Результатов: 22

1

Баллада о четырех страшных воплях

Рассказали восхитительную историю, но длинная получилась, зараза. Сократил как мог. Кому много буков, скролльте.

Конец 80-х. Три свежевылупленные первокурсницы, подружки из отдаленного поселка, приступили к занятиям во владивостокском вузе. Проблемы у них вызвали вовсе не лекции, а обычные уроки физкультуры. Это были, наверно, самые здоровые девки на всем курсе. Но упражнения типа «тачка» (одна подруга шагает на руках, другая держит ее за ноги), прогулки верхом друг на друге, и даже просто бег трусцой всем стадом, им показались невыразимо дебильными.

Самым страшным испытанием оказался козел. У себя в поселке они навидались козлов натуральных и в переносном смысле, но вот коварный гимнастический снаряд был им внове. Козел оказался анальным злыднем. Вроде бы шибко сигали, но поотшибали об него все свои попы, и особенно копчики.

Однажды заметили они в полутемном холле фанерный щит, а на нем список спортивных секций. Записавшись на них, можно было оказывается не ходить на эту чертову физру.

Увы, ассортимент секций был весьма ограниченным. Почти все они уже были заполнены более расторопными первокурсниками, а те, что оставались, напоминали паноптикум. Секцию по грёбле, например, Света удачно срифмовала с неприличным словом. Объяснила подругам, что вот только могучих плечей им и не хватало, для удач в личной жизни.

Хорошим вариантом там выглядела секция по художественной гимнастике. Они подошли к тренеру на нее записаться, отчего он чуть не проглотил свой свисток. Дело в том, что по комплекции девушки представляли собой прекрасные, но излишне щедрые дары приморской тайги, для этого вида спорта противоестественные.

Тренер был челом деликатным, и вместо того, чтобы выразить эту простую мысль, понес какую-то ахинею про то, что им в очень скором времени предстоит стать будущими матерями, и тяжелые нагрузки могут отрицательно сказаться на здоровье плода. Целомудренные подружки заалели до пунцевого цвета. Света, как самая бойкая, решительно бухнула, что все они до выпуска рожать не собираются. Готовы к любым, даже самым тяжелым физическим нагрузкам (лишь бы избавиться от обоих этих козлов – мысленно простонала она).

- Ну, а раньше вы занимались художественной гимнастикой? – вдруг осенило тренера.
- Нет, но мы ходили на танцы! Умеем скакать на скакалке! Ходить на лыжах! Стрелять из ружья! Ставить капканы! - наперебой залопотали девчонки. Наташа невпопад добавила, что она посещала даже кружок мягкой игрушки.

Тренер торопился и выдал главный отпугивающий козырь – что им нужно купить на эти занятия. Я всего не упомню из рассказа Светы, но сам изумился, как много. Там нужен был и специальный топ типа купальника, и короткая юбочка определенного размера, и чешки (типа балетных тапочек, но совсем другое), и дрын с длинной цветной лентой, и обруч для упражнений дома.

Засада была в том, что полки магазинов Владивостока были к тому времени девственно пусты. Найти всё это для трех девчонок было покруче, чем собрать 30 крышек от кока-колы и получить за это приз. Расчет тренера был явно на то, что услышав этот список, они наконец отвянут. Сказал, что места в группе пока есть, но запишет он их, только увидев эти комплекты. С тем и убыл, криво ухмыляясь.

Через неделю он чуть не подавился своим свистком вторично. Девчонки торжествующе предъявили ему все три комплекта этой художественной хрени. Один бог знает, чего им это стоило. У тренера просто язык не повернулся им отказать – записал, сообщил расписание занятий и место, дворец спорта. Ну или дом физкультурника, я не помню – в общем, очень большое здание.

Занятия начинались ровно в 7 вечера. На первое девушки пришли за полчаса. Хотели заранее освоиться со спортивным инвентарем, чтобы совсем уж не садиться в лужу. Инвентарь им предстояло увидеть впервые, кроме воспоминаний от спортивных передач по телику. Холл здания был пустынен. Мимо несся щуплый мужичок, впоследствии идентифицированный ими как администратор Михалыч. Они сообщили секцию, объяснили, что впервые, и спросили, куда им дальше идти.
- Спортзал №6, вооон там по коридору. Но сначала сюда – в раздевалку, там наденете спортивную форму. Если ячеек свободных нет, переоденетесь прямо в спортзале, ничего страшного, это полностью женская группа.

Ячеек свободных оказалось всего две, кое-как удалось затолкать туда вещи. Девушки с волнением облачились в новые наряды и глянули в зеркало, воинственно сжав дрыны с лентами. Вместе они производили сильное впечатление. Перефразируя классика, все худенькие девушки похожи фигурами друг на друга, а вот все одаренные природой одарены по-разному.

Точеная талия Наташи приятно контрастировала с ее мощным бюстом, на котором вместо топа был обычный купальник. Других в продаже не было. Не по размеру маленький, он готов был лопнуть и улететь вдаль, как проколотый воздушный шарик. Юбочка Марины норовила задраться в балетную пачку спереди на ее выразительных ляжках. А прекраснопопая Света в таком прикиде представляла собою зрелище почти порнографическое.

Девушки довольно долго осмысляли увиденное. Резюмировала Света:
– Ой, девки. Как по одиночке мерили, вроде ведь нормально было. А вместе выглядим, как бляди по вызову. Позор один. Ладно, гимнастки эти худющие пусть завидуют, главное чтобы парни в таком виде не увидели!

Выглянула из двери раздевалки в щелочку.
- Ура, коридор пустой! Ну-ка, живо подорвались до зала №6! За мной бегом марш!

Подруги именно подорвались. Разогнаться было где, коридор был просто громаден. Увидев заветную дверь с большой бляхой №6, влетели. Это оказался большой боксерский зал. Они обомлели.

Догадываюсь, что это напоминало фильм "Троя" с Брэдом Питтом. Гимн мужской красоте и силе. Мощные вспотевшие торсы, кое-где посверкивали и задницы переодевавшихся.

Парни их не сразу заметили. Они были заняты – кто бил морду друг другу, кто грушу. Длинные руки, приземистые широкоплечие фигуры, суровые лица. Смахивали на орангутангов. Так девчонки потом их и прозвали – между собой, разумеется.

Посреди возвышалась спиной к ним исполинская горилла – тренер. Его партнер заметил девчонок первым. За доли секунды перед тем, как отправиться в нокдаун, он успел встретиться с ними взглядом и улыбнуться. Тренер отправил его в полет со зверским ревом:
- МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТАТ!!!

Как потом выяснилось, это был его постоянный возглас. Типа «Ом-хохом!» у буддистов. Исполнялся с потрясающей энергией и харизмой. После такого вопля даже мышь бросилась бы тут же бить морду коту Ваське. К счастью, девушки не видели выражения его рожи при этом. Но всё равно, Света потом признавалась, что после такого вопля, когда все парни вдруг обернулись и уставились на девушек вместе с тренером, ей остро захотелось сделать книксен и обоссаться одновременно.

Смеха, однако, со стороны парней не последовательно. По их лицам медленно расползались восхищенные, недоуменные, недоверчивые улыбки. Они как будто боялись спугнуть эту стайку забредших к ним ненароком прекрасных нимф. Такие рожи бывают у тех, кому в передаче «Скрытая камера» внезапно вываливают под нос голые сиськи.

Света собрала остатки духа и энергично помахала дрыном с лентой:
- Привет, ребята! Мы – ваша группа поддержки! А что, художественная гимнастика в этом же зале?

Тренер вдруг яростно заорал:
- Михалыч, я же сказал тебе прибить номер!
с такой громкостью, что Михалыч его несомненно хорошо расслышал. Где бы он ни находился. Вот тут все парни разом и грохнули. Девушки, вообще не врубившись в тему с номером, на всякий случай тоже захихикали. В зал ворвался Михалыч. Глянув на девушек, тут же зашелся скрипучим смехом а-ля дед Щукарь. Хор был еще тот.

