую компанию. "Спасибо товарищ капитан. С Новым Вас Годом. Всего самого наилучшего" от души произнёс Петя и сердечно пожал руку капитану. И компания весело ломанулась из отделения на улицу. Правда Катя немного прихрамывала ибо ствол что она засунула себе в сапог изрядно натёр ногу.
Через 2 квартала компания истерично хохотала и валялась на снегу. На Петю смотрели как на героя и он собственно им и был... По пути ребята натолкнулись на другой магазинчик который был на удивление ещё открыт и там и отоварились по полной. И под бой курантов и салют, они чокнулись шампанским во дворе и всё таки расстреляли парочку пустых бутылок.
А Петя стал навсегда легендарным героем и желанным гостем на любом Новогоднем празднике.
С Новым Годом Вас всех. И пусть всегда у Вас будет чем справить Новый Год и не будет повода встречать его в отделении милиции.
Улыбайтесь и будьте счастливы.

8

Обычное утро коммунальной квартиры номер четыре

Автор: Александр Гутин

Мама, оно не хочет! Оно не влезает и не хочет!
-Мусечка, вы бы шоколад в мясорубку еще с фольгой засунули! И зачем вам мясорубка, когда есть терка?
-Розалия Моисеевна, вы такая умная, что у вас скоро мозг пойдет носом! И что вы все время смотрите в чужие стороны, когда у вас борщ? Варите свой борщ и я вас не спрашиваю.
-Муся, Розалия Моисеевна права, шоколад надо поломать на кончики, а потом тереть на терке, зачем тебе мясорубка?
-Ну, так я ей и говорю, зачем ей мясорубка, только ваша Муся это не Муся, а какой-то бендюжник, кричит и хамит пожилой женщине.

-Розалия Моисеевна, у вас борщ, идите его солить и не думайте, что вы самая умная, а вокруг мебель!
-Вот видите, она опять, ваша Муся! Приличные родители, надо же...
-Мама я хочу какать!
-Левочка, подожди, я тру шоколад, у меня грязные руки.
-Мама я хочу какать, я сейчас покакаю прямо на половик!
-Муся, идите усадите ребенка в уборную, вы что боитесь измазать шоколадом его дрек? Я только позавчера выбивала половик!
-Мама я хочу какать! Мама я хочу какать!
-Оу, Муся, иди уже усади Левочку, я потру твой шоколад!
-Семен Иммануилович, вы что опять в уборной? Выходите, тут ребенок хочет!
-А почему вы думаете, что я не хочу? Я только зашел!
-Так вы всегда хочите, а ребенок только иногда. И вы уже со вчерашнего дня там живете и не выключаете за собой свет!
-Мама я хочу какать!
-Семен Иммануилович, если Левочка покакает на половик, вы сами будете его нести в химчистку, выходите из уборной, я вас умоляю!
-Ша! Я уже выхожу! Я так не могу, тут не дают спокойно жить и умереть! Это же не возможно!
-Семен Иммануилович, тут после вас мухи летают мертвыми и не жужжат! Что вы такое кушали, Семен Иммануилович?
-Муся, когда вы будете ходить в уборную фиалками, я вам сразу сообщу, а пока не делайте мне беременной голову и усадите уже своего Левочку какать!
-Муся, тебе тереть весь шоколад или половину?!

Было обычное утро коммунальной квартиры номер четыре в доме по Зеленой. Муся Шнейдерман и ее мама Хана Абрамовна готовили шоколадный пирог, Розалия Моисеевна варила свой борщ, а Левочка, сын Муси и внук Ханы Абрамовны хотел какать.
Именно в это обычное утро коммунальной квартиры номер четыре, сын Розалии Моисеевны, Йося, вошел в парадной майке белого цвета и в синих тапках на ногах на кухню и сказал:
-Мама, вы как хотите, но я так больше не могу, мама!
-Ай, Йося, не делай мне голову, ты видишь я занята и варю борщ?
-Я так больше не могу, мама, и я хочу сказать, что я женюсь.
-В смысле ты так больше не могу и хочу сказать, что ты женюсь?
-Я, мама, женюсь, я хочу тебе это сказать и так больше не могу.
-В смысле, ты женюсь и хочешь мне сказать и так больше не могу?
-Мама, прекратите повторять моих слов! Я именно это и хочу вам сказать! Мне двадцать шесть лет и я имею право!
Розалия Моисеевна положила ложку на стол, выключила газовую конфорку и тяжело опустилась на табурет.
-То есть ты женишься?
-Да, мама, я женюсь.
-То есть ты вот так вот женишься на женщине?
-Да, мама, я решил. Я женюсь на женщине, потому что на мужчине никто не женится.
-Это еще как сказать- вклинилась в разговор Муся.
-Муся Шнейдерман, если ты не замолчишь свой рот, я сделаю тебе первую группу инвалидности вот этим борщом и мне не будет жалко полкило говядины, которые там плавают!-парировала Розалия Моисеевна- То есть ты, Йося, все решил?
-Да, я все решил, мама, и даже не спорьте.
-То есть ты все решил, Йося, а мама может уже ничего не решать? И кто эта шикса, что ты на ней решил?
-Ну, почему сразу шикса, мама? Она хорошая девушка с работы.
-Хорошие девушки не работают на трикотажной фабрике. Там работают шиксы, а хорошие девушки сидят дома и жду пока на них женится хорошие мальчики из приличных семьи.
-Но мама, она правда очень хорошая, мы ходили с ней в драмтеатр и в горпарк кататься на карусели и кониках! Ее зовут Танюша Гапоненко, она живет в общежитии, она …
-Ша! Вы слышали? Гапоненко! Ее зовут Гапоненко из общежития! Мы Фельдман, а она Гапоненко! Конечно, она хорошая, она очень хорошая! Она видит стоит неженатый мальчик из хорошей семьи, воспитанный и одетый в приличную рубашку, так она сразу охмурила и сделал себе личную жизнь!
-Мама, подожди...
-Так мало того, этому шлимазлу больше не нужна мама, которая всю жизнь только и делает, что его любит как свуою жизнь и здоровье, одевает как английского лорда, делает гефелтифиш, который не пробовал сам Леонид Ильич, так зачем ему любить такую маму, когда у него есть Гапоненко, гойка, которая ходит в драмтеатр и катается на кониках!
-Мама, ну хватит играть театр, ты же не в кино! Я женюсь и все!
-Значит я умру. Иди женись, делай что хочешь, на Гапоненке, на Шмапоненке, хоть на негритоске из колоний, мне все равно, я умру и у тебя не будет никакой мамы и тебе будет хорошо.
-Мама!-неожиданно твердо произнес Йося- Я женюсь. Все. До свидания.

На свадьбе Розалия Моисеевна не произнесла ни слова. Когда гости начали расходиться, она молча встала, и поджав губы удалилась в комнату, плотно прикрыв за собой дверь, поэтому так и не увидела, как молодожены уезжали в общежитие, где решили жить после свадьбы.
Несколько раз Йося с женой пытались утрясти конфликт, приходили в гости к Розалии Моисеевне, но она только молчала и не притрагивалась к принесенному торту.
Йося очень переживал, удивлялся неприступности мамы, а потом, с горечью констатировал факт того, что она сдавать позиций не собирается и визиты прекратил.
-Муся, вы бы поговорили с Розалией Моисеевной, это же надо устраивать такую трагедию из Гамлета, Йося так переживает, так переживает, что даже похудел и плохо кушает- говорила Зина Хаскина.
-А что я могу сделать? Это же не женщина, а железный Феликс. Можно подумать у нее не один сын, а целая футбольная команда «Динамо»...
С Розалией Моисеевной о сыне никто заговаривать не решался, обходя деликатную тему, а сама она при упоминании его имени мрачнела и принималась нарочито громко звенеть тарелками.

Прошел почти год. Был теплый майский вечер. Возле гаражей играли в домино Зелик Абрамович, Боря Лифшиц и Вася Калюжный. Мальчишки галдели, сидя на пожарной лестнице. Зина Хаскина громко рассказывала что-то по большому секрету жене доктора Шварца Гите Самуиловне, а сам доктор Шварц читал газету на балконе и слушал как дудит репетицию Шуберта на трубе за стеной Сема Зильберман.
Но вдруг двор словно накрыло ватой. Звуки стихли. Костяшка домино застыла в воздухе, зажатая в ладони Васи Калюжного, мальчишки, как по команде перестали галдеть и замерли, раскрыв рот, Зина Хаскина споткнулась на полуслове, а доктор Шварц прекратил шелестеть своей газетой. Даже труба Семы Зильберманы что-то невнятно продудела и замолчала.
Розалия Моисеевна, вешавшая на веревку пододеяльник, удивленно оглянулась и увидела в арке дома своего сына с женой. В руках Йося держал большой сверток, перевязанный голубой лентой.
Под гробовое молчание, переминаясь, Йося нерешительно приблизился к маме:
-Вот, мама. Я так больше не могу и хочу сказать. Хоть ты и может этого не хочешь, но это твой внук Миша, который мой сын. Просто Таня говорит, что ты должна на это посмотреть и познакомиться, потому что вы родственники.
Розалия Моисеевна молча взяла сверток из рук Йоси и заглянула в него.
-Миша?
-Миша. Но если ты не хочешь знакомиться, то он не виноват.
Розалия Моисеевна плакала.
-Мама, прекратите плакать, мама почему вы плачите?
-Идите в квартиру, я напеку оладушки, что вы проглотите язык и все зубы....

-Мама, оно не хочет! Оно не влезает и не хочет!
-Танюша, так порубайте мосол, кто же ложит в мясорубку мясо с мослами, я вас умоляю!
-Муся, смотрите в свою сторону, вас забыли спросить!
-Так Муся права, Таня, мясо надо порубать- сказала Розалия Моисеевна и сняла с плиты кастрюлю с компотом.
-Мама, я хочу какать!
-Подожли, Левочка, у меня руки грязные! Это не ребенок, это цорес майне грейсе!
Было обычное утро коммунальной квартиры номер четыре в доме по Зеленой.

9

В одной не совсем гражданской организации моего товарища Ваню назначили Дедом Морозом, обязав поздравить детей всего отдела. А детей, надо сказать, у них любили и активно клонировали. Обойти нужно было не меньше десяти семей, в некоторых из которых было два или даже три ребёнка. Дали ему под это дело машину с водителем, нарядили в шубу, обшитую красной тканью, красную же высокую шапку, валенки, бороду с завязками и повезли дедморозить.
Какого-то готового сценария Ваня, естественно, не имел, ввиду чего старательно импровизировал. Благо, все встречи с детишками проходили по стандартному алгоритму – Ваня заходил, басом здоровался с офигевшим от счастья ребёнком, интересовался его поведением и аппетитом, терпеливо выслушивал очередное стихотворение и выдавал ему из своего мешка сладкий подарок. Потом дитя удирало прятать конфеты к себе в комнату, а Ваня выпивал с хозяином поднесённую ему рюмочку или две. А то и три. Отказы не принимались, так как все отцы были уже выпившие, добрые и, к тому же, все они были старше его по званию.
Не то чтобы Ваня был непьющий, но дозы были немалые, да и ходить по домам в шубе и валенках было адски жарко. Поэтому, примерно уже к пятой квартире, все эти дети, мандарины, хороводы и ёлки смешались для него в один блестящий круговорот, и действовал он, можно сказать, машинально.
Последней квартирой, куда его привезли, была квартира его главного начальника. Ваня, к этому времени, выпив практически со всеми коллегами, вид имел самый что ни на есть фривольный. Лицо, шуба и шапка стали почти монохромны, борода сбилась на сторону, говорить он толком уже не мог и лишь изредка мычал и разводил руками, словно стюардесса, показывающая запасной выход.
Войдя внутрь, он властным жестом согнал со стула залезшего было туда сынишку начальника и по-хозяйски уселся на него сам.
Оробевший ребёнок послушно встал напротив и испуганно замер, глядя как Дед Мороз молча смотрит на него своими абсолютно стеклянными глазами. Потом собрался с духом и несмело начал декламировать заранее приготовленный стишок про ушедшую по радуге собачку.
Ваня слушал как свинья гром. Когда малыш закончил, и наступила тишина, Ваня вздохнул, и, стащив с головы свою красную шапку, неожиданно чётко сказал:
- Очень плохо…
После чего медленно завалился со стула на пол и отключился уже полностью.
Малыш вытаращил глаза и, громко заплакав, побежал из прихожей. Оба родителя ринулись вслед за ним, оставив незадачливого гостя отчаянно храпеть себе в бороду.
Не помню, чем тогда для него закончилась эта полная детского драматизма история, но больше Ваню дарить подарки, разумеется, не посылали.

10

В армии любому таланту найдётся достойное применение. К примеру если художник - добро пожаловать красить заборы. Музыкант с абсолютным слухом? Постой на шухере. Если никаких совсем талантов нету, то их в тебе непременно откроют, разовьют, и используют по назначению. Я, среди прочих своих безусловных талантов, владел плакатным пером. Нынче, в век принтеров и плоттеров, даже сложно представить, насколько востребованным в то время было умение провести прямую линию на листе ватмана черной тушью.

Освоил я этот нехитрый навык ещё в школе, на уроках физкультуры. В восьмом классе я потянул связки, и наш физрук, Николай Николаевич, пристроил меня чертить таблицы школьных спортивных рекордов. И пока весь класс прыгал, бегал, и играл в волейбол, я сидел в маленькой каморке, где остро пахло кожей и лыжной смолой, среди мячей, кубков, и вымпелов, и высунув язык переносил из толстой тетради на лист ватмана цифры спортивных результатов.

В какой момент я понял, что поменять эти цифры на своё усмотрение мне ничего не стоит? Не знаю. Я тогда как раз влюбился в девочку Олю из параллельного, и однажды, заполняя таблицу результатов по прыжкам в длину, вдруг увидел, что легко могу увеличить её результат на пару метров. «Наверное ей будет приятно» - подумал я. Подумано - сделано. Вскоре с моей лёгкой руки Олечка стала чемпионкой школы не только в прыжках, а во всех видах спорта, кроме вольной борьбы, в которой девочки участия не принимали. Погорел я на сущей ерунде. Кто-то случайно заметил, что Олечкин результат в беге на сто метров на несколько секунд лучше последнего мирового рекорда. Разразился скандал. Терзали ли меня угрызения совести? Нет. Ведь своей выходкой я добился главного. Внимания Олечки. Олечка сказала: «Вот гад!», что есть силы долбанула мне портфелем по спине, и месяц не разговаривала. Согласитесь, даже пара затрещин от Николай Николаича не слишком высокая цена за такой успех. Кстати, от него же я тогда первый раз услышал фразу, что "бабы в моей жизни сыграют не самую положительную роль". Как он был прав, наш мудрый школьный тренер Николай Николаич. Впрочем, история не о том. Короче, по итогам расследования я навсегда был отлучен от школьных рекордов, и тут же привлечен завучем школы к рисованию таблиц успеваемости. Потом, уже на заводе, я чего только не рисовал. Стенгазету, графики соцсоревнований, и планы эвакуации. Возможно где-то там, в пыли мрачных заводских цехов, до сих пор висят начертанные моей твёрдой рукой инструкции по технике безопасности, кто знает? Именно оттуда, из заводских цехов, я вскоре и был призван в ряды Советской Армии. Где мой талант тоже недолго оставался невостребованным.

Один приятель, которому я рассказывал эту историю, спросил – а каким образом там (в армии) узнают о чужих талантах? Глупый вопрос. Ответ очевиден - трудно что либо скрыть от людей, с которыми существуешь бок о бок в режиме 24/7. Сидишь ты к примеру на боевом дежурстве, и аккуратно, каллиграфическим почерком заполняешь поздравительную открытку своей маме. А через плечо за этим твоим занятием наблюдает твой товарищ. И товарищ говорит: "Оп-па! Да ты, военный, шаришь!". И вот к тебе уже выстраивается очередь сослуживцев, преимущественно из азиатских и кавказских регионов нашей необъятной родины, с просьбой сделать им "так жы пиздато". И вот уже ты пачками подписываешь открытки с днём рожденья, с новым годом, и с 8 Марта всяким Фатимам, Гюдьчатаям, и Рузаннам. Несложно же. Потом, когда ты себя зарекомендуешь, тебе можно доверить и дембельский альбом. Где тонким пером по хрустящей кальке хорошо выводить слова любимых солдатских песен про то, как медленно ракеты уплывают вдаль, и про высокую готовность.

Вот за этим ответственным занятием меня однажды и застал начальник связи полка майор Шепель.
Собственно, вся история только тут и начинается.

Ну что сказать? Это был конкретный залёт. Майор держал в руках не просто чей-то почти готовый дембельский альбом, он держал в руках мою дальнейшую судьбу. И судьба эта была незавидной. По всем правилам альбом подлежал немедленному уничтожению, а что будет со мной не хотелось даже думать.
Майор тем временем без особого интереса повертел альбом в руках, задумчиво понюхал пузырёк с тушью, и вдруг спросил:
«Плакатным пером владеете?»
«Конечно!» - ответил я.
«Зайдите ко мне в кабинет!» - сказал он, бросил альбом на стол, и вышел.

Так началось наше взаимовыгодное сотрудничество. По другому говоря, он припахал меня чертить наглядную агитацию. Сравнительные ТТХ наших и американских ракет, характеристики отдельных видов вооруженных сил, цифры вероятного ущерба при нанесении ракетно-ядерного удара, и прочая полезная информация, которая висела по стенам на посту командира дежурных сил, где я никогда в жизни не был ввиду отсутствия допуска. Поскольку почти вся информация, которую мне следовало перенести на ватман имела гриф "совершенно секретно", то происходило всё следующим образом. Когда майор заступал на сутки, он вызывал меня вечером из казармы, давал задание, и запирал до утра в своем кабинете. А сам шел спать в комнату отдыха дежурной смены.

Так было и в тот злополучный вечер. После ужина майор вызвал меня на КП, достал из сейфа нужные бумаги, спросил, всё ли у меня есть для совершения ратного подвига на благо отчизны, и ушел. Не забыв конечно запереть дверь с той стороны. А где-то через час, решив перекурить, я обнаружил, что в пачке у меня осталось всего две сигареты.
Так бывает. Бегаешь, бегаешь, в тумбочке ещё лежит запас, и вдруг оказывается – где ты, и где тумбочка? Короче, я остался без курева. Пары сигарет хватило ненадолго, к полуночи начали пухнуть ухи. Я докурил до ногтей последний обнаруженный в пепельнице бычок, и стал думать. Будь я хотя бы шнурком, проблема решилась бы одним телефонным звонком. Но я был кромешным чижиком, и в час ночи мог позвонить разве что самому себе, или господу богу. Мозг, стимулируемый никотиновым голодом, судорожно искал выход. Выходов было два, дверь и окно. Про дверь нечего было и думать, она даже не имела изнутри замочной скважины. Окно было забрано решеткой. Если б не эта чертова решетка, то от окна до заветной тумбочки по прямой через забор было каких-то пятьдесят метров.

Я подошел к окну, и подёргал решетку. Она крепилась четырьмя болтами прямо в оконный переплёт. Чистая видимость, конечно, однако болты есть болты, голыми руками не подступишься. Я облазил весь кабинет в поисках чего-нибудь подходящего. Бесполезно. «Хоть зубами блять эти болты откручивай!», - подумал я, и в отчаянии попробовал открутить болт пальцами. Внезапно тот легко поддался и пошел. Ещё не веря в свою удачу я попробовал остальные. Ура! Сегодня судьба явно благоволила незадачливым чижикам. Месяц назад окна красили. Решетки естественно снимали. Когда ставили обратно болты затягивать не стали, чтоб не попортить свежую краску, а затянуть потом просто забыли. Хорошо смазанные болты сходили со своих посадочных мест как ракета с направляющих, со свистом. Через минуту решетка стояла у стены. Путь на волю был открыт! Я полной грудью вдохнул густой майский воздух, забрался на подоконник, и уже готов был спрыгнуть наружу, но зачем-то оглянулся назад, и замешкался. Стол позади был завален бумагами. Каждая бумажка имела гриф «сов.секретно». Это было неправильно, оставлять их в таком виде. Конечно, предположить, что вот сейчас из тайги выскочит диверсант и спиздит эти бумажки, было полной паранойей. Но нас так задрочили режимом секретности, что даже не от вероятности такого исхода, а просто от самой возможности уже неприятно холодело в гениталиях. Поэтому я вернулся, аккуратно скатал все бумаги в тугой рулон, сунул подмышку, на всякий случай пристроил решетку на место, и спрыгнул в майскую ночь.

Перелетев забор аки птица, через минуту я был в казарме. Взял сигареты, сходил в туалет, поболтал с дневальным, вышел на крыльцо, и только тут наконец с наслаждением закурил. Спешить было некуда. Я стоял на крыльце, курил, слушал звуки и запахи весенней тайги, и только собрался двинуться обратно, как вдалеке, со стороны штаба, раздались шаги и приглушенные голоса. Загасив сигарету я от греха подальше спрятался за угол казармы.

Судя по всему по взлётке шли два офицера, о чем-то оживлённо переговариваясь. Вскоре они приблизились настолько, что голоса стали отчетливо различимы.
- Да успокойтесь вы, товарищ майор! Зачем паниковать раньше времени?
Этот голос принадлежал майору Шуму, начальнику командного пункта. Он сегодня дежурил по части.
- А я вам говорю, товарищ майор, - надо объявлять тревогу и поднимать полк!!!
От второго голоса у меня резко похолодело в спине. Голос имел отчетливые истеричные нотки и принадлежал майору Шепелю. Который по моей версии должен был сейчас сладко дрыхнуть в комнате отдыха.
- Ну что вам даст тревога? Только народ перебаламутим. - флегматично вещал майор Шум.
- Как что?! Надо же прочёсывать тайгу! Далеко уйти он всё равно не мог! - громким шепотом возбуждённо кричал ему в ответ Шепель.
Офицеры волей случая остановились прямо напротив меня. Обоих я уже достаточно хорошо знал. Не сказать, что они были полной противоположностью, однако и рядом их поставить было сложно. Майор Шепель, молодой, высокий, подтянутый, внешностью и манерами напоминал офицера русской армии, какими мы их знали по фильмам о гражданской войне. Майор Шум, невысокий и коренастый, был на десяток лет постарше, и относился к той категории советских офицеров, которую иногда характеризуют ёмким словом «похуист». Отношения между ними были далеки от товарищеских, поэтому даже ночью, в личной беседе, они обращались друг к другу подчеркнуто официально.
- Да вы хоть понимаете, товарищ майор, что значит прочёсывать тайгу ночью? – говорил Шум. - Да мы там вместо одного солдата половину личного состава потеряем! Половина заблудится, другая в болоте утонет! Кто бэдэ нести будет? Никуда не денется ваш солдат! В крайнем случае объявится через неделю дома, и пойдёт под трибунал.
- А документы?!
- Какие документы?!
- Я же вам говорю, товарищ майор! Он с документами ушел!!! Всё до единой бумаги с собой забрал, и ушел! Документы строгого учёта, все под грифом! Так что это не он, это я завтра под трибунал пойду!!! Давайте поднимем хотя бы ББО!!! Хозвзвод, узел связи!
- Ну погодите, товарищ майор! Давайте хоть до капэ сначала дойдём! Надо же убедиться.
И офицеры двинулись в сторону КПП командного пункта.

У меня была хорошая фора. Им - через КПП по всему периметру, мне - через забор, в три раза короче. Когда за дверью раздались шаги и ключ провернулся в замочной скважине, решетка уже стояла на месте, бумаги разложены на столе, и я даже успел провести дрожащей рукой одну свеженькую кривоватую линию. Дверь резко распахнулась, и образовалась немая сцена из трёх участников. Потом майор Шепель начал молча и как-то боком бегать от стола к сейфу и обратно, проверяя целостность документации. При этом он всё время беззвучно шевелил губами. Потом он подбежал к окну и подёргал решетку. Потом подбежал ко мне, и что есть мочи заорал:
- Вы где были, товарищ солдат?!!!
- Как где, товарищ майор!? Тут был! – стараясь сделать как можно более дураковатое лицо ответил я, следуя старой воровской заповеди, что чистосердечное признание конечно смягчает вину, но сильно увеличивает срок.
- Где «тут»?! Я полчаса назад заходил, вас не было!!! - продолжал кричать Шепель.
- Может вы, товарищ майор, просто не заметили? – промямлил я.
Это его совсем подкосило. Хватанув полную грудь воздуха, но не найдя подходящих звуков, на которые этот воздух можно было бы потратить, майор Шепель внезапно выскочил за дверь, и куда-то быстро-быстро побежал по коридору.

Шум всё это время стоял, не принимая никакого участия в нашей беседе, и невозмутимо рассматривая таблицы на столе. Когда дверь за Шепелем захлопнулась, он придвинулся поближе, и негромко, продолжая изучать стол, спросил:
- Ты куда бегал, солдат?
- За сигаретами в роту бегал, товарищ майор. – так же тихо ответил я. - Сигареты у меня кончились.
- Долбоёб. - философски заметил майор Шум. - Накуришь себе на дисбат. А документы зачем утащил?
- А как же, товарищ майор? Они же секретные, как же я их оставлю?
- Молодец. А ты в курсе, что там есть бумажки, вообще запрещённые к выносу с капэ?
- Так я ж не выносил, товарищ майор! Я их там у забора спрятал, потом забрал. Неудобно с документами через забор…
Шум покачал головой. В этот момент в комнату как вихрь ворвался майор Шепель.
- Я всё выяснил! Он через окно бегал! Там, под окном, - следы! Товарищ майор, я требую немедленно вызвать наряд и посадить этого солдата под арест!
- С какой формулировкой? – индифферентно поинтересовался Шум.
На секунду Шепель замешкался, но тут же выкрикнул:
- За измену Родине!!!
- Отлично! – сказал Шум, и спросил: - Может просто отвести его за штаб, да шлёпнуть?
Это неожиданное предложение застало Шепеля врасплох. Но по глазам было видно, как сильно оно ему нравится. И пока он мешкал с ответом, Шум спросил.
- Вот вы, товарищ майор, солдата на ночь запираете. А куда он в туалет, по вашему, ходить должен, вы подумали?
От такого резкого поворота сюжета Шепель впал в лёгкий ступор, и видимо даже не понял вопроса.
- Какой туалет? При чем тут туалет?!
- Туалет при том, что солдат должен всегда иметь возможность оправиться. - флегматично сказал Шум, и добавил. - Знаете, товарищ майор, я б на месте солдата в угол вам насрал, и вашими секретными бумажками подтёрся. Ладно, поступим так. Солдата я забираю, посидит до утра у меня в штабе, а утром пусть начальник особого отдела решает, что с ним делать.
И скомандовав «Вперёд!», он подтолкнул меня к выходу.

