Результатов: 9

1

Мужская сборная России по баскетболу не поедет на Олимпийские игры в Токио. Команда проиграла в отборочном турнире слабым мексиканцам и середнячкам немцам. Поселившиеся в Олимпийской деревне спортсмены жалуются на жуткие условия : многонаселённые комнаты, с микроскопическим туалетом, без холодильников и телевизоров, низкие потолки, ну и,конечно, на картонные кровати.

Хитрожопые японцы всех соперников убрали,
чтобы на Олимпиаду они вовсе не попали.
Все рядили и гадали
почему баскетболисты матчи слабакам просрали.
Сейчас это не секрет ,
в Токио желанья нет.
Двухметровые гиганты любят очень часто жрать,
но япошки умудрились холодильники зажать.
Рухнет даже и без тёлки их картонная кровать,
в туалете для пигмеев не удастся им посрать.
Можно и ежу понять,
лучше почему просрать
и ещё 4 года до победы подождать.

2

НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ

Когда жизнь сталкивает нас с соплеменником или соплеменницей, мы всегда интуитивно надеемся, что добиться взаимопонимания с ним или с ней будет легче, чем с представителем любого другого народа. На биологическом уровне это в большинстве случаев работает. Собаке с собакой проще найти общий язык, чем собаке с кошкой. Но если кошка выросла в доме, где есть несколько собак, возможны нюансы. В человеческом обществе, где вдобавок к биологическому есть социальный и культурный уровни, нюансов оказывается невероятно много. А в Америке ХХ века, великом плавильном котле, они часто принимали (и принимают сегодня), довольно экзотические формы.

Подруга моей жены Джесс Пладсен родилась в Калифорнии от родителей-японцев, которые тоже родились в США. Внешне она классическая японка: миниатюрная, изящная, с иссиня-черными прямыми волосами и тонкими чертами лица. Но японский не знает, в доме у нее ничего японского нет, с японцами не дружит. И вообще не испытывает какой-либо интерес к далекой восточной родине предков. Замуж вышла за норвежца и выучила норвежский. Одним словом, типичная американка.

К двадцати годам незаурядный музыкальный талант и редкое упорство привели Джесс в знаменитую нью-йоркскую Джульярдскую школу, которая в России назвалась бы не школой, а консерваторией. Было это в 80-е годы прошлого века, когда японцы в США перестали считаться врагами, и японская культура победоносно двинулась с Западного побережья на Восточное. В авангарде атаки шла японская кухня. Суши-рестораны открывались в Нью-Йорке один за другим.

Один из таких ресторанов появился недалеко от места, где жила Джесс, и ей там понравилось настолько, что вскоре стала завсегдатаем. Японцев в Нью-Йорке и сейчас немного, а тогда было совсем мало. Поэтому хозяин ресторана просто не мог не обратить внимание на симпатичную юную японку, и вскоре подошел познакомиться с соплеменницей. Он заговорил по-японски и был сильно разочарован ответом на английском. Но отказаться от мысли, что Джесс все-таки своя, у него не получилось. Растрогался, рассказал, как приплыл в Америку матросом, как под влиянием мгновенного импульса сошел с судна и больше на него не вернулся. Судьба нелегала в США всегда была трудной. Хозяину достались все ее прелести. Но он не сдался. Скопил деньги, нанял адвоката, получил вид на жительство, научился готовить суши, открыл ресторан. Жизнь наладилась, но было в ней черное пятно: у хозяина не было диплома суши-повара. Американцы к дипломам довольно равнодушны – справляешься со своей работой, и ладно. Но у японцев многое не так как у других. Отсутствие диплома, похоже, действительно омрачало ему жизнь.

В один прекрасный день он подошел к столику читающей меню Джесс и с гордостью сообщил, что с сегодняшнего дня у него работает дипломированный суши-повар, которого он выписал из Токио. На американизированную Джесс это особого впечатления не произвело. Она заказала свои любимые суши из лосося и уткнулась в учебник по композиции. Принесли заказ. И тут молодые девичьи глаза обнаружили на коже лосося несколько чешуек. Джесс подозвала официантку, попросила забрать суши и предупредила, что платить за них не собирается. Официантка позвала хозяина, хозяин – повара. Повар появился с ножом в руке и выглядел, как бы это сказать, недовольным.
- Я, - заявил он, - дипломированный повар и мои суши именно такие, какими должны быть настоящие суши. Чешуйки оставлены намеренно, и убирать их я не собираюсь.
Джесс, уже немного заведенная, тоже не смолчала:
- А я, - сказала она, - живу в Америке, ем то, что мне нравится, и как мне нравится. А что и как едят в вашей стране мне совершенно безразлично.
После этих слов глаза повара расширились и буквально уперлись в девушку…

