Результатов: 33

2

Сразу оговорюсь: мне нет никакого дела до сладких, не колышет, что они творят друг с другом тем более, что у нас в России нет пропаганды содомии. Непонятен замысел реальных западных правителей. Зачем они взяли курс на уничтожение белой расы – ведут агрессивную пропаганду ЛГБТ? Цель снизить рождаемость, достичь золотого миллиарда? Получается олигархия идет к цели за счет нашей расы, но, если белые будут истреблены нишу займут те народы, где правят традиционные ориентации – арабский мир, Китай, Индия, вся Африка. Вопрос сложный, и речь не об этом.
Дело было в начале 80-х. Закончив без потерь зимнюю сессию 2-го курса три долбоеба решили отметить это не заурядной пьянкой, а чем-то более глобальным, например: сдав пустые бутылки прокатится куда-нибудь на вырученные деньги.
Затарив нанятый Газон всем «хрусталем» пылившимся в гаражах, на балконах и дачах родителей направились в пункт приема, где персонаж по прозвищу Белобрысый высокий статный красавец пользующийся бешеной популярностью у женского пола имел блат. Заведующая, смазливая бабёнка лет 30-ти с большими женскими достоинствами, имела все атрибуты процветания (в то время): квартира, машина.. Зависая у Натахи, Белобрысый подтягивал и меня с Димычем, но мы не стремились туда из-за подруг - грубых дебелых торгашек.
О друзьях. Белобрысый (почти альбинос) с густыми вьющимися волосами, огромными черными глазами и необычной 190-ти см фигурой, где ноги занимали 2/3 длины (сидя он выглядел невысоким) делали его очень привлекательным. Неординарный и противоречивый: шкодливый или благородный, трусливый или отважный в зависимости от ситуации, он был порядочен и честен.
Мы с Белым терялись на фоне Димыча, которого сегодня прозвали бы Кинг Конгом или Годзиллой. Обладая специфической внешностью, походя на английского актёра Робби Колтрейна (Хагрид в фильме «Гарри Поттер») Димыч производил впечатление устрашающее и дикое, но был умён и эрудирован.
Проигрывая в быстроте реакции и остроумию Белобрысому, знаниям и логике Димычу, физически я был крепче занимаясь десятиборьем.
Объединяли нас (кроме дружеской симпатии) распиздяйские натуры, любовь к спиртному, бабам и полному отрыву, когда реальность превращалась в бессмысленную череду расплывшихся кадров.
Выручив 200 с лишком рублей (приличные деньги), решили! На Москву! Как студентам билеты по дешёвке. На дорогу любимая вьетнамская водка странного объёма бутылка - 0,65л, кажется. Поезд, бессонная ночь за распитием.
Подвисли в студенческой общаге Московского педа, где у Белобрысого были знакомства (до меда он отучился семестр в педагогическом, откуда был выгнан за (блядство) недостойное поведение).
Сессия закончилась — интернат был пуст. Уснули. очухались под вечер и закрутилось... Уже потом, когда окончательно протрезвели, пытались восстановить картину, но перед глазами мелькали отдельные туманные кадры реальности: вот спасаемся от ментов на какой-то стройке; едем на угнанном «Запорожце» по ночной Москве (как только завели зимой?); в сознании отпечаталась фраза интернатской сторожихи: «Где вы таких блядей нашли?». Димыч с целью экономии бросил в народ клич: «Пить, только пить». И в эти дни нашей единственной закуской была морская капуста – самые дешёвые консервы. «Всё хорошее быстро кончается» (с). В одно «больное» утро, едва дождавшись одиннадцати, купив и похмелившись, посчитали. Хватало только на обратный путь и впереди замаячил грозный призрак похмельного синдрома. Что делать? Где снискать «хлеб насущный»?
Всё связанное с насилием не обсуждалось – не смотря на устрашающий вид, пьяный угар, мы были людьми порядочными и сердобольными. В светлую Белобрысую голову, затуманенную винными парами, пришла идея... Добавлю к его характеристике: выходец из закрытого города, сын член-кора. – физика ядерщика. В школе, где он учился среди детей и внуков академиков, рафинированное поведение и этикет были нормой, но приехав в областной центр к бабушке и поступив в институт он «сорвался с цепи». Сейчас наш Белый - профессор, зав. кафедрой.
Задумка Белого. У сладких есть «пятак» у Большого Театра. Он изображает гомо, снимается, а мы шантажируем (обращаю внимание: АТЕИСТИЧЕСКИЙ Советский Союз БОЛЬШЕ придерживался библейских заповедей и традиционных ценностей, чем сегодняшнее, особенно западное общество - в то время гомосексуализм позор и была статья за мужеложество).
Под винными парами, когда все кажется простым и легко достижимым, план был принят. Выдвинувшись к Большому, где вскоре Белый с мелким мужчинкой пошли в метро, на окраинной станции у многоэтажки мы с Димычем взяли за шкирку развратника. Три пьяных мордоворота, ночь, ни души… Кое-как успокоив бедолагу, объяснили, что сейчас у отряда по борьбе с гомо (на ходу придумали) рейд и, что он может предложить для избежания огласки и позора. Отобрали у мужчинки, назвавшимся сексологом, изучающим на практике…, документы и, оговорив сумму, назначили встречу в метро, где больше народу.
В назначенный час мелкий широко щерясь подошёл к Белому и быстренько сунул ему в карман сверток, а выросшие из неоткуда ментовские потащили другана в неизвестном направлении. В растрёпанных чувствах вернулись в общагу, накатили по стакану и пригорюнились. В Белобрысом были уверены – не сдаст, но хорошего мало… Однако скорбели не долго – не прошло и двух часов как на пороге «нарисовался» довольный Белобрысый. Залудив стакан, фыркая от смеха рассказал. Притащили его в отделение при станции, заставили достать из карманов ВСЁ, но он, что дурак (как сказал бы Кирпич) из кармана срок вынимать. Ну, и дальше по схеме: добрый – злой. Мурыжили минут двадцать – видят не колется. Давай по душам. В конце разговора чуть ли не в друзья стали набиваться. «Смотрю» - говорит. «У одного глазки стали масляные – смотрит на меня как кот на сметану. «А ты не наш?» - спрашивает. «Давай мол встретимся». «Ладно, только не рассказывай никому и друзьям скажи, что б не болтали». И отпустили».
На этом наша Московская эпопея закончилась. На остатки денег взяли литруху и пустились на перекладных (пригородных электричках) домой. Где и были через сутки голодные и одуревшие от бессонницы и похмелья.
Воспоминания… Грусть о прошедшей молодости, безрассудству... Этот рассказ о том, как респектабельные люди, трезвые, здравомыслящие, отцы семейств, не были занудливыми ботанами в молодости, шалили и развлекались не совсем праведно.

3

Для Гарика О про превращение или как Соломон познакомился с Абсентом....

Лет пятнадцать назад мы как то небольшой компанией выехали на море в Евпаторию.
Надо сказать что к нам в нормальную мужскую компанию с нормальными мужскими вкусами на три дня проездом затесался один гламурный перец, который выглядел как настоящий метросексаул, но так как рядом с ним находились два крепких товарища все обходилось мирно.
Второй день он решил проставиться так как ему мы сосватали девушку из Минска, которая сразила его тем что быстро определила что у него на руке Брайтлинг, и описала марку всех его шмоток до ремня.
Вечер набирал веселье, когда в клуб зашла красивая девушка лет двадцати пяти, в красном облегающем платье да еще и блондинка с подругой.
Второй товарищ подкатил к ней яйца буквально в начале вечера но получил деликатный отлуп и перепоручил мне попробовать познакомиться сказав что подружку хоть она и страшненькая берет на себя.
Через час я уже знал что она Таня из Харькова, и как я понял она не возражала если мы вечер проведем вместе после того как они от души потанцуют.
И тут наш красивый товарищ заказал нам Абсент с кофейными зернами, который поджигают, переливают в стакан огонь гаснет, его надо выпить, зажевать кофе и потянуть через трубочку из под бокала на салфетке воздух.
Понравилось очень, штырило лучше водки, решили повторить еще раз, потом еще...
Короче к концу вечера я понял что начинаю уходить решил взять даму и отвалить.
Подхожу к блондинке в красном платье и говорю - Ну что Танюша, рулим ко мне?
- Поехали!
Помню что очень хотелось пить, благо кулер в номере был, ночь была долгой как и секс который очень понравился.
Утром с бодуна продрал глаза и увидел что со мной вместо красотки на постели лежит не молодая и красивая Таня из Харькова а какой то извините крокодил в возрасте где то как баба ягодка опять или немного старше.
Смутно пытаясь понять такую метаморфозу я задал вопрос - А ты кто?
- Я? Я Наталья Ивановна, бухгалтер из Перьми?
- А где Таня из Харькова?
- А я откуда знаю?
- Ты подошел, обнял за талию и говоришь ну что Танюша едем ко мне?
- Так ты же не Танюша, что ж ты не отказалась?
- А ты бы отказался на моем месте, да и я подумала что это игра такая.
Со слов товарища ...
Как потом рассказывал он, ему в первый раз довелось увидеть такой охуевший взгляд у Тани после того как я весь вечер за нею ухлестывал а потом развернулся взял за талию старушку в красном и свалил в неизвестном направлении.
Вот так закончилось мое первое и последнее знакомство с Абсентом.)
Да, на следующий день я реабилитировался, но это совсем другая история...)
05.06.2023 года

4

Эту историю рассказал мой хороший знакомый, не претендующий на славу и поэтому не публикующий эту историю сам. Произошло это в 1978 году.

Тринадцатое кольцо

Это действительно случившаяся реальная история.
В деревеньке под Питером, на нашей даче, где я приглядывал за сестренкой 3 лет, мне было примерно в 15 лет, неподалеку от нас копали колодец. Прежде я ходил за водой в далекий колодец, за полкилометра. Тащить полные ведра даже на коромысле было тяжело….
В общину на деревеньку от Администрации района были предоставлены бетонные кольца под колодец по адресу рядом с нами, но с условием, что бы копали этот колодец своими силами.
Было так принято, что рядом живущие, кому этот колодец необходим, или сами участвуют в обустройстве колодца, или помогают деньгами.

Мы жили рядом, мне было почти 15, я естественно пошел копать.
За сестренкой на это время приглядывала девочка, живущая в этом же доме, через стенку от нас, в семье снимающих комнату дачников у соседей.

Технология организации колодца состоит в следующем:
Есть первое бетонное кольцо, вокруг которого и внутри которого окапывается земля, яма, покуда это кольцо не провалится вниз до уровня земли.
Потом на это первое кольцо устанавливается второе.
Под первым выкапывается грунт вертикально, что бы оба кольца просели вниз.
Потом третье кольцо сверху, тоже подкоп под первым, пока не просядут уже три…
Ну и так далее….
Над колодцем была тренога с блоками перетяжки канатов на которых опускали пустые ведра и поднимали их же, полные породой.
В моем случае было 12 колец по 1,2м каждое.
Общая глубина колодца составила 14 метров…
В колодце из бетонных колец лопатой и большими плечами особенно не размахнешься.
Поэтому к работе привлекали худых (тощих) подростков, типа меня… (в свои 15 я был худеньким и симпатичным)
До 5-го кольца была трудная порода – глина с камнями, а с 5-го чистый мокрый песок.
Когда идет сдвижка колец, ощущения не самые приятные… стены вокруг тебя падают вниз… а высоко-высоко над тобой свет превращается в узкую трубу….
Докопались до 12 кольца, ствол колодца просел, сверху поставили 13-е кольцо.
Я усердно копаю яму под него… Песок уже наполненный водой, мы совсем близко к водяной жиле!
И вот 13-ое кольцо проскальзывает вниз…

И вдруг оно сдвигается по горизонтали на полметра!!!
Это давление воды во внутреннем песочном пласте в сторону реки, мы попали в водоносный слой! Подземная река текла себе размеренно сквозь песок, под глинянным панцирем сверху, а тут наше кольцо… Она его начала сдвигать со своего пути…

Сказать, что я испугался, ничего не сказать…
Описался от ужаса, представив себя заживо погребенным в этом колодце….
Появилась вода внутри кольца и ее уровень начал быстро подниматься!
Мне было видно свет в половине того, что видел раньше.

Заорал так, как никогда!!!

Меня стали срочно поднимать наверх. А никак, застреваю!!! БОЛЬНО!!!
- УСОХНИ - крик сверху, - ВЫДОХНИ!!!
Встал ногами на полочку, на которую прежде садился, выдохнул, втянул живот, вытянулся в струнку, поднял руки и голову, повернул голову вбок, закрыл глаза…молился Богу, что бы вытащили…
Сквозь щель в полметра меня вытащили на поверхность.

Через несколько минут щель исчезла, кольцо со скрежетом о верхние кольца (его было слышно) продвинулось дальше, открыв фонтан воды, заполнившей колодец через край, вода била через край сильным фонтаном чистой прозрачной воды – река сбрасывала давление.

На улице я был в шоке! Еще бы пара минут и меня бы не было! Оказался бы навеки замурован под толщей породы на глубине 14 метров,, закрытый в 13-м бетонном кольце…
Я сидел на холме вырытой земли и молчал, завороженно глядя на этот фонтан, не реагируя ни на что… Потом меня прорвало на истерику.. Повалился с горы, рыдая, представив себе, что сдох бы в мучениях, оставшись в этом кольце с маленьким запасом воздуха, который это кольцо утащило с собой. Наверное мучился бы еще несколько часов, пока не задохнулся... Страшная смерть...

Мужики успокоили, заломив мне руки и влив мне в глотку стакан водки…..

Дальше не помню.
Очнулся в постели, когда меня тормошила девочка со странным именем Франциска, которая жила за стенкой, они снимали комнату у соседки…
- Ну вот! Очнулся! Молодец! – она улыбалась мне, - хочешь пить? На…
У моих пересохших губ оказался край железной кружки с холодной водой…
Пить-пить-пить!!!! Я выхлебал это кружку большими глотками, захватив руками, будто отнимают…
- Где Оля??? (сестренка за которой смотрел)
- Не волнуйся, всё хорошо, она дома, ее накормили
- УФФ!!! А я где?
- Дома ты, дома….
Оглядевшись, я понял, что нахожусь в доме, за стеной от наших покоев, в спальне соседки.
Хотел было встать из под одеяла, но вовремя понял, что я голый…
Вставать голым, без трусов, при девочке это было невозможно
- Ты полежи пока, усмехнулась Франциска, сейчас белье принесу… Знаешь откуда эта водичка?
- Откуда? – я закрыл глаза, стараясь вспомнить что было вчера
- Из твоего колодца! – Она одарила меня улыбкой, которую помню всегда!
***
Этот колодец назвали Сашкиным – Сашкин колодец.
Он существует до сих пор в деревеньке МЫЗА в Ленинградской области.

Родители, узнав про это, хотели меня одновременно и убить, и наградить...
Нельзя было лезть копать колодец!!!
Лучше денег отдать профессионалам!
В итоге был чуть не задушен в маминых объятьях со слезами и смехом)

Конечно Родители правы!
Конечно я был дураком!
Но хотел-то, как лучше...

Слава Богу, что всё хорошо кончилось!