Оторжавшись, тренер вышел наконец из образа жуткого Кинг-Конга и добродушно объяснил:
- Девушки, извините пожалуйста. Художественная гимнастика в шестом зале, дальше по коридору. А это девятый. Просто у таблички шуруп отвалился, и она вверх ногами перевернулась…

Перевернувшаяся табличка сломала лед в отношениях залов 6 и 9. Группы первокурсников были только что набраны, худенькие гимнастки мало интересовали свирепых боксеров. А вот на секси-трио боксеры стали заходить после своей секции. Постепенно разглядели и других девушек, любуясь их упражнениями. Завелись ухажеры. Всех девушек, кого некому было провожать поздним вечером, стали провожать орангутанги. Живо разобрались между собой по симпатиям. Возможно, крепко набив перед этим друг другу морды на предыдущем занятии.

Появился ухажер и у Светы. Оказался очень застенчивым, несмотря на устрашающую физиономию и фигуру. Провожал до дома всегда, но целоваться не лез. И вообще держался ровно. Типа, случайно мимо проходил. Звали его Гошей. Однажды, когда под ногами уже кружили золотые и огненные листья, предложил ей остаться в зале №9 после занятий – поставить ей самозащиту. Она согласилась. Дал он ей поначалу довольно странные задания, а поглядев, поставил ей не самозащиту, а диагноз:
– Знаешь, Света, драться все-таки не бабское дело. Во всяком случае, не твое. Против гопников не устоишь. Как ни тренируй. Спринт вот у тебя неплохо получается. Мало таких бегучих видел. Но дыхалка так себе. На длинной дистанции мужик все равно догонит. В твоем случае идеальная тактика такая – выбираешь из гоп-компании самого трезвого и жилистого. Обычно это лидер группы. Он к тебе и пристанет. Твой единственный шанс – неожиданный, меткий, сокрушительный удар по яйцам. Ноги у тебя сильные. Но все равно - только ему, дальше спринт. Ну что, давай тренироваться.
- Эээ, Гоша, а тебе не будет больно?
- А ты попробуй попади!

Попасть Гоше по яйцам оказалось действительно не проще, чем голыми руками кастрировать дикобраза. Он был феноменально увертлив. Начав с осторожных пасов, Света вскоре уже яростно фигачила вовсю. Поняла, что даже задеть бедро этой поджарой неуловимой фигуры, не говоря уже о ее яйцах, было невозможно. Он как будто танцевал сумасшедший брейк. В крайних случаях, отбивал удары бережными движениями вездесущих рук. Света танцы любила и заценила пластику.

Через пару дней тренировок Гоша начал откровенно скучать в своих увертываниях. Стал развлекаться пародиями на фирменный рык своего тренера. Про результат. Но на разные лады. Фантазия его была неистощима. Света была смешлива и уходила хохотать при каждом вопле, как в нокаут. Но Гоша в этих вокальных упражнениях слегка расслабился. Через неделю он дождался результата. Она собралась, сосредоточилась, и отвесила в абсолютном убеждении, что Гоша и на этот раз как-нибудь выкрутится. Собралась полюбоваться причудливому прыжку мастера. Но Гоша слегка зазевался. Его вопль можно записать как:

МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТААААУУУУЫЫЫЫБЛЯЯЯЯЯ!!!

На этом упражнения по яйцам были решительно Гошей закончены. А вскоре закружились первые снежинки и наметилась трещина в их отношениях – Света влюбилась по уши в своего преподавателя. Молодой, представительный, обходительный. Потрясающе интересен в разговоре и весьма инициативен в отношениях. Застенчивый орангутанг Гоша с ним рядом не стоял. С ним и поговорить-то было толком не о чем. Разве что по яйцам ему фигачить, да и это уже пройденный этап. В общем, когда Гоша, заметив ее гуляющим с преподом, хмуро пригрозил набить ему морду, Света сказала так:
- Дай мне определиться. Если увижу его избитым – у тебя никаких шансов. Никогда.
Гоша бить морду не стал, и вообще отстал.

Однажды, когда снег накрыл наконец этот бесснежный город, случилось Свете гулять с преподом в тихом парке вечером. К ним пристали порядком бухие гопники. Один с ходу засветил в табло преподу, другой нежно, но крепко обнял Свету.

И тут с ее возлюбленным случилось поразительное. Он дал такого деру, что позавидовал бы любой спринтер. Испарился в мгновение ока. Растаял, как снежинка на ресницах. А Света осталась наедине с тремя гопниками. Грусть.

Действовала автоматически, молниеносно. Лидер компании на уровень Гоши не потянул. Прозевал с первого удара. Такому воплю могли бы позавидовать даже мамонты в период гона.

Второй от нее в ужасе сам отлепился. Хотела она допинать обоих, но вспомнила завет Гоши и выдала свой фирменный спринт. Преследовавших не оказалось.

А с Гошей они через год поженились. Долго откладывали детей. Сначала до выпуска, потом грянули «один раз живем» 90-е. Дооткладывались до того, что сейчас у них пятеро. Заводили по мере становления бизнеса, с большими перерывами. Планировали двух - мальчика и девочку. Но Гоша упертый – как Авраам родил Исаака, так и он должен был родить сына. А сын никак не получался, шли только дочки. Света тоже очень переживала.

Когда в пятый раз перестали предохраняться, уже в середине нулевых, он в отчаянии заорал в самый неподходящий момент:
- МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТА-А-АТ!!!

Если говорить об оргазме, то результат этим воплем был безнадежно испорчен. Ибо трудно сочетать оргазм с хохотом. Но получилось наконец - у них родился сын. Веселый растет парень…

2

ДРУГ ПОЗНАЕТСЯ В БЕДЕ.
Историю рассказал мой товарищ, мой друг, мой тренер в качалке.
Рассказал со слезами, эмоционально, нахлынуло видно.
Он вообще душевный человечек, военный, здоровенный, о*енный дядька 67 лет. Дедом его не назвать. Выглядит лет на 50, не больше. Звание полковник.
Дело было в советское время. Служил тогда мой тренер капитаном на севере. Заместителем командира какой-то воинской части, коих в то время разбросано было, по несуществующей теперь стране, немерено. И частей вокруг тоже было громоздя, всякого назначения.
Сам поселок состоял из деревянных бараков, обнесенных колючей проволокой. Это был военный городок. Дело было зимой, в преддверии Нового Года. Помимо всего неподалеку от территории находился штаб горноразведывательной группы, не знаю как правильно они называются, и ферма с лисами или соболями, честно говоря не помню, с лисами или соболями, но это не важно. Важно то, что в вечер того события с этой фермы раздавался страшный шум, чего обычно не происходило. Этот шум, смесь лая с воем, был слышен на весь поселок. В зимней кромешной тьме и жутком морозе и без того пробирающем до костей, он наводил ужас.
В тот день наш главный герой заступал дежурным по части. Предвидя тревожные события, товарищ капитан (мой тренер) отдал приказ помощнику дежурного по части (своему товарищу) оставить прогреваться дежурный УАЗик у входа в штаб, и быть готовым пожарной команде в течение всего дежурства.
Предчувствие оправдалось.
В 2 часа ночи по местному времени поступило сообщение о пожаре на складе горноразведывательной группы. Приехав на место со своим товарищем, не только по оружию, но и по жизни, со своим другом, с помощником дежурного по части, он увидел, что горит дощатый склад. Они пробрались во внутрь с обратной стороны от возгорания и начали обследовать склад на предмет опасности. В ходе проверки были обнаружены ящики с взрывчаткой, причем уже горевшие ящики. Во всей этой суматохе у помощника провалилась нога между ящиков и застряла. Ситуация плачевная, если не сказать больше. Каждый ящик весит более 100 кг. Так получилось, что чтоб освободить ногу надо было разобрать весь стеллаж. Их внутри склада было только двое. И вот ситуация. Вот-вот сдетонирует взрывчатка, вот-вот и они оба трупы. Один плачет и орет, чтоб его друг спасался. А второй плачет и раскидывая стеллаж с ящиками орет, что без него не уйдет.
Итог понятен. Конечно все это сдетонировало и взрывалось всю ночь. Конечно фейерверк взрывов раскрасил зимнее небо северного поселка, и весь поселок не спал. Весь поселок был оглушен, и «встречал» Новый год огнями пожара и взрывов. А наши главные герои остались живы благодаря смелости, силе и дружбе. Благодаря отважности советского офицера, в тот момент капитана, а сейчас моего тренера. И встретили тот очередной Новый год вместе, живыми и здоровыми. А ведь до смерти оставались минуты, если не секунды.
Желаю всем встретить Новый год живыми и здоровыми и каждому иметь такого друга!