Мы молча миновали территорию командного пункта, за воротами КПП Шум остановился, закурил, и сказал:
- Иди спать, солдат. Мне ещё в автопарк зайти надо.
- А как же?... Эээ?!
- Забудь. И главное держи язык за зубами. А этот мудак, гм-гм… майор Шепель то есть, через полчаса прибежит и будет уговаривать, чтоб я в рапорте ничего не указывал. Ну подумай, ну какой с тебя спрос, у тебя даже допускам к этим документам нету. А вот ему начальник ОСО, если узнает, матку с большим удовольствием наизнанку вывернет, и вокруг шеи намотает. Так что всё хорошо будет, не бзди.

С этими словами майор Шум повернулся и пошел в сторону автопарка. Я закурил, сломав пару спичек. Руки слегка подрагивали. Отойдя несколько шагов, майор вдруг повернулся и окликнул:
- Эй, солдат!
- Да, товарищ майор?!
- Здорово ты это… Ну, пером в смысле. Мне бы на капэ инструкции служебные обновить. Ты как? С ротным я решу, чай и курево с меня.
- Конечно, товарищ майор!
- Вот и договорились. На ночь запирать не буду, не бойся!
- Я не боюсь.
- Ну и молодец!
Мы разом засмеялись, и пошли каждый своей дорогой. Начинало светать. «Смирррно!» - коротко и резко раздалось где-то позади. «Вольно!» - козырнул майор. Навстречу ему, чеканя шаг по бетону взлётки, шла ночная дежурная смена.

11

Вот ещё такая история про Африку. Хотите верьте - хотите нет.
Когда мы приехали в ЮСА, к эммигратским семьям было принято (по моему ХИАСом) придавать "советника" на несколько месяцев. Ну типа человека который помогал войти в курс жизни. Были такие "пионервожатые" которые ограничивались несколькими чисто формальными встречами и на этом вся помощь заканчивалась. А были которые помогали серьёзно. Например советовали как составить резюме, помогали с поиском работы, выторговывали лучше зарплаты у потенциальных работодателей, помогали с поиском квартир, машин, объясняли как заполнять налоги, находить скидки, итд. Нам повезло, дали в "пионервожатые" очень интересную женщину и она в свое время нам очень помогла. А узнав что моя мать свободно ещё говорит и по французки, то мы подружились, и четверть века спустя мы общаемся. Ей уже примерно 90 +/- пару лет, но она бодра, свежа, и остра умом.
Зовут её Коллетта и по её судьбе без преувеличения можно писать роман круче чем у Морис Дрюона (которого она кстати знала лично). Она родилась в семье французких евреев в середине 20х. Отец вёл серьёзную торговлю тканями и в детском возрасте онa с семьёй уехали по бизнесу в Италию. Она выросла говоря на итальянском в школе и французком дома. В середине 30х они вернулись во Францию. В конце 39ого её отец, трезво оценив ситуацию, вывез всю семью сначала в Алжир, а потом от греха подальше в Египет. Так что она выучила и арабский пока оканчивала школу там.
Её старший брат, зная столько же языков и естественно английский, приглянулся Британской разведке. Судя по фоткам что она показывала по видимому он стал серьёзной фигурой, служил, попал в плен, бежал, был награждён какими-то британскими орденами. Потом служил где-то Азии. Правда окончилось всё очень печально, в один не прекрасный день в начале 50х он вышел из дома и исчез навсегда.
Брат познакомил её со своим сослуживцем, тоже разведчиком. Тот был чистокровный британец, аристократ, и как я понял католик (предполагаю потому что видел фотки где она с мужем на аудиенции с Римским Папой Пием XII и потом с Джоном XXIII). Они поженились в конце 40х, и уехали в Грецию (там муж был резидентом несколько лет). Так что она выучила и греческий.
Из Греции они уехали в Британию, но там ей там не понравилось (семья мужа была от неё отнюдь не в восторге, и терпела её только из за детишек). Она настояла что бы они уехали в Париж к её семье и муж добился перевода. 50-ые она провела в Париже и общалась с местным бомондом.
Будете смеяться, но на этом её эпопея не закончилась, муж был послан Британской разведкой в Федерацию Родезии и Ньясаленда в конце 50х. (там где Британские колонии соприкасались с Португальскими и Бельгийскими - сейчас это Замбия). Детей они решили с собой в Африку не тянуть и отослали к его родителям в Англию дабы выросла леди и джентельмен (видели их примерно раз в год-полтора). Там провели несколько лет. Потом вернулись в Англию и вскорости развелись.
Она чуток пожила в Англии, а потом вышла замуж ещё разок за американца. Он был археологом и тоже человеком довольно богатым, занимался чем то связаным с цивилизацией Инков. Они уехали в Агентину где она выучила и испанский (знаю... звучит как басня, но так и есть). Они поездили по Южной Америке, долго были в Перу, родили еще 2 деток, ну а потом в 80ые когда в Аргентине в связи с войной на Фолклендах на всех англоязычных стали смотреть косо, они уехали в США.
Вскоре её муж умер, ну и она ударилась в изучение иудаизма, вспомнила свои корни, выучила иврит, и вообще увлеклась волонтёрством и помощью. Она рассказывала много баек, а её огромное кондо было как настоящий музей. Правда обращалась она с аниквариатом достаточно странно. Например на шикарный складень 16ого века она вешала кухонные полотенца. Старинные арабские ковры лежали на полу и мы по ним просто ходили. Ну а потом она уехала сначала в Ист Хэмптон на Лонг Айленде (мы даже её перевозили) к дочери, а в конце нулевых переехала в Калифорнию что бы быть поближе к сыну.
Эта история, про её Африканский период.
Как я уже говорил, муж её был в Британской разведке и он профессионально мутил африканские племена за, а может и против бельгийцев и португальцев и против друг друга. А также привозил им оружие, снаряжение, медикаменты. Может просто так, а скорее в обмен на что-то. Белые британцы тем временем практически выехали из тех мест и кроме них оставалась лишь одна белая семья. Они были пожилые, бездетные, уезжать не хотели, да вроде и не к кому было. Муж (Волтер) пил джин лошадиными дозами, а жена (Виктория) курила какую-то дурь. Но учитывая местную специфику, другого европейского общения не было. Африканские слуги были конечно, но с ними особо было не пообщаться, да и языковой барьер естественно (по крайней мере в начале) был. Ну и дистанцию она должна была держать.
Муж её пропадал в джунглях сначала часами, потом днями, а потом неделями. Ей естественно было скучновато и она занялась типичными женскими делами. Ну например охотилась на леопардов, училась готовить рагу из обезьяннего мяса, ездила в Конго за покупками, расспрашивала местных про их ритуалы и каннибальские пиршества, собирала всякие всякости (... я знаю звучит как плод моего воспалённого воображения, но на каждую из вещей что я написал есть отдельная история и более того, я видел фотки и артефакты).
И вот после одной из заварушек, когда её муженёк вовремя подвёз партию оружия и местное племя благополучно перестреляло соседское, вождь решил что надо бы бледнолицых хоть как-то отблагодарить. А как? Очень даже просто, он подарил одну из своих многочисленных дочерей мужу Коллетты. То есть, одним прекрасным утром 12-13летняя девчушка появилось в сопровождении нескольких разукрашенных воинов и представитель вождя сказал ошарашенному мужу "что мол великий вождь, владыка джунглей, ценит их бледнолицего друга и за это дарит ему дочку. Пускай берет её второй женой. Таким образом они породнятся и бледнолицый может теперь им вечно возить оружие, а вождь будет рад посмотреть на внуков."
Засим делегация отчалила и оставила девочку. Сначала Колетта устроила муженьку скандал (наверное это традиционная женская реакция когда дарят мужу ещё одну жену:-) ). Потом, решали чего же всё таки делать. Отослать обратно конечно можно, но это прямое оскорбление вождю. То есть можно сказать что куча работы, что проделал муж , будет благополучно похерена. А за это Британская империя его не похвалит.
Оставили пока дома, дали комнату, одежду. Вот только не знали чем её занять. Как бы жена большого белого начальника, она категорически не хотела работать, да и слуги были дома. А использовать её как жену, муж Колетты опасался (по понятным причинам). Ну и Коллетта в большом восторге отнюдь не была, ни от неё присутствия ни от её попыток приласкать мужа. Пожалуй впервые в жизни Колетта просто не знала как себя вести. Очень уж ситуация отличалась от лучших домов Парижа.
А пока девчушка у них жила и иногда виделась с семьёй. А вождь уже не двумысленно интересовался у мужа, почему так сказать не консьюмирован брак? Может быть новая жена ему не нравится? Если это так, то он с удовольсвием пришлёт ему другую дочку, хочет младше, хочет постарше. На что муженек отвечал, да нет, он влюблён, и она славная, и всё вот вот произойдёт. На это вождь заявлял, что он ОЧЕНь ждет внуков и для британско-племенных отношений это будет очень хорошо. Колетту такие разговоры порядком нервировали, и надо было чего то решать. Ситуация в отдельно взятой ячейке общества накалилась до предела. Но вот идей как разрешить ситуацию с минимум потерь не было.
В конце концов Колетта и муж поделились это проблемой с Викторией и Волтером и запросили совета. Они были люди опытные, и дали простой ответ, надо девочку отравить. Вернее не отравить в самом деле, а разыграть сценку что мол ревнивая старшая жена, решила устранить соперницу с помощью яда. На пример, как бы поинтерестоваться у слуг где можно приобрести яд. Или даже приобрести его у местных. А ещё неплохо было бы девочку "заколдовать" в соотвествии с местной магией. Например заказать типа куклы вуду и оставить на открытом месте. Ревность старой жены вождь поймёт и заберёт девочку обратно.
Идею про отравление супруги зарубили на корню, как то это не очень по Британски. А вот идея с колдовством им понравилась. И вот в Колетта поинтересовалась у местных, как совершить обряд типа вуду. Её познакомили с шаманом который обьяснил, нужна кукла, и на куклу надо нацепить что то что носила девочка. Куклу ей сделали, Колетта взяла её домой, нацепила на её украшение девочки и оставила на открытом месте. Девочка естественно увидела, и перепугалась, но сказать что-то мужу о старшей жене естественно не посмела.
Колетта решила, что этого достаточно, для испуга и попросту вернула куклу обратно. Шамана в хижине не было и она оставила её у помощника. Мол не нужна больше. Естественно в магию она не верила.
Может совпадение, но этим вечером девочке стало плохо, а ночью от её криков чуть не лопались стёкла. Муж в ужасе спросил у Колетты, что происходит, не отравила ли она девчушку в самом деле. Она клялась что естественно нет, но призналась что просто вернула куклу шаману, правда его не видела, а просто отдала помошнику.
Муж побледнел, схватил Колетту и среди ночи они помчались к шаману и застали его пляшущим у костра, посыпающим какими-то травами куклу, и колющим ее острой палочкой. Оказалось что помощник понял возврат куклы как команду к действию и так передал шаману. Они в ужасе потребовали его остановить обряд и объясняли что произошло страшное недоразумение. Обряд тот прекратил и сказал что они успели вовремя. По его словам eщё пару часиков, и вопрос был бы решён достаточно радикально.
Девочке стало лучше через день-два и естественно об этом случае стало известно вождю. Муж рассказал историю про злобную ревнивую старшую жену которая редкая дура и не хочет делить мужа, как и советовал Волтер. Девочку вождь забрал, и учитывая опыт другую не предлагал. Взамен он подарил мужу маску и ожерелье. Ну а муж на всякий случай срочно вывез Колетту обратно в добрую старую Англию.
При разводе ожерелье осталось мужу, ну а маску я видел. Красивая, видно делал большой мастер.

12

Когда я был мелкий, мой дед травил мне байки о том, что зуб - как семечко, если его посеять, из него могут вырасти другие зубы. В доказательство он сказал мне положить выпавший молочный зубик под подушку на ночь. Я однажды так сделал, а дед ночью прокрался в комнату и положил на место этого зубика свою вставную челюсть. Любил у меня шутить дед, что тут сказать.

13

Было это в 70-х годах прошлого века. Ходили мы сдавать кровь каждые 2 месяца. Один раз меня вызвали с работы - потребовалась срочно кровь моей группы. Таких, как я, собралось человек 5, 3 парня и 2 женщины. Если кто сдавал кровь, тот знает, насколько тягомотная процедура. Сбегать, сдать анализ крови из пальца, анализ мочи, потом пройти дермато-венеролога, затем терапевта, а уж потом добро пожаловать на сдачу, предварительно попив горячего чайку. А первичникам ещё и рентген пройти. Ну вот, стоим ждём, когда дермато-венеролога пройдут женщины, и один из нас рассказывает случай, как они пошутили над одним первичником. Он быстро-быстро прошёл все анализы, прошёл рентген и занял очередь к дер-вену. Тут подоспели наши шутники и они зашли все вместе. А надо сказать, что к дер-вену заходили по 5 человек, проходили в дальнюю комнату и за ширмой раздевались до костюма Адама, только без фигового листика. А сама врач сидит пока в основном кабинете и что-то там себе пишет, спрашивая через некоторое время: "Готовы?" Этот первичник быстрее всех разделся и стоит ждёт. Ну, наши шутники просекли это дело и говорят ему шепотом: "Садись на кресло". Мужик подумал, что так и надо и сел. Кресло, смею напомнить, гинекологическое. Они ему шепчут: "Ноги на подлокотники", вернее, на подколенники. Этот самую малость посомневался и воздвиг таки свои мослы. Представляете картинку? На вопрос врача, готовы или нет, басом произнесли, что готовы. Заходит врачиха, видит эту "акварель", разевает рот в немом крике, кое-как выдавливает из себя: "Это что такое!" и начинает стягивать мужика с "самолета". Тот от неожиданности не успевает снять ноги и пытается удержаться другой рукой за какие-то баночки-скляночки на близстоящем столике. В общем, группа доноров, сдающих в этот день, получила охрененный заряд позитива.

14

Охота на крокодилов.

"-Нет некрасивых женщин,есть мало водки!
-Я столько не выпью!"

Из диалогов.

90е.

В жизни каждого мужчины есть два незабываемых события. Это память о самой первой и самой страшной бабе в его жизни. Возможно , у кого то эти два факта слиты воедино-но тогда, вероятнее всего, речь идет о первой и последней бабе в амурном списке .
И если о первой вспоминаешь с нежностью, то о самой страшной хочется забыть-да не выходит. Мне-особенно,ибо крокодила сего я добыл в коллективе охотников. И участвовали в сем сафари самые близкие друзья. Бегемот и Кабан. Тут уж как в анекдоте про добрую память- "Сам забудешь-друзья напомнят!"
...
Реклама убеждала нас, что главный вопрос любой мужской компании- "Кто идет за Клинским?" Реклама врала. Главный, наболевший и неизменно решаемый вопрос у нас был-"Где взять баб?"
Не то что мы были страшны безмерно-или сопливы и кривоноги-не в том дело. В ротации, хм, кадров. Точнее, в скорости оной. Текучка на производстве была исключительная. Основной девиз встреч был- "Ни один уважающий себя дятел два раза в одно дупло не дуплится!". То есть появление на даче-а там и проводились все радения хлыстов-с прежним составом группы оральной поддержки считалось потерей темпа.
Зря собрались. Скукотища.
"Девушка-я вас где то уже видел!"-звучало в наших устах с горечью и осуждением.
Потому заботы о бесперебойности поставок свежей пиздятины были постоянной головной болью. Решали проблему как могли.
Кабан таскал табуны проституток, которых мы политкорректно звали "женщинами с пониженной социальной ответственностью"-я же находил залежи доброволок в совершенно неожиданных местах.
Например,как то ошибся в одной цифре номера любимой. И попал на грудной голос развесистой мадам. На ловца и зверь бежит-Света была оной из компании скучающих мажористых жен . В члены этого кружка мы были приняты незамедлительно.
За лихость, удаль молодецкую и место встреч мы получили у дам погоняло "лесные братья". Так и звучало в их беседах-мол, сначала в фитнесс поеду, потом в салон-а потом к "лесным братьям"-гормональный фон подрегулировать. Хотя, наверное, в салон лучше после. А то все равно прическу растреплют.

Дамы были как на подбор-красивые, ухоженные, веселые и заебанные бытом респектабельного существования вусмерть. С хроническим недоебом уставшими на работе капиталистами. Как тут не помочь стране? Как не снять часть забот с наших банкиров и промышленников? Не помочь капитанам производства? Нашим,отечественным быстрых разумом (и вялым членами) Гобсекам и Скрутчам Мак-Дакам? Не подставить дружеское хм, плечо, утомленному негоцианту-двигателю прогресса?
Никак невозможно сие. Даже непатриотично, можно сказать.
Мы для них(дам, а не капиталистов) аж исключение сделали ради процветания родной экономики: дружили организмами лет 5 и до сих пор иногда позванивают. Но мне нельзя. Я добровольно вышел из леса и сдался властям.
Но я не об этом.
Единственным халявщиком у нас был Бегемот. В деле добычи самок он предпочитал теплую и уютную должность бенефициара. Типа-он застенчивый двухметровый полуторацентнеровый бородатый гиббон с загривком в три наката-и потому не может никак с девушками познакомиться. В театральной классификации любовников (1й,2й,3й...) Бегин занимал почетное амплуа "Павиан на выданье"
Ссутся, суки, при попытке навести контакты. В прямом смысле.
Трясутся и под себя прудят.
Как то раз терпение наше лопнуло.
-Знаешь, Димочка, ты уже так привык к халяве, что воспринимаешь ее как подношение. Или долю малую, что тебе заносят-по понятиям. Оборзел в корягу. Где бабы?
-Ну не мое это...
-Не твое? Тогда иди в педерасты. Или женись. Или и то и другое. Но на блядки больше не возьмем.
-Хотя...(Бегемот поморщился)- есть тут один телефон...энтузиастка одна дала...
-Где?
-В метро.
-Чего это тебя туда занесло?
-Пьяный был-а ни один таксист, сука, не останавливался. Поехал на метро. Там-то она меня и сняла...
Мы с Кабаном переглянулись.
-Мы правильно тебя поняли-таксисты от тебя шарахнулись, а эта подземная давалка ,не убоявшись богомерзкого рыла твоего-сняла?
-Выходит так.
-Звучит тревожная музыка. У меня дурные предчувствия.
-У меня тоже. Но выбора нет-тащи телефон.
Бегин выволок какую то книжонку. Номер был продран острым предметом сквозь полсотни страниц.
-М-да. Остервенелая какая. Изголодавшаяся. С зоны откинулась что ли?
-Или свежеразведенка.Она внешне как?
-Не помню.
-Что-совсем?
-Совсем.
-Зловеще. Ладно, чего десны мять-звони. Нет, как говорится, некрасивых баб-есть мало водки.
Сговорились за полминуты.
Выходим на улицу. На душе как то тоскливо. Я, садясь в машину ,неожиданно для себя предлагаю каждому припомнить свою самую кошмарную зазнобу.
-Можешь не тужиться воспоминаниями - осаживает меня Кабан. Сегодня это место в твоей жизни может занять другая- кликушествует он, заводя машину.
Подъезжаем. Из окна орет выставленный наружу динамик. "Ласковый май" кажется.
М-да.
-Может, ну его нахер, Андрюш? -жалобно скулю я с заднего сиденья.
-А те что- с Вивальдями блядей подавай?
-Ага. Виваблядей, то есть- поддакивает Бегин.
Тут дверь распахивается и в салон лезут три горгульи. Мы столбенеем. Пиздец. Гоблин-шоу. Парад уродов. НЕЕЕЕЕТ!!!!!
Кабан зачем-то срывается с буксом, надеясь, наверное, что этих мымр в окна выдует.
Наивный!
В салоне повисает недобрая тишина. Прерываемая звуками полового влечения издаваемыми этими гарпиями. Не слыша их мы с Кабаном ненавидящими взорами сверлим Бегемота.
-А в какой ресторан мы поедем, мальчики?
-В "Голубую устрицу"- бурчит Бегин.
Обессиленно ржем. Да уж...Приди с этими крокодилами в кабак и все. Кирдык. Можно спокойно по гейклубам шляться. Репутация уже не пострадает.
Короткая ругань на тему-куда везти? Никто не хочет к себе. У всех соседи,знакомые, бабки у подъезда-засмеют же!
Вспоминаем про нейтральную треху Кабана. ОК. Нас там никто не знает-едем. По дороге затариваемся . Стол соответствует одалискам: все сурово, просто,по-фронтовому. Полезная и вкусная водка (ящик) , бычки в томате, черный хлеб, тушенка, сало, одесская колбаса и маринованные огурцы. Все.
Привозим этих рептилий в хату.
Заходим и мрачно остаканиваемся. Не помогает. Хмуро закуриваем на балконе.
Бабы пугаются и запираются на кухне.
-Иди-развесели их-металлическим голосом велит Кабан. Спорить с ним не тянет абсолютно.
Захожу. Молча вынимаю пачку презервативов. Бабы ошарашены.
-Распечатайте, выньте и налейте в это воды.
-Э?
-Делай как я!
Через минуту у всех в руках болтается по пузырю с парой литров в каждом.
-Завяжите горловину ниткой.
-Есть!
-За мной, в колонну по одному шагом-марш!
Вывожу команду гондонометалок на балкон. Внизу, на детской площадке, безмятежно попивает портвешок и гугниво матерится цель-дворовая алкашня. У них там чисто парадиз- газетки постелены, рыбка разложена," три топора" розлиты по стаканам, верные подруги и уважаемые люди вокруг. Смотреть на чужое счастье из глубины помойной ямы бытия невыносимо. Ну ничего. Ща сравнимся удачей.
-На раз-два-три-огонь!
Хм. Страшные-но меткие. Уже достоинство. Наверняка есть еще, если поискать. Может у них глисты-а на них карп хорошо клюет?
Бомбы пошли как с "штуки" Ганса-Ульриха Руделя-точно в цель. Один близкий недолет, один перелет в полметра и два гандона вошли точно в бошки калдырей.
Цель поражена.
Мы, давясь от хохота, присели за парапет. Снизу ввысь понеслись такие густые клубы мата-хоть записывай. На вопли в окна третьего этажа вылезли два любопытных школьника-на свою беду.
Их-то и постигла всеобщая ненависть и презрение трудящихся. Сначала алкогольная общественность донесла до подростков все постыдные особенности их родословной до 12 колена включительно. Затем в дело пошел булыжник-оружие пролетариата.
Зазвенели разбитые стекла.
Мы с бабами выли вповалку на балконе.
В дело вступили родители мальчуганов:на улицу выбежали взволнованные отцы и их соседи. Послышались первые, робкие пиздюлины.
Мы обессиленно хрипели друг на друге.
К бухарикам прибыло подкрепление.Внизу бесновались мятежные народы, наверху заходились в истерике поджигатели войны.
Бои приняли позиционный характер. Один из жильцов оживил обстановку, спустив на алкашню алабая с говорящим именем Арнольд. Это прибавило экспрессии действу. Поначалу Арнольд пытался отличать правых от виноватых, но получив штакетиной по морде отбросил всякую сортировку.
"Novit enim Dominus qui sunt eius» — «Рвите всех! Господь узнает своих!»-решил кобель , подобно своему Ситосскому тезке и бросился в сечу.
Вскоре подоспела милиция. Первого же мента Арнольд цапнул за ногу и загнал на бобик.
Мы стонали от счастья.
Грохнул выстрел. Толпа бросилась врассыпную. Наконец-то! А не то мы б лопнули. Или задохнулись. Вползали в комнату на карачках. Уже родными. Еще бы! Совместные конвульсии очень сближают, как известно. Дальше все пошло как по-писаному. Какие ж они страшные? Еще стакан! Ооооо! Да девки ж просто отпад! Нормально Григорий? Отлично-Константин!
Порок винопития перерос в грех чреслобесия. Всю ночь мы с азартом занимались черти-чем с этими красотками. Как отрубился-не помню.
Открыл глаза и тут же зажмурился от воспоминаний и головной боли. Темно. Зажег свет. У меня с ней что то было?! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!
-Еще как может!
-Бегин, скотина-это все из за тебя!
-Ага! То-то тебя от них не оттащить было! Я на твой энтузиазм глядя немецких символистов вспомнил. Там строки есть-точно про сегодня:
- "А вот в углу сношаются уроды, и у него в нее оторвалось... "
-А про тебя там ничего не написано?
-А я на себя не смотрел.
-Умное решение.
-Кстати-ты не знаешь, который час?
-Понятия не имею. Где часы-хуй поймешь. Темно на улице. О, погодь, ща узнаю.
Кряхтя вылезаю на балкон. Внизу хромающий мужик выгуливает перебинтованного Арнольда.
-К-хм. Простите пожалуйста, вы не подскажете который сейчас час?
-Полседьмого.
-Спасибо!
Захожу в комнату.
-Полседьмого.
-Утра или вечера?
-Блядь.
Возвращаюсь на балкон.
-Простите великодушно, но не подскажете-утра или вечера сейчас полседьмого?
Мужик с любопытством смотрит на меня. Зачем-то сверяется с часами. Потом раздельно, четко , с паузами, произносит:
-ВЕЧЕРА . ВОСКРЕСЕНЬЕ. ШЕСТНАДЦАТОЕ. НОЯБРЬ. ПЛАНЕТА-ЗЕМЛЯ. СОЛНЕЧНАЯ СИСТЕМА. ГОД НАПОМНИТЬ?
-ААААААААА!!!!
Плачем от хохота с Бегиным.
"И немедленно выпил."
Вспоминаю и сам не верю. Это я? Примерный ныне семьянин? Так куролесил?
Не может быть.
Может.

15

Огни Моисея

В начале 90-годов я работал в шведской фирме "Indastrial Building System AG".

Поскольку я хорошо владел английским и русским языками, шеф, Sonny Farby, решил послать меня в Сибирь с целью прощупать деловую атмосферу сибирского края и заодно, между делом, прикупить 2-3 тысячи тонн алюминия!?
На первый взгляд такое задание кажется совершенно фантастическим и абсурдным. Но поскольку в Красноярске у меня были хорошие друзья, не своей волей попавшие "во глубину сибирских руд", не про вас будь сказано, я сумел убедить шефа послать меня в Красноярск. Тем более, что перед этим "Союз Товаро-производителей и предпринимателей" Красноярского края прислал мне доверенность на ведения дел от их имени и поручению. Кроме этого было прислано приглашение моему шефу посетить Красноярск. После этого, несмотря на тотальное недоверие к российскому бизнесу, босс решил послать меня на разведку. Забегая вперед, хочу сказать, что я привез из Сибири предложение на создание Холдинга, подписанное владельцами ряда "шахт, заводов и пароходов" Красноярского края. Предложение подписал и действующий тогда губернатор.

Но рассказать я вам хотел не о моей коммерческой деятельности в России, а о случайной встрече с великолепными артистами Александром Ширвиндтом и Михаилом Державиным.

