Результатов: 59

1

На днях обнаружил пару тетрадей, оставшихся со школьных времен. Немного взгрустнул, вспоминая эти годы. И поэтому случаю в памяти всплыла одна небольшая история, случившаяся на одном из уроков.
В старших классах преподавателем великого и могучего и литературы у нас была Наталья Валериановна (которую мы звали просто – Валерьянка). Как педагог вполне хорошая, но не без «причуд». Она постоянно на уроках литературы учила нас, что по каждому прочитанному произведению мы должны иметь собственное мнение. Но если это «наше собственное» отличалось от её мнения, то она начинала давить на самосознание ученика, который слишком возомнил о себе. И давила до тех пор, пока его мнение не совпадало с общепринятым.
О себе могу сказать, что часто не соглашался с такими мнениями. Читал я много, но многие книги обязательные к прочтению не часто мне нравились. Одним из нелюбимых мною авторов был создатель «Войны и мира». А уж сама эта книга доводила меня до тошноты. Читать я её начинал и, не дойдя до середины, бросил. Особенно раздражали в ней диалоги главных героев между собой на разных языках. И сложилось у меня мнение, что Лев Николаевич решил таким образом продемонстрировать свои полиглотские способности. Да и не считал я, что человек в 15-17 лет способен понять все тайны и смыслы, заложенные автором в своё произведение.
Одним из любимых заданий, которые давала нам Валерьянка, было написание сочинений по произведениям. И вот как-то на одном из уроков, когда нам казалось, что творчество Л.Н. Толстого мы уже прошли и возвращаться к нему не будем, наш педагог торжественно объявила, что для укрепления наших умений выражать свои мысли она предлагает написать нам очередное сочинение. Понятное дело, радости это у нас не вызвало. И загадочно улыбаясь, учительница вывела мелом на доске: «Тема любви в творчестве Льва Николаевича Толстого». Но тут же немного обрадовала нас, сказав, что строго судить она не будет, а сочинение это скорее для проверки наших знаний и проверки усвоения прочитанных произведений.
Уж что-что, только не тема любви! Большинство не переносили её. Но делать нечего. Оглядываясь по сторонам, многие начали что-то писать в тетрадях. Мы с приятелем переглянулись, выразили недовольство темой друг другу, словно бы это могло изменить ситуацию и, склонив головы над тетрадями, начали выражать свои мысли. Минуты три я усиленно соображал. И тут меня осенило! А ведь творчество Толстого строится не только на «Войне и мире», «Карениной» и тому подобных книгах. И, стараясь не потерять вдохновение, начал быстро писать ручкой.
В конце урока, собрав тетради, Валерьянка сказала, что отрицательные оценки она нам ставить не будет, а результаты объявить в следующий раз. В первый раз я с нетерпением ждал следующего урока литературы, а мой сосед по парте понять не мог, почему у меня такой довольный вид. Он попытался узнать, чему я радуюсь, но я не выдал причины своего цветущего вида.
Через два дня снова была литература. Училка сказала, что сочинения проверены и, переведя взгляд на меня, добавила, что она довольна не всеми. И назвала мою фамилию. Взоры класса обратились в мою сторону, т.к. не очень верили в это (по литературе у меня постоянно было 4 и 5). И чтобы закрепить реакцию класса, открыла мою тетрадь и принялась читать мою рукопись.
«На мой взгляд, теме любви в творчестве величайшего русского писателя Льва Николаевича Толстого уделено особое внимание. Наиболее полно она раскрыта в его бессмертном произведении «Филиппок». Тема любви к учёбе и знаниям. Маленький мальчик столкнулся со многими преградами, стоящими на его пути, но ради любви к науке всё же преодолел их, вызвав восхищение окружающих.» И всё в таком же духе.
Валерьянка, видимо, надеялась, что меня начнут осуждать за сочинение. Но тут она просчиталась, весь класс громко смеялся. Она же, не поняв реакцию моих одноклассников, стояла в недоумении, растерянно переводя взгляд с одного на другого. Но зато после того раза она уже не слишком пыталась изменить наши мнения по прочитанным произведениям.

2

Феминизм это и прекрасно и ужасно одновременно. И самое ужасное это то, что совершенно непонятно с кем Вы имеете дело. Вы сделали ей комплимент, а она даже взгляд в свою сторону воспринимает как сексуальное домогательство.
Эту проблему легко решить с помощью простого колечка. Девушка носит печатку или кольцо с четко различимыми цифрами от нуля до трех или череп с костями.

Ноль.
- Полное принятие мужчины как лидера со всеми правами и обязанностями. Приятное - мужчина всегда прав. Если мужчина не прав, смотри выше. Неприятное - Вы несете всю ответственность за себя и нее, в том числе и финансовую.
(если погладите по попке, получите резонный вопрос: хватит ли у Вас денег на содержание ее и ваших будущих детей)

Единица.
- Полное отсутствие феминизма, но обеспечивает себя сама. И сама выстраивает отношения с мужчинами.
(если погладите по попке, можете получить по морде. По принципу - каков вопрос таков и ответ. Зато если извинитесь и уйдете, судебного иска не последует)

Двойка
- Умеренный феминизм. Самое сложное. Неизвестно насколько далеко она ушла по тропе феминизма. Представьте себя на минном поле. Убить не убьет, но шандарахнуть может крепко. Всегда соблюдайте осторожность.
(даже не пытайтесь! По морде схлопочете однозначно и вполне реально оказаться под судом не смотря на извинения.)

Тройка
- Полное равноправие: будет платить за себя в ресторане и оскорбится если вы уступите ей место или пропустите вперед.
(отношения возможны, но на любую инициативу надо спрашивать разрешения. Желательно дважды.)

И высшая степень - череп с костями:
воинствующая феминистка.
(просто бегите подальше)

Представляете насколько это облегчит жизнь нормальным, адекватным мужчинам и женщинам.

3

Месть.

Сидели как-то семейным застольем тремя поколениями в родительском доме.
Батя, старший брат и я уже перешли к стадии «поговорить/обсудить/повспоминать». Женская часть семьи плавно переместилась в сторону кухни «мужикам закуски подрезать».

И вот что-то заговорили мы про мстительных людей, про месть вообще. Батя затих и в нашем с Братом споре участия не принимал, а молча смотрел в окно и улыбался каким-то своим мыслям.

Когда мы уже выдохлись, Батя посмотрел на нас, подслеповато щурясь, и рассказал нам историю. Далее немного литературно переработанный его рассказ:

- После войны было очень сложно. Наше поколение рождённых в 1945-1947 годах хлебнуло по самое нехочу. Шутка ли! Страна в разрухе была! Электричество у нас в посёлке было только по вечерам и появилось аж в пятидесятых годах. А так всё с лучиной, свечкой, керосинкой. Ложки были только деревянные. Одежёнку передавали от старших к младшим, перешивали старые военные гимнастёрки, галифе. Очень ценились матросские бушлаты! Обувь вообще ценилась на вес золота – весной, летом, осенью чуть ли не до декабря дети бегали только босиком.

Город-то от нас рядом — через перевал всего, но туда добраться только пешком или на попутке. А пешком через перевал то ещё удовольствие, но ходили! А куда деваться-то? Муки купить, крупы.
В огородах занимались в основном дети – родители-то на работе. Кто в колхозе, кто в лесопильной артели, кто в городе на заводах или в порту.

Помню, как в посёлке прошёл слух, о том, что будут путёвки в пионерлагерь где-то в Кабардинке. Как же мне хотелось туда поехать! Просто грезил! Но у моих родителей не было шести рублей на эту путёвку… Дааа, горевал я тогда очень сильно.

В этот момент Батя глянул на своего внука, который до этого игрался с планшетом, пытаясь подружить его со своими новыми смарт-часами. Мишка после этого Батиного взгляда как-то смутился и отложил планшет в сторону. В комнате повисла тишина – вся семья слушала Батин рассказ и он продолжил:
- Школу я заканчивал в городе. Конечно, негодяй был! По точным наукам с двоек на тройки перебивался. По гуманитарным ещё более или менее – легко давались. Увлёкся я тогда плаванием, даже КМС получил. Но учиться не хотел, хулиганил! Редкий педсовет в школе проходил без разбора моих шалостей. И вот с нашим директором как-то не сложились отношения. Не могу сказать, что он меня ненавидел или ещё чего. Но если в школе что-то случалось – виноватым он всегда делал меня. Обидно было. Сами понимаете, натворил один раз делов и всё! Дальше они как снежный ком растут! И за мной вечно косяк за косяком был.

Когда школу заканчивали, директор мне заявил «Аттестат получишь в августе!». Да мне всё равно тогда было!
Мои одноклассники уезжали на вступительные экзамены в ВУЗы и техникумы, а я лето после школы лентяйничал, мотался в город, шлялся по парку, завелась у нас компания дружков, некоторые с криминальными наклонностями. Выпивали. Однажды в июле в пивной возле порта мы подрались с греческими моряками, матросами сухогруза. В качестве трофеев нам достались рублей тридцать деньгами и пара наручных часов, которые мы загнали на толкучке. Вот тут-то и случилась история, которая повлияла на всю мою, да и на вашу жизнь.
В конце июля к нам домой в посёлок пришёл милиционер, который доставил меня в районное отделение милиции, где у меня состоялся разговор с начальником милиции. Здоровый такой мужик в синей форме, фронтовик, орденские планки на кителе. В кабинете кошмар как накурено было! И говорит мне начальник:
- Сынок! Есть у меня информация, что ты пошёл по кривой дорожке. Этак ты скоро до тюрьмы допрыгаешься! Посмотри какая у тебя семья: отец фронтовик, работает не покладая рук, мама ударница в колхозе, брат мастер уже на судоремонтном заводе, на очень хорошем счету, сестра в техникуме. А ты? Шалопай!

Я удивился, конечно, его осведомлённости, потому что с милицией никогда дел не имел. Он продолжил:

- Почему ты учиться никуда не идёшь? В чём дело?
— Так у меня это… Аттестата даже нет.
— Как нет? Ты же одиннадцатилетку закончил!
— Ну, я с директором школы не в ладах. Он мне сказал, что аттестат выдаст только в августе!
Начальник милиции задумчиво походил по кабинету и тихо сказал:
- Вот же гад! Специально аттестат не выдал, чтобы парень учиться никуда не пошёл. Вступительные все до конца июля. Одна дорога ему – или докером в порт, или в тюрьму.
И вот тогда я понял весь ужас ситуации с получением аттестата. Стала понятна мне гадская сущность нашего директора школы. И такая во мне злость закипела! Попался бы он мне в тот момент – разорвал бы на куски.
Начальник выгнал меня в коридор. В кабинет заходили и выходили милиционеры, начальник звонил кому-то по телефону, что-то доказывал, ругался. Ему приносили какие-то списки, таблицы. А я сидел на стуле и думал, какой же я дурак, что допустил такую ситуацию, какой козёл директор школы. Строил планы мести. Один страшней другого!
Через несколько часов, когда я уже окончательно одурел от сидения в коридоре, начальник позвал меня в кабинет и сразу без прелюдий сказал:
- У нас есть разнарядка в одно из военных училищ. Сейчас пойдёшь в военкомат. Там тебя ждут. Давай, иди!
На мои слабые возражения он никак не отреагировал, просто мягко вытолкал из кабинета, приговаривая:
- Иди-иди! Военком ждёт! Потом ко мне за характеристикой зайдёшь.

В военкомате мне сообщили, что выдают мне направление для поступления в военное училище Внутренних Войск МООП РСФСР и вступительные экзамены начнутся в конце августа.
- Это что? Милицейские войска???
Военком строго взглянул на меня:
- Это Внутренние войска. Это не милиция. Смотри парень, не подведи нас.
В течении двух недель я прошёл несколько медкомиссий, собрал необходимые документы, забрал свой злосчастный аттестат из школы и вот уже ехал в компании семи кандидатов на поступление в училище в город Орджоникидзе.
Всё время я мечтал о мести директору школы.

В училище из восьми кандидатов из нашего города поступил только я. Тяжело ли было учиться? Очень! Представьте, каждый день шесть часов лекций, три часа самоподготовки, учения, стрельбы, караульная служба. Мы получали две специальности – офицер мотострелковых войск, с особым изучением специфики службы внутренних войск, и юриспруденция. Учиться плохо не получалось – это ведь армия! Лекции по военным дисциплинам нам преподавали военные, в большинстве своём фронтовики.
Юридические дисциплины преподавались гражданскими специалистами – среди них было несколько молодых и красивых женщин. И вот как стоять неподготовленным перед ними всеми? Как мычать «Я не подготовился»? А ведь нас всё-таки учили воевать – это было очень интересно! Первое полугодие я закончил с несколькими четвёрками, а в отпуск домой отпускали только отличников. Второе полугодие было закончено на оценку «отлично» и за успехи в учёбе и службе меня наградили первой медалью «20 лет Победы». Всё время учёбы я строил планы мести директору! Даже на стрельбище представлял на месте мишени его лицо и бил туда без промаха! На занятиях по рукопашному бою, я представлял, как бросаю его через плечо, как бью в ненавистное мне лицо. Нередко мои учебные соперники высказывали мне за излишнюю силу ударов.
Батя замолчал, наверное, заново переживал то время.
- А дальше? – прервала тишину жена брата.
— А дальше как в кино! – улыбаясь, сказала наша Мама.
Батя продолжил:
- И вот мой первый отпуск летом 1965 года. Я еду домой! Вышел на перрон нашего приморского городка – мундир наглажен, сапоги с искрой, васильковая фуражка с малиновым околышком идеально сидит. И на выходе на привокзальную площадь, прямо на лестнице, я столкнулся с директором. Он спешил навстречу с двумя чемоданами. Я встал у него на пути. Он поднял голову и выронил один чемодан:
- Тыыы?!?!
— Курсант Орджоникидзевского краснознамённого военного училища Внутренних войск МООП РСФСР им. Кирова. За успехи в учёбе награждён отпуском. Здрасссьте, Николай Леонтьевич!
Директор осмотрел меня с ног до головы, остановив взгляд на фуражке цветов легендарного НКВД и на одинокой медали у меня на груди. Прошипел:
- Отличники вернулись, не поступили. А тыыы…
Он плюнул себе под ноги, прошёл мимо меня, что-то бубня под нос.

- Вот и случилась моя месть, — Батя улыбаясь, оглядел нас. – В тот миг я понял, что незачем его бить, строить ему козни. Просто нужно было показать, кем я стал!
За столом повисла тишина. Мама молча встала, подошла к шкафчику. Поправила на полочке фоторамку, где рядом было вставлено две фотографии – Батя-курсант и Батя-полковник. Достала бутылку коньяка, которую очень берегла:
- Ну что ж. За эту историю можно выпить ещё по граммульке.

4

Вонь вояж.
Я тогда торговал. Вернее мы, вдвоем с Толяном. Конец девяностых. К тому времени мы, уже порядочно подуставшие от этого бизнеса, имели две-три торговые точки, магазинчик и возили парфюм и прочую шнягу в свой городишко из Владика и Хабары. Ездили всегда в ночь, чтобы к утру быть на месте и, загрузившись, вернуться назад к следующему вечеру. В очередной раз жду Толика дома к полуночи, он задерживается часа на полтора, я психую (сотовых не было) и наконец он появляется на нашем микрике, за рулем и подшофе. Я психую сильнее и, садясь за руль, обнаруживаю в темноте салона двух человеков. Спрашиваю вежливо Толю: - Че за хуйня, мол, Толя? Толя начинает бормотать про своих друзей, которым с нами почти по пути, до Владика. Ну и чтобы стало совсем по пути, нужно заехать в какую-то деревню, которая нам совсем не по пути и забрать с собой …свинью, …блядь:
- Че, БЛЯДЬ, забрать? Свинью, говорит, ночью во Владивосток по пути за парфюмом,…пообещал. Я оторопевший от неожиданности даже не орал, воткнул рычаг и медленно осознавая происходящее, молча порулил на выезд из города. Между тем мутные тени за спиной ожили и одна из них молвит:
– Здорово Леха! Это ж я, Паха!
- Какой Паха?
- Сосед твой сверху, бля. Над родителями твоими жили с мамкой, по Пушкинской, мы ж бля даже какие-то родственники!
Паху я конечно вспомнил, встречал его несколько раз в подъезде в окружении малолетних уркаганов, лет 20 назад, когда учился в школе. Ко мне они не цеплялись, видимо из-за Пахи, который помнил какое-то наше с ним родство и сдержано со мной здоровался. Примерно тогда Паху и загребли по малолетке и на долго. Ну и так случилось, что они были корешами детства с Толиком, моим теперешним компаньоном. Паха оказался разговорчивым. Бодрым прокуренным голосом он продублировал своего негромкого спутника, представив: – Абдулла! И рукой на развилке чуть в сторону перенаправил наш маршрут.
– Ща, Леха, шесть сек, свинью заберем.
Я повернул, еду. - Куда? - спрашиваю.
- Прямо.
Еду, еду, дома заканчиваются.
- Куда? - интересуюсь.
- В Донское.
….? (8 км по грунтовке и возвращаться…)
- Ну ты, Толя, блядь!
Ночь. Начинался дождь. Доехали. Полузабытая деревенька в стороне от проходных трасс. Поздняя осень. Темень. Две улочки с убогими лачугами, во всей деревушке горит одно окно. Наше. Открыли боковую дверь, просигналили, пахнуло навозом и промозглой сыростью. Колхозники не спали. Полученный накануне свиной аванс держал их в тонусе и добром расположении духа. В темноте слышались голоса, хлопала дверь. Я, пытаясь смириться с происходящим, поторопил. Паха с Абдуллой нырнули в темноту. Минут через пятнадцать открылась задняя дверь нашего грузо-пассажира, автобус закачался, голоса, возня, пронзительный визг свиньи, маты и тишина. Выгнанный мною на погрузку Толик вернулся в кабину.
- Че там?
- Сбежала.
- Заебись! А ты хули сидишь? Иди загон строй, а то она тебе на голову насрет!
Толик свалил, где-то нарыл кусок фанеры и кое-как, и не высоко, отгородил задний ряд сидений от грузового пространства. Где и как урки с колхозниками гоняли свинью скрывала темнота, а я философски себя успокоив, настроился на бесконечную ночь. Слабая надежда на свиную смекалку и вероятность ее удачного побега рассеялась, и вскоре беспокойная деревенская жизнь визгом и матом ввалилась мне прямо за спину. Осторожно трогаюсь, прислушиваясь к поведению автобуса. Не закрепленный центнер свиньи визжит и шароебится в корме, стараясь нас перевернуть. Паха за неимением кнута и пряника, перекинув руку через спинку сиденья, херачит со всей природной смекалки по подопечному загривку полторашкой «Ласточки» и на фене убалтывает свинью заткнуться.
Из сельского тупика не спеша въехал обратно в город и повернул в нужную сторону. На часах было около двух. Свинья поутихла, Паха отдышался и уже у самого выезда трогает меня за плечо:
- Лех, здесь еще налево, шесть сек!
- Нахуя?
- Да справку для ментов на свинью нужно взять у председателя, думали со свиньей отдадут, но кресты сказали, что в деревне он днем не появлялся и «гасится» в городе у своей проститутки.
Свернули в частный сектор, и немного проехав, остановились у просторного, чуть освещенного дворика с домом в глубине. Посигналили. Долго никто не появлялся, еще посигналили наконец зажегся свет и минут через десять с крылечка, опираясь на палку, спустилась довольно рослая старушенция.
- А вот и она!- гыкнул Паша.
- Может это его мать? – равнодушно предположил я.
- Неа, - о чем-то своем подумал Паша, - Праститутка.
Паха с проституткой зашли в дом, с ксивой все получилось и вскоре мы тронулись.
Минут сорок, до ближайшего поста ДПС, Паха развернуто и с плохо скрываемым энтузиазмом, отвечал на мой вежливый вопрос, о том чем все-таки вызвана необходимость такой затейливой миграции парнокопытного.
По Пахиному раскладу все оказывалось просто, как все гениальное. Обуреваемые жаждой наживы, Паша с Абдуллой пораскинули кто чем мог и припали своим пунктом быстрого питания к артемовскому аэропорту. Из ассортимента и цен представленной на мясных рынках свинины, так необходимой к столу скучающих трансконтинентальных пассажиров, они имели обоснованные претензии. Во-первых, цена на свинину была явно и необоснованно завышена, во-вторых, отсутствие на рынке некоторых жизненно важных свиных органов наталкивало на мысли о ритейлерском сговоре. Короче весь фокус их предприятия заключался в чрезвычайно глубокой переработке нашего пятого пассажира. Паха на пальцах легко накинул пятикратный подъем от стоимости живого веса, по ходу повествования пробежавшись по широкому ассортименту ожидаемо свиных деликатесов. Не забывая о воспитании подопечной и время от времени с треском просекая темноту салона пластиковой бутылкой, Паша балагурил все первые семьдесят километров. Чушку же радужные Пашины перспективы изрядно пугали. Воняло говном. Про элегантное решение по снижению себестоимости мяса за счет похеренных транспортных расходов, он вежливо упоминать не стал. Кто-то достал черпак, они пару раз пустили его по кругу, и вскоре ебанутая голова Толика начала болтаться.
Толстый мент с палкой наперевес замаячил в свете прожектора и прервал монотонное урчание дизеля. Торможу. Стандартно-неразборчивый бубнеж, и рука потянулась к моему окну за документами. Судя по тому как мент ухватил мои права, изучать документы прямо сейчас он явно не собирался, и поэтому я попытался пояснить:
- Это мои права, вот тех. паспорт, вот хозяин машины. Кивая на Толика: - А вот его паспорт.
- Разберемся, - прошамкал толстый. - Че везем?, и посмотрел в сторону тонированных автобусных стекол. Такого поворота я не ожидал. Скорее не так; за десяток лет еженедельных командировок с товаром и без, на этот вопрос я устал отвечать, но во-первых, не в каждой поездке нас останавливали, во-вторых не всегда задавали вопросы, и в последних ни разу на заданный вопрос я отвечал…
- Свинью, - говорю, как бы между делом. Мент переварил, картинно поднял очи и сделав шаг в сторону салона поднял перст.
- Откройте.
Охотиться на чужую свинью в ночном лесу мне не хотелось, и заднюю дверь я открывать не стал. Я словно театральный занавес сдвинул боковую и показал менту двух уркаганов. Аллюзия с чертом из табакерки к этому случаю - самое то, только с двумя. Служивый от неожиданности чуть присел, словно слегонца захотел по большому. Не детские лица антагонистов ввергли его в ступор. Я напомнил про свинью, махнув рукой в темноту за спинкой сиденья: - Вон там!
- Документы, - прошептал мент. Приняв протянутые паспорта, для вида быстро их пролистнул и возвращая владельцам, уже решительнее позвал за собой.
- Пройдемте.
- Всем? – поинтересовался я, он отозвался эхом. Подмывало уточнить про свинью.
В избушке было людно, большей частью маялись водилы, остановленных на посту фур. Придорожные менты в это время года промышляли чем могли. Пока не застынут таежные зимники, лес - основное богатство здешних мест, по гиблым летним дорогам из тайги почти не вывозят. Это с наступлением холодов они, словно клещи к венам, прилипают к лесовозным трассам, ведущим от отрогов Сихотэ-алиня к большим деньгам, обкладывая данью каждую лесную машину, и по сезону с ними могут сравниться, разве только давно охуевшие от шальных денег таможенники.
За огромным бюро деловито ерзал главный счетовод. Пухляк кинул наши документы на край стола и свалил. Кассир в погонах наметанным глазом просматривал накладные, путевые и прочие, и прикидывал по ходу чем можно поживиться. В голодные месяцы они не брезговали ни чем. Понятное дело, что выгодней было бы задержать партию «паленного» алкоголя, чем запоздалую свинью, но как водится «на безрыбье» однажды, с «нечего взять» у меня отмели даже запасную автомобильную камеру. Прикинув собственные риски, я ждал своей очереди достаточно спокойно. Если не считать пассажиров и подложенной Толиком свиньи, автобус был пустой. Вероятность же «попутного» мешка маньчжурского каннабиса, (пронеслось в мозгу) подложенного внезапными пассажирами стремилась к нулю, сезон давно закончился. Разве только попробуют отжать свинью?
От нечего делать я разглядел своих попутчиков. Абдулла окромя своего имени ничем особым не выделялся и являл полную противоположность известного персонажа и заклятого врага товарища Сухова. Невысокий, щуплый парень лет тридцати с приятной улыбкой и негромким мягким голосом. Паша в отличие от своего немногословного друга, был персонажем сам по себе. Среднего роста, поджарый, с черепом обтянутым кожей традиционных чифирных тонов, заметно уставшей в складках вокруг рта, и венчавшей его снизу выраженной челюстью набитой полудрагоценными металлами, он гипнотическим взглядом оглядывал милицейские декорации. Если мужчинам его подчеркнуто зековская внешность могла внушить только потенциальную опасность, женская психика, чему позднее я бывал свидетелем, на нее сокрушительно западала. А хуле, наверно думали они, такой - по любому выебет, даже если не за что.
Очередь застыла, я немного потоптавшись повернулся к его подошедшему компаньону:
- А Абдулла это погоняло? Он улыбнувшись, протянул паспорт. Я понял почему он улыбнулся когда его открыл. Да, имя Абдулла там было. Но то что было кроме, делало его имя таким же обыденным как например Виталий, и даже для русского. Там были фамилия и отчество. По понятным причинам, даже если бы я их записал или непостижимым образом сейчас вспомнил, то в моем письменном повествовании пришлось бы долго и безуспешно выдумывать немыслимые аналогии, чтобы постараться как-то передать нахлынувшую на меня бурю эмоций от этих нескольких слов. Ну как слов, хорошо известных и филигранно исковерканных матерных сочетаний. В общем, Ракова Стояна с Ебланом Ебланычем там не стояли даже рядом. Пытаясь сдержаться чтобы не заржать, я выронил паспорт в руку Абдуллы:
- Охуенно!
Абдулла это давно знал и уже улыбался вовсю. Вернулся толстый, и почему-то решив побыстрее разобраться с неординарным случаем, а может для того чтобы не мешались, пододвинул наши документы к старшему:
- Посмотри.
Тот, повертев мои права, прочитал фамилию:
- Кто?
- Я, - протиснулся я к бюро.
Он рассмотрел тех.паспорт:
- Доверенность?
- Я с хозяином, вон паспорт, - я показал на стол.
- Где хозяин?
Толик просунул сквозь очередь свою «косую» морду:
- Я.
Мент поднял глаза, сверил Толину голову с паспортом, поморщился - пьяных перевозить пока не запрещено. Он вопрошающе посмотрел на толстого, типа – и хуле?
- Там свинья, - неразборчиво прошептал толстый.
- Че? - старший снова поморщился.
- Свинья в автобусе, - сухо повторил толстый.
Блядь, как все серьезно подумал я. Старший на мгновение «завис». Ну как на мгновение, если бы речь шла о том, чтобы обыденно поинтересоваться документами на перевозимый груз, а не о способах разделки свиной туши хватило бы малой доли того мгновения. Он взял себя в руки:
- Документы на свинью есть?
Я повернулся к Пахе и мне на мгновение показалось, что дальше была его домашняя заготовка. Он мгновенно выхватил у скучающего Абдуллы свиную справку и с нарочито-серьезной мордой протиснувшись сквозь строй, оперся на ограждение.
- Вот! - протянул ее Паха.
Скучавший до этого народ, слегка оживился. Им явно не казалось тривиальным наше ночное путешествие.
Мент, зыркнув на Паху поверх очков, уткнулся в писаное.
- Вы хозяин? - поинтересовался он дочитав.
- Да, - как-то напыщенно кивнул Паха.
- Паспорт, - откинул ладошку мент.
Паха, порывшись в нагрудном кармане, протянул.
Мент внимательно пролистал паспорт до прописки, потом назад, зачем-то снова развернул справку:
- А кто такой?..., - медленно, по слогам мент начал зачитывать загадочное арабско-русское заклинание из справки, включая «Абдулла» и по тексту далее…, и в конце изо-всех сил стараясь не рассмеяться, матерясь при исполнении, наконец выдохнул:
- Где? - добавил он, забыв где было начало предложения.
Я отвернулся – народ улыбался уже во всю. Они, пожалуй, представляли дремучего чужеземного крестьянина в чалме и бурке, выжженный солнцем скалистый аул, отару свиней… или все-таки баранов…
- Я, - неожиданно, словно в сказке про старика Хоттабыча, и еле слышно пропело сзади. Толпа качнулась, и начиная хихихать вслух, повернулась на голос. Абдулла помахал менту рукой. Мент вытянул шею, затем сдерживаясь и стараясь сосредоточится повернул голову к Пахе:
- А вы…? - он медленно придумывал вопрос.
- Я нет, товарищ майор! – Паха заразительно гыгыкнул. Тоненькая ниточка в сознании майора связывающая меня со всем происходящим порвалась.
- Вы водитель? - он обращался к Пахе.
- Не угадали! - прорвало Пашу. Народ развеселился, я заплакал. Мент, ухватывая потерянную ниточку с надеждой посмотрел на Толика. Тому же вряд ли доходил весь смысл происходящего, он скорее платил взаимностью улыбающемуся менту, и как ребенок радовался вместе с ним. Я, привлекая взгляд майора, тыкнул себя в грудь, выдавив:
- Я водитель. Моя физиономия знакомой ему не показалась, скорее случилось дежавю из которого я его вывел показав пальцем на свои документы. Он что-то вспомнил и задумчиво собрав документы в кучу, протянул мне.
Из распахнутой двери автобуса пахнуло большими деньгами, и по кругу весело забулькал черпак. Мы тронулись и под утро добрались до места. Где-то в лабиринтах, накрытых утренним туманом кооперативных гаражей, я высадил пассажиров и наверстывая время, без остановки порулил дальше. А опухший Толик, на ходу постукивая головой по бортам, мокрой тряпкой размазывал по автобусу остатки чужого богатства.