5

Первоапрельский Армагеддон
(или хроники пьяной командировки)
30 марта нас вызывает к себе в кабинет начальник отдела, меня, и ещё троих коллег. Ехидно обведя нас взглядом, задумчиво произносит:
- Обычно, на такие мероприятия, я отправляю офисный планктон, отсутствие которых замечает только дворник, по резко уменьшившемуся количеству окурков на крыльце. Но в этот раз пришло четкое указание из головного управления отправить на семинар самых опытных инженеров, которые на мастер-классе производителя оборудования смогут быстро освоить новинки, встретиться с коллегами из других городов, обменяться опытом. Выезжаете завтра на поезде, утром 1-го будете на месте, ознакомитесь с достопримечательностями города, а со второго апреля начнутся, собственно, занятия.
31 марта. В 15:00 поезд плавно отчаливает от вокзала. В купе, наспех растолкав вещи, наша четверка «лучших инженеров» начинает выставлять на стол прихваченные с собой бутылки с коньяком и разную снедь для закусона.
Первый тост – за начальника отдела, он хоть и редкостный гондон, постоянно что-то требующий и вечно недовольный, но, в общем-то, парень неплохой, вон какой нам круиз устроил за счет корпорации. Далее темы сменились на экономику, политику, глобалистов…
Всё это обильно смачивалось коньячком, и уже через час мы были в самом лучшем расположении духа. Мимо окна вагона проплывали живописные пейзажи и на ум пришли прочитанные где-то строчки:
«И солнце ярко светит, и веселей пейзаж,
когда в желудке плещет C2H5OH!»
Саня и Василий, накатив еще по «соточке», отправились в тамбур покурить, а мы с Лёхой, как давно бросившие сию пагубную привычку, разлили по стакашкам и за что-то выпили.
Вскоре в двери купе появились Саня с Васей и с ними какой-то, изрядно бухой мужичек.
Вася торжественно произнес: - Знакомьтесь, Антон Павлович, нихуя не Чехов… Палыч, как твоя фамилия?
- Белослюдов! Но друзья называют – Чернокварцев.
По случаю появления нового собутыльника, стаканы быстро наполнились и со словами: - «За Палыча!»; были немедленно опустошены.
И тут Палыч выдал: - А давайте сыграем партейку в шахматы?
Среди нас только Василий увлекался шахматами, точнее – он был просто ёбнутый на всю голову. С детства играл в каких-то секциях, был председателем шахматного клуба, имел кубометры всяких грамот и центнеры кубков. Даже когда в свободное время инженеры в интернете посещали сайты про рыбалку или смотрели ролики, как через глушитель заменить поршня в автомобиле, Вася неизменно обитал на каких-то онлайн турнирах по шахматам и что-то там выигрывал…
Палыч сгонял в своё купе за шахматами и, договорившись о призе победителю, а это, естественно был пузырь, игра началась. Вася по первым ходам Палыча оценил противника и изящно сделал ничью. Перед второй партией, Палыч, вконец охмелевший, предложил проигравшему накрыть поляну в вагон-ресторане на всю нашу толпу. Блять, и кто его тянул за язык!
После нескольких ходов Вася равнодушно изрек: - «Шах». Палыч долго думал, переставил фигуру и спросил: - « А так?». – «Мат!»; констатировал Вася.
Отпраздновав Васину победу, мы поперлись в вагон-ресторан. Маховик пьянки раскручивался с неимоверной скоростью. На столе, сменяя друг-друга появлялись бутылки с ромом, коньяком, вискарем… Палыч не умолкая мел пургу про инопланетян, Нибиру и что человечеству уже скоро придет неминуемый пиздец. Впрочем, нам уже был глубоко похуй финал цивилизации. Судя по рожам Лехи и Сани, они уже пребывали в нирване и слабо реагировали на внешние раздражители. Вася что-то пытался вставить в непрерывный монолог Палыча, но тот молотил без остановки.
Застолье закончилось внезапно от зычного голоса официантки, который объявил, что ресторан закрывается. Палыч, дай бог ему здоровья, оказался самым дееспособным. Он как то смог сгруппировать наши качающиеся туши в некое подобие альпинистской цепочки и мы раскачиваясь и спотыкаясь без приключений добрались до своего купе. Чего-то ещё выпили и я рухнул спать.
1 апреля. Пробуждение было подобно возвращению из клинической смерти. Башка трещала, во рту был стойкий вкус канализации. Ныло плечо – наверное, вчера я обо что-то уебался, но будучи в состоянии алкогольного анабиоза ничего сразу не почувствовал. На столе стояла начатая бутылка коньяка и вселяла надежду на выздоровление. С величайшим трудом удалось сесть, попасть горлышком бутылки в стакан и, морщась, проглотить содержимое. И вот он, священный момент, когда замахнув пойло, ты замираешь на пару минут, потом тебя прошибает пот, сердце начинает громко биться, дыхание становится ровным, отпускает головная боль. И вот оно – исцеление! В мыслях наступает прояснение, и ты пытаешься связать последовательность обрывочных воспоминаний вчерашнего дня…
Взглянув на часы, я прикинул, что через пару часов мы прибудем в пункт назначения. А ведь ещё надо разбудить и привести в чувства моих собутыльников. Когда я начал их тормошить, то на меня посыпались проклятия и пожелания что бы я отъебался от них. Но вовремя поданный животворящий опохмел быстро привел всех в форму.
От вокзала до забронированной гостиницы было пару кварталов, и мы решили идти пешком. Уже на подходе к гостинице нам повстречалось кафе, где на рекламном баннере красовался шашлык и пиво с раками. Решение было принято единогласно: после размещения в гостинице, сразу идем в это заведение.
И вот мы на пороге кафешки. На входе нас встречает здоровенный амбал в форме секьюрити с резиновой дубинкой на ремне и очаровательная официантка, на её груди красуется бэйджик с именем «Тамара». Вася спросил у неё, можем ли мы отведать у них шашлык и пиво, на что Тамара приветливо махнув рукой в зал сказала, что бы мы проходили и садились, где нам будет удобно.
В зале по обе стороны располагались кабинки без дверей, и в самом конце, у стены был настоящий бассейн с большими розовыми рыбами. Стена за бассейном представляла собой картину с тропическим сюжетом, а перед бассейном, сидя жопой на бортике и свесив хвост в воду располагался надувной крокодил Гена с гармошкой размером в человеческий рост.
Мы расположились рядом с бассейном, сделали заказ и стали ждать.
Но тут произошло что-то такое, что сломало и так подорванную алкоголем психику: к нам подошла Тамара и выставила на стол четыре бокала с желтой жидкостью, следом за ней подошел тот самый амбал – охранник. На руке у него висели четыре петли для виселицы. Тамара торжественно произнесла: - «Уважаемые гости! Сегодня в нашем кафе проводится День солидарности с угнетенными афроамериканскими рабами. И по традиции, что бы почтить их память, все посетители должны надеть на себя висельные петли и выпить ром, который дарит наше заведение. Толя – обратилась она к охраннику – раздай гостям веревки.»
Сказать, что мы охуели – не отразит и сотой доли нелепости этой ебанутой ситуации. Но глянув на свирепую рожу охранника, мы с идиотскими улыбками стали разбирать и напяливать на себя веревки…
- «А теперь, помяните невольников ромом!» - воскликнула Тамара.
После того, как мы выпили содержимое бокалов, Тамара весело произнесла:
- «С 1-м апреля вас, ребята!»
Первым ржать начал охранник Толик, следом начали подключаться мы, по мере осознания того, как нас разыграли. Пока Тамара удалилась за нашим заказом, мы смотрели друг на друга, на эти идиотские выражения наших лиц, достойных классики психиатрии и тряслись от хохота.
Далее пьянка продолжалась в «штатном режиме» - после пива пошли более крепкие напитки, пошли душевные мужские разговоры о тайнах бытия… до момента, пока Сане не взбрело в голову сфотографироваться с надувным крокодилом. Лёха достал свой смартфон и начал фотографировать. После пары снимков, Саня обнял крокодила, но поскольку уже херово стоял на ногах, споткнулся о край бассейна и вместе с крокодилом уебался в воду. Мы ждали естественной реакции – воплей и матов. Но Саня молча встал на дно бассейна, вода доходила ему до колен, с головы стекали струйки воды, вся одежда была насквозь мокрая и задорно спросил: - «Сфотал?».
На шум примчались Тамара и охранник. Саня, глядя в глаза Толику, виноватым тоном сказал: - «Талян, бля буду, случайно поскользнулся… рыбы живые… сейчас крокодила поставлю на место и вылезу.» Толик ехидным тоном ответил ему: - «Если бы ты знал, сколько долбоёбов тут уже поплавало…» - и хихикая удалился.
Когда Саня выбрался из бассейна, с него рекой текла вода, образуя большую лужу. Леха вызвался сбегать в гостиницу за сухой одеждой, но Тамара сказала, что у них есть огромная сушилка и минут через десять все высохнет. Саня, оставляя мокрые следы послушно поплелся за Тамарой, а мы вернулись к прерванному застолью.
В гостиницу мы пришли уже под вечер. В фойе в углу была небольшая сцена, на которой стоял рояль и ещё несколько инструментов. Как раз к нашему приходу на сцену взошли две очаровательных барышни, одна села за рояль, другая взяла в руки скрипку и раздались волшебные звуки живой музыки. Мы уселись в кресла и не могли оторваться от этого зрелища. Девушки исполнили несколько произведений и тут Леха не выдержал, подошел к девушкам на сцене, о чем то с ними пошептался и откуда-то появился парень с гитарой, которую передал Лехе.
Надо сказать, что Леха в прошлой, доинженерной жизни, играл в каком-то кабаке и разных рок группах, и вот спьяну, решил экспромтом сделать трио. Леха пару раз брынькнул и зазвучал Скорпионс в исполнении гитары, рояля и скрипки. Звучание было настолько оригинальным, что к сцене стал подтягиваться народ. Когда музыка смолкла, то раздались крики «Браво» и аплодисменты. Леха, воодушевленный одобрением благодарных зрителей, снова пошептался с девушками и они исполнили еще несколько известных произведений. Это был триумф!
Когда Леха подошел к нам, то сказал, что пригласил барышень в ресторан гостиницы и они согласились.
За столом девушки, представились Ларисой и Еленой. Обе служат в театре, а здесь играют для подработки два раза в неделю. Жизнь, в личном плане, у обоих не сложилась. По Лехе было видно, что он запал на Ларису, оказывал ей всякое внимание и постоянно подливал ей в бокал.
К концу застолья, мы уже все изрядно опьянели и, что-бы не прерывать прекрасный вечер, решили все вмести пойти в сауну, которая была в недрах этой гостиницы и продолжить пьянку там.
Сауна представляла из себя, собственно парилку, приличный по размерам бассейн, душевая и банкетная комната с креслами. Вскоре принесли заказанные алкоголь и блюда. Здесь девушки уже перешли с вина на вискарь, и по ним было видно, что они уже давно так просто и свободно не отдыхали в такой отличной компании, как наша. Когда мы уже изрядно опьянели, то пошли в сауну. Видимо, высокая температура и неисчислимое количество выпитого ударили по мозгам так, что все вокруг начало плыть. Дабы не усугублять ситуацию, я из сауны сразу погрузился в бассейн. Следом вывалила в бассейн вся остальная компания. Девчонки визжали, кто-то орал белугой, кто-то кого-то не то топил, не то спасал. В этот момент бассейн напоминал кипящую кастрюлю с пельменями. Наконец, набесившись, мы вернулись к столу и понеслись тосты на всякие животрепещущие темы.
Уже за полночь, мы с Василием пришли к заключению, что хватит бухать и пора в номера, нам же завтра надо быть в форме. Леха и Саня остались с девчонками в сауне продолжать банкет, а мы с Васей, как женатые и добропорядочные люди пожелали им всего самого доброго и удалились.

6

Когда училась в школе, после уроков зашла с подругами в кафе и увидела своего отца с какой-то блондинкой. Она сидела ко мне спиной, а папа был слишком увлечен беседой и не заметил меня. Во мне откуда-то взялось столько гнева, что я подошла и вылила этой крале стакан холодной воды на голову. Она с криками подрывается с места, мы с нею встречаемся взглядами, и я вижу, что это моя мама. Она просто перекрасила волосы.

7

Убийства по объявлению

Одним пасмурным днём в газетёнке захолустного города появилось объявление, потрясшее всех. Оно вышло в колонке «знакомства» — будто редактор не смог придумать, где его разместить, и выбрал первую попавшуюся рубрику. Звучало объявление так:

«Если вам надоел сосед, собственная жена или начальник, не выплачивающий зарплату, позвоните по номеру +XXXXXXXXXX, и я с искренним наслаждением избавлю вас от проблемы.
Завсегдатай парков».

Человек, прозванный «Завсегдатаем парков», тревожил город уже три месяца, с тех пор как его первую жертву нашли в центральном сквере. За три месяца маньяк убил шестерых. Жертв находили задушенными, зарезанными, застреленными или забитыми тупым предметом. Орудие всегда отличалось, но места преступлений — парки, скверы, посадки — объединяли череду жестоких смертей. Так и родилось прозвище, раз за разом звучавшее на страницах местных газет.

До появления маньяка городок был так скучен, что серия убийств потрясла его до основания. Как и любой мелкий город, он был обречён нагонять на жителей унылую тоску, подчас граничащую с помешательством. То, что кого-то он довёл до убийств, не удивляло — но всё же пугало. И так унылые улицы погрузились в отчаяние. Детей не пускали гулять, взрослые вовсе перестали развлекаться. Они прятались по домам, держались людных мест и старательно избегали парков. Тенистые аллеи опустели, и даже если маньяк продолжал рыскать по ним в поисках жертв, то никого не находил.

Полиция усиленно искала убийцу, и тот вроде бы залёг на дно, подарив городу затишье, как вдруг в газете появилось это объявление.

Главный редактор только разводил руками. Листок с текстом нашли в конверте без подписи, брошенном на пороге редакции, отпечатков на нём не было. По указанному номеру не отвечали, и только автоответчик старательно записывал каждое сообщение, чтобы передать кому-то неизвестному. Город гудел — встревоженно, испуганно, то возмущаясь нахальством преступника, то называя произошедшее чьей-то злой шуткой. Недоумение нарастало. Все с волнением ждали, что будет дальше.

Газета вышла в субботу. А в понедельник исчезла Карлотта, разносившая по домам письма.

Она пропала во время утренней доставки, когда, посвистывая, развозила почту. Её велосипед нашли в паре шагов от заросшего Утиного парка. Тело не обнаружили. Пока полиция искала хоть каких-то свидетелей, в участок пришла захлёбывающаяся рыданиями Роза Марбл — та самая, которая год назад развелась с мужем из-за того, что он изменил ей с Карлоттой. Слёзы душили женщину, и, сидя напротив дежурного, она сквозь всхлипы шептала, что не хотела этого, не верила, считала шуткой и позвонила на эмоциях. Под конец, перестав уже плакать, Роза дрожащими руками протянула полицейскому телефон. В журнале вызовов висел исходящий на номер из объявления.

Волнение превратилось в ропот. Женщину осуждали все; она прятала глаза, когда под прицелами чужих взглядов шла по улице. Каждый житель города считал нужным подчеркнуть, что сам бы так не поступил. Тем не менее, в среду ночью исчезли уже двое.

Роберт, старый учитель, давно ставший обузой для семьи, ушёл вечером сам. На столе нашли записку, в которой старый приятель назначил ему встречу, а на указанным месте встречи — следы крови, примятую траву и отпечатки двух пар ботинок. Приятель старичка клялся, что не при чем, родня молчала, и только у невестки Роберта странно блестели глаза. Вторым исчезнувшим был Льюис, молодой парень, работавший строителем; коллеги рассказывали, что на днях он крупно поссорился с другом. Льюис пропал по дороге с работы, когда проходил через посадку. Его оторванную руку полиция сняла с дерева и добавила к вещдокам.

Убийства шли по нарастающей. Старые шесть жертв показались детским садом, когда всего к концу недели пропало восемь человек. Улик не хватало. Немногочисленная полиция городка металась от одного места преступления к другому, а горожане сходили с ума. Все обиды — старые и новые — всплывали наружу, и всё чаще телефон в чьих-то дрожащих руках отзывался механическим голосом автоответчика.

В новой субботней газете Завсегдатай поблагодарил горожан и пообещал рассмотреть многочисленные обращения в порядке очереди.

***
В эти дни Стивену, детективу, ответственному за поимку Завсегдатая, пришлось особенно несладко. Начальство вешало на него всех собак, горожане обвиняли в просиживании штанов, купленных на их же деньги. Газеты раз за разом подчеркивали, что преступник не найден, и спрашивали: чем же занимается Стивен? Вся злость притихшего перепуганного города обрушилась на бедолагу, и пока друг с другом горожане старались быть на всякий случай повежливее, хранителя порядка не щадил никто. Но Стивена это, казалось, не трогало.

Взяв по пути стакан с какао у хмурого пекаря, он вошёл в участок. В кабинете ждал подчиненный. Едва поздоровавшись, юноша сунул Стивену бумажку с чьим-то номером.

— Он позвонил.

Стивен подобрался. Его спокойное, добродушное лицо азартно заострилось.

— Когда? — быстро спросил он.

Подчиненный нервно облизнул губы.

— Час назад.

Стивен нахмурился, думая, потом решительно кивнул.

— Звони тому парню, отцу первой жертвы. Надеюсь, ты не ошибся.

Подчиненный кивнул и ушёл. Стивен всмотрелся в лист с номером. Его губы слабо шевелились, повторяя то цифры, то приписанное внизу имя.

Вечером Стивен пришёл к нужному парку. Проверил рацию, выбрал удачный наблюдательный пункт. Оставалось только ждать. Ветер шевелил кроны деревьев, свет фонарей разгонял темноту новолуния. Наконец вдалеке показался одинокий собачник, неторопливо выгуливавший шпица. Полицейский прищурился, напрягая зрение. Спустя минуту за спиной собачника показалась смутная фигура.

— Боевая готовность, — шепнул Стивен в рацию, не сводя с парочки глаз.

Ничего не подозревающий горожанин присел, выпутывая лапку шпица из брошенного на дорожке пакета. Преследователь остановился рядом. От Стивена они были в паре шагов.

— Не подскажете, сколько времени, мистер Уайт? — произнёс преследователь.

Собачник замер. А потом, вскочив, замахнулся на преследователя невесть откуда взявшимся ножом.

— Взять его! — крикнул Стивен, срываясь с места.

Когда подоспели подчиненные, полицейский уже скрутил мистера Уайта на пару со вторым мужчиной. Мистер Уайт вырывался, бешено вращая глазами, а собачонка рядом заходилась отчаянным лаем.

***
Поимка маньяка на месте преступления привела город в состояние эйфории. Все с облегчением сбрасывали с плеч груз привычного уже напряжения, поздравляли друг друга, безбоязненно возобновляли ругань в очередях и ссоры с родными. В доме мистера Уайта нашли газетные вырезки с именами первых шести жертв, а в тайнике — все орудия преступлений. Город ликовал, и добропорядочные граждане требовали для убийцы самого сурового наказания.

Стивен обедал в ресторанчике около полицейского участка, когда к нему подсел старый друг Томас.

— Скажи мне, Стив, как ты это провернул? — живо спросил Томас, опуская на стол свою кружку с пивом. — Никто до сих пор не понимает, что выдало Завсегдатая.

Стивен хмыкнул и отправил в рот кусок ветчины. Он, как всегда, был спокоен и добродушен.

— Он сам себя и выдал. План был рискованный, но, позволь я ему просто залечь на дно, у нас бы и такого шанса не было. — Стивен глотнул пива и, поймав непонимающий взгляд друга, пояснил: — это я оставил объявление в газете.

— То есть как ты? — недоверчиво нахмурился Томас. Сухая ладонь взметнулась вверх в пренебрежительном взмахе. — Не говори глупостей. Жертвы...

— ...Жили всё это время на моей даче, — закончил Стивен. — Уже сегодня они вернутся домой, а завтра полиция расскажет правду и выплатит им награду за сотрудничество.

Томас непонимающе отстранился. Его морщинистое лицо подрагивало от удивления.

— Но ведь кровь, оторванная рука, улики... — пробормотал он.

— Всё бутафория, — пожал плечами Стивен; доев, отодвинул в сторону тарелку. — Нам нужно было вывести преступника на чистую воду. Человек, сделавший себе в пределах городка такое имя, должен был заинтересоваться тем, кто ему подражает. Я и мои ребята составили объявления, подговорили нескольких горожан поучаствовать в ловле, создали видимость похищений — и все поверили. Даже сам Завсегдатай. Пока все звонили в участок, думая, что говорят с маньяком, он один знал, что кто-то ворует его славу.

Томас растерянно следил за Стивеном. Тот допил пиво и подозвал официантку.

— Нам надо было спровоцировать убийцу на какую-нибудь глупость, заставить себя выдать. Поэтому я проверял все звонки, вычислял заказчиков, их жертв, периодически инсцинировал похищения и ждал. Вчера утром позвонил неизвестный и заказал безобидного собачника мистера Уайта, по вечерам выгуливающего питомца в одном и том же парке. После проверки выяснилось, что звонил сам мистер Уайт. Я понял, что он и есть маньяк, желающий встретиться с подражателем, и с помощью парня, который пострадал от его рук первым, подготовил засаду. Вот и всё.

— Что ж, повезло, — хмыкнул Томас, с уважением глядя на друга.

Подошедшая официантка забрала деньги. Стивен уже поднялся, когда Томас внезапно придержал его руку. Глаза старого друга странно блестели.

— Значит, всё это время горожане просили у вас смерти друг для друга, — тихо сказал он. — И... сколько было звонков?

Стивен усмехнулся. Он помнил каждый из "заказов", надиктованных дрожащими, но безжалостными голосами мирных обывателей.

— Пятьдесят семь, — ответил он.

Томас задрожал в ужасе. Его губы беспомощно приоткрылись.

— И... как мы теперь будет жить с этим знанием? — тихо спросил он.

Стивен пожал плечами и осторожно высвободил руку. Накинул пальто. Проверил, не вывернулся ли воротник.

— Как и раньше, Томас, как и раньше, — ответил он с горькой улыбкой и, махнув на прощание, вышел из ресторанчика.

8

Совместитель

После зимних каникул нам объявили, что учительница физики серьёзно заболела. И теперь, уроки физики будет вести совместитель. Он не педагог, но грамотный, работает на заводе заместителем начальника ИВЦ. Мы учились в десятом классе, и барышни, которые планировали поступить в институт, устроили несанкционированный митинг:

- А нельзя найти другого учителя физики? Ведь у нас выпускной класс, и физику должен вести педагог, а не какой-то заместитель! – рубанула с плеча Ольга Филимонова.

- Найти педагога в разгар учебного года сложно, - ответил завуч, - спасибо Станиславу Владимировичу, что он согласился нас выручить. Я уверена, что он справится, ведь у него высшее образование по физике. А почему мальчики молчат?

- А мы по учебнику её выучим, самостоятельно, - ответил Сергей Выхин, который уже второй год маялся в школе и жалел, что не пошёл после восьмого класса в техникум.

- Вот и прекрасно! Не подведите меня, и без провокаций! – резюмировала завуч.

На перемене перед уроком физики, мы заняли свои места. Преподавателя ещё не было, а девчонки вели светскую беседу, очень ехидным тоном:

- Ой, я не знаю, хоть в другую школу переводись!
- Видела я физика. Девчонки, он лысый!
- Плакал мой институт! Работать мне уборщицей!
- Если что, я сразу к директору! Кто со мной?
- Все пойдём, - ответила за всех кто–то.

Физику было лет сорок, подтянутый, симпатичный, с умными и весёлыми глазами. Лысина была могучей! Сатирик про таких говорил: «Гуляет с умом». Физик молча написал на доске свои ФИО, и повернувшись к нам, сказал:

- Запишите в тетрадку, это я. Поскольку у меня нет педагогического образования, тратить время на воспитание лоботрясов я не буду. Я привык работать с высоким КПД, поэтому те, кого изучение физики не интересует, могут пересесть на задние парты. Играйте в морской бой, но молча! Все остальные, пересядьте на передние парты, с вами я и буду работать. Вопросы?

- А что такое ИВЦ? – спросил я.
- Хороший вопрос! Я организую вашему классу экскурсию на ИВЦ, там всё и расскажу.

Физик вёл урок легко и доступно. А когда мы приступили к решению задач, он выложил на первую парту маленькую коробочку с клавишами, на которых были крупно нарисованы цифры и знаки. Заметив недоумение на наших лицах, он сказал:

- Поскольку у нас не урок математики, тратить время на деление столбиком мы не будем. Эта штучка называется калькулятором, он и поможет нам с расчётами. Как им пользоваться, научу всех.
- А Вы сами будете на нём считать? – спросил я.
- Нет, я настаиваю, чтобы каждый из вас научился им пользоваться. Поверьте мне на слово, вам это пригодится.