3

Очень много букаф. Ностальгическая. С благодарностью к первому тренеру.

В далеком советском детстве не было компьютеров и плэйстейшн. Но бывали свои маленькие радости. Например, играть во дворе в хоккей весь день напролет. Потому что мороз -46 и по радио объявили, что в школу можно не идти. Но это уже классика. А вот случай, произошедший со мной лично был несколько не типичный.

Была у нас в городе Станция Юных Техников - СЮТ. И среди прочих авиа-судо-моделистов и картингистов была в этой СЮТ парусная секция. Вел это парусную секцию весьма своеобразный и интересный мужик. Ни разу не педагог, но фанат своего дела. Художник, кстати, и весьма неплохой. Одним словом - тренер. Даже не так - Тренер.

Как-то раз, всё жаркое лето мы с пацанами под его руководством днями напролет чинили старую яхту, которую он купил в соседнем городе за... Тадам-с! Две бутылки водки! И еще четыре бутылки у него ушло на доставку этого старого корыта в наш городок на пристань. Когда наконец к 31 августа смогли-таки закончить ремонт, мы все дружно заныли:
" - А поход?? Мы же так мечтали на ней в поход сходить. А завтра уже первое сентября!!.."

Но Тренер успокоил нас - впереди выходные. Успеем в поход сходить. До ближайшего соседнего города и обратно.
Только судьба внесла свои коррективы. В первую же ночь похода, пока наша яхта стояла в закрытом уютном заливчике, разыгрался хороший шторм. Соваться в открытую воду на старенькой яхточке было бы самоубийством. Несколько дней мы провели любуясь большими волнами снаружи заливчика и пожирая гигантскую вкуснющую чернику, до которой в тот год не добрались ничьи алчные лапы, кроме наших. И, после того, как шторм утих, мы не стали возвращаться в наш городок, а продолжили поход по запланированному маршруту. По прибытию в соседний город Тренер, оставив нас караулить яхту, рванул на автобусе в родные пенаты. Там обошел всех родителей и честно огрёб от них по полной программе. Пришлось ему также пройтись по нашим школам и написать объяснительные. А также выслушать в свой адрес от профессиональных и "профессиональных" педагогов всё, что они о нем думают...

В общем, имел он моральное право после такого "строить" нас по своему усмотрению. Никто и пикнуть не смел. Одни только припухшие от удивления лица некоторых одноклассников чего стоили, после невзначай оброненной фразы: "В школу что не ходил? Да так... Мы на яхте с Тренером заштормовали - пришлось несколько дней в бухте отсиживаться, пока не утихнет"... В 9-10 лет это дорогого стоило.

А "строил" нас Тренер порой весьма жестко. На его шестиэтажные маты мы со временем даже реагировать перестали. А косячили, все равно, регулярно. Поэтому в случае особых косяков Тренер ставил нас строем и "прописывал" каждому сма-ачный удар в грудину. Как мы с пацанами тогда говорили "в душу". Что интересно, никому из нас даже в голову не приходило жаловаться. Например, родителям или еще куда-то на сторону. Заслужили - получили. Всё логично.

Как-то раз во время очередного такого прописыванья "в душу" один парнишка из наших, стоявший в середине шеренги, спросил:
- Имярек Имярекович! А можно мне не в "душу", а в живот?
- Э... М-мм... Это еще почему?
- А у меня там пресс!!
Тренер и мы все засмеялись. Тренер тут же остыл. И "прописка" прекратилась. Я стоял в конце шеренги - и мне в тот раз свезло...

Прошло несколько лет. Пацаны в секции были все старше меня на год. И после своего восьмого класса дружно уехали в соседний город поступать в мореходку. У меня же впереди был еще восьмой класс, после которого я умотал в Питер в физматшколу. А пока были летние каникулы. В яхт-клубе было затишье. Местный комбинат купил несколько каютных яхт. Для туризма и гонок. Сотрудники комбината выбирались в поход или погоняться только по выходным. Брали, разумеется, и меня. В том числе и потому, что я был самым опытным в клубе яхтсменом после Тренера на тот момент. На яхте обращаться на "Вы" зачастую некогда. И взрослые мужики - инженеры, начальники отделов, техники и так далее, солидные люди, уже с детьми, сразу сказали мне - "обращайся на ты, не парься". И у меня, тринадцателетнего на тот момент пацана, первое время рвался шаблон от того, что на яхте я командовал и говорил им "ты", а на суше не мог себя перебороть и говорил "Вы". Но мужики быстро всё освоили и сами стали хорошо управляться с яхтами.

В будние же дни того лета я маялся от безделья. И как-то раз, в понедельник, когда до следующего похода оставалась еще целая неделя, по привычке пришел на берег. Проверить, все ли в порядке. Посидеть на причале или в "кают-компании" - этакой гостиной на втором этаже того двух-этажного сарайчика-эллинга, который мы с пацанами построили за год до этого под руководством Тренера. Где лежат ключи я, естественно, знал, на правах одного из "старожилов" яхтклуба. В общем, убить время пришел. Но не удержался. Полез на одну яхту что-то поправить. Попутно заметил, что там было что-то не убрано с палубы внутрь каюты. Непорядок - могут украсть. Пошел в эллинг взять в тайнике ключи от каюты. Вернулся на яхту. Всё убрал. И тут как сорвало меня. Не стал запирать, а напротив - вытащил и поставил паруса, отдал швартов, запрыгнул на яхту выбрал якорь и почесал прокатиться. Катался часа два. Потом спохватился, что скоро конец рабочего дня и с завода по берегу пойдут мужики - запалят за этой самодеятельностью...

Через какое-то время я уже регулярно приходил на берег по будним дням ровно к восьми часам - когда на заводе уже шел рабочий день. Ставил паруса и ходил вокруг ближайших островов - километрах в пятнадцати от яхтклуба. Благо погода установилась такая, что после утреннего штиля ветер всегда был хороший - туда и обратно занимало часов пять-шесть. Но... Как-то раз вдруг попал в штиль у островов. Проторчал часа три-четыре. После начался хороший попутный ветер. Я обрадовался было - быстро до причала "доеду" как на трамвае. Поставил паруса на "бабочку" и полетел. Навстречу звиздюлям, вообще-то. Но я немного забегаю вперед...

Ветер потихоньку перешел в шторм. Пришлось встать в левентик и убрать грот. Пилил дальше под одним стакселем. Попутно аж ногами приходилось упираться в стенку кокпита, чтобы удержать руль - яхту то и дело пыталось кинуть в так называемый "брочинг". Подъемное перо руля на вертлюге повернулось аж из вертикального в горизонтальное состояние. Под напором воды от скорости. Зато скорость была - на загляденье. Особенно, когда на волну сядешь и едешь со скоростью волны...

Сейчас-то я понимаю - если бы я узнал, что мой ребенок в тринадцать лет такое вытворяет, наверное, прибил бы собственноручно. Попутно стал понимать и соглашаться с тем тезисом, что "мужчины - это случайно выжившие мальчики".