5

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает «многа букафф» просто пролистайте.
Недавно сын поздно вечером пришел весьма побитый, но вроде все обошлось гематомами и царапинами.
- Как случилось? – поинтересовался я, когда он отмылся и уже успокоился.
- Решил дорогу срезать через дворы, да докопались двое, попросили сигарету… суки…, там третий подтянулся – опять стал заводиться сын. – Ну и слово за словО…
- А ты с ними разговаривал что ли? Чего сразу не убежал? – удивился я. – Или ты не один был?
- Да один…, думал отстанут, в своем районе вроде, а там за одежду ухватили и повалили.
Ага, отстанут, не для этого они подошли. Парень он у меня достаточно спортивный, но не единоборства, а футбол (полупрофессиональная команда), убежать мог как нечего делать, если сразу… Вроде и объяснял не раз, но видимо учеба действительна только на своей шкуре. Говорил же, нужно психологически воспринимать для себя бегство, ни как поражение, а как ничью, а лучше вообще никак, вроде бы и не было этой встречи. Вспомнилась история, когда мне было примерно столько лет, как и ему сейчас.
Былинные уже времена, когда СССР еще был, но уже трещал по всем швам и бился в предсмертной агонии. А я несколько месяцев, как пришел с армии, здоровье брызжет через край, при росте 182 см, вес 75 кг., нет ни капли жиринки. Небольшое отступление. Служил в отдельном специальном полку и дрючили нас по физике очень сильно. Слушал рассказы одноклассников и знакомых, как они служили, и очень удивлялся, что, например, стреляли из автомата за всю службу всего пару раз, жрали практически одну перловку, как дедами даже на зарядку забивали и пр. Нас кормили хорошо, грех жаловаться, но со спортом и боевой подготовкой было тоже весьма жестко: один-два раза в день кросс 5 км, потом спорт-городок минимум по часу и без дураков, раз в неделю стрельбы с марш-броском 30-50 км. с полной выкладкой, причем никто не «косил», ни деды, ни даже дембеля. В нашей части система была построена так, что это считалось «западло» (как-нибудь расскажу, это отдельная история). Результат: свободно 100 отжиманий за 45 секунд, легко - 25 раз подъем-переворотом за минуту (были в нашей части такие вот нормативы), плюс бегал, как тот конь и т.д. Был у нас и рукопашный бой, повзводно, несколько часов в неделю, но инструктор сразу предупредил, что сделать из нас хоть чуть-чуть приличных бойцов он не сможет (для этого нужно было заниматься с 5-ти, край с 10-тилетнего возраста), но основы выживания в драке и в бою он даст. Да и я далек был от этого, разряд по биатлону, пулевой стрельбе и по спортивному ориентированию, ну и в активе несколько школьных драк. Учил он нас не столько приемам и ударам (хотя этому тоже), сколько психологии и поведению в единоборстве и бою с несколькими противниками.
Итак, собственно история. Крупный сибирский промышленный город.
Какая-то вечеринка, квартира, народу человек двадцать, бОльшая часть незнакомых. Самогонку не пил тогда принципиально, ну, а с водкой, кто помнит, были тогда большие проблемы (по талонам), поэтому было ее всего две бутылки и из них делали для девчонок «шампанское». Вода с сиропом (или вареньем с отцеженными ягодами) пополам с водкой и в сифон (кто помнит, были тогда такие, весьма популярные, с баллончиками с углекислым газом, для газировки в домашних условиях). Для эффекту использовали на литровый сифон не один, а два баллона, от пары рюмок можно было быстро и серьезно окосеть, но проходило опьянение тоже достаточно быстро. Ну и конечно, танцы-зажиманцы, шуры-муры и прочие амуры. Познакомился с симпатичной девчонкой, через час уже обжимались вовсю. Надо отметить, что отношение к женщинам у меня тогда было очень и очень физиологически-потребительское: даешь - хорошо, не даешь – иди в попу, других полно. Ванная и спальня традиционно заняты, поэтому от меня вполне логическое предложение поехать на хату к товарищу. Ну что ты, я не такая, я так сразу не могу, нам надо узнать друг друга поближе (хотя до «поближе» остался маленький последний шажочек), и пр. женские отмазки, ну хоть про месячные не «запела» и то ладно.
- Поехали лучше ко мне – призывный взгляд из-под ресниц, легкий румянец на щечках. Хрен вас женщин поймешь и вашу логику, к тебе, так к тебе. Поймали мотор. Куда? В Морозовку! Вот б..дь, ну я и идиот, мог бы раньше поинтересоваться. Мало того, что край географии (фактически пригород, таксист цену заломил), так еще и очень криминальный район. Половина жителей Морозовки уже сидела или отсидела в местах, не столь отдаленных, другая половина просто еще не попалась, но явно планирует и тренируется. Даже дети в детском саду там начинают раньше по фене ботать, чем на горшок проситься. Утрирую конечно, но соваться вечером туда как-то не комильфо совсем. Ну ладно, едем уже, по пути осторожно выясняю, что дома оказывается и папа, и мама, а также бабушка с братиком в 2-х комнатной хрущевке.
- Но мы же постоим в подъезде? – снова призывный взгляд, нежный поцелуй и рукой по члену через штаны. Ага, постоять в ее подъезде в хрущевке в 10 часов вечера, когда подруга будет вздрагивать от каждого шороха – мечта всей моей жизни. Ну купила, так купила… Ладно, думаю, тоже обломаю маленько, высажу ее у подъезда и свалю к Маринке. Подъехали, въезд во двор перегородила расфуфыренная 8-ка, с открытыми обоими дверьми, но в машине никого, а подъезд 3-й. Водила даже сигналить не стал, типа здесь вылазите. Дал ему половину, несмотря на возмущение, сказал – жди, я до подъезда и обратно (джентльмен, бля). Темный, теплый вечер ранней осени, освещение только из окон квартир и одинокого фонаря на углу, где-то вдалеке, похоже у последнего подъезда (6-го) бренчит 3-мя аккордами гитара и пропитый голос, не очень попадая, пытается жалобно петь очередных журавлей над зоной (или голубей? не суть). Идем, она под руку держится и каблучками звонко цок-цок. От 2-го подъезда на шум машины и каблучки, видно с лавочки, выползает троица.
- Опа, зырьте пацаны, залетный фраерок нарисовался с Иркой – растягивая слова выдвигается навстречу широкий парень в белой майке. Теперь немного «науки» от инструктора: Противник, если он в большинстве, уверен в своем преимуществе и на своей территории никогда не начнет драку сразу, ему надо время оценить тебя по принципу свой-чужой, кого знаешь, насколько можно тебя «опустить» (унизить), накрутить, опять же себя (поднять адреналин в крови), типа: А чо ты такой дерзкий? А ты мгновенно должен понимать, что это мирно для тебя не закончится ни при каких обстоятельствах, сразу готовность, выброс адреналина в кровь, а лучше всего просто убежать (см. выше), но если нет такой возможности, то нападать первым, неожиданно и не оттягивая. Мелькнула мысль уйти на рывок, но в крови уже бурлит адреналин, в каждой мышце, как сжатая пружинка, легкость в ногах, нет страха и почти нет алкоголя в крови, да и перед девчонкой, как-то неудобно (каюсь, успел ей напеть про героическую службу). Так, позицию, расстановку противника и свои дальнейшие действия я примерно, но быстренько просчитал. Ирка мгновенно отвалилась, а теперь пошла психология, двигаюсь шагом в том же темпе, правой рукой в кармане джинсовой куртки смял в комочек и зажал в кулаке пластинку жевательной резинки, а левой из внешнего нагрудного кармана со словами:
- Смотри, чо… - двумя пальцами достаю проездной в пластиковой рамке и как бы случайно роняю его на землю слева и спереди от себя. Ключевое слово «смотри» прозвучало, инстинкты и неосознанные рефлексы у противника сработают - 99% людей посмотрят обязательно. Не стали исключением и эти уроды. Амбал в белой майке (его я определил, как главного), стоя уже передо мною, немного опустил и чуть повернул голову, уставившись на упавшую какую-то фигню.
Н-на…, быстрый небольшой шаг вперед левой ногой и резкий прямой правой в удобно подставленную челюсть. Вай, как плотно попал, еще и с толчком правой ноги, и корпусом хорошо доработал. Амбал не поднимая рук начинает валиться вперед (очень хороший признак, значит нокаут полный), но смотреть кино будем позже, чуть смещаюсь вправо, два быстрых шага вперед и кидаю комок золотинки со жвачкой в лицо второму, с практически одновременным ударом левой ногой сбоку-снизу (примерно под 45 градусов) в район нижнего правого ребра, рефлексы противника и тут не подвели, правая рука его дернулась вверх защищая лицо, а моя нога в туфле с достаточно жесткой подошвой, носком попала точно куда я хотел. Острая боль и спазм при таком акцентированном ударе по печени деморализует даже многих подготовленных профессионалов, не то что эту дворовую шалупонь, главное четко и достаточно сильно попасть. Еще маленькое отступление, инструктор очень предостерегал от использования хай-киков (верхний удар ногой). Это только в кино у Вам Дама красивые вертушки очень эффектны и эффективны, а в реальной жизни с такими киками все значительно хуже. Удар «длинный», т.е. требует большего времени на подготовку и имеет значительную траекторию, значит и уйти от него намного проще. Можно использовать его в связке в качестве завершающего при отходе, но не в коем случае не стоит с него начинать. Я не спорю, есть мастера, которые ногой в голову могут ударить намного быстрее и неожиданней, чем я рукой, но для этого нужны годы и годы интенсивных тренировок. Другое дело лоу-кики (нижние удары), носком или ребром жесткой подошвы по голени, в колено или в пах, как расслабляющие, деморализующие, с них, как раз, хорошо начинать атаку, даже не имея хорошей растяжки. Я так и планировал сначала, но противник был ниже почти на голову, удобно стоял, чуть повернувшись и я решился ударить по печени, что весьма оправдалось, добавил коротким крюком правой куда-то в лицо, уже сгибающемуся второму и шагнул к подотставшему третьему. Опустив чуть разведенные в стороны руки с открытыми в его сторону ладонями, начал жалобно:
- Да вы чо пацаны, сразу накинулись то… - не прокатило, третий, в короткой кожаной куртке, уже встал в стойку с поднятыми к лицу кулаками. Боксер что ли? Да не-е… Вот это замах! Ха-ха… Чему вас учит семья и школа? (по Высоцкому). От удара с таким замахом даже боксерская груша увернется. Спокойно пропустив над правым плечом его кулак, резко сократил дистанцию с одновременным ударом правой под дых снизу-вверх (апперкот) и как бы отталкиваясь этим ударом развернулся в одну линию с кожанным, ловя на свой локтевой сгиб левой руки его опускающийся правый локоть, дальше моя левая рука из-под его подмышки на кисть сверху, правой удар изнутри по запястью – есть захват, правой помог левой руке - резко додавил, сгибающуюся уже ладонью вовнутрь кисть.
-А-а-а… - дико заорал третий - больно, знаю, резковато я, пожалуй, растяжение связок обеспечено, завтра даже ложку этой рукой держать не сможет. Но это мой любимый прием, я его многократно отрабатывал и есть у него одна интересная особенность, если провести его достаточно резко, то человек сразу падает на колени, рефлекторно пытаясь изменить угол давления и снизить острую боль. Не стал исключением и мой подопечный. В принципе, в таком положении его можно спокойно конвоировать, чуть отпустив кисть и скомандовав «Встать», вести, одной левой рукой регулируя болевое давление на согнутую кисть, но мне сейчас это зачем? Поэтому, резко крутанувшись, бью его коленом в лицо, причем начинаю удар почти выпрямленной правой ногой, резко сгибая ее в конце траектории, тем самым уменьшая радиус при неизменной массе, угловая скорость колена от этого увеличивается, а это тебе уже теоретическая механика (термех), зря что ли я его в институте учу. Это я сейчас долго рассказываю, а на самом деле на всё про всё ушло буквально несколько секунд. Обернувшись на остолбеневшую Ирку с абсолютно круглыми глазами, замечаю еще одного детинушку, вышедшего из кустов палисадника позади ее метрах в четырех. Отлить что ли ходил? А мне сейчас сам черт не страшен, полное упоение удачным боем, пульс под 200, но душа поет, мышцы в невиданном тонусе, в таком состоянии, наверное, мировые рекорды в спорте только и устанавливаются. Многое бы сейчас дал, чтобы повторить сегодня то ощущение. Заорав что-то среднее между рыком льва и воплем самца гориллы в брачный период, я длинными прыжками кинулся на него. Чувак видя такие непонятки и заранее пребывая в подавленном психо-моральном состоянии, верно решил, что лучше убраться подобру-поздорову и ломанулся, как молодой лось обратно в кусты, а Ирка не видя, что у нее кто-то был за спиной, приняла все на свой счет и дико завизжав, присела, закрыв голову руками. А я, как прыгучая лань легко перепрыгнул через нее и еле себя остановил, дико хотелось догнать и рвать противника, как Тузик грелку. Взвизгнув резиной, укатило такси, водила тоже решил свалить, страх победил жадность. Всё, всё, хватит, хватит…, уговаривал я себя, так и рвавшегося добивать поверженных уже врагов. Кое-как подняв, потащил Ирку к ее подъезду. Она рыдала навзрыд и слабо упиралась (или мне так казалось?), при этом закрыв глаза и периодически крепко зажмуриваясь, да так, что слезы брызгали из уголков глаз тонкими, короткими струйками, похожими в свете фонаря на капельки серебра. Я аж засмотрелся, снизив и так невысокую скорость. Белая майка сел, опираясь на левую руку, тупо мотая головой, но в правой руке уже был зажат нож-бабочка. Я, отпустил Ирку, подобрал проездной и подойдя сзади от всей души пнул его по согнутому локтю – нож сверкнув, улетел куда-то в темноту.
- Аш-ш-ш… Ну ты чо, в натуре? – амбал сперва зашипел от боли, но попытался сказать грозно, тем не менее сбившись в конце на какую-то плаксивую интонацию. А зачем нам нож? - нож нам совсем не к чему. Я не обращая внимания уже больше ни на что, ускорившись, практически волоком затащил совсем расклеившуюся девку в подъезд, где с трудом выяснил, что этаж 2-й, 1-я дверь справа. Железную дверь широко открыли сразу, словно давно ждали, втолкнул Ирку и буркнув короткое «Здрасте», отодвинул мамашу и быстро зашагал по коридору, оценивая диспозицию. Классическая хрущевская 2-х комнатная «распашонка», окна кухни и комнаты с балконом выходят на подъезд, в другой комнате на противоположную сторону дома, подошел к этому окну и открыл его настежь. Фу, всё, можно не торопиться сваливать, под окном даже клумба, ни кустов, ни заборов, и никаких других препятствий. Прошел в ванну мимо собравшегося к коридоре ошалелого семейства, члены которого проворно убирались у меня с дороги, видимо было еще у меня на лице, что-то такое-этакое. Умылся, лицо горело, пульс еще колотил, но уже ощутимо начала побаливать правая рука. Задерживаться не стоит, не хотелось бы попасть сейчас в адреналиновую яму, или по-простому в отходняк. Выключил воду и услышал, как через всхлипывания, видимо не отошедшая еще от шока Ирка говорит:
- Меня Серега встречал, а он их всех убил – и опять зарыдала. Ну ты и дура! Значит тебя твой бывший или действующий встречает, ты об этом знаешь и все равно меня сюда тащишь? Да, что же у тебя в мозгах то?! Или ты думала, что мы с ним встретимся, и я мирно, но по-мужски объясню твоему Сереге, что теперь я твой парень, он все поймет, и мы дружески с ним обнявшись пойдем пить самогонку? А ты ему строго скажешь:
- Сергей! Сердцу ведь не прикажешь! – и он заплакав, будет стоять на коленях, умоляя тебя вернуться? Или может ты предполагала, что меня немного побьют (но не затронут, конечно, жизненно важные органы), я попаду в больницу, а ты такая верная, будешь за мной ухаживать, сидя бессонными ночами у кровати, и я, такой же красивый и здоровый, когда выпишусь, в благодарность сразу сделаю тебе предложение? И представляла уже себя в свадебном платье? Или растроганно себе умиляясь, даже видела себя в красивом траурном платье, в шляпке с черной вуалью несешь мне белые лилии на могилку и тихо рыдаешь там в одиночестве, раскинувшись на могильной плите? Кстати, мне одна подруга по пьянке нечто подобное рассказывала, что ее подобное видение про любимого мужа посещает периодически. И только нажалевшись себя и нарыдавшись в одиночестве, представляя себя молодой вдовой, на некоторое время успокаивается. Хрен когда-нибудь поймешь, что у этих женщин в голове творится…
Я молча вышел из ванны, от меня шарахнулись, как от прокаженного, батя неловко попытался спрятать за спину бутылку с непонятного цвета жидкостью, видно уже достал, чтобы выпить за знакомство. Всё, пора уходить, можно по-английски, но нет, ноги сами повернули меня на балкон. А перед подъездом уже комитет по торжественной встрече во всей красе. Пострадавшие в полном составе на лавочках и еще подтянулась троица парней, с ними две девки местного разлива. Один из них, лет под тридцать, с татуировками на кистях и вроде даже перстни синие на пальцах, но с балкона толком не разглядишь, крутил в руках обрезок водопроводной трубы. Меня заметили сразу. Слово взял Синий, как я его про себя назвал:
- Что же ты беспредел творишь? Пацаны к тебе со всем уважением, побазарить за жизнь децел хотели. Про Маруху твою шепнуть чево, а ты сразу грабками махать, как бичара ссученный. Так себя уважаемые люди не ведут. Проставься полторашкой (имеется ввиду самогон) за обиду и побазарим нормалек без понтов дешевых.
- Да не выйдет он, зассыт… - поддакнул ему кто-то с лавочки.
- Если правильный пацан, то выйдет, а если волк позорный или фуфло ментовское, или фраер гнилой... – продолжил кидать зоновские подходики Синий. Знакомая песня, так и будет языком плести свои кружева, потихоньку начиная тебя словесно «опускать», или ты не выдержишь или он морально выиграет, даже без физического контакта. Такой базар надо резко ломать, сразу переводить в другую плоскость. Да и уже понятно, нет там никаких татуированных перстней, на зоне был точно, но не в авторитете, дальше шестерки не поднялся, даже не феня у него кривая, а так базар приблатненный. Среди не топтавших на мне дешевый авторитет зарабатывает. Был и у нас во дворе такой, мы малолетки ему в рот заглядывали, подражать пытались, пока с зоны не откинулся отец одного другана и пинками не выгнал того со двора. Куда тогда делась вся его распальцовка? Ну подожди сука:
- Эй! А чего у тебя труба такая тонкая? - пауза, подгадал окончание своей фразы на затяжке Синего сигаретой, но надо не дать ответить, выдох его и на начале вдоха спокойно продолжаю:
- Я ведь сейчас спущусь и трубу эту в твое раздолбанное очко засуну. А ты даже кайфа не получишь… - и гаденько так заржал, тут же хихикнул какой-то из парней на лавке, а одна из шмар хрипло заперхала, давясь смехом. Всё, хана дутому авторитету Синего. Слухами земля полнится. Теперь при упоминании Синего в любом разговоре без него, почти наверняка будет подленькое уточнение: Этот, который с трубой, что ли? И ехидные улыбочки, а кто не поймет, тому расскажут. Синий толкнул раскрытой пятерней в лицо, засмеявшейся девке, взревел и резво рванул в подъезд.
- Примерить решил… - подлил я масла в огонь, теперь заулыбались и захихикала уже вся компания. Ну пора и честь знать, хватит дергать тигра за усы, как сказали бы китайцы. Под аккомпанемент неистово долбящей в железную дверь трубы, прошел мимо, сидевшей на диване, притихшей семейки в другую комнату, перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и после непродолжительного полета, мягко приземлился почти в центр клумбы. Не мешкая вскочил и дал, как на стометровке, до угла ближайшей пятиэтажки, там перешел на резвую рысь в сторону освещенной и шумящей примерно в километре автодороги. Бежал и сперва очень гордился собой, потом задумался, что повезло мне сегодня нехило, как получилось вырубить с одного удара беломаечного амбала, да и дальше все как по маслу, а могло закончиться подобное приключение гораздо плачевней. Нет, в следующий подобный раз только рывок в сторону и бежать, и не раздумывая, дал я себе твердое обещание, уже катясь на частнике по освещенной дороге к цивилизации.
С Иркой я больше никогда не встречался.
Р.S. Наконец, могу сказать ОГРОМНОЕ СПАСИБО товарищу капитану - инструктору, к сожалению, уже не помню вашего имени. Ваши занятия мне очень тогда помогли.
На этом хотел бы закончить, но нет, сын мне вчера заявляет:
- Травмат куплю.
- Зачем?
- Ну, попугать в случае чего…
- Ни фига ты не понял. Любое оружие нужно доставать, только тогда, когда ты его готов применить немедленно. Это азбука. Разговоры под дулом пистолета оставь Голливуду. Да и пойми, ствол не нож, любой понимающий человек будет сразу рвать дистанцию и максимально жестко тебя гасить. А если у него огнестрел? У него нет времени разбираться, что у тебя в руках: травмат, газовый или тоже огнестрел, профессионал будет сразу стрелять на поражение. А вдруг окажешься случайно в охраняемой зоне, какого-нибудь ВИПа? Оно тебе надо? А в безоружного, скорее всего, никто стрелять не будет – стараясь говорить спокойно продолжаю я.
- Что мне с выкидухой ходить что ли? – недоумевает сын.
- А если ткнешь или полоснешь, даже не специально, а так, отмахиваясь, кого. Ну попадешь в какой-нибудь орган или артерию, например, на руке зацепишь. А он возьмет, да помрет. Что тогда? 10-ка на зоне? Как тебе такая перспектива? Или опять же противник с огнестрелом, прострелит тебе колено - ты всю оставшуюся жизнь с палочкой, а у него ствол с лицензией, и он кругом прав. Здесь Москва и здесь таких полно. Да и пойми, наконец, любое оружие, даже холодное – это оружие нападения для убийства. Ты мочить кого собрался?
- Да нет, так для самозащиты…
- Лучшее оружие самозащиты — это бег. Я тебе уже сто раз это говорил. Или бегать плохо стал?
- А если я с девушкой?
- Ну, во-первых, не шарьтесь по всяким злачным местам и чужим дворам. Во-вторых, не ведись на всякие: Пойдем-отойдем-поговорим. А, в-третьих, вот отбежал ты от них и от девушки на 50 метров и набрал 112, контролируя происходящее, что они тебе или твоей девушке сделают?
- Да перед девушкой, как-то неудобно.
- А, ты ее спроси, ей герой-калека-инвалид нужен, или здоровый отец ее детей?
- Ну, про детей ты загнул, понятно, что каждая выберет – заржал сын.
- То-то и оно. Ладно, гуляй пока молодой. И бегай побольше.
В заключение скажу: Фитнес — это хорошо, бицепсы, трицепсы и прочие двуглавые – это здорово и красиво, но не забывайте про бег. БЕГ – ЭТО СИЛА, это оружие, которое у вас никому не отнять…, потому что не догонят!

6

История о вреде хамства.
Случилось это (n+1) лет назад. Жил я тогда в Питере.
Поехал я как-то раз на авторынок для своего "бегемотика" кое-что прикупить.
Кручусь, ищу, где паркануться. Парковка интересная - тесноватая, в кармане, с двух сторон напаркована куча машин, посередине проезд, но есть несколько заездов-выездов. Вроде присмотрел одно место немного впереди, но вижу, что на него планирует заехать какой-то мужик на дешевеньком жигуле-классике. Мужик приехал раньше меня, просто пропускает одну неуверенно едущую машину на выезд с парковки. Ну что же, проблем нет - не претендую, поищу еще. Мужик кивает мне издалека - типа, "спасибо". Киваю в ответ. Тут вдруг прямо передо мной человек показывает, что выезжает. Выпускаю его, быстренько паркуюсь, выхожу из "бегемотика" и смотрю, как развиваются события. А они таки развиваются. Какой-то молодой пацан, лет 20-22 по виду, на ветхом, но большом джипе ловко проскакивает мимо мужика на жигуле и занимает парковку. На возмущенный гудок мужика с небрежной улыбкой показывает "фак". И горделиво пялится на свою подружку, сидящую рядом...
Мужик, все-таки, умудрился припарковаться неподалеку. Я еще удивился, как он ездит на своем пепелаце - жигуль имел заметный крен на левую, водительскую, сторону. Мужик вылезает из машины. Крен у жигуля тут же пропадает. Мужик распрямляется. Мама дорогая!! Понятно, почему был крен. Рост - будь здоров, вес за 140, огромный бритый череп, на котором даже через проросшую щетину виден жуткий шрам. В общем, суровый мужчина оказался. Подумалось еще, что именно благодаря таким персонажам некоторые племена верили в происхождение людей от медведей. Слегка нахмурившись мужик подходит к мальчонке на дряблом джипе и просит того выйти из машинки поговорить. Пацан сидит с каменным выражением морды лица, молчит и смотрит прямо перед собой. Подружка пацана тоже усиленно изображает из себя манекен - остекленевший взгляд перед собой. Оба, похоже, даже не дышат...
Я усмехнулся и пошел по своим делам. Минут через пятнадцать, купив то, за чем приезжал, выхожу обратно на парковку. Мужика уже там не было. А "сладкая парочка" так и сидела в машине, изображая из себя каменных истуканов.
До сих пор гадаю, описались они или нет...

7

История про жидкое мыло напомнила.
Тем, кто предпочитает читать истории только на актуальные и злободневные темы, рекомендую мою зарисовку сразу пролистать, абсолютно ничего не потеряете. Тема моя достаточно мелкая, всего-то как один мужик помыл ноги в гостинице, а другой побрился. Тех же, кто любит просто поржать над курьезными жизненными ситуациями, надеюсь, она развеселит..
В середине восьмидесятых жил в Воронеже, в гостинице с таким же названием. Гостиница располагалась к красивом старинном здании в историческом центре города, а внутри этого здания было полное убожество. Умением решить вопрос с администратором гостиницы, чтобы тот принял мзду, а взамен предоставил приемлемый номер со всеми удобствами, я тогда еще не обладал (когда часто приходится путешествовать, такое умение приходит, но с годами), поэтому мне достался какой-то обшарпаный номерок на пятом этаже, вернее даже койка в двухместном номере. Паркет на полу был весь вытоптанный, кровать скрипела и шаталась, из бонусов было одно радио, удобства цивилизации были общими на весь этаж и располагались они в самом конце коридора. Пока дойдешь до туалета, можно три раза обоссаться по дороге.
Собрался на ночь помыть ноги. Захожу в санузел, тот который в конце коридора, задираю ногу в умывальник, намыливаю - вдруг на моих глазах кончается вода, и я так и остаюсь остаюсь с намыленной ногой. Перед соседним умывальником стоит мужик, бреется. Вот как только он начал бриться, так сразу и отключили воду, так что он в результате остался с намыленной и недобритой физиономией. Мужик этот прежде меня сообразил, что нам надо делать, и говорит:
- Быстрее бежим на четвертый этаж, если законы физики не брешут, то на нижних этажах еще какое-то короткое время из крана должна течь вода. Только надо спешить, времени у нас вообще нет.
Бежать на четвертый этаж - это, чтоб вы поняли, сначала пробежать через весь длинный коридор до лестницы, потом спуститься по ней на два пролета, а потом на четвертом этаже по коридору столько же в обратную сторону до санузла. Причем если мужику надо было просто бежать, то мне пришлось еще и бежать с намыленной ластой. Добежали. Мужик в темпе принимается за бритье, а я задираю намыленную ногу и пытаюсь поскорее смыть мыло, пока и здесь кран не опустел. Жидкой струйки воды только и хватило, чтобы смыть мыло, но как только задрал в умывальник вторую ногу, как вода снова закончилась. С одной стороны приятно, что хоть успел мыло смыть, но, с другой стороны, идти ложиться спать, когда у тебя одна нога чистая, а другая грязная и вонючая после беготни по пыльному городу длинным летним днем, совсем не в кайф, поэтому подрываюсь и продолжаю свой марафон уже в направлении третьего этажа. Мужик бежит за мной, он тоже далеко не всю харю успел побрить.
На третьем этаже вода из крана уже вообще течет, как из комариной пиписьки, поэтому чтоб хоть как-то успеть, действуя в бешеном темпе, кое-как намыливаю вторую ногу. Мужик тоже так яростно чешет бритвой по щекам, как будто это не его щеки, а его личного врага. Но похоже, сегодня явно не наш день. Я снова только успел намылить свое копыто, как кран захрюкал и сдох, так что смывать мыло бегу по уже накатанной схеме на второй этаж, который является нашей последней надеждой, поскольку первый этаж в гостинице был не жилым, и если там и был санузел, то он, скорее всего, оказался бы закрыт. Мужик, который тоже чего-то там на своей морде не успел добрить, по традиции, мчится со мной наперегонки. Прибегаем. Все, капец, не успели. На втором этаже в умывальнике нас встречает сухой, как полдень в Сахаре, кран, который только и может, падла, что хрипеть пресмертным хрипом. Наша последняя надежда найти где-нибудь в пределах досягаемости хотя бы пару ковшей воды, такой обычной и такой сейчас необходимой, но при этом и такой недоступной, умерла безвозвратно. Руки у нас у обоих опустились, стоим грустные, он с полувыбритой щекой, я с намыленным лаптем, думу думаем. И тут уже мне удалось проявить креатив. Взгляд случайно упал на оставленную кем-то на подоконнике пустую поллитровую банку. Эта банка и подсказала мне спасительный выход. Сняли крышку со смывного бачка в туалете (бачки тогда еще были чугунные, с цепочкой, висели высоко над унитазом, кто постарше, конечно, помнит), и черпая оттуда так кстати подвернувшейся банкой воду, наконец с победой завершили это путешествие по своим четырем кругам ада.

8

С Катей мы познакомились в тёмном тамбуре одного секретного НИИ на юго-западе Москвы. Она должна была кое-что передать мне от Димы Вернера, мы созвонились и договорились, что ближе к вечеру я подъеду по указанному адресу.

Стояла обычная московская полуосень-полузима, с неба сыпал то ли снег то ли дождь, где-то около семи я запарковался на пустой стоянке, набрал с мобильника номер, сообщил о своём прибытии, и нырнул в дверь просторного полутёмного тамбура институтской высотки. В холл заходить не стал, но краем глаза успел рассмотреть типичную, оставшуюся ещё с советских времен пропускную систему с турникетами м будками табельщиц, и двух скучающих ментов с автоматами. Чем занимается НИИ я был не в курсе, но судя по пропускной системе и охране явно не селёдкой торговал.

Спустя минут пять по пустому холлу процокали каблучки, дверь открылась, и в полумрак тамбура шагнула девушка.
- Вы меня ждёте? - спросила она.
- Да! - сказал я. - Наверное.
- Вот! - сказала она, и сунула мне в руки размером с небольшую книгу свёрток.
- Спасибо! - сказал я.
- Не за что. - сказала она. - До свидания!
- И вам не хворать! - ответил я.
Мы открыли двери каждый в свою сторону, и на этом наше свидание закончилось.

Принимали меня где-то на Обухова, совершенно классически. Обычная гаишная машина какое-то время шла параллельным курсом по соседней полосе, и сидящий справа офицер ненавязчиво рассматривал меня и салон. Я никаких признаков волнения не проявлял, потому что ничего не нарушал, был трезв, и документы имел в полном порядке. И в тот момент, когда я уже решил, что они проскочат мимо, сидящий справа опустил стекло, и жезлом показал на обочину. Я кивнул, включил аварийку, и неспеша причалил к бордюру. Гаишная машина прошла вперёд и встала метрах в двадцати. Выходить из неё однако никто не спешил.

По старой совковой привычке я вздохнул, заглушил двигатель, вытащил ключи, достал документы, и вышел из машины. Меня взяли в коробочку ещё до того, как я успел хлопнуть дверью. Главное, я даже не понял, откуда они взялись на вечерней пустой улице. Двое, один справа другой слева несильно но надёжно прижали руки, третий страховал сзади. Секунда, и я лежал на капоте собственной машины как препарированная лягушка. Удары по щиколоткам, короткие негромкие команды "Лежать! Не двигаться! Голову не поднимать!", и ощутимые похлопывания по разным местам тела. "Чисто!" - сказал тот что слева, а тот что справа взял из моей руки портмоне с документами и стал листать, по ходу задавая короткие и простые вопросы, сверяя фамилию, имя, и прочие данные.

В это время третий, бегло осмотрев салон машины, распрямился и удовлетворенно сказал:
- Есть!
В руках он держал свёрток, который мне полчаса назад в полутёмном тамбуре секретного НИИ передала девушка, которую я никогда раньше не видел, не знал, и которую могли звать Катя, а могли и Люся. Под ложечкой неприятно заныло.
- Что в свёртке? - спросил тот что справа, с документами. Вероятно это был старший.
- Не знаю! - честно признался я.
- Но вы же не будете отрицать, что полчаса назад получили этот свёрток в здании по адресу .... ?
- Не буду. - сказал я.
- Вот и хорошо! Не станете возражать, если мы посмотрим, что внутри?
- Пожалуйста!
Снизу, из позы лягушки, моё разрешение звучало довольно глупо, а вот вопрос человека с документами звучал как ни странно не глупо, не издевательски, а просто вежливо. Создавалось впечатление, будто если я скажу "Возражаю!", то они тут же извинятся и исчезнут. Однако я сказал "Пожалуйста!", после чего тот что слева хлопнул меня по плечу, разрешая распрямиться, а третий положил свёрток на капот, и аккуратно развернул.

На широком листе белой упаковочной бумаги лежала небольшая книга в бордовом переплёте с надписью "Анекдоты из России. 10 лет".
Тот что сзади слева негромко хрюкнул. Тот что шарил в салоне просто отвёл взгляд в сторону и закашлялся, прикрыв лицо ладонью в перчатке. Старший едва заметно нахмурился и уже не так вежливо спросил:
- Это что?
- Книга. - сказал я. - Подарок. Сувенир. На десятилетие сайта.
- Вы ж сказали, что не знаете, что в свёртке.
- Ну... До того как вы появились знал. А потом уже не очень знал. Я ведь его не разворачивал.
Старший положил мои документы на капот, взял книжку в руки, и стал листать.
- "С наилучшими пожеланиями от Димы Вернера" - прочитал он. - Кто такой Дима Вернер?
- А то в конторе не знают, кто такой Дима Вернер. - сказал зачем-то я.
- Э! - сказал тот, что шарил в салоне. - Ты чего такой дерзкий?!
- Я не дерзкий. - сказал я - Я испуганный.
- Что-то не похоже!
- Могу подрожать.
- Вот закроем на трое суток, там надрожишься!
- Всё, хватит! - прервал наш диалог старший, и положив книгу назад на капот, сказал уже обращаясь ко мне: - Приносим свои извинения, что отняли ваше время. Надеюсь, у вас к нам претензий нет?
- Да что вы! - сказал я. - Какие претензии!
- Ну, тогда всего вам хорошего! И, просто совет, - другой раз выбирайте для встреч более подходящие места.

Они растворились в никуда так же, как ниоткуда и появились.
Я собрал с капота вещи и закурил. Руки слегка подрагивали.

- Ну что, товарищ водитель? - вкрадчиво раздалось сзади. - Протокольчик будем составлять, или как-то на месте решим?
Я резко обернулся. Сзади стоял гаишник, похлопывая жезлом по ноге, и нагло ухмылялся. Про гаишников я совсем забыл, хотя машина их стояла всё на том же месте, освещая обочину проблесковыми маячками.
- Какой н... протокольчик?! - спросил я возмущенно. - Я что, нарушил?
Возмущение моё было чисто рефлекторным, на самом деле капитан ГАИ на фоне исчезнувшей троицы был таким родным и близким, чуть ли не дедушка мороз.
- А вот, - издевательски ткнул он жезлом, - номерочки у вас грязные, нечитаемые. И стоите под знаком.
- Слушай, капитан, - сказал я, - ну ты-то хоть вот щас не доставай, а?
- А что я? - удивлённо сказал капитан. - Я всего лишь исполняю свой служебный долг. Но учитывая обстоятельства, на первый раз ограничимся устным предупреждением. Езжайте. И постарайтесь не нарушать! Счастливого пути!

Он козырнул, и злорадно усмехнувшись пошел к своей машине.

Катю я с тех пор больше не видел. А книжечка вот:
http://image.prntscr.com/image/84ed6bd394ca4bcc969981d249c9c56d.jpeg
http://image.prntscr.com/image/db4fbd61665c4f76a24379fd73a8dec6.jpeg

9

В конце 2000 помните особую остановочную примету: бабки с жаренными семечками. Вот и на остановке возле моего дома держала пятачёк одна такая - сама чистенькая, аккуратная и семечки у неё шикарные, кулечки из газетки как по шаблону наверчены.
Но в тот день рядом нарисовался внештатный зазывала: глубоко пьющая мадам источала запах перегара и жидких отходов жизнедеятельности, она активно раскачивалась из стороны в сторону и кричала: семечки, семечки... Семечная бабушка вжалась в стульчик и алела щеками, то ли от стыда за соседку, то ли в попытках не дышать. Задержав дыхание, я рискнула все-таки поддержать знакомую бабульку, подошла и протянула деньги.
В этот момент взгляд зазывалы упал на стоящего рядом симпатичного мужчину и она качнувшись в его сторону, кокетливо залыбилась. Мужчина отчетливо вздрогнул и с видом - что-то я застоялся - стал переминаться с ноги на ногу, отползая в сторону.
Мадам на всю остановку зашептала: Люсь, дай помаду губки подкрасить.
Бабуля опешила: да ты что, Зин, я уж много лет этим не пользуюсь.
Мадам тут же разворачивается ко мне: дай помаду губки подкрасить...
Нет, я правда не хотела, просто иногда не успеваю закрыть рот и из него вылетело: может тебе еще трусы дать померить? Кокетка замерла, что-то прикидывая про себя. Неет - мотнула головой и чуть не навернулась - размер не подойдет. Так ведь и тон помады не ваш - бледнить будет.
Схватив детей за руки, под стоны остановки и совершенно непристойные хрюки неприступного мужчины я ломанулась к переходу.

10

Прошлый новогодний корпоратив помню веселыми, но позорными урывками. По-суворовски дождался лучшего момента любой вечеринки, "дядьку, не наливай мне больше, бо я вжэ така, яка вам трэба", и объявил конкурс на самый эротичный девичий танец. За свой личный приз - большого плюшевого зайца. Опустим завесу милосердия над несчастным автором. Не дадим ему быть убиенным собственной красавицей женой. Но мужикам эту идею дарю - прекрасный способ получить незабываемые впечатления. Только пару запасных зайцев советую прихватить. У меня вот без приза остались такие валькирии, что самому до сих пор совестно.

Финал помню так - трое в ночи. Водитель такси, я и новоявленная секс-бомба секретарша Света. Она уткнулась мне в плечо, щекоча нос заячьими ушами. При посадке успела пробормотать свой район, но не успела назвать номер дома. Я не стал ее будить ради такой мелочи. Ее район оказался практически в соседней галактике. Пока доедем, тут любой протрезвеет. Ночные пейзажи за окном становились все более жуткими. Добравшись до раена, принялся ее тормошить и даже сделал вид, что пытаюсь отобрать зайца. Она очнулась, напрочь не узнала местности вокруг станции метро, куда каждое утро ныряет. Решила, что мы везем ее в какую-то глушь, чтобы изнасиловать. Еле отбился.