Прилетел я Красноярск в разгар лета. Сибирь, а жара под +30! Мне предложили апартаменты в гостинице Октябрьской. Шикарная гостиница для партийной элиты. Конечно же, прослушиваемая сверху донизу. Мои друзья, прямо в аэропорту, при встрече, предупредили меня об этой особенности. Не подумайте, что я был сильно испуган такими сообщением, но хотелось бы сохранить хоть какую-то тайну в моих сношениях с местным населением;)
Поэтому я попросил моих друзей поселить меня в более скромную гостиницу без посторонних ушей и глаз.
Так я попал в гостиницу "Огни Енисея" на берегу реки с тем же названием. Прямо напротив пристани. Гостиница скромная, для командировочных особей и артистов.

Там оказался всего один номер "люкс" - 2-комнатное жильё с душем и туалетом. Правда меня слегка насторожило, что ванная комната и туалет находились между гостиной и спальней.
Вход был с двух сторон. Такое ощущение, что в этот "люкс" иногда вселяли и по несколько командировочных в разные комнаты, но с одним помещением для отправления различных нужд. Для этого и двери в туалетную комнату находились с двух сторон. Я прожил в этом номере всего сутки, когда администрация попросила уступить этот номер приехавшим на гастроли Ширвиндту и Державину. Я, конечно же, не возражал. Так я познакомился с этими великолепными артистами.

Из достопримечательностей, в гостинице имелся буфет, в котором вкусно готовили яичницу. Впрочем, другие блюда я брать остерегался, из-за их неприглядности и странного запаха. Но это к слову. В этом же буфете был своеобразный клуб "деловых людей", в основном из представителей Кавказа и Азии. Много было и евреев. Гостиница была забита сверху донизу.

Это было время, когда в моду входили радиотелефоны. Знаете, такие, с трубкой и отдельной базой. Базы иногда возились в багажниках автомобилей. Это советские радиотелефоны. Верхом шика были японские трубки с миниатюрными базами. Работали эти телефоны на расстоянии 300 метров от базы.

Ширвиндт и Державин приехали в сборной бригаде артистов - Вокально-Инструментальный Ансамбль, певцы, приехал ансамбль Надежды Бабкиной. Как говорится, "сборная солянка".

Не помню, как звали администратора этой бригады, но он был весьма заметен. И не только тем, что он был еврей, чтоб он был здоров! У него единственного в руках был настоящий японский радиотелефон и он постоянно с кем-то по нему разговаривал. Причем все слышали, как он вызывал Тбилиси, Москву, Ленинград и другие города. Азиаты и кавказцы, встречаясь с ним в буфете, с завистью поглядывали на этот чудо-телефон.

И вот однажды в буфете, появился толстый азиат из Ташкента. С золотыми зубами, с кольцами и перстнями на руках и, подозреваю, на ногах и прочих интимных местах. А в это время администратор, Моисей Иванович!?, заказывал по телефону Ташкент. Толстяк внимательно прислушивался к разговору, потом спросил:

- Уважаемый, зачэм обманываш? Ты в эту малэньку трубку гаварыл с Ташкэнт!?

- Кто обманывает!? Чтоб ты так жил, как я обманываю! Говори любой телефон в Ташкенте, будешь говорить! Я плачу!

- Хоп, набэри номэр маэй жэны, - с недоверием в голосе произнес азиат.

- А я его знаю? - вопросил Моисей.

- Я тыбе напышу, - ответил толстяк.

Администратор набрал номер, указанный азиатом и вручил ему трубку.

Не знаю о чем толстяк говорил со своей женой, но на его физиономии было восхищение, смешанное с почтением к этому чуду техники.

И тут посыпались просьбы со все сторон. Кому в Тбилиси, кому в Биробиджан, кому в Москву!
Но толстяк вызвал администратора в коридор для, как он выразился: "Савершена сикретнава придлажэния". Оставшие в буфете разочарованно вернулись за свои столики, понимая, что позвонить им уже не удастся.

На другой день московские артисты закончили гастроли и вечером улетали в Москву.
Первым после обеда улетел администратор. Один. Без помощников. Телефона при нем не было видно.

Зато с утра и до отъезда администратора в буфете важно восседал толстый узбек и демонстративно говорил по радиотелефону с различными городами. На просивших разрешения позвонить по купленной чудо-трубке, он посматривал надменно и каждому отвечал:

- Уважаемый, дыля тибя все чьто хочишь, но в настоящий мамэнт - ныльзя! Важный дэл у мнэ.

Вечером я пришел в буфет поужинать. Там уже сидела вся артистическая тусовка и "заправлялась" перед отбытием.

Вдруг распахнулась дверь и в буфет, ступая тяжело и печально, держа в руках трубку радиотелефона, вошел толстяк узбек и печально спросил, обращаясь ко всем:

- Уважаемые, кыто нибуд можыт паченыт телефон? Сафсэм нэ хочыт гаварыт...
1000 доларов заплатыл за нэво, а он сламался. Толстяк чуть не плакал.

Радист одного и коллективов попросил посмотреть. Видимых недостатков не нашел и предложил посмотреть базу телефона.

- Зачэм тибэ база!? Ты чьто, ОБХСС? Пачэму знаиш что я дырэктор база? Чыто правэрят хочыш?
Ты здэс пасматри тэлэфон!

- Дядя, - ответил радист, - Я говорю про телефонную базу у тебя в номере.

- Нэт ныкакой базы в номэрэ! В Ташкэнт моя база!

С большим трудом ему объяснили принцип работы телефона.

- Вах! -воскликнул узбек. - Минэ Моисей пирэдлагал какую-то падставку дыля эта труба, но я нэ взял. Дорого! 300 долларов просыл. Я нэ захотэл. Я и так 1000 доларов за тэлэфон отдал. Зачэм мине падставка!? Када Моисей (администратор) бил здэс, трубка гаварыл бэза всякой базы. Нэт, сламался трубка. Пириэду дамой, пачинят.

Все переглянулись между собой.

- Нда, - произнес Ширвиндт, - гостиницу придется переименовать. Не "Огни Енисея", а в "Огни Моисея":)

Но глупого толстяка никто не жалел.

16

Я считаю, что мне с бабушкой повезло. Ни у кого такой нет! Носки внукам вязать и пирожки печь каждая сможет, а вот жизненный мудрости учить личным примером и максимально доходчивым, простым языком – только моя, я нисколько в этом не сомневаюсь.

Ну, кто еще может научить внуков грамотно воровать кирпичи со стройки, как не человек с многолетним опытом. Бабушка знает, что нужно взять с собой тележку, сконструированную из детской коляски – "там колесы резиновые, ход тихий", привязать на нее старое корыто, какое "уже не жалко кирпичами раздолбать", и идти в пятницу вечером, когда сторож отмечает окончание трудовой недели. Пролезать на стройку надо через специально существующий лаз в заборе, кирпичи класть тихо, чтобы не звякали, "как Витькины мудеса", и плотно, чтобы три раза "не волохаться".

К слову, Витька – это бабулин зять, муж моей тетушки. Дяденька с пузиком, лысинкой и возрастом за полтинник. Бабуля его по-своему жалеет, считая неизлечимо больным. Как-то дядя Витя подсуетился и сторговал в соседнем колхозе за три бутылки водки грузовик ржи. Рожь – вещь полезная: зерна – курам, солома – козам. Привез все это богатство к бабулиному дому и аккуратно снопы под навесом сложил. Бабушка вернулась вечером, вздохнула горестно – не так сложено: горизонтально, а надо чуть пыром, чтобы зерно из колосьев на землю не высыпалось, и стала перекладывать, как положено, причитаючи:

- Больной, призвезднутый человек! Старый уже, а совсем ничего не соображает! И никакие таблетки ему помочь не могут...

На мой взгляд, бабушке вообще по жизни с окружением не везет. Даже с животными. Курицы у нее все бл@ди ("Куда полетела, бл@дина! Птица-лебедь, твою куриную мать!" И метлой ее с забора, метлой), козы – проститутки ("Эти проститутки от меня сегодня по всему парку бегали! Я все ноги в ж0пу вбила, их догоняючи!"), собака – совсем оxpеневшая ("даже уже не лает, только срет, как лошадь") кошка – курва, козел – ... короче, козел - вообще животное неправильной половой ориентации. Ну, это так, к слову.

У бабушки на все имеется свое уникальное мнение, разнящееся с общественным, как небо и земля. Хотя голосовала она восемь лет, как и все белорусские старушки за "Лукашенку", но по своим соображениям:

- Молодой. Пусть поиграется, раз ему так хочется. А мы поглядим, чего он там нарулит.

Так вот. Про мнение. Шла как-то по радио христианская передача про нынешнее падение нравов. Дикторша смиренным голосом, исполненным священного негодования, рассказывала, что сейчас, дескать, разводов много, почтения в семье никакого нету, мужья гуляют, жены изменяют, а общество все на тормозах спускает – не то, что раньше! И в качестве поучительного примера – краткий экскурс в историю: как в средние века блудниц наказывали. Ловили, паразитку, раздевали до гола, смолой обливали и в перьях вываливали. И в таком стремном виде через весь город гнали в сторону церкви. И каждый житель мог в эту дрянь плюнуть или камнем запустить. Так что, ясное дело, желающий предаться разврату было не так-то много. Не то что теперь.

Бабушка слушала очень внимательно, а я помалкивала: фиг его знает, может, бабушка тоже блудниц не любит. Сунешься с комментарием не в тему – мало не покажется.

- Вот ведь суки что делали! – бабушка вложила в слово "суки" столько экспрессии, что кошка-курва брызнула в соседнюю комнату, сбивая гармошкой вязанные половички. – Нет, ну ты послушай, что делали, а! Ведь сами, суки, на бедную бабу лезут, а потом ее в перья! Паскуды какие! Выключи, наxpен! Невозможно слушать!

И про развитие науки и техники моя бабуля побольше любого инженера знает. Однажды нам повезло, сгребая сено, нашли мы с ней толстенную нитку, прям не нитку, а веревку. Бабуля ее заботливо распутала, сматывает в клубочек и говорит:

- Ты когда-нибудь видала такие крепкие нитки?

- Нет, - честно отвечаю. – Не видала.

- И я тоже. Это, мать ее, технология! Такими нитками спутники к земле привязывают, чтобы не улетели. Один, видать, сорвался...

Этой почетной ниткой бабушка потом наседку к цыплятам привязывала. Впрочем, бабулина практичность меня всегда восхищала. Как-то моей двоюродной сестренке родители на день рождения отвалили щенка ньюфаундленда. Сестренка радовалась, тискала толстого неповоротливого песика, целовала его в нос.

- Бабушка! Бабуля, смотри, какую мне собаку подарили!

- Ишь, ты! – оценила бабушка. – Пушистая! А большой вырастет?

- Вот такой!

- У-у-у... Большая собака! Из нее на тебя три шапки получится!

Мне же всякий раз бабуля пытается всучить козу:

- Возьми козочку! Козочка – хорошее дело. Есть мало и все подряд. Прокормить – не чего делать. Пойдешь к магазину, наберешь падали - животное и сытое. И три литра молока в день. Чем плохо?

- Ба, да куда я ее в Питере дену?

- На балкон поставишь.

- Ба, это у мамы балкон есть, у меня нету.

- Ну, в ванной поживет, еще лучше. Уж чем кота-пустосранца держать, лучше козочку... Ну, не хочешь козочку, возьми пару курочек...

Я считаю, что такие старушки, как моя бабушка – наиглавнейшие звено в экологическом равновесии планеты. Жаль, что их не так много, как хотелось бы. Ведь вся планета сейчас задыхается от мусора, и каждая страна больше всего озабочена вопросами вторичной переработки. А моя бабуля способна утилизировать все, что находит. А она каждый день что-нибудь полезное находит. Потому и ходит козочек пасти с запасом крепких брезентовых авосек, двумя отвертками и ножиком. Из битых бутылок получаются противокрысиные заграждения, чьи-то старые штаны – постирать и Витьке сгодятся, возле поликлиники бинты выбросили – это помидоры подвязывать, башмак – "а, черт его знает, зачем! Один он, конечно, без пользы, но ведь кто-то потерял, значит, вещь нужная"), рваный свитер – это вообще везуха редкая – распустить и носки связать можно, дорожный знак – окно в бане заколотить.

Самой большой ценностью считаются доски, гвозди, колючая проволока, водопроводные трубы, коробки и ящики. Бабуля из них такие инсталляции строит – авангардисты отдыхают. Если бы они видели бабушки клетки для кроликов – сдохли бы от зависти! И в отличие от произведений искусства, бабулины произведения имеют конкретное практическое назначение.

- Унуча, принеси-ка мне дощечку какую-нибудь из сарая. Тут заборина отвалилась, подобью, пока соседи лазать не начали. Ну, и на какого xpена ты такую хорошую доску принесла! Она на что-ть более полезное сгодится. Там сточенный горбыль был, его неси. Могла бы и сама сообразить, не маленькая уже.

- Ба, так ведь зачем на забор гнилую доску? Ее ведь и ребенок сломать может.

- Ничего, пусть ломает. Я поверху колючую проволоку намотаю.

Ну, есть маленько. Параноик моя бабушка. Я ей это прощаю, людей без недостатков не бывает. Зато с детства мир для меня был наполнен будоражащей кровь таинственностью ("Сидите дома тихо, никому двери не открывайте, а то придет вор, вам по голове даст и все добро сворует") и окрашен во все цвета медицины. Тетя работала в роддоме и снабжала бабушку здоровенными бутылями зеленки, йода и марганцовки. Так что бабуля, наподобие доктора Касторкина, лечила все болезни - и детские, и звериные – одинаково: снаружи концентрированные зеленка с йодом, внутрь – слабый раствор марганцовки с йодом.

Но будучи натурой творческой, простым медикаментозным применением она никогда не ограничивалась. Например, бабушкины куры были сперва покрашены зеленкой, чтобы если "куда потеряются, завсегда найти можно было". Но суки-соседи тоже стали красить своих курей зеленкой, чтобы бабушкиных кур себе присваивать. Тогда бабушка не поленилась и расписала свою стаю, как тропических попугаев – пусть соседи-падлы так же попробуют! Вид разноцветных куриц привлекал прохожих и украшал действительность.

- Эх, Михална, у тебя что, курицы заразу какую подцепили?

- Ага, подцепили. Ветеринар сказал, сифилис у них. И ты рядом не стой, пока еще мужчина.

Бабушка умеет с людьми разговаривать, это точно.

- Михална, бог в помощь!

- Велел бог, каб ты помог!

К ней часто и за советом, и душу излить приходят.

- И чего ты мне тута плачисси? Чего плачисси? Сам виноват, козлина драный! Надо было не водку жрать, а жене почаще внимание уделять, она бы и не ушла никуда. Ладно, что теперь сделаешь. На вот, махни самогоночки и катись отседова, мне работать надо, а не рассиживаться тут с тобой!

Впрочем, бабушка мудрых советов ни для кого не жалеет. Однажды придурковатый цыпленок-подросток шмыгнул в сарай, куда курам доступ строго запрещен. Бабушка и ахнуть не успела, как его цапнула здоровенная крыса и отхватила крыло с куском боковины. Бабушка положила агонизирующего цыпленка на ладонь, посмотрела рану, вздохнула и сказала нравоучительно:

- А не xpен туда лазать было, понял?

Цыпленок закатил глаза и помер. Я тогда отчетливо почувствовала, что он в свои последние минуты все понял. Бабушка, как мудрый восточный суфий, дала ему верное напутствие, так что он имеет все шансы в следующей жизни стать как минимум котом.

И мою личную жизнь бабушка устроила в лучшем виде. Как она мою свекровь воспитала – это просто шедевр педагогики, хоть учебники пиши. Свекровь моя (к счастью, не без божьей и бабушкиной помощи, бывшая), даром что из рабоче-крестьянской семьи, женщина культурная, тридцать пять лет на лезвийном заводе проработала – это вам не в малине нужду справить! И хоть и произносит все слова, оканчивающиеся на –вь, почему-то с твердым окончанием ("лубофф, маркофф и обуфф") при слове "жопа" возмущенно вздергивает вверх брови и говорит, что таких слов нет. У всех жопы, а у Антонины Андреевны, не много, ни мало - ягодицы.

Так вот. Спустя год после женитьбы единственного сынули Антонина Андреевна приехала "посмотреть на родственников невестки", то есть к бабушке. Я этого визита страшно боялась и бабушку начала готовить загодя:

- Бабуля, ты при Антонине Андреевне не ругайся, пожалуйста, ладно? Она женщина культурная, сама понимаешь, из Питера...

- Да, ладно, внученька, нечта ж я не понимаю! Все в лучшем виде будет! - Ба, она даже слова "жопа" не выносит. Говорит, неприличное.

- Да, не боись ты! Что я, в самом деле, жопу на сраку не заменю?

К слову сказать, словарный запас у бабушки, и правда, не маленький. Вот это-то меня и больше всего и беспокоило. Бабуля два дня к Антонине Андреевне присматривалась, а дальше нашла себе развлечение, покруче юморесок Петросяна. Подходила к свекрови и, глядя на нее снизу вверх (бабуля ростом маленькая) говорила:

- А скажи-ка, Антонина, ведь правда, что для каждой женщины самое важное мужской потц?

- Чего, - смешивалась Антонина.

- Ну, потц! Член по научному. Чем больще член, тем лучше, скажи нет?

Антонина Андреевна краснела, как целочка на дискотеке, но ничего поделать не могла - тут она не дома, тут она в гостях, а рот хозяину не заткнешь. И соглашалась срывающимся голосом:

- Ага, правда.

- Вот то-то и оно! – радовалась ее понятливости бабушка. – Ты, Тонь, какие предпочитаешь: толстые или длинные?

Бедная "Тонь" готова была сквозь землю провалиться. А бабушке эта детская реакция взрослой тетки больше всего нравилась. Она за свои семь десятков лет таких идиоток еще не встречала. Антонина Андреевна сбежала через неделю в ужасе и уверенности, что ее бедный сын попал в семейку уголовников.

Впрочем, бабуля этого и добивалась.

- Нечего в доме чужих людей держать, - говорила она нравоучительно. – Они мало того, что жрут и пьют, так еще и наволочки воруют! И у этой гидроперитной козы надо было перед отъездом чемодан проверить. Постеснялась я...

Я приезжаю к бабушке только летом. Всякий раз, сходя с поезда, я мчусь к ее дому, задыхаясь от нежности и любви. Там, в доме моего детства, словно остановлено время: все те же желтые стены и синие ставни на окнах, сиреневый куст в палисаднике, от которого отрывали прутья, чтобы драть поколения детей, внуков и правнуков, наши одноглазые куклы на протертом диване, занавески с красными розами и гигантский кактус в старой кастрюле. Все так же под ногами крутиться сиплая черная кошка по кличке Ведьма. Может, и не та самая, которую мы с сестренкой наряжали в кукольные платьица, а ее внучка – разве это имеет значение? И бабушка все в том же цветастом мешковатом платьице, с гребенкой в по-прежнему густых волосах встречает меня на пороге, смеясь и плача от счастья:

- Внученька! Внученька моя! Приехала! Радость-то какая! То-то мне сон приснился, будто я ребеночка нянчу – к радости это! Ну, пойдем, пойдем, я тебя покормлю. Опять исхудала-то как, госсподи! Что там с вами, в этом Питере, делают?...

Тут остановилось время. Только оседает по углам бабушкиного дома все больше полезного хлама, и бабушкины заборы становятся все выше и выше. Потому что бл@ди-куры тоже, оказываются, эволюционируют, и с каждым новом поколением летают все лучше и лучше.

Постскриптум. В прошлом году я нашла у бабушки в сарае пучок маковой соломки.

- Ба, а это-то тебе зачем?

- Да xpен его знает! С прошлой осени валяется. По телевизору сказали, что больших денег стоит, так что пусть лежит, хлеба не просит.

17

Машинально.

- О да! было! в офисе … убрал пепельницу с бычками в холодильник … босс потом ее достал оттуда.

- Нёс грязные носки в корзину для белья… Смыл их в унитаз…

- Тарелки в мусорку выбрасываю периодически.

- Иногда прикладываю служебный пропуск к двери подъезда, где живу.

- А я ключи перед турникетом достаю.

- Один раз запихнула наушник от плеера в нос… Не знаю, как так получилось…

- Меня как-то папа подвозил утром до метро. едем, молчим. мимо в окне плавно проезжает здание станции метрополитена. я говорю: «эээ папа, мы как бы проехали.». Он аж подпрыгнул и заорал. я, говорит, и забыл, что ты тут сидишь.

- Когда курить бросала, была замечена во время ужина напряженно стряхивавшей пепел с вилки, не глядя, да.

- Хотел почистить зубы бритвой. Даже намазал зубной пастой.

- Напился на свадьбе, спросил у молодожёнов (близкие друзья): «А какие у вас планы на вечер?» Хотел в гости пригласить.

- Лак для волос вместо дезодоранта… ну и ощущения, когда застывает.

- На рабочем столе лежит телефон. Регулярно кладу на него руку и начинаю возюкать по столу, очень сержусь, что курсор на экране не двигается.

- Постоянно пытаюсь открывать двери и вызывать лифт брелком от сигнашки.

- Недавно достал еды из холодильника — разогрел, достал из печки, выкинул в ведро, вымыл тарелку (!) и поставил в сушку, ушел в комнату, сел работать.

- Вот бывает же что дома уже не доходя до туалета начинаешь расстегивать ширинку. А бывает и в общественных местах. Сегодня на работе, иду по общему залу где все сидят, весь в мыслях, и ловлю себя на том, что по ходу уже расстегиваю ширинку.

- Во время секса периодически ловлю себя на том, что веду себя как тренер на индивидуальном занятии. Не хватает только сказать «Делаем 3 подхода по 15 повторений, между подходами отдых 3 минуты».

- А я как-то, подъезжая утром к офису на маршрутке, заорал через весь салон водителю: «Винстон Супер Лайтс!». Потом, прежде чем сигареты в ларьке купить, долго готовился.

- Попросили подругу по дороге купить чипсы с луком и сметаной, приперла чипсы, пару веток зеленого лука и банку сметаны.

- Звонок в дверь. подошел, посмотрел в дверной глазок и вместо «кто там» сказал «спокойной ночи».

- Год работала продающим менеджером. Ладно, что беря трубку, неважно, рабочий, мобильник или домашний, всегда говорила «Спецодежда», здравствуйте!", но как-то раз после работы зашла в магазин и громко так говорю: Добрый день, я хотела бы купить пельмени, с кем я могу поговорить по этому поводу?

- Несколько лет назад ходили с друзьями в кино. смотрели какой-то клёвый захватывающий зрелищный фильм, который мне очень понравился. на следующий день рассказываю друзьям на работе об этом фильме и вообще об этом походе в кино. живо так рассказываю, в красках. они внимательно слушают, задают вопросы и вообще всячески поддерживают этот разговор про фильм. я продолжаю рассказывать. но минут через 10 они один за другим вдруг начинают загибаться от хохота. я ничего не понимаю и уже начинаю волноваться за них. а они просто умирают от смеха уже. оказывается, я вчера ходила в кино именно с этими друзьями, сидели рядом. 8) они до сих пор вспоминают мне этот случай. говорят, что теперь боятся со мной в кино ходить — есть риск умереть от смеха на следующий день.

18

О борьбе с феминизмом и пользе архивирования.
Для любителей судебных сериалов.
Намедни в Торонто закончились судебные слушания по скандальному делу Жана Гомеши (Jian Ghomeshi). Долгое время он был популярным радиоведущим, комментатором и вообще - плейбоем. Мажором. Завсегдатаем модных тусовок и знакомым всяких знаменитостей.

Но в 2014 одна женщина заявила, что Жан ее трахнул. В садистской форме. И случилось это десять лет назад. Упс. Репортеры тут же радостно взвыли и отворили плотины с дерьмом.

Тут следует отступить для пояснений. До 40х годов женщины в Канаде были бесправными. Потом они бились-бились-бились, и добились прав. Охренительных прав. О которых даже не мечтали суфражистки с горящими глазами. Как вдохновенно пел Кобзон, «есть у революции начало, нет у революции конца!» Во всех смыслах.
Феминизм сейчас — это разветвленный бизнес с мощными политическими рычагами. Феминистки тихой сапой внедрились практически везде, где можно чего урвать. В полицию и армию их берут по разнарядке, как в советское время в МГИМО брали детей рабочих. Но потом, когда выясняется, что новобранки не в силах таскать шланги у пожарных или пулементы у военных, то перемещают на теплые места, тем самым лишая заслуженных ветеранов скоротать время до пенсии.
Подозреваю, это феминистки пропихнули в премьеры нынешнее ничтожество. Тот же после избрания в ответ создал кабинет министров, где ровно половина — женщины. То, что почти все из них прыгнули через пять-десять ступенек и были назначены исключительно по половому признаку — никого не озадачило).
Озабоченные бешеные тетки имеют свои программы и журналы, где исступленно доказывают свое превосходство. По их требованиям значительно расширен список сексуальных преступлений. Сейчас в него входят и сексуальные оскорбления, которыми могут оказаться дотрагивания (например, слишком мягко поздороваться за руку), слова ( сказал «аппетитно выглядишь»), и даже взгляды (при этом она может быть в мини-юбке и чулках). А самое прикольное - для доказательства вины мужчины при сексуальных преступлениях вполне достаточно только заявления пострадавшей.
Раньше я думал, что предел кретинизма в канадской юстиции — это внесение самоубийства в уголовный кодекс (сейчас, правда, его убрали), но — нет. Как пишут, в судах томятся сотни дел, где один из супругов обвиняет другого в изнасиловании. Примерно четверть их исходит от мужей, которых достал этот шабаш ведьм.