Юная особа, чье предки прибыли в Америку на Мэйфлауэр, приняла бы такой взгляд за знак внимания и восхищения. Но не Джесс. Ей вдруг вспомнились лица готовых вступить в бой самураев в фильмах, на которые ее таскал отец. После обмена такими взглядами они начинали схватку. Но перед схваткой один из самураев обязательно выкрикивал странное слово. Именно это слово Джесс совершенно неожиданно для себя выпалила в лицо повару. Тот замахнулся на нее ножом…

Что было дальше Джесс точно не знает. Она предполагает, что сумела выскочить из-за стола и убежать, но пришла она в себя только дома, совершенно не помня, как туда попала. Долго плакала от пережитого шока и от стыда, что не заплатила. С тех пор обходила ресторан десятой дорогой.

Примерно через месяц на улице ее окликнул хозяин ресторана. Вежливо поклонился, поинтересовался, как дела, и спросил, почему она не заходит. Смущенная Джесс промямлила, что, во-первых, она не заплатила, а, во-вторых, боится повара.
- Не бойтесь, - успокоил ее хозяин, - повара вы больше не увидите.
- Вы его уволили из-за меня?
- Нет. Понимаете ли, он принадлежал к старинному самурайскому роду и не смог перенести оскорбление от женщины. Вечером он пришел домой и сделал харакири. Как и следует самураю, написал прощальные стихи. В переводе с японского они звучат примерно так:

Оскорбленному женщиной
В дикой далекой стране
Не пристало жить самураю.
Падает он в пустоту,
Как замерзшая птица падает с ветки
В лютый мороз.

У Джесс брызнули слезы. Хозяин достал безукоризненно чистый носовой платок и вытер ей глаза со словами:
- Не огорчайтесь! Он достойно завершил свой жизненный путь и готов к более счастливому рождению. А вас я должен предупредить, что жуткое слово, которым вы его назвали, теперь связывает ваши кармы. Поэтому никогда не произносите его даже про себя. Иначе в новом рождении он может найти вас и, сам того не желая, причинить вам зло… И не забывайте заходить в мой ресторан. Я вам всегда рад.
………………………………………

Всякий раз, когда мы встречаемся с Джесс и ее мужем, меня так и подмывает спросить, что это за слово. Я не сомневаюсь, что она мне скажет, потому что во всю эту японскую мистику совершенно не верит. И именно поэтому я не спрашиваю. На всякий случай.

Бонус: фотографии суши-поваров из Токио и Гонолулу при нажатии на «Источник»

3

- Китайский журналист на днях назвал большой потерей о. Сахалин для Пекина, японские журналисты называют большой потерей для Токио Курильские острова, а почему молчат монгольские журналисты? - Они давно бьются и просто не могут составить список всех территорий, которые когда то были захвачены их предками- воинственными туристами. Бумаги не хватает.