Позорище все это, но начало празднику я дал чистое и светлое. Это была просто песня. Ода радости. Опоздал на час, засидевшись со старыми друзьями. Догадывался, что коллеги за это время тоже успели основательно набраться, и может быть, даже без меня заскучать. Но чтобы настолько! Стоило мне войти в банкетный зал, как меня встретил восторженный рев, аплодисменты и скандирование - "Штрафную! Штрафную! Требуем тоста!" Навстречу метнулся официант с шампанским на блюде. Поднимая бокал, я довольно усмехался, лихорадочно соображал свою речь и выбирал в легкие воздуха побольше.

Все это несколько отвлекло меня от обзора присутствующих. Но когда я поднял на них внимательный взгляд за секунду до тоста, тревожное чувство настигло меня - не увидел знакомых лиц. Кто эти люди?! В общем-то, это было неудивительно - наша контора разбросана по филиалам, за год набрали кучу новых. Уверенно с первого взгляда в полумраке я мог опознать только полтора десятка из сотни. Я принялся искать их дорогие лица. К своему прискорбию, с первой попытки не нашел никого. Зато нашел сюрприз - жениха и невесту.

Это было немыслимо. С незапамятных времен наш корпоратив проводится именно в этом зале. По незыблемым историческим причинам. Я наизусть помню и елки у входа, и рыбок в аквариумах, и поворот от них налево. Как потом выяснилось, в этот раз перенесли в другой зал, через дорогу, с почти таким же адресом.

Меня спасло от провала только то, что я вырос в воинском городке. В этой среде принята смекалка при попадании в полную ж, а также короткие, но харизматичные тосты. Апофеоз которых - тост "Будем!" Я автоматически принял гвардейскую выправку и рявкнул во всю мощь первое, что пришло в голову: "За здравие молодых! Горько!!!"

Грохнули рукоплескания, внимание зала отвлеклось на целующихся. Сообразил - сторона жениха приняла меня за сторону невесты, и наоборот. Осушил бокал, завернул за елку в угол, где располагались вешалки, якобы чтобы раздеться, и был таков через служебный вход. Так я и остался наверно для гостей летучим тостующим голландцем :)

11

Недавней историей о даме с Британским паспортом и её невзгодах навеяло. Будет длинновато, так что не взыщите.
Семья моя эммигрировала когда СССР корчился в последних конвульсиях, но у граждан были только серпасто-молоткастые паспорта. А у меня вообще его не было, ибо по малолетсву моему я был вписан в паспорт родительницы. Ну а дальше, со прошестием времени, получил я пачпорт ЮСА, ну и гражданином стал соотвественно. Я знаю что многие как то устраивались и вдобавок получали паспорт одной из стран на которые Союз распался, но я как то на это негативно смотрю, хотя присутствие ништяков от такого устройства несомненно имеется. Мой взгляд, коль паспорт есть, значит гражданин. А раз гражданин, то уж будь добр, исполняй гражданский долг. Всё от службы в армии (ежели такая предусмотрена по закону) до уплаты налогов и голосования. А то как то нечестно, да и ежели не дай Господь те страны, которых паспорта есть, в конфликт войдут, за кого кровь проливать? Не, служить двум, это не служить никому. Ну это так, мысли в сторону, история та совсем о другом.
Начал я работать, и носила меня судьба по прожектам большим и маленьким, надолго и на малый срок от Чили и Тринидада до Канады с Японией, да от Гватемал с Коста Риками до Германий со Швейцариями. Много где разных историй происходило, как нибудь напишу. Но рано или поздно, я знал, встречи с Россией мне не миновать. Ну так и произошло.
Приехал я значица в РФ на долгий срок по работе (несколько лет). Ну а так как срок долгий, то естественно периодически я домой ездил, то есть РФ покидал и возращался. Всё чин чинарём. И понадобилось мне эдакое турне по лесам и весям, а точнее Нижний Новгород, Москва, Самара, Тольятти, Саратов и обратно в Питер. Так вот, дабы в гостиницу заселиться надо 1) Паспорт с визой (ну это и ежу понятно) 2) Миграционная карточка. 3) Регистрация. [О Боги богов, зачем??? ни в одной стране мира где я бывал такого нет. Виза есть - гуляй рванина. Мне кажется это страшная память МГБшных времён, мол социализм это электрификация + учёт. Кому, ну кому, в современном электронном мире нужна писулька заполняемая от руки, разрываемая, пополам (одна часть на границе остаётся, а вторую мил человек носи с собой. А регистрация зачем? Ну какой смысл она несёт? Тебя же впустили в страну (виза то есть). Езжай куда надобно. А коль злое удумал, неужто регистрация остановит. Но нет, нужна, и до истечения визы.]. Елы-палы, опять в сторону дурня занесло.
Но я все бумажульки с собой носил. Ибо я чту уголовный кодекс, как товарищи Катаев и Файнзилберг советовали.
Ну заселялся я в Москве, Нижнем, Тольятти, Самаре, и вот последний город, Саратов. Не, я против его ничего не имею, но там со мной всяка-бяка приключается.
Приехал я значицца в ентот город, отработал честно рабочий день и с сотрудником направились в гостиницу “Словакия”. О, гордость Саратова, прямо на брегах Волги, все внутренности в кафеле и мраморе (правда вместо унитаза на первом этаже та самая дыра в полу, как в любимой деревне, но преграда ли это для настоящего рыцаря). Стоят за модерным прилавком девушки регистраторши, мило улыбаются. Ну я уже расслабился, думаю попал я в относительный рай (это после гостиници Жигули в Тольятти, но о том другая история). Сотрудник мой получил номер, и быстро причем, ну я с улыбкой подаю документы и в шутку юмора говорю "Ну сейчас начнётся." Регистраторша берет документы и я опять ляпнул "Ну вот началось.". Эх, знать бы где будет твердо падать, подстелил бы.
И тут молвит мне красна девица, а у вас начальная дата в миграционной карточке не совпадает с начальной датой в регистрации. На что я ей говорю, а какая разница? Регистрация действительна до конца визы и миграционная карточка тоже. Так что не сумневайся милая, всё порядке. А она говорит, "Нет у вас начальная дата не совпадает. Я боюсь вас регистрировать."
Объясняю ей, я из страны выезжал, и когда въехал, получил новую миграционную карточку. А регистрация новая мне ни к чему, я раз зарегистрировался и до окончания визы вроде должен быть свободен. А она трепещет и срывается, мол "Вы нарушитель визого режима, да Вас мол не в гостинице, а в стране держать нельзя." Успокаиваю её, говоря "Не бойтесь девушка, я не украду у вас в Саратове рецепт мыла и не продам его на Запад. И вообще я человек мирный, без малой нужды большой подлости не сделаю, завтра от вас вообще уеду."
А она чуть ли не в слезы, "Вы уедете, а с меня штраф." Я ей говорю, "Девушка, меня заселяли и в Москве, и в Нижнем Новгороде, и в Тольятти, и даже в знаменитой гостинице “Саратов” в прошлый визит." А она уперлась, "вах баюсь баюсь, вы злой и гадкий Бармалей". Я уже в бешенстве, администратора сюда давайте. Главного который и у которого голова есть не только чтоб в неё кушать."
Выползает баба, точнее нет, бабища (по ней место на Одеском привозе точно скучает) и грозно молвит, "мол че за кипеж вечерком, метлой по морде не хочешь." Я ей объясняю, что я раб божий, обшитый кожей, вреда с меня мало, а пользы вообще нет, и что за гостиницy давно предоплата была, и что мол бред, на родине Чернышевского, её регистраторши до сих пор не нашли ответ на вопрос Что Делать с иностранно туристо. А мы тем временем люди полезные, несём в город доброе и вечное, и денежку между прочим тоже, которую моя компания давно вам прислала как предоплату. И в Москве меня в гостиницу брали и в Нижнем, и даже в Тольятти, а в Саратове что мол другие правила? Или все мол нарушают и только Саратов такой правильный.
И глаголет мне администраторша голосом человеческим. Я тоже мол боюсь тебя нарушителя, ходи-ка ты, добры молодец, в Федеральную Миграционную службу. Я ей, бабуся, вы в себе? Это что, новый метод заселения? Да и в в чём проблема, завтра меня вообше тут не будет, а деньги вам проплотили. Раз, я никуда не пойду, два если им надо пускай самый главный узбеко-таджико-гонятель сюда идет, три где я его найду в 6:30 вечера, четыре как быть с вещами. И вообще ты мол заграницей была? Если да, то что ты в миграционную службы ходила вместо того чтоб в свою комнату в отеле.
Ну а мне эта Хавронья и говорит, мол говори что хочешь, но в гостиницу я тебя так не пущу, грудью защuщу родные пенаты, ночуй хоть на берегу Волги. Я хоть человек закаленный, но все таки роматическая ночь на берегу Волги с чемоданом меня не прельщает. Я говорю, живота прошу, а давай мой сотрудник возьмет или двойную комнату или еще одну. Она в крик, как…. не будет такого пока она на своем посту. Понял я, правды искать надо только в милиции родной, на кою молюсь и уповаю.
Веди говорю меня в службу Миграционную, только вещи дозволь оставить сотруднику моему. Ну на это она согласилась, вещи я сотруднику отдал, выделила оне мне девочку администраторшу и пошли мы по Волге матушке до офицера миграционного правду матку искать.
Вы в Советской ментовке бывали. Ну может по малолетке привод был? Нет, ну и слава Б-гу. Я тоже не был, но кажется мне с Советских времен ничего не изменилось. Темный сырой корридор с дюжиной дверей, скрипящий пол, десяток раздолбаных стульев. И разношерстная толпа из малолеток, ментов, пьяниц, проституток с подбитым глазом, просителей различных (от потерявших паспорт до молящих о том чтоб их угнаную "копейку" нашли). Ну и пахнет как положено, потом, мочой, мышами, плесенью. Да думаю, это браток далеко не Грас, Парфюмер бы тут сдох, а ты привыкай. Мне кажется для девочки администраторши это был такой же шок как и для меня.
Прошли мы в последний кабинет, а там люди просто на головах сидят, это одновременно и паспортный стол, и миграционная служба, и справочная, и прачечная, и хрен знает что. Сидит там такой лейтенант Николай Николевич, и говорит правда вежливо (греха на душу не возьму). Будем разбираться господин. А чего разбираться, тут ясен пень, в гостиницу хочу, деньги заплатил, документы есть. Чего ещё надобно, тут и Дядя Стёпа разберётся. Расспросил он меня чуть ли не всю анкету. Пожалуй только анализ кала его не интересовал. Потом полез искать статью и нашел, статья 109 (по моему такой номер). Пошёл я говорит, протокол оформлять. Тут я позвонил в юр отдел компании в Питер и говорю, я тут в Саратове в ментовке сижу. 109 статью мне шьют.
Потом я узнал что произошло в Питере. Там сразу наяривать адвокатам и безопасникам стали. 109 вроде бы это убийство по неосторожности. Hа уши все встали, свистать всех наверх . Мол вроде и быть такого не может, а с другой стороны Саратов и жизнь такая штука смешная. Хрен знает что может быть в жизни этой. Оказалось что статья эта 109 Административного, а не Уголовного кодекса. Так что смешно потом получилось.
А мне тем временем не совсем весело. Администраторша в коридоре сидеть не хочет в короткой юбочке, ей какой то кот уже предложил с ним работать, с алкашами страшно, и день рабочий закончился, а тут со мной сиди. Менту конечно в падлу мной заниматься, и я жрать и спать хочу. Он находит статейку и там за кучей разных постановлений действительно говорится что при выезде из РФ, регистрация отменяется, но не понятно если при перманентном выезде или при временном тоже. Я говорю, так что, если я, иностранный гражданин, например, работаю в РФ и проживаю тоже, но по служебной надобности каждый день езжу в условную Норвегию, так что каждый день регистрировать должен???
А он говорит, не нравится, в суд иди, сейчас все по судам ходят. А его дело перестраховаться и выписать мне протокол все равно, административное правонарушение и штраф естественно. На мои бурные протесты, мол как так, везде нормально, а Саратов это что не Россия, и мол как вы относитесь к гостям вашего города, и на протесты, что вы подрываете туризм в городе, он просто продолжал писать. Теперь то я думаю он просто денег хотел немного, но тогда я это не понимал (ну что с меня взять, дикий американец).
Выписал мне он штраф, и протокол вручил. Я ему говорю ну ладно, это я ещё в суд пойду. Он говорит пожалуйста, ваше право. "А с гостиницей как?" Жить то мне где?" Он мне и отвечает "А вот это я не знаю, надо с майором посоветоваться." Вот тут-то чуть не произошла та самая 109 статья. Это что же получается, протокол мне, штраф мне, время моё потратили, а я ещё и в гостиницу смогу не попасть которую оплатили заранее. Но слава Б-гу майор нормальный попался, сказал сели его и хрен с ним. Замёрзнет на берегу Волги, так нам ещё работы добавится. Отпустил он меня с администраторшей после 3 с лишним частов мытарств.
И пошли мы с ней как облаку, в ту гостиницу "образцовую". И что же вы думаете, с милицейским протоколом заселили меня в конце концов.
А теперь, как говаривал сеньор Эклезиаст, время собирать камни. Итог: в несомненный минус я записываю потраченные нервы, протокол, штраф, и потраченные 4 часа. В плюс - опыт (который как известно не пропьёшь), все таки заселение в гостиницу, ну и прогулка вдоль Волги.
Вот всё же хорошо. Но мысли спать не дают, мол, я же гражданин США, как же я за принцип в суд не пойду. Надо воевать, до последней капли виски, если думаешь что прав. А внутри маленький, но гадкий дьяволёнок, говорит - уймись, смирись, хрен с ним. Сколько того штрафа, ну пять тысяч тугриков, ну десять. Так это же не деньги. Ты же тут не на всю жизнь, заплати штраф, и спи спокойно. А с другой стороны такой же бес, как же, на родине первейшего российского бунтаря Чернышевского ты так мелко слиняешь. И есть ли у меня гордость на подобие древних римлян (мол те могли лежать пьяные в грязи и кричать, не сметь меня трогать я, Римский Гражданин).
Вот так и хочеться спросить кого то, Что Делать? Ке фаир (фр). Фаир-то ке….?
Эпиграф от Александра Городницкого
"Выделяться не старайся из черни,
Усмиряй свою гордыню и плоть:
Ты живёшь среди российских губерний,
Хуже места не придумал Господь.
Бесполезно возражать государству,
Понапрасну тратить ум свой и дар свой,
Государю и властям благодарствуй,-
Обкорнают тебе крылья, сокол."

12

Когда я была маленькой, то всегда завидовала тем, кто может сам себе купить мороженое. Много мороженого. Ящик, а лучше два. Причём зимой. И слопать его на ходу, да так, чтобы все дети завидовали, а взрослые восхищались, собаки оглядывались, а ладошки потом слипались и их надо было обязательно протереть снежком с бабушкиным платочком...

Но зимой мне мороженое не покупали, ибо как "простудится деточка, а у нас варенья из малины мало", а "дохтуры нонеча не душевные пошли". Но пытливым детским умом и громадным пятилетним житейским опытом я прекрасно понимала, что говорится так и делается так всё из вредности, потому что малинового варенья всегда хватало до следующего лета, в многонаселённой коммуналке жили семьи исключительно военных врачей и только тётя Оля из дальней комнатёнки, к которой часто прибегали курсанты старших курсов из военно-медицинской академии в самоволку и в увольнении, не имела никакого отношения к медицине и работала там же, где и все взрослые, но только "шалавой хирургической". Тётя Оля частенько давала мне крохотные шоколадки по 2 копейки и карамельки "Дюшес". Я очень любила тётю Олю, но бабушка мне запрещала почему-то ходит в "тётиолину" комнату. Я обижалась, плакала, но глубоко в тайниках души лелеяла надежду, что когда вырасту, то обязательно выучусь на "хирургическую шалаву", и у меня будет много леденцов и шоколадок.

Бабушка каждый будний день забирала меня из детского садика у Финляндского вокзала, и мы не торопясь, шли пешком мимо Военно-медицинской академии, мимо рядов с румяными тётками в валенках и ватниках, в белых фартуках, перемотанных пуховыми платками, которые продавали и пирожки с повидлом, и мороженое-эскимо, и петушки-леденцы на палочках, выструганных из осины и много-много всяких разных вкусностей. Но мне никогда это всё не покупали. Ибо "повидло у них из гнилых яблок, в пирожки собаку с кошкой запихали, петушки из пережжёного сахара и неизвестно где цыгане эти их делали, а мороженое зимой нельзя - ангиной заболеть можно", потом мы шли домой, где меня поили противным тёплым клюквенным киселём, заставляли есть ненавистный пирог с капустой, но сначала "скушай, деточка, соляночку из глиняного горшочка". При этом столовая ложка рыбьего жира была обязательной. Ложка. Столовая. Рыбьего жира. Тьфу...

По субботам к ужину полагались две шоколадные ненавистные конфеты "Гулливер" и "Белочка". Когда "Белочки" не было, то давали омерзительный шоколадный "Кара-Кум" фабрики им.Крупской.
Сами понимаете, что детская душа желала свободы, которая олицетворялась именно в поедании эскимо и петушков на палочке в любое время. Причём - постоянно...
И вот как-то раз, проходя по Финляндскому переулку, мимо "Дома быта", бабушка увидела громадную очередь. Очередь вилась мимо лотков с мороженым, и бабушка привычно спросила:
- А что дают?
- Обои. Французские. 8 рулонов в одни руки.
Бабушка ахнула, немедленно заняла очередь, перекинулась парой слов с соседями по поводу клея для обоев, предоставив мне полную свободу действий на целый час. Представляете? Целый час! За мной же она следила вполглаза, изредка окликивая, дабы удостовериться в моей близости.
А я зачарованно смотрела на лоток, полный мороженого. Это был взгляд собаки на свежую котлету, на куриное крылышко "гриль", на кольцо краковской колбасы. Так смотрят на Деда Мороза, на невиданной красоты птиц, на... Повзрослев, я так смотрела на свадебные машины, на соседа-лейтенанта медицинской службы Вовку, который в одночасье стал большим и далёким дяденькой в морской форме, золотыми погонами и кортиком, на поезда, уходящие в далёкие края к Чёрному морю, на летние кучевые облака, уносящиеся в далёкие страны.

- Что, девочка, мороженое хочешь? - спросил меня мужчина с аккуратной профессорской бородкой, шапке "пирожком", в очках и потёртым кожаным портфелем.
Я наивно кивнула и, на моё удивление, он протянул мелочь продавщице, которая выдала мне целых 2(!!!) эскимо.
- Но только дома. С горячим чаем! - назидательно сказал добрый волшебник и удалился в сторону ВМА им. Кирова. Я немым восторгом смотрела ему в след.
- Адунюшка, совсем заждалась маленькая... Сейчас домой идём, кисель пить будем!
Бабушка, натужно кряхтя, неуклюже ковыляла с рулонами обоев, поднимаясь по пологой мраморной лестнице с витыми кованными ограждениями. Я, спрятав "эскимошки" в карман, придерживая их за палочки, катилась маленьким бурым медвежонком сзади. Я прекрасно понимала, что мороженое нужно срочно спрятать в кладовку, за покрашенное окно, между рамами, куда всегда клали купленное зимой мясо, курицу, завёрнутую кусок серого картона с безвольно висящей головой и протянутыми лапами. И только потом, когда никто не видит, захомячить его без постоянных тревог об "ангине, ОРЗ, воспалении лёгких, простуде" и прочих страхов.

Я валялась на полу в прихожей, бабушка стаскивала с меня валеночки, с валеночек галошки, потом шубку, потом шапочку, платочек, свитерочек, двое вязаных штанов, одевала мне валяные тапочки, поправляла колготки... Впрочем, вы и сами прекрасно знаете эту процедуру одевания-раздевания детей.
И тут во входной двери заскрежетал ключ и с работы вернулся папа. И мама. И тётя Люба. И брат Костя. И все одновременно. Прихожая моментально заполнилась, все шумели, толкались, смеялись, торопились кто в ванную, кто в туалет, развешивали одежду и ставили обувь на батарею для просушки.... Короче, обычная вечерняя суета обычной питерской семьи.

- А что у нас сегодня для Адочки? А для Адочки у нас сегодня - мороженое! Эскимо! Две штуки! Но Адочка должна хорошенько поужинать! А мороженое пока полежит в морозилке, в холодильнике!- раздался весёлый голос папы.

Я не поверила своим глазам. Мороженое. Зимой. Мне. Не на день рождения и не на Новый Год. Просто так. Два раза сказка. За один вечер. Это было выше моих сил. Естественно, я бегом побежала к обеденному столу, залезла на свой высокий стул, слопала полную тарелку солянки, большой кусок пирога, и, уже совсем лениво допивала кисель... И.... и потом я уснула. Уснула прямо за столом. Намертво... Ну Вы же прекрасно знаете, как засыпают за столом, покушав, маленькие дети, которые пришли с прогулки по морозу.

Конечно, проснувшись субботним утром, я моментально вспомнила, что папа убрал эскимошки в холодильник и хозяйским тоном тоном потребовала из к завтраку. На моё крайнее изумление мама достала обе эскимошки, положила их на блюдечко, налила чашку горячего чая, принесла мне, я торопливо развернула сразу две штуки, впилась зубами в первую, и....

Вот что вы знаете о вероломстве? Так я Вам отвечу. Ничего. Ровным счётом ничего! Эскимошки оказались глазированными в шоколаде ванильными сырками. Глаза мои моментально наполнились слезами, взрослые засуетились, поняв, что обман раскрыт, что прощение ещё надо заслужить, но детское горе было настолько велико, что ни билеты на утренние мультики в ДК "Выборгский", ни обещание сводить меня в зоопарк, ни поход на каток "Красная Заря" не могли утешить и успокоить меня. Мне даже не запретили убежать в "тётиолину" комнату, где меня внимательно выслушали, дали полную пригоршню "дюшесок", отвели обратно, но обида засела настолько глубоко, что до самого позднего вечера я одевала, насупившись, в разные платья своих кукол, раскрашивала зайчиков в книжке "раскраска", не говоря ни с кем, не стала играть с кошкой.
Я твёрдо решила умереть, а они все будут ещё бегать вокруг меня причитая, что я была хорошей и послушной девочкой, что их надо простить, а я буду лежать красивая, гордая и непреклонная, уверенная в своей правоте, но потом встану, все обрадуются, забегают и купят мне много-много "самого-самого настоящего и всамделишного мороженого "Сахарная трубочка" по 15 копеек", а потом... Но к обеду от волнений у меня поднялась температура, мы никуда не пошли, а в воскресенье началась знаменитая питерская оттепель, с крыш потекли ручьи, в водосточных трубах был слышен грохот падающего льда, так что в садик меня повели только в среду, достав из шкафа новое пальтишко.

И только в четверг утром бабушка, убирая ненужную уже шубку, обнаружила в ней моё растаявшее эскимо. Заливаясь слезами, я рассказала ей всё. Бабушка долго вздыхала, гладила меня по голове, потом взяла ножницы, отрезала у шубки оба кармашка, пришила новые из старой папиной нейлоновой парадной рубашки, и убрала шубку в коробку, а потом на антресоли. И больше никогда я не видела эту шубку, ибо за лето я выросла, мне купили новую, старую (наверное) отдали кому-нибудь, а детская память пятилетней девочки, коротка, как и девичьи слёзы... Но глазированные ванильные сырки в блестящей фольге я возненавидела на всю жизнь.

... Прошли годы, пролетели незаметно и школа, и праздник "Алые паруса", экзамены в педиатрический, не стало бабушки, папу привезли из Афганистана в начале 80-х, прощальный залп на Богословском кладбище, а потом не стало и мамы, помогшей нам воспитать сыновей, которые закончив военные училища "убыли к очередному месту несения службы", а сейчас им уже почти по 30 лет, мама ещё в начале 90-х уехала к двоюродной сестре в Одессу, но, к счастью уже не застала этого нынешнего дурдома... Да и много чего ещё.
Хлопнула входная дверь. С работы пришёл Димка, муж. Нужно кормить ужином. Пошла, достала из холодильника суп, Димка налил чаю, достал из портфеля газету, поставил передо мной блюдце и и радостно заявил:
- Гляди, мать, что я в ларьке на Удельной купил!

... Он до сих пор не может понять, отчего я так рыдала тогда, два месяца назад, увидев на блюдце два глазированных сырка в яркой красочной фольгированной упаковке.

(с) Ада и Дмитрий Петровы

13

День города.

Германия. Предгорья Альп. Небольшой городок на дороге в сторону Зальцбурга (это важно). Ресторанчик. Зал
достаточно большой. Стоит электронный рояль на котором какой-то пацанчик из клиентов пытается
изобразить Шопена.

В зале несколько разношерстных компаний. Какая-то компания работяг шушукается в углу и периодически
дружно хором над чем-то своим ржет. Кто-то из славян. Какие-то восточные люди уныло ковыряются в блюдах, явно выискивая там останки свиней. Небольшая компания прилично одетых мужичков в очечках - те вообще молча сидят, тыкаются в гаджеты и непонятно - откуда они взялись. И мы с женой и с детьми. Нас пятеро.

Входит пожилой немец в пиджаке с галстуком и в шортах. Явно подвыпил. Удивленно оглядывает зал -
и не видя соотечественников грустно садится за соседний с нами стол. Что-то заказывает из еды, в баре
прикупает себе бутылочку шнапса на полыни в тряпичном мешочке. С удовольствием выпивает рюмашку и повеселевшим взглядом оглядывает зал. Безошибочно определив в нас иностранцев, спросил - откуда мы приперлись в эту дыру?? Узнав, что из Москвы, вздохнул и пошел к пианино. Ссадив мальчишку с табуретки
начал что-то наигрывать соул-джазовое. Причем очень неплохо для деревенского дяденьки. А потом запел - густым бархатным Леонардо Коэна баритоном:

Я по свету немало хаживал, жил в землянках окопах тайге..

С сильнейшим акцентом, но с удивительно четким произношением. Мотив конечно был его собственный, но аранжировка на мой взгляд ничуть не хуже оригинального марша. Зал стих, все повернулись к исполнителю.
И тут компания хорошо одетых мужчин хорошо поставленными голосами и очень грамотно поставив тональность стали подпевать:

Похоронен был дважды заживо,
Знал разлуку, любил в тоске.

Совершенно неожиданно, компания мужиков-работяг в углу когда пошел припев грянула:

Но Москвою привык я гордиться и везде повторял я слова:
Дорогая моя столица, Золотая моя Москва!

В конце уже пел весь зал, и даже восточные люди подхватили:

И врагу никогда не добиться,
Чтоб склонилась твоя голова,
Дорогая моя столица,
Золотая моя Москва!

Это было настолько неожиданно и здорово, что немец аж прослезился.
Да и мы тоже не скрывали своих слез. А все оказалось весьма просто.
Хорошо одетые мужички оказались физиками из МИФИ и ехали из Мюнхена в Зальцбург на тамошний фестиваль хоров. Сами они тоже временами пели в академическом хоре МИФИ и потому были столь грамотными певцами. Славяне-работяги были с Западной Украины и ехали наоборот из Австрии в Германию на работу. Восточные люди оказались азербайджанцами - торговцами из Нахичевани и тоже не раз бывали по делам своим и в Москве и в Мюнхене. А немец - простой учитель истории из бывшего Карл-Маркс Штадта, переехавший после объединения в соседний Берхтесгаден. Он прекрасно играл на пианино и знал множество песен на всех языках.

Потом мы пели и Let it be, и Дывлюсь я на небо, и Очи черные, и Бела Чао. На наше пение подтянулись и местные немцы с аккордеоном. Когда мы уходили - ншум, гам, веселье и братание русских, украинцев, немцев, азербайджанцев и турок было вовсю. Спасибо тебе, Йохан, за наш вечер, за то самое немецкое гостеприимство, которое реально, а не на словах объединяет народы. Спасибо и тебе, Москва, за то, что всегда и везде с нами.

14

История эта произошла лет тридцать назад за сто с небольшим километров от моего родного города, в Ташкенте. Мой дядька тогда женился на одной коварной женщине с ребёнком. Почему коварной? Да потому что все одинокие женщины с ребёнками коварны. Впрочем, женщины без детей коварны тоже. Мне это говорить можно – сама не мужчина.
Так вот, ребёнком той женщины оказалась милейшая, похожая на эльфа девочка Алёнка с большими глазами голубого цвета. Она была тогда всего на три года меня младше, и что-то мне подсказывает, что и сегодня она несколько моложе меня. Но сейчас не об этом. (с)
Повёз, значит, дядька мой девочку-эльфа в Ташкент. Надо сказать, что ничего странного в этом не было, жители нашего славного города ездили в столицу соседней республики, кто реже, а кто чаще. В Ташкенте был цирк, было метро, магазин «Ганг» и знаменитый Алайский базар. Базар, положим, был и у нас, и даже не один. Но цирка и тем более метро – не нам такая сказка.
И вот, прокатившись до какой нужно станции, выходят мои родственники на поверхность под летнее солнышко. А рядом лотки стоят с книгами, и народу вокруг тьма. Мы ж тогда как-никак самой читающей в мире страной были все от Москвы до Кушки.
И тут начало случаться то, ради чего, собственно, и пишу. Алёнка увидела негра. Самого настоящего чёрного-пречёрного африканца! Мне можно так писать, как и всем в нашей стране, ибо у нас нет расизма.
С чего бы это Алёнку так удивило – поймёт любой неамериканец. Всё очень просто - у нас в Чимкенте негров не было никаких и нигде! И восьмилетняя девочка первый раз за своё детство увидела представителя этой части человечества. Её большие голубые глаза грозились покинуть границы, предусмотренные для них природой, но Алёнка, совладав с собой, сублимировала удивление в неожиданно иной ракурс.
— Дядь Саш, а можно, я его понюхаю?
— Кого? – не понял дядька, поскольку он на этого шоколадного зайца никакого внимания не обратил, ибо искал глазами совсем другой объект.
— Негра, - не отставала Алёнка. Тут дядь Саша темнокожего товарища и заприметил. А надо заметить, что в Ташкенте негра встретить в восьмидесятые было как с добрым утром. Там их огромное количество было в виде студентов университета и медицинского. Поэтому местные жители были к ним также привычны, как, скажем, и москвичи, и никакого особого внимания не проявляли, чтобы там коситься на него или столбенеть. И африканские принцы чувствовали себя в столице Узбекистана весьма в своей тарелке. Этот вот даже книжки на лотке разглядывал.
— Ну, дядь Саш? – Алёнка дергала дядьку за руку.
— Иди нюхай, только осторожно, - разрешил он, а кто бы отказал эльфу? А сам остался в сторонке наблюдать и делать вид «эта милая девочка не со мной».
Алёнка отважно с серьёзным видом направилась к толпе людей, заразительно интересующихся книгами. Стесняясь поднять глаза, будто делает что-то предосудительное, эта Дюймовочка нашла среди множества рук тёмнокожую, приблизила к ней свой любопытный нос и, сделав им два коротких вдоха, поспешила вернуться к дядьке.
Дядька ржал аки конь.
— Что, дядь Саш? – вопрошала испуганная Алёнка, и её глаза снова норовили превысить дозволенные пределы.
— Ну что? – жалобный её взгляд заставил приёмного отца немного угомониться и успокоить воздушное создание.
— Алёнка, ты же не негра нюхала, а узбека.
— Ах! – распахнула она ресницы и посмотрела в сторону, где только что, сгорая от стыда, проводила свой обонятельный эксперимент. Но подойти к негру еще раз более не решилась.
Так и осталось для нее и для нас тайной, чем пахнет негр.

15

Внук (2,5 года) удивил вопросом:
- Бабушка, ты знаешь, что такое блин?
Cудорожно вспоминаю все модные анекдоты про то, что скоро бабушки не будут уметь печь пирожки, зато...
Отвечаю:
- Конечно, знаю! Мы сегодня с тобой блинчиков пожарим со сметанкой, сгущёнкой.
Недоумённый ангельский взгляд чистых глаз в мою сторону и перл:
- Ба, блин - это когда планшет на пол падает!

16

ВЕСЫ

Я думаю, что 95% моих читателей совершенно не представляют себе, каким был небольшой продуктовый магазин времен моего советского детства. А у меня один из таких магазинов буквально стоит перед глазами. Он располагался на углу в одном квартале от нашего подъезда и занимал часть первого этажа большого жилого дома. У нас в семье его так и называли: «Угловой».

- Саша, - говорила моя мама, - в «Угловой» сегодня завезли сахар. Сбегай, купи два килограмма. Скоро будем варить варенье, нужно сделать запас.
Я брал деньги, слетал с пятого этажа и через две минуты открывал тяжелую дверь магазина. Прямо напротив входа был прилавок. Перед ним стояла маленькая, шесть - семь человек, очередь, а за ним орудовал Яков Михайлович, невысокий кряжистый человек с цепким взглядом. Жил он в том же доме, каждый день открывал магазин ровно в 6:30 и, вроде Димы Вернера, ни разу на моей памяти не покинул боевой пост.

Заняв очередь, я сначала смотрел на улицу через большое окно слева, затем - на второй, маленький, прилавок справа, где продавала водянистые соки и минералку Зоя, жена Якова Михайловича. Наконец, переводил взгляд на полки за главным прилавком. На них возвышались затейливо выложенные пирамиды несъедобных консервов и батареи бутылок дешевого суррогатного вина. На полу иногда стояли несколько бидонов с молоком, иногда бидон со сметаной, иногда бочка с селедкой. Там же довольно часто можно было видеть мешок с сахаром или мукой и практически всегда - мешки с крупами, которые не пользовались особым спросом, например, перловкой или саго. В витрине за гнутым стеклом красовались несколько кремовых тортов, два сорта вареной колбасы малоаппетитного вида и один – сыра.

Когда подходила моя очередь, Яков Михайлович ставил на одну чашку весов двухкилограммовую гирю... Сейчас такие весы и гири можно найти только в антикварном магазине. Если есть желание посмотреть на этот агрегат, загляните на http://abrp722.livejournal.com/ в мой ЖЖ. Потом он сворачивал бумажный кулек, совком насыпал туда сахар из мешка, осторожно укладывал его на другую чашку. Отсыпая и досыпая сахар, добивался идеального равновесия, закрывал кулек, брал деньги, давал сдачу. Еще через пару минут я взлетал на пятый этаж и отдавал сахар маме. Мама доставала пружинные весы, которые она называла безменом, взвешивала сахар и печально говорила:
- Опять недовесил 150 граммов!
- Мама, - пробовал успокоить ее я, - пойди, потребуй, чтобы он вернул деньги!
- Нет, - вздыхала мама, - не стану я связываться из-за рубля!
- Ну, тогда пожалуйся на него!
- Господи, что у тебя на уме!? – возмущалась мама, - Человека же могут посадить!