Уже издалека заметил на причале одинокую фигурку. В воздухе ощутимо запахло люлями. Как сказали бы Ильф и Петров, "Он понял, что сейчас его будут бить и возможно ногами". Но деваться было некуда - в первую очередь надо было побеспокоиться об яхте. Рассчитал траекторию, учтя что в этом месте илистый грунт, а ветер попутный, встал носом к ветру, отдал с носа якорь, вытравил достаточно якорного каната и выждал, чтобы якорь "встал". Убедился, что яхту не несет. Убрал стаксель. Стравил якорный канат так, чтобы корма яхты оказалась в метре-полутора от причала.
Тренер крикнул через порывы ветра - "Кидай конец!" Даже не добавил своих привычных "этажей" в тот раз. Но я сам, поймав момент, когда корма подпрыгнула на волне, выпрыгнул на причал, заложил швартов. После запрыгнул обратно на яхту. Аккуратно сложил паруса и все "концы". Убрал всё, что нужно в каюту и запер. Хозяйским взглядом окинул яхту - все в порядке. И запрыгнул обратно на причал, понимая, что тут мне и "маленькая беленькая лисичка" пришел...

На моё удивление, Тренер не был суров, а стоял и улыбался. В какой-то момент он даже рассмеялся. Сейчас бы я даже сказал, что он заржал. Я, весь в непонятках, стоял и ждал. Наконец, он стал серьезным и спросил:
- Знаешь, почему ты до сих жив?
- Неа...
- Потому что меня гордость взяла. Как хорошо, оказывается, я вас, оболтусов, обучил...

Через некоторое время тренер привел двух четвероклашек из поселка, который был неподалеку от нашего городка. Одного посадил на яхту вместе с собой. Второго "вручил" мне. И мы гонялись в режиме матчевых гонок в акватории нашего городка на тех каютных яхточках, попутно обучая новеньких пацанов. К островам тоже ходили. И в одной из таких гонок, до островов и обратно, я выиграл у Тренера его коллекцию из нескольких десятков журналов "Катера и Яхты", которые он поставил на то, что я не смогу обогнать его ни в одной из этих гонок. Целое сокровище для юного яхтсмена в те доинтернетовские времена! Да и не только для юного, вообще-то, в те времена. Люди тогда за этими журналами буквально охотились. Перерисовывали с них чертежи и, исправляя погрешности самостоятельно, строили по ним собственные яхты...

Сейчас я подозреваю, что он, похоже, специально один раз проиграл, чтобы меня поощрить. Все-таки, Тренер. Но тогда мне было 13. И я принял всё за чистую монету. Видя как он "сокрушается"...

4

Итак, эта печальная и во многом даже трагическая история произошла в городе-герое Москве. Без всякого сомнения она могла бы произойти и в провинции, но именно оттуда в столицу и прибыла главная героиня.
В столице она поселилась у тётки где-то глубоко на окраине, но там прокантовалась недолго, так как ей выпало то самое величайшее счастье, о котором только может мечтать женщина - она зацепила коренного москвича.
Надо сказать, что для этого она имела все необходимые опции: большой рот, сиськи с голову, коровьи ресницы, длинные ногти и ещё более длинные ноги.
В ответ на это её избранник имел кой-какие сбережения, машину и квартиру в весьма неплохом районе. В общем, Бог олушка послал.
И хотя сам он был далеко не мачо-мачо, а обычный компьютерщик ботанического вида, но взвесив все обстоятельства она решила, что «это» её на данный момент вполне устраивает.
Поэтому, познакомившись в одном из ночных клубов (и там же быстренько «обвенчавшись» в туалете), молодые люди начали жить вместе. В этой самой его квартире и неплохом районе.

Вроде и жизнь её таким образом наладилась, но примерно через полгода совместной жизни нашу героиню начал терзать бес благородный скуки тайной. Как всякая современная девушка она ходила в спортзал, ела в кафешках пареную клубнику с листиком рукколо, посещала различные салоны красоты, а всё же затосковала. Захотелось ей чего-нибудь этакого.
Развеять девичью тоску вызвался её тренер по фитнесу по имени Иван, что являл собой великолепный образец тупого, но хорошо сложенного молодого человека, загорелого, гладко выбритого и имеющего бессознательную эротическую привычку почёсывать свои первичные признаки.
Вот с ним наша героиня и снюхалась, а, говоря высоким слогом, доштырилась на адюльтер. Назначила день Икс и начала предвкушать незабываемую встречу.
И всё бы оно ничего, но её компьютерный сожитель чего-то там заподозрил и, взломав её почту, обнаружил их, наполненную нежной лирикой, переписку.

О, боги, боги! Коварство жителей златоглавой и вправду не имеет границ.
Ботаник не стал устраивать скандал и разборки, а подумав накатал перед днём встречи этому Ивану следующее послание:
Дескать, Иван, тут такое дело. Я девушка продвинутая и классическую любовь считаю делом скушным и обыденным. Секс я предпочитаю жёсткий и беспощадный с элементами насилия и разнообразных извращений таких как (далее следовал целый список всего того, что она любит, чтобы с нею делали и как это всё лучше ему устроить).
Даже если я буду сопротивляться, орать и вырываться то знай, что все эти крики и визги не более, чем элементы нашей эротической игры. Если ты готов к такому, то давай встретимся. Ты уж сам смотри..
И ещё одно. Мы с подругой (она блондинка с пятым номером и тренер по тантрическому сексу) давно мечтаем устроить то, что по-французски называется "дэ труа". То есть отдохнуть втроём с каким-нибудь раскованным и неутомимым мужчиной. А быть раскованным с ней просто необходимо, потому как в постели она вытворяет такое от чего бывает совестно даже шлюхам в далёком Амстердаме.
Поэтому, Вань, если завтра проявишь себя со мной, получишь бонус….
Ответ не замедлил себя ждать. Ваня отреагировал быстро и кратко, как и подобает настоящему самцу. Без лишних расспросов он прислал только одно, но многообещающее слово:
- Жду.

И, вот, наконец-то героиня, полная горячих надежд и томительных упований, прибыла на свидание.
Взгляд у Ивана был немного странный, но она не придала этому никакого значения и поцеловав его в щёку прошла в ванную откуда, спустя некоторое время, вышла уже во всей своей пленительной красе. И, лишь, когда вместо романтической прелюдии, она вдруг получила пару увесистых затрещин, то поняла, что встреча пошла по какому-то новому, неведомому для неё сценарию.
Иван же действовал строго по инструкции, полученной в письме и, невзирая на все её возражения, связал ей полотенцем руки и без промедления приступил ко всем описанным ею видам секса. Причём начал он их чётко по алфавиту.
Протестовать, увы, было поздно, да и бесполезно с запиханными в рот её же кружевными трусиками. Оставалось только мычать и лить щедрые женские слёзы, который её партнёр счёл за свидетельства её наслаждения.

Я понимаю вас, господа. А точнее даже, дамы и господа. Всем нам сейчас хочется узнать подробности описываемого процесса. Все мы принадлежим к этому миру и всем похотям его. Но всё же происходившее является интимным делом героев, поэтому сразу перейду к тому моменту, когда, отстрелявшись несколько раз в различных вариациях, Иван развязал нашу героиню, и поинтересовался довольна ли осталась его пассия таким эффектом и когда они встретятся с её, так любящей всё французское, подругой.
К его искреннему удивлению, дама, соскочив с кровати, только завизжала как ведьма на костре и обозвав его маниаком и наскоро одевшись, пулей вылетела из номера. Иван лишь пожал плечами, подивившись столь резкой смене её настроения.

Героине же после такого бурного свидания оставалось только поймать такси и направиться домой. Однако зализать дома душевные и прочие раны у неё не получилось. Когда она уже подъезжала, на телефон ей пришло сообщение от её компьютерщика, со скринами их с тренером переписки.
А забежав в подъезд она обнаружила, что этот московский дьявол-ботаник уже поменял сердцевину замка и выставил за дверь все её нехитрые пожитки. На все её звонки и слёзные смс-ки он уже никак не реагировал и забрав свои вещи ей, в итоге, пришлось снова ехать к тётке.

Вот и конец этой пронзительной и грустной истории, в контексте которой остаётся дать всем читателям один-единственный совет:
– Господа, старайтесь при знакомствах с дамами смотреть хотя бы чуть-чуть глубже манды. Иной раз лучше дрочить как Робинзон Крузо, чем жить под одной крышей с подобной шаболдой. Пусть даже с длинными ногтями и ещё более длинными ногами.