Я работал с человеком, которого однажды жена так проучила. Как-то в выходной они вместе выпили. Потом перешли на диван. Рассорились, какой фильм смотреть. Муж разозлился, наорал, и ушел в гараж. Жена же позвонила в полицию, заявив, что муж ее бьет. Пока ехала полиция, она сделала ссадину, вмазав себе по лбу бутылкой. Полиция увезла мужика, как он был, отпинали в камере, и закрыли в обезьяннике. На следующий день судья лишил его права приближаться к своему дому на три месяца. Жену стали посещать феминистки, проверяя ее состояние. Та уже была не рада затеянному, и попыталась отозвать заявление, но ее не послушали, потому что посчитали это происками мужа. И так далее. К моменту нашей встречи он больше года жил, снимая комнату в бейсменте, регулярно ходил отмечаться на трезвость и выглядел совершенно затравленным...
Но вернемся к нашей сенсации.
Итак, наутро все газеты вышли с убийственными заголовками (типа: «что скрывает в постели Иван Ургант»). Жана немедленно уволили (без решения суда!) с большой государственной теле-радио корпорации. Его вычеркнули, как ведущего, из всех грядущих событий. А самое главное — стали объявляться новые и новые пострадавшие. Все давали одинаковые показания, как этот монстр их душил и бил в ходе этого самого. И случалось это от 12 до 8 лет назад. Интересно, но монстр не отрицал своего легкого садизма, но говорил, что все было по обоюдному согласию... Никто его не слушал.
Наконец, начались слушания. Гомеши взял адвокатом Мари Хэнайн (Marie Henein). О ней стоит сказать поподробнее. Тетка – умница. Мало того, что за относительно короткий срок она пробилась в юридическую элиту; но также то, что из типичной задроты и офисной страшидлы она превратилась в голливудскую диву. Вдобавок ко всему она не брезгует защитой женщин в Канадской Феминистической Коалици.
Итак, начинается допрос потерпевших. Все они, размазывая сопли, рассказывают об этом уроде Гомеши, который их душил-душил, бил-бил и ругал-ругал. И все это подробно, будто и не прошло десятка лет...
Сексапильная Мари, потирая лабутенами, не спорит, а участливо спрашивает сорокалетних девчонок, насколько сильно все это их огорчило. И какие чувства они испытывают к негодяю. Все опять же сходятся на том, что чувства их подавлены, и они прямо кушать не могут от этой острой личной неприязни. И поэтому им нужна нехилая компенсация.
И вот тут, по всем канонам, начинается спектакль. В зал вносят проектор, на который выведены е-майлы, сохраненные Жаном. Сообщения от жертв. Много. На следующий день, через неделю, и больше после приписываемых преступлений. На всех «жертвы» продолжают флиртовать, обсуждать интим, посылать фото в купальниках, и спрашивать о новых встречах!
Суд объявит решение в марте.

19

Недавно попалась мне в руки книга по психологии «Игры в которые играют люди». И вспомнился мне случай из далёкой юности. Много лет подряд у моих родителей происходили скандалы, начинающиеся с одного и того же. Отец подходил к телефону и просил мать продиктовать домашний номер семьи друзей для, так сказать, совместной организации досуга. Мама сосредотачивалась, возводила глаза к потолку и начинала медленно говорить:
– Двааааа… (Пауза.) Девяноооосто………. шеееееесть…. (Пауза).
У отца-холерика заканчивалось терпение на третьей цифре, и он начинал орать, чтобы она говорила быстрее. Мать медленно переводила на отца взгляд, затем снова возводила глаза к потолку и невозмутимо продолжала:
– Не перебивай, я так не могу сосредоточиться… Двааааа… (Пауза.) Девянооосто шееееесть… (Пауза.)
– Ты б…ь издеваешься! – взрывался отец, кидал трубку, а заодно ещё чего-нибудь, и развлекаловка была уже дома. Никому никуда уже не надо было ни звонить, ни идти.
Однажды я решила сделать доброе дело, но как известно ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным. Затолкав отца в комнату и закрыв к нему дверь, я взяла лист и фломастер, вдохнула поглубже и попросила маму продиктовать номер полностью. Диктовка происходила по известному сценарию, но я стиснула зубы и записала номер до конца. Потом переписала крупными цифрами и присобачила скотчем над телефоном. Жутко довольная собой, я продемонстрировала родителям результат и стала ожидать похвалы. Ха, вот наивная! Такой подлянки родители от меня не ожидали. Они так растерялись, что даже не смогли придумать, за что мне дать звездюлей. Оба обиделись и не разговаривали со мной три дня. Я, по своей неопытности, ещё удивлялась «Чего не так-то?» Это теперь я понимаю, что сломала их любимую игру. Нельзя отбирать любимые игрушки ни у детей, ни тем более у взрослых.

20

ЛЕСТЕР СИТИ

Андрей и Наташа были на грани развода. Андрей, даже к маме переехал.
И это после двадцати лет брака и пары щекастых школьников за плечами.
Мы с женой всячески пытались их помирить, особенно жена. Увещевали, пытались пристыдить детьми и даже приглашали к нам, чтобы они как бы «случайно» встретились на нашей кухне, а там, может быть…
Но этот фокус так и не удался, как только Андрей еще в коридоре просек, что скоро придет Наташа, он снова обулся, грустно поблагодарил за попытку, и тут же отбыл.
Как-то заходила Наташа, плакала, рассказывала, что она все еще любит Андрея, но вместе они уже не смогут, просто стали совсем разными людьми. Мы жарили попкорн, смотрели кино, а после всего наш Юра уволок тетю Наташу к себе в комнату, он со всеми гостями так поступает. Затащил и давай мучить своим настольным футболом.
Через недельку к нам заглянул Андрей, он рассказывал примерно то же: «Я все еще люблю ее, но мы отдалились и больше не сможем находиться под одной крышей. Даже пробовать не хочу, хватит. Совсем разные мы. И как я все годы этого не замечал?»
Юра, из засады, сквозь стенку почувствовал паузу во взрослых разговорах, тут же пришел и сказал:

- Дядя Андрей, может ко мне? В футбольчик можно поиграть.

Юре на день рождения подарили набор эмблем всех, всех, всех, английских футбольных клубов, около сотни штук, не меньше. И каждый раз перед матчем, он предлагал сопернику выбрать - кем тот хочет быть? Ливерпулем, Манчестером, или еще кем. Потом выбранная эмблема цеплялась за воротами и начинался официальный матч.
Андрей предупредил, что не футболист и даже не болельщик и в клубах, тем более Английских не силен, но Юра не сдавался и заставил выбрать эмблему просто по виду.
Андрей долго, долго перебирал в руках эмблемки, думая совсем о другом, выбрал и «пошла жара».
Юра как всегда выиграл с разгромным счетом «10–2» и был абсолютно счастлив, даже песню из «Квинов» запел.
Когда Андрей ушел, сынок мой сказал:

- Дядя Андрей вообще не умеет играть, его тетя Наташа и то лучше играла, но что самое интересное, они оба выбрали себе один и тот же клуб - Лестер Сити.

Я тут же позвонил Андрею и заорал на него:

- Какие вы к черту разные, когда из целой сотни нелепых картинок, вы не сговариваясь выбрали одну?! Одну, Карл!

После долгой паузы, Андрей только и смог сказать: «Одну»?

…Через неделю Андрей и Наташа пришли к нам с шоколадным тортиком. Похоже они надежно помирились.
Улучив минутку, Наташа отвела моего Юрку в сторонку и тихо попросила:

- Юрасик, ты не мог бы мне по-тихому подарить ту самую футбольную эмблемку, ну, Лестер Сити?

Юра засмеялся и ответил:

- Я бы с удовольствием, но пять минут назад, дядя Андрей ее уже выпросил, и тоже по-тихому…

21

Я вот вспомнил давнюю историю, которую мне рассказывали в самой середине "ревущих 90-х" друзья-однокурсники, на время переквалифицировавшиеся в риэлторы. Якобы эта история была специфически популярна в их узких риэлторских кругах. Мне даже называли имя и фамилию главного героя. Клялись при этом, что все так и было "на самом деле". Я имя-фамилию, естественно, благополучно забыл. Будем считать, что этот такой АПОКРИФ времен "дикого рынка".

Как ловкий Вася квартиркой обзавелся
Так вот, жил-был некий молодой московский риэлтор. Назовем его для простоты Вася. Посредничал Вася по мере сил в различных сделках, подкапливал капитал. И вот как-то по ходу одной особенно крупной и многоходовой сделки обломилась ему комнатка в коммуналке. В виде, так сказать, бонуса. Комнатка так себе, но понравилось Васе, что сосед у него в этой коммуналке был всего один. Причем - тихий спившийся алканавт (назовем его Вова).

Вова был одинок. А вот у Васи была своя съемная квартирка, поэтому в комнате он жить не собирался. Да и что комната? Вот если б была отдельные апартаменты...

Вася с тихим алкоголиком Вовой быстро "скорешился". Для этого оказалось достаточно поставить Вове бутылку "за знакомство", да пообщаться с ним вечерком то недолгое время, пока Вовик не ушел в астрал. Вовик отключался быстро, а общаться Вася умел. Какой же из него был бы риэлтор, если б он не умел общаться?
Вася поведал соседу, что он - бизнесмен, живет в другом месте, так что появляться будет нечасто, рад знакомству и т.д. Вова проникся к деловому и щедрому соседу уважением.

А еще через пару недель после вселения Вася появился в коммуналке снова. И внес в квартиру два ящика водки. С радостной улыбкой он сообщил Вове, что только что провернул классную сделку, и ему в качестве "бартера" обломились вот эти два ящика. Только увы - к себе домой он их нести не может: жена станет ворчать - мол, "что это ты припер?" - дети, опять же... Вова кивал с пониманием.

- Поэтому, - продолжил риэлтор Вася, - давай я их положу здесь? Пусть пока лежат; а я поищу, куда бы их повыгоднее пристроить... И да, - добавил Вася задумчиво, - а ничего, если ящики полежат пока в ТВОЕЙ комнате? А, Вов? Понимаешь - вдруг жена сюда нагрянет неожиданно... Она ж знает про эту комнату. Подумает еще, что я - ха-ха! - "квашу" здесь втайне от нее?

Вова с замиранием сердца заверил Васю, что тот вполне может на него положиться. Конечно, пусть лежат! Он, Вова, за ними прекрасно присмотрит. Они ж друзья!

- Да, - широко улыбнулся Вася. - Конечно! Я тебе, Вовик, верю!

И заторопился домой.

В следующий раз Вася зашел в квартиру спустя неделю. Он неслышно открыл дверь. В квартире было тихо. Вася на цыпочках подошел к двери в комнату соседа и заглянул. Дверь была не заперта. Сосед лежал на полу, кругом валялись пустые бутылки. Первый ящик был практически опустошен. Следов закуски не было - с закуской у Вовы уже давно были сложности. Однако он еще дышал. Во сне он улыбался...

Вася так же неслышно вышел.

Следующий раз он появился уже через 2 недели. Почти сразу вызвал "скорую" - и приехавшие врачи зафиксировали смерть его соседа от острой алкогольной интоксикации. Причем произошедшую уже давно - труп уже начал разлагаться...

Вася был очевидно потрясен внезапной кончиной друга, а также потерей своей партии алкогольных напитков, которые он столь опрометчиво доверил соседу-пьянице. Осталось всего две бутылки от двух ящиков - мыслимое дело?
По закону Вася, как прописанный жилец "коммуналки", имел право на преимущественный выкуп оставшейся без хозяина комнаты. Причем выкуп за какие-то смешные деньги, по расценкам БТИ.

Через полгода Вася вместе с семьей въехал в СВОЮ 2-комнатную квартиру.

22

Мой друг Дюча влюбился. Нам с ним было по 14 лет, Маринке, в которую Дюча втюрился - 15. Я ему сразу сказал, «ловить ему там нечего» и ошибся. Маринка буквально сразу ответила моему дружку взаимностью. За пару дней их школьный роман так развился, что они решили - им пора встретиться где-то в интимной обстановке. Мне об этом они рассказали, когда уже все сами продумали. Они решили провести это мероприятие у Маринки дома, а все это дело обставить так, как будто мы с Дючей пришли к Маринке в гости заниматься алгеброй. А я конечно «ЕСЛИ ЧТО-ТО ПОЙДЕТ НЕ ТАК» должен был своим присутствием придать данному мероприятию легитимность! Я решил из всего этого извлечь максимальную выгоду, «а для меня подружка у Маринки есть?». Оказалось, что они это предвидели и для меня пригласят подружку Светку. Я скис сразу. У девчонок, так бывает очень часто, одна высокая фигуристая блондинка как Маринка, а вторая мышь серая. Вот Светка была самая эта мышь. Только хотел раскрыть рот и сказать что я думаю, как меня сразу спросили «я друг или как?». Ну конечно друг, и я согласился. И вот день «Ч», пришли мы к Маринке домой. Всю дорогу у меня крутилась одна мысль, что мне делать с этой Светкой, просто голову сломал. А когда нам открыла дверь Маринка, все случилось чудесным образом, Света не пришла. Я шумно выпустил воздух. А эти влюбленные, раааааззз и пропали, пока я довольный переваривал новость, они свалили к Маринке в комнату и там закрылись. Стою посреди большой прихожей, и думаю, а теперь что? Решил пройтись по квартире, за мной увязался Маринкин песик, пуделек. А квартира надо сказать крутая, папаша много ездил по заграницам, привозил разные сувениры, везде стояли ракушки, на стенах висели какие-то маски дикарей, в одном углу возле огромной вазы даже стояло настоящее копье. Я хожу по квартире, пуделек на расстоянии за мной цокает когтями, следит, чтобы я что-то не стибрил. Так я добрался до кухни. Оба-на, на столе в кухне стоит открытая банка сгущенки и рядом на блюдечке ложка, сгущенка - моя слабость. Банка в одну руку, ложечка в другую, оттопырил мизинчик и приготовился получать удовольствие. И тут, на тебе, а куда делся песик? Я уже приготовился раскрыть рот и позвать его, как услышал в прихожей приглушенный мужской бас. Папаша Маринкин пришел домой и ласкает псину, меня охватила паника. Я как представил себе, как он заходит в коридор, а тут такой мальчиш-плохиш, паника меня охватила еще больше. Заметался я в коридоре, потом влетел в туалет и спрятал банку за унитазом, выскочил снова в коридор и стал скрестись в комнату, а у самого волосы дыбом стоят и смотрю в начало коридора, жду когда папа Маринки там появится. Дверь открыли и я сразу влетел в комнату, нам конечно надо было просто сесть за учебник и все. Но я от страха так сильно захлопнул дверь, что буквально тут же в нее стал стучаться папаша. Паника возросла многократно, я рванул нарезать круги по комнате, Дюча, поддавшись моему настроению, за мной. Нарезая круги, я время от времени пытался залезть то под стол, то под кровать. А надо сказать, что хоть квартира и была богато обставлена, у Маринки в комнате все было по-спартански. Стол, стул, кровать и пару полок на стене. Деваться просто некуда, а еще четвертый этаж. А папа уже настойчиво стучит в дверь и требует ее открыть, он же понятное дело слышит как в комнате беснуются два молодых кабанчика. Маринка просто стояла в центре комнаты и смотрела на все это безобразие ошалело. Нарезая сорок первый круг, я как в анекдоте про индейца Зоркий Сокол, увидел, что в комнате есть еще одна дверь. Подлетаю, открываю, а это стенной шкаф, на полу коробки наверно из-под обуви, на перекладине на вешалках висят Маринкины вещи, я сразу полез в него, Дюча за мной, я отгородился от него вешалкой с какой-то одеждой и мы закрыли дверь. В шкафу никто не дышал, мы с Дючей превратились в два огромных уха. Маринка открыла папе дверь. Буквально тут же открылась дверь в шкаф. Я только увидел как в шкаф проникла огромная волосатая лапища, сграбастав Андрюху просто за лицо, выдернула его из шкафа. Мне даже показалось, что я услышал чмокающий звук, потом звук смачного пенделя, и крик огорченного самца гориллы. Папаша был очень расстроен. Я закрыл глаза, чтобы в 14 лет не получить инфаркт. Бах, и дверь шкафа закрылась. Я не могу передать это чувство, когда я понял, что я спасен, меня не нашли, не нашли, не нашли! Но тут сразу появилась ужасная мысль, «и сколько мне тут сидеть, до ночи?», ждать пока папа уснет. А у меня дома уже родители к тому времени обзвонят все морги. Черт, надо сдаваться, получать свой пендель и валить из этого кошмара. А за дверью шкафа, папа Маринки, совсем не стесняясь в выражениях, рассказывал 15-летней девчонке, куда приведет её эта кривая дорожка. Я решился. Открываю дверь, выхожу и говорю «Добрый день», я же не на улице рос, меня папа с мамой воспитывали. Лицо Маринкиного отца начинает меняться, его нижняя челюсть отвисает буквально до гульфика. Я медленно дохожу до двери, поворачиваюсь, и говорю «До свиданья», выхожу в коридор и вот тут, какой там Усейн Болт, в этот момент меня бы ракета СОЮЗ ТМ не догнала бы. На следующий день в школе Маринка рассказала, что родители еще до трех часов ночи ржали в своей комнате, а когда ее папа нашел утром за унитазом банку сгущенки, он просто лег на пол и отказался идти на работу.
Зезик

23

Загробная встреча с Пушкиным: городская легенда

Питерские старожилы уверены – последний стих великий поэт написал, будучи уже на том свете.
Эту поучительную историю жители северной Пальмиры рассказывают своим детям как пример того, что надо быть деликатным и скромным в желаниях, а надоедливым и наглым быть нельзя.

Случилась она, если верить слухам, в конце 50-х годов прошлого века...
Три пушкинистки – старые девы, принесшие свои молодость и любовный жар в жертву солнцу русской поэзии – однажды подпоили сторожа музея-квартиры Пушкина и проникли в неё, чтобы провести там спиритический сеанс.
Они сели в круг за прикроватным столиком, разожгли свечи в местном канделябре, взялись за руки, закрыли глаза и начали повторять: "Мы вызываем дух поэта Александра Пушкина, мы вызываем дух поэта Александра Пушкина..."
Вдруг пламя свечей стало быстро крутиться против часовой стрелки, словно отматывая время назад, а потом вытянулось вверх и замерло. В комнате стало нереально тихо, воздух остановился и стал подобен хрусталю... От Мойки потянуло смертельным холодом...

Девы поняли: всё это – знаки явления духа поэта.
Самая смелая из них взяла приготовленные заранее бумагу и ручку и срывающимся голосом стала просить:
– Александр Сергеевич, миленький, молим, подарите нам – преданным поклонницам Вашим – хотя бы ещё один стих!
Стоило ей это сказать, тут же глаза её закатились, она схватила перо и стала что-то бешено писать на странице...
Затем резко от ветра распахнулось окно, свечи погасли, в небе раздался удар грома и треск молний...
Впечатлительные пушкинистки втроём, как по команде, грохулись в обморок на прикроватный столик...

Когда некоторое время спустя протрезвевший сторож вошел в комнату и включил свет, вернув этим наших героинь к жизни, они сразу же бросились смотреть на листок бумаги, чтобы прочесть загробное послание своего кумира.
На листе узнаваемым почерком поэта было написано:

Я жемчуг не бросаю курам,
Стихов не сочиняю дурам.

Александр Пушкин

24

Мелкий начал ползать. Сегодня, к нашему большому изумлению, выполз на кухню. Окей, начал ползать, так и ладушки. Хожу за ним, приглядываю.
И вот мелкий вполне себе целеустремленно ломится в комнату к деду, своему прадеду. Надо сказать, с тех пор как у деда отказали ноги, характер у него совершенно испортился, и видимся мы с ним дай бог раз в месяц - он все больше по ночам на кухне шарит.
И вот мелкий доползает до заветной двери и из всех своих невеликих сил по ней бьет. К моему удивлению, дверь открывается, и шустрик быстро вползает внутрь. За ним от компа наблюдает дед, и говорит:
- Что, детеныш, мир внезапно оказался большим и интересным?
Потом бывший геолог с тоской смотрит за окно:
- А ты прикинь насколько он огромный и интересный ТАМ?

25

Иногда я мечтала о хорошей работе. Такой, как в кино: в красивом стильном офисе, за красивым навороченным компьютером, в красивом строгом костюме... Ведь сидение за компьютером в костюме - это же так респектабельно!
В моем родном городе, конечно, говорили "вау!", узнав, что я работаю в кино, но в глубине души считали эту сферу чем-то средним между цирком и борделем. А моя должность - помреж, или "хлопушка", казалась им чем-то очень, очень легкомысленным. Впрочем, в этом они были правы. И вот это недоуменно-сочувственное отношение к человеку, занятому столь несерьезным делом, - то ли хлопаньем, то ли жонглированием, - меня задевало. И я мечтала о настоящей, серьезной, респектабельной работе. И, главное, о черном костюме и белой блузке. Непременно. Ну и чтобы кто-нибудь из односельчан меня в таком виде увидел. А иначе зачем мечтать-то?

Как-то позвонила приятельница:
- У тебя есть деньги взаймы?
Я замялась. Я и деньги - вещи, совместимые редко и ненадолго. Ответила:
- Ну тыщи три найдется.
- Это мало, - огорчилась она, - мне надо две с половиной тысячи долларов.
Я удивилась. Она была из Подмосковья, в отличие от меня, квартиру не снимала, и стабильно работала. И непонятно было, зачем ей вдруг две с половиной тысячи долларов.
Это все было году в 2005-м. Во времена, когда однушка в Марьино стоила сто пятьдесят долларов в месяц.
Так вот, она отключилась. Потом, при встрече, сияя, сказала, что деньги нужны были для какого-то большого дела, и она нашла эту сумму, - всё круто! Потом мы (я) заговорили о чем-то другом, потом (я) вообще забыла об этом.
Прошла пара месяцев. Мы встретились, и она вдруг спросила: не нужна ли мне работа? Хорошая, стабильная, денежная. И! Очень респектабельная. С очень солидными людьми...
Моё предположение насчет эскорт-услуг было с негодованием опровергнуто. Она сказала: если ты хочешь эту работу, забудь про свои идиотские шутки.
Я забыла.
И вот, не сказав ничего о сути работы, она меня заинтриговала. А она была девушка умная, серьезная, образованная, - не мне чета! - и ее мнению и словам я доверяла.

Оглядев меня с головы до ног, она сказала: тебе придется сменить имидж. В ЭТОМ (толстовка с Микки-Маусом, кеды и джинсы) нет никаких шансов пройти собеседование. Нужен строгий костюм. Лучше черный.
В голове моей тут же возник давешний образ, с офисом, компьютером и мной, красивой и элегантной до невозможности.
"В Ряжске все сдохнут от зависти!" - радостно подумала я, и пообещала сменить имидж.

Сейчас кажется очень глупым то, что я согласилась пойти на собеседование, не зная толком, о чем вообще речь. Но- я доверяла этой девушке. У нее было высшее образование и поэтому она являлась для меня непререкаемым авторитетом, и ей как-то удалось отделаться общими фразами. Ну и почти материализовавшаяся мечта сыграла свою роль...
Утром, к метро, к месту встречи с приятельницей, я пришла, представляя себя, как минимум, героиней фильма "Деловая женщина", - ну того, с Мелани Гриффит и молодым еще Фордом. Деловой, целеустремленной и серьезной. Смущал, правда, факт, что я печатаю со скоростью десять слов в минуту, не владею разговорным английским, и на двадцать сантиметров не дотягиваю до "приятной наружности", необходимой, по моему убеждению, для хорошей работы. И на пару десятков килограмм перетягиваю эту наружность...
"Да что ж это за работа такая?!" - недоумевал и волновался внутренний голос. Я велела ему заткнуться и ждать.
Приятельница пришла и одобрительно посмотрела на меня. Она была с какой-то грузной дамой. В глазах дамы одобрения было меньше. Ну так она ведь не знала, как я выглядела раньше.
Элегантна я в тот день была, как Маргарет Тэтчер. Не в костюме, правда, - они все, как оказалось, стоили бешеных денег, - а в черных брюках, черных сапогах на шпильке, белой блузке и черном же пиджаке. Все эти вещи, купленные по отдельности на Черкизовском рынке, вышли дешевле костюма (и категорически друг другу не подходили...), и я гордилась экономией и собственным прагматизмом.
Нас с дамой познакомили, - представляя мне ее, приятельница сказала "это мой куратор, Елена Петровна". И мы пошли в гостиницу "Ренессанс", в конференц-зале которой, как выяснилось, и проходило собеседование.
Там было много элегантных людей. Разных возрастов и внешних данных, что меня порадовало. Но все - в костюмах и белых рубашках.
Мы - человек пятьдесят - расселись, появился бодрый молодой человек. Даже на мой неискушенный взгляд, золота на нем было слишком много. Перстень, часы, браслет, цепочка... Внутренний голос выдвинул версию про золотой зуб. Ему вновь было предложено заткнуться.
Молодой человек (МЧ) начал речь. Речь была долгой, часа на полтора, и эмоциональной. Причем эмоционален был не только он, но и аудитория. Их неумеренный энтузиазм внушал опасения. Они радовались, ликовали и аплодировали так, будто МЧ делился способом изготовления вечного двигателя и философского камня одновременно.
А я вообще первые минут пятнадцать не понимала, о чем он говорит. Это была такая пурга из непонятных слов, произносимая радостной скороговоркой, что я в недоумении смотрела на счастливых энтузиастов вокруг, устраивавших овацию каждые пять минут. Ощущение было необычное - что ты сошел с ума и чего-то не понимаешь.
Но через двадцать минут невнятных обтекаемых фраз смысл стал вырисовываться.
Это был некий "фонд взаимопомощи", как они себя именовали. Именно фонд, а не финансовая пирамида, - он подчеркнул это раз пять. А смысл заключался в следующем: вы приносили и отдавали этим людям две с половиной тысячи долларов. Просто так - приносили и отдавали. И за это имели право привести туда своих друзей и знакомых. Каждый из которых должен был отдать аналогичную сумму. С которой вам уже выплачивали десять процентов. Друзья и знакомые, в свою очередь, должны были привести своих друзей и знакомых - с этих "взносов" ваш процент увеличивался до двадцати...

Уяснив схему, я начала с испугом и удивлением оглядываться. Все эти люди сидели и ликовали от факта, что отдали - или отдадут - свои деньги вот этому вот чму в цепочках.
Я была плохо одетой деревенской девушкой. Большая часть этих людей была образованнее меня и умнее. Так какого же лешего я единственная просекла схему - и единственная усомнилась в ее безупречности и прибыльности?

Устав смотреть на аудиторию и уже час ликующего МЧ, начала сверлить взглядом приятельницу. Уж она-то должна была знать, что а) у меня нет таких денег, и б) я б их в жизни не отдала...
Она не чувствовала моего взгляда, не отрывая свой от МЧ. Который как раз перешел к поздравлению новообращенных лохов. То есть, такие, как я, фраера, приведенные сюда, вставали под общие аплодисменты, смущенно краснели и благодарили за приглашение и честь пополнить, так сказать ряды (и карманы МЧ).
Я тоже поднялась и помахала этим людям. А потом все начали расходиться, и дама-куратор спросила, когда я принесу деньги. Я с дебильной улыбкой сообщила, что никогда.
- Почему?
- У меня нет таких денег.
- Но вы же можете занять у друзей.
Занимать на нужды чужих людей я отказалась. Тетя-куратор, при посильной помощи моей приятельницы, бились минут десять. Я была жадна и непреклонна. Тогда они подключили тяжелую артиллерию: МЧ. Меня завели в комнату, где он с умным видом сидел за компьютером. И он несколько минут убеждал меня в том, что отдать им деньги - единственный способ не быть лохом и неудачником. А я считала наоборот, о чем ему и сказала.
МЧ произнес обличительную тираду на предмет того, что я останусь лузером на всю жизнь. Я пожала плечами, развернулась и ушла.

Шла к метро и бормотала под нос:
- Да идите вы... с вашими костюмами...