Незадолго до эмиграции я приехал в родной город, чтобы попрощаться со старыми друзьями и с нашей соседкой тетей Шурой. Когда выходил из подъезда, почувствовал на себе чей-то цепкий взгляд. Оглянулся, на скамейке перед домом грелся на солнце очень старый человек. Я присмотрелся и узнал Якова Михайловича. Спешить мне было некуда. Подошел, поздоровался, подсел. После короткого разговора понял, что никаких проблем с головой и памятью у ветерана прилавка нет. Я немного напрягся и впрямую спросил:
- Яков Михайлович, мама всегда жаловалось, что Вы обвешивали. Было дело?
- Конечно, было. А куда было деваться? На зарплату не прожить, наверху тоже требуют. Все обвешивали и я обвешивал. Время было такое.
- Соседи говорили, что у Вас гири были облегченные. Правда?
- Не дай Бог! Гири государственные, с клеймами. За них и загреметь недолго.
- А как же?
- У меня коромысло на весах специальное было: одно плечо немного короче другого. И чашки чуть-чуть разные, чтобы пустыми ровно стояли. Процентов семь получалось в мою пользу.
- А если ревизия? Как это называлось? Контрольный заказ? Они же следили, как продавец взвешивает.
- Ну, это просто, - улыбнулся Яков Михайлович, - Если контрольный заказ, переносил гири на другую сторону весов. При перевзвешивании оказывалось даже с походом. Странно, конечно. Ну и пусть странно. Главное, чтобы не меньше.
- А как же Вы распознавали ревизоров?
- Ну, это совсем просто. Я у себя в магазине простоял 35 лет. Всех покупателей знал в лицо. Если видел, что люди незнакомые, сейчас же гири на другую сторону весов!
- А если это не ревизоры?
- Ничего страшного. Те, которые замечали перевес, обязательно приходили снова. Тогда я свое возвращал... Чего уж там говорить?! Хорошо жили, интересно, красиво! Не то, что сейчас.
Он с трудом встал и медленно пошел к дому.

17

Родила у меня кошка Ириска котёнка. Сама она была, так сказать, не от мира сего. В подростковом возрасте ходила на задних лапах, глаза в кучу, взгляд придурковатый. Явно не лидер среди остальной живности, трусовата. А тут прямо подменили. Резко стала, как её мамаша - умная, смелая и материнский инстинкт такой, хоть к своим детям приставляй. Построила всех во дворе, собак гонять начала, c котёнка глаз не спускает.
Котёнок подрос, ходить начал, играться. И решила Ириса начать его обучение. Сгоняла в сад, приволокла мышь, чуть придушила и давай перед сынулей ею жонглировать. А ему неинтересно, отворачивается и провода грызёт. Ириса мышь отложила в сторону, котёнка передними лапами развернула и опять показывает, что с добычей делать надо. А котёнок снова к проводам лезет. Она его опять разворачивает. На третий раз не выдержала, развернула и как дала подзатыльник: «Смотри, чему мать учит!» Жаль, мы в этот момент уже видеокамеру выключили.

18

Я считаю, что мне с бабушкой повезло. Ни у кого такой нет! Носки внукам вязать и пирожки печь каждая сможет, а вот жизненный мудрости учить личным примером и максимально доходчивым, простым языком – только моя, я нисколько в этом не сомневаюсь.

Ну, кто еще может научить внуков грамотно воровать кирпичи со стройки, как не человек с многолетним опытом. Бабушка знает, что нужно взять с собой тележку, сконструированную из детской коляски – "там колесы резиновые, ход тихий", привязать на нее старое корыто, какое "уже не жалко кирпичами раздолбать", и идти в пятницу вечером, когда сторож отмечает окончание трудовой недели. Пролезать на стройку надо через специально существующий лаз в заборе, кирпичи класть тихо, чтобы не звякали, "как Витькины мудеса", и плотно, чтобы три раза "не волохаться".

К слову, Витька – это бабулин зять, муж моей тетушки. Дяденька с пузиком, лысинкой и возрастом за полтинник. Бабуля его по-своему жалеет, считая неизлечимо больным. Как-то дядя Витя подсуетился и сторговал в соседнем колхозе за три бутылки водки грузовик ржи. Рожь – вещь полезная: зерна – курам, солома – козам. Привез все это богатство к бабулиному дому и аккуратно снопы под навесом сложил. Бабушка вернулась вечером, вздохнула горестно – не так сложено: горизонтально, а надо чуть пыром, чтобы зерно из колосьев на землю не высыпалось, и стала перекладывать, как положено, причитаючи:

- Больной, призвезднутый человек! Старый уже, а совсем ничего не соображает! И никакие таблетки ему помочь не могут...

На мой взгляд, бабушке вообще по жизни с окружением не везет. Даже с животными. Курицы у нее все бл@ди ("Куда полетела, бл@дина! Птица-лебедь, твою куриную мать!" И метлой ее с забора, метлой), козы – проститутки ("Эти проститутки от меня сегодня по всему парку бегали! Я все ноги в ж0пу вбила, их догоняючи!"), собака – совсем оxpеневшая ("даже уже не лает, только срет, как лошадь") кошка – курва, козел – ... короче, козел - вообще животное неправильной половой ориентации. Ну, это так, к слову.

У бабушки на все имеется свое уникальное мнение, разнящееся с общественным, как небо и земля. Хотя голосовала она восемь лет, как и все белорусские старушки за "Лукашенку", но по своим соображениям:

- Молодой. Пусть поиграется, раз ему так хочется. А мы поглядим, чего он там нарулит.

Так вот. Про мнение. Шла как-то по радио христианская передача про нынешнее падение нравов. Дикторша смиренным голосом, исполненным священного негодования, рассказывала, что сейчас, дескать, разводов много, почтения в семье никакого нету, мужья гуляют, жены изменяют, а общество все на тормозах спускает – не то, что раньше! И в качестве поучительного примера – краткий экскурс в историю: как в средние века блудниц наказывали. Ловили, паразитку, раздевали до гола, смолой обливали и в перьях вываливали. И в таком стремном виде через весь город гнали в сторону церкви. И каждый житель мог в эту дрянь плюнуть или камнем запустить. Так что, ясное дело, желающий предаться разврату было не так-то много. Не то что теперь.

Бабушка слушала очень внимательно, а я помалкивала: фиг его знает, может, бабушка тоже блудниц не любит. Сунешься с комментарием не в тему – мало не покажется.

- Вот ведь суки что делали! – бабушка вложила в слово "суки" столько экспрессии, что кошка-курва брызнула в соседнюю комнату, сбивая гармошкой вязанные половички. – Нет, ну ты послушай, что делали, а! Ведь сами, суки, на бедную бабу лезут, а потом ее в перья! Паскуды какие! Выключи, наxpен! Невозможно слушать!

И про развитие науки и техники моя бабуля побольше любого инженера знает. Однажды нам повезло, сгребая сено, нашли мы с ней толстенную нитку, прям не нитку, а веревку. Бабуля ее заботливо распутала, сматывает в клубочек и говорит:

- Ты когда-нибудь видала такие крепкие нитки?

- Нет, - честно отвечаю. – Не видала.

- И я тоже. Это, мать ее, технология! Такими нитками спутники к земле привязывают, чтобы не улетели. Один, видать, сорвался...

Этой почетной ниткой бабушка потом наседку к цыплятам привязывала. Впрочем, бабулина практичность меня всегда восхищала. Как-то моей двоюродной сестренке родители на день рождения отвалили щенка ньюфаундленда. Сестренка радовалась, тискала толстого неповоротливого песика, целовала его в нос.

- Бабушка! Бабуля, смотри, какую мне собаку подарили!

- Ишь, ты! – оценила бабушка. – Пушистая! А большой вырастет?

- Вот такой!

- У-у-у... Большая собака! Из нее на тебя три шапки получится!

Мне же всякий раз бабуля пытается всучить козу:

- Возьми козочку! Козочка – хорошее дело. Есть мало и все подряд. Прокормить – не чего делать. Пойдешь к магазину, наберешь падали - животное и сытое. И три литра молока в день. Чем плохо?

- Ба, да куда я ее в Питере дену?

- На балкон поставишь.

- Ба, это у мамы балкон есть, у меня нету.

- Ну, в ванной поживет, еще лучше. Уж чем кота-пустосранца держать, лучше козочку... Ну, не хочешь козочку, возьми пару курочек...

Я считаю, что такие старушки, как моя бабушка – наиглавнейшие звено в экологическом равновесии планеты. Жаль, что их не так много, как хотелось бы. Ведь вся планета сейчас задыхается от мусора, и каждая страна больше всего озабочена вопросами вторичной переработки. А моя бабуля способна утилизировать все, что находит. А она каждый день что-нибудь полезное находит. Потому и ходит козочек пасти с запасом крепких брезентовых авосек, двумя отвертками и ножиком. Из битых бутылок получаются противокрысиные заграждения, чьи-то старые штаны – постирать и Витьке сгодятся, возле поликлиники бинты выбросили – это помидоры подвязывать, башмак – "а, черт его знает, зачем! Один он, конечно, без пользы, но ведь кто-то потерял, значит, вещь нужная"), рваный свитер – это вообще везуха редкая – распустить и носки связать можно, дорожный знак – окно в бане заколотить.

Самой большой ценностью считаются доски, гвозди, колючая проволока, водопроводные трубы, коробки и ящики. Бабуля из них такие инсталляции строит – авангардисты отдыхают. Если бы они видели бабушки клетки для кроликов – сдохли бы от зависти! И в отличие от произведений искусства, бабулины произведения имеют конкретное практическое назначение.

- Унуча, принеси-ка мне дощечку какую-нибудь из сарая. Тут заборина отвалилась, подобью, пока соседи лазать не начали. Ну, и на какого xpена ты такую хорошую доску принесла! Она на что-ть более полезное сгодится. Там сточенный горбыль был, его неси. Могла бы и сама сообразить, не маленькая уже.

- Ба, так ведь зачем на забор гнилую доску? Ее ведь и ребенок сломать может.

- Ничего, пусть ломает. Я поверху колючую проволоку намотаю.

Ну, есть маленько. Параноик моя бабушка. Я ей это прощаю, людей без недостатков не бывает. Зато с детства мир для меня был наполнен будоражащей кровь таинственностью ("Сидите дома тихо, никому двери не открывайте, а то придет вор, вам по голове даст и все добро сворует") и окрашен во все цвета медицины. Тетя работала в роддоме и снабжала бабушку здоровенными бутылями зеленки, йода и марганцовки. Так что бабуля, наподобие доктора Касторкина, лечила все болезни - и детские, и звериные – одинаково: снаружи концентрированные зеленка с йодом, внутрь – слабый раствор марганцовки с йодом.

Но будучи натурой творческой, простым медикаментозным применением она никогда не ограничивалась. Например, бабушкины куры были сперва покрашены зеленкой, чтобы если "куда потеряются, завсегда найти можно было". Но суки-соседи тоже стали красить своих курей зеленкой, чтобы бабушкиных кур себе присваивать. Тогда бабушка не поленилась и расписала свою стаю, как тропических попугаев – пусть соседи-падлы так же попробуют! Вид разноцветных куриц привлекал прохожих и украшал действительность.

- Эх, Михална, у тебя что, курицы заразу какую подцепили?

- Ага, подцепили. Ветеринар сказал, сифилис у них. И ты рядом не стой, пока еще мужчина.

Бабушка умеет с людьми разговаривать, это точно.

- Михална, бог в помощь!

- Велел бог, каб ты помог!

К ней часто и за советом, и душу излить приходят.

- И чего ты мне тута плачисси? Чего плачисси? Сам виноват, козлина драный! Надо было не водку жрать, а жене почаще внимание уделять, она бы и не ушла никуда. Ладно, что теперь сделаешь. На вот, махни самогоночки и катись отседова, мне работать надо, а не рассиживаться тут с тобой!

Впрочем, бабушка мудрых советов ни для кого не жалеет. Однажды придурковатый цыпленок-подросток шмыгнул в сарай, куда курам доступ строго запрещен. Бабушка и ахнуть не успела, как его цапнула здоровенная крыса и отхватила крыло с куском боковины. Бабушка положила агонизирующего цыпленка на ладонь, посмотрела рану, вздохнула и сказала нравоучительно:

- А не xpен туда лазать было, понял?

Цыпленок закатил глаза и помер. Я тогда отчетливо почувствовала, что он в свои последние минуты все понял. Бабушка, как мудрый восточный суфий, дала ему верное напутствие, так что он имеет все шансы в следующей жизни стать как минимум котом.

И мою личную жизнь бабушка устроила в лучшем виде. Как она мою свекровь воспитала – это просто шедевр педагогики, хоть учебники пиши. Свекровь моя (к счастью, не без божьей и бабушкиной помощи, бывшая), даром что из рабоче-крестьянской семьи, женщина культурная, тридцать пять лет на лезвийном заводе проработала – это вам не в малине нужду справить! И хоть и произносит все слова, оканчивающиеся на –вь, почему-то с твердым окончанием ("лубофф, маркофф и обуфф") при слове "жопа" возмущенно вздергивает вверх брови и говорит, что таких слов нет. У всех жопы, а у Антонины Андреевны, не много, ни мало - ягодицы.

Так вот. Спустя год после женитьбы единственного сынули Антонина Андреевна приехала "посмотреть на родственников невестки", то есть к бабушке. Я этого визита страшно боялась и бабушку начала готовить загодя:

- Бабуля, ты при Антонине Андреевне не ругайся, пожалуйста, ладно? Она женщина культурная, сама понимаешь, из Питера...

- Да, ладно, внученька, нечта ж я не понимаю! Все в лучшем виде будет! - Ба, она даже слова "жопа" не выносит. Говорит, неприличное.

- Да, не боись ты! Что я, в самом деле, жопу на сраку не заменю?

К слову сказать, словарный запас у бабушки, и правда, не маленький. Вот это-то меня и больше всего и беспокоило. Бабуля два дня к Антонине Андреевне присматривалась, а дальше нашла себе развлечение, покруче юморесок Петросяна. Подходила к свекрови и, глядя на нее снизу вверх (бабуля ростом маленькая) говорила:

- А скажи-ка, Антонина, ведь правда, что для каждой женщины самое важное мужской потц?

- Чего, - смешивалась Антонина.

- Ну, потц! Член по научному. Чем больще член, тем лучше, скажи нет?

Антонина Андреевна краснела, как целочка на дискотеке, но ничего поделать не могла - тут она не дома, тут она в гостях, а рот хозяину не заткнешь. И соглашалась срывающимся голосом:

- Ага, правда.

- Вот то-то и оно! – радовалась ее понятливости бабушка. – Ты, Тонь, какие предпочитаешь: толстые или длинные?

Бедная "Тонь" готова была сквозь землю провалиться. А бабушке эта детская реакция взрослой тетки больше всего нравилась. Она за свои семь десятков лет таких идиоток еще не встречала. Антонина Андреевна сбежала через неделю в ужасе и уверенности, что ее бедный сын попал в семейку уголовников.

Впрочем, бабуля этого и добивалась.

- Нечего в доме чужих людей держать, - говорила она нравоучительно. – Они мало того, что жрут и пьют, так еще и наволочки воруют! И у этой гидроперитной козы надо было перед отъездом чемодан проверить. Постеснялась я...

Я приезжаю к бабушке только летом. Всякий раз, сходя с поезда, я мчусь к ее дому, задыхаясь от нежности и любви. Там, в доме моего детства, словно остановлено время: все те же желтые стены и синие ставни на окнах, сиреневый куст в палисаднике, от которого отрывали прутья, чтобы драть поколения детей, внуков и правнуков, наши одноглазые куклы на протертом диване, занавески с красными розами и гигантский кактус в старой кастрюле. Все так же под ногами крутиться сиплая черная кошка по кличке Ведьма. Может, и не та самая, которую мы с сестренкой наряжали в кукольные платьица, а ее внучка – разве это имеет значение? И бабушка все в том же цветастом мешковатом платьице, с гребенкой в по-прежнему густых волосах встречает меня на пороге, смеясь и плача от счастья:

- Внученька! Внученька моя! Приехала! Радость-то какая! То-то мне сон приснился, будто я ребеночка нянчу – к радости это! Ну, пойдем, пойдем, я тебя покормлю. Опять исхудала-то как, госсподи! Что там с вами, в этом Питере, делают?...

Тут остановилось время. Только оседает по углам бабушкиного дома все больше полезного хлама, и бабушкины заборы становятся все выше и выше. Потому что бл@ди-куры тоже, оказываются, эволюционируют, и с каждым новом поколением летают все лучше и лучше.

Постскриптум. В прошлом году я нашла у бабушки в сарае пучок маковой соломки.

- Ба, а это-то тебе зачем?

- Да xpен его знает! С прошлой осени валяется. По телевизору сказали, что больших денег стоит, так что пусть лежит, хлеба не просит.

19

История случалась во времена не столь отдаленные, когда стали популярны конторы "замуж за иностранца". В общем пообещали в такой конторе одной особе найти мужа за рубежом, показали фото, потенциальный муж готов приехать на "смотрины" (частного интернета тогда не было, как и сотовых телефонов, письма шли долго, поэтому конторы организовывали такие встречи, понятно, что за счет жениха), готовьте мол невесту, уже выезжаем. Но жениха потенциальная невеста так и не дождалась. Дело было в следующем: прямого авиарейса в наш город не было, и жених прилетел в соседний, где его встретили сотрудники конторы. Тот сразу же начал возмущаться, что его не предупредили, что здесь такой зверский дубак (-12 у нас морозом как то стыдно назвать). Повезли его в ближайший магазин одежды, а там поклали с пробором на его карточку VISA и доллары, им рубли подавай. А приехал он в субботу вечером, банки уже закрылись, а по воскресеньям тогда никто не работал. В общем заселили его в гостиницу, чтобы утром на междугороднем автобусе довезти таки жениха до невесты (на девятке агентства тот ехать отказался наотрез, типа не комфортно четыре часа на такой колымаге, да и страшно ему, у нас тут бандиты и медведи же кругом, как у них в прессе писали). Когда за ним пришли утром в гостиницу, клиент был в крайне возбужденном состоянии и с красными глазами, возмущенно пытался что-то втирать администратору, а тот невозмутимо закрывался газетой. Выяснилось, что в номере у него вместо горячей воды текла прохладная и клиент боялся простудиться после такого душа, помимо этого ему всю ночь не давали спать, периодически звоня в номер и предлагая "рашен гелз". В общем кое-как успокоив его, повезли на автовокзал. Когда он увидел наш междугородный автобус с промерзшими окнами, он впал в явную панику, долго уточнял, что с ним случилось, исправна ли у него система обогрева. В общем от поездки на автобусе клиент отказался и девятка ему уже не казалась такой уж плохой идеей. Надо сказать, что сотрудники агентства уже порядком подустали от этого сноба, да и время потратили зазря столько, могли уже вчера его доставить до невесты. В общем водила настроился лететь под сотню, чтобы хоть немного сократить время пребывания в компании этого нытика. Ага, счас. Нытик уже при 70 км/час начал визжать как резаный, т.к. дорога-то у нас не разделенная, и ему все время казалось, что встречные автомобили несутся им в лоб. Руки у него тряслись, взгляд был какой-то безумный. Через полтора часа остановились на так называемой "зеленой стоянке" между городами, сходить до ветру там, чая попить. Не знаю, что подумалось клиенту, когда остановились около леса, однако он стал о чем-то умолять, показывая на лес, неразборчиво что-то говоря и вытирая слезы. Только когда ему показали на длинные ряды прилавков, за которыми бабки продавали всякую всячину вроде пирожков, сушеной рыбы, чай из самоваров - клиента немного попустило. В общем изъявил он желание сходить в туалет. Лучше бы потерпел, ей богу. В общем водила подвел его к деревянному сарайчику без окон и дверей с буквами М и Ж и доброжелательно подтолкнул в сторону буквы М. Тот как-то очень даже смело туда почапал. Не знаю что там произошло, но через некоторое время вылетел он оттуда пулей в совершеннейшем неадеквате, и кроме "fucking russia" от него ничего добиться нельзя было. Затем потребовал везти его обратно в аэропорт, набычившимся было водиле и переводчику сунул пачку баксов в руки, юркнул в девятку и хлопнул дверью. В общем отвезли его в аэропорт, купили билет и с облегчением вздохнули, благо та пачка баксов была очень даже немаленькой. А что же несостоявшаяся невеста, спросите вы? Ревела месяц, а через год вышла замуж за парня с соседнего дома. Пара детей уже у них, живут небогато но счастливо, а не зайди тогда иностранец в тот туалет, то как знать, как сложилась бы ее судьба...

20

Мисс Дзен. История о нахальной попутчице с эпичным концом.

Друг ночью приехал из Воронежа. Расчехлился, сумки закинул и увлёк на кухню чаи гонять. Сна, говорит, ни в одном глазу, пока не расскажу, как доехал, не успокоюсь.
Итак, дальше от его лица:

"Еле успел на поезд, сумки на бегу закидывал, сам чуть носом не проехался по платформе, но успел. Протискиваюсь по коридору и молюсь, чтобы мою нижнюю полку заняли: ненавижу их, всегда езжу наверху, чтоб меня никто не трогал. Молитвы были услышаны: на моей полке угнездился пацан лет десяти, полный, щекастый, ухоженный такой, прилизанный. Рядом мать, сумку его разбирает. На другой нижней полке сидит девушка лет двадцати, в старом свитере, брючках и ярких голубых сланцах. Читает, на возню перед собой ноль внимания. Я взгляд женщины поймал и сказал такой: "Пожалуйста". Мне не жалко полки, но для приличия спросить могли бы. Она фыркнула и отвернулась. Бухнула сумку рядом с девушкой, начала разбирать и ультимативным тоном сказала: "Деточка, я тут расположусь, рядом с ребёнком, ты не против?" Видно, ей тоже выпала верхняя.

"Против..." - раздался полный какого-то внеземного дзена и спокойствия голос.

Дама на секунду опешила, но опомнилась и продолжила разбирать вещи.

"Я должна следить за Мишенькой, вдруг с ним что случится, а сверху слезать долго. Давай не будем ругаться и поменяемся".

"Не поменяемся..."

Я думал, она сейчас начнет говорить, что специально бронировала место заранее, что это не её проблемы и бла-бла-бла. Но нет. Девушка просто повернулась и легла спиной на баул дамы, как на подушку, не выпуская из рук книгу.

Дамочка от неожиданности рванула сумку, освободив место, и мисс Дзен разлеглась на нём во весь рост.

"Скотина малолетняя" - отчётливо пробурчала женщина и, водрузив сумку на столик, полезла наверх. Оттуда она в скором времени очень удачно уронила расческу, угодившую девушке прямо в лоб. Мисс Дзен, не отвлекаясь от чтения, скинула расческу на пол.

Первые два часа пути дама кряхтела, ворчала, демонстративно неуклюже спускалась с полки, чтобы вытереть Мишеньке сопельки и отрегулировать его теплообмен, расстёгивая и застёгивая жилетку. Но вскоре, поняв, что мисс Дзен класть хотела на её мучения то, чем Вселенная её обделила, устроилась наверху и задремала.

Еще пару часов мы провели в относительном спокойствии и даже умиротворении. Я познакомился с Мишкой, развел его на пару партий в морской бой, в дурака - нормальный, в принципе, пацан оказался, только залюбленный. Мисс Дзен читала, отрешившись от внешнего мира.

Вечерело. Дама проснулась и начала сокрушаться по поводу того, что её сыночек, небось, помирает от голода. Миша, недавно вточивший со мной пару сосисок в тесте, недоуменно пожал плечами. Мол, раз мама сказала, значит, и правда голодный.

Как раз тогда судьба увлекла мисс Дзен в уборную. Вернувшись, она обнаружила, что ей оставили небольшой закуток возле окна, а остальное сиденье было заставлено контейнерами, термосом и Мишей. Дама, перехватив ее абсолютно флегматичный взгляд, все же подумала, что, наконец, проняла нахалку, поэтому торжествующе заявила: "Столик внизу, и мы имеем полное право сидеть тут, мы же не всю полку заняли!".
Ничуть не смутившись, Мисс Дзен прошла на своё место, уютно устроилась там и устремила свой взгляд в размытую движением бесконечность.

...Под конец ужина Миша, накормленный так, что аж из ушей лезло, решил, что негоже другим голодать, и поделился с Мисс Дзен варёным яйцом. Та, как ни странно, взяла... И тут мать, решив, что "нечего разбазаривать продукты на всякую шелупонь", одёрнула Мишу, приземлив того обратно, и шлёпнула Мисс Дзен по руке.

Вот тут я уж было подумал, что стена невозмутимости рухнет, но снова ошибся: Мисс Дзен вернула яйцо на стол и со словами "Всё ваше" вытерла руки о дамочкину юбку.

Что там началось... Дама как ждала, пока что-то проткнёт пузырь негодования. Размахивая руками, она завела сольную арию "Вокзальная хамка, уродка, недоношенная!" В своей тираде она как душу изливала, избрав Мисс Дзен первопричиной бед человечества в целом и своих в частности. "Из-за таких, как ты, сучка, никогда и ничего не идёт так, как надо". Ярость застилала ей глаза, закипал мозг, и, когда контроль над собой был окончательно потерян, дама пихнула Мисс Дзен, да так, что та приложилась головой о стенку, слава Ктулху, хоть легонько.

Пихнула и затихла, с нетерпением ожидая реакции.

"Фас!" - подумал я. Такое стерпеть было уже нельзя.

Если бы Мисс Дзен начала скандалить или распускать руки, образ Самой Невозмутимости навсегда растворился бы в моём сознании. Но она не разочаровала.

Медленно, но вместе с тем неотвратимо она наклонилась к женщине, будто бы собираясь что-то сказать ей на ушко...

И СМАЧНО, МОКРО, ОТ ДУШИ ЛИЗНУЛА ЕЁ, ОТ ПОДБОРОДКА ДО ЛБА, ЧЕРЕЗ ГЛАЗ, РАЗМАЗАВ КОСМЕТИКУ, ОСТАВИВ БЛЕСТЯЩИЙ СЛЮНЯВЫЙ СЛЕД.
ЛИЗНУЛА, КАРЛ!

...Эффект был сокрушителен и мгновенен, как от транквилизатора: дама затихла и принялась кончиками пальцев щупать щеку... Затем сгребла Мишу, закинула его на свою полку и умчалась умываться.

Мисс Дзен вытерла рот салфеткой и изысканно промокнула уголок. Данное действо уже было рассчитано на меня, и, видит бог, я не удержался и похлопал.

За всю оставшуюся поездку дама не проронила ни слова в её сторону. Так же молча они с Мишей покинули вагон на своей станции.

А Мисс Дзен снова углубилась в книгу. Весь её вид говорил о том, что она покинула эту реальность и вернется еще не скоро. Тормошить я её не стал.

21

Мсье Жан-Поль, тихо-мирно проживающий в пригороде Парижа, уникальный фрилансер. Ибо для удовлетворения нужд заказчиков он использует только фургон, видеокамеру, домашнего питомца и ноутбук с программой редакции видео. Эти, на первый взгляд, не связанные между собой вещи приносят весьма существенную ежемесячную прибыль.

В один прекрасный день мсье Жан-Полю звонит клиент. Наш француз кидает зверюшку, камеру и ноутбук в фургон, после чего отправляется исполнять заказ. Исполнение проходит на высшем уровне, довольный клиент получает желанный результат, ну а Жан-Поль получает такие же желанные деньги. Вот только работа оказалась долгой, день уже закончился, и на улице - глухая ночь.

По пути домой мсье Жан-Поль получает нежданчик. Спустило колесо. Ну что делать - домкрат в одну руку, запаску в другую, и за работу.

И вот, меняет он колесо, никого не трогает. Но то ли район недружелюбный, то ли время неподходящее, но подошла к нашему герою банда, рыл эдак на семь-восемь. Специфическая банда, ещё месяца три назад все участники на резиновой лодке через море плыли, да через Грецию пешком шли. Впрочем, суть не в этом, банда с тем же успехом могла оказаться и аборигено-составной.

- А не желает ли месье, - интересуются колоритные гопники, - угостить нас сигаретой?

Мсье оказывается хорошо знающим жизнь человеком, а потому решает не ждать требований отдать деньги. И сразу посылает новоявленных граждан Франции довольно далеко. Но они туда идти почему-то не желают, и достают ножи, обещая отправить туда самого мсье. Мсье понимает, что дело пахнет керосином, и садится за руль. Но не для того, чтобы спрятаться в кабине или чтобы постараться уехать.

Жан-Поль нажимает кнопку, автоматическая боковая дверь фургона открывается, и на улицу выходит зверушка.

Лев. Возраст пять лет, вес 210 кило.

При этом у зверушки рефлексы - она знает, что из фургона она выходит дважды. Первый раз - неизвестно где, чтобы сделать дело, а второй раз - в собственном вольере, чтобы хозяин её накормил. И сейчас именно второй раз. Не вольер, конечно, ну и что?

И вот, на рефлексах, лев смачно облизывается и открывает рот.

Реакцию гопоты представить легко. Крики ужаса, мольбы о пощаде, попытки убежать (но французский гопник ни фига не африканская антилопа - лев догоняет в один прыжок, сбивает и прижимает лапой к земле. После чего мольбы и крики становятся громче).

Мсье Жан-Поль смело выходит из кабины и объясняет расклад:

- Я человек не мстительный. Помогаете мне с колесом, и расходимся.

Гопники всецело соглашаются, и меняют колесо с такой быстротой, что любой пит-стопщик с "Формулы 1" от зависти повесился бы.

Ну а дальше, всё по соглашению - лев с владельцем уезжают в одну сторону, а гопники идут в другую. При этом гопники дают друг другу обещание, что никогда - никогда-никогда - в жизни они не будут просить сигареты у водителей. Ибо шайтан его знает, что или кто скрывается в машине.

P.S.

На тот случай, если кому интересно, как мсье Жан-Поль зарабатывает деньги.

Лев надрессирован на два действия. Получив кулаком в нос, он становится на дыбы. Получив кулаком в подбородок он падает и притворяется мёртвым. Разумеется - удары кулаком наносятся безболезненные.

Видео (на котором видно как клиент в два удара убивает свирепого льва) выглядит отлично. А уж после обработки, когда на заднем плане видны не стены особняка клиента, а песок или деревья, видео просто цены нет.

Можно, например, производить впечатление на девушек. Мол, "а знаешь ли ты, дорогая, какой я у тебя мачо? Да я на львов без ружья хожу. Не веришь? Смотри".

Можно, к слову, собирать долги. Дескать, "мсье Жак, вы понимаете, что я с вами сделаю, если вы не вернёте долг. Вот, посмотрите..." И поверьте, после просмотра - должник испытывает неистовое желание заплатить.

Словом ничего удивительного в том, что фрилансер из пригорода Парижа весьма и весьма востребован.