В конце урока, Физик сделал нам головокружительное предложение:

- Ребята, хочу дать вам факультативное домашнее задание. Кто с ним справится – всем пятёрку за четверть. Автоматом! Есть желающие?
- Дааа! – завопил весь класс.
- Надо объяснить, почему при коротком замыкании, провода искрят. С точки зрения физики. Срок выполнения – неделя.

Одному Богу известно, сколько литературы перелистал наш класс! Я даже устроил дома короткое замыкание в надежде, что на меня снизойдёт озарение, но увы. К концу недели, меня окружили отличницы и потребовали:

- Рассказывай правильный ответ!
- А я откуда знаю? – удивился я.
- Ведь ты радиолюбитель!
- И что?
- Жадина! Тебе ведь пятерка не нужна!

Узнав, что никто не смог справиться с заданием, Физик нас успокоил:

- Успокойтесь, этого не знает никто. Зато вы узнали много интересного, листая литературу.

Экскурсия на ИВЦ, произвела на меня впечатление. Большие ЭВМ, а груды плат в комнате для их ремонта и шкафчики с радиодеталями, я рассматривал дольше всего. А в голове крутилась мысли: «Вот бы!» А ИВЦ – это Информационно–вычислительный центр.

На выпускной экзамен по физике, я шёл с намерением ответить на пятёрку! С билетом мне повезло, а когда я собрался на практике собрать схему и построить Вольт–Амперную характеристику реостата, в школе пропало электричество. Я не растерялся, нарисовал схему и формулу для расчёта. Меня похвалили, а я, в порыве щенячьего восторга, выпалил:

- Спасибо Станиславу Владимировичу!
- Буер, закон Ома, вы проходили в седьмом классе. Причём тут Станислав Владимирович? – спросил завуч.
- Он меня вдохновил!
- А мы значит нет? – улыбнулся завуч.

Нестандартность мышления Физика проявилась во время выпускного вечера. На столах было только шампанское. Но кто-то предусмотрительно принёс бутылку водки. Вход в школу и классы был закрыты, и мы решили распить водку в туалете. Но едва водку поставили на подоконник, как в туалет зашёл Физик.

- Ребята, спокойно! – сказал Физик, - я всё понимаю. Сами так прятались, только не советую напиваться. Вам ведь ещё рассвет встречать. И лучше на ногах, а не под забором. Предлагаю следующий регламент. Вы берёте меня в долю, а я обязуюсь справедливо разлить водку.
- Согласны! – гаркнули мы.
- Стакан один?
- Да.
- Понял! Пить будем как на Западе.
- Это как? – спросил я.
- Маленькими дозами. Кому первые пятьдесят грамм?
- А чё так мало? – удивился Морин.
- Шестерым по пятьдесят, ну и мне двести. Как старшему и за розлив.

Спорить никто не стал. Физик последним выпил пятьдесят грамм, а остаток водки вылил в умывальник. Чтобы снять напряжение, Физик спросил:

- Кто куда после школы?
- В военное училище, - ответил кто-то.
- В армию, ответили сразу трое.
- В техникум, - ответил Выхин.
- В локомотивное депо, - ответил я.
- Дам совет, идите на завод, станочники всегда нужны! И получают четыреста рублей, а я двести.

С банкета Физик ушёл по-английски, не попрощавшись…

9

Сегодня воскресенье, 21 июня, день медицинского работника.
(Медик - это, по Ожегову и Далю, - человек, обучающийся медицине, то есть студент, у них праздник 25 января; а врачи, медсестры и санитарки - это мы, медицинские работники)).

Мои родители - педиатры, папе сейчас 90 лет, вкусно поесть и слегка выпить он очень даже уважает; а маме - 91, связать крючком скатерть, сходить в магазин за капустой и испечь пирожки, строго повоспитывать детей (меня с сестрой...) и радостно позволить внукам-правнукам вить из неё веревки - любимые занятия.
Три короткие истории в знак благодарности и признательности родителям-врачам от сына-педиатра.

Историю про маму рассказала мне, тогда школьнику, ее сослуживица.
Переводят резко отяжелевшую трехлетнюю девочку из «обычного отделения» к маме в инфекционную больницу. Мамочка девочки в истерике - «не пойду ни за что в инфекционку, там дочь ещё чем-нибудь заразят и она тогда точно умрет».
Еле-еле ее убедили перевести ребёнка. Ключевой стала фраза кого-то из мамочек других больных детей - «как приедешь в инфекционку, требуй, чтобы тебя положили к Вере Сергеевне, у неё дети не умирают».
Перевели ее поздно вечером, и она за ночь свела с ума весь дежурный персонал, каждые полчаса требуя «Веру Сергеевну».
С утра маму дежурный врач ещё до оперативки попросил срочно посмотреть еще более отяжелевшую за ночь девочку. Мамочка ребёнка снова взвилась в истерике - врача, срочно, ребёнку совсем плохо, обещали саму Веру Сергеевну, не хотела ведь ехать...
«Ну, я Вера Сергеевна. Сейчас посмотрим и все будет хорошо».
На этом мамочка сломалась и...уснула. Проспала без перерыва несколько часов.
Мама почти не выходила из палаты трое суток.
Я дома перед школой разогревал себе вчерашний (а потом и позавчерашний) борщ или щи, не помню уже, какой-то суп...
Девочку спасли, выжила.

История для папы - да, сегодня же ещё и День Отца!
Как-то раз ещё интерном дежурю я в инфекционной больнице. По Скорой привозят девочку лет 12, «сыпь на лице; диагноз - корь под вопросом». Выхожу в приемный покой. У девчонки - аккуратно очерченный круг мелкой сыпи вокруг рта...
А отец лет пятнадцать назад, придя с работы, рассказывал, что привезли сегодня к нему на консультацию в диагностическое отделение мальчишку. Сыпь непонятной этиологии вокруг рта. С ребёнком мама, врач Скорой, пришёл зав инфекционным отделением, ещё кто-то - консилиум по непонятному диагнозу идёт.
Версии разные, мнения тоже. Время от времени и врачи и мать спрашивают мальчишку, после чего или из-за чего началась сыпь - тот испуганно таращит глаза и мотает головой, мол, не знаю, я тут ни при чем.
Отец не выдержал и говорит ему: «Ты стакан или чашку сосал?» - «Неаааа...маленькуууууююююю баночкуууууу....»
(Всунул губы в банку и стал всасывать воздух в себя. Банка под давлением ко рту присосалась, элегантно так болтается, поверхностные сосуды полопались - вот и «круг сыпи вокруг рта»).
(Так я познакомился на практике с «методом конкретных вопросов», была тут у меня история на эту тему).
К сожалению, большого консилиума, то есть зрителей моих ахренительных как-бы-ясновидящих-способностей)) собрать было невозможно и я просто, помянув добрым словом своего папу и его медицинские рассказы, объяснил мамочке, что это за сыпь и отправил ее с дочкой, радостных и счастливых, домой, витаминки есть для крепости сосудов.

Третья, моя, история для моих любимых родителей.
Кандидатскую я защищал очень поздно, с «седыми висками и голубыми глазами» - очередной контракт позволил иметь немного свободного времени и я просто почувствовал, что «если не сейчас - то уже никак»).
Диссертация основывалась на моей клинической работе и монографии, написаной лет двадцать пять назад и переизданной пять раз. Плюс восемь патентов и научное открытие.
На защиту я надел самый скромный, почти чистый , галстук...самый потертый пиджак...благоухающие дореволюционным гуталином туфли, вместо лоферов...

Не помогло...

Академики и профессора из диссертационного совета кровожадно оглядывали меня перед вопросами, как каннибалы Джеймса Кука из песни Владимира Высоцкого...
Первый же вопрос председателя диссовета: «Уважаемый, вот тут написано, что Вы ещё и лекции успеваете в университете читать...а скажите, на сколько повысится Ваша зарплата, если Вы, ВСЕ-ТАКИ, сумеете защититься?»
Я откуда-то помнил цифру...ответил.
Председатель плотоядно хмыкнул и, брезгливо прочитав из анкеты моё тогдашнее место работы, таким добрым-добрым, просто задушевным тоном, спросил: «Г.В., а скажите нам, только честно, глядя в глаза, мы же всё понимаем - а диссертация-то Вам зачем?»

(Знаете, бывают ситуации, когда ты вдруг сначала как бы со стороны слышишь свой собственный голос, и только после этого со страхом осознаешь, что это именно ты сейчас несёшь эту хрень...)

Так и я, вдруг как бы со стороны, слышу свой собственный, пятидесятичетырехлетний, голос: «Я маме с папой обещал...»

Безжалостно и профессионально драли меня академики и член-корры вместо обычных 50-55 минут - два с половиной часа...вместо стандартных 8-10 вопросов - 27...
Ни одного чёрного шара.

И очередную рюмку за всех коллег-врачей, за папу с мамой, я сейчас, в День Медицинского Работника, а не медика, вкусно выпью!

10

Со слов друга

Мой отец всю жизнь производит впечатление крайне несерьезного человека. И это несмотря на внушительные габариты, квадратную фигуру и солидную, особенно в молодости, физическую подготовку человека, много лет занимавшегося спортивной гимнастикой. Ну любит человек от души посмеяться над хорошим анекдотом, порыбачить в хорошей компании и пробежаться налегке до работы несколько километров просто потому, что было лень просыпаться к автобусу...

Но я имел возможность лично убедиться, что это только одна сторона его натуры.
"Быть можно дельным человеком, заботясь о красе ногтей". Так вроде, писал поэт. Перефразируя это выражение относительно моего бати можно сказать:

Быть может дурачком "ботаник" и умным может быть силач.

Когда мне было лет семь или восемь, вся наша семья поехала отдыхать в Молдавию — брат отца, осевший там по распределению после учебы, позвал в гости. Молдавское солнце, фрукты, вкуснейший хлеб и молоко в литровых бутылках с узким горлышком, как из фильма "Свадьба в Малиновке"... Отдых был хорош.

Двумя семьями ходили на пляж. Днестр — очень быстрая, стремительная река. Местами могут образовываться спонтанные водовороты...

Мы, дети, не вылезали из воды. Да и не только дети - в воде было полно людей. Наши родители сидели на пляже, попивали квас, вино, играли во всякие малораспространенные в Советском Союзе в те годы игры, типа "мафия".

Я купался в ластах и с маской. В какой-то момент я очень удивился: "Странно, плыву, гребу вверх, а поверхность воды и солнечный свет делаются от меня только дальше". Я даже не успел испугаться. Было только детское удивление непонятному явлению...

Мама рассказывала:

"Сидим, пьем лёгкое и вкусное молдавское вино. Твой отец, сидящий вполоборота к береговой линии, поднял стакан и говорил какой-то смешной "кавказский" тост. Вдруг он на полуслове резко подскочил, в два-три прыжка оказался у воды и нырнул. Через несколько секунд он вынырнул уже заметно в стороне от того места, где скрылся под водой. Одной рукой он держал тебя, а другой мощно греб. Но не к берегу, а куда-то в сторону. Затем поменял направление и поплыл уже к берегу. А на том месте, где он только что сидел и балагурил, стоял аккуратно поставленный, не расплесканный стакан с молдавским вином."

Мой дядя, папин брат, потом спрашивал у него:

- Ты знал, что нужно плыть не к берегу, а поперек течения водоворота, чтобы быстрее покинуть зону его действия?
- Нет. Откуда? В наших краях такого нет. Но я это понял сразу, как только увидел, что против течения я не выгребу.
- А как ты стакан-то не расплескал?
- Да что я, вражина какая?! Такое добро разбазаривать!

И отец продолжил свой "кавказский" тост.

11

Я еще раз хочу вернуться к вопросу, что слово лечит. У моего друга из-за травмы юности вылетали плечевые суставы. Рука повисала плетью, на одних мышцах, причиняя боль и страдания. Так случилось и на восьмое марта. Поздравили женщин, выпили, а потом начались мужские игры в виде борьбы и других единоборств. В одной такой схватке у него сустав и вылетел. Загрузили мы его в машину и в соседний поселок, где была больница. Заходим в приемный покой, а там тишина. Еле докричались и откуда то из глубин покоев показалась симпатичная и немного взъерошенная медсестра. Выслушав наши жалобы и поглядывая на Серегу, она произнесла:
-У нас сегодня дежурный врач гинеколог, если я его разбужу, то он конечно посмотрит, но вряд ли сможет помочь. У него ведь профиль другой. - при этих словах она как-то сладостно улыбнулась и поправила прическу. - Ладно пойду попробую.
Врача она все же разбудила, он был взъерошен не меньше чем она, а еще он был удивлен. Хотя в принципе, за свою работу он насмотрелся такого, что удивить его было наверно очень трудно. Но он был удивлен реально.
- Нихрена себе, нихрена себе! - нарезав несколько кругов возле Сереги, приговаривал он. - Как же это так? Как это она так вылетела? И чего делать? - обведя нас взглядом поинтересовался он. Хотя мы тоже хотели спросить его именно это. - Нас в институте на практику в колхоз отправляли, так там тоже бык коленный сустав вывихнул. Я вставил! Правда скотник быка сначала кувалдой глушанул вместо наркоза... Кстати, у кого нибудь есть кувалда?
Наверно он все же хотел пошутить, но так как весь народ был прилично пьян, все озадачились именно этой проблемой — где взять кувалду? При этом напрочь забыв о Сереге и даже его крик — встало, встало! Привлек только внимание медсестры. Да и то, потому, что она была просто удивлена, что что-то встало без ее участия.
- Ребята, пацаны, она сама встала! - показывая нам вполне нормальную руку, произнес Серега, - у нас выпить что нибудь есть? Я как представил, как меня сейчас лечить будут, она хоп и встала! - радовался он отступившей боли и тому, что этой рукой можно опять поднять стакан.
Я еще раз убедился, что слово лечит, но до сих пор не могу понять, почему на восьмое марта дежурным врачом назначают гинеколога? У нас что, на этот праздник повышенный женский травматизм от поздравлений?

12

Операция «Конец света».

В 2004 году, приняв заманчивое предложение, я оставил уже тихо поющую соседку, попрощался с Тошей и его хозяевами и уехал в столицу – славный горд Минск, где спустя 4 года обзавелся небольшой однушкой.

Бывший рабочий район. Метро рядом, но не центр. Далеко не центр. В этом были свои плюсы: тихий дворик, спокойные соседи – в основном, бабушки – старушки и молодые пары, снимающие недорогое жилье.

Но был и минус, один-единственный. Догадались? Именно! В таких местах очень популярен клуб тонких ценителей крепленых вин. По уровню популярности он оставил далеко позади все общественные, проправительственные и оппозиционные организации.

Место встречи завсегдатаев клуба было традиционно – обязательный крохотный магазинчик, открывающийся в 7-00. О, эти томительные минуты ожидания! О, эти горящие трубы! Разве способны мы, недостойные, оценить всю глубину трагедии, когда не хватает считанных рубликов до заветной красавицы 0,7 л под названием «Забытое танго»!

Небольшое отступление. Какие только романтические названия не придумывают производители дешевого бырла! «Соловьиная песня», «Березовая роща», «Старый вальс». Кажется, что на прилавке не чернила, а как минимум, 100-летнее марочное, произведенное из элитных сортов винограда, собранного с южного склона холма Пан-Се виль на юге Франции.

Но вернёмся к открытию. Если вам, уважаемый читатель, приспичило купить пачку сигарет или бутылку воды в это время – будьте готовы к экстремальным испытаниям. Потому что, как только открывается дверь вожделенного магазина… В общем, лучше минут десять постоять на улице.

Во-первых, концентрация ароматов заставит плакать даже статую Ленина, а во-вторых – вы будете смотреться в той компании так же органично, как детский самокат в курятнике. Мы чужие в этом мире надежд, тревог и переживаний. Нам не дано понять… И слава Богу, если честно.

Но я отвлёкся. Предыдущим хозяином моей квартиры был как раз один из бырлонавтов. Володя, в прошлом очень толковый рукастый мужик, столяр-слесарь-токарь высшего класса. Жил один, пенсия высокая, поэтому холодными зимними вечерами клуб собирался у него в квартире. Соответственно, двери открывались пальцем, а не вынесено было только то, что приколочено.

Володю принудительно вывез из Минска внук. Продал квартиру, купил на родине дом рядом с собой. И держал старика под присмотром, чтобы тот не спился окончательно.

Ну а мне пришлось обустраиваться. Первый этаж, не самый цинус, но терпимо. Сначала выбросил всю мебель, газовую плиту, перегородки, какие-то доски, горы мусора. Параллельно в квартире рабочие меняли входную дверь и ставили новые окна. Затем с порошком вымыл все – от пола до потолка, попутно сняв бывшие когда-то белыми темно коричневые обои.

Наконец, вдохнув полной грудью посвежевший воздух и бухнувшись на матрац в месте с Соней (моя кошка, о которой еще напишу отдельный рассказ), я задумался о том, какие в этом доме есть обычаи и традиции.
-Дзынь!
- Ага, - сверкнула мысль, - вот и они.
- Володя дома? – дохнула ядреным перегаром местная традиция.
- Нет.
- А где?
- Уехал.
- Куда?
- Далеко.
- Когда вернётся?
- Никогда.
Традиция задумалась, почесывая немытую шевелюру:
- А ты кто?
- Новый хозяин.
- Купил?
- Да.
- Как?
- Молча.
Стараясь не травмировать в очередной раз озадаченного гостя, я начал аккуратно закрывать дверь, ха! Наивный чукотский мальчик!
- Дык эта, - решительно подставила ногу традиция, - надо проставляться.
- Согласен, когда будешь?
- Пить?
- Проставляться.

Вот тут он завис и надолго. Настолько, что следующий звонок раздался через месяц.
- Володя дома?
- Нет.
Дальше следовал обмен любезностями в духе приведенного выше диалога, который закончился аналогично. В общем, рано радовался мальчик тихим бабулькам и молодым парам. Оказалось, на четвертом этаже проживает активный член клуба, а рядом – еще один.

Не буду вас утомлять перечислением драк, криков, утренних «а где Володя», вечерних «аааааааааа, режут!!!». То об кого-то споткнешься (уснул, бедолага), то неместные «клубовчане» у подъезда интересуются на предмет «а ты хто».

Было и такое:
- Николаич, одолжи, помру.
Вот тут принципиально – ни копейки. И не потому, что жаль. Дело в другом: стоит один раз отспонсировать, сразу начнётся:
- Братан, на, угощаю, - в лицо тычется пластиковый стакан с ацетоноподобной жидкостью.
- Андрюха, спасай, - это в три часа ночи.
- Сосед, блин, выручи, мужики на счетчик поставят, если не верну. Я тебе с пенсии (зарплаты, пособия и т.п.) сразу, вот те зуб, - в любое время суток.
Откуда знаю? Опыт четырехлетнего мотания года по съемным квартирам и комнатам, всякого насмотрелся.

В общем, жилось весело. Приходилось и драться, и даже, не поверите, заступаться за «своего» алкаша, которого активно мутузили в подъезде пришлые. То ли глотнуть не дал, то ли пролил, то ли вообще не донёс.

Признаюсь, я в тот момент выглядел тоже колоритно – в трусах, с топором, лицо в пене (брился) у ноги рычащая кошка. Наверное, Соня в прошлой жизни была минимум волкодавом. Во всяком случае, собаки её обходили стороной. Короче, наш боевой дуэт не раз сохранял в целости кости незадачливых соседей.

И все было бы терпимо, если бы не одно но. После того, как с горизонта исчез Володя, клуб куда-то переехал. Пили или во дворе, или у кого-то в гостях. Однако со временем вся гламурная тусовка перекочевала к нам на четвертый этаж. Почему? Не знаю. Может, у них состоялись выборы нового председателя, а может, дом стоит на проклятом месте. Согласно древним устоявшимся традициям, квартира в правлении никогда не закрывалась – замка давно не было, да и что там выносить? Свет, горячая вода, газ отключены за неуплату. Классика.

Как правило, заседания в клубе тянулись далеко за полночь. После чего утомленные члены медленно и аккуратно спускались по лестнице. Вот тут и появлялось то самое но. Вступали в действие, простите, физиологические особенности испитого организма. В случае естественных позывов никто не припускал вприпрыжку на улицу. Зачем?