© robertyumen

5

Маленькая Юля покидает спорт,
Для чего, как дуре, пыжиться как черт?
Диеты, тренировки, тренер и режим
В Сочи отличилась? Ну и леший с ним

Скоро депутатский выдадут мандат
Бывших две гимнастки там уже сидят
С спортом завязала, будут деньги, власть –
Жизнь Липницкой Юли вроде удалась

6

Приезжаешь вот так в родную деревню, а тебе 16 лет.
И друзья (пару лет их не видел) конечно же на дискотеку тебя ведут, в родном селе.

Там всё как обычно. Стоишь в уголке, куришь с ребятами.
Белый танец. И подходит Жанка - разрешите вас пригласить?
Ребята усмехаются, все знают, что это моя первая любовь.

Медляк проходит и ди джей ставит Антонова:

"Весна какая выдалась,
Какие дни настали!
На что же ты обиделась,
Зачем же мы расстались!"

Зарождается предчувствие драки. И точно - в дверях Любучаны и Гольчик - нынешний Жанки парень.
- Пойдём выйдем?

Жанка в панике. Олег, не трогай его!
Наши все встают.

И тут кульминация. В дверях появляется тренер секции по боксу Мясоедов.
- Любучаны, на выход!

Понеслась. Мясоед бьётся как Илья Муромец, стычка превращается в побоище.
- Погодите ребята, чего-то в глаз попало..
Внушительно произносит Мясоедов.

О чудо. Все уважительно стихают, пока он ковыряется в глазу.
И тут голос из толпы:
- Мясоед жирная свинья!!
- Чего?

И по новому кругу.

А потом, вернувшись в город, пишешь сочинение:
"Как я провёл этим летом".

7

В армии любому таланту найдётся достойное применение. К примеру если художник - добро пожаловать красить заборы. Музыкант с абсолютным слухом? Постой на шухере. Если никаких совсем талантов нету, то их в тебе непременно откроют, разовьют, и используют по назначению. Я, среди прочих своих безусловных талантов, владел плакатным пером. Нынче, в век принтеров и плоттеров, даже сложно представить, насколько востребованным в то время было умение провести прямую линию на листе ватмана черной тушью.

Освоил я этот нехитрый навык ещё в школе, на уроках физкультуры. В восьмом классе я потянул связки, и наш физрук, Николай Николаевич, пристроил меня чертить таблицы школьных спортивных рекордов. И пока весь класс прыгал, бегал, и играл в волейбол, я сидел в маленькой каморке, где остро пахло кожей и лыжной смолой, среди мячей, кубков, и вымпелов, и высунув язык переносил из толстой тетради на лист ватмана цифры спортивных результатов.

В какой момент я понял, что поменять эти цифры на своё усмотрение мне ничего не стоит? Не знаю. Я тогда как раз влюбился в девочку Олю из параллельного, и однажды, заполняя таблицу результатов по прыжкам в длину, вдруг увидел, что легко могу увеличить её результат на пару метров. «Наверное ей будет приятно» - подумал я. Подумано - сделано. Вскоре с моей лёгкой руки Олечка стала чемпионкой школы не только в прыжках, а во всех видах спорта, кроме вольной борьбы, в которой девочки участия не принимали. Погорел я на сущей ерунде. Кто-то случайно заметил, что Олечкин результат в беге на сто метров на несколько секунд лучше последнего мирового рекорда. Разразился скандал. Терзали ли меня угрызения совести? Нет. Ведь своей выходкой я добился главного. Внимания Олечки. Олечка сказала: «Вот гад!», что есть силы долбанула мне портфелем по спине, и месяц не разговаривала. Согласитесь, даже пара затрещин от Николай Николаича не слишком высокая цена за такой успех. Кстати, от него же я тогда первый раз услышал фразу, что "бабы в моей жизни сыграют не самую положительную роль". Как он был прав, наш мудрый школьный тренер Николай Николаич. Впрочем, история не о том. Короче, по итогам расследования я навсегда был отлучен от школьных рекордов, и тут же привлечен завучем школы к рисованию таблиц успеваемости. Потом, уже на заводе, я чего только не рисовал. Стенгазету, графики соцсоревнований, и планы эвакуации. Возможно где-то там, в пыли мрачных заводских цехов, до сих пор висят начертанные моей твёрдой рукой инструкции по технике безопасности, кто знает? Именно оттуда, из заводских цехов, я вскоре и был призван в ряды Советской Армии. Где мой талант тоже недолго оставался невостребованным.

Один приятель, которому я рассказывал эту историю, спросил – а каким образом там (в армии) узнают о чужих талантах? Глупый вопрос. Ответ очевиден - трудно что либо скрыть от людей, с которыми существуешь бок о бок в режиме 24/7. Сидишь ты к примеру на боевом дежурстве, и аккуратно, каллиграфическим почерком заполняешь поздравительную открытку своей маме. А через плечо за этим твоим занятием наблюдает твой товарищ. И товарищ говорит: "Оп-па! Да ты, военный, шаришь!". И вот к тебе уже выстраивается очередь сослуживцев, преимущественно из азиатских и кавказских регионов нашей необъятной родины, с просьбой сделать им "так жы пиздато". И вот уже ты пачками подписываешь открытки с днём рожденья, с новым годом, и с 8 Марта всяким Фатимам, Гюдьчатаям, и Рузаннам. Несложно же. Потом, когда ты себя зарекомендуешь, тебе можно доверить и дембельский альбом. Где тонким пером по хрустящей кальке хорошо выводить слова любимых солдатских песен про то, как медленно ракеты уплывают вдаль, и про высокую готовность.

Вот за этим ответственным занятием меня однажды и застал начальник связи полка майор Шепель.
Собственно, вся история только тут и начинается.

Ну что сказать? Это был конкретный залёт. Майор держал в руках не просто чей-то почти готовый дембельский альбом, он держал в руках мою дальнейшую судьбу. И судьба эта была незавидной. По всем правилам альбом подлежал немедленному уничтожению, а что будет со мной не хотелось даже думать.
Майор тем временем без особого интереса повертел альбом в руках, задумчиво понюхал пузырёк с тушью, и вдруг спросил:
«Плакатным пером владеете?»
«Конечно!» - ответил я.
«Зайдите ко мне в кабинет!» - сказал он, бросил альбом на стол, и вышел.

Так началось наше взаимовыгодное сотрудничество. По другому говоря, он припахал меня чертить наглядную агитацию. Сравнительные ТТХ наших и американских ракет, характеристики отдельных видов вооруженных сил, цифры вероятного ущерба при нанесении ракетно-ядерного удара, и прочая полезная информация, которая висела по стенам на посту командира дежурных сил, где я никогда в жизни не был ввиду отсутствия допуска. Поскольку почти вся информация, которую мне следовало перенести на ватман имела гриф "совершенно секретно", то происходило всё следующим образом. Когда майор заступал на сутки, он вызывал меня вечером из казармы, давал задание, и запирал до утра в своем кабинете. А сам шел спать в комнату отдыха дежурной смены.

Так было и в тот злополучный вечер. После ужина майор вызвал меня на КП, достал из сейфа нужные бумаги, спросил, всё ли у меня есть для совершения ратного подвига на благо отчизны, и ушел. Не забыв конечно запереть дверь с той стороны. А где-то через час, решив перекурить, я обнаружил, что в пачке у меня осталось всего две сигареты.
Так бывает. Бегаешь, бегаешь, в тумбочке ещё лежит запас, и вдруг оказывается – где ты, и где тумбочка? Короче, я остался без курева. Пары сигарет хватило ненадолго, к полуночи начали пухнуть ухи. Я докурил до ногтей последний обнаруженный в пепельнице бычок, и стал думать. Будь я хотя бы шнурком, проблема решилась бы одним телефонным звонком. Но я был кромешным чижиком, и в час ночи мог позвонить разве что самому себе, или господу богу. Мозг, стимулируемый никотиновым голодом, судорожно искал выход. Выходов было два, дверь и окно. Про дверь нечего было и думать, она даже не имела изнутри замочной скважины. Окно было забрано решеткой. Если б не эта чертова решетка, то от окна до заветной тумбочки по прямой через забор было каких-то пятьдесят метров.