22

Армейские будни2. Тонкости процесса офицерского похмелья
Московская область. Одна из частей центрального подчинения.
23 февраля, как известно, широко и с размахом отмечается в городах и весях, а еще шире в военных гарнизонах и воинских частях. Естественно, торжественное построение на плацу в парадной форме одежды с выносом боевого знамени. Настроение приподнятое! Блеск в глазах и боевой настрой! Но это все потом... А в начале, как обычно перед любым военным праздником, недельный геморрой с наведением порядка ВЕЗДЕ, приведением в должный вид подчиненных, плановые и внезапные проверки, в том числе и боевой готовности.
Но вот все позади. И командованием части решено провести празднование Дня защитника отечества. Праздник проводится накануне, то есть вечером 22 февраля, дабы в случае чего не портить показатели дисциплины непосредственно в праздник. По этому поводу в огромной офицерской столовой украшены плакатами стены, накрыты праздничные столы, приглашены жёны и все офицеры уже в состоянии легкого предпраздничного подпития.... Было много веселья и всего того, что называется лихой офицерской пьянкой (правда присутствие жен, все таки несколько сдерживало). Банкет закончился заполночь, и офицеров в разных степенях подпития растащили жены по домам.
Небольшое отступление.
Так уж получилось, что с конца второго курса и до самого окончания военной службы я был знаменосцем. Во всех частях где служил, после первого же контрольного занятия по строевой подготовке с участием офицеров и в присутствии командира, меня на следующий день закрепляли приказом по части как знаменосца. Без ложной скромности могу сказать, что в 1991 году мой (я был ЗКВ) курсантский взвод занял второе место на конкурсе по строевой подготовки среди ВВУЗов (не путать с ВУЗами) нашей необъятной Родины СССР. Первое место, и надо сказать заслуженно, а не просто по политическим причинам, занял взвод третьего курса МосВВОКУ. Думаю по МосВВОКУ комментарии излишни.
Утро 23 февраля выдалось солнечным и морозным. Зайдя в штаб я увидел интересную картину: дежурный по штабу (солдат срочник) тихо скучал на стуле, а по просторному фойе метался из стороны в сторону как тигр в клетке старший прапорщик Руденко. Михалыч (Руденко) был секретчиком. Мужик он был взрослый и заслуженный. На тот момент его армейский стаж уже перевалил 25-ти летний юбилей. Под его ответственностью и на хранении находилось боевое знамя нашей части. Увидев меня, Михалыч буквально бросился ко мне
- Анатолич! Выручай! Без тебя пропаду!
- а в чем собственно проблема? до построения еще час, ни знаменной группы ни знаменного взвода еще нет. Чего ты суетишься?
- да я не про это! Не могу я один пить! Не приучен! А если не выпью, хана! Сердце колотится, сейчас выпрыгнет!
- ааааа!!! понятно! Михалыч, не переживай, сейчас что-нибудь придумаем! я полез в карман парадной шинели за кошельком.
- да чё придумывать? все стоит давно! пошли скорее, то помру в одночасье!
Через минуту мы уже были в секретке. Секретная часть включала в себя две смежных небольших, метров по 6-8 квадратных, комнаты. В первой комнате на столе начальника секретной части уже была разложена закуска и стояли бутылки с разными горячительными напитками. Михалыч оказывается проснулся в темной столовой под утро. Жену он с собой на праздник не брал, вот и засиделся маленько. Некому было своевременно его до дома доставить. Проснувшись, естественно с крепким похмельем, Михалыч оценил обстановку, собрал то что еще было пригодно к употреблению в пищу, нашел непочатые бутылки (от коньяка до портвейна. Набор впечатлял), переместил добро в свой кабинет и начал ждать первого кто придет в штаб. Первым, на его счастье в 7:50 утра, оказался я.
Михалыч судорожно откупорил бутылку водки и разлил по пол стакана. Пить, откровенно говоря не хотелось. Я накануне не переусердствовал, чувствовал себя отлично, а утро начинать с водки как-то не люблю хотя и приходилось не раз... Но не пропадать же боевому товарищу! Мы чокнулись стаканами, Михалыч влил в себя первую дозу, зажмурился и судорожно засунул в рот себе что то из закуски. Я, воспользовавшись моментом, только намочил губы и поставил недопитый стакан в гущу бутылок и тарелок на столе.
- ммммм....!!! простонал Михалыч и с зажмуренными глазами рухнул задницей на стул. - Анатолич, ты меня спас! Еще минут пять и точно бы помер. А сейчас отпустило!
- ты главное не перебирай сегодня! А то завтра утром меня рядом не окажется и будешь по потолку бегать в поисках собутыльника, рассмеялся я.
Я закурил, а Михалыч открыл форточку, соорудил пепельницу из пустой банки и подвинул ее поближе ко мне. Сам он не курил, но к дыму относился спокойно. А уж ради "спасителя" и вовсе готов был побыть пассивным курильщиком.
В коридоре за дверью послышались шаги и голоса. Михалыч бросил встревоженный взгляд на меня, а потом на стол заваленный водкой и закуской.
- это моя знаменная группа. Расслабься Михалыч. Начальник штаба раньше полдевятого не появится, так что минут 40 у тебя еще есть. Успокоил я его.
Михалыч приоткрыл дверь, выглянул и заулыбался.
- о! новые страдальцы пожаловали!
В секретку ввалились два капитана в парадной форме. Гена и Серёга хоть и стояли ровно, но "факел" выхлопа и краснота глаз выдавали жесткое похмелье. Серега плюхнулся на единственный стул и простонал: - наливай... Михалыч. с быстротой молодого оленя, метнул на стол два пустых стакана и почти мгновенно налил по половине водкой. Капитаны глядя только на стаканы тут же их подняли и не чокаясь влили в себя оживляющую жидкость. Зажевав порцию водки, Гена разлил остатки водки по трем стаканам и пробурчав короткое "с праздником" опрокинул в себя содержимое своего стакана. Серега с Михалычем немедленно последовали его примеру.
- так, товарищи офицеры! На правах старшего по званию (я был тогда майором), я разрешаю еще по разу и до окончания торжественного построения ни грамма.
Трое задумчиво на меня посмотрели, Михалыч извлек из стола следующую бутылку и разлил ее без остатка в три стакана.
- пока товарищ майор добрый и не указал размер третьей дозы, надо пользоваться. Глубокомысленно изрек он.
Я поперхнулся дымом от его наглой находчивости, но возразить было не чего и промолчал.
В коридоре послышались энергичные шаги и голос начальника штаба, делающего замечания сонному дежурному. Вся троица переглянулась, а Михалыч к тому же начал судорожно пихать водку в стол.
- Михалыч! Перестань суетиться! Ты что, НШ (начальника штаба) за идиота держишь? Офицеры утром после пьянки у стола полного закуски перекусить собрались? одернул я его. Стакан налей! Быстро!
Михалыч с недоуменными глазами по пятаку налил полстакана водки из новой бутылки и протянул мне. Послышался резкий стук в дверь. Я взял стакан и открыл дверь. В секретку ворвался начальник штаба и уже набрал в легкие воздух, чтоб начать разнос, но я его опередил: - товарищ полковник, с Днем рожденья! и протянул ему стакан. Взгляд Сергея Георгиевича (начальника штаба) смягчился, на лице появилась улыбка.
- Миша! Ты первый кто сегодня меня поздравил! Даже жена забыла! Шампанское наверно ей вчера было уже лишним. Спит еще зараза!
У Сергея Георгиевича, как у настоящего военного День рождения был 23 февраля. Мы за предпраздничной суетой частенько вспоминали о нем в последний момент. Да и сам он не обижался на нашу забывчивость, понимая что сам же нас задачами заваливает по уши перед праздниками.
- наливайте, товарищ старший прапорщик! Вам на правах хозяина кабинета и младшего по званию я предоставляю это право.
Михалыч быстро извлек стаканы из загашника, выудил мой стакан (почти полный) и положил на стол вилки из столовой для закусывания.
- За настоящего военного родившегося в профессиональный праздник! поднял я свой стакан.
- УРА! УРА! УРА!
Привычно и троекратно ответили мне офицеры. Мы выпили.
- Ну все, господа! Пока достаточно. Получить знамя и на выход. распорядился начальник штаба и вышел.
- .... ну ты дал. Анатолич!!!! Михалыч с восхищением глядел на меня. Я думал он нас всех сейчас...!!! А ты...!!!
- хорош дифирамбы петь. Выдавай знамя. Время поджимает. Литр будешь должен, оборвал его я.
По окончании процедуры получения знамени я первым вышел из секретки. В коридоре стоял Сергей Георгиевич. Глянув на меня он с улыбкой произнес: хитер ты майор. Сам без люлей остался, товарищей от них же избавил да и начальнику похмелье снял...!
- ничего сверхъестественного, процесс похмелья у начальника ни чем не отличается от такого же процесса у подчиненного.... с улыбкой ответил я ему

23

Агломерат 4. Горячие страсти на родине Верещагина

После работы мы с Юрой часто обедали в ресторане первого этажа гостиницы. Цены там были смешные. Мы себе заказывали, к удивлению и негодованию шеф-повара, самые дешёвые блюда: судак на пару, морковь в молоке, овсяную кашу. Дорогими лангетами с картошкой баловали себя пару раз в месяц.

У нас был излюбленный столик у окна, с видом на памятник Верещагину. Из-за стола было интересно наблюдать за гуляющими по бульвару горожанами. Некоторые из них бросали взгляды на бюст земляка-мэтра, изобразителя войны и смерти.

За столиками расслаблялись горновые, сталевары, прокатчики. Зарплаты на ЧМК были, по тем временам, громадные, а купить в городе, кроме водки и редкой колбасы, было почти нечего. Так что значительная часть денег возвращалась в кассу ЧМК через винные магазины. А сразу после выдачи зарплаты, наиболее понтующиеся мужики посещали и ресторан. Особенно много народу бывало в дни подвоза пива.

Как-то, именно в такой день, во время нашего обеда, рядом за столик уселись двое солидных командированных, в галстуках. Через пару минут, с их разрешения, к ним присоседилась ещё пара, явных рабочих, причём, с не самых сладких мест. Одетые в одинаковые брезентовые куртки, прожжённые брызгами металла, они свободно расположились локтями на белой скатерти. Крупные кисти их рук притягивали взгляд сбитыми пальцами с въевшимся в кожу графитом и следами ожогов. Жестами, чмоками, легким свистом ребята здоровались с приятелями в зале, махали бегающим официантам.

Юрий, бывавший в этой гостинице регулярно второй год, толкнул меня коленом. Я наклонился к нему и он прошептал:
- Смотри и слушай, я их видел раньше, сейчас будет цирк.

Четверо соседей сделали заказ. Через пару минут шумливой парочке принесли два литровых графина пива и стаканы. Приезжих официант попросил подождать: блюда готовятся.

Двое, с явно «горевшими трубами», выпили по графину почти мгновенно, и оживившись, стали громко обсуждать ситуацию:
- Петь, обидно, всего неделю, как зарплата была, денег уже нет, а тут пиво привезли…
Петя был крупный мужчина, с явным брюшком и размашистыми манерами.
- Да, Андрюша, а в прошлый раз здорово мы успели: весь стол графинами нам уставили два раза.

Андрей не был похож на частого потребителя спиртного: высокий, худощавый, с землистым лицом, как у большинства рабочих ЧМК, с острым, упорным взглядом.
- Ну! Ещё тот идиот не верил, что у меня денег хватит на пятнадцать графинов.
- Каких пятнадцать? Ты тогда не двадцать ли опустошил за вечер?

Один из голодных командировочных, оглядываясь на дверь кухни, за которой пропал их официант, незатейливо разбавил разговор. Он обратился к приятелю:
- Вот слышал я, что в Череповце трепачи живут, но не настолько же? Как это можно за вечер двадцать литров пива выжрать?
- Андрюш, слышал? Они видно, и пиво в жизни два раза видели, а питаков серьезных - так вообще не встречали, - Пётр говорил вполголоса, но с расчётом на уши соседей по столу.

Я шепнул Юрию:
- А что это затевается? И правда, как можно столько пива?...
- Да молчи ты! Люди в горячих цехах поджариваются, там всасывающая система здорово разрабатывается. Так что вникай, и виду не подавай, - Юрий смотрел нарочито то в сторону, то в тарелку.

А в это время Андрей переводил весёлый взгляд с одного соседа по столу на второго.
- Ребята, вы, похоже, хотите, что бы мы с вами пивом поделились? Так увы, мы сегодня не при делах, жёны обобрали по самые не балуйся.
Второй командированный ёрзнул стулом, откинулся на спинку, поправил галстук.
- Да нет, ребятки, мы просто слушаем и хереем с вашей болтовни.
- Как это? – Андрей сдвинул брови, - не въезжаю, чем мы вас задели?
- Дак сказали же вам: пьют пиво, пьют, видали мы. Но не по семь, не по десять, и уж не по двадцать литров за вечер.

Андрей озабоченно посмотрел на Петра:
- Петь, я не пойму, он что не верит что ли? Это мы, выходит, врем?
Он перевёл почти злобный взгляд на говорившего соседа:
- А если я за свой базар отвечу? Ты поддержишь тему?
- А какой поддержки ты хочешь? Нам всё равно делать нечего.
- А вот какой, - Андрей повернулся к нему всем телом вместе со стулом, помогая себе в разговоре свободной левой рукой, а правой замысловато переставляя по столу стаканы и графины:
- Не за вечер – времени у нас нет, семьи ждут, а за час – я выпиваю на спор ведро пива. Ведро!
Андрей со значением поднял указательный палец и направил его поочередно на каждого из незнакомых ему собеседников.

- Если выпью – вы за пиво платите, и ещё столько же даете деньгами, - тычки пальцами подчеркивали каждое его слово.
- Если НЕ выпью – я плачу за пиво и деньгами отвечаю, - он посмотрел как бы за подтверждением на Петра. Тот кивнул, убеждающе раскинув руки.

- Так ты же говоришь, что у вас денег нет?
- Не ссы, кастрюля, крышку купим, - Андрей несколько нагнетал обстановку тоном.
- Ссать от пива буду я.
- Будет-будет, - поддакнул Пётр.
- Вот-вот! Проиграю – меня тут все знают, из кассы займу и тебе отдам. Спроси официанта.

Командированные наскоро поели, и через несколько минут всё было обговорено:
- ведро «конское», двенадцатилитровое, в нём будет десять литров пива, не считая пены;
- вынесут ведро с черного хода во двор;
- при наливе будет присутствовать один из приезжих;
- блевать – значит, нарушить условия;
- ссать далеко не отходить, тут же в кустиках, во дворе.

Мы с Юрием к этому времени тоже закончили обедать, и я соблазнился пронаблюдать весь процесс.
Из ресторана высыпали посмотреть ещё несколько зрителей. Все столпились во дворе гостиницы, где был маленький сквер. У клумбы стояла скамейка, на которую с хозяйским видом уселись «заказчики» спора-зрелища – командированные. У их ног, на табуретке солидно расположилось зелёное эмалированное ведро с тонкой шапкой жидкой пены. Зрители разместились полукругом, некоторые задымили, предвкушая посмотреть на пиво и мочу.

Нужно было видеть лица «пиджаков», когда Андрей стал зачерпывать кружкой, раз за разом, и уверенно опрокидывать их в себя. Я насчитал восемь, когда он решил прерваться. Прошло едва десять минут. Ерзающие на скамейке мужики всё время посматривали на часы, как бы пытаясь подогнать стрелки, но Андрей был резвее.

Он на ходу стал деловито расстёгивать ширинку, сделав несколько шагов к кустам. Редкий рядок зрителей почти отгораживал ссущего от окон гостиницы. Шорох тугой струи по веточкам и довольные вздохи-кряки Андрея ещё больше расстроили «заказчиков», смотревших в его сторону со скамейки.

Петр выставил живот на вернувшегося к ведру Андрея, вопросительно прищурил глаза с видом озабоченного секунданта. Тот сделал успокаивающий жест ладонью и вновь выпил, уже медленнее, но подряд три кружки.

Посмотрел на Петра, рыгнул пару раз громко и протяжно, со вкусом:
- Ой, Петя, что-то я сегодня не в форме.
- В смысле?
- Да похоже, не рассчитал. Я же перед выходом из цеха стаканов пять газировки сглотнул, да здесь мы по литру до спора выпили.

Командированные оживились, довольно переглянулись, но шептались обрывочно и неуверенно. И правда, ведь прошло только двадцать минут.

Один из зрителей спросил:
- Андрей, а мне вот говорили, что пару месяцев назад ты тоже проспорил кому-то ведро пива?...
Андрей, заметно захмелевший, качнувшись, повернулся к спросившему:
- Это кто говорил тебе, Васька, что ли?
- Да не помню, слышал в шестнадцатом цеху.
- Так в шестнадцатом вообще шумно, там мелют что попало, ты не верь.

Андрей сделал три приседания, вновь расстегнул ширинку. Пётр поводил кружкой в ведре, как бы готовя напиток «спортсмену».
Вернувшись от кустов, Андрей принял кружку, поднёс её ко рту, понюхал, отдал Петру обратно, прижав к носу рукав куртки, всосал ноздрями воздух, сделал шаг ближе к скамейке.

- Слышь, ребята, время идёт, а вы ничего не рассказываете, развлеките нас как-нибудь, что ли. Вы из какого города?
На лице Петра резко отразилось расстройство, он сплюнул, засунул руки в карманы.

Мужики на скамейке совсем обрадовались. Один засмеялся, второй заметил скромно, нейтральным тоном:
- Так мы сами развлечься хотели, посмотреть, как ты пивом блюёшь. А вообще мы из Питера.

Андрей зажал ладонью рот, глянул на Петра. Тот в ужасе вывернул карманы, потянув их в стороны.

- Да, слыхал я, слыхал, что у вас там, в Питере, все улицы облёваны.
Его поддержал лёгкий хохот всех, кроме "организаторов".
Андрей присел на скамейку, чуть качнувшись и толкнув локтем одного из мужчин.
– А вот я блевать пока не готов. Готов драться, вот только с кем – тоже пока не знаю. Ты не посоветуешь?
Он взял соседа за галстук, дыхнул ему в лицо.

Я разочаровался. Сначала действительно, было забавно, но теперь события на «сцене» поворачивались к обычной драке.

- Но-но! – командированный вскочил, выдернул из руки вставшего Андрея свой галстук.
– Мы так не договаривались! Или ты проиграл, и платишь, или…

Встал и его спутник, вдвинулся между приятелем и Андреем.
- Ребята, времени прошло только полчаса. Может, Андрей, ещё пару кружечек выпьешь?
Похоже, у них жила надежда, что Андрей сломается: упадет, уснёт, или просто откажется пить.

Пётр подскочил с пивом, чуть льющимся на землю. Андрей, набычившись, переводя взгляд с одного из противников на другого, не глядя ухватил кружку, высосал, протянул пустую Петру. Также, не сходя с места и не меняя позы, не допуская противников к скамейке, он выпил, очень медленно цедя, с перерывами, ещё пять кружек. Качнулся, повернулся, расстегнул ширинку, засеменил к кустам.

Командированные больше не садились, похоже, опасаясь провокаций.
Пётр посмотрел на часы. И каждый посмотрел на свои. До конца срока оставалось немного минут. Один из свидетелей не вытерпел, подскочил к табуретке, заглянул в ведро, с сомнением вытянул губы, поцокал языком.

Андрей подошёл к скамейке, буквально рухнул на неё и расхохотался, оглядев «зрительный зал».
- Ребята, вы что, серьёзно думаете, что мне ведро пива не выпить?
Многие одобрительно хихикнули. «Заказчики», как по команде, сделали по шагу назад, отгородились от Андрея ладонями, замотали головами. Судя по всему, они не согласны были брать на себя напраслину.

Андрей икнул и заорал так, как будто напарник был на другом конце стадиона:
- Пётр, заправляй!

Кружка из руки Петра двинулась по назначению. Как и в начале часа, она тут же отправилась обратно. Наконец, Пётр окончательно опрокинул ведро в кружку, подождал, пока в неё стекли остатки влаги и пены. В двадцати пальцах Андрея задрожал прозрачный ребристый полный сосуд, не желая приближаться к его рту.

Пётр, на виду у зрителей-плательщиков умоляюще подпрыгивал, стуча пальцем по стеклу наручных часов. Андрей горестно посмотрел поочередно на каждого из солидарных спорщиков. Он попытался разочарованно развести руками. Однако, в правой здоровенной ладони он крепко держал последнюю порцию, с ненавистью на неё взглядывая.

Командированные повернулись друг к другу с таким видом, будто сейчас махнут руками на концовку спора. Один уже полез во внутренний карман пиджака. Второй прижал его руку, останавливая. В это момент я и другие зрители заорали. Оба спорщика одновременно шатнулись к Андрею, увидев, как на его язык падали последние капли с края пустой кружки.

Юрий не ошибся. Таких «цирковых» номеров я больше не видел. Когда шёл продолжать вечер мимо Верещагина, тот жизненно и уместно, со значением вздернул бровь.

Через много лет, вспоминая, я понял, что стал свидетелем «применения боевого НЛП по предварительному сговору группой лиц». Эх, такие таланты, да использовать бы в переговорах на сумму миллионов двадцать долларов.

24

Флотская история7. 300-летие ВМФ, или особенности лечения морской болезни.
Было это в 1997 году, когда все прогрессивное русское военно-морское человечество готовилось отмечать 300-летие Флота Российского.
В двух предыдущих историях я уже описывал как и почему я попал на празднование.
За три дня до праздника. Предгенеральная репетиция шоу. Это та которая перед генеральной. А до нее еще и предпредгенеральная... Не зря говорят что для военного праздник как для лошади свадьба - морда в цветах, а жопа в мыле....
Каждый раз, когда мы на нашем командирском катере загримированном под "Варяг" выходили в Спортгавань (что во Владивостоке) на репетицию, мне везло. Везло прежде всего с погодой. Было солнечно и тихо. Но сам я этого не замечал, что мне везло. Потому как я думал, что все нормально, и никакой морской болезни у меня нет. Я же уже вон сколько раз на катере в море выходил. И не по одному часу. Ну качает немного, но голова не кружится и блевать (травить, если по флотски) не тянет. Я окончил сухопутное военное училище, попал служить на флот в береговую часть и что такое настоящая качка знал лишь понаслышке.
На этот раз все было немного не так. Мы дошли от нашей части до Спортгавани как обычно за 20 минут. Было солнечно, но ветрено. Ветер 20 м/сек (не редкость для Владивостока) давал волну на море около 2,5 метров. Наш катерок болтало из стороны в сторону. Поначалу было даже весело, но по прошествии 2-х часов качки я стал чувствовать что комок в горле уже не просто подкатывает, а подкатил и процесс вываливания наружу неизбежен. Но я же все-таки офицер! Мне же стыдно перед мОтросом который механиком на катере служит! Он-то ничего, не блюет, цвет лица розовый! Значит и я должен держаться!
- Миша!, меня окликнул командир катера старший мичман Валера Першин (мировой мужик! Если жив, то дай Бог ему здоровья!). Я повернулся. - что, плохо тебе крыса сухопутная?, с улыбкой спросил меня Валера. - х@ёво мне Валер, еле промычал я. - вижу. Зеленый весь. Иди сюда, Валера жестом пригласил в командирскую рубку. Достал из сумки бутылку водки, граненый стакан, налил его всклянь и протянул мне. - Пей! К тому времени я уже был старшим лейтенантом и научился ценить водку, и не понял зачем Валера ее на меня тратит. Ведь она по моим прикидкам, через минут 5-10, вместе со всем остальным содержимым моего желудка все равно выйдет обратно на волю.
К слову сказать, Валере было уже хорошо за 40, а мне всего 25. И на флоте он служил больше 20 лет, а я всего четвертый год и все на берегу. Но к делу:
- Зачем, Валер? я ж сейчас все равно блевать буду. Зачем продукт-то переводить?
- Ты не понял. Это лекарство, ответил Валера. Выпей и продержись минуты три. Можешь петь, плясать, орать, ходить на голове, НО НЕ БЛЮЙ! Держись!
Я обреченно махнул рукой, какая в сущности разница с водкой блевать или нет, и залпом осушил стакан.
- Засекаю по секундомеру три минуты. Держись! Валера глянул на часы и перевел взгляд на меня. - Я за тобой сморю. Не опозорь звание офицера флота Российского!
Ага, блин. Я крыса сухопутная, чем очень даже горжусь! Вспомнив разрешенные опции типа орать и петь и во всю глотку запел "Варяг". Валера заржал, но показал мне большой палец в знак одобрения. Орал я минуты две и постепенно начал замечать, что тошнота отступает, голова уже не так сильно кружится, и вообще жизнь снова обретает яркие краски!
Сзади меня хлопнул по плечу Валера. - Ну что, старлей, отпустило?, с улыбкой спросил он.
- ААААА БЛ@@@@@@@ДЬ!!!! ХОРОШО ТО КАК!!!! тихо промолвил я.... :))))
P.S.
Уж не знаю что и как сработало, но сработало. Валера меня кстати на будущее предупредил, что срабатывает только ударная доза не меньше чем стакан водки. Вот поэтому пьют флотские как лошади - ведрами. Один раз будучи совсем молодым лейтенантом я попал на день рожденья в чисто мужскую офицерскую компанию. На 10 человек было 30 бутылок водки. Я удивился и спросил у именинника - зачем так много? А он усмехнулся и ответил (каплей кстати был) - не ссы лейтенант, еще сбегаешь! И я "по праву" самого младшего сбегал потом часа через три еще за 10-ю бутылками...
Но не надо думать, что на флоте одни алкаши. При всем том что офицеры всегда любят выпить, редко кто себе это позволял ЧАСТО во время службы. Да выпить могли много, но и служили не за страх а за совесть.... с честью!

25

Геркулес

История эта произошла в конце прошлого века в Германии.

В одно из моих посещений местного супермаркета, по дороге в кассу, я обратил внимание на русскоговорящую бабулю, которая придирчиво рассматривала полки и бормотала себе под нос - "Ну где же у них геркулес?" (кто не в курсе - во времена СССР это было торговой маркой, под которой продавалась банальная овсянка, посему многие её именно так и называли).

Поскольку помочь бабуле я никак не мог (сам только недавно оказался в Германии и языком ещё не владел), просто прошел мимо и стал в очередь. Через минуту по направлению к кассиру начала двигаться та самая бабуля, аккуратно обходя всех, и подойдя к кассиру, вопросила по-русски - "Где тут у вас геркулес?". Бедная кассирша, явно не знающая русского, только хлопнула на неё глазами. Бабуля не унималась - "Ну должен же где-то у вас быть геркулес!", кассирша по прежнему не понимала и растеряно улыбалась, одновременно ища поддержки у очереди, которая, увы, ничем помочь не могла.

Окинув грустным взглядом рядом стоящих, бабуля повторила попытку - "Помогите мне найти геркулес!". Мне её было жалко, но помочь я ничем не мог, посему по прежнему молчал. Тем временем, на помощь кассирше пришел кто-то из коллег, коему кассирша что-то сказала (упомянув "геркулес") и показала на бабулю.

Коллега посмотрел на бабулю, задумался, потом шустро ушел в сторону служебной двери, откуда вернулся менее чем через минуту, ведя за собой доброго молодца под два метра ростом с очень добрым и наивным взглядом, в магазинной спецовке, и подвел его к бабуле. Бабуля насторожилась и замолчала, а сотрудник гордо ткнул в молодца пальцем и сказал - "Геркулес!". Бабуля недоверчиво переспросила - "Геркулес?", на что молодец глупо улыбнулся и кивнул головой.

Нет, дорогие читатели, не было здесь традиционного "все упали на пол от смеха" - была растерянность (у очереди) и виноватый взгляд (у сотрудников), но тем не менее, выглядело это весьма забавно.

26

Международный музыкальный фестиваль по традиции завершался банкетом. В ресторане отеля царила непринужденная обстановка. Все обязательные слова были сказаны, и теперь просто все отдыхали. Руководитель российского оркестра Дима обсуждал вечернюю программу со своим коллегой из Европы Павлом. Две миловидные скрипачки согласились после банкета сыграть квартет. Неожиданно Павел сменил тему.
- А почему вы всегда наливаете полный стакан, а не как все, по глоточку?
- А что тянуть. Выпил и сразу хорошо.
- И любой твой может вот так одним махом?
- Конечно.
В своих ребятах Дима был уверен. К сожалению…
- Пари?
- Да, запросто.
- Ящик виски.
- Отлично.
- Только я сам выберу героя.
- Идет.
- Он.
Павел показал в глубину зала.
- Мойша…! Твою… мать…!

Дима с удивлением узрел за столом первую скрипку. Скромный музыкант из титульной нации никогда не принимал участия в посиделках. Воду, и ту пил негазированную. А здесь ресторан прямо в отеле. Никуда ехать не надо.
В принципе, можно было сразу проставляться, но оба состава внимательно следившие за спором уже двинулись занимать места в партере.
Пришлось идти на экзекуцию.
- Миша!
Дима старался говорить спокойно и медленно.
- У нас есть традиция: все, впервые присутствующие на банкете, обязаны вливаться в коллектив. Ритуал простой – не отрываясь выпить сию чашу.
Наполнив на три четверти фужер, он натолкнулся на взгляд Павла и, вздохнув, долил до краев.
Мойша ошалело посмотрел на благодарных зрителей и недоуменно уставился на искрящийся сосуд.
- А это возможно?
- Конечно!
Это тренерский дар проснулся в Абрамове.
- Смотри!
Показательное выступление длилось пару секунд. Три глотка и задача решена.
Дима обреченно наполнил еще один фужер. Все замерли.
Мойша был умным мальчиком и сразу просчитал ситуацию.
- Каковы ставки?
- Ящик вот этого.
Виртуоз скрипки элегантно приподнял чашу, выдохнул в сторону и не спеша выпил все до дна.
- Я, пожалуй, к себе пойду.
Аплодисменты и восхищенные взгляды провожали его.
Дима поднял руку привлекая внимание.
- Если хотя бы одна …, что-то вякнет…, я тому …!
Не волнуйтесь, Миша не спился. И по-прежнему не употреблял ничего, кроме простой воды. Но авторитет в коллективе имел колоссальный.

27

Дню Победы посвящается...

Так получилось, что про уникальный бой под Расейняем мы знаем благодаря непосредственным участникам тех событий, правда, с противоположной стороны. В 1945 году высокопоставленные немецкие офицеры официально оказались в плену у США. Фактически же их использовали как военных советников для будущей возможной войны с СССР. Кое-что американцы знали, о чем-то догадывались, но один из докладов, предположительно генерал-полковника Франца Гальдера, просто шокировал военных США.

23 июня 1941 года недалеко от литовского городка Расейняй советские танки перешли в контрнаступление. По подсчетам командования Красной армии, им должны были противостоять не более двадцати танков группы "Зекендорф", количество артиллерии и пехоты в расчет не бралось совсем. Из состава 2-й танковой дивизии был взят батальон тяжелых танков КВ, которые еще ни разу не встречались немцам на фронте. Задача была проста - атаковать противника во фланг и тем самым заставить его отступить к реке Дубисе. Но на деле все обернулось танковым боем, где против 20 советских танков было около сотни немецких.
На ранних этапах войны у Германии не было танков, способных пробивать 70-миллиметровую броню КВ. Это способны были сделать только противотанковые пушки или некоторые виды артиллерии. Поэтому в первые минуты боя удивлению немецких солдат не было предела. Снаряды их танков Pz-35 не оставляли на броне "сталинского монстра" даже вмятин, а вот ответные выстрелы КВ крушили все на своем пути. Прошло всего несколько мгновений, а все поле было усеяно раздавленными немецкими танками, и батальон КВ уже двигался сквозь вражескую пехоту, его целью была артиллерия. Когда и она большей частью превратилась в металлолом, послышался гром - зенитные орудия немцев стали бить по танкам прямой наводкой. Под градом снарядов, потеряв несколько машин, батальону удалось отступить, оставив после себя полный хаос.

Первое знакомство с "Климентом Ворошиловым" приятным для фашистов не вышло - было уничтожено несколько десятков Pz-35, батарея артиллерии калибра 150 миллиметров, десятки противотанковых пушек, грузовиков, а потери пехоты исчислялись сотнями. Но второе появление КВ заставило уважать эту машину всех немецких командиров.

В нескольких километрах от истерзанной танковой группы "Зекендорф" находились ее коллеги - группа Рауса. Дела здесь шли гораздо лучше, потерь практически не было, город Расейняй был взят, а отдельные стычки с Красной армией тревоги не приносили. Но вот однажды вечером, 23 июня, в пределах видимости дороги на Расейняй появился танк. По всей видимости, это была модификация танка КВ - КВ-2, которая оснащалась 152-миллиметровой танковой гаубицей, но документальных свидетельств этого не сохранилось. Если же это был и вправду он, то остается только представить, какой ужас охватил танкистов легких немецких танков группы Рауса, которые увидели его рано утром.
На первый взгляд танк выглядел брошенным - уж очень неважное место было для засады. Если же там кто и был, то окружить и уничтожить танк в чистом поле было для немцев проще простого. Скорее всего, советский экипаж отстал от своего взвода или сломался, а значит, не представлял опасности. Однако как только на дороге появилась колонна немецких танков и автомобилей, монстр "ожил". Первым же выстрелом он взорвал грузовик с горючим, дальше поочередно уничтожил несколько противотанковых пушек и танков, а потом опять принялся "щелкать" грузовики с провизией. Когда шоссе стало напоминать ад, а в груде металла с трудом узнавались немецкие танки, КВ успокоился. На его корпусе было несколько небольших вмятин и сколов, но пробить его броню никто не смог. Правда, после боя танк не отправился дальше, а продолжал неподвижно стоять прямо на дороге, как будто бы не мог пошевелиться.

Происшествие у Расейняя встревожило немецкий штаб, так как эта стычка говорила о скором наступлении советских войск в районе этого шоссе, а неуязвимый КВ выглядел лишь приманкой. Понимая опасность ситуации, руководство решило немедленно бросить на участок все доступные танковые резервы. Спустя сутки на дороге появились новые колонны серых немецких танков, а вместе с ними были 88-миллиметровые зенитки, для которых броня КВ не была непробиваемой.

Со стороны ситуация казалась абсурдной и дикой: целая армия, а против нее одинокий КВ, который опять выглядел так, будто экипаж его уже покинул. Но вскоре "Климент Ворошилов" опять встретил гостей раскатистым взрывом снарядов. Первой пострадала зенитная 88-миллиметровая пушка, ее практически сдуло попаданием 152-миллиметрового снаряда. Наступление советских танкистов было уверенным: танк, еще один, еще одна пушка… Но теперь немцы поняли, что перед ними не передовой танк русского наступления, а всего лишь одна машина с отчаявшимся, но не сломленным экипажем внутри.
Минуты наших танкистов были сочтены, самоотверженный танк буквально растерзали. Пользуясь численным преимуществом, Pz-35 хладнокровно окружили одинокий КВ, в то время как оставшиеся в строю 88-миллиметровые орудия осыпали танк градом снарядов. После тринадцатого попадания КВ перестал двигаться. Но даже тогда фашисты не осмелились тронуть заговоренный танк. Лишь выждав некоторое время и убедившись, что враг уничтожен, немецкие солдаты рискнули приблизиться к нему. Но когда они подошли на расстояние в несколько метров, башня танка неожиданно стала поворачиваться в их сторону - экипаж был еще жив! Перепуганные солдаты стали разбегаться, кто куда, но несколько брошенных в кабину советского танка гранат довершили судьбу доблестных красноармейцев…

Изумленные немцы нашли в танке тела шести отважных танкистов. Целых двое суток один танк с 6 танкистами сдерживал танковую группу и несколько сотен пехотинцев! Война войной, но воинские подвиги во все времена чтили и союзники и противники, поэтому геройский экипаж был похоронен немцами с воинскими почестями.

В 1965 году танкисты были перезахоронены на воинском кладбище под Расейняем, имена трех солдат до сих пор неизвестны. Личные вещи подсказали имена двух бойцов: Ершов П.Е., Смирнов В.А. и лишь инициалы третьего - Ш.Н.А. В память о тех событиях недалеко от места легендарного боя, у деревни Дайняй, есть воинские мемориал, посвященный безымянным красноармейцам.