Поспешность молодца не красит. Посему спокойно, с достоинством, расстегнули штаны и…

- Зажурчали ручейки, радостно и весело
- Улыбаются соседи, нравится им песенка
- Жур-жур-жур, кап-кап-кап, дили-дили-дон.
- Засмеялось солнышко, стало ему весело:
- Что б вы сдохли, сволочи, вместе с вашей песенкой!

Примерно так и думали все жильцы подъезда. Самое обидное, что разговоры ни к чему не приводили.
- Николаич, да ты что, да сам морду набью тому, кто это делает!!!
- Николаич, ну прости, - это я его застал, - не донёс. Вымою, клянусь!
- Опять придется, - я посмотрел на Соню.
- Мяв, - сочувственно поддержала она, - а что делать, хозяин, что делать?

Да, пришла пора готовиться к сраженью. Это был декабрь приснопамятного 2012 года, когда все с радостью ожидали конца света. То ли надеялись, что доллар рухнет. То ли вообще ни на что уже не надеялись, измученные девальвациями, деноминациями и прочими вариациями.

Ну что ж, конец света, так конец света. На всякий пожарный прикупил немного свечей и занялся подготовкой. Где добыл реквизит – не скажу, мел купил в детских товарах, свечи были.

И вот настал тот самый день. 21 декабря 2012 года. Свято верующие в предсказания майя члены клуба, изрядно закупившись, начали готовится к встрече апокалипсиса задолго до полуночи. Тем лучше.

В 23-58 я вышел из квартиры, выключил свет в подъезде и тихо поднялся на четвертый этаж. За полуоткрытой дверью хрипели пьяные голоса, раздавались слезливые прощания, кто-то каялся, кто-то визжал (судя по голосу, женщина, но, сами понимаете, половые признаки там неочевидны).

Ровно в 23-59-58 я молча открыл дверь и вошел в квартиру.

Вы сможете икать так, чтобы дребезжали стёкла? И я нет, а они смогли.
Представьте. Темнота, в комнату заходит что-то бесформенное в черном балахоне и с косой (Антон Сергеевич, спасибо за реквизит), лицо мертвенно-белое (мел) снизу подсвечивает горящая свеча.
Замолчал даже бачок в туалете. Тишина была настолько звенящей, что мы слышали, как идут часы у бабы Нюры, живущей в доме напротив.

- Ахр, ап, фууууух, - пытался что-то родить председатель клуба.
- Дай шанс, - зашлепал губами его заместитель.
- Пожалуйста, - пискнула вроде бы женщина.
Я молча повернулся и вышел.

На этом все. Больше в нашем подъезде никаких пьянок-гулянок-драк не было. Клуб сменил прописку навсегда. А чистота и порядок стали неизменными атрибутами нашего крохотного общежития.

Эпилог.

Да, я понимаю, что кто-то мог и помереть, что этот розыгрыш, мягко говоря, жесток. Но ведь никто не умер, это раз. А во-вторых, знаете, как классно, когда пахнет свежестью, а не застоявшимся туалетом.

Автор: Андрей Авдей

13

Только что минуло 23-е февраля. В этот день моему дедушке исполнилось бы 97 лет. Я думал в память о нём 23-его и забросить эту историю, которую он мне рассказал чуть более года назад, но к сожалению не успел. Посему делюсь сейчас. Напишу от первого лица, как он рассказывал. Будет длинно, извините.

Возвращение "Домой"

Эпиграф - "Шар земной мы вращаем локтями, от себя, от себя." (В.С. Высоцкий)

"К концу января 1944-го я уже был почти здоров. Лопатка и плечо правда ещё ныли, тем более, что осколки так все и не достали. Но рана затянулась, хоть и зашили её абы как, ты же сам видел. (Пояснение - в госпитале деду рану зашили очень плохо. Между лопаткой и плечом образовалась впадина размером с детский кулак). В больничке до смерти надоело, и так уже три месяца провалялся.

Начали документы на выписку готовить. Оказалось что пишет их врач, симпатичная такая девушка, Лида. Так получилось, что пока я в госпитале был, мы познакомились. Кстати землячка, тоже родом из Белорусии. Нет, никакого романа и близко не было, просто подружились, разговаривали о том, о сём.

Начала документы писать и спрашивает меня:
- Ранение у тебя тяжёлое было. Давай я напишу, что к прохождению дальнейшей службы ты не годен. Комиссуют тебя.
- Да ты что? - говорю. - Все воюют, а я в тылу отсиживаться буду. Пиши, "годен без ограничений".
- Миша, - уговаривает меня, а сама чуть не плачет, - ну зачем тебе на фронт переться? Тебе что, больше всех надо? Ты же уже 2.5 года воюешь, мало тебе что ли? Или наград ищешь? Так у тебя орден уже имеется. Сам знаешь, пошлют к чёрту в пекло, пропадёшь ни за грош. Давай хотя бы напишу, что "ограниченно годен", в армии останешься, но на фронт не попадёшь.
- Нет, - твердил я, - пиши "годен". Я на фронт хочу.
Препирались мы с ней долго. В конце концов она и написала как я просил.
- Вот упрямый баран, - в сердцах сказала. - Ты уж не забывай, черкни весточку мне хоть иногда, что да как.
Кстати, мы с ней действительно переписывались, даже после войны. Она даже ко мне на Дальний Восток приехать собиралась в 1946-м. Ну, а когда на бабушке женился, я писать перестал...

Я теперь думаю нередко, чего я упорствовал? Ведь не мальчик уже, знал, что ни хрена на войне хорошего нет. И убить могут ни за понюх табаку. Наверное, воспитывали нас тогда по другому. Как там в песне поётся "Жила бы страна родная, и нету других забот." Вся жизнь, может быть, пошла бы по-другому.

На формировании подфартило. Я вообще везучий - что есть, то есть. Там майор какой-то сидел, на меня посмотрел, на документы. Говорит:
- Вы, товарищ лейтенант, на фронте давно, с 41-го?
- Так точно, - отвечаю.
- И сейчас прямо из госпиталя?
- Так точно, - повторяю.
- Значит так. Вижу, что вы на фронт хотите, но он от вас никуда не денется. Сейчас остро нужны офицеры для маршевых рот. Пополнение большое, а опытного младшего комсостава мало. Примите маршевую роту.
Куда деваться? Принял.

Для чего маршевые роты нужны, спрашиваешь? Видишь ли, солдат после учебки или госпиталя не сразу на фронт посылали. Обычно собирали в таких подразделениях, чтобы хоть какое слаживание произошло. Формировали роты и давали пару месяцев, чтобы солдаты друг к другу притёрлись, да и командиры к солдатам пригляделись.

Состав разный, конечно. Попадались и опытные бойцы, обычно после госпиталей. Их командирами отделений ставили. Но у меня таких было мало, в основном совсем мальчишки, прямо из учебки. Мелюзга, лет им по 17, реже 18, все 26-го года рождения. У них ещё молоко на губах не обсохло, а их на фронт. Думалось - обеднела земля мужиком, совсем молодняк в армию берут.

Я им, наверное, стариком казался, ведь мне уже целых 22 года было. Да и я сам себя так чувствовал, ведь с июня 41-го на войне. А опыт - это не шутка. Вижу, что задору цыплячьего в пополнении много, но понимаю - это не солдаты. Разве за 3 месяца учебки солдата можно сделать? Да ни в жизнь. Их, по-хорошему, ещё бы с полгодика учить надо, да кто же столько времени даст? Войне люди нужны. Осознаю, что с такой подготовкой на первом же задании половина этих мальцов поляжет. Надо хоть как-то их поднатаскать.

Гонял я их нещадно, и днём и ночью. Вижу, что им тяжело, но по мне - только так и надо, ведь лишь мёртвые не потеют. Бег и стрельба это хорошо, но ещё важнее сапёру - правильно ползать, ведь часто задания ночью. От своих, по нейтралке, и до колючки. С каждого отделения - проход 10 метров. Умри, но сделай. Туда и обратно ползком, думаешь легко?

Но главное для сапёра - это минное дело. Тут я им продыху не давал, ведь хитростей десятки, если не сотни. Это же не только мину поставить и снять. Её ещё и обнаружить надо, а немцы-хитрецы своё дело туго знали. А как проволоку правильно резать? Как проход обозначить? Как снаряжение упаковать, чтобы оно ночью, пока по нейтралке ползёшь, не загремело? Тут каждая мелочь жизнь спасти может. И погубить тоже.

Мне сейчас 95. Часто думаю, сколько из них до Победы дотянуло. Может, до сих пор ещё и жив кто из тех мальчишек, что я учил. Они же меня на пяток лет моложе. Как мыслишь?

Впрочем, особо покомандовать мне ими и не пришлось, всего пару месяцев. Прибыл с пополнением на 2-й Белорусский фронт в самом конце марта 1944-го. Тут в штаб меня вызывают и приказывают роту сдать. Ладно, а делать-то что? Вот тут и огорошили меня по настоящему.

Оказывается, немцы назад откатились, но минных полей оставили за собой множество. Надо очистить, ведь земля стонет, ухода просит. А... не поймёшь ты всё равно, ты же в деревне не жил, не знаешь, что такое поле и луг. Плюс много маленьких мостов разрушено, надо восстановить. Дают мне 4 сержанта, отделение солдат, и ... целый взвод девок. Лет им от семнадцати до двадцати. Комсомолки, доброволки. Я аж ахнул:
- Товарищ подполковник, а что мне с ними делать? Они хоть мины живьём видели? Топор или пилу в руках держат умеют?
- Они через училище прошли. Остальному на месте обучите. Предупреждаем сразу, бдить зорко - за потери будете отвечать по всей строгости.

Вот это поворот. Тут самая страда и настала. И откуда этих соплюх понабрали? Тут с пацанами-желторотиками проблем не оберёшься, а это девчонки-малолетки. Не забрели бы куда, не обидел бы их кто.

В первую очередь, на минные поля строго-настрого запретил им заходить. Все мины я, сержанты и солдаты снимали. Им лишь обезвреженные мины относить дозволил. А когда мосты строили, поручил им доски, брёвна, да инструменты таскать. Приказал - в воду ни ногой. В апреле же вода ледяная, простудят там себе что.

Ох и намучился я с ними! Они же, дуры, инициативные, всё лезут куда не надо, за ними глаз да глаз. Всё им хиханьки да хаханьки. Не понимают, курицы, что коли мина рванёт, ахнуть не успеют, как их кишки на деревьях окажутся. Думал, совсем с ума сойду, хорошо, что сержанты толковые попались, помогали. Мужики, всем лет за 30, у самих дети чуть помладше есть. Надо признать, старались девчонки, хотя с большинства от них проку как свинью стричь - визгу много, шерсти мало.

Но тут-то и случай один произошёл. Девки-девками, а службу нести надо. С них толку на копейку, значить всем остальным работать много надо. Так вот, был один солдат у меня. Имя не припомню сейчас даже, мы ему кличку "Бык" дали, ибо росту он был огромного и силы немерянной. Но лентяй и волынщик, каких сроду не видал. Всё стонал да жаловался. Гоняли его, конечно, и я, и сержанты, но не так чтобы уж намного больше других. Уж коли так его природа силой наградила, грех не использовать.

Так что стервец учинил. Надыбал взрыватель, к пальцу привязал. Когда мостик восстанавливали, чем-то тюкнул. Бахнуло, два пальца оторвало, кровь хлещет. Девки с испуга орут, он тоже. Не знаю, на что он рассчитывал - ведь и дураку ясно, что самострел. А за это по головке не погладят. Такая злоба взяла - вот сукин сын, девки стараются, из жил лезут, а на нём пахать можно, и вот что учудил.

Перевязали его, конечно. Из особого отдела приехали, опросили. Рапорт приказали написать. Впрочем, особисты и без меня своё дело знали, сразу самострел увидели. Быка увезли. Не знаю, что с ним стало, думаю, шлёпнули его, в то время с такими строго было.

Для морального духа подразделения такие случаи - это очень плохо. Девки мои скисли, да и мужики хмурые стали. Дрянное дело. У самого на душе кошки скребут, вроде бы всё правильно, а не по себе. Главное, гнетёт что я в тылу баклуши бью, пока остальные воюют. Умом, конечно, понимаю, что дело нужное делаю, а всё равно муторно.

Но я, как я и говорил, везучий. Прошла неделька, потеплело, май настал. Разминируем поле одно, а через дорогу ещё поле, его другие солдаты разминируют. С ними лейтенант. Разговорились:
- С какой части? - спрашиваю.
- Первая ШИСБр. - отвечает.
- Так и я там служил до ранения. Надо же где довелось свидеться. А где штаб ваш? - обрадовался я.
- Тут недалеко, километров 10. - рассказал, как добраться.

С делом закончили, и я туда ранним вечером направился. Деревенька полусожжённая, спросил у бойцов, где командование. Захожу в хату - и нате-здрасте, Ицик Ингерман, замначштаба батальона. Не скажу, что мы дружили, он вообще меня намного старше, да штабных мы не сильно жаловали, но тут обнял как родного. Тут на шум и комбат вышел, и другие офицеры.
- Ты какими судьбами? - расспрашивают.
- Да вот после ранения. В госпитале отлежался. В маршевой роте был, сейчас разминированием занимаюсь.
- Так давай к нам. Сам знаешь, как взводные нужны.
- Да я бы с радостью. А как это устроить?
- За это не беспокойся. Сам поеду за тебя просить. - говорит комбат.
- В какую роту попаду?
- Да в твою же, третью.
- Вот здорово. К Юре Оккерту (Юрий Васильевич Оккерт - имя подлинное).
Тут мужики нахмурились.
- Нет его больше. В том бою, тебя ночью ранило, а утром он погиб.

Расстроился я жутко. Такой хороший ротный, каких поискать. Кстати, как и я, из под Ленинграда призывался. Я потом как-то пытался семью его разыскать, да не вышло. Не судьба, видно.

- А Вася и Коля как (Василий Александрович Зайцев и Николай Григорьевич Куприянюк - имена подлинные).
- Что им сделается? Как заговоренные. Коля после ранения вернулся, а Ваську пули боятся.
Тут комбат ухмыльнулся:
- Кстати, сюрприз для тебя имеется. Орден на тебя пришёл, уже полгода дожидается. Сейчас в штаб бригады ординарец сбегает, принесёт.

Вот это сюрприз так сюрприз. Оказывается, когда меня на той проклятой высоте 199.0 ранило, и меня в госпиталь увезли, комбат про меня не забыл. К Ордену Отечественной Войны II степени представил.

Ординарец вернулся скоро. Ну, как положено, орден в стакан водки положили. Выпил, разомлел. Так тепло стало на душе.

Рано утречком поехал с комбатом к своему командованию. Они меня отпускать не хотели, подполковник сначала кричал и грозился. Потом уговаривал, даже медаль выправить обещал. Но я намертво стоял, хочу к своим, и всё тут. Плюс мой комбат рядом, а он и мёртвого уговорить может. Отпустили наконец.

С девочками и солдатами попрощался и в свою бригаду уехал. Как раз на 9-ое мая попал.

Своя бригада (1-я ШИСБр), свой 3-й батальон, своя 3-ая рота. Даже взвод свой, тоже 3-й. Ротный другой, правда, но друзья-взводные те же. А Вася и Коля - мужики надёжные, я вместе с ними с 42-го. Они в тяжёлый час не подведут.

Душа пела, я снова на фронте. Снова со своими. Вместе большое дело делаем, будем Белоруссию освобождать. А до милой Гомельщины почти рукой подать.

Вернулся в свою часть. Можно смело сказать - ДОМОЙ вернулся."

14

В ярмарочном балагане. Выходит силач, берет лимон и выдавливает из него одной рукой стакан сока. После чего оглядывает публику и спрашивает:
- Ну что, кто-нибудь из публики готов повторить номер?
Выходит тщедушный мужичок, берет уже выжатый лимон и выдавливает из него еще два стакана сока. Силач в удивлении:
- Кто вы?! Откуда?!
- Я? Я из налоговой инспекции...

15

Сначала старый анекдот.
Заходит ковбой в бар, садится и заказывает себе стакан виски и напёрсток виски.
Затем вынимает из кармана малюсенького ковбоя и даёт ему напёрсток с виски.
Все сгрудились, невидаль какая, откуда он такой?!?!
Билли, выпей и расскажи народу — куда ты старика Хоттабыча послал?!?!

Не знаю, как вы, но я питаю слабость к элегантному мошенничеству и хитроумным жуликам.
Думаю, что я не одинок. Иначе как объяснить бешеную популярность книг и фильмов про удачливых мошенников?
Идея остроумного обмана — неотразима успешна, претворённый замысел и заслуженный успех сложно закрученного сюжета являются формулой успеха у публики.
Но это — продуманные и хорошо исполненные схемы обмана.
Глупая до тупости попытка грубо и примитивно объегорить вызывает моё раздражение, даже ярость.
А вот и история, недельной давности.
IRS, федеральная налоговая служба — самое грозное мощное оружие в распоряжении государства, их либо боятся либо побаиваются, неприятные ребята, неподкупные и бессердечные, с неограниченными возможностями серьёзно испортить жизнь налогоплательщика.

Именно поэтому, ответив на звонок и услышав устрашающее:
« с вами говорят из IRS»моё сердце затрепетало...
Далее диалог:
— Чем могу помочь?
— С вами говорит агент налоговой службы Смит, вы под следствием и у нас достаточно материала отправить вас в тюрьму на годы и оштрафовать на миллион долларов!
Ой, бля, приплыли...влип ты, Миша, по самые помидоры сейчас засунут, паника, что делать?!?!
Ну, паникой занимается правое полушарие головного мозга, левая, логичная часть мозгов, врубает всю мощь и скорость Феррари на защиту своего носителя.
Тягучий, донельзя спокойный голос цензора начинает звучать из левой колонки моей башки:

«Миша, не будь поцом, только придурки не знают — IRS НИКОГДА НЕ звонят, первый контакт с ними — всегда только заверенным по получению письмом, это раз.
Два — ты что, не слышишь типичный шум большого центра телемаркетинга на заднем плане?
Три — какой, нахер, агент Смит?!?!
Такой сильный индийский акцент английского живёт исключительно в Бангалоре или Мумбае, Смит, даже обосравшись от усердия,не сымитирует его, тебе самому понадобились годы резидентуры с индийскими врачами( классные,кстати, ребята!), чтобы ты мог подражать их акценту, а они — твоему!
Четыре — невелика ты птица, Мишаня, чтоб такие усилия на тебя тратить, ты же ни на минуту не Ал Капоне или Леона Хелмсли.
Итак, подытожим — грубый наезд примитивных дешёвых напёрсточников, клади трубку...

Правое полушарие, артистичное, быстро переходит от паники к ярости и решает подыграть.
— Ой, а что же делать?!?!?
— Вы можете остановить расследование.
— Скажите как и я это немедленно исполню.
— Вам надлежит перевести пять тысяч долларов на счёт IRS, мы закроем ваше дело, ваше наказание ограничиться только этим штрафом.
— Спасибо, мистер Смит, я согласен, как это технически исполнить?
Тихое ликование, клюнуло и потянуло поплавок.
— Вам надлежит дать нам номер вашей кредитной карточки мы перечислим штраф на счёт IRS.
— Согласен, один момент, вот вытащил карточку, записывайте номер.
— Имя на карточке?
— Моё? Точно как у вас в моей налоговой декларации
— Для точности — продиктуйте по буквам.
— Вы готовы?
— Готов, начинайте. Имя?
— Джи оу (go).
— Да, дальше диктуйте, второе имя.
— Эф-ю-си-кей (fuck).
— Явное недоумение, выраженное звуком — Ха?
— А фамилия?!?
— Простая— Йорселф.Всё вместе — Go Fuck Yourself!!!
Последнее сказано с экспрессией, Пошёл Ты Нахер, от всей души.
Гудки.
Грубый глупый наезд не удался, в очередной раз.
Гордый, иду работать, не заметив двух медсестёр, вздрогнувших от громкого мата почтенного седого доктора...
— С вами всё в порядке, доктор?!?
— Всё ок, извините, что вам привелось услышать мою ругань.

Ушёл. Иду и думаю — ну, хорошо, если это не IRS...
А если да?
Надо бы историю тиснуть, объясняющую пару лет отсутствия на сайте...(C)Michael Ashnin.