4

Про суши на одной шестой части суши

В пятницу позвонила супруга.
— Нас вечером Булкины на суши ждут, — сообщила она, — рассказывать будут, как в Токио слетали, смотри, не опаздывай.
Суши, так суши, дело хорошее. Я приехал с работы пораньше и мы, быстро собравшись, к семи уже были на месте.
Дверь нам открыл Булкин и, поклонившись, громко произнёс:
— Коничива!
Мы с супругой переглянулись.
— Это ж здрасьте по-японски! — довольно пояснил он. — Я там много слов выучил - коничива – здрасьте, саёнара – до свидания, аригато – спасибо. И раз уж мы с тобою друзья, ты можешь называть меня Булкин-кун. А Ирку - Ирка-сан.
— Проходите руки мыть, — выглянула Ирка из кухни. — Сейчас мы будем мисо суп есть.
Мисо суп мы с женою любили. Не то, чтобы мы были знатоки, но время от времени захаживали в «Банзай» возле её работы и какое-то представление о японской кухне имели.
Поэтому, зачерпнув первую ложку и обнаружив в ней добрую половину гречки, я несколько удивился. Жена тоже была заинтригована.
— А почему у вас в мисо супе гречка? — осторожно поинтересовалась она у Булкиной.
— Да наешься что ли ихней соей? — махнула в ответ рукой Булкина, — через час опять голодный. Вы, давайте, ешьте, сейчас суши будут.
Тут Булкин сходил на кухню и принёс большую заледеневшую бутылку с нарисованной веткой сакуры.
— Саке! — с помпой провозгласил он. — Греть, конечно, не будем, хотя и надо, даже на пробке градусник есть, смотри, нажал – открыл.
— Ну, да, интересно придумано…
— И всё у них так по уму, ничего лишнего, — согласно закивал Булкин, — вот, хочешь ты, к примеру, жениться. Подходишь такой к девушке, коничива, дескать, и сходу - будешь готовить мне мисо суп? Если да, то за шиворот её и в загс. А оттуда тащишь её к себе на татами.
— Хватит тебе! — одёрнула его Ирка и улыбнулась. — Но девки у них и вправду мультяшные...
Когда мы покончили с супом, Ирка-сан вынесла большой керамический поднос с блюдом ромбовидной формы и с двумя рядами суши на нём - продолговатых рисовых долек, на каждой из которых сверху лежало что-то вроде небольшой котлетки.
Сбоку, где обычно кладут имбирь, высилась гора свежей зелени, а с другой стороны блюда на деревянной дощечке стояло множество маленьких плошек с какими-то соусами.
— Нигири! — поставив поднос и поклонившись, громко возвестила Ирка-сан.
Мы все зааплодировали и она улыбнулась, довольная произведённым эффектом.
— Я раньше из всех морепродуктов только шашлык и пробовал, — тоже рассмеялся Булкин и разлил нам по рюмкам саке, — а сейчас вот подсел на эти суши, не оторвать! Ну, давай что ли...
Мы чокнулись и выпили, закусив нигири. На вкус было ничего, даже вкусно, похоже на...
— Щука! — подтвердили Булкины в голос. — мы её с салом прокрутили!
— А мы как-то с сёмгой больше пробовали, — сказала моя супруга, — и с лососем.
— Они же давно все искусственные, — убеждённо сказала Булкина, — передача даже была, где их как поросят разводят… вы берите, берите...
Все дружно принялись за суши, под которые мы с Булкиным успели ещё пару раз выпить саке, которое мне всё больше начинало нравиться.
Когда блюдо опустело, Ирка ушла на кухню, откуда вскоре опять появилась с полным подносом. Подойдя и поставив его на стол, она снова церемонно поклонилась и торжественно объявила:
— Футомаки!
Футомаки, надо сказать, выглядели несколько странно. Наверное, из-за своих размеров. Прежде таких огромных роллов я никогда не видел. Высокие и толстые, они были похожи на небольшие пушечные снаряды. К тому же, у них был необычный тёмно-бежевый оттенок.
— Это у нас водоросли разваливаются, — заметил Булкин-кун мой взгляд, — так мы в блины приноровились заворачивать.
И он с аппетитным хрустом откусил сразу половину своего футомаки, показав в оставшейся половине большой зелёный диск.
— Ирка сразу целый огурец кладёт, — пояснил он, — чё там эти кусочки... ты, вон, сверху намазывай...
Он пододвинул мне блюдце, на котором лежал здоровенный ком зеленовато-бурого оттенка.
Я намазал свою футомаки и попробовал. Горло обожгло словно огнём и затопило чем-то горячим и липким.
— Ну как? — поинтересовался Булкин-кун
Я покивал, не в силах ответить и вытер слёзы.
— Это я их васаби с нашим "хренодёром" намешала! — радостно сообщила Ирка-сан — Хрен и хрен, какая разница, наш тоже горло дерёт будь здоров, я его селитрой поливаю...
— Мы сперва все эти ингредиенты для суши в "Метро" покупали, — вмешался Булкин-кун, — а потом думаем, зря у нас дача что ли?
Ирка-сан согласно закивала головой:
— Чего нам вообще на этих покемонов смотреть? — она привстала и положила всем ещё по одному роллу. — Мы-то не на острове живём, у нас, вон, в теплице "бычье сердце" уже в начале июля вызревает, помнишь тебе давала?
— Помню, помню, — подтвердила моя супруга.
— Или, вот, у них соус только соевый. — показала Ирка-сан на одну из плошек. — Солёный - жуть, я его есть не могу. А у нас - вот тебе и кетчуп с аджикой, и майонез с горчицей, и ещё три соуса домашних, макай себе куда хочешь...
После футомаки Булкина подала зелёный японский чай, в который она для вкуса добавила ромашку с иван-чаем и мы с женой, уже ничему не удивляясь, пробовали новую партию суши с их дачной редиской, свёклой и даже с горохом.
Потом все сели смотреть на планшете фотографии из их поездки. К тому моменту мы с Булкин-куном уже допили саке и он временами полностью переходил на японский, комментируя очередное фото короткими и резкими гортанными звуками. Как ни странно, я его прекрасно понимал, хотя Ирка-кун и начала тревожно на нас поглядывать.
Уходили мы уже после полуночи, когда в Токио, как сказал Булкин-кун уже наступило раннее утро. Потому что, только там оно и наступает, объяснил он и Булкины, поклонившись нам на прощание, сказали:
— Саёнара!
— И вам саёнара! — сказали мы с супругой и, тоже поклонившись, добавили. — Аригато!