28

Случай на границе

Довелось мне служить в пограничных войсках в самом конце 80-х. Служил я на заставе, на границе Карелии и Финляндии. Шел восьмой месяц службы, а стало быть, был я уже «слоном». Служил со мной на полгода старше призывом (уже «черпаком») мой земляк, сержант Андрей Илиев по кличке Болгарин. В силу землячества взял он надо мной шефство, так что приходилось мне постоянно слушать нудные рассказы о его похождениях в нашем родном городе Саранске. Как ловко он там кадрил девок, пьянствовал и наваливал люлей местным «металлюгам» и «нефарам».
Единственный вид службы и работы, особенно у молодняка — «слонов» — и «духов», как мы, был наряд — обход государственной границы, он же дозор, на вверенном нашей заставе участке около 15 километров. Деды тоже ходили в дозор, но редко, в основном замыкающим. При этом остальные деды мирно существовали в казарме, смотрели телек, резались в «штуку», готовили дембельские кителя и альбомы, мечтательно рассказывали друг другу, кто чем займется на гражданке.
Дозор состоял из трех человек: кинолога с собакой, связиста и замыкающего, он же старший дозора, обычно сержант или дед. Я служил кинологом, и была у меня прикрепленная служебная собака — овчарка по кличке Дик.
И вот в один из обходов границы произошел такой случай. Идем мы по тропе, по своему маршруту. Неожиданно Дик начал лаять, мелкими рывками пытаясь увлечь меня за собой. Я не поддался, резко одернул поводок и дал команду псу умолкнуть. Мы остановились. Болгарин достал бинокль и принялся рыскать глазами по ближайшей местности. А местность, надо отдать должное, просто на загляденье: сосны, березы, осины, ручьи и небольшие речушки с чистой водой…
Через какое то время его взгляд остановился, он снял бинокль с шеи и с довольной ухмылкой школьника-хулигана подозвал жестом меня. Я подошел. Болгарин передал бинокль и показал в ту сторону, куда еще несколько минут назад лаял Дик. Я взял оптику и направил на небольшую опушку в пролеске, куда он показывал, и опешил. На полянке занимались эээ... размножением два диковинных зверя, что-то среднее между медведем и барсуком.
Нужно сознаться, что я никогда не был силен в биологии видов и не понял, что за звери передо мной. Посмотрел на Андрея, а он говорит: «Гляди, слоняра, росомахи сношаются!» Сказал он это, конечно, в более грубой, но оттого не менее понятной форме.
После чего скинул легким движением руки с плеча автомат, передернул затвор, прицелился и пустил одиночный выстрел в сторону зверей, охваченных страстью.
Стрелок он, надо сказать, был отменный, и с единственного патрона попал самцу прямо в шею. Тварь мучилась недолго. Когда мы подошли, а до «мишени» расстояние было не более 100 метров, он уже издавал предсмертные звуки. Дик снова стал лаять, но я его к зверю не подпустил — слишком велика вероятность подхватить чумку, бешенство или еще какую болезнь, которыми лесные твари сами не болеют, но часто являются их носителями.
Самка довольно оперативно смылась в кусты, да и, судя по всему, у Болгарина тратить второй патрон, за который придется потом отчитываться, желания не было. Он достал «зачулкованный» им на стрельбах патрон и вставил его в магазин.
Потом он довольно осмотрел жертву, но трогать ее не стал. А на недоуменный вопрос, который я хотел задать, но не посмел, словно прочитав мои мысли, ответил: «Потому что не фиг устраивать тут всякие безобразия!» На него, впечатлительного, мол, это плохо влияет.
И мы спешно зашагали вперед. Вероятность того, что выстрел слышал кто-то на заставе, равнялась нулю, но в казарме нас уже ждал горячий ужин и вечерний телевизор.
По пути я, конечно, обдумывал все произошедшее, но упрекнуть Болгарина в аморальном поступке не решился. Жалко было зверя, но что поделать, если солдату грустно...
Шли дни, неделя сменяла другую. После злополучного убийства минуло уже десять месяцев. Болгарин стал дедом, реже ходил в наряд. С садистским удовольствием он каждое утро пробивал «лося» свежеприбывшим духам и спрашивал у них, сколько ему осталось до дембеля.
70, 45, 30, 20 дней... Время тянулось медленно, но Болгарин уже предвкушал будущее: скорую дорогу домой, море алкоголя, любимый мотоцикл и грудастых податливых девок из окрестных колхозов, приехавших в Саранск осваивать профессию швеи-мотористки. А также радостное будущее без ранних подъемов в 6:00 утра, без чертовой сечки и бикуса, без пьяного замполита, страдавшего от «афганского синдрома», который постоянно мучил нас по ночам, объявляя построения, и изнурял физическими нагрузками — прокачиванием.
И вот за три дня до дембеля, по старой погранцовской традиции (а традиции и неуставные обряды советской армии тогда еще свято соблюдались, с попустительства замполитов и командиров), наш дембель Болгарин пошел в свой последний дозор.
Было раннее майское утро, казалось, все живое молчит в обычно шумном лесу. И только ветер чуть сильнее обычного заставлял шелестеть листву.
Мы прошли уже почти половину маршрута, миновав пролесок, на котором когда-то тлели останки несостоявшегося отца — самца росомахи, пока их окончательно не обглодали и не растащили местные хищники и падальщики, оставив лишь череп да несколько костей.
Болгарин вопреки уставу шел не последним, а вторым, напялив по дембельской традиции кепку на самый затылок и куря сигарету марки «Опал». В это утро, как, впрочем, и в большинстве случаев, мы нарушили устав и шли не на необходимом расстоянии в 30-50 метров, а всего в 5-7 метрах, чтобы слышать друг друга при разговоре. Сзади, примерно в 20 метрах от нас, шел связист, моего призыва.
Мы обсуждали уже не помню что, какую-то ерунду, как вдруг я услышал звук падения. Обернулся. Передо мной лежало тело Болгарина, но без головы. Голова валялась рядом, в метре от него, а чуть правее стояла росомаха и смотрела прямо мне в глаза…
Это продолжалось всего мгновение. Зверь повернулся в сторону кустов и дал деру. Мне же еще понадобилась пара секунд, чтобы прийти в себя. На удивление, Дик не только не залаял, но не издал звука вообще, спрятался за меня, прижав уши.
Я бросил поводок, скинул автомат и выпустил весь рожок в сторону убежавшего зверя. Как потом выяснило следствие, ни одна пуля его даже не задела. Подбежал ошалевший связист и начал орать, что он все видел...
Видел, как нечто бросилось с дерева, под которым проходил сержант, и одним движением лапы, как капустный кочан от кочерыжки, отделило голову Болгарина от шеи, после чего он еще по инерции сделал один шаг и рухнул.
Я нагнулся к голове Болгарина. Глаза его были открыты и выражали они нечеловеческий ужас. Я запомнил их на всю жизнь.
Тело сержанта сначала увезли в комендатуру, а потом, через четыре дня, в запечатанном цинковом гробу отправили из части домой в сопровождении вечно пьяного старшины и двух «слонов».

Командиры и военные следователи, конечно, сначала не поверили в нашу историю. Нас заставили сдать анализы мочи на наркотики. Меня и связиста долго допрашивали.
Следствие привлекало местных егерей и охотников. Из их рассказов следовало, что росомаха — зверь очень умный и осторожный. Не каждому охотнику доводилось его видеть. А еще у нее уникальный нюх, по нему она и могла запомнить своего обидчика, а потом выследить.

Опять же как показало следствие, судя по когтям, шерсти и помету на дереве, росомаха много раз приходила на это место в ожидании своей жертвы.
Дело закрыли через три месяца. Официальная версия — несчастный случай, сержанту оторвал голову медведь. Остаток службы я провел в подразделении, ходя в наряд то по столовой, то занимаясь с собаками.

С тех пор минуло уже 18 лет. В лес я иногда хожу по грибы и часто озираюсь по сторонам. Мне все еще кажется, что эта чертова росомаха прячется где-то поблизости.

Евгений Белослудцев, ДМБ-1989.

29

Про лаконичность

На первом году службы развлечений у солдата немного. Кино в клубе, баня по четвергам в Реутово и вечно голубой огонек телевизора по часу в день. А ведь за окнами казармы живет и дышит столица нашей родины Москва. Советский Союз еще жив, но уже не здоров, старенький он уже. Пенсионер 68 лет от роду, до его смерти остается еще пара лет. Но нам на это наплевать мы глупы, молоды, здоровы и голодны. Причем не только физически, сенсорный голод еще никто не отменял. Не хватает книг, журналов, интересных передач, свежих впечатлений. Анекдоты с бородой, знакомые по учебке морды, ничего нового. Скукота.
В увольнительные нас обалдуев никто не отпускает. Единственный раз за прошедшие два месяца когда мы были в городе, это когда всех нас стройными рядами вывезли в музей Красной армии на принятие присяги. Как-нибудь расскажу и про нее. Там тоже было весело. А пока у нас образовался волнительный момент в жизни.
- Товарищи солдаты, завтра отличники боевой и политической подготовки направляются в комендантский патруль по городу. Вид иметь опрятный и показательный. Вы как-никак представляете образец солдата нашей части, выглядеть и вести себя вы должны соответственно. Поэтому все должны быть выбриты, пострижены и отутюжены. А сапоги должны блестеть, как у кота яйца.
- И главное, - наш командир учебной роты майор **** не только забавно картавил при разговоре, он еще и прихрамывал на левую ногу. Живописный был экземпляр.
- Главное, ребята, не наступите на пробку, - это была любимая фраза майора на инструктаже.
Мы по наивности своей думали, что именно так майор повредил ногу и от этого предостерегает нас. Лишь спустя время до меня дошло, что майор имел ввиду нечто совершенно иное. Он предостерегал нас об алкоголизме. Но из уст майора фраза звучала забавно и весело и мы всем строем стояли и улыбались.
Как бы то ни было, но пройдя сквозь фильтр сержантов и лейтенантов мы все же оказались за воротами части и вскоре нас одарили красными повязками на рукав и приставили капитана из ВВ. И тут-то оказалось, что мы попали. Капитан нам попался зверь. Мы не успевали выцеплять из толпы идущих солдат и офицеров. Причем к офицерам капитан испытывал не меньшую неприязнь. Придирчиво проверял документы, отчитывал за неопрятный внешний вид и писал, писал, писал в свой блокнот номера частей и фамилии задержанных.
Обедом нас он и не думал кормить. Хорошо у нас с Мишкой на двоих нашлась трешка и мы смогли перекусить в кафе вместе с капитаном. А то так бы и глотали слюни наблюдая за ним поедающим комплексный обед.
После обеда капитан нифига не размяк и до четырех часов вечера мы отловили просто нереальное количество нарушителей. Процесс простой, подходишь отдаешь честь и требуешь подойти к капитану. А далее он и у образцового солдата найдет к чему докопаться.
Идущего нетвердой походкой от эскалатора полковника ВВС капитан выцепил взглядом сразу. Глаза его заблестели, вот он улов. Печатая шаг капитан сам подошел к спешащему офицеру, вскинул руку в фуражке.
- Товарищ полковник, разрешите обратиться!
Полковник затормозил, поднял нетрезвый взгляд на капитана, сосчитал звездочки.
- Не разрешаю, - и толкнув тугую дверь метро устремился в сторону Комсомольского проспекта.
Говорить о том, что капитан сдулся я не буду. Из него словно вынули стержень, он враз как-то обмяк. Мы с Мишкой с трудом сдерживали улыбки, понимая чем нам это грозит. Как говорят сейчас, полковник сделал нам день. Дело в том, что командир солдатского патруля имеет право останавливать всех вплоть до подполковника. А вот выше должен работать офицерский патруль, что сразу просек полковник, каким пьяным он не был.

30

Работаю давеча в одном магазинчике. Естественно, кой-какая помощь от менеджмента требуется. То тряпки надо, то воду слить, помещение для переборки деталей. Девчушка продавец мне в этом вопросе помощь и оказывала. Причем с явным удовольствием. И даже больше, чем той помощи требовалось. И бумаги большущий рулон принесла, и место мое рабочее само подтерла, что-то поддержать все время порывалась, но я мягко отказался. Соответственно, клиентов обслуживала, которых в тот час было немного. И общались между делом, я там часа три работал.

Сделал, сдал, взял с нее подпись в наряде, улыбнулся, и собрался откланяться.

- А ты вечером не свободен? Могли бы сходить куда посидеть. Или у меня чаю попить, я одна живу. Или то и другое вместе.

Девочка симпатичная, спору нет, пухленькая слегка, но это дело вкуса. И молоденькая.

- Э-э-э ... Проблема у меня. Не получится посидеть.

- Может в другой раз, - не теряет она надежды.

Оглядываюсь вокруг, на предмет лишних ушей, вроде все чисто, пара клиентов в магазинчике, и те у дальних полок копаются.

- Проблема во мне, а не в сегодняшнем вечере. Не могу!

- Импотент?! - ахает она, и тут же закрывает рот рукой и краснеет.

- Да нет, с этим все в порядке. Женат я.

Полный укоризны взгляд. Типа, а по этому поводу мог бы и воздержаться, и не оглашать нюанс почтенному собранию.

- Жена моя удивительный нюх на это дело имеет. Причем в буквальном смысле. Стоит сходить налево, хоть замойся, в течении трех дней ходку стопроцентно определяет. Сколько раз обжигался, пока не понял в чем причина. Нюх у нее феноменальный, чует!

- Да ты что?! - девчонка в удивлении раскрывает рот - Разве так бывает?

- Сам не верил. Пока не пригрозила кастрировать, пока спать буду. Сказала что сама вечером еще пару стопок мне нальет, для крепкости сна. Пять лет на сторону не ногой.

Девчонка в шоке. Невооруженным глазом видно, как с тяжелым скрежетом крутятся шестеренки в ее прекрасной головке.

- Вот бы мне так, - мечтательно тянет она.

- А ты разве замужем?

- Какая разница, выйду когда-нибудь.

Я по быстрому схватил подписанные листки и попытался слинять.

- А может командировка будет, ты звони!

Милая девочка, тебе еще нескоро придется понять, что верность дается в обмен на верность. И когда любишь по настоящему, никакие ходки налево совсем не нужны. Извини за грубую шутку, может прочитаешь и посмеешься?

31

Жажда - всё!
Читая историю о Бугае и Плешевике, я вспомнил случай, имевший место быть в моей юности с моим одноклассником и, по совместительству одним из друзей, Лёхой.
Итак, представьте: деревня, лето, жаркий субботний вечер, гости неспеша разбредаются со свадьбы моего брата, в числе коих разбредался и я, прихватив с собой для друзей литра 2 водки и всяческого закусона. Смеркалось! Ночь обещалась быть очень темной, беззвездной и безлунной.
Уютно разместившись под "пальмой" (это мы так любовно называли неимоверно разросшийся вширь старый вяз) мы, то бишь человек 10-12 юношей и девушек, как водится хлопнули по маленькой за здоровье молодых. Был в этой компании понятное дело и одноклассник Лёха. Так вот, как я уже писал, вечерок выдался жарким и приспичило Лёхе испить водицы, правда не колодезной, а из неподалеку расположенного поливного крана. Стоит отметить, уровень земли в месте расположения крана на полметра ниже площади, на которой росла "пальма", причем край асфальтированной площади был надежно зафиксирован бетонными блоками.
Со словами "Я щас", Лёха бодрой рысцой рванул в сторону крана. Через секунду в воздухе мелькнула еле заметная тень и послышался звук упавшего тела. Быстро прибежав на звук, в свете фонарика из телефона Нокио, мы увидели лежащего на спине одноклассника, с окровавленным лицом и, как я тогда подумал, идущей горлом кровью. Страх сковал тело и, как выяснилось, не только у меня. Однако, мы с пацанами быстро взяли себя в руки и рванулись к другу. Очнулся и Лёха. Смачно выплюнув что-то и со словами "Кто меня?", он стал со всей дури молотить во все стороны кулаками. Хочу заметить, Лёха тогда был человеком весьма атлетичного телосложения, около 80 кг чистого мяса при росте примерно 175 см и имел весьма недурственный хук справа, валивший с 1 раза вполне себе взрослых дядек. Чего нам стоило его успокоить описать сложно. Все в крови и синяках, через минут 5 борьбы, мы все-таки успокоили друга и объяснили, что он наитупейшим образом "навернулся в темноте" и разбил себе лицо. В свете фонарика выглядел он конечно страшно: ноги ниже колен в крови, сами колени в глубоких кровоточащих ранах,локти разодраны и кровоточат. На лицо вообще без слез не взглянешь: верхняя губа разорвана надвое, нижняя продырявлена и из дырки выглядывают остатки от тех четырех передних зубов, которые он потерял в неравной схватке с бетонным блоком. Девчонки в шоке и почти в обмороке, постоянно спрашивают, как так вышло и что произошло.
Оказалось, произошло вот что: "везучий" Лёха, рванув в сторону крана совсем забыл о существовании бетонных лавочек по краю площади и со всего маху врезался в одну из них коленями (ночь-то была темная, помните), а дальше инерция сделала свое черное дело и он "со всей страстью" приложился челюстью о край бетонных плит, которыми был выложен периметр площади.
Дальше мы как могли отмыли злосчастного "бегуна" в его же бане и отправили домой спать. Я при передаче с рук на руки к сожалению или к счастью не присутствовал, но говорят, глаза тети Светы (Лёхиной мамы) в этот момент лучше было не видеть.
Утром Лёхин брат Валера отвез потерпевшего в районную больницу, где ему благополучно зашили рваные губы и коленки, перебинтовали и отправили домой.
Думаете, конец истории? Фигушки!
Воскресенье я с семьей и оставшимися гостями свадьбы провел на природе, с шашлыками и пивом, поэтому проведать страдальца не успел, визит перенесся на понедельник.
Стучу в дверь, открывает тетя Света. Взгляд такой "добрый-добрый", я аж глаза отвел. "Чтоооо, опять куда-нибудь собираетесь?" Я говорю, "да нет, просто проведать пришел". Выходит Лёха! Первая мысль: "ухтыжёптыж!"
Смотрю на него, а на нем живого места нет. Голова перевязана, обе руки и обе ноги в бинтах, поперек тела тоже наложен бинт, в правой руке слегка окровавленный платочек, который он прижимает к губам. Видимо, по моему виду Леха понял, что я в шоке и вытащил меня на улицу. Как раз в это время подошел еще один желающий проведать пострадавшего - Руслан, глаза которого конечно тоже округлились от увиденного. К своему стыду, понимая, что субботние приключения другана продолжились и в воскресенье, я, как и Руслан начинаем истерично ржать. Ох и долго мы не могли успокоиться, а Лёха в это время ни разу не смеясь кричал "Да хрен ли ржете, придурки", а сам смеется сквозь слезы. Успокоились, Лёха стал рассказывать, посему дальше будет рассказ от его имени.
"Съездил утром в травмпункт, зашили, перебинтовали и отправили домой. Сижу, никого не трогаю, смотрю телек. Вдруг звонок на мобилу. Брат Валера с друзьями отдыхает на речке и у них закончилось пиво. Ясное дело нужно привести еще, а они все уже подшофе, да и пешком никто идти не хочет. Что ж делать, надо помогать брату. Купил я пивандрия, закинул в рюкзак и сев, на "одиночку" (иж-планета 4 с отцепленной коляской), рванул на природу.
Конечно уговорили остаться ненадолго.
Совсем уж расхрабрившись, я начал еще и пить пиво уголком рта. Когда пиво "подействовало", приспичило мне быть как все и тоже прыгнуть пару раз на тарзанке в воду (во дибил, губы тока зашили ж). На втором прыжке я как-то неудачно отпустил руки на излете и упал лицом об воду. Лучше бы я сдох еще в субботу!!! Только ставшие затягиваться раны, стали снова кровоточить, ладно хоть швы не разошлись. Ну думаю, всё, хорош гулять, домой пора.
Сел на свой "байк" и, будучи уже в изрядном подпитии, пулей рванул домой.
(примечание автора: дорога к месту "тусовки" была частично асфальтовой, частично грунтовой, по которой только недавно прошлись грейдером) На повороте, где грунтовка переходила в асфальт и конечно же была усыпана камешками, я и вылетел к херам с трассы, разодрав оставшиеся с субботы здоровые участки тела и головы, и уже начавшие затягиваться раны. Дома конечно отгреб по самые помидоры..."
Пока Лёха рассказывал мы конечно же как настоящие друзья ржали, аки лошади. Правда потом и он к нам присоединился, согнувшись пополам и держась за ребра. Вот такая была история.

P.S. на самом деле с Лёхой происходило много разных историй. Чего стоит одна драка с 6 "кавказцами", когда в пылу борьбы один из тех, кому он уже навалял, стоя на четвереньках, выкусил кусок ягодицы вместе с джинсами... Он даже к "бабке" ездил, чтоб отшептала что называется. Но "вылечилось" его "фатальное везение" только когда он женился.

P.S.S. Лёх, если ты это читаешь, не обижайся, страна должна знать своих героев ;)

32

Проводы Тома.
Отрывок из рассказа «Покоряя город грез».
--

Том обладал одним качеством. Что бы он ни делал, всегда влипал в какую ни будь историю. Каждый раз. И таких историй о его похождениях хватит на три книги. Вот одна из них…

На фоне финансового кризиса началось поголовное сокращение штата во всех компаниях. Увольняли одни росчерком и без никаких, на то объяснений. В суд подавать не имело смысла, так как местное представительство закона было завалено по горло такими вот жалобами. В расход пустили и моего друга Тома. То как мы отвоёвывали его паспорт, который компания не хотела выдавать, это рассказывать долго. Расскажу лишь день его отъезда.

Настал час отъезда моего друга домой. Долгие и нудные сборы были закончены, и вот я, Том и еще один наш боевой товарищ, Шурик втроем стоим в подъезде у виновника торжества, что бы подбодрить его и попрощаться. Том был чернее тучи, так как за полчаса до этого, в хлам поругался со своим бывшим кадровиком. Мы ждали машину, которую компания должна была организовать для транспортировки Тома в аэропорт. Машину компания не организовала. Наш друг очень сильно ругался по телефону, он так кричал, что казалось кадровик, слышал бы его так же хорошо, если бы Том матерился без телефона, в небо. Но выхода не было. Надо было ехать на такси. Мы проверили свои карманы и достали из них ничего. Кризис. Это было честно, так как был конец месяца, и у нас не оставалось ничего. Жили мы тогда хуже студентов.

Мы с Шуриком очень сильно тогда испугались, подумав, а вдруг Том не уедет! Шурик побледнел и громко сглотнул слюну. Затем случилось не предвиденное. Шурик вдруг побежал молиться в мечеть, и с одним вопросом – «За что?». Я бы побежал с ним, но он бежал так быстро, что я даже не подозревал, что такой толстячок может так бегать.

Вам покажется невероятным, но Шурик молился так, что Всевышний услышал его молитвы. К нему подсел один пакистанец и поинтересовался, что за беда случилась с этим несчастным, что в молитве он рвет волосы на голове и одежду на теле. Шурик объяснил ему кто такой Том, и ситуацию, в которую мы попали так, что пакистанец прослезился, поняв, на сколько сурова бывает судьба. Пакистанец поинтересовался, где проживает Том, и услышал в ответ, что где то не далеко по соседству. Сморщив брови, и подумав несколько секунд, он понял, что и его самого в один день может настичь несчастье вдруг неожиданно предложил безвозмездно подвезти виновника беды до аэропорта на своей новой, только что полученной машине. Шурик обнял пакистанца, и назвал его папой.

И вот уже мы трое, и пакистанец с другом катим на маленьком автобусе в аэропорт. Я не знаю, зачем пакистанец взял друга, но я думаю для страховки. Водитель то и дело оборачивался посмотреть на Тома, как бы, не веря в его способности. Но проверять не стал.

Мы успешно докатили до аэропорта, и чтобы не платить за парковку, пакистанец предложил подождать у дороги, а не на стоянке, хотя мне показалось, что он просто готовится дать по газам в случае, если что-то пойдет не так. Вот мы, весело прыгая, с чемоданами на перевес, Шурик спереди, с огромными баулами на голове, а я сзади подгоняя пинками Тома, ворвались в зал провожающих, и на последних секундах запихали его в металлоискатель, закидали его багажом, и уже убега кричали ему счастливого пути и доброй посадки.

Когда мы выбежали из аэропорта у Шурика катились слезы. Мы в бежали в припрыжку по газонам, уварачиваясь от поливалок. Вдалеке мы увидели знакомый автобус и рванули к нему наперегонки. Я уже открыл дверь, что бы залезть первым в машину, как вдруг заметил что-то не ладное. Наш пакистанец объяснялся на не понятном нам языке стоящему около машины полицейскому. Полицейский указал на нас пальцем и громко накричал на водителя, и тут мы заметили - водитель подает нам сигнал рукой, чтобы мы уходили. Шурик сразу замолк, и схватив меня под руку потащил по дальше от автобуса. Мы шли быстро. В пустыню. Ночью.

Полицейский стал звать нас. Мы сделали вид, что нас это не касается и прибавили шагу. Полицейский стал кричать еще громче, мы тоже не отставали и пошли еще быстрее. Когда идти быстрее уже не было возможности, Шурик обернулся. Нам пришлось остановиться. Шурик сделал глупое лицо и указал на себя пальцем, подавая тем самым знак «Извините, это вы к нам обращались?». Полицейский утвердительно кивнул. Шурик в ответ начал смотреть по сторонам, как бы сомневаясь, что обращались именно к нам. А вдруг кто-то еще решил сегодня ночью прогуляться по пустыне. Шурик долго искал. Как назло никого в радиусе километра не было. Нам пришлось признать факт, что обращались именно к нам. Тогда Шурик сделал простое лицо и бодро потащил меня обратно к полицейскому.

Полицейский спросил у пакистанца, знает ли он нас. Он отрицательно помотал головой. Тогда полицейский спросил нас, знаем ли мы пакистанца. Шурик прищурил глаза и стал внимательно рассматривать лицо пакистанца, как бы вспоминая, встречался ли нам прежде пакистанец в этой жизни или нет. Потом четко сказал, что никогда его раньше не видел. Затем полицейский спросил пакистанца на иностранном языке – а какого хрена мы лезли в его машину?... Это была подстава! Пакистанец растерялся, он подумал несколько секунд и вдруг вспомнил Шурика! Шурик, увидел реакцию пакистанца, и тоже сделал вид, как будто узнал в пакистанце близкого друга, после десятилетней разлуки. До меня стало доходить. Полицейский обвинял пакистанца в частном извозе, а это налагается суровым штрафом, как на извозчика, так и на пассажира. Доказать что он вез нам бесплатно не было возможным, и поэтому Шурик и водитель должны были претвориться, что они знали друг друга давно.

Итак, Шурик, узнав в пакистанце старого знакомого, расплылся в теплой, милой улыбке, и уже раскинул руки, что бы покрепче обнять его. Но полицейские вдруг резко спросил Шурика, - как зовут твоего друга, пакистанца?... Это была вторая подстава со стороны полицейского. Он просто издевался над нами. Шурик замер с раскинутыми руками. Он хотел сделать вид, что обознался, ошибся. Но полицейский повторил свой вопрос четко и громко. Шурик, посмотрел на полицейского с таким видом, как будто на месте пакистанца стоял не пакистанец, а Майкл Джексон, и все его просто обязаны знать. Шурик стал махать пальцем в сторону пакистанца, как бы угрожая полицейскому, - вот я сейчас назову его имя, и тебе, полицейскому, будет стыдно в том, что ты сомневался в нашей дружбе.

Шурик махал пальцем. Пакистанец стоял с идиотским видом. Полицейский ждал ответа на свой вопрос. Палец Шурика остановился, и Шурик назвал, вернее не назвал, а как бы, сомневаясь, спросил,
– Хасан..?
Пакистанец, промедлив секунду, вдруг сказал, что его, в детстве все близкие как раз таки и называли Хасаном. Полицейский поднял вверх водительские права Пакистанца и потребовал то имя, которое было прописано в документах, а как называли нас в детстве, клички, дразнилки, обзывалки его абсолютно не интересуют. Шурик попытал удачу еще пару раз, перебирая другие имена, но оба раза был промах.

После третьей попытки нервы пакистанца не выдержали, и он тихо подсказал Шурику свое имя. К сожалению подсказку слышал не только Шурик. Полицейский, оказалось, обладал врожденным развитым слухом, и это только усугубило ситуацию. Полицейский посмотрел на свое отражение в стекле машины, а потом обратился к нам и спросил, не похож ли он случайно на идиота? Мы трое одновременно ответили, что нет. Полицейский повернулся к Пакистанцу и спросил его, назвать имя Шурика. Это была третья подстава.

Пакистанец втянул голову, и хлопая глазами переводил взгляд с Шурика на Полицейского и обратно. Мы ожидали от него большей артистичности. Если Шурик еще пытался кое-как отыграться на сцене, разыгрывая то один, то моментально меняясь, другой персонаж, то пакистанец проявил себя вообще как артист низкой квалификации. Такого позора, от своего давнишнего знакомого Шурик не стерпел, и натянуто улыбаясь, вдруг медленно произнес,
- Да это же я, Шурик!..
Наступила тишина. В этот момент мне показалось, что полицейский просто вытащит табельный пистолет и так же просто, в упор, расстреляет нас троих ночью в пустыне. Полицейский сказал, что сейчас мы все поедим в полицейский участок, и он с нами расправится в самой грубой форме. Сказал он это на своем языке, но очень вульгарно, и поэтому смысл фразы нам был понятен. Он стал толкать нас в машину, и я понял, что настал мой выход. Я остановился, повернулся к полицейскому и начал быстро рассказывать ему все, что произошло с нами за этот вечер с самого начала. Я рассказывал ему на пальцах, жестами, подпрыгивая, используя сподручные предметы, и мимику своего лица. Мое представление было на столь неожиданным и будоражащим, что глаза моих зрителей расширялись, а в некоторых местах, на столько трогательным, что они даже покачивали головами от изумления. Полицейский за две минуты моего живого рассказа, понял, что с нами случилось, что мы пережили, а главное, он узнал кто такой Том. Рассказ получился настолько искренним, что представитель власти поверил мне, и услышал крик моей души. Не переживший такое, не может так играть.

Он повернулся к пакистанцу и Шурику, и спросил, правда ли то, что я ему рассказал. Оба кивнули. Полицейский поднял голову и проводил взглядом улетающий самолет. Потом подумал и вернул пакистанцу его водительские права, а нам крепко пожал руку, и что-то сказал на арабском языке. Я думаю, что он сказал, что если бы он был генералом, то представил бы нас к наградам…

33

Наша семья живет в Канаде 14 лет. Ни бабушек, ни дедушек рядом. Только я, мой муж и двое детей - уже взрослая дочь и уже подросток - сын. Мы любим путешествовать и, понятное дело, дети всегда с нами. Да мы уже привыкли... Плюс ко всему мой муж часто ездит в командировки: Бельгия, Германия, Турция, Австралия, Америка, Гонконг, Гавайи...
Надо признаться, что после трудового дня я люблю посмотреть Русское ТВ. Родные меня не всегда в этом поддерживают, но иногда... Обычный вечер. Мы с дочкой отдыхаем. "Пусть говорят" на экране. Идет рассказ о русском мужичке из России (не помню имени), который давным-давно был в командировке на Кубе. Через 20 лет его семья получает открыточку о том, что за морями-океанами у него вырос красавец сынишка и хочет с папаней познакомиться. Мы с дочкой передачу досмотрели, пообсуждали, посочувствовали и вдруг мимо нас на кухню ... молча, как ни в чем не бывало .... мой муж проплывает. Мы с дочерью (не сговариваясь и ехидно улыбаясь): "Папуля! А нам с КАКОЙ страны открыточку ждать?" Ну посмеялись, темку развили, как могли, муж поулыбался нам и успокоились на этом.
Однажды приходит муж с работы и сообщает, что ему опять в командировку собираться... И опять на Гавайи. Я не очень-то радуюсь обычно... А он мне: "Мать, я могу тебя с собой взять. Давай, решайся. Хорошая возможность и БЕЗ ДЕТЕЙ!" Ну, кто устоит? После того, как старшенькая уверила нас, что все будет хорошо, мол езжайте, я отпросилась на работе и собрала чемоданы. Должна признаться, мы много где побывали, но как-то о Гавайях я не сильно мечтала. Для целой семьи туда рвануть дороговато. Ну вот... В рай и без детей!!!
Приземлились, обалдела, расслабилась... Растянутый в улыбку рот и внутреннее состояние 20- летней девушки меня не покидали. Т.к. в день прилета муж не работал, мы быстренько разложили в номере вещи и рванули на пляж. Белый песок, лазурная водичка... На пляже - (как в песне поется) я да ты, да мы с тобой... Искупались... Выхожу на берег, раскладываю на горячем песке свое тело, закрываю глаза... Тишина, ветерок, шелест волн... И вдруг (тоненький детский голосок, на английском естественно): Папа!"
Пару секунд я не решаюсь открывать глаза. Я была уверена, что до закрытия оных - рядом со мной стоял только мой муж!! И никого более.. Набралась мужества и... Вижу картину: стоит мой супруг, а рядом - маленький черненький мальчик-абориген... И малыш смотрит на МОЕГО мужа! Опаньки... Приплыли!
Пару секунд супруг с высоты своего роста с растерянной улыбкой изучал этот сюрприз. Потом медленно перевел взгляд на меня: "Ээ, ты даже не думай!! Я здесь был только лишь три недели назад!!! А ему уже года три!!!" :)
На этом бы и закончить мою историю.... Но надо продолжить. От смеха у меня текли слезы и болело в животе. Отдышавшись и утеревшись, я все же поинтересовалась... Почему же пацанчик его за папашу принял? Муж был в растерянности... Через минуту появилась стройная, немолодая, белая женщина, взяла мальчишку за руку... и, глядя ему в глаза, твердо заявила, что "он не может называть этого человека папой! А его папа - вооооон там!" и указала рукой направление, куда нам всем надо смотреть. Улыбнулась, извинилась и ушла, увлекая за собой нашего уже почти родственника:))). Мы с мужем с интересом посмотрели в ту сторону, куда указала женщина... По пляжу прохаживался высокий интересный мужчина (ростом один в один с моим мужем), похожей комплекции, белокожий и в таких же красных пляжных шортах :)))
Видимо, эта семья адаптировала мальчугана. А ему чего? Если большой, белый и в красных трусах... Значит - папаня!
Все прояснилось для меня... Но осадок-то остался:))))

34

Я живу у конечной станции метро, поэтому в пустом вагоне по пути на работу почти всегда сажусь на одно и то же место: привычка вторая натура. Нередко рядом со мной или напротив садится молодая женщина с густым темно-рыжим каре, в недешевых очках и почему-то в тонких хирургических перчатках - не приглядевшись, не заметишь. Мы, бывает, улыбаемся друг другу, взаимно оценивая пунктуальность.
Вот и вчера, присев рядом, Докторша, как я про себя ее прозвал, стянула осенние кашемировые перчатки и оказалась в своих стерильных. Я не удержался и спросил взглядом - дескать, зачем?
- Видите ли, я врач... - неожиданно низким приятным голосом ответила Докторша. Угадал.
- Я думал, врачи переодеваются в клинике?
- Понимаете... (взгляд в сторону храпящего на крайней скамейке бомжика) я врач... дерматолог.

(с).sb.

35

Город, перекресток, светофор.
Встал, по привычке смотрю по сторонам. Слева черная иномарка с женщиной бальзаковского возраста, справа старенький оранжевый "москвич-412". За рулем 412-го старичок со своей бабулей.
Пешеходы проходят зебру, а в конце толпы спешит девушка в коротенькой юбчонке. Тут на середине зебры зажигается желтый, машины начинают газовать, а девушка ускорилась... Но тут у нее слетает с ноги босоножка. Девушка по инерции бежит вперед, но возвращается. Возвращается к босоножке и начинает ее одевать и застегивать, встав при этом в соблазнительную позу. Друзья в машине сразу встали в стойку и разразились комментариями. Смотрю слева: Женщина в иномарке строго морально-осуждающе смотрит на девушку и презрительно в нашу сторону. Справа старичок аж вытянулся вперед сердешный, но тут бабка его отвлеклась от своей корзинки и просекла взгляд своего дедульки и с криком куда паршивец старый... бросилась колотить дедульку. Но уже деваха добралась до нужной ей стороны дороги, а водилы сзади не зная о чуде которое мы видели стали усиленно гудеть требую выпустить их на свободу дороги. Я проехал перекресток, посмотрел назад, а "москвичок" дедулькин еще стоял там же.