16

Полтергейст.
Ещё история из детства. Сижу как-то после школы дома один. Вдруг на кухне окно распахивается, прямо обе створки и занавески почти горизонтально от ветра стоят. Подошёл, закрыл, убрал с пола стаканы с луком: тогда любили зелёный лук на подоконниках выращивать. Посмотрел в окно, типа чё там за ураган? Ну, ветерок небольшой был, но чтоб открыть(!) все шпингалеты на двойных(!) рамах и так их распахнуть? И откуда такой ветер? Короче, напрягся. Фильмов ужасов тогда не было, но страшные истории от ровесников (была такая мода их рассказывать) в памяти сразу всплыли. Да ладно, я же мужик, херня всё! Через какое-то время со стула со звуком «шшшиххх» сползает на пол газета. Бля! Очко уже задубело. Ну я же мужик! Бога нет, чёрта нет, всё фигня. Сижу, но реально уже бздушно. И тут вдруг с верхней полки для шапок падает на пол отцовская кепка. Как я тогда не обосрался – загадка. Всё-таки смелость своё взяла. Сразу звоню другу и под любым предлогом пригашаю его в гости. Пришёл. Немного позже рассказал ему причину. Он немного напрягся, но до прихода моих родителей вёл себя смело. Кстати, а ничего больше и не произошло. Родителям всё рассказал. Батя сказал:
- Херня всё это.
Мамка:
- Да тебе показалось.
Показалось? А разбитый стакан с луком? Ребята, честно, ни грамма, ни капли не вру! Прошло много лет, подобное больше не повторялось. Хотя… Иногда в ванной падают с полок шампуни, лосьоны, дезодоранты, ещё всякая хрень. А у вас подобное было? С нетерпением жду комментов.

17

Старый парикмахер

Мы жили в одной комнате коммуналки на углу Комсомольской и Чкалова. На втором этаже, прямо над садиком "Юный космонавт". В сталинках была хорошая звукоизоляция, но днем было тихонько слышно блямканье расстроенного садиковского пианино и хоровое юнокосмонавтское колоратурное меццо-сопрано.
Когда мне стукнуло три, я пошел в этот же садик. Для этого не надо было даже выходить из парадной. Мы с бабушкой спускались на один этаж, она стучала в дверь кухни - и я нырял в густое благоухание творожной запеканки, пригорелой кашки-малашки и других шедевров детсадовской кулинарии.
Вращение в этих высоких сферах потребовало, чтобы во мне все было прекрасно, - как завещал Чехов, - и меня впервые в жизни повели в парикмахерскую.
Вот тут-то, в маленькой парикмахерской на Чкалова и Советской Армии, я и познакомился со Степаном Израйлевичем.
Точнее, это он познакомился со мной.
В зале было три парикмахера. Все были заняты, и еще пара человек ждали своей очереди.
Я никогда еще не стригся, был совершенно уверен, что как минимум с меня снимут скальп, поэтому ревел, а бабушка пыталась меня взять на слабо, сочиняя совершенно неправдоподобные истории о моем бесстрашии в былые времена:
- А вот когда ты был маленьким...
Степан Израйлевич - высокий, тощий старик - отпустил клиента, подошел ко мне, взял обеими руками за голову и начал задумчиво вертеть ее в разные стороны, что-то бормоча про себя. Потом он удовлетворенно хмыкнул и сказал:
- Я этому молодому человеку буду делать голову!
От удивления я заткнулся и дал усадить себя в кресло.
Кто-то из ожидающих начал возмущаться, что пришел раньше.
Степан Израйлевич небрежно отмахнулся:
- Ой, я вас умоляю! Или вы пришли лично ко мне? Или я вас звал? Вы меня видели, чтобы я бегал по всей Молдаванке или с откуда вы там себя взяли, и зазывал вас к себе в кресло?
Опешившего скандалиста обслужил какой-то другой парикмахер. Степан Израйлевич не принимал очередь. Он выбирал клиентов сам. Он не стриг. Он - делал голову.
- Идите сюда, я буду делать вам голову. Идите сюда, я вам говорю. Или вы хочете ходить с несделанной головой?!
- А вам я голову делать не буду. Я не вижу, чтобы у вас была голова. Раечка! Раечка! Этот к тебе: ему просто постричься.
Степан Израйлевич подолгу клацал ножницами в воздухе, елозил расческой, срезал по пять микрон - и говорил, говорил не переставая.
Все детство я проходил к нему.
Стриг он меня точно так же, как все другие парикмахеры стригли почти всех одесских мальчишек: "под канадку".
Но он был не "другой парикмахер", а Степан Израйлевич. Он колдовал. Он священнодействовал. Он делал мне голову.
- Или вы хочете так и ходить с несделанной головой? - спрашивал он с ужасом, случайно встретив меня на улице. И по его лицу было видно, что он и представить не может такой запредельный кошмар.
Ежеминутно со смешным присвистом продувал металлическую расческу - будто играл на губной гармошке. Звонко клацал ножницами, потом брякал ими об стол и хватал бритву - подбрить виски и шею.
У Степана Израйлевича была дочка Сонечка, примерно моя ровесница, которую он любил без памяти, всеми потрохами. И сколько раз меня ни стриг - рассказывал о ней без умолка, взахлеб, брызгая слюной от волнения, от желания выговориться до дна, без остатка.
И сколько у нее конопушек: ее даже показывали врачу. И как она удивительно смеется, закидывая голову. И как она немного шепелявит, потому что сломала зуб, когда каталась во дворе на велике. И как здорово она поет. И какие замечательные у нее глаза. И какой замечательный у нее нос. И какие замечательные у нее волосы (а я таки немножко разбираюсь в волосах, молодой человек!).
А еще - какой у Сонечки характер.
Степан Израйлевич восхищался ей не зря. Она и правда была очень необычной девочкой, судя по его рассказам. Доброй, веселой, умной, честной, отважной. А главное - она имела талант постоянно влипать в самые невероятные истории. В истории, которые моментально превращались в анекдоты и пересказывались потом годами всей Одессой.
Это она на хвастливый вопрос соседки, как сонечкиной маме нравятся длиннющие холеные соседкины ногти, закричала, опередив маму: "Еще как нравятся! Наверно, по деревьям лазить хорошо!".
Это она в трамвае на вопрос какой-то тетки с детским горшком в руках: "Девочка, ты тут не сходишь?" ответила: "Нет, я до дома потерплю", а на просьбу: "Передай на билет кондуктору" - удивилась: "Так он же бесплатно ездит!".
Это она на вопрос учительницы: "Как звали няню Пушкина?" ответила: "Голубка Дряхлая Моя".
Сонины остроты и приключения расходились так стремительно, что я даже частенько сначала узнавал про них в виде анекдота от друзей, а потом уже от парикмахера.
Я так и не познакомился с Соней, но обязательно узнал бы ее, встреть на улице - до того смачными и точными были рассказы мастера.
Потом детство кончилось, я вырос, сходил в армию, мы переехали, я учился, работал, завертелся, растерял многих старых знакомых - и Степана Израйлевича тоже.
А лет через десять вдруг встретил снова. Он был уже совсем дряхлым стариком, за восемьдесят. По-прежнему работал. Только в другой парикмахерской - на Тираспольской площади, прямо над "Золотым теленком".
Как ни странно, он отлично помнил меня.
Я снова стал заходить к старику. Он так же торжественно и колдунски "делал мне голову". Потом мы спускались в "Золотой теленок" и он разрешал угостить себя коньячком.
И пока он меня стриг, и пока мы с ним выпивали - болтал без умолку, брызгая слюнями. О Злате - родившейся у Сонечки дочке.
Степан Израйлевич ее просто боготворил. Он называл ее золотком и золотинкой. Он блаженно закатывал глаза. Хлопал себя по ляжкам. А иногда даже начинал раскачиваться, как на еврейской молитве.
Потом мы расходились. На прощанье Степан Израйлевич обязательно предупреждал, чтобы я не забыл приехать снова:
- Подумайте себе, или вы хочете ходить с несделанной головой?!
Больше всего Злата, по словам Степана Израйлевича, любила ириски. Но был самый разгар проклятых девяностых, в магазинах было шаром покати, почему-то начисто пропали и они.
Совершенно случайно я увидел ириски в Ужгороде - и торжественно вручил их Степану Израйлевичу, сидя с уже сделанной головой в "Золотом теленке".
- Для вашей Златы. Ее любимые.
Отреагировал он совершенно дико. Вцепился в кулек с конфетами, прижал его к себе и вдруг заплакал. По-настоящему заплакал. Прозрачными стариковскими слезами.
- Злата… золотинка…
И убежал - даже не попрощавшись.
А вечером позвонил мне из автомата (у него давно был мой телефон), и долго извинялся, благодарил и восхищенно рассказывал, как обрадовалась Злата этому немудрящему гостинцу.
Когда я в следующий раз пришел делать голову, девочки-парикмахерши сказали, что Степан Израйлевич пару дней назад умер.
Долго вызванивали заведующего. Наконец, он продиктовал домашний адрес старого мастера, и я поехал туда.
Жил он на Мельницах, где-то около Парашютной. Нашел я в полуразвалившемся дворе только в хлам нажравшегося дворника.
Выяснилось, что на поминки я опоздал: они были вчера. Родственники Степана Израйлевича не объявлялись (я подумал, что с Соней и Златой тоже могло случиться что-то плохое, надо скорей их найти).
Соседи затеяли поминки в почему-то не опечатанной комнате парикмахера. Помянули. Передрались. Танцевали под "Маяк". Снова передрались. И растащили весь небогатый скарб старика.
Дворник успел от греха припрятать у себя хотя бы портфель, набитый документами и письмами.
Я дал ему на бутылку, портфель отобрал и привез домой: наверняка, в нем окажется адрес Сони.
Там оказались адреса всех.
Отец Степана Израйлевича прошел всю войну, но был убит нацистом в самом начале 1946 года на Западной Украине при зачистке бандеровской погани, которая расползлась по схронам после нашей победы над их немецкими хозяевами.
Мать была расстреляна в оккупированной Одессе румынами, еще за пять лет до гибели отца: в октябре 1941 года. Вместе с ней были убиты двое из троих ее детей: София (Сонечка) и Голда (Злата).
Никаких других родственников у Степана Израйлевича нет и не было.
Я долго смотрел на выцветшие справки и выписки. Потом налил до краев стакан. Выпил. Посидел с закрытыми глазами, чувствуя, как паленая водка продирает себе путь.
И только сейчас осознал: умер единственный человек, кто умел делать голову.
В последний раз он со смешным присвистом продул расческу. Брякнул на стол ножницы. И ушел домой, прихватив с собой большой шмат Одессы. Ушел к своим сестрам: озорной конопатой Сонечке и трогательной стеснительной Злате-Золотинке.
А мы, - все, кто пока остался тут, - так и будем теперь до конца жизни ходить с несделанной головой.
Или мы этого хочем?

Александр Пащенко

18

Деревенька как деревенька. Как все, как многие. Только в этой деревеньке электричество вдруг кончилось. Подозревали Гошку с Генкой, но на самом деле ветер провод оборвал. Хотя Генка с Гошкой все равно на подозрении первые, даже если ураган Катрина какой-нибудь в деревеньку заглянет.

Электричество в деревне не очень нужная вещь летом. Светает рано, темнеет поздно. Встают все с рассветом, ложатся с закатом. Свет не жгут, экономят. Но тут, как раз всем электричество понадобилось телевизор смотреть. Кино про Штирлица. Телевизоров в деревеньке шесть штук всего. Кто соседей домой пригласил, а кто на подоконник телевизор выставил, и с улицы смотрят, сидя на лавочках. То есть, смотрели, пока провод не оборвало.

Ветер ветром, а про Гошку с Генкой почти каждый в деревне подумал, что это они не дают Штирлица досмотреть. Но электриков вызвали. А Генка с Гошкой с чердака слезли, когда электрики сказали, что это ветер провод порвал, точно. Невиновность невиновностью, но, когда подозревают именно тебя, подозрения лучше переждать на чердаке. А так они слезли и побежали смотреть, как «электричество чинят». Так тетка Арина сказала.

Что такое электричество Гошка знал не понаслышке. Еще когда в школе не проходили, знал. Гошкин заслуженный учитель физики Петр Васильевич вполне мог подтвердить. Заслуженным Петр Васильевич был не только потому, что преподавал когда-то Гошкиным родителям физкультуру, а еще потому, что просто был хорошим учителем физики и заслуженным учителем РСФСР. Это он Гошку с электричеством познакомил, раньше, чем школьной программой положено. Так и сказал: Гоша, если ты электростатическую машину в лаборантской хоть пальцем тронешь, получишь по лбу. Гошка и не трогал. Может, кому по лбу и хочется, а Гошке нет. Поэтому, когда Петр Васильевич в лаборантскую вернулся, электростатическая машина так и стояла, пальцем не тронутая, а Гошка с еще одним любителем физики вывели тоненьким проводочком из-под клеммника кинескопа несколько тысяч вольт и наблюдали, как ионный ветер соль из одной кучки в другую перетаскивает.

Генка тоже с электричеством знаком. Он еще в школу не ходил, когда совершенно случайно, тоненькую полоску елочного дождика из фольги в розетку засунул. Одним концом в одну дырочку, другим… В общем, ему понравилось, как пыхает. А когда Генка уже в школе учился, то на перемене у них принято было классы обесточивать. Отключат электричество на перемену, а когда урок начнется учительница либо сама сходит, включит, либо пошлет кого-нибудь повыше, чтоб до щитка освещения дотянуться мог. Так вот если, пока тока нет, розетку проводком тоненьким перемкнуть, то когда ток включат, оно тоже изрядно пыхает, а все боятся. И электриков вызывают. Раза два. Потом, правда, по шее дают. И откуда учителя догадываются, кто проводки в розетки засовывает? Сквозь стенки, наверное, видят.

Электриков приехало трое: один старый и два молодых. Молодые электрики сразу полезли на столбы, а старый расстелил на осколке бетонной плиты газету и достал из машины авоську со снедью. Вскоре на газете лежали с десяток вареных яиц, крупно нарезанные хлеб, сало и лук. Электрик достал из авоськи огурцы и помидоры, огляделся и как бы заметил отсвечивающих Генку и Гошку.

- Не в службу, а в дружбу, пацаны, не сгоняете огурцы помыть? Где тут вода у вас? Вода была на ферме: триста метров всего и через некоторое время старый электрик накрыл «на стол» полностью. Натюрморт завершала бутылка белой. «Пол-литра».

- Готово, мужики, - старый любовно оглядел картину придирчивым взглядом, переложил два огурца, поправил коробок с солью, кивнул удовлетворенно: теперь совсем готово, и позвал опять, - готово! Мужики орлами слетели со столбов.

- Бескозырка, Иваныч, - один их молодых взял бутылку, - нож дай.

- Всему вас учить надо, - Иваныч отобрал пузырь, - смотри, который раз показываю. Он шлепнул по дну бутылки корявой, крепкой ладонью. Пробка осталась на месте.

- И чо? – усмехнулся молодой, - дисквалифицировался профессор? Ножик давай, - молодой тронул пробку пальцами, и она соскочила с бутылки.

- Мастер! - второй электрик подставил стакан, - лей! Гошке и Генке водки не предложили, но по бутерброду с салом выделили. После обеда молодые снова полезли на столбы, а старый электрик, прозываемый Иванычем, свернул остатки нехитрого обеда в газету, закурил и уселся на плиту.

- А знаете ли вы, что такое электричество? – спросил он Гошку и Генку и пустил дым кольцами.

- Электричество - это движение заряженных частиц в электрическом поле, - отрапортовал Гошка, - мы по физике проходили. Он немного врал. Электричество они должны были проходить только на следующий год, а про направленное движение ему Петр Васильевич рассказал, когда подзатыльниками задавал направление вон из лаборантской. Очень ему Гошкины эксперименты с ионным ветром не понравились.

- Чего? – сморщился Иваныч, как от лимона, - по физике? Ничего ваши физики в электричестве не понимают. Какие поля? Вот это поля! – он махнул рукой на поле у себя за спиной, - а там в проводе какие поля? - Нету, там никаких полей. - продолжил Иваныч, затянувшись, - электричество, ребята, - это три фазы, ноль и земля, - он притопнул ногой, подошвой показывая землю, - возьмёшься за две фазы – будет 380, а возьмёшься за фазу и ноль – будет 220. Ноль можно трогать отдельно от фазы голыми руками. Землю тоже можно. И фазу можно, если с нолем и землей контакта у тебя нет.

- Вот что такое электричество, - закончил Иваныч через полчаса свою речь.

- А ты, говоришь, «движение частиц по полю» - передразнил он Гошку, - а сейчас идите отсюда, мне работать надо.

Если бы старый мастер представлял, кому он все это рассказывал, и на какую благодатную почву упадут семена посеянных им знаний, он бы предпочел молчать. Но он не знал, а просто принял Гошку и Генку за вполне обычных, деревенских парней. С которыми можно поболтать после обеда. Впрочем, так оно и было.

Посевы знаний взошли на следующий день. Деревенька не чаяла беды и опять смотрела Штирлица, пользуясь починенным электричеством, а Гошка делился с Генкой планами на жизнь. Точнее, спрашивал.

- Ты, Генка, про электрического пастуха слышал, когда-нибудь?

- Не-а, про электрического не слышал. Про обычного слышал: тетка Мариша сегодня орала, что Юрку-Гнуса гнать из пастухов надо. Ленивый он потому что.

- Можно и гнать, - согласился Гошка, - мы электрического пастуха сделаем. Он не ленивый.

- Чего смеешься? – Гошка удивленно посмотрел на заливающегося Генку, - ничего смешного. Сказал сделаем, значит, сделаем.

- Ага, сделаем! – останавливаясь, но еще немного фыркая, согласился Генка, - я и представил, как к Гнусу электричество подвести.

- Электричество к Юрке? Нет, Ген, нас еще за взрыв в помойной яме не простили. Потом, электрический пастух - это совсем не обычный пастух с проводом, - Гошка тоже фыркнул, представив Юрку-Гнуса, из которого торчал провод со штепселем, – это просто система проводов под напряжением. Корова к проводу подходит, ее немного током бьет, и она обратно идет.

- И это все? – разочарованно протянул Генка, - а я думал, мы с тобой робота-пастуха делать будем. С руками и ногами, как в кино про волшебные спички.

- Робота делать не будем, - а вот если Борькин загон проволокой обмотать и по ней ток пустить, то он его разламывать не будет. Лидка жаловалась, что он каждый день загон разламывает.

Лидка была заведующей фермой и председателем сельсовета, а в своем загоне, уже предчувствуя неприятности, мычал совхозный бык-производитель Борька. Проволоку, чтоб обмотать жерди загона, ребята взяли из провода, оставшегося от электриков, распустив его на отдельные жилы. Электричество, а точнее, «фазу» зацепили от воздушной линии, рядышком с Борькиным загоном. Накинули крючок и все. «Фазовый» провод от нулевого их научил отличать старый мастер Иваныч, не знающий, что творит. Самый толстый столб загона был обмотан проволокой несколько раз. Борька, любивший почесать об него бок, неловким движением выворачивал столб с корнем. Столб вкапывали заново, Борька выламывал. Вкапывали, выламывал. Это надоело всем, кроме быка.

Подключив своего электрического пастуха, Гошка и Генка засели на чердаке фермы ждать, когда Борька выйдет на прогулку. Не успел Гошка в красках описать Генке момент их награждения за электрического пастуха, когда все увидят, что сегодня не выломано ни одной жердины, как в загон вышел Борька.

Здоровенный бык был в игривом настроении. Он огляделся по сторонам, мотнул головой и потрусил к любимому столбу чесаться. Раздался тихий треск, и столб несильно укусил Борьку за левый бок.

Борька недоуменно покосился на деревяшку, повернулся и прислонился к столбу правым боком. Раздался тихий треск. Борька отскочил, возмущенно мыкнул, поскреб землю копытом и попробовал столб боднуть. Раздался тихий треск. Борька расстроился совсем. Он гордость совхоза. Бык. Веса в нем тонна, все боятся, а этот нахальный столб кусается. Ни с того, ни с сего. Борька замычал от обиды.