© robertyumen

5

Хотел бы я гордиться страной? Да, наверно хотел бы, а почему нет?
Хотел бы приехать в Берлин — а там все немцы на наших "Жигулях" и "Волгах". На "ИЖах" и "УАЗиках" колесят по разбитым своим дорогам. А "Москвич" АЗЛК — так и вовсе у них культовый автомобиль, доступный только избранным. Бандиты на нём авторитетные и политики верхнего эшелона только разъезжают.
А своего автопрома у них нет абсолютно. Ну, то есть номинально вроде как имеется, конечно, но покупают местное дерьмецо разве что совсем уж конченные неудачники.
И сами немцы даже над своими машинами смеются. Так и говорят про них — дас ист шайзе ведро.
А спросишь немца — а почему всё так у вас? И он начнёт, с кислой миной рассказ про то, как после войны восстанавливаются они до сих пор, про то, как на две части стеной их разделяли, про то как Хонеккер всё развалил, а Гельмут всё пропил.
Хотел бы я зайти в супермаркет электроники где-нибудь на окраине Токио, а там — сплошь "Рубины", "Рекорды", "Витязи", "Радуги" да "Горизонты" стоят. А сами японцы ни черта телевизоры делать не умеют. Бывает сделают, конечно, но такая гадость получается — курам на смех. Затеют какой завод строить по выпуску телевизоров, или, скажем, стиральных машин — и ничегошеньки то у них не выходит. Всё разворуют, растащат, а чего не разворуют — то поломают, криво прикрутят и пропьют. Спросишь, зачем пьёте да воруете — а они, и без того узкие глаза прищурят, и ну про Хиросиму с Нагасаки слёзные истории рассказывать. Мол такое то мы пережили, где ж теперь нормальные телевизоры то делать? Ну сам подумай! Така уж у нас текучка, така текучка.
Ну не их это — электронику создавать. Нет таланта у людей, не дано.
Хотел бы, что бы весь мир чутко замирал в ожидании выхода нового нашего смартфона. Чтобы ажиотаж был, слухи чтобы ходили — а сколько стоить будет, а какой дизайн, а по какое?
Что бы очереди за ним, давки, драки. Что бы в кредиты люди влезали, в долги, но всё равно покупали бы.
Хотел бы приехать в США, и там мне какой-нибудь реднек, узнав откуда я, сходу начал бы бахвалится, как дед его Ла-Манш героически форсировал, и что Армстронг — первый человек на Луне. А я бы ему так спокойно, вежливо — а ничего, уважаемый американец, что и джинсы, и телефончик, и автомобильчик и прочие гамбургеры ты жрёшь наши, посконные, а своего у тебя кроме Армстронга — ничего то и нету. Да и Армстронг — тоже ещё не факт, что на Луне был. Многие сомневаются в подлинности съёмок.
А он тогда весь как раздуется, как ногами затопает и заверещит про ракеты, которые ещё при Рейгане сделали, про то, за сколько минут они долетают и в какой пепел всё сжигают. И опять про деда и Армстронга, и про то, что не любит его никто, хотя он и хороший, весь в деда. Или в Армстронга.
Хотел бы, что бы в Париже страшно ценились бы одеколоны "Шипр", "Саша" и "Тройной". А всякие там зловонные их "Кензо" и "Шанели" продавались бы только в отделениях "Почты Франции" да в киосках "Парижпечать" за смешные копейки и исключительно в качестве пойла для опустившихся алкашей.
Хотел бы, чтобы модницы из Милана приезжали бы в Самару за новыми коллекциями платьев и сумок. Что бы везли бы их потом в свою убогую Италию и там бы продавали соотечественникам с накруткой в 700%.
Хотел бы, что бы каждый дурачок, пишущий про нас гадости понимал, что и интернет, и гугл, и живой журнал и фейсбук, и компьютер и планшет — всё придумали и сделали мы. А он кроме своих писулек ничего никогда не придумает. И что хоть по сто раз на дню он своим Армстронгом пусть гордится, а толку от этого — никакого.
Так бы я хотел, ребята.