36

Это было в 2002 году. Являясь аспирантом одного из известных украинских вузов, я получал зарплату в 155 гривен ежемесячно. Одним холодным зимним вечером я со своей будущей, любимой женой Т. сидели и интенсивно думали об улучшении финансового положения. После нескольких часов раздумья, она вдруг сказала:
- А почему бы тебе не съездить на лето в Америку и не заработать там денег?
К слову сказать, за несколько лет до этого мы действительно побывали вожатыми в детских лагерях США. Но, во-первых, если ехать по программе обмена, то финансовая прибыль к концу лета интенсивной работы приравнивается к нулю (до этого же она вообще сильно отрицательная из-за покупки авиа-билетов, расходов на Американское консульство и тому подобное). Во-вторых, инструктор по гимнастике, кем бы я мог работать в силу своего спортивного прошлого, не пользовался должным спросом у директоров детских лагерей. Я озвучил эти аргументы вслух, и сразу получил ответ:
- А мы тебя сделаем инструктором по яхтам!
Это мог быть действительно выход: инструктор по яхтам всегда считался элитным и очень дефицитным специалистом. Директора не упускали возможности заполучить себе такого человека на лето, и в данном случае могли заключить контракт напрямую, а не через программу-посредника. Эти у другие мысли пронеслись у меня в голове перед тем, как я выдал свою следующую фразу:
- Да, но я никогда не плавал на яхтах, не говоря уже о том, что я не знаю ни одного термина...
Моя будущая жена посмотрела на меня и уверенно сказала:
- Не переживай, у нас есть еще целых пол года. За это время я тебя так натренирую в яхтах, что никто от настоящего морского волка не отличит. Весной я подниму контакты, мы съездим в городской яхт-клуб и походим на какой-нибудь лодочке.
Зная, что она занималась яхтенным спортом лет десять, и несколько раз становилась чемпионкой области, я быстро согласился и мы начали действовать.
Упущу подробности нашей плодотворной работы по рассылке моего резюме, поиску директоров, прохождению интервью по телефону, подготовки документов и решению других очень важных вопросов. Описывать это даже сейчас, по прошествии столь длительного времени, у меня нет ни сил ни желания. В результате, к двадцатым числам мая у меня был билет на самолет до Нью-Йорка, американская виза в паспорте и с горем-пололам полученная отсрочка на все лето у шефа-профессора.
До вылета оставалось целых два дня. В течение их нам надо было сделать последнее и самое важное дело - превратить меня в настоящего морского волка, дабы меня не выгнали из лагеря в первые же дни работы. Я и Т. сели в машину и поехали в сторону городского водохранилища, в местный яхт-клуб искать лодку. К нашему удивлению, не смотря на солнечный, прекрасный, майский, воскресный день, яхт-клуб был практически пуст. Час интенсивных поисков ничего не дали, но ... в одной из хижин мы все-таки обнаружили двух сторожей и какого-то тренера, которые там квасили с самого раннего утра. Они с трудом разговаривали и еле-еле понимали, что я от них хочу. В тот момент моему упорству, красноречию и щедрости мог позавидовать любой политический деятель, но результаты переговоров неотвратимо заходили в тупик. Я вытащил свой последний козырь - 250 гривен (смотри оклад аспирантской стипендии выше) за час аренды любого плавающего средства, у которого есть парус, плюс 3 бутылки из местного киоска сразу после окончания плавания. Удивительно - но даже столь железный аргумент рассыпался в прах, натолкнувшись на непонимание ... точнее, на уже не понимавших ничего местных аборигенов. После этого мы поняли, что походить на яхте нам сегодня не удастся, и следующие два дня прозагорали на пляже, отдыхая перед насыщенным летом.
Лагерь встретил меня восторженно! Шла неделя тренировки вожатых, поэтому детей еще не было. Перед собравшимися 120-ю вожатыми директор в присущей ему пламенно-мотивационной речи представил меня как профессионального специалиста по яхтам из Украины. Второй специалист-американец со дня на день должен прибыть из Маями, где он со своей командой причалили после того, как пересекли на яхте Мексиканский залив. Мой авторитет поднялся на недосягаемые высоты, ... а я понимал, что мне наступил конец!
В следующие два дня я с утра до вечера проводил на Waterfront'е (читай "пристань"), помогая во всем, что хоть как-то было связано с лодками. Во время коротких пауз я изучал брошюрку о яхтах на английском языке, предназначавшуюся для деток-кемперов, а также незаметно вязал уже увиденные мной узлы, стараясь довести эти навыки до автоматизма. В голове же жила и бурлила только одна мысль - сдаться! Пойти к директору лагеря и рассказать, какой я на самом деле профессионал. Останавливали только факт позора на все оставшееся лето, и то, что директора (муж и жена) были необычайно приятными и интеллигентными людьми, которых так не хотелось подводить и расстраивать.
И вот приехал директор Waterfront'а. Он оказался Стивом - очень высоким, худым, достаточно молодым и невероятно юморным человеком, преподавателем биологии в школе. Являясь непосредственным начальником всего водного персонала, он тут же устроил нам тренинг, на котором мы все познакомились и обсудили планы на следующие дни. Один из подпунктов этого плана был тест ходьбы (не плавания!) на маленькой двухместной лодочке, который должен состояться завтра.
День назавтра выдался ветреным. Придя на пляж, мы увидели стоящий в шеренгу перед водой ряд Sunfish'ей, en.wikipedia.org/wiki/Sunfish_(sailboat). Стив объявил нам, что в каждой лодке будет два человека: вожатый-яхтсмен и вожатый-не-яхтсмен, но который будет в последующем привлечен в качестве помощника для преподавания уроков по яхтам. Наша задача была простая: поднять парус (благо, тут кроме знания, как вязать узел, ничего не надо), выйти в залив, побродить там около часа, после чего вернуться обратно на пляж для обсуждения результатов занятия. Мне в напарницы досталась Керри - типичная американка-толстушка-хохотушка. Она сразу же уверила меня в том, что жутко боится выходить на столь маленькой яхте в залив, тем более в такой ветреный день, и что ее успокаивает только мой многолетний опыт и умения. Я в свою очередь заверил, что ей абсолютно нечего боятся, попросил сесть ее посредине лодки, опустив ноги в кокпит, и ничего не трогать. Далее все разворачивалось довольно быстро: я поднял парус, поставил руль, оттолкнул лодку с восседающей на ней Керри от берега, и мы понеслись вдаль. В тот день ветер был параллельно берегу, поэтому после разворота на середине залива, выполненного мною достаточно брутально, мы с такой же скоростью устремились обратно к берегу. Не доходя метров 30 до пляжа я вновь предпринял жесткий разворот на 180 градусов - и мы снова понеслись в открытую воду. Все продвигалось очень неплохо: брызги, ветер, восторг Керри от ПЕРВОЙ В ЕЕ ЖИЗНИ прогулке на яхте... Как вдруг я увидел на воде рябь. Она быстро приближалась к нашей лодочке. Тогда я еще не знал, что на яхтенно-сленговом языке это явление называлось "порывом". Буквально через несколько секунд наш парус со всей силы припечатало к воде, а Керри взмыла вверх и, пролетев над лежащим на воде парусом, со всего маху приложилась своим ярко-желтым спас-жилетом о водную рябь! Я тоже оказался в воде, но сразу около борта - меня спасли мои гимнастические навыки и то, что я крепко сжимал в руке шкоты (веревка для управления парусом). Но даже не смотря на это, встряска для меня была существенная и малоприятная. Утешало только, что Керри было намного хуже чем мне: она с широко-открытыми от ужаса глазами покачивалась на волнах недалеко от паруса. С хладнокровным выражением на лице, я убедил напарницу, что такое в яхтенном спорте бывает (поэтому мы мол так круты и всеми уважаемы), и что я постараюсь предпринять все от меня зависящее, чтобы этого больше не повторилось. После того, как Керри вняла моим доводам, я установил парус вертикально, и она, мокрая и дрожащая, снова забралась в лодку. Я понял - спасение мое на берегу. Поэтому, натянув что было силы поводья, устремился к берегу.
К моему огромному сожалению, мне пришлось снова обмануть Керри. Буквально через мизерно-короткое время я увидел столь знакомую мне рябь, которая опять приближалась к нашей лодке. .... Удар! Я в воде. Голова еще смотрит вверх, отслеживая траекторию полета своей напарницы: она, даже не успев ничего произнести, описывает еще более совершенную дугу над нашим Sunfish'ем. Ее упитанное тело, туго обтянутое спас-жилетом, с характрерным шлепом приземляется на некотором удалении от лодки. Но я этого не слышал из-за свиста ветра в ушах и бьющихся волн о борт лодки. Более того, в этот раз я больно ударил свой левый локоть о гик (нижняя палка, которая держит парус) и прищемил себе палец на правой руке. Мне было не до стонов Керри. Я хотел, как можно быстрее, до следующего порыва, поднять парус и добраться до берега, или по крайней мере до непосредственной близости от него, где я смогу уже вплавь дотолкать лодку до пляжа. Но до берега еще было около 150-200 метров. Я взглянул на свою напарницу: она в панике качалась на волнах и полностью отказалась залазить обратно в лодку. "Лучше уж я так до берега поплыву", - сказала она, явно испытывая некоторые физические недомогания, усилившиеся особенно после ее второго полета. Я, находясь между бортом лодки и парусом и пытаясь перекричать ветер, объяснил ей на мой взгляд незыблемые аргументы (самым слабым из которых было то, что ей понадобится оставшиеся 40 минут плыть по неспокойной воде к берегу, и самым сильным то, что уж в этот раз я ни за что не дам лодке перевернуться), она снова вскарабкалась на борт. Я понял, что если мы еще раз перевернемся - то мне действительно наступит конец!
К берегу! Как можно ближе к берегу, думал я, сжимая в руке шкоты. Только бы добраться поближе. А там можно, сначала вытолкнув в воду Керри, позволить нашей яхте опрокинуться, а потом доплыть до пляжа, толкая перед собой лодку. Пока же мы находились в Sunfish'е, при этом развивая очень даже неплохую скорость. При такой скорости расстояние до берега - это буквально считанные секунды ... ну несколько минут.
И тут я снова увидел рябь. Я знал, что здесь не поможет ни моя сила, ни гибкость, ни акробатика, что мы еще далеко в заливе, и что моя хохотушка-напарница сейчас снова взмоет вверх, а потом, когда нас выловят и оттранспортируют на берег, разорвет меня на куски и развеет в прах всю мою репутацию. Я не знал, что мне делать. Я разжал руки, выпустив веревку и отдался на волю судьбы. Благо, шкоты не были зажаты в блочке, а моя рука их больше не удерживала. Порыв ветра ударил в парус, шкоты вытравились на всю свою длину, парус развернуло на 90 градусов и ... он заколыхался на ветру!
Так вот как оно работает! Если сильный ветер - надо просто ослабить веревку! И тогда пусть хоть порыв следует за порывом - я не дам лодке перекинуться! Благодаря же направлению ветра, я, не обладая никакими знаниями яхтенного дела, могу свободно курсировать перпендикулярно к берегу: сначала к пляжу, потом в открытую воду, туда и обратно, сколько угодно раз. Следующие 40 минут мы прекрасно провели в лодке, курсируя по заливу, наслаждаясь скоростью и интересно беседуя.
В конце урока на пляже около причала было только две лодки и их экипажа: моя и Эрика, того самого американца-эксперта из Флориды. А по всему заливу прыгали на волнах моторные лодки, собирая перевернутые Sunfish'и и буксируя их к берегу. Отличные оценки были поставлены всего двум инструкторам.
В сентябре я вернулся домой с заработанными 2000 долларами. И хотя аспирантуру пришлось бросить, я удачно женился. А это была одна из первых историй наших семейных проектов.

37

У капитана Морошкина был друг, подполковник с Военно-исторической кафедры по фамилии Калибров. Подполковник очень любил возиться в тактических ящиках с песком, где с помощью капитана декорировал сражения из нашего героического прошлого, а по ночам их переигрывал. Иногда они играли с Морошкиным друг против друга и капитан все время проигрывал. Зла за это на приятеля он не держал, но неприятный осадок оставался постоянно. Подполковник Калибров кстати, весьма не любил Кутузова. Он считал, что Бородинское сражение можно было выиграть и ни в коем случае, нельзя было оставлять Москву. И хотя как истинный представитель Советской Исторической Науки он свято верил в то, что история не может иметь сослагательных наклонений, Бородинскую битву подполковник переигрывал неоднократно, причем в чине фельдмаршала, ну и Наполеону там естественно каждый раз доставалась.
У Капитана тоже был свой исторический бзик. Он очень двойственно относился к Южанам времен Гражданской войны в США. То есть с одной стороны Конфедераты, это рабовладельцы и враги прогрессивного человечества, ну а с другой стороны они защищали свою землю, свои дома и вообще воевали против США - ныне потенциального противника, значит солдаты генерала Ли почти союзники. А уж после того, как в результате экскурсии в подвал-музей делегации африканских борцов за свободу, с ряда стендов пропало несколько фигурок, для Морошкина все стало ясно окончательно. По этому поводу капитан потихоньку стал готовить для миниатюры посвященной Геттисбергскому сражению, армию генерала Ли и естественно армию генерала Джорджа Мида тоже. А подполковник Калибров, снизойдя к просьбе старого приятеля, подкрепленной литром "ягодки" и банкой "копеечных" опят, назначил на вечер последней субботы месяца их персональную Битву при Геттисберге. Помогать капитану, естественно взялись мы с Акимом. Во первых нам было забавно и интересно, а ввиду того, что по ряду причин мы жили в общежитии Академии и не имели выхода в город, свободного времени у нас было предостаточно. Ну и во вторых мы искали любую возможность поддеть педанта подполковника, достававшего нас на занятиях своим догматизмом. Подполковник Калибров кстати, был вдобавок официальным куратором подвала-музея, по военно-исторической части.
Итак мы с головой погрузились в процесс. Готовя перенос плашек с подразделениями конфедератов и их визави в тактический ящик, мы бурно обсуждали нюансы решающей битвы Севера и Юга, и Аким бросив взгляд на стенд с боем бывших махновских тачанок с белой конницей, сказал с сожалением в голосе:
- Вот бы под Семетри Ридж сотню тачанок, и кранты тогда генералу Ханту. -
Капитан Морошкин вскинулся было, но как то сразу привял обратно:
- Так пулеметов еще не было, - уныло сказал он и тут в разговор вступил я:
- Во первых картечница Гатлинга была запатентована в ноябре 1862, во вторых бельгийский фабрикант Монтиньи создал митральезу(пулемёт "Максим") в 1851 году, так что при инициативном человеке и должном финансировании, сделать сотню другую митральез к июлю 1863 года вполне реально.
- А на что их устанавливать? - С надеждой спросил капитан Морошкин и получил вальяжный ответ от Акима:
- Так товарищ капитан, была такая веселая тележка под легкомысленным названием "вагонет", подрессоренная, восьмиместная и уж на Юге ее прообразы наверняка применялись, ставим туда митральезу и зольдатен фойер!
Две колонны по сто тачанок, это 200 стволов по 13 мм, они дадут 200 выстрелов в минуту, то есть сорок тысяч пулек по проклятым аболиционистам каждые шестьдесят секунд.
- Так у Ханта там на хребте двести орудий, они раздолбают повозки из далека, - борясь с надеждой, произнес Морошкин, но тут снова вступил я:
- А кто сказал, что к позициям противника надо подойти спереди?, - и насладившись восхищенными взглядами коллег, добавил:
- И вспомните, товарищи офицеры, как Махно взял Екатеринослав. Сотни телег с капустой приехавшие на рынок, оказались тачанками. Так кто нам мешает накрыть "вагонеты" парусиной и притвориться обозными фургонами? А что бы было еще незаметнее, рядом с ездовыми посадим кафров. Ведь были среди черных рабов сторонники Юга?!

Немая сцена, как в Ревизоре, моментально сменилась бурным обсуждением будущей операции. Задачи было две: техническая и оперативная. Техническая касалась изготовления вагонетов-тачанок и производство моделей митральез-максимов, ну, а оперативная составляющая часть плана, имеющая ввиду реальное применение тачанок в сражении и в первую очередь приближение к тылам генералов Ханта и Ховарда, была уже в основном решена благодаря моему стратегическому гению. Пришлось конечно поломать голову над тем, как внедрить в войска подполковника (он командовал Северянами) левые обозы конфедератов, но решение нашлось простое и гениальное.
Ну а с техникой все сложилось более менее. У капитана были завалы заготовок для гужевого транспорта, а митральезы сделали из заготовок для пулеметов. На маскировочную парусину для фургонов, капитан не пожалел новую казенную простыню и в расчетное время айне и цвайне колонне имени Гера Гатлинга, были готовы к бою.

И вот наступил канун 1 июля 1863 года, вернее последней субботы этого месяца. Поле битвы было готово. Аким ассистировал капитану, а я (в качестве засланного казачка) товарищу подполковнику. Я согласно указаниям командующего, переставлял группы фигурок и ненавязчиво подтягивал две колонны обозных фургонов соответственно к Семетри Ридж и тылам Ховарда. И вот когда конфедераты генерала Пикетта пошли в свою смертельную атаку и подполковник Калибров уже готовился отдать приказ своей артиллерии смести мятежников, как капитан скомандовал срывающимся голосом:
- Митральезы вперед!!!
Аким гордо перешел на мою сторону стола, отодвинул меня в сторону величавым жестом и стал быстро снимать белые верха у фургонов. В тылу Северян хищно ощетинились десятки смертоносных стволов и артиллерия Ханта и подразделения Ховарда, были выведены из строя. Войска Южан перешли в атаку по всему фронту и генерал Ли победил.

На подполковника Калиброва было жалко смотреть. Уже час он метался кругом ящика с песком, ставшего полем его позора, но любые его атаки разбивались о железные аргументы противников. В конце концов, подполковник должен был согласиться, что и технически и оперативно, присутствие на поле боя данных подразделений, в данное время и с данным вооружением исторически и технологически возможно.

Забыл сказать, что по нашему настоянию, капитан предложил подполковнику сыграть этот бой на ящик коньяка. Мы обещали при этом, что если капитан проиграет, то оный ящик поставим мы. В общем наши победили ихних...

38

Слово офицера.

Окончив в 2000 году военное училище я отправился служить в Республику Таджикистан для "выполнения задач по поддержанию конституционного порядка в условиях чрезвычайного положения" в данной республике. Молодым лейтенантом я был назначен на майорскую должность начальника службы ГСМ артполка, поэтому состоял в управлении полка и имел удовольствие наблюдать много интерестностей от старших товарищей по оружию. Командиром полка на тот момент был полковник, скажем, Сансаныч. По словам старших товарищей, Сансаныч раньше страдал (или наслаждался) алкоголизмом, но в один прекрасный момент его боевая подруга (супруга) вытащила его пьяного в умат из сауны (предварительно отбив от навязчивых нимф), а на утро категорически заявила что он бросает пить! Закодировала. Ей это удалось. Сансаныч рьяно взялся за службу и за карьерный рост. Из начальника штаба превратился в комполка. Пить то он перестал, но дури в нём осталось ещё на пять таких же сансанычей. Был он весьма строгим, выговоры объявлял исключительно матом, с добавлением литературных слов. В начале совещаний командного состава полка называл называл всех нас шайкой пида..сов, обязательно упомянув что он среди нас пидо..ас-предводитель (ну чтоб мы не обижались и в суд не подали). Матом он объяснял все очень доходчиво, нам нравилось, иногда в курилке мы его цитировали и восхищались его литературным талантом. Все его конечно-же боялись и уважали, но ещё больше его начали уважать после одного поступка...

В подготовительный период дивизионных учений Сансаныч со свитой (управлением полка) вышел на полигон и задал вопрос командиру дивизиона. В переводе на гражданский язык вопрос мог выглядеть так:
- "Уважаемый господин подполковник, будьте любезны мне сообщить сколько единиц доблестных орудий вашего уважаемого дивизиона в состоянии самостоятельно выйти на лоно природы и занять позиции. Не думаю что Ваша техника в состоянии сдвинуться с мест стоянки и продвинуться хоть пару метров до полигона".
Конечно это было сказано другими словами. Надо заметить что техника в действительности была очень старой, она служила ещё в Афгане, а до России так и не дошла, осев в Душанбе (201 МСД).
Доблестный командир дивизиона ответил (передаю дословно, так как говорил он на гражданском языке):
- "Товарищ полковник, техника готова выйти на полигон в полном составе. Дивизион готов на 100%!" Управление полка ахнуло и зашепталось (все знали что наши самоходки и МТЛб далеки от совершенства в силу своего возраста и изношенности). Сансаныч зацепился за данное утверждение, и чтоб принизить честь подпола пообещал:
- Если в понедельник 100% техники будет находится на полигоне, то я сам лично сяду в эту лужу, а если нет то своими руками посажу вас в неё!". При этом он протянул свой перст в сторону здоровенной лужи из грязи (кто был в марте на окраинах Душанбе могут себе представить такие).
- Понедельник, начало учений - праздничный день (как экзамен у школьника). Сансаныч вышел на полигон в комуфлированном, шитом по спецзаказу в ателье костюме. Наглаженый, комуфлированная кепка с шнуоком-филиграном, на груди железный крест 201-й дивизии. Усы расчесаны, взгляд боевой. За спиной вся свита (управление полка и я в том числе). Командир дивизиона встретил его и доложил о готовности. Сансаныч начал пересчитывать технику. Пересчитал, потом ещё раз, опять заново. Открыл рабочую тетрадь, уточнил штат. Подозвал к себе зам. по тех. части, что-то шепнул ему. Зампотех окинул взглядом позиции, посчитал, перепроверил, так же шёпотом доложил Сансанычу. Сансаныч молча снял фуражку, отдал её зампотеху. Повернулся и молча направился к той самой луже из грязи. И... сел в самый центр. Почесал репу, выбрался из лужи и со словами "Ну и пид..с же ты комдив", отправился в штаб переодеваться. Комдив получил от Сансаныча благодарность, а мы лишний повод уважать нашего комполка.

39

Поволжье. Начало века. На трассе, возле населенного пункта пара-тройка минисупемаркетов и индивидуальные предприниматели со своим набором товаров. Со стороны поселка, с максимально возможной скоростью движется неопределенного возраста мужичок. Целеустремленный взгляд, сжатые кулаки и губы подчеркивают серьезность намерений. С другой стороны появляется иномарка, сбрасывает скорость, катится, и в итоге останавливается возле моментально проснувшихся товарок. Из машины выходят двое мужчин, то ли бандиты, то ли олигархи, оценив пейзаж, не спеша направляются к магазинам. Вряд ли им что-то срочно надо, скорее размяться. Мужичок прибавляет ходу, переходит почти на бег и, у самых дверей выигрывает таки поул-позишин. Оттеснив гостей локтем, и пробормотав, что-то, типа- хрена вы раньше меня возьмете, устремился к продавцу.
- Тома, мне нашей одну, и протягивает тысячерублевку.
Продавщица, достав уже бутылку беленькой, отставила ее в сторону.
- Обалдел, что ли, утро еще, не наторговала. Иди к Зинке, закуски возьми, да и разменяешь. Зыркнув недобро на приезжих, абориген поспешил в соседний магазин.
- А сколько у вас такой? – кивнул подбородком на бутылку гость.
- Да, вчерась ящик привезли, только начала, как раз на неделю, до следующего завоза хватает.
- Давайте весь. И сока одну.
Рассчитавшись и подхватив, на глазах изумленной продавщицы ящик, загружаются, и медленно уезжают. Из магазина выскакивает мужичок с пакетом, некоторое время бежит за машиной, потом останавливается, провожая уехавших взглядом. В глазах застыла тоска и печаль…

40

Три юных отрока лет 16-18 кушали дешевый портвейн или что-то плодово-выгодное. Не помню. Но кушали до упора.Когда упор наступил, выяснилось, что Миша на внешние раздражители уже не реагирует. Инстинкт подсказывал, что домой Мишу доставить надо, иначе тетя Маша, мама Миши, нам этого никогда не простит. Миша не ходил. С трудом дотащили его до квартиры на третьем этаже. Хотели поставить у двери, позвонить и тихо исчезнуть, но Миша не стоял, сползая по стеночке на грязный пол. Пришлось его пристроить к лестнице, перекинув через перила, где он мирно повис. Чувство долга подсказывало, что Мишу надо передать с рук на руки. На площадке было темно, свет пробивался с верхнего этажа. я спустился на один пролет в еще больший сумрак, а Игорь, который выглядел более трезвым нажал кнопку звонка. Открылась дверь. На фоне яркого света появилась тетя Маша. Сфокусировала взгляд на лице Игоря. Утвердилась в предположении о нетрезвости. Подбоченилась, намекая на готовность выслушать пьяную байку и высказать ВСЕ. Игорь топтался на месте, закрывая спиной зависшего на перилах Мишу, и смотрел на тетю Машу. Молча!... Видимо, извинения и объяснения, под грозным взглядом забылись. Похоже, Игорь почувствовал себя кроликом перед удавом или гонцом, принесшим плохую весть. Не знаю, какие мысли пронеслись у него в голове в тот момент, но вдруг он как-то подобрался, расправил плечи, вздохнул полной грудью и произнес: - - Здравствуйте. Миша дома? - - Нет! - ехидно-язвительно ответила тетя Маша. - - ТОГДА ЗАБЕРИТЕ - произнес Игорь, отступая в сторону.

41

Рассказал коллеге историю о студенте-юристе, который по суду получил права, апеллируя к тому, что при сдаче "в городе" провокационное предложение экзаменатора-ГАИшника "остановиться здесь" (естественно, где по ПДД было нельзя) есть не что иное как требование инспектора ГАИ, которое имеет приоритет перед всеми знаками и разметками. Кстати, потом в экзаменационные отделения пришла внутренняя рассылка заменить "остановитесь здесь" на что-то вроде "остановитесь в ближайшем месте где позволяют ПДД".

В ответ получил вот такую историю. Далее от его лица.

Моя хорошая знакомая, кстати участница нескольких ралли, долгое время (лихие 90-е) водила автомобиль, не заморачиваясь получением водительского удостоверения. То ли те самые "лихие" подошли к концу, то ли ей надоело оплачивать "штраф на месте" - решила она получить законные права. Подтянула теорию, практика и так солидная, дело доходит до экзамена "в городе". Звучит то самое провокационное "остановитесь здесь". Скорее всего, здесь сыграл экзаменационный мандраж. "Не, здесь не могу, ГАИшники при%утс..." - опаньки... виноватый взгляд в сторону экзаменатора.

- (сквозь смех) "Сдала!".

ГаррикЪ.

42

К истории "под Владимиром" от 02 января. Я знаю как оформили, когда "Мерсом" перегородили дорогу "Татре"-самосвалу. ГАИшники-петушинцы составили так, что при выезде со двора "мерс" не уступил движущейся по главной дороге "Татре". 100% вина владельца "мерса", страховая ремонт бампера "Татры" полностью оплатила.
Ещё история от петушинских ГАИшиников. Есть на М7 под Покровом светофор, на котором можно развернуться обратно в Покров. Он со стороны города прямо на подъёме, поэтому если фуре тормозить - потом тронуться проблема. И вот стоит на разворот в левой полосе легковушка, вот-вот загорится красный.
Из объяснения водителя легковушки: вижу что фура сзади несется и тормозить не собирается. Взгляд к фуре в зеркале заднего вида прилип. Отстегнулся, открыл дверь и вышел из машины, успел сделать пару шагов в сторону. Фура влетела сзади и легковушку кинуло на встречный грузовик, левая сторона всмятку от капота до багажника.
Из объяснения водителя фуры: зеленый мигает, легковушка в левом стоит, на встречке явно притормаживают. Подумал, щас он налево повернёт, а я не тормозя светофор проскачу типа на жёлтый. Вдруг в легковушке открывается дверь, выходит водитель и идёт от машины. А я уже ничего сделать не успел, только ногу на тормоз поставил.
Слова водителя легковушки после объяснений водителя фуры: "Ну я и мудак!!!"
Мораль: соблюдайте ПДД.

43

Я сегодня поучаствовала в эксгибиционистическом действе. Правда, я сначала и не поняла, что это оно самое. Иду, никого не трогаю. После снегопада тропа узкая, разойтись сложно. На улице мороз под 30. Спешу. Нос в воротнике, в ушах наушники. Утыкаюсь взглядом в чьё-то тело, от колен и ниже. Делаю шаг в сторону, тело туда же. Я - в другую сторону, оно - следом. Что за фигня такая, думаю я и поднимаю взгляд. Мужичонка какой-то жалостливо так на меня смотрит. В голову мне приходит гениальная мысль: спросить что-то хочет. Вынимаю наушники и изрекаю: "Ещё раз, пожалуйста". Взгляд мужика приобретает оттенок недоверчивости и опаски. В это время мой взгляд падает туда, куда надо. А там... бедное, несчастное, посиневшее - мы же помним про -30? - скукожившееся нечто, что и достоинством-то не назовёшь. И так мне стало его жалко... Стянула с ладошки рукавичку и протянула страдальцу.
Ещё никогда, никогда от меня так быстро никто не убегал...

44

ПОЛУНОЧНАЯ ЭЛЕКТРИЧКА. Ноктюрн

Есть в этих последних электричках, с их непривычным безлюдьем и темнотой за окнами, что-то от новогодней ночи – едешь и всякий раз ждешь каких-то чудес. И они иногда случаются.
В тот раз я ехал в деревню. Была пятница, но стояла глубокая осень, дачный сезон накрылся, и потому в вагоне никого не оказалось.
Кроме одной девушки. Или молодой женщины, судя по кольцу на правой руке, которое я разглядел, когда попутчица нежданно подсела ко мне.
- Ничего, если я к вам перемещусь? А то одной как-то боязно.
Я, конечно, кивнул, но и удивился. Она была молода, хороша собой, модно и дорого одета. Такие молодухи в электричках, да еще и в одиночестве, не ездят. Впрочем, было в ней что-то простонародное, что-то от «лимитчицы» - как когда-то называли в Москве приезжих из провинции.
Она тут же стала пересказывать мне свою жизнь, и стало понятно, что ничего и никого Люба (так представилась) не боялась, но ей захотелось с кем-то поговорить. Точнее, выговориться.
Впрочем, меня ее история не шибко заинтересовала. Я достал из сумки бутылку пива и, сугубо приличия ради, предложил попутчице глотнуть. Девица отрицательно мотнула головой и, в свою очередь, вытащила из сумочки фляжку темноватого напитка емкостью 0,35 л. «Cognac Bisquit Classique» прочитал я на этикетке. И Люба, вдохновившись ударной дозой этого недешевого французского коньяка, продолжила свое нехитрое повествование. Лет десять назад она совсем молодой девчонкой приехала откуда-то с периферии в столицу и с ходу подцепила тридцатилетнего парня по имени Сергей. Тот уже тогда был при деньгах, а за последние годы вообще стал миллионером, владельцем и президентом некоего «девелоперского» (я помог Любе выговорить это слово) холдинга. И все бы ничего, но он достал жену своими разнообразными причудами. Одна из которых – строго в последнюю пятницу месяца Люба должна ехать в загородный дом не на своем мерсе, а электричкой. Чтобы, дескать, она не забывала о своих плебейских корнях. И вот сейчас Люба эту повинность и несла.
- А ваш муж чем в данное конкретное время занимается? – осведомился я без избыточного интереса, просто чтобы поддержать разговор. – Пока вы в электричке штрафные круги мотаете?
- Ха! Эту свою придурь муженек называет хобби, - горько усмехнулась Люба. – Сергей берет…
Но договорить она не успела, поскольку в вагон шумно ввалились два не юных уже мужичка в форме десантников – камуфляж и тельняшки. Они были вооружены: один держал в руках там-там, другой – мандолину. Обычно такие деятели ходят по электричкам с гитарами и поют дурными голосами песни про Афган, к которому не имели никакого отношения.
Тот, что с мандолиной, окинул орлиным взором вагон и помрачнел, узрев вокруг зияющие пустоты. И тогда он вместе с барабанщикам направился к нам. Встав напротив нашего купе, «десантник» неожиданно сильным, красивым и чистым тенором затянул «Вернись в Сорренто».
Я бросил короткий взгляд на Любу. Она сидела, отвернув очи к ночному окну и брезгливо поджав полные губы. Певцы ее явно раздражали.
Те же, видимо уяснив, что внимания дамы им не добиться, исполняли древний итальянский хит, развернувшись в мою сторону. Барабанщик лихо управлялся с там-тамом, а тот, что с мандолиной, виртуозно обращался со своим инструментом и не менее виртуозно модулировал голосовыми связками. И, когда он взял самое верхнее си-бемоль минор – «Вернись в Сорренто, любовь моя-а а!», то прошиб меня до слез. Я потянулся за бумажником и отгрузил в сумочку на его поясе пятьдесят рубчиков, а когда обнаружил, что моя купюра болтается там в одиночестве, добавил такую же.
Певец в знак благодарности церемонно склонил предо мной голову и растроганно произнес:
- Вы очень щедры, мне давно никто не платил таких денег.
И они двинулись к выходу.
Я, потрясенный прекрасным вокалом, пару минут молчал. Молчала и девица, проводившая гастролеров суровым взглядом.
- Так какое же хобби у вашего мужа? – спросил я, пытаясь вывести попутчицу из внезапного оцепенения.
Она посмотрела на меня несколько удивленно:
- Так вы ничего не поняли? Ах, ну да, я же вам не успела рассказать… Так вот, где-то в девяностых Сергей начал зарабатывать деньги, распевая песни по электричкам. И теперь раз в месяц вспоминает былое. Вот и барабанщика с собой прихватил из какой-то модной группы. – Люба встала. – Скоро Яхрома, здесь наш загородный дом, тут сойдет и Сережа.
И эта молодая женщина мгновенно исчезла. Как будто ее никогда и не было…
Но нет, была – на скамейке осталась недопитая бутылка французского коньяка «Бисквит».