Мимо шла Лидка. Лидия Тимофеевна – заведующая фермой и председатель сельсовета. Высокая, сильная тетка сорока пяти лет. Бывшая доярка и скотница. Вырастившая Борьку из маленького теленка и кормившая его из соски. Мимо она не прошла. Как она могла пройти мимо своего любимца, если у нее в кармане все время есть для Борьки соленый кусок хлеба, морковка или еще какое лакомство? Лидка пролезла между жердями, погладила Борькину морду и угостила его хлебом. Борька успокоился, мигом сглотнул хлеб, обнюхал Лидкину ладонь, подумал и лизнул Лидку в лицо. В благодарность. Лидка отшатнулась, и, чтоб не упасть, оперлась упитанной попой на тот самый столб. Было жарко, Лидкин халат был влажным.

Раздался тихий треск. Лидка – не бык. Весу меньше, чем тонна. Но, отскочив от столба вперед, она лихо боднула Борьку в нос и коротко выругалась.

Борька удивился. Но решил, что с ним играют и опять лизнул боднувшую его Лидку. Лидка отшатнулась, и, чтоб не упасть, оперлась темже местом на тот самый столб. Раздался тихий треск. И Борьку опять боднули в нос. И выругались. Уже не так коротко, но невнятно.

Борька удивленно посмотрел на Лидку. Порядочная ведь женщина, - читалось в его глазах, - председатель сельсовета, хлеба принесла, а бодается. Где вы видели, чтоб председатель сельсовета быка бодал? Нигде. Может, ее из председателей выгнали? Тогда ее пожалеть надо. И Борька опять лизнул Лидку в лицо. Лидка отшатнулась, и…

В загон вошел зоотехник Федька. Он давно наблюдал, как заведующая фермой и председатель сельсовета пытается забодать совхозное имущество и сильно ругается, что вообще удивительно. Потому что сильно ругается она только на него, Федьку, и то за пьянку. Федька вошел в загон, чтоб было удобней смотреть на такое представление. Удобнее смотреть сидя. Поэтому Федька присел на нижнюю жердь ограждения. Раздался тихий треск.

Федьку бросило вперед, и он боднул Борьку в бок.

Неизвестно чем бы кончилась эта коррида, но Гошка плохо соединил провода, и коррида кончилась вместе с электричеством. Видимо из-за этого плохого соединения награждение Гошки и Генки за внедрение в сельскую жизнь электрического пастуха прошло не совсем так, как они рассчитывали. Паять надо было. Паять.

19

Если верить членам Секты Свидетелей Хорошей Жизни при СССР, то они там только и делали, что ели вкуснейший пломбир за сколько то там, не помню за сколько копеек, да покоряли бескрайний космос.
Вставал такой пионер Иванов утром рано, а мать ему раз уже — и пломбир подаёт! На, Иванов, ешь!
Вкусно?
Очень!
Наш, советский!
Узнаю! Дорогой?
Да нет, сущие копейки! Зато — натуральный! В будущем таких не будет!
Поел Иванов пломбир самый вкусный — и сразу на вокзал. Мне, пожалуйста, тётя, билет на Байконур! - скажет Иванов в кассу, и ему тот час же выдают билет бесплатный. И пломбир. Ну, чтобы подкрепился в дороге. Приезжает пионер Иванов на космодром, а там его уже ждут Королёв и Гагарин. Оба с пломбирами, разумеется. Показывают ему ракетный двигатель. Говорят — даже в Америке такие двигатели покупают! Так-то, Иванов! Гордись! Хочешь пломбир?
Иванов берёт пломбир, рассматривает двигатель и гордится сильно-сильно! И не мудрено! Нигде таких двигателей нет больше! В Америке покупают!
Доел Иванов пломбир — и в ракету. Гаркнул заветное «поехали» и вжух — уже в космосе! Смотрит Иванов в иллюминатор на землю, видит атомные ледоходы и атомные же станции. Понимает, откуда мирный атом начало своё берёт да по чьей воле по планете шагает, пломбир специальный, космический из тюбика ест, да улыбается.
Потом приземляется, быстренько получает золотую звезду героя СССР и быстрей в школу! По пути старушку через дорогу переведёт, металлолом соберёт, макулатуру сдаст, норму ГТО выполнит и деревце посадит. Ну и пломбир конечно недорогой но самый вкусный — поест.
Забежит в класс, скромно глаза потупит и скажет — извините Марь Иванна, опоздал я, в космосе задержался маленечко с Гагариным. И весь класс дружно и беззлобно так и грянет белозубым смехом, и Ильич с портрета улыбнётся ну до того лукаво, что аж слеза у Иванова проступит, до того ему хорошо в стране советской жить, эх хорошо в стране любимым быть!
А потом в футбол консервной банкой играть, да в казаки-разбойники, да в салочки, да в орлянку, да в мало ли чего ещё — детство же счастливое, настоящее. Без интернета! Веселись, да пломбир ешь! А как наешься — ещё и газировочки можно попить из автомата! С сиропом! И стакан никто - не воровал! Ночью приди к автомату — а стакан то — вот он, сияет гранями в неверном лунном свете!
Вот как жили! Всех вот где держали! А те нас боялись, и правильно делали! И двери не закрывали, и во двор столы выносили, и пели за теми столами красивые песни про вольную волю, и пломбир был вкусный за сколько то там. Не помню уже за сколько копеек, и стакан — не воровали! Так то!

20

Про экстрасенсов, колдунов и целителей.

Лет так уже двузначное число назад. В лесисто-уральской местности. Мучимый тяжелейшим похмельным синдромом, вызванным трехдневным общением с генералом от Госгортехнадзора, я прислушался к совету собственного водителя:

- Шеф, - говорит, - тут бабка в деревне имеется, всякие болезни наложением рук снимает. Недалеко – километров пятьдесят. Нам с вами это не крюк. А бабка - на весь Урал знаменитость. К ней даже из-за границы лечиться едут, из села, где Ванга жила.

Согласился от безысходности. Там все равно магазин в деревне-то.

Дом у бабки был странный. То есть не крестьянская изба, а именно дом в деревне. Старый. Лет так за сто с полусотней. То ли больничка была ранее, то ли школа, то ли просто приказчик заводской жил. Калитку в тёсовой воротине, открыла та самая бабка.

Точнее вовсе не бабка, - бабкой назвать язык не повернется, а высоченная стройная старуха с крючковатым носом, вся в черном платье до пят. С кружевным черным же воротником и манжетами. Я так в детстве старуху-графиню из Бронзовой птицы представлял. А эта еще и назвалась Марфой Акинфиевной, что в Демидовских местах звучит вызывающе после захода солнца. Пригласила в дом. Посмотрела. Не спрашивая набулькала воды в стакан и подала. Стало легче.

И минут за пятнадцать, под удивленные вздохи водителя, рассказала всю историю болезни. Сердце начинает шалить. Давление. И так далее, и тому подобное, достаточно подробно и правильно. Травы заварила разной, колодезной водой отвар остудила, порошков каких-то в тот же стакан насыпала. Ну я сразу-то пить не стал, мало ли чего намешала. Не поклонник видите ли употребления помета летучих мышей с толчеными жабьими головами. Обещали ж только наложением рук… Но тут, как раз водитель спросил, откуда она все про нас знает.

- Чего про вас знать-то алкашей? Тоже мне бином Ньютона. Я пятьдесят лет в районной больнице из них тридцать – заведующей. Сейчас здоровья на работу не хватает, дома сижу, иногда людям помогаю. А всякие идиоты вроде тебя, - тут она на водителя кивнула, - слухи распускают про бабку-целителя. Пей, не бойся, - это уже мне, - там аспирин с аскорбинкой и травы успокаивающие.

Выпил, да.

- А имя-отчество? – выпив обратился я с наглым вопросом.

- Так надо ж было тебя в чувство привести как-то. Ииэх, интеллигентный человек, а водку в таких количествах употребляете. Воздержанней надо быть. А так-то я Мария Афанасьевна Никитина. Без всяких чудес и демидовщины.

Тут я все-таки заржал. Хорошая тетка. А могла бы ведь и клубочек предложить. За три моря с клубочком.

21

Отдыхали с друзьями на даче. Без спиртного, насухую. Одному приспичило показать какой-то химический фокус, достал бутылек с тёмной жидкостью, говорит, мензурка с делениями есть? Откуда, нафиг на даче? Говорит, надо строго 1 к 2 с водой развести. Нашли только поллитровые разовые стаканчики. Вылили в стакан жидкость, примерно треть (по высоте) и задумались. Снизу стакан узкий, сверху шире, сколько по высоте ещё нужно долить, чтобы 1 к 2 было? Один начал чертить на листочке треугольники, второй забегал в поисках линейки или хотя бы рулетки, я вообще полез гуглить, сидим, ищем решение. Племяшка хозяина дачи посмотрела-посмотрела, подошла, молча отметила уровень жидкости маркером, вылила в банку, потом налила воды до риски, тоже вылила, и ещё раз налила воды до риски, вылила. Вздохнула и сказала: "эх, вы". Всё бы ничего, но она учится в 4 классе, а мы студенты 4 курса политеха. Так стыдно нам ещё никогда не было.

22

Дочка 6 лет вернулась с летних каникул от бабушек-дедушек. Сидим за столом, завтракаем, мелкая вредничает по поводу еды...
- Сашка, ты что такая вредная стала? Всё тебе не так, не эдак. Надо быть пооптимистичней!
- Как надо быть?
- Ну оптимистом. Знаешь, кто такие оптимисты? Это люди, которые во всём видят не плохое, а только хорошее. Например, оптимист видит, что стакан воды наполовину полон, а пессимист...
- Да знаю, знаю... Пессимист - это который говорит: "Какая сука выпила пол моего стакана?!"
Выяснять не стал, откуда такие познания.

23

Мне эту историю рассказал дед, а ему его друг.
Это было в СССР. Тогда этот друг и его друзья решили пойти на алые паруса. Конечно же, в честь праздника решили взять 3 литра водки откуда-то. По дороге какой-то прохожий посоветовал взять (то есть украсть) стакан из автомата с газированной водой (и не зря).
На празднике друзья набрались. И вдруг захотелось пить. Магазины не работают, и как назло во всех 20 автоматах с водой стаканов НЕТ. Но есть же украденный стакан. Конечно же все пятеро друзей смогли выпить газировки. В это время набралась очередь, думая, что в этом автомате есть ЭТОТ ДОЛГОЖДАННЫЙ СТАКАН. И когда друг деда решил уходить со стаканом, какой-то парень ему говорит:
- Ты куда стакан понёс?
- Это мой стакан. Я его из дома принёс.
Долгие споры. И в конце концов этот стакан продан каким-то образом за 3 рубля, иначе бы его просто так не отпустили бы.
Хороший праздник был наверное, ведь стакан украденный с вокзала продан за 3 рубля.

24

ДОПИТЬСЯ ДО СЛОНОВ

- Скока тайму? Что-о!? и ты меня, гад, в такую рань…? Уйди с глаз моих!
Женька по частям, как складная плотницкая линейка, поднялся с дивана, помотал головой, сморщился и потрогал оплывшую физиономию.
Фотографу рекламного агентства «Гламур-Кам» нужно было сейчас не моё сочувствие. Ему нужен был огуречный рассол с его кальцием, магнием и прочими микроэлементами, так необходимыми иссушенному этанолом и его производными организму. Женька с урчанием, как испорченный слив раковины, всосал в себя полбанки, ещё раз, более энергично, потряс головой; потом, осоловело улыбаясь, подломился в коленях и снова приземлился на своё лежбище, намереваясь оттянуться ещё минут на триста. Ага, щас! Я дёрнул его за ногу.
- Подъём! У тебя кастинг, соискательницы звания «Мисс Камчатка» двери студии обписали…
Он брыкнулся, не попал, со стоном сел, запустил руки в шевелюру, со скрипом почесал голову и с безнадёжной тоской спросил:
- Что там, на улице?
- Зима.- кратко ответил я.
- Ненавижу зиму!- с чувством сказал Женька.- Нужно быть чукчей, чтобы любить зиму.… А представь: - он мечтательно закатил глаза, - тепло, даже жарко, над асфальтом водный мираж, в котором отражаются встречные машины, тёплый ветерок влетает в приспущенное окно…
- И бутылочка пива приятно холодит руку…безалкогольного пива, дурак!- заорал я увёртываясь от подушки.
- Сам дурак.- Женька был грустен и отрешён.- Это мне вспомнился случай, после которого я два года спиртного в рот не брал. Как отрезало. И мой генерал тоже.
- Какой генерал?! – мне показалось, что у приятеля поехала крыша, и я даже отодвинулся вместе со стулом.
- Мон женераль – если по-французски тебе понятнее. Я тогда служил в Хабаровске и был личным водилой одного из замов командующего округом. Ну, что такое шофёр начальства – знаешь сам. Из той же когорты, что писари при штабах, ротные художники и прочая шушера. Армейские придурки, одним словом. Только у меня ступенька была повыше, со всеми вытекающими отсюда.… И вот как раз намедни окружной генералитет проводил в Москву комиссию из Генштаба, которая проверяла боеготовность округа. С проверкой-то всё было нормально, мы с генералом помотались на УАЗике четверо суток, урывая на сон часа по три-четыре ; а вот когда всё кончилось, у господ был банкет с баней, тёлками и стрельбой из всех видов оружия. Разве что межконтинентальные не запускали, а то бы пришлось потом в Ленинской комнате Америку с карты ластиком стирать… Во-от… В общем, после отъезда проверяющих мой генерал добавил ещё, мне тоже кое-что перепало, еле выспался, утром пересели с УАЗа на «Чайку» и попилили на его дачу, что в километрах двадцати от Хабаровска.
Ну, ландшафты дальневосточные ты сам знаешь – лепота! Начало сентября, тайга по сторонам трассы расцвечена во все цвета от красного до яркой зелени, небо синее, как Гжель и облачка нарисованные. Дорога ныряет из распадка в распадок, подъёмы и спуски длинные и пологие, и если бы не наше общее похмелье…
Женька оборвал свой рассказ и прошлёпал на кухню, загремел посудой в мойке – видно, выискивал чистую чашку или стакан. Потом подозрительно затих. Я тихонько миновал арку «хрущобы» и заглянул к нему.
Кокетливые, с оборочками, какие-то несерьёзные дамские шторы были раздёрнуты, и позднее зимнее солнце навылет простреливало кухню, обнажая и вырисовывая царивший там бардак. В центре стола криво торчала из подсвечника оплывшая оранжевая свеча. На бокалах с остатками вина и на окурках пламенели следы яркой помады – ночью приятель оттягивался по полной программе. Женька сидел, сдвинув локтями посуду и утвердив голову на сжатых кулаках. С подоконника на эту жанровую сцену – «Утро свободного фотографа»,- пялился огромный лиловый глаз дорогого цифровика. Широкий ремень с фирменным логотипом «Никон» свисал безвольной змеёй до самого пола.
- Дальше-то что было?
- А?..- он бессмысленно посмотрел на меня, страдальчески сморщился, но тут же просветлел лицом.- А-а! Ну, едем… Генерал, вижу, пару раз приложился к фляжке…да не к какой-то там пошлой посеребрённой, а к обычной солдатской…а у него там, между прочим, первосортный коньячок! Этакая армейская эстетика. Мне, естественно, не положено, хотя чем один мужской организм отличается от другого мужского организма с похмелья – непонятно. «Чайка» переваливает ещё один подъём, и тут мон женераль давится коньяком, краснеет, кашляет, выпучивает глаза и тычет вперёд пальцем. Я смотрю туда, куда он указывает… и тут моя нога сама нажимает педаль тормоза. Потому что впереди, в ровном распадке, под осенним солнышком российского Дальнего Востока пасётся слон.
Обыкновенный слоняра – ушастый, хоботастый, мышиного цвета, со складчатой кожей, с несерьёзным мышиным хвостиком. Хлопает ушами, отпугивая комаров и слепней, ломает хоботом ветки берёзок и меланхолично суёт их в пасть. Типично русская такая картина, представляешь?
Я напрягся, пытаясь остаться серьёзным, но на лицо, помимо воли, наползла скептическая ухмылка.
- Вот-вот,- горестно покивал Женька, - я бы тоже такую морду скривил, только первая мысль была о глюках, о «белочке». А потом думаю: «Что, у генерала тоже? Только он-то что видит?» А он тут мне и говорит:
- Боец, что там внизу, в распадке?
И так опасливо на меня смотрит, боясь услышать подтверждение своих похмельных видений. Ну, я ему честно отвечаю: «Слон,- дескать,- товарищ генерал-лейтенант!» У генерала тут же краснота с лица спала, позеленел, бедный. Посидел немного, перевёл дух, но ничего – крепкий мужик оказался…наверное, звание и профессия обязывали. Распахнул он заднюю дверцу и вылез наружу. Ну и я за ним.
Стоим, значит. От нас до животины оставалось метров двадцать, и теперь все его перемещения стали не только отчётливо видны, но и слышны. А для полноты картины у обочины дымилась впечатляющих размеров кучка слоновьего навоза. Свеженького. Так что гипотеза об абстинентном синдроме у нас отпала сразу и дружно. Генерал покрутил носом, посопел, притопнул каблуками ботинок, сделал мне этак ручкой – и полез обратно в машину.
Поехали мы. А за следующим подъёмом, в очередном распадке увидели поддомкраченый КамАЗ с длиннющим трейлером. На трейлере стояла стальная клетка с толстенными прутьями. Внутри было пусто, если не считать растрёпанной соломы и лохани с водой. В мозгах у нас обоих что-то забрезжило, и генерал скомандовал остановиться. Я аккуратно объехал автопоезд и припарковался перед самой мордой КамАЗа.
Водила менял передний скат, и цветисто, с множеством русских матерных определённых артиклей, рассказывал нам, как «этот дирижабль захотел жрать, стал трубить, распугивая встречные машины, раскачивать клетку». Как у машины разбортировался на ходу слабо подкачанный скат, и как домкрат не поднимал всю эту махину, и пришлось выпустить слона попастись на волю – благо погода и подножный корм позволяли. Конечная остановка у них была в Хабаре, где в это время гастролировал то ли цирк, то ли зверинец, ну, а они, стало быть, подзадержались, хе-хе… «Да Вы не беспокойтесь, товарищ генерал, скотинка меня знает, мы с ним давние приятели, так что в клетку я его загоню без проблем. Ему сейчас главное – нажраться от пуза, и он станет как шёлковый».
И как бы в подтверждение его слов с той стороны, откуда мы приехали, раздался не лишённый музыкальности трубный рёв, и над взгорком показалась махина головы с подпрыгивающими на ходу ушами. Зрелище было нереальное, фантастическое, как восход серой луны. Слон взошёл над горизонтом и стал виден во всей красе. И снова появилось ощущение галлюцинации.
Генерал мой, думаю, почувствовал то же самое. Он быстренько влез в машину и, подождав, когда я устроюсь за рулём, буркнул: «Поехали!» И мы поехали. К нему на дачу. Там мой патрон вылил на землю из фляжки коньяк и пошёл спать. Молча. И у меня с тех пор как отрезало. Видеть спиртное два года не мог. А ты говоришь…
- Россия – родина слонов.- Изрёк я, чтобы хоть что-то сказать.
А что тут ещё скажешь?