6

Бродили по Токио и вышли к синтоистскому храму Намийоке Инари. Он оказался небольшим скромным, но с множеством предметов непонятного назначения. Почему-то меня больше всего заинтересовали лисички в красных передниках. Вы тоже можете их увидеть на http://abrp722.livejournal.com/ в моем ЖЖ.
- Что это и зачем? – спрашиваю я нашего гида.
- Понимаете, - гид немного задумался, - это не лисички, это – местные божества китсуне. А японцы весьма суеверны и частенько этих китсуне о чем-нибудь просят. Делается это так: приносят в храм подношение и красный передник. Жрец каннуси передает просьбу божеству и надевает на него передник. Видимо, что-то в этом есть, так как храм существует уже почти 400 лет, и посмотрите сколько во дворике благодарственных табличек.
- А почему верующие не просят сами?
- Чтобы просьба была услышана, нужны годы духовной практики. Ну, и чтобы не просили ничего плохого.
- А что просят?
- Обычно просили выздоровления от болезни, хороший урожай риса или хороший улов рыбы, но сейчас просят и всякие необычные вещи.
- Например?
- Слушайте, - наш гид оживился, - вы же родились в Советском Союзе, вам будет интересно! Недавно я прочитал в газете, что здесь был какой-то очень важный господин из России. Он предложил миллион долларов, а попросил, чтобы цена на нефть поднялась хотя бы до 80 долларов за баррель.
- И что жрец?
- Каннуси долго думал и сказал господину, что сталкивается с такой просьбой впервые, не знает, допустима ли она, и поэтому должен посоветоваться с более сведущими людьми.
- И что решили сведущие люди?
- Сейчас этот вопрос рассматривает специальная комиссия японского парламента. Если решение будет положительным, его будут утверждать на совместном заседании обеих Палат.