Я подошел к окну, и подёргал решетку. Она крепилась четырьмя болтами прямо в оконный переплёт. Чистая видимость, конечно, однако болты есть болты, голыми руками не подступишься. Я облазил весь кабинет в поисках чего-нибудь подходящего. Бесполезно. «Хоть зубами блять эти болты откручивай!», - подумал я, и в отчаянии попробовал открутить болт пальцами. Внезапно тот легко поддался и пошел. Ещё не веря в свою удачу я попробовал остальные. Ура! Сегодня судьба явно благоволила незадачливым чижикам. Месяц назад окна красили. Решетки естественно снимали. Когда ставили обратно болты затягивать не стали, чтоб не попортить свежую краску, а затянуть потом просто забыли. Хорошо смазанные болты сходили со своих посадочных мест как ракета с направляющих, со свистом. Через минуту решетка стояла у стены. Путь на волю был открыт! Я полной грудью вдохнул густой майский воздух, забрался на подоконник, и уже готов был спрыгнуть наружу, но зачем-то оглянулся назад, и замешкался. Стол позади был завален бумагами. Каждая бумажка имела гриф «сов.секретно». Это было неправильно, оставлять их в таком виде. Конечно, предположить, что вот сейчас из тайги выскочит диверсант и спиздит эти бумажки, было полной паранойей. Но нас так задрочили режимом секретности, что даже не от вероятности такого исхода, а просто от самой возможности уже неприятно холодело в гениталиях. Поэтому я вернулся, аккуратно скатал все бумаги в тугой рулон, сунул подмышку, на всякий случай пристроил решетку на место, и спрыгнул в майскую ночь.

Перелетев забор аки птица, через минуту я был в казарме. Взял сигареты, сходил в туалет, поболтал с дневальным, вышел на крыльцо, и только тут наконец с наслаждением закурил. Спешить было некуда. Я стоял на крыльце, курил, слушал звуки и запахи весенней тайги, и только собрался двинуться обратно, как вдалеке, со стороны штаба, раздались шаги и приглушенные голоса. Загасив сигарету я от греха подальше спрятался за угол казармы.

Судя по всему по взлётке шли два офицера, о чем-то оживлённо переговариваясь. Вскоре они приблизились настолько, что голоса стали отчетливо различимы.
- Да успокойтесь вы, товарищ майор! Зачем паниковать раньше времени?
Этот голос принадлежал майору Шуму, начальнику командного пункта. Он сегодня дежурил по части.
- А я вам говорю, товарищ майор, - надо объявлять тревогу и поднимать полк!!!
От второго голоса у меня резко похолодело в спине. Голос имел отчетливые истеричные нотки и принадлежал майору Шепелю. Который по моей версии должен был сейчас сладко дрыхнуть в комнате отдыха.
- Ну что вам даст тревога? Только народ перебаламутим. - флегматично вещал майор Шум.
- Как что?! Надо же прочёсывать тайгу! Далеко уйти он всё равно не мог! - громким шепотом возбуждённо кричал ему в ответ Шепель.
Офицеры волей случая остановились прямо напротив меня. Обоих я уже достаточно хорошо знал. Не сказать, что они были полной противоположностью, однако и рядом их поставить было сложно. Майор Шепель, молодой, высокий, подтянутый, внешностью и манерами напоминал офицера русской армии, какими мы их знали по фильмам о гражданской войне. Майор Шум, невысокий и коренастый, был на десяток лет постарше, и относился к той категории советских офицеров, которую иногда характеризуют ёмким словом «похуист». Отношения между ними были далеки от товарищеских, поэтому даже ночью, в личной беседе, они обращались друг к другу подчеркнуто официально.
- Да вы хоть понимаете, товарищ майор, что значит прочёсывать тайгу ночью? – говорил Шум. - Да мы там вместо одного солдата половину личного состава потеряем! Половина заблудится, другая в болоте утонет! Кто бэдэ нести будет? Никуда не денется ваш солдат! В крайнем случае объявится через неделю дома, и пойдёт под трибунал.
- А документы?!
- Какие документы?!
- Я же вам говорю, товарищ майор! Он с документами ушел!!! Всё до единой бумаги с собой забрал, и ушел! Документы строгого учёта, все под грифом! Так что это не он, это я завтра под трибунал пойду!!! Давайте поднимем хотя бы ББО!!! Хозвзвод, узел связи!
- Ну погодите, товарищ майор! Давайте хоть до капэ сначала дойдём! Надо же убедиться.
И офицеры двинулись в сторону КПП командного пункта.

У меня была хорошая фора. Им - через КПП по всему периметру, мне - через забор, в три раза короче. Когда за дверью раздались шаги и ключ провернулся в замочной скважине, решетка уже стояла на месте, бумаги разложены на столе, и я даже успел провести дрожащей рукой одну свеженькую кривоватую линию. Дверь резко распахнулась, и образовалась немая сцена из трёх участников. Потом майор Шепель начал молча и как-то боком бегать от стола к сейфу и обратно, проверяя целостность документации. При этом он всё время беззвучно шевелил губами. Потом он подбежал к окну и подёргал решетку. Потом подбежал ко мне, и что есть мочи заорал:
- Вы где были, товарищ солдат?!!!
- Как где, товарищ майор!? Тут был! – стараясь сделать как можно более дураковатое лицо ответил я, следуя старой воровской заповеди, что чистосердечное признание конечно смягчает вину, но сильно увеличивает срок.
- Где «тут»?! Я полчаса назад заходил, вас не было!!! - продолжал кричать Шепель.
- Может вы, товарищ майор, просто не заметили? – промямлил я.
Это его совсем подкосило. Хватанув полную грудь воздуха, но не найдя подходящих звуков, на которые этот воздух можно было бы потратить, майор Шепель внезапно выскочил за дверь, и куда-то быстро-быстро побежал по коридору.

Шум всё это время стоял, не принимая никакого участия в нашей беседе, и невозмутимо рассматривая таблицы на столе. Когда дверь за Шепелем захлопнулась, он придвинулся поближе, и негромко, продолжая изучать стол, спросил:
- Ты куда бегал, солдат?
- За сигаретами в роту бегал, товарищ майор. – так же тихо ответил я. - Сигареты у меня кончились.
- Долбоёб. - философски заметил майор Шум. - Накуришь себе на дисбат. А документы зачем утащил?
- А как же, товарищ майор? Они же секретные, как же я их оставлю?
- Молодец. А ты в курсе, что там есть бумажки, вообще запрещённые к выносу с капэ?
- Так я ж не выносил, товарищ майор! Я их там у забора спрятал, потом забрал. Неудобно с документами через забор…
Шум покачал головой. В этот момент в комнату как вихрь ворвался майор Шепель.
- Я всё выяснил! Он через окно бегал! Там, под окном, - следы! Товарищ майор, я требую немедленно вызвать наряд и посадить этого солдата под арест!
- С какой формулировкой? – индифферентно поинтересовался Шум.
На секунду Шепель замешкался, но тут же выкрикнул:
- За измену Родине!!!
- Отлично! – сказал Шум, и спросил: - Может просто отвести его за штаб, да шлёпнуть?
Это неожиданное предложение застало Шепеля врасплох. Но по глазам было видно, как сильно оно ему нравится. И пока он мешкал с ответом, Шум спросил.
- Вот вы, товарищ майор, солдата на ночь запираете. А куда он в туалет, по вашему, ходить должен, вы подумали?
От такого резкого поворота сюжета Шепель впал в лёгкий ступор, и видимо даже не понял вопроса.
- Какой туалет? При чем тут туалет?!
- Туалет при том, что солдат должен всегда иметь возможность оправиться. - флегматично сказал Шум, и добавил. - Знаете, товарищ майор, я б на месте солдата в угол вам насрал, и вашими секретными бумажками подтёрся. Ладно, поступим так. Солдата я забираю, посидит до утра у меня в штабе, а утром пусть начальник особого отдела решает, что с ним делать.
И скомандовав «Вперёд!», он подтолкнул меня к выходу.