26

КОРОЛЕВСКИЕ ИГРЫ

Я тут сегодня на даче генерально пылесосил под кроватью и наткнулся на своего старого, верного самурая – видеомагнитофон «Панасоник».
Сколько же он служил мне верой и правдой? Наверное лет пятнадцать. Он и сейчас готов к бою, да только давно уже нет у меня для него кассет, а от старика избавиться рука не поднимается. Он честно заработал себе спокойную подкроватную старость. Ладно, пусть отдыхает.
Вспомнился мне день нашего знакомства на ВДНХ.
Дело было в начале 90-х, зимой.
Я голодный но счастливый, после изматывающих скитаний и прицениваний, увидел его в самом дешовом месте, вытащил 400 баксов и сказал:

- Беру, давайте проверять.

Торговцы засуетились, сбегали в соседний ларек за кассетой, воткнули провода, включили – кассета оказалась порнушкой:

- Я дико извиняюсь, но вы видите – все работает, вот стоп кадр, вот перемотка. Запись проверять не будем, кассета чужая. Ну, что, пакуем?
- Пакуйте.

Я жил тогда в городе Железнодорожном у бабы Лиды – веселой матершинницы лет шестидесяти, с вечной беломориной в зубах.
Ввалился я в свою комнату и не раздеваясь распаковал свое добро. Подключил и стал терпеливо ждать положенные два часа, пока агрегат согреется с мороза. Еле дотерпел.
Пихаю кассету, а она не пихается… Что за черт?! Неужели поломался? Ах, вот оно что, торговцы так спешили, что забыли внутри свою порнуху.
Тут в комнату заглянула баба Лида и спросила:

- Сынок, у тебя случайно нет программки, а то я свою куда-то про…..? Очки нашла, а программку про….. Хочу узнать – ждать мне сегодня по России – этих, как они, черти? Или уже не будет?

А надо сказать, что главной страстью бабы Лиды были телесериалы.
Она смотрела их все, и целый дом осыпался штукатуркой, когда она материла телевизионщиков в моем лице:

- Какие же вы все-таки уроды! Ты извини меня, сынок, за прямоту, но вы уроды! Как можно на середине одной серии, пускать на другом канале второй сериал? Что, трудно дать людям досмотреть на первом и только тогда показывать на ТВЦ? Скоты!!! Самые настоящие!

И баба Лида демонстративно хлопала дверью моей комнаты.
Но вернемся в тот, первый день жизни моего видика...

- Нет, баба Лида, нету, я программку не покупаю, смотрю, что придется.
- Ну, ладно, пойду так покараулю.

И тут я решил похулиганить:

- Погоди, баба Лида, садись вот в кресло, давай с тобой новый сериал посмотрим, сейчас будет первая серия. Что-то про любовь, не помню.
Баба Лида с удовольствием плюхнулась в кресло, и чтобы не пропустить ни одного кадра, послала меня на кухню за пепельницей.
Порнуха оказалась с гнусавым русским переводом и неспешным подходом к основному занятию.
Про старинную жизнь, с париками, каретами и пышными платьями. Особенно пошло выглядели кони, хотя, по началу - это были просто кони...
Ну, сериал-сериалом. И название такое нейтральное – Королевские игры.
Жаль не было у меня тогда видеокамеры, а то снял бы кино про то как баба Лида стала взрослой глядя в телик.
Поначалу все шло хорошо, баба Лида даже комментировала:
- О, я очень люблю такие сериалы, когда все красиво и про старину. Смотри – этот, рожа хитрая, видимо, главный злодей, вот увидишь, он еще потом у всех кровушки попьет. А этот здоровый, глянь, глянь, как он на барыню смотрит, так и пожирает ее глазенками. А барыня тоже, фифа, глазки ему строит. Ух… О, ни… себе! Ты это видел, видел!? Бля, тюфу, она бы еще трусы сняла! А е! Ни.. себе! Да что, они там совсем о…ли? Е…, да ну, это какой-то пи….! Них.. себе сереалы пошли! Как это?! Что это!? Прям показывают! Куда смотрит директор киностудии!? Срам!!! Дать бы утюгом по экрану!

Потрясенная баба Лида встала и роняя пепел на ковер, торжественно покинула комнату…

Прошло недели две.
Я завтракал на кухне.
Вошла баба Лида с газетой, закурила, завела разговор о погоде, о ценах на сахар, о том - о сем, а потом, как бы невзначай, аккуратно переменив тему, открыла программу, надвинула очки со лба, зависла с огрызком карандаша над газетой и стараясь не выдать волнения в голосе и дрожи в руках, спросила:

- Сынок, а по какой, ты говоришь, программе Королевские игры идут? А то я что-то щелкаю, щелкаю и никак их не найду…

27

В этом рассказе про знакомство моего мужа с моими родителями нет никакой глубокой философской мысли.

Это просто мое воспоминание об испытании, через которое проходит каждый мужчина, решивший, что уже пора. С одной лишь только разницей, что Леша в то время абсолютно не решил, что ему уже пора, что внесло во встречу элемент некого трагизма и фатальности. Для меня уж точно...

Итак.

Я чаще всего нравилась парням серьёзным и воспитанным, мне, в свою очередь, нравились раздолбаи и хулиганы.

Постоянные тусовки в нашей квартире в отсутствии моих родителей, гульня по подпольным джазовым клубам с дверью без вывески, которая открывалась только "для своих" при определённом стуке по системе "Азбука Морзе" и съем речного транспорта на всю ночь с погрузкой на него тонн шампанского (всё это сейчас на каждом углу, а в начале 90-х - эксклюзив) были для меня намного в том возрасте интереснее, чем ужины в высотке на Котельнической с дипломатической семьёй моего умного, надёжного и порядочного, но безмерно скучного в своей "правильности" друга Сашки, во время которых его мама на мой, надо признаться, совершенно искренний комплимент "Елизавета Арнольдовна, на вас сегодня очень красивое ожерелье", отвечала:

- Вот, Танечка, выйдешь замуж за Сашеньку - и я тебе его подарю.

При мысли, что хоть и красивое, но 2-х килограммовое ожерелье с дородной шеи Елизаветы Арнольдовны обхватом с вековой дуб перекочует на мою куриную шейку, меня охватывала тоска.

Не говоря уже о том, что поводов для свадьбы с Сашкой, который, знаю, был в меня влюблён, но мною воспринимался скорее как "подружка", я не давала в принципе.

Короче, несмотря на то, что я всегда была отличницей, спортсменкой, старостой, играла на фортепьяно и гитаре, училась в престижном вузе и могла не ударить в грязь лицом в интеллектуальных беседах с друзьями моих родителей, а также производила всегда весьма положительное впечатление на всех мам и пап моих друзей и подруг, это меня не спасло, и однажды мой папа лаконично сказал:

- Если я еще раз увижу в нашем доме хоть одного из твоих раздолбаев, я выброшу его с нашего балкона.

Папа, в бытность свою (параллельно с работой) чемпион Москвы по боксу (в связи с чем в нашей прихожей гостей всегда радостно встречала подвешенная к потолку боксёрская груша, об которую папа продолжал периодически стучать для поддержания физической формы), слов на ветер не бросал, поэтому наша квартира стала табу для всех лиц мужского пола, включая, на всякий случай, и друга Сашку.

С Лешей мы познакомились на дискотеке. Он был серьезным-воспитанным-раздолбаем-хулиганом. Окончив с золотой медалью пограничное училище, в связи с чем его фамилия увековечена на мраморной доске в парадном зале этого достойного военного заведения, и будя в тот момент уже старлеем и очень эрудированным парнем, он в то же время был шебутным балагуром без комплексов, который умел за себя постоять и быть со своим умом и юмором в центре любой компании.

Короче, я влюбилась. Но о замужестве тогда не было и речи. Мы жили одним днем и вообще не задумывались, что будет дальше. Встречаемся и встречаемся.

В тот памятный вечер Леха провожал меня до подъезда. Мама моя была в курсе наличия некоего Леши, но знакомить его с родителями я не особо стремилась. Мы подошли к моему дому, но расставаться не хотелось и я позвонила домой из телефона-автомата.

- Мам, я тут около подъезда. Мы еще полчаса поболтаем и я приду домой.

- Поднимайтесь к нам.

- Мааам.

- Я сказала - поднимайтесь к нам.

- Мам, а че там папа?

- Папа сейчас не будет возражать. Мне хочется посмотреть, что там за Леша. Если не поднимитесь и ты мне его не покажешь - завтра будешь сидеть дома.

- Шантажистка.

- Да.

И мама положила трубку. Я вздохнула и уныло посмотрела на Лешу.

- Не волнуйся. Я сильный и, если что, смогу удержаться за перила балкона, даже если твой папа будет танцевать лезгинку на моих пальцах.

Представив эту чудесную картину во всех красках и еще сильнее вздохнув, я открыла ключом дверь подъезда.

У вас бывало в жизни, что вы ждёте проблему с одной стороны, а она появляется совсем с другой? Вот и мои родители подкрались совершенно не с той стороны, с которой я их "ожидала".

Когда приводишь кого-то в первый раз в свой дом, всегда хочется, чтобы хорошее впечатление произвел не только тот, кого ты привела, но и те, к кому ты его привела.

Здесь у меня никогда не было поводов для беспокойства, потому что мои родители - образованные, интеллигентные, воспитанные и очень тактичные люди (даже несмотря на угрозы).

Но когда мы вышли из лифта на нашем этаже, я сразу поняла, что "не все спокойно в датском королевстве". Уже около лифта я услышала вопли Джо Дассена. Люди моего возраста и постарше знают, что француз орать в своих песнях не умел. Но оказывается, с папиного любимого проигрывателя виниловых пластинок (какого-то иностранного супер крутого и которым папа очень гордился), когда он был включен на полную мощность двух колонок, француз орал ого-го как. Такого в нашем доме от моих родителей я не ожидала.

Мои опасения о нестандартности ситуации подтвердила распахнувшая дверь мама, которая предстала перед нами во всей своей красе: в длинном черном вечернем платье... босиком... И почему-то с молотком в руках...

В голову сразу закралась подленькая мысль, что Лехины пальцы, держащиеся за перила балкона, лезгинку, может, и выдержат, но вот молоток.-

Заходите, заходите, - радостно размахивая молотком, воскликнула мамАн, перекрикивая вопли Джо Дассена. - А нам тут Ирочка ковер подарила, мы его в твоей комнате сейчас вешали!

И громко ИКНУЛА.

Я закатила глаза. Поэтому закатанными глазами не могла видеть выражения лица сопровождавшего меня АлексИса. Да и не хотела.

Когда мои зрачки с фокусировки в потолок стали возвращаться на более привычный им фокус - вперед в горизонт, как учат в мотошколе - на этом самом горизонте, "вдруг из маминой из ванной" в МОЁМ махровом халате (вариант "мини") в буквальном смысле "кривоногий и хромой" выплыл наш сосед по лестничной клетке, местный алкаш-интеллектуал и папин собеседник на темы Гиляровского, Солженицына и Высоцкого Валерич.

Почесывая пузо (как потом оказалось, Валерич опрокинул на себя бутылку красного вина, когда пытался продемонстрировать, что он умеет держать ее на голове и при этом слелать "ласточку" и сердобольная мама дала ему МОЙ халат, пока его вещи сохли после моментальной стирки в ванной), он подошёл к Алексею и, пожав его руку, с пафосом и драматизмом изрёк:

- Оставь надежды всяк сюда входящий!

И театрально одной рукой облокотился на свисающую с потолка боксёрскую грушу, которая не применула отклониться под его весом и опрокинуть Валерича на пол.

- Это не папа, - тихо и обреченно оправдалась я, хотя начала уже сомневаться, не стоит ли мне выдать алкаша Валерича за своего папу, а то вдруг папа окажется еще хуже.

Заглянув в гостиную, откуда раздавались звуки музыки, я увидела папу, который в трусах и майке футбольной команды "Днепр", чьим официальным спонсором выступал ЦК КПСС, и почему-то только в одном гетре (второй висел на герани), под весьма романтичную композицию "Елисейские поля" галопом, из одного конца гостиной в другой, передвигался в кадрили с маминой подругой Ирочкой. Увидев, что в холе вместе со мной появился еще кто-то, папа, сказав "пардон" хохочущей Ирочке, вышел к нам.

Смерив Алексея с ног до головы мрачным взглядом, папа молча развернулся и решительным шагом направился обратно в гостиную. Помятуя о том, что в ней находится один из балконов, мы все замерли.

Наконец-таки поднявшийся с пола Валерич, которому удалось это не с первого раза, почему-то забрал у замершей маман молоток и спрятал его себе за спину.

Через 10 секунд папа вернулся, зажимая в одной руке бутылку коньяка, а во второй - два огромных кубка из рогов какого-то горного козла, которые ему подарили в Грузии. Он всунул маме в руки эти два рога, открыл бутылку, половину ее вылив в один рог, оставшуюся часть - в другой. Потом, отдав пустую бутылку вышедшей в хол Ирочке, он взял рога и один из них протянул Лехе, который пока так и не снял куртку.

- Пей, - грозно сказал отец. - До дна.

Слава Богу прошедшего военное училище молодого старлея было этим не испугать и Леха, ничтоже сумняшеся, под пристальным взглядом моего отца влил весь рог себе в глотку. До конца. Да. Коньяк...

Отец сделал то же самое со своей порцией.

- Можешь проходить. Добро пожаловать в наш дом!

Сказать, что я была в ужасе от своих родителей, это не сказать ничего.

- Пойдем, я покажу тебе свою комнату, - сказала я Леше. Я очень надеялась, что хотя бы моя комната, на стенах которой были многочисленные полки с книгами, которые я читала запоем, коллекция гномиков и мои детские фотографии в рамочках произведут на него благоприятное впечатление.

Но не тут-то было. На стене, над моей кроватью, красовался только что прибитый к ней намертво подарок Ирочки. На ковре был выткан лев. И ковер почему-то был прибит вверх ногами и под наклоном в 20 градусов, отчего лев оказался съезжающим на спине по направлению к моей подушке. Прямо как Валерич.

- Гы-гы, - хохотнул Леха, видимо постепенно после полбутылки выпитого на голодный желудок залпом коньяка входя с моими родителями в одну волну. - У твоих родителей весьма нетривиальный взгляд на образы.

- Пойдём! - свирепо сказала я и мы присоединились к остальным.

Я не буду описывать дальнейшие детали этого вечера. Перейду к главному. Заиграла очередная композиция и моя мама, томно посмотрев на Алексея, произнесла страшное:

- Ну что, ЗЯТЬ, не пригласишь ли ТЁЩУ потанцевать?

Пока они танцевали, я сидела и смотрела на Лёху как в последний раз. Я была однозначно уверена, что после ТАКОГО нормальный мужик сбежит.

Далеко. Может, даже за границу.

Я сидела и мысленно рыдала, что мои родители меня опозорили. Теперь он думает, что моя семья - алкаши. Причем навязчивые. Провожая потом Лешу до двери и слыша, как он говорит "давай завтра в 7 на обычном месте", я уже в красках представляла, как я приду, а там его нет.

Утром я влетела на кухню, где моя мама с Ирочкой сидели за столом, обе с мокрыми полотенцами на лбу, и по очереди хлебали воду из горла трехлитровой банки. Хотя на кухне всегда все это делали, пользуясь кувшином и стоявшими около него стаканами.

- В общем так, мама, - сказала я без "доброго утра". - Из-за тебя я потеряла такого парня! Если сегодня он не придет, это будет на твоей совести!

- А что я такого сделала? - поморщилась мама от моего повышенного голоса.-

- Ты обозвала его зятем!

- Да не может быть такого! Чтобы я? Впервые увидев человека? Да ты просто хочешь со мной поссориться.

- Не было такого! - поддержала ее Ирочка. - Я бы точно помнила. Я всегда всё помню.

- Ну ты, Алл, дала вчера! - произнес со смехом папа, входящий в этот момент на кухню.

- Что такое?

- Ты зачем вчера парня зятем называла? Ведь сбежит же... А жаль... Толковый парень... Мне понравился.

Я всхлипнула и выскочила из кухни, громко хлопнув дверью.

К 7 вечера я ехала к месту встречи в обреченном настроении. Не ожидая увидеть ничего хорошего, я вышла из-за поворота и увидела... Лёху, который стоял, облокотившись о парапет, смотрел на меня и улыбался.

- Привет! - сказала я сходу. - Забудь всё, что ты вчера видел и слышал! Понял? И я не собираюсь за тебя замуж! Вот еще... Пф...

Лешка от души громко рассмеялся, обнял меня и сказал:

- Знаешь, у твоего отца классный коньяк. Пожалуй, я буду с удовольствием навещать твоих родителей... Даже если ты будешь против.

Вот так моя мама оказалась права. Как всегда.

И еще: эти два рога лежат теперь у нас дома. Леха сказал, что теперь это - семейная традиция. Так что, женихи нашей дочери, тренируйтесь...

(С) Татьяна Комкова @snob

28

Цековские рассказы

Те, кто застал счастливые и тучные времена застоя в рядах номенклатуры, хорошо помнят, что тема с переездом в "побольше, попросторнее да получше" была актуальна как никогда.
У каждого ведомства дома были свои, и единым был только кирпич из которого их строили - до сих пор дома советской элиты хорошо заметны в общей застройке.
И разумеется, так же как в Кин-дза-дзе, присутствовала ранговая дифференциация по ключевому признаку "крутизны" - высоте потолков.
В Домах ЦК она начиналась от 2,85-90 см и уходила вверх до 3,20 см в "домах ЦК высшей категории".
Так вот, история про одного из простых работников оного ЦК - уровня инструктора, не выше. В связи с расширением семьи и определенными связями в Управлении Делами ЦК данный товарисч сумел получить квартиру на 1 комнату побольше в так называемом "Царском селе" - районе комплексной застройки домами элиты в Кунцево. А так как человеком он был читающим, и доступ к хорошей литературе имел неограниченный простыми мирскими рамками в виде сбора макулатуры и прочих выкрутасов, то большая часть стен в его квартире была занята полками для этой самой литературы. Полки все были сделаны под заказ и имели высоту строго до потолка, соответствовавшего его чину в ЦК - а именно 2,90 метра.
После переезда в новую квартиру полки начали устанавливать в просторном коридоре и тут... - между потолком и полками образуется СВОБОДНОЕ МЕСТО. Сказать, что это нереально- ничего не сказать. Ибо в те годы все было строго по нормативу- сначала, мил человек, дорасти хотя бы до зам. зав. сектором в ЦК, и тогда- получишь 3 метра над полом, а пока инструктор- изволь, братец, потерпеть.
Когда свободное место замерили, стало уже совсем не до шуток- высота потолка была 3,2 метра - это уровень членов и кандидатов в члены политбюро ЦК. Недостижимый уровень даже в мечтах.
Находясь на жесткой измене, была замерена высота потолков во всех комнатах - действительно, 3,2 метра. Приехали. Так как дом в современном понимании "клубный", иными словами, все вместе работали и многие друг друга знали, был организован поход в другу - соседу, оный тоже только заехал. Каково же было удивление, когда на его этаже полки, привезенные этим самым другом из старого дома, встали "тютелька в тютельку"! Заперевшись с другом в комнате, наш герой произвел контрольный замер - но нет, все точно- у друга высота 2, 9 метра - как положено по ранку. Измена росла. Инструктор ЦК чесал репу и думал о возможных последствиях бытового алкоголизма, хотя в сем действии замечен не был. И только по прошествии нескольких месяцев загадка открылась - на его этаже получил квартиру старший прораб стройуправления Управделами ЦК. Который просто вовремя приехал на стройку, проставился перед бригадой и она от души широкой положила несколько рядов "лишних" казенных кирпичей.
Мораль - хочешь жить как член Политбюро - живи, все в твоих руках:)))

P.S. Дом сохранился, старожилы "царскоселькие" могут показать.

29

Приключения Бориса.

Когда прошел переходной возраст, и Борис из мальчика переродился в настоящего мужчину, кровь в нем кипела как вода в радиаторе после трех часовой езды по жаре. Весь свой рацион он разделил на две категории, как он говорил «холодное» и «горячее». К холодному относилось то, насколько я понял, что не давало калорий, а именно овощи и фрукты. К горячему все то, что буквально сжигало его. Он старательно употреблял в пищу только вторую группу. Он давился, но ел курдючное сало, мясо и домашний хлеб на молоке. Он обожал халву. Он мог поедать арахис до тех пор, пока не начинали отваливаться уши. В прямом и переносном смысле этого слова. Однажды Борис так наелся арахиса, что за ушами у него возникли гнойники, я думаю от переизбытка в организме арахисового масла и спермы.
Все что мы делаем в этой жизни, несомненно, влечет за собой последствия. Когда уровень мужской энергии достигали высочайшей отметки и его флюиды начинали развеиваться в воздухе на квартал, Борис выходил на охоту. В таком состоянии, с красными глазами и гноящимися ушами он мог пойти за любой представительницей прекрасного пола, куда угодно, когда угодно, и за что угодно. Борис не брезговал ничем. В такие дни, создавалось такое ощущение, что его мышление отключалось, а мозг давал только один сигнал, воспроизводить себе подобных.
В один прекрасный день, когда Борис коротал свои вечера в окружении матери и своей тетушки, как вдруг зазвонил телефон. Борис поднял трубку и его друг, находящийся на другом конце провода, коротко поведал ему о Борис, что имеет в распоряжении двух прекрасных девиц очень похожих на семнадцатилетних Николь Кидман и Монику Беллучи, и согласных в этот вечер на все ради шоколадки. От таких слов Борис немножко присел и закатил глаза. Он четко и ясно понял, что он потребует от них, взамен на этот шоколад. Он как никогда знал, что он хочет, и как он это хочет.
Мозг начинал отключаться, так как вся кровь, стала уходить в другой, жизненной важный, орган. Надо было думать, как выбраться из дома быстро, шустро, и без подозрений. Поэтому Борис подпрыгнул, на лету оделся в куртку, обулся, и уже спускаясь по лестнице, крикнул удивленной маме, что он… уезжает в соседний городок за товаром для коммерции.
Борис шустро спустился по лестнице, не касаясь ногами земли, и влетел в машину, в которой сидел друг и две очаровательные самки, которым он хотел рассказать, как много арахиса он съел. Случайно ли, или умышленно, но в тот момент, когда Борис уже сидя в машине, шепотом определялся с другом кому какая собеседница достанется на вечер, его телефон отключился, и связь с миром пропала…
… А тем временем.
Мама Бориса и тетка стояли на балконе пытаясь понять, что же такое произошло, и что заставило их сына вылететь из дома быстрее пули. Мама, глядя с балкона, только увидела, как ее сын молниеносно вылетел из подъезда, прыгнул в машину, хлопнув дверью, машина дерзко тронулась с места и укатилась в темноту. Они попытались дозвониться до него, но как я уже говорил, трубка была отключена. Мама, приложив указательный палец к губам, крутила в голове последнюю, брошенную Борисом фразу, что он поехал в соседний городок за товаром для коммерции. Потом сопоставила факты, и, вспомнив, что ее сын не занимается коммерцией, поняла! Ее сына повезли убивать! Это открытие настолько потрясло ее, она поделилась со своей сестрой, и та только подтвердила ее ход мыслей! Надо было, что-то предпринять, что-то делать!

Этим же днем, только чуть по раньше этого происшествия я встретил своих старых товарищей. Мы очень обрадовались встрече, и вот один из нас, предложил убежать из этой городской суеты, из этого шума к нему домой, поужинать и просмотреть парочку фильмов, в общем, очень даже мило провести время. Все были тремя руками «за». И вот мы направились к нему домой, смеясь, весело толкая друг друга, и попутно забегая в магазины, чтобы купить все необходимое, для поддержания чудесного вечера. С нами были очаровательные девушки, но в отличии от Бориса, мы собирались провести время действительно культурно. Вечер был прекрасен, а я что бы меня никто не побеспокоил, не сообщил никому, где я буду проводить этот вечер и с кем.
Вот мы все ввалились в уютно обставленную квартиру. Накрыли на стол, и, включив кино, вжались в кресла, и шепотом делились впечатлениями о фильме. Фильм назывался «Звонок». Я смотрел его в первый раз. На улице глубокая ночь, зима, и по всему городу нет электричества. Я смотрел с широко раскрытыми глазами, так как мне действительно было жутко. И вот, когда очередная волна мурашиков кошмара пробегала от головы до ног, около меня зазвонил телефон. Телефон, был тяжелый. Сталинский. Произведенный в советское время, и туда вставляли, те же звонки, что и на пожарном депо. Как принято писать в таком жанре «Сказать что я обосрался- это ничего не сказать», но я не буду выражаться вульгарно, скажу что уровень моего страха действительно дошел до уровня не произвольной дефекации. Я находился к телефону ближе всех, и с каждым очередным звонком волосы на моем кожаном покрове вставали дыбом все выше и выше. Если быть честными, то испугались все. На экране показывали девушку с длинными черными волосами, которая ползала и противно шептала, - «семь дней…». Телефон звонил. Девушка на экране ползала, как бы ожидая, когда я подниму, трубку что бы сказать свои противные слова. Все нервно улыбались, даже хозяин квартиры, так как ему прежде никто не звонил в три часа ночи.
Сам хозяин квартиры отвечать на звонок отказался, мотивируя это тем что, находился слишком далеко от аппарата. После очередной партии будоражащего звонка, я медленно, дрожащей рукой, вспоминая всю свои жизнь и долги, взял трубку. В трубке послышался знакомый до боли голос. Женщина спрашивала хозяина квартиры. Я спросил кто это. Это была мама Бориса. Я сказал кто я, и женщина громко заплакала, рассказывая мне, как зверски был убит ее сын. Гора спала с моих плеч. Я начал успокаивать плачущую женщину, и приходить в себя. Она поведала мне все, что произошло в этот вечер. Я приблизительно точно догадался о месте нахождения, и рода занятий Бориса на данный момент, но как скажешь это консервативной женщине, которая верит, что ее сын еще слишком маленький, и его половой орган используется исключительно, что бы справлять малую нужду. Я не стал спрашивать, как она нашла меня, кто ей дал телефон хозяина квартиры, и как она вообще узнала о моих планах на вечер. В то время у меня не было мобильника, и найти человека было сущей проблемой. Поэтому, то, как она меня нашла было и остается для меня тайной покрытой мраком.
Я посидел с минуту. Посмотрел на накрытый стол, на друзей, которые, укутавшись в теплые одеяла, смотрели интересное кино. Я тяжело вздохнул и начал одеваться. Мне предстояло выйти на мороз и топать добрых пять километров в ночи, на поиски Бориса, который в данный момент использовал на практике все то, что просмотрел в фильмах для взрослых.
Я шел, грубо матерился, и представлял, как бы я ворвался в комнату, где проводил досуг мой друг, и смачно пнул бы грязным ботинком по дергающимся ягодицам Бориса. Но я не знал, где происходит этот развратный вечер Содома.
Я не пошел напрямую к Борису, а пошел в обход, добавив еще пару километров, что бы зайти к другому, общему с Борисом товарищу, Назиру. Я поднялся на третий этаж, посмотрел на часы. Время показывало три часа ночи. Набрав в легкие воздух, Я постучал в дверь. Назир открыл дверь в одних трусах с испуганным, заспанным лицом, и, ежась от холода, спросил меня, не потерял ли я рассудок. Я спросил его, где на данный момент находится Борис. Назир в ответ несколько раз подергал бедрами взад и вперед. Я сказал ему что, так и думал, и поведал ему всю историю, случившуюся за этот вечер. Он громко высмеялся и пожелал мне удачи. Спускаясь по лестнице, я представлял, как Назир сейчас зароется в теплое одеяло и крепко заснет. Я готов был убить Бориса.
Когда я добрался до квартиры Бориса, я понял, какое у них горе, уже в подъезде. Мама Бориса громко причитала, и ее плачь, поддерживали сестры, прибывшие по ее зову помощи. Я толкнул дверь, она была открыта. Панихида по Борису шла полным ходом. Я в очередной раз выслушал причину смерти Бориса, и искренне пожелал, что бы это было правдой. Конечно, не могло бы быть и речи о Борис, что бы говорить правду. Мама Бориса бы пожелала, что бы правдой было то, что ее сына нет в живых, нежели узнать о позорной реальности порочащих их добрый род. Я прошел в комнату и сел на матрасик, что бы оплакивать друга. Тем временем мама обзванивала очередных родственников, что бы сообщить им столь печальную весть. Звонки с соболезнованиями сыпались как из рога изобилия. Я так думаю, что все дяди, услышав эту весть и причину ее домысла, догадывались о правде насущной, понимая, чем сейчас занимается Борис, и, делая серьезный вид, закуривали, мечтая оказаться на месте племянника. Говорить правду они тоже не решились. Вот она мужская солидарность. Я бы на месте Бориса бы пошел пожать каждому руку, за понимание и сочувствие.
Тем временем, Борис продолжал водить своего коня по лонам разврата, слава в городе о нем крепла и крепла. Уже под утро, наплакавшись и наслушавшись около трехсот видов смертей Бориса, я пошел домой. А через некоторое время, Борис шагал домой, и не знал что он знаменитость.