45

Вот я расскажу про пиджак.
Я совсем сопляк ещё был, только школу закончил. Приехал в большой город, устроился на завод.
А тут у меня сестрица жила, двоюродная.
И как-то раз мы встречаемся, она говорит - я замуж выхожу скоро, а жених у меня не местный. Давай ты будешь у нас свидетелем?
А там с женихом такая история, чтоб вы понимали. Он как раз незадолго до свадьбы с зоны откинулся, второй срок отбывал. И у него все друзья, они на роль свидетеля как-то не особо. Во-первых взгляд. Во-вторых они при слове свидетель вздрагивают, замыкаются, и уходят в глухую несознанку. И наконец, у них же у всех вместо паспорта справка об освобождении.
Я говорю - конечно! Давай. Неудобно же сестре отказать, правильно?
А сам про себя думаю - блин! А что хоть там делать-то нужно, свидетелем?
А сестрица мне - не переживай. Делать тебе ничего будет не надо. У тебя такая свидетельница будет, она всё сделает, ты только сиди и улыбайся. И всё.
Не, ну так-то конечно. Если просто сидеть и улыбаться, то я согласен.

Ну, так и решили.
И осталась только одна проблема. Костюм. У меня не было костюма. Ну, то есть конечно дома он где-то был. Но не ехать же пол-страны за костюмом?
Зато у меня был отличный черный кожаный пиджак. Как раз тогда модно было. И я думаю - да фиг ли костюм? Надену пиджак кожаный, рубаху новую, галстук, штаны приличные, и буду кум королю. Так решил, так сделал. И вот идёт свадьба. Ну, что это была за свадьба, это надо отдельно рассказывать. Сейчас не об этом. Идёт свадьба значит, был арендован зал специальный, не кафе, а просто какое-то большое помещение. Жених, невеста, народу человек шестьдесят, и я такой, в черном кожаном пинджаке, с красной лентой. Красив неимоверно просто! Мне сестрица потом, посреди застолья, наклоняется, смеётся, и говорит:
- Слушай, ты в этом своём пиджаке, как чекист на свадьбе у буржуев. Сделай лицо попроще. А то вон Валеркины дружки на тебя косятся.

Ну ладно. Свадьба идёт, все пьют, гуляют, веселятся, я сижу, улыбаюсь. Как велели.
И тут значит наступает очередь подарков. Как заведено. Свидетельница встала, и объявила, что вот сейчас, кто если хочет, может поздравить молодых. И началась церемония вручения подарков. Сперва родители с одной стороны, потом с другой... Ну, вы в курсе короче. И вот дарят подарки, невеста с женихом стоят, и принимают. И передают мне. А я стою, и складирую их там аккуратно сзади.
А лучший подарок молодым, вы знаете, это конверт с деньгами. И каждый считай второй, а то и чаще, стоит с конвертом.
И конверты невеста тоже берёт, и передает мне. И я складываю их аккуратно в карман. Внутренний левый. Черного кожаного пиджака.

Ну вот, всё это, торжественная часть закончилась, и свадьба запела и заплясала, как водится, постепенно съезжая с рельсов. Тут и мне работы подвалило. То драку разнимать, то невесту у меня украли и я бегал с выкупом высунув язык, то гармониста из-под стола доставал два раза. И взопрел. Жарко. Пиджак снял, и повесил на спинку стула.

И у меня его спиздили!

Представляете? То есть вот всё хорошо, висел-висел пиджак, я сигареты из него брал периодически, а в один определённый момент хвать! А пиджака нету. Ещё была слабая надежда, что кто-то просто надел. Или пошутил. Но нет. Поискали, поспрашивали, нет. Никто ничего. И хрен бы с ним с пиджаком. Но ведь все до единого конверты в левом внутреннем, с подарочными деньгами, а это сумма немаленькая... Понимаете, да? Ведь все видели, как я эти конверты в карман трамбовал. То есть при желании позариться мог кто угодно. Ойёйёй. Ситуация, сами понимаете, неприятная. Я даже рассказывать не буду, какие последствия для атмосферы праздника имела эта пропажа. Короче, пиджак так и не нашли. Ну, тут слава богу и день закончился. Я молодых отправил, гостей проводил, мы со свидетельницей ещё раз на всякий случай все закутки осмотрели, и уехали к ней.

Ну, второй день как обычно, игры/забавы, но дымка вчерашнего происшествия всё равно незримо висит над свадебным столом. И вот после второй или третьей где-то, смотрю, заходит в зал мужик, плотный такой, и слегка застенчиво по стеночке пробирается в мою сторону. И отзывает меня на улицу. И там в машине такси протягивает мне мой пиджак. У меня сердце прям бульк - и упало там в район... Ну, не важно. И я такой - как? Чего? Он говорит - ну вот вчера девчонку подвозил отсюда до дому. Пьяненькая. А что она садилась в пиджаке, а вышла без, я и внимания не обратил. Потом уж только.
Выяснилось. Сестрица жениха пошла на улицу курить, и пиджак накинула. На улице, слово за слово, поцапалась с мужем, тормознула такси, и укатила домой. В пиджаке. И забыла про него.
А я сразу по карманам-то шасть. И мужик так засмущался слегка, говорит.
- Там это... в кармане... ну... ночью сигареты у меня кончились. А курить охота! Я думаю - а вдруг? Неудобно конечно, по карманам... Короче, я сигареты там взял.
И тут я достаю из внутреннего кармана пачку пухлых конвертов, открываю первый попавшийся, достаю червонец, и подаю мужику.
Видели бы вы его глаза.

И вот выхожу я из машины, надеваю пиджак, и вхожу в зал. Встаю по центру, и стою так как бы между прочим. И жду, когда на меня обратят внимание. И улыбаюсь.
Сперва народ так постепенно затих. А потом...
Знаете, таких аплодисментов, такой радости в глазах присутствующих я своим появлением наверное никогда больше в жизни и не вызывал.

46

В Одессе дело было. Отдыхали у родственников.
Родственники жили на четвёртом этаже типовой пятиэтажки.
И вот в очередную прогулку по Привозу Ирка, хозяйка, присмотрела себе маеччку. Так эта маечка ей запала, что она три раза к ней возвращалась. Что-то там было неправильное на её взгляд с ценой. И она маялась. Наконец выторговала и таки купила. Счастлива была - незнамо как.
Пришли домой, она эту маечку сразу сполоснула, как водится, и на балкон.
На следующий день (а может в этот же, я не помню уже) пошла она на балкон вещи снимать. Что б одеть значит эту свою новую чики-пуки маечку, и куда-то там пойти постепенно погулять. Пошла значит, и тут с балкона такой крик "Ааааааа!!!!" Все подпрыгнули. Даже чайник. Выходит Ирка с балкона, держит эту маечку, прижимая к груди как сбитого машиной котёнка, а в майке - дырка от окурка.

Наверное, по настоящему понять состояние Ирки в тот момент смогут только девочки.
Как на месте Ирки поступило бы большинство? Ну, я не знаю. Расстроились бы. Возможно даже заплакали. Но это было не в Иркином темпераменте.
С криком "Ну я тебе, сволочь!..." Ирка хватает меня за руку (муж её был на службе), и тащит на площадку. Там мы поднимаемся на один пролёт, она ставит меня в угол ("Стой тут, на всякий случай!"), а сама поднимается выше и звонит в дверь той квартиры, что над ними.
Открывает огромный, три меня, парень с таким, знаете, слегка флегматичным лицом, какое часто бывает у очень больших и очень сильных людей. И эта Ирка, не говоря даже здрасьте, начинает метелить этого парня этой своей майкой по этому его флегматичному лицу. Приговаривая "Ты что, сволочь, сделал!?". И знай хуячит его этой майкой как шашкой, крест накрест. А парень стоит, и даже не загораживается. Только глазами так хлопает, и лицо его приобретает всё более недоумевающее выражение.

Потом рука у неё устала, и этот парень в промежутке между ударами её так осторожно спрашивает.
- Ир! Ты чево???
Она ему майку эту, с дыркой от окурка, в лицо тычет, приговаривает.
- Вот чево!!! Смотреть надо, куда бычки бросаешь, гад!
Потом майку комкает, и бросает через него туда, внутрь, в квартиру.
- На! Сам теперь носи! Сволочь!
И с этими словами разворачивается, и начинает спускаться. И по всему её виду прям сразу понятно, как ей очень-очень сильно полегчало.

И тут этот парень, который продолжает стоять в дверях, говорит.
- Ир!
- Ну что тебе ещё? - устало оборачивается та.
- Ир, я курить три месяца как бросил. Мы с тобой ещё спорили, помнишь... - говорит он.
Тут на лице у Ирки отражается такая гамма эмоций, такая работа мысли, она разворачивается, и говорит растерянно.
- Ой, Вааань...

И тут у этого Вани из подмышки высовывается такое лицо в бигудях, и я понимаю, что сейчас стану свидетелем безобразной женской драки. Но эта мармазетка из подмышки, Ванина жена, вдруг протягивает в сторону Ирки руку ладонью вперёд, и говорит таким неожиданно твёрдым басом.

- Ира! НЕ НАДО! Не извиняйся! Отхуячила и отхуячила. Мне лишний раз руки не марать.

* * *
А майку на следующий день они съездили и поменяли. Продавец посмотрел на Ванино флегматичное лицо, и обменял без звука.

47

И не сказать, что бабка Настасья была такой уж шибко набожной, нет.
Но иконы в красном углу стояли, сколько я себя помню.
Там же постоянно горела маленькая синяя лампадка. Я любил смотреть на неё в сумерках, перед сном.

А мать ни в какого бога не верила, а наоборот. В девках имела весёлый задорный характер, была передовой колхозницей, комсомолкой, ударницей, и бригадиром комсомольско-молодежной бригады.
Через это у них с бабкой организовался затяжной конфликт. Мать требовала убрать иконы с глаз долой. Бабка была категорически против. Мать проводила с ней агитационную работу. Стыдила, пугала партией, правительством, лично товарищем Сталиным, и даже один раз пыталась фальшиво и неудачно заплакать. Бабка за веру стояла твёрдо. Периодически то одна то другая пытались привлечь на свою сторону деда. Бесполезно. Дед как Швейцария, сохранял нейтралитет. Только посмеивался в усы. На самом деле ему было абсолютно пофиг. Ему вобще всё было пофиг, кроме лошадей, бани по субботам, да осколка в правом боку, который ныл к непогоде и мешал езить верхом.

И так бы эта бабья война и тянулась до бесконечности, если бы не одно роковое событие.
На очередном комсомольском отчетно-перевыборном собрании мать избрали секретарём комсомольской организации колхоза.
Тут ситуация совсем уж получалась некстати. Что б у комсомолки, бригадира, секретаря, в доме иконостас? Да это ж курам насмех!
И мать поставила вопрос ребром.
Дело дошло до скандала.
- Да мне из-за тебя людям в глаза глядеть стыдно! - кричала мать.
- А мне из-за тебя - нет. - спокойно парировала бабка.
И тогда мать в сердцах брякнула.
- Ах так?! Я твои иконы ночью возьму, и спалю к чертовой матери!
- Токо попробуй! - взвилась бабка, и погрозила дочери костылём.
- А вот посмотришь завтра! - крикнула та, и хлопнув дверью поскакала заниматься своей комсомольско-молодежной ерундой.

Дело было к вечеру. Бабка осталась дома одна. Дед торчал на конюшне, мог прийти заполночь, а то и совсем не прийти.
Бабка обиходила скотину, и стала собираться ко сну. На душе было неспокойно. Зная вздорный и упрямый характер дочери, она не сомневалась, что та и вправду может ночью сунуть иконы в печь. И бабка решила отстаивать свободу совести и вероисповедания до конца. Шансы у одноногого инвалида против шустрой молодой девки были никакие. Это бабка понимала. Тогда она открыла сундук и достала дедово ружьё. Там же нашла два снаряженных солью патрона. Погасила свет, и устроилась в углу на диванчике. Акурат напротив иконостаса.
Брехала где-то собака, вдалеке за околицей смеялись девки и играла гармонь, уютно мерцал огонёк лампады, бабка прикрыла глаза...
Очнулась она оттого, что свет лампады метался по комнате. Кто-то стоял на табуретке, снимая иконы. Одну, вторую...
Бабка перекрестилась на задницу, которая загораживала ей святые лики, подняла ружьё, сказала "Прости мя, Господи!", и не целясь, навскидку, шарахнула с двух стволов. Впрочем, расстояние было такое, что промахнуться она не могла.

- Уйёоооо!!! - нечеловеческим голосом заорал дед, бросил иконы, и схватился за задницу.
Бабка выронила ружьё и упала в обморок.

Вечером дед выпил с мужиками по маленькой, и совсем уж было собрался заночевать в конюшне, но желание закрепить результат стопочкой-другой перебороло лень. Он собрался и пошел домой. Заначку дед держал в самом на его взгляд надёжном и остроумном месте. За иконами. А что? С одной стороны - никто не полезет, с другой - всегда под рукой. Ну откуда ему было знать, что именно на сегодня его бабы назначат генеральное сражение в своей затяжной идеологической войне. Да ещё с применением огнестрельного оружия.

Дед сидел голой задницей в тазике с водой, тихонько подвывал, и периодически анестезировал себя внутрь оказавшейся весьма кстати заначкой. Сделав добрый глоток, он затягивал, стараясь перекричать боль.
- ...В тёооомную нооочь Ты любимая знаю не спиииишь И у детской кроватки... С ружжоооом!!! Ты меня поджидаиииишшш!
Он был уже изрядно пьян, дед. Речь его становилась несвязной. Он делал очередной глоток, смахивал набежавшую слезу, и затягивал снова.
- Я шол к тебе четыре го-о-ода, я три держа... Три! Три войны! Белые меня хотели убить.... Фашысты... Ты хоть знаешь скоко меня фашыстов хотело убить? Мильён!!! Мильён фашыстов меня хотело убить! Меня! И хуй! Хуя им! А родная жена бац - и... Да куда! Прямо в ёптвоюмать! Я завтра помру, что люди скажут? Напишут - тут покоится Грегорей! Красный командир! Орденоносец! Герой войны! Убитый своёй бабой из свово ружжа в свою жо....ооойййййййй какой позор!
- Да помолчи ты, герой-орденоносец! - махала на него тряпкой проходившая мимо бабка. - Ишь чево удумал?! Бутылку за иконы прятать! Вот Господь-то тебя и наказал!
- Он в двадцать девятом! Уййй!...В двадцать девятом он меня наказал! В двадцать девятом! Когда я тебя дуру в жены взял! Тёоооомнааая нооочь, тоолько пуули...

Больше на бабкины иконы никто не покушался.
А где-то наверное через год после её смерти мать потушила лампадку, достала иконы, и убрала их в сундук.
- Зачем она иконы убрала? - спросил я вечером у отца.
Вот тогда он и рассказал мне эту печальную историю.

48

Солнечным морозным деньком января 69-го года, по утоптанному проселочному тракту, что замысловато петлял в лесных окрестностях дачного Подмосковья, не спеша прогуливалась компания меру подвыпивших людей.

Во главе компании шел долговязый мужчина, одетый в модное пальто «джерси», ондатровую шапку и грубые валенки. За собой он тащил санки. В санках лежал шестимесячный младенец, укутанный в здоровенный шерстяной платок. Несмотря на платок, младенец умудрялся беспокойно ворочаться в санках. Поерзав, он распахивал глаза и пытливо исследовал ими бытие, хлопая длинными ресницами. Рот младенца украшала исполинских размеров соска.

Долговязый  говорил громко и много. Спутники, человек пять-шесть, напротив, предпочитали слушать, периодически поддакивая.
Чувствовалось, что авторитет долговязого непререкаем.
Разговор шел о цыганах.

- Цыгане — феноменальный в своей ущербности народ. Родимое пятно цивилизации, - говорил долговязый. - Взять хотя бы их стремление к бродяжничеству. Сегодня генетики делает большие успехи. Уверен, что они найдут ген бродяжничества у цыган. Дайте только время.
Или эта любовь к золоту. Зубы, кольца и браслеты... Агностика... Даже если цыган одет в рубище, на его теле обязательно найдется золотой амулет. Не удивлюсь, если выяснится, что цыгане произошли от вороны. Все признаки, включая характер и внешность — налицо. А это шизоидная традиция жить кагалом? В смысле табором. Грязь, шум, антисанитария и прочие прелести. И еще они любят гадить и гадать. И ладно бы только на себе, или под себя.. Вы когда-нибудь бывали на площади у Киевского вокзала?

Речь долговязого неожиданно прервал младенец, громко и смачно сплюнувший соску в чистенький сугроб.
Долговязый остановился, невольно пропуская процессию вперед, сдул с соски искрящийся снег, немного согрел ее в руках и вернул младенцу в рот.

- Ну так вот, - продолжал оратор уже с позиции замыкающего, - что еще в кавычках положительного мы можем рассказать о цыганах? Их бесконечное пение под гитару. Причем семиструнную.
Противопоставляя свои семь струн классической испанской гитаре, цыгане даже в этом пустяке умудряются выглядеть замшелыми артефактами. Парадоксально находя поддержку в нашей загадочной русской душе. При этом саму мысль о генетической связи нас с цыганами я отметаю как
неуместную. Природа их феномена наверняка останется неразгаданной. Говорят, что они прямые родственники индусов. Для меня сие странно. Я, к примеру, бывал в Индии. Если сходство с цыганами у индусов и есть, то исключительно внешнее. По характеру и обычаям это принципиально иной народ. Вы когда-нибудь видели, чтобы цыгане почтенно относились к коровам? Или умели дрессировать кобру. Они, правда, способны укрощать лошадей. Которых только что украли. Конокрадство считается почтенным ремесло среди этой братии. Как и любое воровство.
Ладно бы просто воровство. Цыгане крадут детей. Похищенные цыганами дети никогда не возвращаются в родные семьи. Они становятся плоть от плоти цыганами, несмотря на иной генотип. Цыгане гадают, воруют, поют и кричат. Вы обращали внимание, как они орут и кричат? Такое впечатление, что они глухи от рождения.
Если мы слышим в городе крик — это значит, что цыгане наверняка что-то украли и орут на радостях..Или этот институт баронства...

Тут долговязый замолчал, услышав чей-то далекий крик, разносимый эхом по морозному воздуху.
Компания вместе с долговязым остановилась, обернувшись назад.
- О! - с удовлетворением констатировал долговязый, хлебнув из «мерзавчика» коньяку.
- Не иначе как цыган нажрался и веселится от переизбытка чувств.
В следующее мгновение взгляд оратора упал на санки. Санки были пусты.
Они были решительно пусты. Без признаков наличия в них младенца.
Долговязый выронил четвертинку из рук и зашатался...

Между тем, по проселочной дороге в сторону группы людей бежал человек и что-то кричал. Бежал он неловко - руки были заняты младенцем, завернутым в платок...

Долговязый, смахивая слезы радости, долго тряс руку человека, нашедшего его дочь в сугробе и настаивал на немедленном присоединении к компании с последующим обедом.
- Ничего особенного! - уговаривал он. - Затопим камин, поедим горячего, хлопнем по «150», споем под гитару. У меня неплохо получаются романсы..

Наконец Николай (так звали спасителя младенца) согласился, и вся компания пошла в сторону дачи долговязого.

Там все случилось, как и было обещано: «горячее», «по 150» и романсы под гитару.
Только пел их не долговязый, а тот самый Николай.
Николай Алексеевич Сличенко.
В те годы - актер, сегодня - руководитель цыганского театра «Ромэн».

P.S. Историю про спасенную цыганом дочь — мою жену, мне поведал тесть. Несмотря на почтенный возраст, он все такой же долговязый и не дурак откушать коньяку.

49

РУССКАЯ РУЛЕТКА
Или учите матчасть

1975 год. Год побед и свершений. По всему земному шару расцветают красные знамена молодых государств ставших на путь строительства Социализма. Отдается конечно болью в сердце пепел Ла Монеды, но победоносно для Вьетконга заканчивается Вьетнамская война и уже солидную часть Индокитая, можно закрасить на карте всеми оттенками красного цвета. Но когда кончается любая война, то всевозможные Конторы начинают подчищать за собою следы, заканчивать оставшиеся открытыми вопросы и на границе Лаоса и Вьетнама жизнь кипела вовсю.
Отряд льенсо уже собирался покинуть место базирования возле границы с Лаосом. Как поступил приказ - Встретить в приграничной зоне группу местных товарищей и сопроводить их до населенного пункта В. Приказ есть приказ, встретившись с представителем еще одних товарищей, группа майора Косякова во время вышла в заданный квадрат, встретила нужных людей и препроводила их по указанному маршруту. Официально операцией руководил товарищ с мужественным именем Куан, но у майора было свое начальство и свое задание и до поры до времени, консенсус удавалось соблюдать. В нескольких часах пути от пункта назначения, вся компания остановилась в небольшой деревушке, где был пост союзных войск, тут им давали джип и газик, что достаточно упрощало последний участок пути. Оставив вьетнамцев, Дока и Малого в деревне, майор взяв Птицу, Грома и Пана пошел разведать мост находящийся в километре от деревушки, там то все и произошло. Услышав на подсознательном уровне звук взведенного затвора все четверо упали на землю и рассосались под ландшафт по мере возможности. Длинная очередь, судя по звуку это был М-60, языком пляшущих на дороге фонтанчиков, намекнула о невозможности продвижения вперед. Другая очередь, данная сзади и видимо для разнообразия из РПД, намекнула что и назад рыпаться не надо. Ну а короткие неприцельные очереди Калашей и М-16 в зарослях за обочинами, четко указали на окружение. И на десерт из джунглей раздался голос, говорящий по русски абсолютно без акцента: -" Предлагаю переговоры майор. Я сейчас выйду и пусть твои люди не вздумают делать глупости. У моих парней приказ стрелять, даже если под угрозой будет моя жизнь"-
Шевельнулись ветки и на дорогу вышел типичный рейнджер, будто материализовавшийся со страниц устава FM-7-85. Он откинул камуфляжную накидку и вытащив из кармана куртки черный берет с дубовым листом, одел его лихо заломив. И насмешливым, но несколько затуманенным взглядом уставился на Косякова. Русский майор встал, будто бы машинально закинул автомат на плечо и вопросительно посмотрел на американца. А тот кивнул в сторону деревни и сказал -"Пойдем побеседуем майор, автомат кстати можешь отставить здесь и знай кстати, что твои люди в деревне уже давно упакованы моими парнями и их судьбу будем решать мы с тобой."-
В деревне с виду ничего не изменилось, только к вьетнамцам прибавились джи ай, с моторикой опытных волкодавов джунглей. Они вроде бы не обращали внимания на идущую по главной и единственной улице селения странную пару майоров, но Анатолий чувствовал что любое его неверной движение будет в раз просечено и пресечено.
Они вошли в дом старосты, прошли в большую комнату где их ждал накрытый стол. Староста расстарался как мог. В меню обеда были - чака, лотосовый рис, бань-фо-куон, ананасы с перцем и солью и естественно бутылка куок-луй. В качестве десерта, вокруг стола стояли несколько рейнджеров и южновьетнамских офицеров и товарищ с мужественным именем Куан, нисколько не смущенный данной ситуацией и даже с автоматом. Американец приглашающее показал майору Косякову на стул и усевшись напротив него, плеснув обоим самогона в чашки и начал нечто вроде спича...
-" Ну вот что русский"- Сказал рейнджер -" Война кончилась и проиграли мы ее не Гукам, а вам. А я еще не сделал последнего выстрела. Ни вас ни нас тут сейчас официально нет и если я прикажу вас уничтожить, то знать об этом будут только крокодилы. Население деревни уходит отсюда прямо сейчас, они не котят жить при социализме. Удиви меня майор, докажи что вы не зря победили и клянусь я отпущу и тебя, и твоих людей, и твоих Гуков "-.
Посмотрев в помутневшие глаза американца, майор понял что рейнджер не совсем адекватен и либо пьян, либо находится под действием какого либо наркотика и надежды на удачный для себя исход, это ему не прибавляло. Обведя глазами окружающих стол людей, майор увидел на одном из них кобуру со старым добрым Наганом и сразу же в голове блеснула мысль - ВОТ ОНО!
- " Майор, а что вы знаете о Русской рулетке " - спросил Анатолий. Американец заинтересованно посмотрел на него и неуверенно спросил -
-" Это какой то русский способ самоубийства ? " -
-" Почти. Из барабана револьвера вынимаются несколько патронов, барабан раскручивается и револьвер приставляется к виску одного из играющих и он спускает курок. И так по очереди до летального исхода. Но я предлагаю несколько другой вариант. Я вынимаю из барабана только один патрон, раскручиваю барабан и стреляю себе в висок. Если мне повезет, то я выиграл и вы отпускаете моих людей, ну а если не повезет вы их все равно отпускаете но без меня и тех кого мы сопровождаем. Вот кстати и револьвер есть " - и с этими словами Анатолий показал на кобуру с наганом у одного из южновьетнамцев. Американец застыл на мгновение, а потом захохотал. Он повторил предложение русского майора по английски и рейнджеры тоже радостно заржали. Американец жестом потребовал у вьетнамца Наган и положил его на стол перед Анатолием.
Майор демонстративно разрядил револьвер, вложил шесть патронов в барабан, крутанул его, взвел курок, приставил дуло к виску, зажмурил глаза и нажал на курок... Раздался громкий металлический щелчок, Косяков усмехнулся и положил револьвер на стол. Бакер был хладнокровен как удав, он два раза беззвучно хлопнул в ладоши изображая аплодисменты и протянул руку к нагану, вопросительно посмотрев на русского майора. Анатолий развел руками и улыбнулся приглашающее. И тут внезапно Куан затрещал как цикада в ночи, слова сыпались из него потоком и судя по лицу американца, эти слова ему не нравились. Майор Бакер поднял со стола Наган, зачем-то взвесил его в руке и внезапно наведя его на Куана, нажал на курок. Грохнул выстрел и предатель получивший пулю прямо промеж глаз, рухнул на циновки. Американец улыбнулся своей заторможенной улыбкой и сказал: - " Вот теперь все по правилам. Ведь после Русской рулетки должен оставаться хотя один труп. Но ты меня все равно удивил русский, с твоим везением только в рулетку играть, так что приезжай в Лас-Вегас, озолотишься. Ну ладно, как говориться к вас в России - уговор дороже денег. Сейчас я и мои люди уйдем, а ты уж сам тут решай как и что " -
Дальше все было просто. Ребята постреляли в воздух возле сарая, где лежали их связанные подопечные и торжественно их освободили. Когда миниколонна из джипа и газика подъехала к мосту, там уже были ПТ-76 и Т-34 Въетконга. Майор Косяков автоматически посмотрел на часы, было 12 часов 15 минут, он тогда еще не знал что именно сегодня 30 апреля 1975 года, в эти минуты. танк Т-54Б с бортовым номером "833" въехал во двор Президентского дворца в Сайгоне. Вьетнамская война закончилась.
Когда четверть века спустя Анатолий рассказал эту историю одной своей подруге, у которой останавливался во время командировок в Новгород, она пришла в дикий восторг и сказала что тут и счастье, и везуха, и смелость, и вообще за это надо выпить. Анатолий с готовностью долил в стаканчики золотую текилу и смущенно сказал, что особой смелости и счастья тут не было и в ответ на недоуменный взгляд девушки произнес следующее: -" Мат часть надо изучать прилежно. Американец по своей простоте не знал, что барабан семизарядного револьвера Нагана в отличие от шестипатронных американских, британских и прочих своих собратьев имеющих барабаны, имеет несколько иную инерцию вращения барабана, и при должном знании матчасти и умелом с оной обращении, имел практически полную гарантию безопасности. Пустое гнездо при хорошем без заеданий вращении,и грамотной руке, как более легкая часть ротора всегда оказывается наверху барабана, под ударом курка, тем более что наган был все время при деле и все части были хорошо приработаны, да и ухаживали за ним заботливо. Ну а что бы все вообще было хорошо, надо в процессе, Наган слегка встряхнуть. Такой вот Лас-Вегас.

50

ПРОКЛЯТИЕ ДРЕВНИХ ШУМЕРОВ

Самое начало 90-х.
Карина – толстая веселая армянка на тонюсеньких каблучках, всегда была желанной гостьей нашей общаги. Она постоянно вносила апельсиново-клубнично-шоколадные оттенки в наш черно-белый студенческий ужин. Черно-белый, потому что белые макароны в черной кастрюле. Но любили мы ее не только за это, хотя за всех говорить не стану.
Итак, Карина - дочь богатых родителей, вполне была уверена, что этого качества ей хватит на всю ее долгую и счастливую жизнь.
Папа снял дочке трешку на Васильевском острове, но Карина частенько от скуки приезжала в общагу потыкать шпильками наш старый стертый линолеум.
Вся ее Питерская жизнь заключалась в том, чтобы проснуться от полуденного пушечного залпа, поймать такси, приехать в очередной Апраксин двор, растянуть краешек глаза, чтобы точнее сосчитать количество нулей на ценнике, вручить продавцу тяжелую пачку обесцененных денег и стать владелицей очередного шелкового топика.
Ах да, еще Карина любила учиться и подходила к этому делу со всей возможной ответственностью. В конце-концов, папа именно за этим отправил дочку в Питер и каждый месяц из Еревана присылал ей по четыреста стипендий.
Никто и никогда не видел Карину на лекциях, спать удобнее дома.
Ее учеба начиналась и заканчивалась только во время сессии.
К каждому преподавателю был свой подход. Одному ящик фальшивого армянского коньяка, другому - целую сумку дорогих продуктов, а кому-то хватало и скучной книжки по искусству.
Проще всего было платить деньгами, но в те времена не все еще брали…
Так Карина медленно, но верно и продвигалась к своей цели – красному как Феррари диплому.
За всеми этими заботами незаметно подкрался пятый курс.
Курс засел за написание дипломных работ.
«Ботаники» потянулись в библиотеки, а все прочие потянулись к бывалым аспирантам, чтобы те долларов за 100-120 накропали бы в лучшем виде.
Работа закипела и только для Карины, библиотека - сразу нет, нехрен там делать, там даже поржать не с кем. Аспиранты, тоже не уровень, она как всегда поступила по-своему и скромно постучалась в кабинет завкафедрой.
Вошла:
- Здрасьте Борис Иваныч. Я бы хотела с Вами посоветоваться по поводу диплома.
- Вы до сих пор не можете выбрать тему? Советую взять шумеров. Очень благодатная тема, только ее почему-то все опасаются.
- Да мне все равно какая тема, главное, чтобы был красный диплом. Признаюсь Вам откровенно - после института я выхожу замуж за сына друзей моего отца. Очень солидные и порядочные люди, так вот они поставили условие, чтобы обязательно у невесты был красный диплом, мол, если не красный, то невеста пять лет непонятно чем… ну Вы понимаете.
- Подождите, а я чем могу Вам помочь? Не понимаю. Напишете диплом на отлично, защитите свою работу - получите красный.
- Я и говорю, что мы с будущим мужем после свадьбы уедем в Нью-йорк, а там нет, ни древних, ни простых шумеров, там даже диплом нашего института никому нафиг… извините.
Я конечно могла бы обратиться к любому Вашему аспиранту, чтобы мне написали, но боюсь, на защите у меня могут что-то спросить и все – засыпалась, поэтому самое лучшее, если диплом напишете Вы. Во первых Вы его наверняка напишете очень хорошо, а во вторых, как председатель комиссии не дадите никому грузить мне мозги и задавать тупые вопросы.

Борис Иванович набрал воздуха и заорал:
- Пошла во-о-о-он!!! Как ты смеешь мне, мне, заведующему кафедрой, такое предлагать!?

Карину звуком отодвинуло к дверям, она машинально схватилась за дверную ручку, но совладала с собой, не убежала, а ласково продолжила:
- Борис Иваныч, Вы наверное не так меня поняли. Это же не бесплатно. Я дам Вам пятьсот долларов.
- Шт-о-о-о!!!? Во-о-о-о-н!!! Я клянусь, что не то что красного, а и простого диплома Вам не видать, как своих ушей! Сейчас же иду к ректору ставить вопрос о Вашем отчислении. Хамка!

Испуганная Карина опять схватилась за дверную ручку и прошептала:
- Тысяча…
- Девочка, ты еще здесь? Все! До-сви-да-ни-я!
- Две…
- Ну какая Вы наглая. Мне сорок восемь лет и уже поздно менять свои принципы. Не все, деточка, в этом мире измеряется деньгами. Можете сразу идти в деканат и добровольно забирать свои документы…
- Три…
- Три тысячи долларов?
- Да…
- Нет!
- Четыре…

У свирепого Бориса Иваныча глаза вылезли из орбит и он обреченно выдохнул:
- Вам искусство и письменность древних шумеров подойдет…?
__________________________________________

Прошло полгода.
Бориса Ивановича как подменили, он стал каким-то заторможенным. Взгляд потух, куда-то подевался искрометный юмор. Да и весь он как-то скукожился, посерел и постарел.
Зато стало известно, что он наконец перебрался с мамой из коммуналки в отдельную квартиру. Даже на кафедре проставлялся.

До госэкзаменов оставался месяц.

Карина стала замечать, что завкафедрой ее побаивается и избегает. Один раз, даже на другую сторону улицы перешел и стал завязывать шнурок, чтобы только с ней не здороваться.
Хотя может показалось.
Карина:
- Борис Иваныч, а мой диплом еще не готов, а то хотелось бы его хоть почитать?
- Кариночка, голубушка, да зачем Вам его читать? Главное, чтобы работа была на пятерку. У меня все под контролем, не переживайте. Чуть-чуть осталось.

Неделя до госов.

Карина:
- Борис Иваныч, уже можно забрать свою работу? Мне ведь еще красивый переплет делать.
- Осталось пара страниц, я ведь хочу, чтобы все было на уровне. А кожаная обложка у меня есть. Красная, как Вы любите.

Оставались два дня.

- Борис Иваныч, я уже волнуюсь.
- Не переживайте, Ваша работа готова. Этой ночью все закончил, только замотался, забыл с собой захватить. Завтра встретитесь со своими древними шумерами, полистаете. Все будет хорошо.

Наутро Карина примчалась к завкафедрой, но кабинет почему-то был закрыт и никто не знал, отчего Бориса Иваныча нет в институте. Домашнего телефона на новой квартире у него пока не было, а мобильниками в те годы пользовались только киллеры в перестроечных боевиках…

За пять долларов Карина в деканате купила домашний адрес, поймала такси и помчалась за своими шумерами в красном кожаном переплете.
Позвонила в дверь, ей открыла старенькая заплаканная бабушка.
Карина:
- Добрый день, тут живет Борис Иваныч?
Бабушка разрыдалась:
- Нет больше моего Борюсика. Только что увезли в морг. Кровоизлияние, лопнул сосудик. Довел его ваш институт…

Карина попросилась поискать «свою» красную папку, всю квартиру перевернула, но так и не нашла. Не было ее.

Диплом она так и не получила, ни красный, ни синий.
Вскоре из Еревана приехал маленький, толстенький армянский папа и пинками погнал непутевую дочку обратно домой…