Мы молча миновали территорию командного пункта, за воротами КПП Шум остановился, закурил, и сказал:
- Иди спать, солдат. Мне ещё в автопарк зайти надо.
- А как же?... Эээ?!
- Забудь. И главное держи язык за зубами. А этот мудак, гм-гм… майор Шепель то есть, через полчаса прибежит и будет уговаривать, чтоб я в рапорте ничего не указывал. Ну подумай, ну какой с тебя спрос, у тебя даже допускам к этим документам нету. А вот ему начальник ОСО, если узнает, матку с большим удовольствием наизнанку вывернет, и вокруг шеи намотает. Так что всё хорошо будет, не бзди.

С этими словами майор Шум повернулся и пошел в сторону автопарка. Я закурил, сломав пару спичек. Руки слегка подрагивали. Отойдя несколько шагов, майор вдруг повернулся и окликнул:
- Эй, солдат!
- Да, товарищ майор?!
- Здорово ты это… Ну, пером в смысле. Мне бы на капэ инструкции служебные обновить. Ты как? С ротным я решу, чай и курево с меня.
- Конечно, товарищ майор!
- Вот и договорились. На ночь запирать не буду, не бойся!
- Я не боюсь.
- Ну и молодец!
Мы разом засмеялись, и пошли каждый своей дорогой. Начинало светать. «Смирррно!» - коротко и резко раздалось где-то позади. «Вольно!» - козырнул майор. Навстречу ему, чеканя шаг по бетону взлётки, шла ночная дежурная смена.

8

(муз. Л. Сергеева, песня "Хоккей", переработка слов - yura_graph)

Добрый вечер вам, не сонные болельщики
Да не "ветер" я, а "вечер" говорю!
Здесь собрались все футбольные ценители...
Але, але, Москва! Благодарю!
Нам на ум идут эпитеты невольные,
Чтоб сравнить с таким футболом класс игры.


Как сказала Лопырева из Монголии -

Говорят, все бары уж полны!

Начинается футбол, не к ночи пусть,
Без волнения его смотреть нельзя.
Вот как раз в который раз выходят на поле
Мы и наши закадрючные друзья.

Слуцкий:
Ребята, родные, за вас вся Россия,
Большая Россия, она не простит,
Болельщики просят, правительство спросит,
Вперед, мои лоси, судья уж свистит!

Комментатор:
Первый пас! Пошли в атаку, соколы!
Пас налево, пас направо, взад, вперед!
Тут, друзья мои, наш тренер ходит около,
Пару слов, пожалста, кто кому забьет?

Слуцкий:
Избежим мы поражения в этот раз!

Тема Уэльса не нова нам — это двасс!
С ЦСКА меня уволят — это триссс!

Совсем ведь уволют... Да кто же там ЗАБИЛЛЛЛ?

Нападающий Уэльса:
Сделал вид судья, что не заметил,
Стал быть, понимает, что к чему!
Эх, ведь раз живем на белом свете,
Надо было в лоб с ноги ему!

Комментатор:
Так защищаться можно, так защищаться нужно,
Конечно, осторожно, конечно, очень дружно!
Играют наши страстно, атаки - безопасны,
Покамест все прекрасно, игра проходит классно!

Защитник Уэльса:
Бежит, бежит как будто мучат глисты!
А в зубы хочешь? Вот то-то, задрожал!
Какая ж это дрянь - шотландский виски!
А тренер прав, вчера я перебрал... Да-а-а...

Комментатор:
Летит в ворота все, что нам колотят!
Ай-ай, такой футбол нам видно ни к чему!
Я помню, как в стыковочном том туре
Соперников доставили в тюрьму!

Слуцкий:
Два-ноль, лишь, родные, за вас вся Россия,
Большая Россия, наддай посильней!
Чтоб к нашим воротам не прыгнул никто там,
Мочи с развороту! И Бэйла убей!

Березуцкий рубится с чеканьем:
Ах, плэй-офф вы захотели в третий раз?
Не, ребята, эта тема не для вас!
Левый крайний, получай-ка в левый глаз!
Посмотрю теперь, как будешь видеть пас!
Мы не зря тренировались целый год!
Всех скалечим, но не пустим до ворот!
А чего тот полосатенький орет?
Ну-ка, друг, уважь его башкой об лед!

Слуцкий:
Приедем до дому - всем будут дипломы,
С отличьем дипломы и всем - "Мерседессс"!
Вперед, офицеры, милиционеры,
И тренеры тоже - дави их, дави!

Комментатор:

Игра уж потеряла интерес,
И охлажден накал, три-ноль, какой там бой?
Наш запасной в табло стирает ноль,
Ну неспортивно, ведь еще ж живой!
И все ж в физподготовке мы сильней,
Состав у нас стабильный, боевой!
И в тактике мы будем похитрей...
Ребята, вы чего, ведь я же свой!.. А-а-а!!!

(c) Л. Сергеев

10

РЫЖИЙ КЛОУН

Мой сын оказался среди ленивых халявщиков и седой тренер – Валерий Евгеньевич, раздал им скакалки и заставил прыгать 758000 раз или что-то около того.
Боксерский зал наполнился гулкими звуками ткацкой фабрики, обиженные, краснощекие бойцы потели, но прыгали.
Довольный тренер подсел ко мне на лавочку:

- Любят сачковать, пускай полюбят и прыгать. Они думают - если я отвернулся, то можно и не вкладываться в удары, бьют по мешку, еле–еле, как безрукие беременные старухи. А ведь я и спиной слышу – кто, как ударил и даже какой рукой.
Когда я был таким же как эти, даже еще мельче, то тоже любил похалявить. Зачем мне все эти нудные упражнения, если я и так был самым быстрым и самым сильным в зале? Даже голову никогда не прикрывал, успевал нанести противнику контрудар, как только тот отрывал руку от «бороды». Мне легко все давалось и через полгода, я уже гонял всю мою весовую категорию, даже тех, кто по четыре года отзанимался.
Мой первый тренер, Виктор Семенович, отцу так и говорил – «ваш мальчик от природы очень одаренный, но любит увильнуть от рутины, и если поборет свою лень, то наверняка добьется в спорте всего, чего захочет, а если не поборет, то я его сам выгоню». Кстати, только благодаря тренеру, я и стал потом мастером спорта международного класса.
Но, тогда мне было пофиг, я и так чувствовал себя Мухаммедом Али.
Вот однажды, к нам в зал пришла мамаша, привела ребенка. Обычный такой рыжий мальчик, конопатый, с большой головой.
Тренер посмотрел на него, заставил пару раз ударить по мешку, подтянуться на турнике, еще что-то сделать, и взял.
Прошла неделя. Рыжий с нами бегает, прыгает, старается, а тут спарринги начались. Тренер поставил нас с ним в пару и сказал мне:

- Валера, ты ж смотри не убей его, делай скидку, ты все же целых полгода занимаешься, а он только неделю.