Как мама встретила воскресшего сына, как он прогнал всех оплакивающих его гостей, как она его ругала, и что он ей наплел в ответ, я не знаю. В это время, я, ужасно вымотавшись за всю ночь, тихо засыпал. Но известно то, что когда на следующий день он вышел в город, почти каждый встречный спрашивал, подмигивая глазом, как он вчера провел время, и советовали ему в следующий раз говорить маме, что он собирается переночевать у них, дабы избежать излишних переживаний мамы, беспокойства города, и зависти дядей…

30

ЛЮБОВНАЯ ХИМИЯ

Я смотрел на эту пожилую, активно жестикулирующую женщину и пытался угадать – ну что, что в ней такого было магнетического? Какую такую любовную химию она распространяла вокруг себя? Пускай это было очень давно, более сорока лет назад. Но ведь было же.
Смотрел и не мог себе этого представить.
Зовут ее Мария Сергеевна, для своих - просто Маша.
Маше чуть за шестьдесят, низенькая, морщинистая, слегка квадратненькая тетенька в очках.
Всю жизнь она проработала редактором на телевидении, вот и до сих пор работает и больше всего на свете боится всяких сокращений пенсионеров.

В тот вечер мы засиделись в редакции допоздна, глаза слипались, пришлось сделать маленький перерыв на перекус. Отвоевали у соседей свой чайник, «настреляли» по этажу заварки и принялись хлестать крепкий чай с пряниками.
Слово за слово, мы заговорили о любви с первого взгляда.
Наши молоденькие девицы мечтательно задирали глазки к пыльным плафонам и щебетали:

- Эх, мне бы так - р-р-р-аз и все, с первого взгляда и на всю жизнь. Жаль, что так бывает только в кино.

В разговор вклинилась Мария Сергеевна и в свойственной ей безапелляционной манере, заявила:

- Фигня это все, дуры вы девки дуры, да не приведи Боже такую любовь. Накаркаете, а потом хоть в петлю лезь, уж я-то знаю…

И она поведала нам свою леденящую душу историю.

В самом начале семидесятых, Маша училась на журфаке МГУ, у нее было ощущение постоянного счастья и был парень Петя. Еще со школы встречались, даже из армии его дождалась, вот-вот должны были пожениться.
Но в один ужасный день весь ее счастливый мир просто рухнул как карточный домик.
В тот день Маша на метро возвращалась из универа.
«Осторожно, двери закрываются»
И двери почти уже закрылись, но в последний момент их поймал какой-то запыхавшийся мужик, разжал и влез в вагон.
Глаза у мужика были дикие, он не отрываясь смотрел на машу и широко улыбался, как старой знакомой.
С виду невысокий, но коренастый, вроде бы русский, хотя заговорил он с каким-то легким кавказским акцентом, причем заговорил громко, абсолютно не стесняясь других пассажиров и это было особенно странно:

- Девушка, вы сейчас ехали по эскалатору вниз, а я ехал вверх. Вот увидел вас и влюбился с первого взгляда! Делайте со мной что хотите, но, клянусь, вы будете моей женой!

Весь вагон просиял, но Маше сразу стало как-то не до смеха.
Эх, знать бы раньше - чем все это обернется, она бы просто мило поулыбалась и назначила бы ему свидание назавтра. А потом дай Бог ноги.
Но строгая и воспитанная советская девушка сразу заявила решительно и прямо:

- Зря стараетесь, молодой человек, я никогда не стану вашей женой, у меня есть жених. Извините, дайте пройти, я выхожу…

К вечеру Маша совсем позабыла о назойливом кавалере.
Но на следующее утро, когда она выходила из квартиры, почувствовала, что дверь уперлась во что-то мягкое… Оказалось, что под порогом на коврике лежала целая куча красных гвоздик, ровно сто одна. Небывалое богатство по тем временам.
А вечером, в детской песочнице у своего подъезда, Маша с ужасом увидела ЕГО, того самого вчерашнего назойливого кавалера. Теперь уже не понятно, был ли он чеченец, дагестанец, или кабардинец, но тогда Маша сама для себя легкомысленно назначила его грузином.
«Грузин», улыбаясь, преградил девушке путь и спросил:

- Как, тебе понравились мои цветы? Я, кстати, уже знаю что тебя зовут Маша, даже фамилию твою узнал. Хорош ломаться и мучить меня, я еще никогда ни одной девушке не признавался в любви, но тебе говорю, что больше жизни люблю тебя и ты все равно будешь моей.
- Да отстаньте уже от меня, и хватит за мной следить. Я же сказала, что у меня есть молодой человек и мы скоро поженимся.
Постойте тут, я сейчас схожу и вынесу все ваши цветы, они еще не завяли. И прекратите меня преследовать. Это уже не смешно.
«Грузин» грустно ответил: - «Зачем ты так? А цветы можешь выбросить, если не понравились, я еще принесу… ты все равно будешь моей, вот увидишь»

Два дня прошли спокойно, а на третий, жених Петя разыскал в универе Машу и сказал ей потухшим голосом, пряча глаза:
- Маша, я должен тебе сказать, что между нами все кончено, мы больше не пара и ты свободна.

Сказал, развернулся и не оглядываясь быстро, быстро пошел по коридору.
Маша догнала его и стала трясти как грушу:

- Петечка, что случилось!? Что ты говоришь? Ты в своем уме!?
- Разбирайся с ним сама, а с меня хватит, я жить хочу.

И тут до Маши начало доходить - что происходит?

- Петечка, тебе угрожал этот белобрысый грузин?!
- Все отстань и не звони мне больше. Нашла с кем связываться, он не только меня, он и тебя, как курицу зарежет, дура ты Машка, дура. Все, меня больше в это не впутывай.

Маша была в ужасе и вечером обо всем рассказала матери.
Когда от ненавистного ухажера приходили длинные, любовные телеграммы на красивых цветастых бланках – это еще было терпимо, просто расписывались за них и не читая выбрасывали.
В милицию обратились, только после того, как однажды вечером распахнулась балконная дверь и в комнату вошел улыбающийся «грузин» с цветами в руках. Он спустился с крыши и по балконам преодолел три этажа.
В милиции поинтересовались: - «Ничего из квартиры не пропало?», а потом пошутили, что-то насчет настоящей любви, но пообещали оштрафовать ухажера за хулиганство, если он опять будет бегать по чужим балконам.
Как-то Маша встретила на улице своего Петю и он как шпион, быстро перешел на другую сторону дороги и прибавил шаг.
Весь вечер девушка прорыдала, а вечером зазвонил телефон, трубку взяла мама, Маша давно уже шарахалась от телефона:

- Але, передайте Маше, что я ее люблю и никогда не отступлю, все равно она будет моей, или вообще ничьей, а если нет, то я убью: и себя и ее…
Все, помощи ждать было неоткуда, Петя трусливо «слился», отец мог бы, но он давно умер от фронтовых ран, а милиция покорно ждала трупов.
Через неделю, мама с Машей уехали к морю в Адлер.
Купались, загорали и уже почти стали забывать о своем несчастье, как вдруг однажды вечером, Маша с мамой вышли из моря, а на их покрывале лежал букет цветов. Чуть поодаль стоял «Грузин» в белом костюме и широко улыбался. Примчался из Москвы с другом на "Волге".
Для мамы пришлось вызывать скорую…

Тут я аккуратно перебил Машин рассказ и спросил:

- Маша, а он тебе совсем-совсем не нравился? Может нужно было получше к нему присмотреться? Все же такая любовь, да еще и на "Волге"…

Маша смерила меня удивленным взглядом и ответила:

- Я целый час, со всеми подробностями рассказываю эту историю, а ты мне задаешь такие дурацкие вопросы. Чтобы было понятней, отвечу словами Бабеля: - « Я не хочу вас, Грач, как человек не хочет смерти»

Больше вопросов у меня не было и Маша вернулась к своему рассказу…

…На следующее же утро, переплатив три цены, они с мамой достали билеты и вернулись в Москву, так и не догуляв отпуск.
Дело принимало очень серьезный оборот и бедная Маша вообще перестала выходить на улицу, где «грузин» регулярно поджидал свою жертву, сидя на детских качелях. Он с ненавистью поглядывал на маму, когда та выходила в магазин.
Приезжала милиция, проверяла у ухажера документы, делала под козырек и извинившись уезжала восвояси. Даже по советским законам, сидеть на детских качелях не считалось преступлением (если ты конечно не тунеядец), а «грузин», как назло, тунеядцем, видимо и не был…
Спасла Машу, конечно же мама.
Забегая немного вперед, должен признать, что мама оказалась на редкость мудрой и искушенной в любовных вопросах женщиной, во всяком случае, я бы ни за что не догадался - как выкручиваться из подобной ситуации?

В один прекрасный день, когда ухажер на "Волге" опять околачивался возле их подъезда, во двор вышла мама и сказала:
- Послушайте, дальше так продолжаться не может, Маша вас не любит и никогда не полюбит, она уже не в состоянии от вас прятаться и я бы хо…

- Что значит не любит?! Не любит? Я ее украду, женюсь на ней, а после свадьбы полюбит! Никуда не денется. Главное, что я ее люблю!
- Молодой человек, я вас прошу, только без криминала, обещайте, что вы не обидите Машу, тогда я ей скажу, и она выйдет к вам сюда и вы спокойно все обсудите.
- Клянусь, пальцем не трону, только пускай выйдет.

Через час, когда почти совсем стемнело, из подъезда вышла Маша, она подошла к «Грузину» и сказала:

- Послушайте, ну зачем я вам нужна? Я простая девушка, каких в Москве миллион, а вы такой симпатичный и интересный человек, да еще и на машине и при деньгах, да вам только свистнуть, все девчонки будут вашими.
Ну, сами подумайте, какая может быть любовь с первого взгляда, да еще и в метро? Это же просто смешно, честное слово.
Грузин ничего не ответил, он задумчиво постоял немного, потом вдруг зарыдал как ребенок, а со временем, немного успокоившись, сердито сказал Маше:

- Да, пошла ты, учить меня будешь! Ладно, живи…

В этот момент из организма сумасшедшего «грузина» улетучилась вся любовная химия и тяжкое психическое расстройство в простонародье именуемое любовью, прошла, как и не бывала.

…С тех пор пролетело более сорока лет и «грузин», слава Богу (постучим по дереву) так на горизонте и не появлялся.
А Маша удачно вышла замуж, теперь у нее уже и внучки старшеклассницы…
И все благодаря покойной маме. Кто знает, к чему бы привела та больная любовь с первого взгляда? Уж точно ни к чему хорошему.
Но в чем же секрет секрет чудодейственного «отворотного зелья»?
А вот в чем:
Есть у Маши сестра, старше на два года, они с Машей как две капли похожи друг на друга.
В ту пору сестра училась в Ленинграде в институте культуры. Вот мама и придумала: срочно вызвала старшую дочь, та приехала, подстриглась, перекрасилась в Машин цвет волос, надела ее блузку и вышла во двор.
Оказалось, что сломать любовную химию гораздо проще, чем создать.
«Грузин» видел и понимал, что - это Маша (а кто ж еще?) но с ужасом чувствовал, что почему-то уже совсем-совсем ее не любит…

Теоретически, в тот момент, всю детскую площадку должно было разнести маленьким ядерным взрывом от высвобожденной любовной энергии, но слава Богу обошлось…

31

Сквотское отношение к жизни.

"Сквотирование, или сквоттинг (англ. Squatting) — акт самовольного заселения покинутого или незанятого места или здания лицами (скваттерами или сквоттерами), не являющимися его юридическими собственниками или арендаторами, а также не имеющими иных разрешений на его использование. Сквот (англ. squat) — нелегально занятое помещение."
Википедия.
Недавно свернул на Краснопролетарскую-давно там не был. Заностальгировал. Лет 20 назад там еще находился широко известный в узких кругах сквот художников и музыкантов под председательством Санька из "Рубиновой атаки".
Сквот был нетипичный-там собирались люди серьезные и обстоятельные. Не то что в других заведениях подобного рода-глядя на их обитателей я сразу вспоминал фразу бабушки-"писатели,поэты,художники,музыканты и прочая сволочь"
Санек ,к примеру,еще при Советчине через каких то посольских баб,коих он охмурял пачками,получал с Европы гитары Фендер и Стратакастер-и фарцевал ими (гитарами а не посольскими бабами) вовсю. Посколь государство обеспечивало Сане монополию-то и драл он за инструмент втридорога. А что делать? Советская гитара Урал годилась больше для обороны,чем для творчества. Что и нашло отражение в одной песне :
Ты, Рейган, нас в натуре задолбал!
А если двинешь на Россию танки -
Навстречу выйдут батальоны панков,
Вооружённые гитарами "Урал"!
А хочешь на гитаре играть,а не бречать-одна дорога к Саньку. Саня,понятное дело,процветал.
В хате был сделан ремонт-загляденье. Я такого ни до ни после не видел. Что то уникальное. Кухня,например была выполнена в норманнском стиле-закопченные балки,дубовые скамьи,столы,шкуры и холодное оружие на стенах.В стену между кухней и спальней воткнули дубовую бочку с дверцами-для подачи еды совокупляющимся. Об этой бочке речь ниже пойдет.
Плюс-лестница на крышу дома(прорубили люк-и там веранда с шезлонгами),плюс-настоящий бассейн -метра три на четыре-и это в городской квартире!
В общем-крутизна неимоверная.
Саня при таких делах настолько оборзел-что пользовался исключительно импортными тетками. В основном-посольскими,таким образом сочетая дело и удовольствие.
Отечественными производительницами эстет брезговал.
Саша был один из немногих тогда,кто мог не покривя душой сказать-"Да я всю вашу Европу на хую вертел"
На моей памяти Саней и присными было оттоптана половина служащих посольств Европы-начиная от культурного атташе Испании,до каких то французских секретуток.
Не забуду сцену,как Саня прихватил какую то очередную социал-демократку,жареного гуся,бухло и заперся с ними в бассейне.
На всю ночь.
Под утро мы заволновались-на стук не отпирают,на вопли не реагируют-и тишина там какая-то зловещая. Пришлось ломать дверь. Картина впечатляла-в бассейне плавали бутылки,Саня,демократка,и недогрызенный ими гусь.
"Приходи,Маруся с гусем,поебемся и закусим"-озаглавил Смолин сей натюрморт.
Причем с инобабами Александр был строг ,но справедлив. Никакого феминизма-они у него и полы скребли и посуду мыли. "У мине не в Брюсселе,говаривал Санек,вытирая об бороду сальные пальцы-шире жопы не пернешь!"
Одна непокорная австриячка закатила было истерику ревности,застав Сашу на чешке(у них давние счеты между странами-что и сыграло роль),за что была сурово наказана телесно.
Саня напоил мятежную до бессознанки,раздел бесчувственное тело,трудолюбиво измазал ей всю тушку от пояса и ниже ( с жопой включительно) чешуей,используя вместо красителя зеленку.
Инсталляция называлась "Русалка" Потом,завершающим штрихом был селедочный хребет ,воткнутый австриячке догадайтесь-сами-куда.
Неведомым образом все это сходило ему с рук.Может,Санек и постукивал в Комитет Глубинного Бурения,не знаю,но нас это не касалось. Если и да-то агентурой он мог снабдить поллубянки. И еще бы осталось для ГРУ немного.
Как-то Саня влюбился. Причем,что удивительно-в отечественную фемину. Мы обалдели.
Роман развивался стремительно:дело шло к свадьбе. Девушка была порядочная,из хорошей семьи-намечались смотрины.
За два часа до смотрин обстановка в доме выглядела так-на кухне сидел бухой Смолин,
барабанщик Леша трахал испанку Эстер в спальне.
-Что б через полтора часа вас тут не было! Ко мне Лена с родителями придет.Олег,выкинь этих блудодеев,как закончат. Ферштейн?
-Яволь,майн либе фюрер.
-И сам свали.Я поскакал.
-Не ссы. Все будет тип-топ.
-Я на тебя надеюсь!
Нашел на кого. Дальше события развивались по самому подлючему сценарию.
Барабанщик Леша,отбарабанив Эстер поперся в ванну. Голый,само собой. Сквозняк с силой захлопнул дверь в спальню. Выскочила защелка-все,в комнату снаружи не попадешь. Оппаньки. А отбарабаненная и набубененная испанка вырубилась. Ори-не ори-не слышит,сука барселонская.
Вспомнили про бочку-что из кухни в спальню ведет. Орали-орали-ноль эмоций. Потом пытались шваброй пьяной махе в рыло тыкать. Ноль эмоций. Зачмокала губами-и отползла за пределы досягаемости. Затем пришла пора предметы метать. Но когда меткий Смолин прислал Эстер перельницу в чан-а та только захрапела-пришлось и этот план отбросить.
Надо сказать ,что Смолин Лешу недолюбливал. Не то что прям "кушать не могу"-но клык на него полировал давно.Бабу Леша как то у него увел. И вот представился случай поквитаться. Для начала Смолин нагнал на нервного Лешу ужаса.
-Леха,мне похуй-я тя ща в таком виде на лестницу выкину. Мне Санек строго-настрого наказал. Сам пойми-у него,может судьба решается,а тыт тут мудями трясешь. Давай-вали отседа.
-Как? Так?
-А что делать? Ничего,перебьешься как нибудь-на улице тепло.
-Я не пойду(с подвизгом)
-А не пойдешь-выкину!(Смолин его раза в два поболе) Хотя,погодь. Полезай в бочку-ты ж мелкий-пролезешь наверняка.
-Застряну ж!
-Нихуя! Я ж лазил-и ничего(голимое вранье)
Делать нечего-деморализованный Леша лезет в бочку. Смолин "помогает"-то есть пихает страдальца в ноги. Упс. Леша застревает.
-Ничо!!! -хозяйственно приговаривает Смолин,трамбуя блудодея до состояния "ни туда-ни сюда"-небось пролезешь.
Картина маслом-из бочки торчит волосатая жопа,обрамленная бочкой. Ноги свисают,не доставая до пола.
Как оправдывался потом негодяй-Смолин:
"Когда я понял,что ситуацию не исправить-я решил ее украсить"
Этот мстительный мавр нарыл где-то женскую помаду и ей нарисовал Лешику ажурные чулочки с поясом. Получилось гламурненько. Но чего то не хватало.
Смолин до кучи написал врагу "ПОЗДРАВЛЯЕМ!" на ягодицах. Стало лучше.
Но не хватало последнего штриха. И завершая превращение сластолюбца в поздравительную открытку-Смолин воткнул в лешино дупло здоровенную хризантему.Как Лешик не вертелся-как не орал-хризантема заняла свое место в художественной композиции.
Вот теперь самое то. Все по фен-шуй.
Смолин чокнулся с Лешиным задом и сел ждать гостей. Вскоре в двери заскрежетал замок-то пришел жених Саша,невеста Лена и порядочная Ленина семья.
Зашли-и охуели. В воздухе висит бешеный лешин мат. Ор страшный.
Зашли на кухню-а там композиция. "Юный романтик" . Вид сзади.
"Отцвели уж давно хризантемы в заду"-фальшиво ,с надрывом, запел романс Смолин,аккомпанируя себе на гитаре.
В общем,Саша не женился. Не оценили родители Лены инсталляцию.
Видать проблемы у них были с художественным вкусом.
Сейчас там все давно прилично. "Иных уж нет -а те далече"
И только я надоедаю вам историями из тех времен.
Спасибо за внимание.

32

xxx: помню, как ко мне в комнату первокурсников заселяли. Они две недели ныли, что надо ремонт в комнате сделать, поклеить новые обои. И главное, когда я им говорил, что на этих обоях стены держатся, они действительно думали, что я шучу. Ну, тогда я решил, так сказать, на наглядном примере все объяснить. Взял саморез, длиной с палец, и голыми руками вкрутил его наполовину в стену. А потом, также ненавязчиво, не напрягая руку выдернул его из стены, вместе с песком. После чего сказал, что если они хотят поменять обои, то им придется вынести отсюда пять мешков песка, а потом принести два мешка шпатлевки. На девятый этаж. Пешком, потому что лифт, как водится в студенческих общежитиях, всегда поломан. Больше не возникали.

33

В будние дни, каждое утро, на завтрак мой муж съедает банан и запивает его сладким чаем с лимоном. Ну, любит он легкие завтраки... Надо сказать, что продукты мы покупаем по субботам.. На всю неделю. Признаюсь, не всегда угадаешь аппетиты семьи и, понятное дело, случается, что к пятнице холодильник пустеет..
Пятница. Утро. Муж обнаруживает пустую корзину для бананов... Дети постарались:). На мое предложение съесть бутерброд получаю отказ. Заглянув в холодильник, супруг из дальнего угла выуживает баночку одинокого йогурта. Радостно так ставит его на стол, открывает, вставляет ложечку... и .....на пару секунд зачем то отлучается.. И вдруг, слышу:
- Да е...... твою мать! (и далее в том же духе и в той же тональности)
Я заглядываю в комнату и вижу картину: у стола стоит муж и наблюдает, как наш кот с чавканьем жрет его последнюю надежду на завтрак.
В то утро обошлось без жертв. Ни кот, ни дети не пострадали.... По пятницам у мужа особо хорошее настроение:)

34

Приходим первый раз с моим мужчиной в его родительский дом. Люди мы взрослые, +/- 40, все по-простому, никаких там "смотрин", мимо гуляли, зарулили познакомиться и каких-то его шмоток забрать. Мамы нет, с батей втроем посидели на балконе поболтали-покурили-пива чутка попили ("тс-с, матери не говорите" :) ).
Вхожу с балкона, вижу через проходную комнату вдалеке в родительской спальне какая-то девушка на кровать садится и начинает раздеваться. Я, без всякой задней мысли - а что там за девушка в дальней комнате? - Чего? Где?! - Да вот же!! Мужчина на меня вытаращивает глаза: Какая девушка??? Ты что, дура? Это моя МАМА пришла!!! - 0_0 это - МАМА??? *челюсть в пол, потеря дара речи. Маме, на секундочку, 74 года!
И на полчаса я в шоке, мужчина в шоке, батя ржот, мама в экстазе и вся светится. Эпичненько познакомилась.. Сделала, так сказать, людям день..
Да, так к чему я это.. Девки, блин, вот что значит правильная осанка (sic!), стройная фигура, юбка "в пол" и простые распущенные длинные волосы %)

35

ТАГИЛ

"Там, за седьмой горой, там, за недоброй тучей..."
(Б.Окуджава)

Наконец-то я вернулся из славного города Нижнего Тагила, где прожил 22 счастливых дня и с уверенностью могу сказать, что город мне очень понравился за исключением пары пустяков.
Понравился лютый заводской гудок, который в 6.00 поднимает любого неглубоко зарытого мертвого. Очень удобно, кстати, с одной стороны - на смену не проспишь, а с другой – даже если ты и не работаешь на заводе, все равно подскочишь и с приятным чувством, что этот гудок ищет не тебя, опять бухнешься досыпать.
Порадовали тагильские автомобилисты, которые медленному толстяку на пешеходном переходе не дадут ни единого шанса на жизнь, просто какая-то Спарта, естественный отбор - это всех заставляет быть спортивными и поджарыми. Поначалу нам было трудно, но потом втянулись и насобачились перебегать дорогу как матерая снайперская пара морских котиков:
- Объект?
- Камаз.
- Дальность?
- 300 метров
- Скорость?
- 112 км/ч
- Многовато. Боковой ветер?
- 5 м/с
- Слушай мою команду: - между Камазом и Приорой бегом марш!