25

Гвозди

Они дружно лежали в ящике, в который бросил их хозяин - парни-гвозди. Поставил бы - стояли, как на параде, один в один, ростом ровно 100 мм, блестящие, без малейшего следа ржавчины, остро обрубленные концы, ровные ребристые круглые шляпки. Все как один, только что из гвоздильного станка, лежали молча, опыта никакого и вообще - о чем говорить-то? В ящик посыпались новички. Да какие ж это новички! На каждом следы ржавчины, шляпки набекрень, концы можно назвать острыми только с натяжкой.
"Что, добры-молодцы, приуныли?", - вот обязательно среди "повидавших жизнь" найдется говорун, не молчится ему! "Молчим? В сучкЕ торчим!", - показалось даже, что локтем он пихнул соседа. "Ну ничего, пооботретесь, получите 2-3 удара молотком по шляпке - помягчеете. Добро бы получить молотком от самого Михалыча, у него не побалуешь, три удара - только шляпка и будет на солнце блестеть. А как возьмется за тебя его подсобник Пашка - со святыми выноси! Кривыми ударами кого хочешь под гвоздодер подведет. Но хуже нет, если попадешься ты хозяйскому сыну. "Папа, дай пикоздик!", - тоненьким голоском передразнил гвоздь-говорун кого-то. "Шляпка набок, всего искорежит...вспомнить страшно, сколько наших он загубил".
- Дяденька-гвоздь, а вы откуда к нам? - спросил кто-то из молодых.
- Дя-день-ка! Тьфу, дал же автомат "племянничка". Службы не знаешь, плесень! Обращаться ко мне "гражданин начальник" или "товарищ прапорщик" - на выбор.
Кто-то из новоприбывших старичков заворчал:
- Слушай, ты опять разболтался, Ржавый - голова и так трещит после вчерашнего. Помолчи, а?
- А мне только разговор и помогает в форму придти, стройность прежнюю обрести. Вот встретился я как-то с нашим родственником - ухналем...
- Ухналь нам родственник?! - возмутился видавший виды и видевший не один гвоздодер ветеран. - Это кованное четырехграное чудовище, у которого вместо круглой благородной шляпки какая-то "фуяжка"? Да граненый стакан ему родственник! Ржавый, у тебя среди родственников и деревянные сапожные клинья, несомненно, водятся?!
- Тупой, закрыли тему! Я гвоздь в авторитете, могу ведь и в башке засесть! А вот скажи мне, Тупой, правда ли, что когда-то давно вполне без нас, гвоздей, обходились и где-то даже церковь без единого нас построили?
- Дурень ты, Ржавый, хоть и гвоздь авторитетный! Без нас не то что церковь - сортир не выстроишь, забор не сколотишь. Человек, чтобы фуражку в руке не держать. в стенку гвоздь вколотить обязан, да хоть бы и сороковку. А ты - строить без гвоздей, скажешь, тоже!
- Да уж, судя по тому, как Михалыч разговаривал с подсобником Пашкой, когда гвоздодером нас выручал - никуда без гвоздя не пойдешь, не обойтись им без гвоздей, хорошему гвоздю везде достойную встречу обеспечат, гвоздем завсегда две доски соединить можно, не зря о нас, гвоздях, люди стихи пишут:
- Гвозди бы делать из этих людей...
- Было бы больше в продаже гвоздей!

26

В те времена, когда винно-водочные отделы работали до 21:00,

ровно без трех минут девять в магазин влетает взлохмаченный

запыхавшийся мужичок и радостно говорит:

- Фу, слава Богу, успел!

Подает в кассу деньги:

- Три шестьдесят две!

Кассирша (лениво):

- В какой отдел?

Мужик (на грани срыва):

- В КОНДИТЕРСКИЙ, блядь!!!

***

Мужик натыкается на объявление в газете:

- "Продам ореховую спальню за бутылку водки".

Думает, ничего себе, вот это вариант, надо пробить.

Приходит по адресу со стоволом водки, видит : обшарпаная дверь, звонит.

Дверь открывает заросший, худой алкаш в одних семейных трусах.

Мужик в сомнениях: - Извините я правильно попал, тут продается ореховая спальня за бутылку водки?

Алкаш: Да, заходи.

Мужик заходит и ох..евает:

квартира - голые стены, квартира пустая вообще, не мебели, ничего нет, горы пустых бутылок из под водки, и только посреди комнаты стоит собачья конура.

Мужик: А где же ореховая спальня???

Алкаш подходит к конуре, со всего размаху кааак въеб..т по конуре ногой - А ну Орех, съебу..ся, я твою спальню продаю!!!

***

Мужик подходит к ларю, торгующему неалкагольными напитками

на разлив и говорит:

- Слышь, сестренка, ты понимаешь, я вот с большого будуна,

налей стаканчик воды.

- Понимаю, - наливает стакан, - пейте пожалуйста.

Мужик выпивает залпом:

- Слышь сестренка, я с большого будуна, налей, пожалуйста,

еще стаканчик воды.

- Дык, конечно понимаю...

Третий стакан, четвертый, пятый... все в том же духе.

Наконец, продавщица не выдерживает и выдает:

- У вас что в Большом Будуне, засуха что ли?!

***

Глубокая ночь. Звонок. Разъяренная жена открывает дверь,

в руках у нее скалка. Вдрызг пьяный муж пытается обнять супругу:

"А ты все печешь дорогая, все печешь..."

***

Мужик приходит к себе домой, звонит в дверь. Открывает жена:

- Ах ты алкоголик! Зачем я за тебя замуж вышла? Hу где твое новое

пальто? Опять пропил, зараза!

- Почему пропил? Потерял!

- А бутылка у тебя откуда?

- Hашел!

***

Лежит жена с любовником в постели. Вдруг в замке заскрипел ключ.

Любовник:

- АААА, МУЖ!?!?!?!

Жена:

- Да не понтуйся ты! Он такой бухой, что не заметит! Лежи тихо!

Заходит вдымину пьяный муж. Увидал такое дело и орет:

- Чо за хуйня!? Почему из одеяла шесть ног торчат!? Убью, сука!

Жена:

- Да ты гонишь! Какие шесть ног! Посмотри внимательно!

Муж (считает):

- ОДНА...ДВЕ...ТРИ....ЧЕТЫРЕ....ГЫ-ГЫ ...ПРОСТИ....,-

сказал счастливый муж и увалился спать!

***

Один мужик все вpемя пpиходил домой вдpызг пьяный и, снимая

сапоги, кидал их со всей мочи в стену. Поскольку все это пpоисходило

в три ночи, соседям это жутко надоело и они пожаловались участковому.

Участковый пpовел беседу с мужиком. И вот, пpиходит мужик домой,

снимает один сапог и швыpяет его в стену. Потом вспоминает пpо

участкового и ставит втоpой сапог очень тихо возле кpовати.

Чеpез несколько минут кpик от соседей:

- Да кидай же ты, наконец, втоpой сапог!!!

***

Два мужика разговаривают:

- Слушай, опять мой сосед на прошлой неделе

самогон гнал!

- Почему ты так думаешь?

- А его кролики моей сторожевой собаке опять

морду набили.

***

В одной забегаловке в Германии русские бросают жребий:

- Кто вытаскивает самый короткий, тот платит за пиво!

Тут вмешивается кельнер:

- Господа, немедленно застегните штаны, у нас люди делают

это на спичках!

***

Проснулся мужик с бодунища, пожрал, пошел на работу.

Идет, идет, вдруг замечает за ним толпа педиков шагает.

Еле оторвался он от них, прилетает домой.

- Жена, я что на пид.ра похож?!

- Нет, дурак, ты просто ширинкой к ж.пе штаны одел!!!

27

ТОЙФЛ

В десятом классе Юру и Таню посадили вместе на предпоследней парте в среднем ряду. Если бы этого не произошло, вполне возможно они бы продолжали не замечать друг друга. Юра пришел в этот класс три года назад, но так и не стал своим. Был зациклен на математике и вообще по общему мнению держался немного высокомерно. Таня была своя, но особого интереса у мальчиков не вызывала. Не подумайте что она была уродиной. Наоборот. Приятное круглое лицо, очаровательные ямочки на щеках, темные волосы, белые зубы, живые глаза. Но во-первых, она была слишком крупной, выше и крепче многих мальчиков в классе. Она говорила что кто-то в их роду был сибиряк. Во-вторых, однозначно была слишком серьезной. В-третьих, и это третье - самое главное, ее окружала аура неиспорченности и чистоты, которая юношей скорее отпугивает чем привлекает.

Приходилось ли вам сидеть за одной партой с крупной девушкой? Если да, вы наверняка знаете что это испытание не из легких. То и дело вас касаются то локоть, то плечо, а то и горячее бедро. В семнадцать лет такие прикосновения волнуют гораздо сильнее чем самое крутое порно в тридцать пять. Стоит ли удивляться что не прошло и недели как Юра в первый раз проводил Таню домой. Потом стал провожать каждый день, потом был приглашен посмотреть новый корейский телевизор с видиком и естественно приглашение принял. Родителей не было дома и наши герои долго и неумело целовались. С каждым следующим разом это несложое упражнение получалось у них все лучше и вскоре вполне логично завершилось понятно чем. В наш информационный век и Юра и Таня теоретически были готовы к этому событию. Теории вкупе с природным инстинктом, которым Б-г наградил каждого из нас, вполне хватило, чтобы не только не разочароваться друг в друге, но и продолжить столь увлекательные эксперименты с их молодыми телами.

Когда эффект новизны немного спал, появилось время для разговоров. Однажды, лежа на плече у Юры, Таня спросила:
- Куда ты будешь поступать? На мехмат?
- Никуда я не буду поступать, - подчеркнуто равнодушно ответил Юра и погладил Танину грудь.
- Я иногда не понимаю твои шутки ! Убери руку, тебе скоро уходить. Ты на самом деле не поступаешь?
- На самом. Меня никуда не примут. Наша семья уже два года в отказе.
- А что значит в отказе?
- Значит что мой дядя, брат моей мамы, давно живет в Америке. Лет двенадцать. Он зовет нас к себе, мы хотим уехать к нему, а нам не разрешают.
- А почему вам не разрешают?
- Моя мама долго работала зубным врачом в поликлинике военного училища. Ей сказали что она является носителем государственной тайны. Пожалуйста, никому в школе не рассказывай, а то у меня неприятности начнутся.
- Ну конечно, не буду. А как зубы могут быть государственной тайной?!... Ерунда какая-то, так не бывает. Зубами можно только кусаться. Вот так! - и показала как.

Разговор подолжился на следующий день на обратном пути из кино. Начала его Таня:
- Неужели из нашей страны уезжают навсегда? Это что всем можно?
- Я слышал что можно только евреям, - осторожно ответил Юра.
- А ты что еврей? Не может быть! У тебя фамилия украинская, Баршай. И мне девочки говорили что у евреев эти самые обрезаны, а у тебя нормальный.
- Ну, «бар» по-еврейски значит «сын», а «шай» значит «подарок». А этот самый не обрезан, потому что обрезание делают только верующие.
- Интересно! И сколько вы собираетесь ожидать пока разрешат?
- Никто не знает. Говорят что Горбачев будет отпускать. Тогда может быть и скоро.
- А что ты там будешь делать?
- Пойду учиться на Computer Science. Как это по-русски не знаю. Вроде программирования, но на другом уровне. Мне дядя сказал что меня с моими победами на олимпиадах примут куда угодно. Может быть даже в Гарвард.
- А ты сможешь? Там же все на английском...
- Дядя говорит что разговорный язык выучивается быстро. Самое трудное – сдать ТОЙФЛ. Это специальный тест на знание языка. Без него нельзя пойти в университет. Я к ТОЙФЛ с Еленой Павловной готовлюсь. Она уже подготовила несколько человек, которые я точно знаю сдали.
- Я тоже хочу учить английский и готовиться к ТОЙФЛ, - сказала Таня, - Когда ты идешь к этой Елене Павловне? Послезавтра? Я иду вместе с тобой.

Елена Павловна оказалась молодой рыжеватой женщиной, похожей на актрис вторых ролей в фильмах из жизни американской провинции. Она представилась, сказала что преподает в университете, быстро проверила Таню на вшивость, успела за это время множество раз улыбнуться и подвела итог:
- Ты, Таня, конечно, далеко позади Юры, но если будешь много работать, наверстаешь. Девочки вообще осваивают язык быстрее мальчиков. Можно попробовать.
- Елена Павловна, - сказала Таня, - я очень хочу с Вами заниматься, но боюсь что мои родители будут против. Они хотят чтобы я поступала на юридический и сейчас больше напирала на историю. Я и так в последнее время не очень, а тут еще и английский...
- Think positive! – сказала Елена Павловна и в очередной раз улыбнулась. – Попробуй с ними поговорить. Скажи что мальчик из твоего класса предложил тебе заниматься с ним потому что вдвоем дешевле. Про ТОЙФЛ не говори – и ты не объяснишь правильно и они не поймут. Еще помни что они твои родители и хотят тебе добра. А сейчас можешь посмотреть и послушать наш урок.

Когда после урока наши герои вышли на улицу в промозглую декабрьскую темень, Юра сходу спросил:
- Ты что на самом деле идешь на юридический? Туда же можно поступить только из армии, из милиции, из села или по большому блату. Слушай, кто твои родители?
- Мой папа служит в КГБ, он полковник. Мама – завуч в 12-й школе. Оба работают допоздна, а когда встречаются дома, каждый по привычке начинает командовать. Ничего хорошего из этого не получается. Поэтому они стараются бывать дома пореже. – Таня закусила губу, но быстро перестроилась, - Для нас с тобой это просто замечательно!

Слово «КГБ» в семье Юры всегда произносили тихо и с затаенным страхом. Поэтому в первую секунду ему захотелось просто убежать. Но тут он почувствовал теплую Танечкину ладонь в своей, вспомнил «Think positive» Елены Павловны и молча пошел провожать Таню. Было уже поздно, редкие прохожие словно призраки плыли в холодном тумане. Один из этих призраков, но покрупнее, нервно расхаживал около Таниного подъезда. – Это папа, - шепнула Таня и побежала.

- Кто это тебя провожал? – было первым вопросом Виталия Петровича, - потом он спросил, - Ты не замерзла?
- Нет, не замерзла. Мы были совсем недалеко. Это Юра Баршай из моего класса. Мы сидим за одной партой. Он предложил мне вдвоем заниматься английским с университетской преподавательницей, чтобы было дешевле. Я пошла с ним на урок познакомиться и посмотреть. Учительница мне очень понравилась и занятие тоже. Без английского сейчас никуда. Папа, ты не против?
- Как зовут преподавательницу? Понял. Дай мне денек-другой подумать.

На следующее утро Виталий Петрович, попросил своих ребят пробить по картотеке Юру и Елену Павловну. Сверх уже нам известного выяснилось что почти каждую неделю Юриной матери звонит человек с той же фамилией, что и ее девичья, и что родились они в одном городе. Одним словом, скорее всего ее брат. Предполагаемый брат, Грегори (Гриша) Бройдо, оказался математиком, работал на министерство обороны США и был одним из главных разработчиков сверхсекретной системы ЖПС, которая по разведданным была способна определить с высокой точностью местоположение любого объекта на земной поверхности независимо от скорости передвижения. С ним много раз пытались войти в контакт через бывших соучеников, друзей и девушек, но всегда безуспешно. Гриша славился нелюдимым характером. Никаких сестер в СССР за ним не числилось. Елене Павловне тоже звонили со всех концов света, но это были все ее бывшие ученики.

Виталий Петрович поразмыслил и решил идти к генералу. Благо они дружили еще с 1968 года, когда вместе участвовали в операции «Дунай» в Праге. Генерал внимательно выслушал Виталия Петровича и тоже попросил день на размышление. Вызвал на следующий день и сказал:
- Молодец, Виталий! Прошляпили наши сестру. Гриша ее в анкете не указал, а московские не проверили. Едут эти Баршаи вроде к тете в Израиль, а приедут к брату в США. До чего хитрожопый народ! Если бы не мы, все бы давно разбежались! Значит так. Оформляй Таню стажеркой, но сам понимаешь, ей об этом знать незачем. Пусть ходит на английский и не волынит. Без английского сейчас никуда. Платить будем мы.

Заниматься английским вдвоем оказалась невероятно увлекательно. Настолько увлекательно, что все остальное пришлось свести к минимуму, кроме секса разумеется. Зато секс и английский не просто сочетались, но и обогащали друг друга новыми яркими красками. Незатейливое английское "I'm coming" возбуждало Юру гораздо сильнее чем русское «Я кончаю». Однажды после нескольких "I'm coming" они уснули так крепко что проснулись около шести. Юра быстро натянул на себя одежду и выскочил из квартиры. На лестнице он столкнулся с здоровенным мужиком, несомненно Таниным отцом.

Виталий Петрович тоже столкнулся с каким-то мальчишкой. Короткий взгляд - и тренированная память мгновенно выдала фотографию из дела Юры Баршая. Будь Таня не его дочкой Виталий Петрович ровно через пять минут знал бы что делал этот сопляк в его квартире. Для этого существовали проверенные годами методы. Но для дочки они не годились. Откуда-то из глубины памяти всплыла презумция невиновности и необходимость понимать соответствие собственных выводов тому, что имеет место в действительности. Одним словом, получилось что в данном деле следствию нужно больше фактов. Нужны факты – будут факты, – подумал Виталий Петрович, - Для опытного оперативника это как два пальца обоссать. - Взял на работе жучок, поздно вечером установил его на лавочке напротив подъезда, где всегда сидели местные старухи, и в полдень следующего дня обосновался на детской площадке, которая была вне поля прямого зрения. Сел он так чтобы казаться пониже, а наушник спрятал под шапку. Включил. Старухи повели неспешный разговор о болезнях и соседях. Виталий Петрович почти задремал от их монотонных голосов, когда на горизонте появилась его Таня с тем самым мальчишкой и вошли в подъезд. За спиной у мальчишки болтался тощий рюкзак – однозначная примета разлагающего влияния Запада.
- Опять Танька своего хахаля повела. Почитай каждый день водит, - сказал голос в наушнике.
- Видно скоро в подоле принесет, - сказал другой голос.
- А может и не принесет. Евреи, они хитрые. От нашего уже давно бы залетела, - сказал третий голос.

Впервые в жизни у Виталия Петровича заныло сердце и стало трудно дышать. Он чувствовал себя преданым, униженным, обманутым. И кем? Собственной дочерью. Самым обидным было то что его, кадрового чекиста, уже черт знает как давно водил за нос какой-то сопливый еврей. Хотел было немедленно пойти домой и разобраться что к чему, но когда попытался встать, снова закололо в груди. Виталий Петрович испугался и так и остался сидеть на мартовском солнышке до тех пор пока из подъезда не появился Юра. В рюкзаке у него лежали два блина от штанги. Пару дней назад Юра нашел их недалеко от Таниного домы и оттащил к ней чтобы забрать позже. Под тяжестью блинов он согнулся в три погибели и еле переставлял ноги.
- Смотри как идет, - сказал голос в наушнике, - ровно как шахтер после смены.
- Так ты на девку посмотри, - сказал другой голос, - она ж как кобылица племенная и в самом соку.
- Заездит она парня, хоть и еврей - сказал третий голос, - и куда только его родители смотрят?!

Теперь сердце Виталия Петровича болело совешенно нестерпимо. Поэтому ему пришлось просидеть еще около получаса. За это время понял что дочка стала взрослой, и не появись Юра, появился бы кто-нибудь другой. Против природы не попрешь. Вспомнил как Юра выходил из подъезда, его согбенную фигуру, волочащиеся ноги и даже посочувствовал ему по-мужски. Так что эта беда - не беда. Настоящая беда что Танька спуталась с евреем и предателем Родины. - Пойдут слухи, полетят анонимки, ни к чему все это, - думал Виталий Петрович и решил что Юра должен исчезнуть и как можно скорее. Как? Очень просто – пусть уезжает в свою Америку. У Виталия Петровича сразу отпустило сердце. Он пошел домой, налил себе стакан коньяка, чего никогда не делал в будни, и проспал до утра.

На ближайшем совещании в райкоме он сел рядом с замначальника ОВИРА и проинформировал его что семье Баршай пора уезжать. Замначальника взял под козырек, а по пути на работу все думал сколько же Виталию Петровичу за это дали. Затребовал дело Баршаев, понял что брать с них нечего, решил что это сугубо по работе, успокоился, и зелеными чернилами наложил резолюцию: «Просьбу удовлетворить. К исполнению»..

Через два дня Юра влетел в класс за секунду до звонка с совершенно сумасшедшими глазами. Нацарапал записку и передал Тане. Таня прочитала:
- Нам дали разрешение, мы уезжаем. –
Таня написала в ответ:
- А я?