7

Теперь, когда уже прошло несколько месяцев с того дня как со мной произошла эта история, я готов поведать о ней миру. Сразу оговорюсь: все нижеописанное это мои личные впечатления и переживания, и я ни в коем случае не “программирую” как именно поступать тем, кто это прочитает.
Итак, в конце апреля – начале мая этого года мы с друзьями совершили вояж в шокирующую азию посетив Японию и Тайланд. За билеты отвечал я, поэтому мы летели по самым выгодным ценам, которые я только смог найти, самолетами авиакомпаний Japan Air на участке Сан Франциско – Токио – Бангкок, Thai Airways из Бангкока в Пхукет, и обратно на Bangkok Airways в Бангкок, а потом Japan Air через Токио домой в СФ.
В нашей группе предпочтения по самолетной еде стратегически разошлись: себе я заказал кошерную еду, девушкам вегетарианскую, а другу ничего специального не заказывал, потому как он более-менее всеяден и не заморачивается.
Когда на высоте 11 тыс. метров над Тихим океаном миловидные японки начали разносить подносы с едой выяснилось что они чего-то там не проверили и мой заказ на спец. еду не прошел. Стюардессы так сильно и искренне расстроились и так много раз извинялись за неудобства, что ближе к концу полета мы уже начали беспокоиться чтобы они еще чего доброго харакири себе не сделали. Потому как к нам подошли по очереди и извинились все 20 стюардесс обслуживающих этот рейс. Я все ждал капитана воздушного судна, но ему видимо было очень стыдно, и он так и не появился. Бригадирша стюардесс, высокая японка (а такие нам встречались не часто) к которой весь персонал уважительно обращался не иначе как Fiji-san, стоя перед нами на коленях (и про колени я абсолютно не шучу) попросила продиктовать и записала себе в блокнотик весь наш маршрут со всеми остановками и отелями, а потом по телефону прямо с самолета связалась с главным офисом и передала наши вкусовые предпочтения, чтобы на всех следующих пересадках нам приносили только ту еду, которую мы заказали.
Пока мы колесили по Японии, в каждом отеле нам звонили из Japan Air и сообщали что у них уже есть подтверждение на нашу еду и чтобы мы больше не переживали и все будет “газаимас”, хотя мы вообще не парились по этому поводу.
На перелете из Токио в Бангкок мне торжественно вынесли огромный поднос с кошерной едой и столовым серебром и конвертом подписанным не иначе как главным ортодоксальным раввином Бельгии, который чуть ли не лично проверил чтобы кошерность соблюдалась на всех этапах изготовления каждого блюда.
Из Бангока в Пхукет авиакомпания Thai Airways ограничилась кошерным яблоком и бутылочкой талой воды, но и на том спасибо.
Это все присказка. А вот теперь начинается и сама сказка. В Пхукете снова Japan Airways связались с нашим отелем и передали через администратора сообщение что кошерный и вегетарианский заказы уже прошли по их системе и что в самолетах нас будут ждать специальные угощения. И вот мы летим из Бангкока в Токио. Мне приносят поднос кошерной тайской еды, с сертификатом кашрута выданном в Бангкоке. В меню рис с овощами и курица в остром соусе. Не знаю на каком этапе, то ли от жары, то ли потому что кошерную еду в Тайланде готовят заранее и не часто, но курица видимо успела испортиться. А из-за того что соус был острый и с прянностями мой нос и язык не учуяли никакого странного запаха или вкуса и я все это дело с аппетитом съел. И в этом была моя главная ошибка. На подлете к Токио я начал подозревать что отравился, так как меня начало рвать. Сначала пару раз в самолете. Потом еще четыре раза в международном аэропорту Ханеда. Пока мои друзья и жена закупались в Duty Free, я лежал поперек кресел в зале ожидания, стараясь не отдаляться от туалета дальше чем на 30 шагов. Зеленый цвет моего лица служил прекрасным отпугивателем пассажиров, и всякий раз возвращаясь из туалета в зал ожидания, я находил «свои» места пустые, и ручную кладь на месте. Вся кошерная еда из меня вышла только часа через 3-4. К тому времени у меня в желудке не осталось даже желудочного сока, но поскольку отправление было неслабое, я не мог выпить и удержать даже глотка воды – все сразу шло наружу.
Вот умеют же японцы устроить комфорт. Я всякий раз закрывался в туалете предназначенном для матери и ребенка: там была и кроватка для кормления, где я полежал, и ванная с душем, где я тоже полежал, и биде, где я... и музыка играла классическая, и все это в свободном доступе прямо между М и Ж. И такие туалеты, между прочим, в Японии есть буквально везде, даже на станциях метро. Будь я в каком-нибудь другом городе, – наврядли сейчас вспоминал бы эту историю с долей удовольствия и даже какой-то садо-мазо-ностальгии.
В это время, делая очередной круг по магазинам аэропорта, моя любимая жена выяснила что тут есть что-то наподобии аптечного киоска при магазине сувениров и она предложила мне подойти туда и узнать или у них есть какие-то лекарства от тошноты. Японцы довольно замкнутая и самодостаточная нация, и несмотря на то что Токио чуть ли не самый популярный и посещаемый туристами город в мире, даже в международном аэропорту на английском говорят далеко не все продавцы, ну а в аптечном киоске вообще пришлось изъясняться знаками в перемешку с гугл переводчиком. В общем кое-как мы с женой объяснили продавщице что и для чего нам нужно и она закивав головой, пошуршав под прилавком выдала мне маленькую зеленую коробочку приговаривая что-то типа: “ат зивата, для зивата, окей-окей, оригато”. Деваться мне было особо некуда, впереди 12-часовой перелет домой, оставаться еще на день-два чтобы прийти в себя мне совсем не хотелось, так что заплатив 7 долларов по курсу в йенах за лекарство я удалился размышляя над тем, что будет если это лекарство мне не поможет. Также я почему-то сразу забыл сколько именно таблеток сказала продавщица надо принять за раз – одну или две. И решил что наверное все-таки две, чтоб уж наверняка подействовало.
Изучив содержимое коробочки стало понятно что ничего не понятно: все написано исключительно иероглифами, даже цифр нигде не было видно. Еще удивило что вместе с описанием лекарства был вложен листочек с комиксами аниме. “Странные эти японцы”, - подумал я приняв две таблетки, запил водой из питьевого фонтанчика и стал ждать когда мне наконец уже станет легче. По иронии судьбы, в зеленой коробочке оказалось не лекарство от тошноты, а как в том анекдоте про доктора который выписал рецепт слабительного от кашля, чтобы больной чихнуть боялся – так вот мне досталось современное сильнодействующее японское средство от запора. Кстати после приема таблетки стало понятно зачем они всунули комикс в упаковку – сидишь на унитазе и вдвойне не скучаешь. Большую часть следующих 12-ти часов я провел в туалете самолета. Жена сказала что кошерную еду мне выносили несколько раз, но меня никак нельзя было поймать – я в это время с интересом изучал японские комиксы, переодически осмысливая анекдот про армянское радио:
— В эфире передача «Спрашивайте — отвечаем». Товарищ Иванов из села Кукуево спрашивает нас, что такое сольфеджио. — Отвечаем: тут людям жрать нечего, а он выпендривается!
Больше я выпендриваться не буду. Макароны – так макароны. Да, и если вам надо современное сильнодействующее японское средство от запора - у меня еще есть где-то 8-10 таблеток. Комиксы я тоже сохранил. Обращайтесь.