Вот так, несмотря на опыт и мастерство тагильских водителей, нам без потерь в личном составе удалось вернуться домой.
Еще в Тагиле очень удобно обозначены места культурного досуга граждан.
Вот, скажем, если вы впервые оказались в Москве, вам очень трудно будет определить – где тут филармония, а где вообще музей?
В Тагиле же все просто – идете по улице и все, все, все: компьютерные клубы, рестораны, кинотеатры и прочие биллиардные, обозначены лужицами свежей крови на белом снегу. Выглядит нарядно и видно издалека, мимо не пройдешь.
Так же порадовали сами горожане.
Когда снимаешь на улице при диком морозе, каждый прохожий не поленится, остановится, встанет грудью перед объективом камеры и непременно пошутит. От этих шуток нам становилось чуточку теплее на душе:
- Э, а че вы тут снимаете?
- Кино
- Кино?
Потом шутник крепко задумывался, но рано или поздно выдавал одну и ту же шутку: - Кино, вино и домино!? Ахахахахах!!!
Того, кто эту фразу выдавал почти без паузы, мы между собой уважительно называли Жванецким, правда, таких было совсем не много.
Вообще люди в Тагиле очень своеобразны и иметь с ними дело одно удовольствие. Они как бы изначально находятся на взводе и что бы ты у них не спросил, пружина лопается и человек сразу переходит к агрессии. Эдакие ходячие тротиловые шашки с уже подожженными бикфордовыми шнурами. И не важно - мужчина это или женщина. Такое впечатление, что до твоего появления здесь уже побывал твой брат близнец и успел смертельно переругаться со всем городом, а ты после всего приперся тут такой весь расслабленный и с ехидной улыбочкой спрашиваешь: - «Скажите пожалуйста, как пройти на улицу Чайковского?»
Согласитесь, за такой вопрос не грех и по морде схлопотать.
А вообще, люди в Тагиле душевны и незамысловаты, в игрушечном магазине, например, мы долго смеялись, когда сквозь нас, не сбавляя шаг, протискивались разные люди: от малолетних гопников, до солидных пятидесятилетних дам и все они пробивали себе дорогу руками и словами: - «Подвинься-ка» «Дай пройти» или даже «А ну я, блядь, протиснусь».
Любой местный собеседник после небольшой раскачки о погоде и хоккее, всегда задаст вам два сакраментальных вопроса: «Сколько стоит ваша московская квартира?» и «Почему вы ее не продадите и на эти деньги не купите пять квартир в Тагиле?»
Второй вопрос особенно ставил в тупик…
В первый же день нашей фольклорной экспедиции, из-за незнания местных обычаев, со мной в супермаркете случился маленький конфуз.
Я подошел к свободной кассе, положил на ленту свои: молоко, булочки и колбасу, полез за кошельком и вдруг напоролся на удивленный взгляд кассирши.
После некоторой паузы она, наконец, раздраженно сказала:
- Мужчина, вы будете это покупать, или пока раздумываете?
Я очень удивился такому вопросу, но виду почти не подал и ответил:
- Ну, раз я все это принес к вашей кассе, а в руке у меня деньги, то, конечно же буду, почему нет?
- Ну, так покупайте быстрее и идите уже, чего людям голову морочить!?
- Так я вроде и покупаю… Что не так?

…За мной постепенно образовалась очередь, которая подтвердила слова кассирши:
- Мужик, если ты не покупаешь, то отвали, пропусти людей…
Хоть не сразу, но в конце концов, я все же понял – почему не был похож на добросовестного тагильского приобретателя. Дело в том, что свои продукты я выгрузил в метре от кассирши, на конвейерную ленту, а эта лента у них сроду не работала. Кто бы мог подумать?
В результате, вместо рутинного похода в магазин, я поимел целое приключение.

Но не бывает плюсов без минусов и теперь о паре пустяков, которые мне не особо понравились в Тагиле. Первый пустяк - это воздух, которым вполне можно травить тараканов, или бальзамировать Ленина.
Тем кто никогда не бывал в Тагиле, но хочет почувствовать его незабываемый аромат, я дам маленький совет: зайдите в свою комнату, плотно закройте все окна и двери, подожгите капроновое ведро, дайте ему как следует разгореться, а затем быстро потушите этот костер мочой. Запах будет один к одному.
Вода мне понравилась еще меньше. Такое впечатление что краны нижних этажей соединены с унитазами верхних. Эту воду не то что пить нельзя, она даже для протирки светлого паркета не особо подходит. Приходилось принимать душ только покупной водой и только не местного разлива. Может это и барство, но мыться водой, которой уже мылись соседи сверху – это как-то…
Хотя, справедливости ради, можно предположить, что вода и воздух нужен только нам, приезжим, возможно, настоящие тагильчане не пьют, не дышат и не пачкаются.

Но все это мелочи и придирки, а вообще-то мне очень понравился Нижний Тагил и особенно тем, что я не живу в нем, и если Бог будет и дальше милостив ко мне, не буду жить никогда…

36

Достаю из стиральной машины свое любимое синее платье. В ужасе обнаруживаю, что оно сплошь покрыто каким-то мерзким серым налетом, местами он свисает клочьями. Вид ужасен. Заглядываю в стиральную машину, там лежит что-то грязное, бесформенное и отвратительное. Боже! Что это? Извлекаю то, что некогда было книгой «Бхакти-йога», которую забыли в ванне. Ну вот! Теперь мы никогда не познаем истину!
Все правильно, размышляю я, малыш любит засовывать белье в стиральную машинку, его хвалят за то, что он помогает бабушке. Он проявил инициативу и неординарность мышления, ждал, что за это его похвалят еще больше. Ему же никто не объяснял, что книги не стирают в машинке. Ругать за это нельзя. Он стоит рядом, радостно улыбается и ждет похвалы. Мягко объясняю ему, что он очень хороший мальчик, но в стиральную машину можно закладывать только одежду, а книги нельзя. Интересно, когда он успел это сделать, как я могла не заметить?
То, что раньше было книгой, отправляется в помойное ведро, а я отправляюсь в комнату, собираясь перевести дух и немного поскорбеть о загубленном платье. Но опуститься в кресло я не успеваю, застываю в положении «полуприсев»: в комнату входит малыш, держа в обеих руках по кухонному ножу. При этом он делает ими такие движения, как будто затачивает друг об друга. В голове проносится: «Где он мог это видеть?». На полусогнутых приближаюсь к нему, стараясь не делать резких движений, а он доверчиво отдает мне ножи, не его лице написано: «Я знаю, что мне нельзя брать ножи, поэтому я принес их тебе!» Уфф! Опускаюсь в кресло.
Перевожу дух, тем временем малыш выбегает из комнаты. Через секунду спохватываюсь: дверь-то в кухню не заперта! Со всей скоростью, на которую я еще способна, бегу в кухню и вижу такую картину – малыш сидит на стуле и стягивает со стола кастрюлю с двумя литрами молока, поставленного на творог. Перед моим мысленным взором проносится картина, как я собираю тряпкой с пола два литра молока, молоко затекло под плиту и под холодильник, малыш хохочет и радостно шлепает по луже. Подбежать я не успеваю, так как уже примерно треть кастрюли свисает со стола. Тогда я испускаю ужасный крик. Не знаю, что услышал малыш в моем крике, может быть он услышал одновременно как кричит петушок, как визжит соседский мальчик, как мычит коровка и как храпит дедушка во сне? Однако этот звук его удивил и даже заставил замереть на мгновение. Этого мгновения мне хватило, чтобы сделать полтора прыжка и перехватить кастрюлю.
- Я хотела сказать, это трогать нельзя, - объясняю я малышу, выношу его из кухни и запираю дверь. Ну теперь-то я могу наконец опуститься в кресло и передохнуть! Иду по коридору, держась за стенку. Это меня и спасло, когда ноги запутались в каких-то нитках. Это малыш стащил с полки и распустил по всему коридору мое вязание. Причем, я могу поклясться, что когда я выходила из ванны, чтобы выбросить книгу, ничего такого на полу в коридоре еще не было!

37

Муж рассказал. Рецепт на скорую руку "Суп. Просто суп".
Когда он овдовел, то их доченьке было 20 годиков. Именно годиков, а не лет, так как мама и папа дочу рОстили не для карьеры кухарки и домработницы, а обеспечивали полноценное образование.
Его жена всегда говорила: "Всему свое время. Успею еще научить ее щи варить".
Но, мы предполагаем, а Господь Бог располагает...
Скоротечная болезнь супруги оставила папу и дочь одних. Без жены, матери и хозяйки.
А во время болезни мама напутствовала дочь по разным ситуациям. Одно из них было таково.
- Детка, если что, то ты обязательно папе вари первое. Обязательно! Он без супа не может.
...
Дочка свято начала блюсти наказание мамы, то есть готовить супчик. Вариантов супа был Один. Под названием "просто картофельный" или "Суп. Просто суп". Рецепт-то простой.
Варим из морозилки что есть из мясного, минут так 30-ть. Берется чищеный картофель и разрубается на две, а если крупный клубень, то на четыре части, поскобленная морковь идет на терку, а лук уж как получится. Соль (если не забудем), 8-10 листиков лаврового листа. Да! Не забыть пучок петрушки и пучок укропа. И! Вуаля! Суп готов!
...
И вот, как муж говорит, он это блюдо употреблял месяцев пять. Сказать Настеньке, что это есть невозможно - язык не поворачивается, так как ребенок старается и строго следит за тем, чтобы первое блюдо ВСЕГДА было в холодильнике, и тем более на столе. Папа любит первое!!!

Ситуацию спас жених Настены, когда впервые попробовав угощение, он с голодухи влил в себя сразу ложки три Супа, и тут же сплюнул ЭТО обратно в тарелку, со словами: - На-а-а-сь, ты что сготовила???
- Папа кушает, нахваливает, и ему НРАВИТСЯ, - обиделась и встала на дыбы хозяюшка. – А если тебе Суп не нравится, то ешь пиццу, пей чай и иди в комнату.
- Неее, Нася, нравится. А ты на соль супчик пробовала?
...
- ПРОБОВАЛА??? Нет, конечно. Я воду с мясом, картошкой и луком ненавижу. Я на глаз кладу, как мама.

PS: теперь я понимаю, почему все мои "завихрения" муж воспринимает со стоическим спокойствием.
Если бы я безропотно питалась таким первым блюдом почти полгода, то я была бы спокойна как "удав"...

38

НОЖКА

Судьба играет нами, как повар яблоками и гусями..
И как правило - не в нашей власти что-либо изменить. То есть, изменить-то, конечно можно, но что именно надо менять, в какой момент, да и надо ли? Кто же это может знать заранее?
Но существуют такие счастливчики, которых судьба почему-то любит и всячески оберегает, а потому всегда играет с ними открытыми картами, чтобы не дай Бог не сбить с толку...
Одного из таких счастливчиков я знаю – это мой стосорокакилограммовый одноклассник Валера, и вот вам старая история о нем и о его счастливой помолвке.
В стране бурлили 90-е и Валера был королем этого бурлеска – молодым стосорокакилограммовым неженатым королем, с четырехкомнатным королевством в центре Львова, 500-м Мерседесом, серьезным авторитетом и даже сиамской кошкой.
И вот однажды Валера влюбился, влюбился всепоглощающе, как третьеклассник влюбляется в десятиклассницу.
Она была студенткой и звали ее Маша.
Бедный счастливец забросил все дела и носился только со своей Машулькой. Он мог даже с бандитских разборок отпроситься и убежать, чтоб только не опоздать и успеть забрать Машу после Универа.
Никаких ресторанов и бань с девочками, никаких пьянок, все это потеряло для Валеры всякий практический смысл.
Как-то он выдал мне толковое определение, что же такое любовь – «Любовь – это когда все женщины мира делятся в твоей голове на две неравные группы: в первой, маленькой и убогой группке – все женщины мира, а во второй, огромной – ОНА…»
Влюбленные были вместе уже полгода, но что самое интересное, «были» - это не значит жили, а только встречались, ходили за ручку в кино, на концерты, в парк и в гости к Валериной маме, которая просто обожала Машу. Редко, но все же бывают такие девушки, которые до свадьбы ни-ни…
И Валере – это даже нравилось, кто бы мог подумать.
Наконец-то наш жених дозрел до осмысленного шага - предложения руки и сердца, и был в душе уверен, что Маша не откажет.
В один прекрасный, дождливый вечер (во Львове все вечера дождливы, но каждый по-своему прекрасен) влюбленные, как бы случайно зашли в маленький ресторанчик, в котором «случайно» оказался свободным самый лучший столик у окна.
Сели и не сговариваясь принялись смотреть в глаза друг другу, ведь оба чувствовали, что в этот вечер произойдет что-то очень важное.
Негромко заиграла нежная мелодия, свет в зале, «почему-то» слегка зажмурился, а официант принес подсвечник (только на их столик принес).
Валера теребил в кармане бархатную коробочку, которая отлично впитывала пот с мокрой ладошки, но тянуть дольше было глупо, да и Машины глаза улыбались в блестках свечи, она все чувствовала, все понимала…
Валера решительно положил руку на стол и был уже готов разжать кулак с красной коробочкой, но стол неожиданно покачнулся. Даже бокалы задрожали. Видимо, одна из ножек стола была чуть короче других.
Валера откашлялся и начал свою речь:
- Любимая моя Машулька…

Но Маша, улыбаясь, неожиданно перебила жениха:
- Валерчик, погоди, вначале нужно сделать, чтобы все у нас было идеально, потом продолжишь что ты хотел сказать.

Она быстро порылась в своей сумочке, достала какой-то листок бумаги, сложила его в четверо и ловко подложила под ножку стола. Потом вскочила, поцеловала Валеру в нос и защебетала – «Валерчик, подожди секундочку, я только туда и обратно, чтобы уж не отвлекаться» вскочила и убежала в дамскую комнату.
Все посетители ресторана поглядывали на Валеру и улыбались, даже они уже догадались – что же сейчас должно произойти за столиком у окна, когда из туалета вернется девушка.
Валера смотрел на красную бархатную коробочку и думал: - «какая же она у меня все-таки хозяйственная… это же надо, заметила, что стол качается, р-р-р-а-з, подложила бумажку и он уже стоит как вкопанный»
Попробовал пошатать столик, но он все еще слегка качался. Просто нужно ту бумажку еще раз согнуть вдвое, тогда будет идеально.
Вынул из под ножки сверток и увидел, что он исписан мелким почерком. Развернул и машинально стал читать. Это оказалось письмо:
«Машка – сука!
Ты заразила меня триппером! Тварь! А я заразил жену. Тебе хана!
Ошибки быть не может, я узнавал у твоего Толика, у него тоже триппер от тебя!
А если ты еще и цыгана заразила, то сразу вешайся.
С тебя 100 баксов за лечение. Лучше не прячься, а собирай бабки. Я приеду - все равно найду тебя в университете, тогда будет хуже, да еще и Толику скажу – где тебя искать.
Так что лучше тебе заплатить, пока я тебя не нашел и не закопал…».

Валера положил письмо на столик, в очередной раз поблагодарил свою судьбу и тихонечко удалился, чтобы ненароком не оторвать Машеньке голову.
Просто уйти из ресторана было неудобно перед людьми и Валера зашел в мужской туалет, а уже оттуда вылез на улицу через малюсенькое окошко.
В ту же секунду, его нечеловеческая любовь улетучилась, превратившись в пар и сероводород…

39

Товарищ вчера рассказал историю, клянётся, что правда.
Пару лет назад выдался у меня тяжёлый день, один из тех, что запоминаются на всю жизнь, а после, вспоминая его ты и сам удивляешься количеству совпадений. Да неужели же именно так всё было? Рассказал бы кто посторонний - ни за что бы не поверил. Такие ситуации, видимо, и рождают на свет божий россказни о порче и сглазе... Вышло так, что с утра я поругался с начальством, и так поругался, что дошло дело до увольнения. Уволили одним днём - мол, собирай шмотки и чтоб больше духу твоего тут не было. Это, правда, хорошо окончилось - шеф следующим же утром позвонил, извинился, и даже повысил зарплату. В расстроенных чувствах пошёл в кафе, вставил в ближайший банкомат кредитку, чтобы снять наличку, а этот крокодил её сожрал. Позвонил в банк, а там обычная тягомотина - мол, приезжайте к нам завтра, пишите заявление и в течение недели выдадим вам новую карту. Но самое паршивое случилось после обеда - вдруг позвонил телефон, я поднял трубку и узнал дядю Сашу, отцовского друга, у которого он гостил в Александрове. "Так и так, - говорит, - ездили с батяней твоим рыбачить на Плещеево озеро, а его там приступ хватил - что-то с сердцем. Сейчас лежит в больнице местной, приезжай скорее". И назвал заодно лекарства, которые нужны отцу (в больницах понятно какая сейчас обстановка) - сумма, в общем-то небольшая - около десяти тысяч рублей. Я сунулся в карман, пересчитал наличку - три с половиной тысячи. Эх, не вовремя я карты лишился... У дяди Саши занимать бесполезно - пенсионер он, дочь где-то в Туле живёт, не помогает ему, так что сам он еле перебивается. Бросился обзванивать знакомых: и тут неудача, дело было летом - кто-то в отпуске, кто-то на даче, кто-то трубку не взял. Решил: ну и чёрт бы с ним, хоть привезу отца в Москву, устрою в нормальную больницу, к знакомым, а там где-нибудь деньги найду. Сел в машину и почесал в Александров. И тут как назло ещё одна беда: тормознули меня на восьмидесятом километре дпс-ники. Так и так - не горят у вас, мол, дневные ходовые огни. Я вылез, отдал им документы. Водитель я тогда был неопытный, и трёх месяцев ещё не откатал. Видимо, дэпээсник это и подметил. Помню его - высокий такой, рыжий, капитан, кажется. Говорит: нарушение ваше серьёзное, я вот сейчас буду протокол писать, а мой помощник пока номера у вас снимет. И кивает действительно напарнику своему, молоденькому такому пронырливому пареньку. Тот всё понял, встал и с важностью пошёл к моей машине. По-хорошему бы их послать было надо, даже и не сказать, что я ПДД забыл, знал прекрасно, что то ли сто, то ли двести рублей за мою провинность штраф. Но всё у меня тогда в голове перемешалось.
- Ребята, родненькие, - говорю. - Ну простите меня на этот раз, ну отец заболел, а у меня - ни копья, на обратную дорогу на бензин едва хватит.
- У всех отцы болеют, - усмехается капитан и на помощника своего посматривает - мол, гляди, какой фрукт, что завирает.
- Да правда заболел, - уже задыхаюсь я. - Ну хотите вот позвоним сейчас другу отца, он всё расскажет, - говорю.
Капитан, кажется, поверил мне наконец.
- То, что у вас болеет родственник, не освобождает вас от обязанности соблюдать правила дорожного движения, - официально сказал он.
Я в жизни взяток не давал, но тут прорвало:
- Ребята, ну давайте на месте договоримся! Ну как-нибудь же можно решить вопрос?
Капитан почесал за ухом, встал со стула, пошёл в соседнюю комнату и важно так мне знак делает: ступай, мол, за мной. Закрыл он дверь, сел за стол и говорит: ну что, сколько у тебя есть?
Я как на духу достал бумажник, вывалил всю наличность, даже мелочь высыпал.
- Вот, говорю, всё, что есть. Но всё отдать не могу, войдите в моё положение.
Капитан собрал из кучи одни бумажки, брезгливо избегая меди.
- Всё, - говорит, - вы свободны, не нарушайте.
Вышел и помощнику своему, который уже театрально возле машины крутился, сигнал делает, - мол, всё, клиент свободен. Я мелочь ссыпал в карман, документы подхватил - и, на ходу проклиная доблестную нашу дорожную службу, за руль сел.
Проехал ещё вёрст пятнадцать и тут, как на беду, попал в ДТП - прижалась ко мне машина, я неосторожно манёвр сделал и услышал глухой стук удара. Остановился я, включил аварийку, и вижу, как из другого автомобиля выбегают двое парней - один к одной моей двери, второй - к другой. Это только потом я узнал, что попал в типичную подставу. Делаются они так: одна машина прижимает тебя спереди, другая сбоку трётся. Из той, что сбоку, пока ты следишь за передним автомобилем, тебе в бочину кидают какой-нибудь предмет, чтобы был звук удара - чаще всего обычную пластиковую бутылку с водой. Потом, когда ты останавливаешься, из машины вылезают два человека - один к твоему окну бежит, отвлекает на себя внимание, а другой с шкуркой или каким-нибудь царапающим предметом с другой стороны пристраивается и делает тебе царапину на правой бочине, чтобы было похоже на ДТП. Ну понятное дело, ты виновен - вмятина у тебя на правой стороне, у него - на левой, звук сигнала был... Всегда эти ребята стараются на месте вопрос решить, с гаишниками, если там нет их друзей, им связываться резона нет. Лучше всего, не вступая с ними в разговоры, сразу же уезжать. Но тогда я этого не знал. Подходят ко мне два парня - один, очевидно, какой-то кавказец, а другой, вроде бы, русский - маленький такой, плечистый. Он постучал мне в стекло, я открываю окно.
- Ну что делать, - говорит, - будем. Ментов ждём или как?
- А что можно сделать? - спрашиваю.
- Ну на месте рассчитаемся. Ты на десять штук крыло мне помял. Да чего ты сидишь, выходи давай.
Я открыл дверь, вышел и, буквально повалился в придорожные кусты, последняя эта история уже просто как серпом меня подрубила. Парень, кажется, оторопел.
- Мужик, ты чего? - спрашивает.
Я ему всё и рассказал - не чтобы разжалобить, на это я и не надеялся, а просто чтобы камень с души снять. Парень помог мне подняться на ноги, выслушал меня внимательно.
- Вазген, - крикнул он по его окончании, - принеси мне барсетку мою с переднего сиденья.
Кавказец принёс сумку.
- Слушай, - говорит. - Извини мужик, что вышло так, не знали мы. Возьми вот, - и протягивает мне три бумажки красненькие по пять тысяч.
- Да нет, я не возьму, - отвечаю.
- Ну как хочешь, - говорит. - Ладно, езжай, претензий у меня к тебе нет.
Пошёл к своей машине, сел и уехал. Я обошёл свой драндулет, чтобы хоть мелком оценить повреждения - оказалось, ерунда - пара царапин, а потом вернулся, чтобы сесть на водительское место. Смотрю, а на торпеде у меня эти три бумажки лежат...
Приехал в Александров, отцу купил всё, что нужно, а потом ещё неделю жил в городе - врачи запретили больного перевозить. Как спасли меня эти деньги, ты не представляешь. Не знаю, что бы было без них - вернее всего, помер бы отец...
Как еду по этой трассе, всё ищу своего спасителя. Номер не запомнил, помню только, что на серой Ауди А8 он был...

40

Привет всем :)
Было это в 90х - веселые годы студенчества. Эх, как было ...
А было так ...
Нынешнее поколение студентов избаловано наличием всяких пластиковых емкостей.. полторашек, трехлитровок и т.д. и совсем забыло что не так давно всего этого богатства не было. Студенческое братство под пивные емкости использовало буквально все, что попадется под руку: трехлитровые и всяколитровые стеклянные банки, канистры, грелки и даже простые пакеты - все шло в ход.
Так вот, выпала нашей компании удача несказанная - пригласили нас девчёнки посетить женское общежитие на предмет попить пивка со всем к этому прилагающемся, а надо сказать что попасть в женское общежитие престижного вуза штука непростая и многоприятная, чего возжелала практически вся мужская половина студенчества, так было, есть и будет во веки веков ...ь. Дело было аккурат после нового года, так что сборы были недолгими. Собрали мы вчетвером наши сбережения и на них было закуплено посильное количество сего животворящего напитка на знакомой пивной точке, не бавленное, свежее, нефильтрованное, вообщем то самое. Ну а так как обладателями стеклянной тары мы небыли, то набрали мы его в простые пакеты. На каждого пришлось по паре пакетов, в каждом соответственно по 5 литров. Как раз разгуляться. К нему взяли немудрящей закуски, рыбки и вперед..
Подходим мы к общаге, а нас на входе девченки встречают чуть не плачут. Говорят что охраняет сей храм наслаждений злая вахтерша и никого окромя лиц женского полу внутрь не пускает - грит не велено. И что путь нам один - взобраться по отвесной стене на третий этаж, так как первые два решетками от страждущих защищены. Ну мы им пиво с закусочкой вручили, а сами к этой стеночке. Мама дорогая....
Мало того что стена обледенела по случаю новогодних праздников, так еще взбираться предстояло на балкон, который выступал из стены на уровне третьего этажа, на втором этот балкон кем-то был неровно срублен, а дверь решеткой заварена. Короче паркур с альпинистами нервно курят в сторонке.
Тут и началось наше звездное выступление, благо зима - сугробы в метре от стены, так бы разбились наверное. Долезаешь до второго, а там жесть - все во льду, срываешься и тут главное вовремя о стены оттолкнуться, потому что если до сугробы не долетаешь - очень больно. Пробовали мы и так и этак - не выходит и все. Самая лучшая попытка была с забрасыванием человека - но получалось только до балкона добросить, а там зацепиться вообще нереально и падаешь на асфальт, плашмя с третьего почти этажа. Короче развлекались мы так наверное с час - все перепробовали. Это надо было видеть - мы штурмуем, а над нами все балконы девченочьим населением этого общежития облеплены - все хотят посмотреть да поучаствовать. А у нас полное фиаско - нефига не лезется, просто беда. Я сам пару раз мимо сугроба попал мягким местом, аж слезы от злости из глаз.
И в какой то момент не выдержал я, лучше, говорю, буду через вахтершу прорываться, даст бог уболтаю. Собрал всю волю к победе в кулак, весь словарный запас подготовил и в путь. Снег только малость с себя стряхнул - захожу, очки сразу запотели от моего горячего дыхания, не беда . . думаю прорвусь в наглую . . пру . . и тут . . "Юра здравствуй, ты куда?"
Снимаю очки, а там моя соседка тетя Фая :) хороший человек, ответственный и добрый, старая подруга моей мамы. Вот дела, я и не знал что она там работает.
Ну я ей и залил о подготовке к перездаче тралала и бла-бла-бла. Мол вот отдохнули с ребятами на горке, а теперь и поучиться не грех. Так что рано на выход нас не ждать, учить МНОГО да еще и курсовик... Конечно пропустила без проблем :) Встречают нас девченки на лестнице полным составом - аж светятся. Ну мы сразу к ним в комнату пошли...открываем дверь...а там МОРЕ пива. В том смысле что волна аж через порог плеснула.
Эти "хорошие" девочки все пиво у стеночки составили, а пакеты имеют одну особенность - переворачиваются запросто, так они еще и все ушли на наш штурм смотреть )) И все соседки снизу, да вообще все кто был в этот момент в общаге ))) И это пиво аж на три этажа вниз протекло.
Даааа....не срослось у нас в тот раз с женской общагой :)

41

Скопипащено с сокращениями

БОТИНКИ

Ах, какие у меня были шикарные ботинки! Мягкая светло-коричневая кожа, заостренные носки, последний писк летней моды! Я их купил в Москве, и когда ехал в Мьянму, у меня не было вопроса, брать их или не брать. Конечно, брать!

<...>

Однажды, в разгар сезона дождей, мне позвонил мой друг Чжо.

-- Сегодня новый министр улетает с визитом в Японию, - сказал он. -. Я еду в аэропорт на проводы. Поехали вместе?
-- А чего я там буду делать? – спросил я.
-- Да ничего. Просто посидишь со всеми в вип-зале. Может, министр задаст тебе какой-нибудь вопрос.
-- Но я не похож на японца, - возразил я.
-- Японцев он в ближайшие дни еще насмотрится, - философски заметил Чжо. – А вот русских он там точно не увидит...

<...>

-- Хорошо, - сказал я. – Заезжай за мной. Надеюсь, галстук не надо?
-- Нет, офисная рубашка с длинным рукавом будет в самый раз, - сказал Чжо. – И ботинки! Обязательно ботинки! Никаких тапок!

За окном продолжал поливать дождь, а я стал думать, что мне надеть.