Если честно, Юра никогда не задумывался что будет после того как им дадут разрешение и отвечать Тане ему было нечего. Поэтому его аналитический ум начал решать поставленную задачу. Когда ответ был найден, прозвенел звонок на перемену. Таня вытащила Юру на улицу и снова задала тот же вопрос:
- А я?
- Если бы мы с тобой были мужем и женой, мне кажется тебя было бы можно вписать в кейс...
- Где же ты раньше был? – возмутилась Таня. После школы мы идем за паспортами и в три встречаемся у районного ЗАГСА. Не волнуйся, think positive! Знаешь где это?
Юра знал.

В ЗАГСЕ ближайшим возможным днем оказалось 13 мая, пятница. На него наши герои и назначили свое бракосочетание. Остановка теперь была за малым – сообщить радостную новость родителям. Подбросили монетку куда идти сначала. Получилось к Юриным. Юра позвонил и сообщил что приведет в гости одноклассницу. Мама послала папу за тортом и предупредила чтобы он молчал пока гостья не уйдет. Юра готовил речь и вроде все продумал, но когда вошли сразу выпалил:
- Это Таня. Мы женимся 13 мая. Танин папа работает в КГБ.
Сели пить чай.
- Танечка, что это у тебя за пятнышко на зубе? Пошли посмотрю, – сказала мама и увела Таню в другую комнату. Через полчаса они вернулись. Допили чай. Юра пошел провожать свою теперь уже невесту.
- КГБ с собой не повезу, - мрачно изрек папа.
- Повезешь, но не КГБ, а Таню, - возразила мама. Там такую девушку он не найдет, а уж жену тем более. Гриша уже сколько раз женат был?! И все неудачно. А эта нарожает тебе замечательных здоровых внуков.
- Откуда ты это взяла?
- Я видела ее зубы.

Прошло несколько дней и начались весенние каникулы. Таня уехала с классом на экскурсию в Полтавскую область. Спешить было некуда и Виталий Петрович шел со службы домой пешком. В стороне от дома ему бросилась в глаза чужая черная «Волга». - По мою душу, - почему-то подумал он, и оказалось не напрасно. На скамеечке около дома, где всегда сидели старухи, теперь сидел генерал.
- Садись, Виталий, - сказал генерал, - разговор есть.
Виталий Петрович сел.
- Уезжают, значит, Баршаи? Ты вроде должен быть в курсе дела... В курсе? Вот и хорошо. Твоя Таня за Юру Баршая замуж собралась. Уже знаешь? Еще нет? Значит я тебя первым поздравил. Москва Танино решение поддержала. Говорят свой человек в тылу врага никогда не лишний. Да не волнуйся ты, она же твоя дочка. Не пропадет. Иди наверх и собери какую-нибудь закуску. Твоя Антонина на подходе. Дай мне с ней поговорить. Сам ты не справишься.

Вернувшись домой с каникул, Таня набралась мужества и сообщила родителям о своих планах. Странно, но факт – они отнеслись к новости довольно спокойно. Мама, конечно, расплакалась:
- Танечка, зачем тебе уезжать? Что ты там забыла? У тебя здесь все есть и все будет.
- Мамочка, ну как я Юру одного отпущу. Посмотри какой он замечательный. Его там сразу какая нибудь миллионерша перехватит. Посмотри какая я дылда. Ну кому кроме Юры я нужна? Не волнуйся, я не пропаду. Я же ваша дочка, - и тоже расплакалась...
- Ладно, пусть приходит к нам. Посмотрим что за птица, - сказала мама.

Внушить Юре что с ее родителями нельзя спорить было трудно, но в итоге он пообещал. Познакомились. Сели за стол. Виталий Петрович опрокинул первую рюмку коньяка, потом вторую и немного расслабился.
- Где в Америке жить собираетесь?
- Сначала поедем в Нью-Йорк, а там еще не знаем.
- А чего же в Нью-Йорк? - проявил осведомленность Виталий Петрович, - Там же крысы по улицам бегают, в Центральном Парке ограбить могут в любое время дня и ночи, от реки воняет, смог, бездомные... Город желтого дьявола, одним словом.
Таня наступила Юре на ногу и он вспомнил что спорить нельзя. Поэтому с самым невинным видом задал вопрос:
- Вы наверное там были, Виталий Петрович?
- Да зачем мне там бывать? - почему-то обиделся будущий тесть, - Сейчас двадцатый век. Я газеты читаю, телевизор смотрю, кино. Там наши замечательные журналисты трудятся, держат нас в курсе дела. А я чего там не видел?
- А куда бы Вы посоветовали ехать?
Виталий Петрович задумался. В Техасе стреляют, в Майами сплошное блядство, в Чикаго мафия во главе с Аль Капоне. Вспомнился плакат хрущевских времен из серии «Догоним и перегоним Америку». Там тощая коровенка с серпом и молотом на боку бежала за здоровенной коровой с американским флагом. Подпись под плакатом гласила: «Держись корова из штата Айова». Чего хорошего в этой Айове Виталий Петрович понятия не имел. Поэтому он честно ответил:
- Не знаю, мне и здесь хорошо - и добавил, - ты, Юра, смотри Таню не обижай. Ты знаешь где я работаю, на Луне достану.
Таня с мамой в это время уже обсуждали платье для ЗАГСА, Юра думал только о том как хорошо бы было увести Таню в ее комнату. Последние слова Виталия Петровича прошли мимо его ушей, и вечер закончился мирно.

У многих девушек перед замужеством мозг сосредотачивается на предстояшей свадьбе и отключается от всего остального. То же произошло и с Таней с той только разницей что у нее для этого были веские причины. Со свадебной церемонией как таковой все было достаточно просто: фата, белое платье, белая «Чайка», белые розы... Но каким образом посадить за один стол отказников и чекистов не мог придумать никто. Ну как скажите офицеру КГБ чокаться с изменниками Родины? Коллеги не одобрят, не поймут и обязательно напишут телегу. А как отказнику чокаться с товарищем, который вчера приходил к тебе с обыском? А например, тосты? Каково, например, бойцу идеологического фронта поднять бокал за «следующий год в Иерусалиме»? А каково еврею-отказнику выпить за «границу на замке»? А музыка?.... Таня и обе мамы не спали ночами, но так и не смогли ничего придумать. Совсем расстроенная, Юрина мама позвонила своей тете в Днепропетровск предупредить что свадьбы скорее всего не будет.
- Деточка, - сказала тетя, - когда я была девочкой, у нас в Черткове на свадьбах, бармицвах и вообще на всех праздниках женщины и мужчины гуляли отдельно. Сидели за столами отдельно, танцевали отдельно, и всем было хорошо и весело. Если, например, свадьбу устраивали богатые люди, они снимали два зала – для женщин и для мужчин. Вы тоже можете так сделать. Снимите зал для наших гостей, снимите зал для тех, а жених и невеста будут переходить из одного зала в другой.
- Смотри, - подумала Юрина мама, - мы тут страдаем, а евреи все давным-давно придумали.
Ресторан с двумя уютными залами по разным концам длинного коридора нашелся уже на следующий день.

В день свадьбы на дверях одного из этих залов появилась красивая табличка с щитом и мечом. Чтобы никто ничего не перепутал. А за дверью шла свадьба по годами накатанному сценарию «Операция Выездная сессия». Назначили прокурора, заседателей. Генерал занял место судьи. Сначала судили молодых и приговорили к пожизненному сроку счастливой совместной жизни без права обжалования и досрочного освобождения. Потом уже судили всех присутствующих поочередно. Судья был снисходителен и приговаривал всех к огромному рогу в красивой оправе, который в незапамятные еще времена конфисковали у грузина-вора в законе. После того как рог обошел по кругу начали петь «Я в весеннем лесу пил берёзовый сок» и «С чего начинается Родина» как бывало всегда, когда праздник удавался.

На другой двери был листок с крупной надписью от руки «ВОИР». За этой дверью гости почередно рассказывали об успехах своих родственников и друзей на всех континентах матушки-Земли и желали того же молодым. Потом танцевали «Хава Нагила» и «7:40». А сами молодые каждые полчаса переходили из зала в зал вместе с музыкантами. К полуночи музыканты прилично набрались и начали путать репертуар к крайнему недоумению гостей, которые в и в том и в другом залах мгновенно затихали и начинали тревожно оглядываться вокруг. Таню и Юру эта путаница очень веселила и почему-то из всей свадьбы запомнилась больше всего.

За следующий год молодые успели недолго пожить в Вене, довольно долго недалеко от Рима в Остии и наконец приехали в Нью-Йорк. Теплым майским днем Таня впервые очутилась на Бродвее недалеко от Уолл-стрит. Небо было голубым, в воздухе пахло жареным арахисом. Из небоскребов толпой валили люди и разбредались по многочисленным ресторанчикам. Мимо Тани проходили женщины в невероятно шикарных (как ей тогда казалось) деловых костюмах. Большинство из них были такими же крупными как она, а многие и покрупнее. -Мамочка, - подумала Таня, - я больше не дылда, я такая как все! Никогда и никуда я отсюда не уеду.

Сейчас Таня и Юра живут в Калифорнии. У них трое детишек. Юра пытается поднять свою IT- компанию, а Таня командует местным отделом кадров в компании с громким именем. Одним словом, обычная американская судьба. Иногда к ним приезжает Танина мама, иногда - Виталий Петрович. Он вышел в отставку и теперь директор внешнеторговой фирмы. На судьбу не жалуется. Елена Павловна продолжает готовить будущих студентов к тестам, но теперь из Новой Зеландии. На http://passatest.livejournal.com/ вы даже можете на нее посмотреть и познакомиться с ней.

Да, совсем забыл. ТОЙФЛ, с которого все началось, и Юра и Таня сдали с баллом выше 600 с первого раза.

Abrp722

28

По многим каналам ТВ показали с каким удивительным самообладанием канцлер Меркель вышла из ситуации с пролитым на неё пивом и мне вспомнилось:
Поехали мы с однокурсником к нему домой в очень уютный городок Ейск на Азове. У всех приморских городов своя аура и свои особенности поведения жителей (осмеливаюсь судить так как сам из похожего). Как правило народ весёлый, бойкий, безалаберный и душевный. Вечером собрались его одноклассники, приятели и конечно же были и девушки. Пили замечательное местное сухое белое вино.
Моей соседкой оказалась очень милая девушка с удивительно красивыми белыми прямыми и длинными волосами. Когда выпито было уже немало меня посещает "эстетическая" идея: белое вино на очаровательно белых волосах.
Встаю и со словами "за очаровательную" м е д л е н н о выливаю стакан вина на её голову.
Она не только не вскочила, но даже не шелохнулась.
Ошарашенная компания тоже молча досмотрела сцену и только после этого меня выволкли "на воздуси" и крепко отдубасили.
Обошлось без травматологии, но фэйс пришел в относительную норму
только недели через две.
И по сей день для меня загадка: откуда в Ейске девушка с самообладанием леди и не менее невозмутимые джентельмены? (см. выше о приморских).
И ей и приятелям однокурсника я благодарен за "науку" и если кто-либо из участников этой вечеринки прочитает сие: примите мои запоздалые извинения.

29

Дружба народов

Ох, сходила недавно) В общем- звонит мне девушка. И таким
серьёзно-деловым тоном спрашивает, работаю ли я с иностранцами. Я ей
отвечаю таким же очень серьёзным тоном, что безусловно работаю, пару
тройку слов и выражений знаю, и ежели они встречаются со мной
исключительно ради секса, а не Гёте обсуждать, то языкового барьера не
будет.
Девушка для проформы позадавала мне ещё важно-нужных вопросов, на
предмет ВИЧ, презервативов и всевозможных высыпаний на коже и, кажется,
успокоилась.

- Вы нам подходите.- сказала она мне деловым тоном. У меня сиюминутно
возникло стойкое ощущение, что меня принимают на работу в престижную
иностранную компанию и завтра же необходимо явиться в накрахмаленной
рубашечке ровно в десять нуль-нуль.

Как оказалось, от истины я была недалека.
Явиться следовало не завтра, а сегодня. И не в десять, а в восемь вечера
к парадной одного из престижных питерских домов.
Дресс-кодом, только не смейтесь, был обозначен деловой костюм. Это,
подумала я, наверное, у интуристов переговоры с какой-нибудь бизнес-леди
не задались, и они захотели мстить) Я было хотела возразить, что из меня
офисный сотрудник, как из потушенного бычка гороховая каша, но да ладно.

Через пару часов я сидела в гостях, выпрашивая у подружки офисный
костюмчик.
- В сисечках маловато, - задумчиво разглядывала Маша мой новый облик.
Я была вылитой блядью из порнофильмов. Не хватало очков, члена во рту, и
призывного взгляда в глаза оператору.
- Хм, может пуговку не застегивать?
- Точно! - засмеялась подружка. - Ты ж не на собеседование едешь. Им
понравится. А какой они хоть нации?

Уупс. Тут я впала в ступор.
Я совершенно забыла спросить, откуда интуристы. Испанцы, итальянцы,
немцы?

Вот немцы, кстати. Им с женами не повезло- они все как из монастыря
подобранные. Дают любимым мужьям только в позе пирожка и минет делают
исключительно при выключенном свете. Если снисходят до минета.
Вот эти немцы и дорываются до русских женщин, в частности, до русских
проституток.
А дорвавшись, не знают, что с ними делать. Они к женам привыкши. И к
позе пирожка.
И трахают тебя как будто с секундомером в голове. В программе вечера-
три минуты сверху, три-снизу, три сзади. И не дай бог не уложиться в
график.
Но у немцев неожиданный плюс- они не могут отказать. Только на немца
надо смотреть жалостливыми глазами- и тогда он явно расщедрится на чай.

От моих размышлений подружка меня отлекла.
- Кааатя, что за иностранцы?
А слона-то я и не заметил...
Пришлось сказать, что какие-то итальяшки, дабы не падать лицом в грязь
от своей собственной невнимательности. Ну надо же! Забыла спросить кто
меня сегодня трахать будет. К чему хоть готовиться?
К собеседованию, - подсказала я сама себе. - Судя по наряду-то - точно к
нему.

Надела туфли на шпильках, чмокнула подружку в щеку и пошла.
В парадной меня встретила девушка, представилась переводчиком.
Сказала, чтобы я особо не старалась, этим и так сойдёт. Они у нас люди
серьёзные, деловые, им бы только разрядиться немножечко, и снова в бой.
Деньги зарабатывать для страны.
Заплатила мне вперед, конечно. Пожелала удачи. Открыла дверь.

Вхожу. Сидят.
Трое.
На ковре посреди гостиной.
Китайцы ептыть! Или корейцы, кто их разберет.
Жуют что-то. Хрустящее. И трындят на своём этом
ахалай-махалай-дзынь-чань-шунь.

Я даже опешила. Таких у меня ещё не было. Ни разу.
Я им что-о вроде "хеллоу пипл", а один подпрыгивает, и ко мне. Бежит,
сумочку хватает, кивает. Уверена, была б в пальто, он бы его галантно
снял и стоял бы с ним у входа.
И сам мееееелкий, куда деваться.
А китайцы вообще высокие бывают, не?

Улыбчивые они.
Вот впечатление, что они меня всю жизнь ждали, с самого детства. И
радуются теперь, улыбаются. Щебечут на своем.
Они мне палочки в руки суют, а я им "ноу, ноу! ай донт вонт ит".
Налили чета в стакан. Я понюхала. Водка, чистая водка.
Ну нихрена себе китайцы дают.
Ну сделала глоток, чокнулась с ними. Эх, точно захотелось интуристам
колорита.
Русской водки, русских баб, чего уж тут. Хорошо хоть медведя не
заказали.

Есть я не стала. Говорю мол, мальчики, время тикает. И начинаю
раздеваться.
Так они как увидели мою грудь голую, все сразу одним махом трусы
поснимали.
Ничего себе, думаю, скорость восприятия.

А там- ну что сказать... Зря я, короче, презики размера классик с собой
взяла. В этот момент я поняла, что классик- на гигантов. Гигантов тут не
было.

Один, судя по всему, самый смелый, подошёл, руку так деловито на сиську
положил, потрогал и что-то радостно заорал на своем языке.
Ну тут и остальные сразу подскочили и давай меня трогать.
Шо жеж делается, люди добрые, если китайцы груди-то женской будто
никогда не трогали? Столько радости у них вызвала, даже прослезилась.

Чувствую, теплое что-то на меня полилось. Ну думаю, приплыли.
Смотрю- и впрямь, один всё, готовый. Даже резинку-то натянуть не успели.
Стоит в блаженной улыбке, сиську мою не отпускает, а у него там все уже
стекает на пол.
Минус один, - подумала я. Так даже лучше.
С двумя быстрее будет.
Следующий кончился, как только я его добро в рот взяла.
Вот клянусь- я взяла и он кончился. Весь.
Ептыть, чеж они у себя в Чайне такие нетраханные-то?

Ну думаю, третьему-то я уж точно удовольствие доставлю, уже дело чести.
Должен мужик с того конца света узнать, как русские бабы сосать умеют.
Этот стойкий оказался. Минуты полторы продержался, а потом задергался,
да и обмяк.

Развалилась я на ковре, лежу, думаю о жизни, о китайцах, о том, что
квартирка больно красивая.
А эти радостные стоят втроем, шепчутся.
Ну думаю, чего шепчутся, я ж все-равно их этой узкоспециализированной
речи не понимаю. А они ко мне, втроем, главное, идут. Чего думаю ждать
от этих? По второму разику, чтоли? А мне уже так в лом.
А нет. Подошли, руку пожали! Опять на своём что-то так довольно сказали,
по плечу похлопали. Все! Делов на 15 минут.
Цветок какой-то подарили в горшке. На фикус похож.

Прощались мы почти родственниками. Если я верно их поняла, было что-то
вроде: "Россия - отличная страна, ты- лучшая женщина на земле, мы рады,
что потрогали священную сиську, теперь можно снова три года без выходных
работать".
Я вот только не поняла- почему они меня одну-то взяли? По деньгам-то все
равно как за троих.

Дружба народов. Фигли.

30

На трассе Запорожье – Днепропетровск есть стихийный овощной рынок, на
котором я частенько покупаю недорогие овощи. В очередной мой заезд я
нахожу в продаже томатный сок в трехлитровых банках, без маркировки по
20 гривен (2,2 доллара). А если дать банку на обмен, то сок продадут по
1,8 доллара (15гривен). Это копейки.

Покупаю банку на пробу с уверенностью, что сок отвратный. Решаю
отправить его в готовку – в голубцы. Голубцы получаются подозрительно
вкусными. Я наливаю себе стакан сока, пробую и понимаю, - сок офигенный!
Возникает вопрос: «Где дурят? » Ставлю сок отстояться – образуются слои
– сок не разбавлен. Семечек и шкурок в соке нет. Сок нереально вкусный.
И нереально дешевый.

Через день покупаю шесть банок. Откуда сок не узнал,- продавец не
колется.

Через четыре дня покупаю пять банок. Продавец морозится.

Через неделю я скупил в общей сложности банок двадцать и заказал еще
десять.

Правда оказалась фееричной! Около трассы есть совхоз, который занимается
ТОЛЬКО СЕМЕНАМИ. На его полях растут крутые сорта помидор на семена. Сок
– это побочный продукт, отход производства, который совхозу нафик не
нужен. И один предприимчивый мужичок стал закатывать сок из элитных
помидор в банки и сдавать за копейки. Жаба его задавила :)

31

Заходит обнаженная женщина в баp и говоpит баpмену:
- Стакан виски ! И что вы на меня такими глазами 888-| смотpите, вы что,
голых женщин не видели ?
Баpмен и отвечает:
- Да я вот пpосто думаю - откуда вы деньги доставать будете !

32

Жаркое послеполуденное время... В маленьком кабачке хозяин сонно перетирает
стаканы. Вбегает его приятель и выпаливает:
- Срочно беги домой! Я заглянул в окно твоей спальни и увидел, что твою жену
трахает какой-то тип! Хозяин, невозмутимо продолжая вытирать стаканы,
спрашивает:
- А как он выглядел?
- Откуда мне знать, по крайней мере, довольно внушительных размеров.
- У него густые рыжие усы?
- Точно!
- И золотой передний зуб?
- Да, да! Хозяин наливает другу стакан вина.
- Успокойся, это же Сема Троффель. Он всех трахает!