8

— Плохо пить водку на морозе!

— Почему?

— Бутылка по зубам стучит.

***

Звонит мужик с глубокого похмела своему корешу:

— Вась, мы вчера пиво пили?

— Пили.

— А водку пили?

— Пили.

— А коньяк?

— Пили.

— А ракетное топливо пили?

— Ну пили.

— А ты срать еще не ходил?

— Нет.

— Вася, не ходи! Я из Токио звоню!

***

Приходит пьяный муж домой, жена его спрашивает:

— Пил?

— Нет.

— Пил?

— Нет.

— А ну, скажи «Сыктывкар»!

— Ладно, ладно, пил.

***

Выходят два пьяных мужика из бара. Один сразу падает. Другой ставит его. Тот снова падает. Опять ставит — падает.

— Вася, да ты пьяный в попу!

— Сам ты пьяный! Заебал ты меня на голову ставить!

***

— Колян, с тебя тост!

— Да не умею я тосты говорить.

— Нет уж, давай, говори!

— Ну ладно. Козлы вы все и уроды!

— Что?

— Я же говорил, что не умею.

***

Мужик пришел на работу с перевязанной рукой. Приятель спрашивает:

— Что случилось?

— Только между нами! Вчера выпил крепко...

— И что, подрался?

— Да нет. За закуской полез в мышеловку.

***

Иногда кажется, что утреннее зеркало с похмелья показывает не наше лицо, а его неудачный фоторобот.

***

Девушка выговаривает своему другу, студенту-медику:

— Ты же прекрасно знаешь, что алкоголь убивает клетки мозга!

— Да, убивает, но только слабые и нежизнеспособные!

***

П — усть бегут неуклюже пешеходы по лужам,

И — вода по асфальту рекой,

В — едь не ясно прохожим в этот день непогожий,

О — т чего я веселый такой.

***

Люблю боулинг! Это единственное место, где можно пить пиво и при этом думать, что занимаешься спортом.

9

Лет 10 назад с группой коллег были в Токио, и посетили Disney Sea - Море
Диснея, аналог Диснейленда, только с морской тематикой. Зашли на пароход
Коламбия, огромный макет в натуральную величину, посреди искусственного
"моря". Проголодались уже страшно. На пароходе куча ресторанов, зашли в
один. Сели. Смотрим в меню - всё по-японски. Ситуация... И тут один наш
согруппник оживает: смотрите, что написано! Латинскими буквами - B.B.Q.
Я знаю, это БАР-БЕ-КЮ, шашлык, а вы и не знаете, что ли? Вот вы тёмные!
Цена правда 5000 йен порция... зато налопаемся от души! Пока готовится
блюдо, заказали пива. Ждем, пьем. Для справки, на то время 5000 йен по
курсу было 1275 рублей. А мы не бизнесмены, а командированные. А
командировочные, по нормам того времени, на наши деньги 1000 руб/сутки.
Но кушать-то хоццца! Что ж, попали так попали.
Через 15-20 минут приносят нам 5 порций B.B.Q.........
B.B.Q. - это три кусочка жареного морского гребешка. На три глотка.
Коллегу не убили, только потому что... не знаю почему.