<...>

Разглядывая гардероб, я размышлял о том, что надеть черные официальные брюки – значит капитулировать перед всеобщим мокрым пессимизмом. Тем более, что на глаза сразу же попались темно-зеленые штаны, которые я не надевал уже почти полгода. <...> Надевая эти штаны, я чувствовал себя героем, бросающим вызов дождливой серости окружающего мира. И уже под влиянием нахлынувшего драйва, я уверенным шагом направился туда, где на стеллаже для обуви тускло сияли мои светло-коричневые ботинки...

<...>

Перед вип-подъездом, расположенном в самом начале здания аэровокзала, зажглись фонари, и моросящий дождь создавал вокруг них желто-голубые круги света. Машина остановилась под навесом у входа Я открыл дверь и встал ногой на мокрый асфальт.

И вот именно в этот момент я понял, что на ботинке лопнула подошва. То есть, даже не лопнула, а расползлась, как расползается мокрая промокашка, если ее тянуть в разные стороны. Ощущение было настолько новым, неожиданным и непривычным, что я, видимо, сильно изменился в лице.

-- Что случилось? – спросил Чжо <...>

-- Ботинки.... – только и смог сказать я.

Короткий отрезок от машины до входа в вип-подъезд принес мне столько новых жизненных впечатлений, сколько иногда можно получить лишь за несколько лет жизни. Оказывается, кожаный верх для ботинок – совсем не главное. Главное – это подошва, сделанная из какого-то полимерного материала. И этот полимер не выдержал мьянманский климат – он просто начал рассыпаться. Причем, он разлагался по частям, и с каждым движением ноги при шаге отваливалось несколько новых маленьких бесформенных кусочков.

Я зашел в холл и проковылял к сиденьям, где обычно обслуга ожидала высоких гостей. Чжо сочувственно смотрел на меня как на человека, у которого по меньшей мере сожгли дом и взорвали машину.

-- Ничего-ничего, - ободрил меня Чжо, глядя на ошметки подошвы, обозначающие мой путь от входной двери. – Главное – делай вид, что все в порядке. За тобой уберут. Сейчас мы внизу поприветствуем министра и вместе с ним пойдем наверх, в вип-комнату... Там посидим и поговорим...

Настало время построиться в шеренгу, мимо которой министр должен был пройти и пожать каждому руку. Я встал со стула и начал перемещаться к месту построения. К этому времени я уже освоился в новой ситуации настолько, что смог избрать оптимальную походку – это была походка лыжника-тормоза. Шаркая ногами по полу, я занял свое место в строю.

Министр был одет в черный костюм, и этим отличался от своих сопровождающих, которые поголовно были в юбках. Сопровождающие должны были остаться в Мьянме, а министр летел туда, где вид мужчины в юбке мог быть истолкован неверно.

Он шел мимо выстроенной для рукопожатия шеренги и здоровался с каждым за руку. И тут я заметил, что шеренга немного сдвигается назад, чтобы дать министру стратегический простор для рукопожатий. А значит – подвинуться назад нужно было и мне, иначе министр просто уперся бы в меня как в фонарный столб. Но тащить ботинки назад - значило дать возможность отвисающим кускам подошвы задраться в обратную сторону, сломаться и отвалиться. И не исключено, что передо мной образовалась бы неприличного вида серая кучка из малоаппетитных кусков подошвы.

Именно поэтому когда министр приблизился ко мне, я продемонстрировал ему такое замысловатое па, которое сделало бы честь любому марлезонскому балету. Протянув руку для рукопожатия и по мере сил изображая радость от встречи, я начал мелко-мелко семенить ногами, по миллиметру передвигая их назад. Министр пожал мне руку, внимательно посмотрел на меня и переключил внимание на следующие протянутые к нему руки.

Наверх я идти уже не собирался. Во-первых, потому что с меня уже хватило приключений, а во-вторых, я бы все равно пришел туда уже босиком. После того, как министр пойдет наверх, думал я, будет самое время незаметно вернуться обратно, сесть на стул и, не дрыгая ногами, спокойно подождать Чжо.

Реальность, как всегда, превзошла мои самые смелые фантазии. Министр, закончив пожатие рук, вдруг не пошел наверх, а остановился и начал о чем-то оживленно разговаривать с сопровождающими. И тут Чжо решил, что наступил его час.

-- Вунчжи, разрешите представить нашего русского партнера, который помогает нам в работе, - сообщил он и начал энергично делать мне приглашающие жесты.

Наверное, моя сардоническая улыбка и походка зомби, с которой я медленно приближался к министру, всерьез его напугали. Министр отступил на шаг, заставив меня сделать еще несколько вымученных танцевальных движений.

-- Вы из России? А какая сейчас в России погода? – спросил он меня.

-- В России сейчас лето, - тоскливым загробным голосом начал я. – Там сейчас светит солнце...

-- Это хорошо, - улыбнулся министр.

-- А самое главное, - почти с надрывом произнес я. – Там сейчас сухо!

Видимо, в этот момент министр окончательно понял, что от такого странного типа как я надо держаться подальше. Он быстро пожелал мне удачи и стал разговаривать с кем-то из сопровождающих. А я начал поворот на месте, чтобы двинуться назад.

И в этот момент я понял, что повернуться-то я повернулся – но каблук мои движения не повторил. Нужно было или уходить, оставив на полу отвалившийся каблук, или стоять истуканом возле министра как человек, которому от него еще что-то нужно.

Я выбрал первое и двинулся к стульям. Походка лыжника на сей раз осложнилась тем, что одной ногой надо было изображать наличие каблука, который остался где-то позади меня на полу. У любого Штирлица при виде этой картины защемило бы сердце: пастор Шлаг действительно не умеет ходить на лыжах. Лунатической походкой я ковылял прочь от этого места.

Внезапно наступившая позади тишина заставила меня оглянуться. Министр и с десяток сопровождающих его людей ошарашенно переводили глаза то на лежащий на полу каблук, то на меня, походкой паралитика удаляющегося с места событий. А траекторию моего движения обозначали выстроившиеся в линию на полу мерзкого вида ошметки разложившейся подошвы....

Через неделю я заехал к Чжо в офис. День уже был не таким пасмурным – сезон дождей постепенно кончался. В эти дни мьянманцы дружно перестирывают и развешивают на сушку одежду и простыни, а уличные уборщики собирают с дорог лопатами грязь, оставшуюся от хронического наводнения в даунтауне.

-- Знаешь, министр уже вернулся. Я вчера ездил его встречать. – Чжо улыбнулся. – Извини, тебя на этот раз я не пригласил.

Чувствовалось, что он готов расхохотаться.

-- И как твой министр съездил? – хмуро спросил я.

-- А не знаю, как он съездил, - махнул рукой Чжо. – Он со мной не говорил о визите, а только вспоминал твои ботинки. Он просил меня обязательно купить тебе новую обувь. Видимо, твои ботинки стали для него самым запоминающимся впечатлением от этой поездки.

-- Не нужны мне никакие ботинки.. Лучше я вообще никогда не буду ездить провожать никаких министров.

-- Да не переживай ты так! – улыбнулся Чжо. – Теперь ты уже для министра близкий друг – он точно тебя не забудет никогда. <...>

42

Пре-анек.
Пошел в баню еврей-выкрест, разделся. Окружаюшие его просят :"Иван Абрамыч, ты или крест сними, или трусы надень".
Вчера после обеда - душная, липкая жара. На остановке стоит толпа народа, обливаясь потом и ругаясь - автобуса что-то очень долго нет. Над остановкой, на балконе второго этажа, сидит под зонтиком огромный араб в этой их длинной рубахе-галабии и с длинной бородой, и пьет из запотевшей от холода бутылочки "Хайнекен", причем отнюдь не безалкогольный его вариант. Я бы даже сказала, демонстративно как-то пьет, с вызовом, и тут же ряд пустых бутылочек стоит. Народ на остановке его злобно разглядывает - мусульмане с осуждением, остальные с завистью. Хотелось ему сказать - мужик, ты или галабию сними, или пиво не пей. Или уйди от греха с пивом в комнату, не буди в народе зверя.

43

Белый острый соус.

Знаете анекдот: - Девушка, Вы танцуете?
- Танцую, пою, играю на рояле.
- Что ты плетешь?
- Плету, вяжу, вышиваю крестиком.

Я это к чему? Да взбрела мне голову блажь - научиться плести макраме. Бред полнейший, но это, как говорится – мои трудности...
У соседок я узнала, что этим мастерством в совершенстве владеет Михална из 2-го подъезда. Созвонившись с ней, была приглашена на консультацию.
У соседок я еще узнала, что у Михалны имеется 2-х ком. квартирка, и большую комнату она сдает в наем, т.е. берет квартиранта. Именно мужчину. "И не надо хи-хи", как говорит Задорнов. Мужик в доме пожилой\старой женщины нужОн только для забивания гвоздей, перестановки мебели и прочей хозяйственной надобности.
Сейчас у нее новый жилец - парниша лет 19-ти. Приехал он покорять столицу. Понятно, что отсутствие образования и опыта, но наличие моря амбиций, смазливой мордашки и кучи бицепсов и трицепсов дали ему одно направление в трудоустройстве – стрип-бар, с дальнейшим карьерным ростом в "проституты".

Когда я пришла, Михална была немного занята. Дожаривала мясо с баклажанами, и общалась по телефону:
- Лэо, ты во сколько будешь? ... А, хорошо, ужин будет в мироволновке, как обычно ... Что тебе приготовить? Мясо жареное будешь? ... Нет? Хорошо, приготовлю в БЕЛОМ ОСТРОМ СОУСЕ, подойдет? ... Все, пока.
- Квартирант мой, - пояснила она мне, - присаживайся, еще пару минуточек и я освобожусь. Я тут ему подрядилась за отдельную плату еще и готовить.

Я немножечко прифигела, представляя, сколько мне придется сидеть в душной кухоньке. По своему опыту приготовления белого острого соуса, я точно знаю, что 2 минуты это не займет.
Но, не успела я и расстроиться, как Михална развила бурную деятельность, сопровождая всё комментариями:
- Так, мисочка, туда немножечко мучицы, сливки... Хм, а у меня даже молоко закончилось. Да ладно...
Достает из шкафчика банку с белым порошком, высыпает из нее 3 столовых ложки в миску, немного подумав, добавляет еще парочку, со словами:
- Порошок СУХОГО молока плохой цвет имеет, надо добавить чуточку яичного порошка. Так.
Все это размешав в водичке из-под крана, она удовлетворенно хмыкнум, вылила в мясо, перемешала и воскликнув, "Господи, чуть не забыла", кинула туда жгучий перец чили:
- Для антуражу!
Вытирает руки фартуком и закрывает "мясо в белом соусе" крышкой.
- Все! Пошли учить тебя мастерству плетения буду.

- Скажите, а ... хм, он это есть будет как мясо под ... ? – только и смогла вымолвить я.
- А то! Днем мне будет еще и рассказывать про ПОСЛЕВКУСИЕ. Он осваивает модные манеры. Ну, а я как могу ему в этом "помогаю", так сказать, - усмехнулась Михална.

"Гурман" он, однако, если ЭТО еще и хвалить будет ...

44

Одинокая задница

Летом, когда нет дождя, я сплю на открытой веранде.
Чтобы попасть в неё, надо открыть большую стеклянную дверь спальни и спуститься по приступкам.

Двор огорожен низенькой изгородью, примерно 50 см.

За изгородью вьётся пешеходная тропинка. По сторонам фонари, типа шаров на столбах. Светят мертвенным светом, довольно ярким.

Обычно ночью по этой дорожке никто не ходит, окромя подвыпившей публики. Но, это редко. Разве после праздников или футбольных матчей.

А сплю я на свежем воздухе, на старинном диванчике, в окружении деревьев, цветов и трав. Небо чистое, звёзды мерцают. Лепота!

Чтобы ничто не беспокоило во сне мои расслабленные члены, я одеваю широкие шелковые шаровары на тесёмочках. Без трусов.
И короткая майка, без рукавов. Жарко, ведь.

В доме то я, вообще-то, голый сплю. Без одежды, оно, как бы, полезно.

Ну вот, лежу, значит, дремлю себе потихоньку.

И будит меня непонятный шум. Настораживаю ухи. Слышу женские голоса. Тут и глаза сразу открылись.

Глядь, на дорожке две молодые барышни, проверяют друг друга на трезвость. Руки в стороны расставляют, по воображаемой прямой пройти пытаются, носит их из стороны в сторону и даже на землю присаживает. Но странницы, заливаясь смехом, с пьяным упорством доказывают друг другу, что они сама трезвость.

При этом, уже падают на изгородь моего двора.
Слава богу, что комплекция у барышень мушиная, а то изгородь давно бы повалили.
Короче, шум, гам, как на базаре!

Понимая, что спать на воздухе уже не придётся, встаю, подтягиваю свои шаровары и ставлю ногу на приступочку, намереваясь взойти в комнату и доспать на кровати.

А надо сказать, что деревья, которые в саду, своими ветвями не пропускают свет от фонарей в полном объёме, а, эдак, полосами.

Верх и низ моей веранды не освещен, а посередине мощный поток света.

В общем, подтянул шаровары, поставил ногу на приступочку, отпустил шаровары, открываю стеклянную дверь в комнату.

И, по закону подлости, шаровары мои скользят вниз, выставляя на всеобщее обозрение мою задницу в мощном луче света от фонарей, скрывая верхнюю и нижнюю часть моего туловища.

Сзади слышится лошадиное ржанье двух пьяных кобыл и возглас:

- Глянь, Юля, жопа-то, сама ходит!

45

Так получилось, что за бугор я смог попасть в уже довольно взрослом (предпенсионном) возрасте. Знаете, работая в Средмаше, я даже не мог надеяться, что меня пустят хотя бы в турпоездку в Англию, а тут подвернулась халява – обучение по новому девайсу за счет принимающей стороны. Поскольку пригласили только троих, то решили, что поедет шеф, его заместитель и я – начлаб, который будет эксплуатировать чудо техники (вполне приемлемый расклад). Надо сказать, что, несмотря на возраст, у меня, как оказалось, были весьма наивные представления об их нравах, что не преминуло выползти наружу. Так, в первую же ночь в отеле я выставил в коридор туфли для чистки. Хорошо, что хоть не спи..или… Однако правило «джентльменам верят на слово…» работало, т. е. в приотельном ресторане достаточно назвать номер комнаты и выпитое-съеденое будет внесено в твой билл. Этим за завтраком в первый же день не преминул воспользоваться зам. шефа (назовем его Дима), записав в шутку всё на мой номер 2. Я, конечно, не обиделся (платит фирма), но зуб нарисовал… По характеру Дима оказался жутким ипохондриком, к тому же с комплексом неполноценности. Так, его очень обидело, что ему выделили комнату №3 (в этом отельчике комфортабельность была обратно пропорциональна номеру). Ларчик открывался просто: в резюме у нас с шефом значилось HEAD (начальник), а у Димы – DEPUTY (заместитель). Табель о рангах, блин… Так вот, вечером того же дня мы после работы заехали поужинать в небольшой ресторанчик, где шеф, как истинный русак, решил пить только водку, чем задолбал официантку, уставшую носить ему дриньки. Приехав в гостиницу, он с удивлением заметил, что трезв, как стеклышко, несмотря на старания официантки. Подсчет показал, что выпито было несерьезное кол-во размером в 120 грамм, посему я предложил продолжить алкоголизацию в баре отеля. Дима гордо отказался, а мы заказали по дабл мартель, потом еще и еще, а когда пришла пора расплаты, честно записали всё на намбер фри. Так повторилось и в следующий вечер… Надо было бы видеть лицо представителя фирмы при оплате счетов за отель: он долго с недоверием изучал счет Димы, не понимая, как этот скромник, который пил только пиво, глушил вечерами коньяк стаканами, да ещё и в одиночку. В конце концов, политкорректность взяла своё, и со вздохом счет был оплачен. Диме мы тайну открыли только в поезде на пути в Лондон. Теперь зуб был нарисован на меня…

46

История одного прозвища* (* все вымышлено, совпадения случайны) 16+))

Было утро. Яркий свет из незадёрнутого окна говорил – пора вставать. Он открыл по очереди глаза. Все же надо встать.- подумал он и окинув взглядом комнату, стол с подготовленной на сегодня тетрадью по лексикологии. Сегодня только одна пара после обеда и ПЯТНИЦА начнет свое студенческое безумие. По планам должны были на уехать загород большой компанией на все выхи, куда уже вчера уехала его девушка. Он сладко вспомнил ее – она первая его любовь, она строящая забавное выражение лица полу блаженной, ее ехидная улыбка, она искрящая своими экстравагантными поступками и экспериментами со своей внешностью, всегда привлекать и быть в центре внимания, и так долго не отвечавшая взаимностью. Она стала его. Сколько он бегал за ней. Ждал с учебы. Смотрел в след других ухажеров из их компании. Свою нерешительность пригласить в кино. Весна действует на всех – были они вместе в прошлые выходные и вот, наконец, следующие.
Но тут он почувствовал почесун и жжение в интересноМ месте. Встал с постели, на автомате включил ноут и побрел до фарфоровой комнатки. Тут его ждало неприятное открытие, которое его заставило быстро вернуться к компу. Сайты по медицине дали один ответ – ТРИППЕР. Родители уже ушли на работу по своим кафедрам и НИИ, что дало нашему герою поорать ругательства на всю квартиру, стены которой никогда не слышали таких буквосочетаний
Но что-то надо делать. Надо лечиться, а вдруг и не оно, и посмотрев на время, он побрел в больницу. Озираясь по сторонам, его преследовала мысль, что на него все смотрят и осуждают. Там с понурым видом, попал в нужный кабинет, сдал анализы, получил результаты, необходимый рецепт и рекомендации от доктора, который с равнодушным голосом объяснял ему и спрашивал: когда, с кем. «Юстас» не раскололся, сославшись на пьяный угар, но бумажку с рекомендациями для «участников» ему всучили.
Аптека, таблетки, универ. Сидел в лектории с потухшим взглядом, не слыша ничего, и только одно слово крутилось в его мозгу: ТРИППЕР, ТРИППЕР, ТРИППЕР… Потомственный интеллигент, блин. Родителям ни слова. Но, как? получается это ОНА, она его первая и единственная. …
Вечером сошел с пригородной электрички на перрон мелкой станции. И пошел тропинкой в дачный поселок. Свежий, теплый воздух, звуки леса, не успокаивали его, хоть и придали немного бодрости. Когда зареве заката начали проявляться крыши дач, его сердце застучало сильнее, и он остановился. Может вернуться домой? –промелькнула мысль. Нет, я обещал что буду. Все ведь уже там.
Открыв калитку увидел компанию в сборе и костер. Ребята стоявшие в стороне его заметили его и кивнули, у пары из них, правда получилось это слегка сочувственно. Мда, все понятно они как раз из бывших. Он подошёл и начал здороваться. В свете костра сидела его девушка и рассказывала ночную страшилку. На ее голове красовалось три красивых пера. Она заметила его и, улыбнулась ему, в своей загадочной манере. Он не стал подходить, ожидая, когда она закончит свой сказ.
Пламя костра переливалось и давало красивую игру светотени на лице рассказчицы, три пера чередовались то в одно, то в два, то в три пера, иногда получалось, что перья как лампочки на гирлянде переключались и бежали по волосам
Его мозг кипел, но он не знал что сказать ей, и стеснялся, и боялся. Триппер и ОНА??? Триппер и ОНА – ТРИ ПЕРА. ТРИПЕРа- забавно. Забавно. Триппер – три пера, мда.
Рассказ был закончен, она получив порцию похвалы ребят, как бы смущаясь поклонилась и встала на встречу ему. Они обнялись, он поцеловал ее.
- Просто чудо, Перочек ты мой.- вырвалось у него.
- Я – Перо! Мне нравится! Зовите меня Перо, Перья.
Всем эта идея понравилась…
Он так и не смог с ней поговорить, не хватило, наверное, твердости, или все та же природная скромность, кто ж его знает. Через пару часов тихо ушел на станцию и уехал домой…

... а она до сих пор представляется Перьями...
P.S. А одному парню дали прозвище ШРЕК – ну очень похож)

47

Давно.
Захожу в комнату к мастерам. Сидят две девушки, активно общаются, смеются и попивают КЕТЧУП из пластиковых бутылочек. Вот, думаю, ДУРЫ!!! Оказалось - нет. Через неделю увидел в магазине, что йогурт стали выпускать в красных бутылочках. Хорошо, что не успел им ничего сказать.
Сегодня.
Дежавю. Захожу в приёмную. Сидят две девицы, посмеиваются. В руке у каждой по школьному мелку розового цвета. И ОНИ ЭТО ЕДЯТ.
Оказалась пастила.
БЛЯ!!!

48

Новогодние котэ это такие котэ, без которых после Нового Года и вспомнить нечего. Хотя, в моем случае лучше бы, действительно, “нечего”
Все началось и закончилось в новогоднюю ночь.

Хотя нет, началось немного раньше, когда два достойных и благородных котенка, Сева и Лиса научились не пыхтеть друг на друга, а играть. Хотя играть… Я раньше думал, ну как играют два кота? Ну в “ладушки”, ну в “догонялки”. Ну, в крайнем случае, лапками друг друга по мордам постукают. Реальность оказалась намного жестче и громче.

Первый раз, когда ко мне под ноги выкатился орущий голосами хора Турецкого, серо-черно-полосатый, меховой комок, я подумал классическую мысль – “Все. Писец котенку”. В данном случае – двум. Тем временем комок наткнулся на мои ноги, распался на две неравных части, после чего части кинулись в разные стороны и настала странная тишина.

Тишина стояла ровно пять с половиной секунд, после чего комок опять как-то образовался посереди комнаты и принялся опять орать и перемещаться.
Мне котов жалко. А двух жальче, соответственно вдвойне. Поэтому я смело подошел к вертящемуся на одном месте комку и мысленно попрощавшись с дорогой мне частью тела, сунул руку в середину орущего меха.

Странно дело, но руку никто не рвал, не кусал и даже не сосал. Орущий, как тыща бабуинов комок, казавшийся сцепившийся зубами и когтями намертво, на деле, оказалось, держался за счет крепких объятий лап, ну и совсем тихонького прикусывания. Зато орал так, что кровь стыла в жилах даже у соседской старухи-вампирши!

Итак – Новогодняя Ночь. Вторая ее часть. Я сплю. Сплю не совсем тихо после застолья, (в смысле храплю), поэтому супруга дальновидно не стала меня бить в место храпа, а собрала подушку и ушла в зал. Там меня нет, там стоит елка и спят коты. Новогодняя идиллия, не омраченная моим храпом, блин.
Часа через два я проснулся. Мне снилось, что я стою на железнодорожных путях, а на меня со страшным ревом несется паровоз. А я стою как дурак, понимаю, что из меня сейчас сделает машина, а с места тронуться не могу. Открыл глаза, осознал, что это сон. Вздохнул. Но паровоз, почему-то все продолжал выть и куда-то нестись.

Пришлось прислушиваться. Из места “тишины и покоя” доносились звуки работающего в шахте добычного комбайна. Среди редких пауз тишины слышалось робкое “Пшик..Пшик…Пшик…” В комнате шла война. Вот это самое “Пшик” были звуки издаваемые пульверизатором. Именно им, заправленным фильтрованной водой мы иногда разгоняли зарвавшихся демонстрантов, вредителей и любителей лазить на стол. И любителей охотиться ночью на ноги торчащие из под одеяла, тоже.
В этом деле я достиг высот небывалых. Достаточно сказать, что через некоторое время боевых действий не нужно было даже открывать глаза. Я стрелял с любой руки. В темноте. На звук. На предельной дистанции. Был бы еще один пульверизатор, я бы палил и с двух рук. В общем, я был опытным и хладнокровным котобоем.

Чего не скажешь о супруге. Она нервничала и поэтому попадала редко, дальность стрельбы была не высокой и после ее стрельбищ коты, обычно ржали в углу, а на полу растекалась лужа неудачных выстрелов. В общем девиз “Выстрел-Цель!” был не для нее.

… Заслышав крики играющих котенков и робкие выстрелы супруги я решил пойти и показать мастер-класс.

- Ну, что тут у вас?! – я вломился в комнату сея справедливость и трепет.

Ндааа… Недооценил я снайперские навыки жены. Первый выстрел точняком влетел мне в правый глаз и начал стекать по щеке. Не ожидая второго, я ловко и технично ушел влево, где не менее технично, вошел в наряженную елку. Понимая, что романтика новогодней ночи закончится с падением елки, я опять ловко и технично ушел вправо. Где меня и настиг второй выстрел, теперь уже в левый глаз. Супруга, засев в засаде за подушкой палила короткими очередями на удивление метко. Вот, что опасность с людьми делает! – с некоторой гордостью подумал я.

- Надо прекращать этот балаган! – я решительно шагнул в центр зала – Да, и почему так тихо?!

Это была последняя моя внятная мысль в эту ночь. Следующей секундой я решительным шагом ступил в большую лужу и резко обрел прекрасное и волнующее чувство невесомости. С некоторым удивлением я отметил, что красивая луна за окном, почему-то закрылась моими мокрыми пятками с которых романтично капала вода. А вот задница, как-то не согласованно с мозгом ринулась вниз.

Звук удара моей туши об пол не смогла смягчить даже лужа. Правильно говорят, что вода не сжимается. Могу подтвердить со всей ответственностью! Было больно, обидно и мокро.

… За окном сверкали фейерверки, радовались люди, на все на это, с миллионнолетней мудростью смотрела луна. А в одной темной квартире, посереди лужи лежал техничный и ловкий человек, и только два кота сочувственно смотрели на него. И немного ржали.

49

- Слушайте, мы вам уже пятый раз подбрасываем наркотики, а потом сами их найти не можем! Куда вы их деваете?!
- Никуда не деваю!
- Вы тут бросьте над нами издеваться! Мы их, можно сказать, от себя отрываем ради дела, а он не знает! Где наркотики, гад?!
- Да ладно, ладно... вот они...
- То-то же! Вставай, гад, к стене! Руки выше! Та-а-ак. Понятые! Зайдите в комнату. Сейчас при вас мы проверим карманы этого человека. Черт!
Что такое? Опять?! Где наркотики, гад?! Понятые, выйдите на пять минут

50

Из рабочих будней...
Как-то подрабатывала фотографом на корпоративе, для всех участников "концертной части" - артистов и камерамэнов - была выделена отдельная, но всего одна комната, для переодевания и хранения техники... В числе прочих были приглашены двойники Мэрилин Монро и Чарли Чаплина. Надо сказать, что грим и костюмы у них были на очень высоком уровне, и работали они хорошо :)
В разгар вечера прибыл кордебалет, который немедленно выгнал всех мужчин из комнаты и начал переодеваться... Вдруг в комнату заходит Чарли Чаплин и бесполым, но очень громким голосом, даже с каким-то пафосом, произносит: "НЕ БОЙТЕСЬ МЕНЯ! Я - ЖЕНЩИНА!!!"