Начали мы боксировать.
И этот рыжий вдруг, «дах», «дах», я даже не понял сперва «что это было»? А уже звезды в глазах.
Собрался я, сконцентрировался, какая там нахрен «скидка».
Весь зал притих, смотрит.
Улучил я момент и зарядил свою «коронку» - левый боковой в «бороду», так этот рыжий, даже уклоняться не стал – просто выбросил мне навстречу прямой в голову. Это был мой первый в жизни нокдаун.
Я, конечно, вставал и снова бросался в бой, но после третьего моего падения, тренер нас остановил.
В тот момент с меня и «слетела корона». Как же так? Без году неделя занимается и размотал меня как маленького. Я понял, что никакой я не герой и не особенный и что нужно пахать, пахать и пахать. Стал впахивать больше всех.
А рыжий с родителями переехал в другой район и больше я его никогда в жизни не видел.
Прошло года два, я был уже разрядником, показывал неплохие результаты и вот однажды тренер отвел меня в сторонку и говорит:

- Валера, нужна твоя помощь. Ты ведь любишь фильмы про шпионов?
- Ну, да, а что?
- Тогда тебе шпионское задание: тут, недалеко отсюда, пару остановок на метро, есть боксерская секция, их тренирует мой старый друг, так вот у него появился хороший новичок, талантливый и перспективный, только ленивый очень. Так что ты запишись туда и походи немного. Тренер тебе все расскажет. Дел всего на неделю, максимум на две. Нужно этому малому слегка «Звездочку сбить».
Ты ведь помнишь того рыжего клоуна, который тебя когда-то обработал?
- Конечно, помню.
- Ну, вот, я, кстати, его для тебя там и одалживал, а долг, как говорится...
Теперь пришла твоя очередь побыть «рыжим клоуном»…

11

Тренер насмешил тут. Делаю румынскую тягу, чувствую, что вроде как-то слишком уж легко, но сомневаюсь. Одновременно думаю про обучение, а у нас там было забавное упражнение "ремонт в домике Винни-пуха", когда надо было диаграмму Ганта рисовать. И тут Сергей подходит, смотрит внимательно и говорит что-то типа "все молодец, только возьми сверху Пятачка".
И дальше диалог.
- Что взять?
- Пятачка!
- Чего?!
- Пя-та-чка!
- Сережа! Пятачок - это такая розовая свинья из Винни-Пуха?!
- Лена! Пять кг навесь на гриф!

12

- Быть спортсменом – это хорошо, это просто здорово быть спортсменом, - учитель географии Дмитрий Евргафович Гунькин изрек фразу так уверено, что всем стало ясно обратное положение дел, - поэтому мы все сейчас все вместе продолжим изучение стран и природы африканского континента, а спортсмены пройдут к директору. Алексеев и Григорьев – на выход, остальным – глава девятая, параграф девяносто два.
Два приятеля, Гошка Алексеев и Леха Григорьев вышли из класса и побрели в сторону директорского кабинета. Оба они прекрасно знали, что спортсмены – это хорошо. Особенно если ты по каким-нибудь стоклеточным шашкам спортсмен. Потому что тогда тебя только в шашки играть пошлют. Могут, правда, и в шахматы заставить, но зато вся остальная спортивная честь школы тебя не касается. Хуже всего легкоатлетам. Этих куда угодно можно послать. Хоть бегать, хоть плавать, хоть в баскетбол в высоту прыгать через волейбольную сетку. Фигуристкам еще хорошо. Вон Галка, как чуть что так льда нету и все тут, и не поеду никуда.

Гошка с Лешкой никакой легкой атлетикой не занимались, они занимались биатлоном и лыжным бегом. Но все равно никакой «конно-спортивный» праздник по защите достижений школы номер двадцать один без их участия не обходился. В прошлый раз они гранату метать ездили на районные соревнования. Биатлон? Что это? – спросила завуч по воспитательной работе, - на лыжах и стрелять? А раз стрелять, то и гранату метать должны уметь. И они метали гранату. И хотя в верткого судью никто из них гранатой так и не попал, как ни старался, а первое и второе место на районных соревнованиях они взяли, судейская коллегия в полном составе все равно звонила в школу, просила и даже требовала, на областные соревнования послать кого-нибудь другого. Так что первое и второе место они взяли, а теперь привычным коридором шли к директору.

- Здравствуйте Александр Федорович, - поздоровались Лешка и Гошка, - мы пришли.
- Хорошо, что пришли, - директор поднял голову от лежащих на столе бумаг и посмотрел на мальчишек поверх очков, - не стойте в дверях, подходите. Ближе. Еще ближе.
- Завтра, то есть в воскресенье, вы едете на соревнования по спортивному ориентированию, - продолжил Александр Федорович, так и не дождавшись, когда ребята подойдут на максимально близкое расстояние.
- А причем тут мы? – спросил Гошка, - мы же лыжами занимаемся и биатлоном. И никакого ориентирования не проходили.
- Проходили, проходили, - директор заглянул в какую-то многостраничную бумагу, отпечатанную на машинке, - вот сегодня вы столицы в Африке должны проходить, а в прошлом году у вас ориентирование на местности было и начала картографии, - так полседьмого у школы быть как штык, на автобус, и в восемнадцатую. Соревнования на базе восемнадцатой школе будут проходить. Ориентирование на лыжах, так что как раз по вашему профилю.
- Может мы лучше на географию пойдем, Александр Федорович - сделал Леха последнюю попытку увильнуть, - а то так и не узнаем, какая в Африке столица. Вдруг у нас следующие соревнования в Африке будут с неграми. А на ориентирование мы ехать все равно не можем. Там компасы нужны наверное, а у нас компасов нету.
- Отставить негров, Григорьев, - директор был спокоен, - завтра негров не будет, а когда они будут, мы вас соответствующим образом проинструктируем. Подойдите к столу и получите снаряжение.
- Я ж вас как облупленных знаю и все ваши уловки заранее вижу, - ворчал директор и рылся в верхнем ящике стола, - компасов у них нет… Где же они, а?… вот. Компасов у них нет, видите ли. А это что, я вас спрашиваю? – директор положил на стол два игрушечных компаса для детей дошкольного возраста. Компасы были маленькими кругленькими и на дерматиновых ремешках, похожих на ремешки от детских сандалий. Один компас был синеньким, другой красненьким. На ремешках серебристой краской была напечатана цена: 0р43к. – это что вам не компасы что ли?
- Компасы! – следом за компасами директор достал из ящика маленькую коробочку, высыпал на стол горку булавок с разноцветными головками и поделил ее на две равные части, - вот булавки еще, по шесть штук каждому. Не потеряйте.
- А булавки-то нам зачем? – удивился Гошка, - дорогу помечать, да? Или воткнуть кому-нибудь куда-нибудь?
- Гм. – сказал директор, - про булавки вам там объяснят, а у меня телефонограмма. Вот написано, - Александр Федорович помахал листом бумаги в воздухе, - булавки, планшет из картона 14 на 14 сантиметров, две большие скрепки. Вот вам картон, вот скрепки. Получите-распишитесь.
- Где расписаться-то, Александр Федорович? – спросил Лешка
- Расписаться? – теперь удивился директор, - ах расписаться… Не надо расписываться, это оборот такой русской канцелярской речи. Забирайте имущество, и чтоб завтра полседьмого как штык с лыжами автобус ждать. А сейчас идите на свою географию Африку изучать. С неграми.

И они пошли изучать негров, а утром следующего дня сели в школьный автобус и скрипя всеми его старенькими частями доехали до восемнадцатой школы, где их встретили плакат «привет участником соревнований» и стрелочки «спортивный зал (мальчики)», «актовый зал (девочки)».
- Ура, Леха, девчонки тоже бегут, - обрадовано сказал Гошка, зашнурововая лыжный ботинок в спортивном зале, отведенном в качестве мужской раздевалки, - веселуха, скажи.
- Скажу. Ты посмотри вокруг-то, Гоша, - Леха был серьезен, - все намазанные лыжи скользящими друг к другу складывают, или на пол бросают, - если старт общий, то завал обеспечен с такими специалистами. А мы еще не знаем, что делать-то надо с этим ориентированием.
Старт, однако, был раздельным.
- Командам построиться, - раздался в громкоговорителях, голос начальника соревнований.
Команды кое-как построились, и к ним вышел высокий, седой мужчина с военной выправкой в спортивном костюме.
- Здравствуйте товарищи спортсмены!
- Здря, - нестройно прозвучало в ответ. Высокий поморщился.
- Довожу до вашего сведения порядок соревнований. Перед забегом вам следует получить личный номер и личную карту. Номер прикрепите на грудь и спину, а карту прикрепите к планшету двумя скрепками. Бег на лыжах производится по лыжне отмеченной синими флажками для мальчиков и красными флажками для девочек. Это надо запомнить, это не сложно, но некоторые все равно путаются. По лыжне вы должны дойти до первого контрольного пункта и отметить его местоположение на карте, проткнув ее булавкой. Не проеб… не потеряйте булавки, а то колоть будет нечем. Потом дойти по лыжне до следующего контрольного пункта, взять висящий на нем карандаш, обвести место первого укола, и отметить на карте расположение второго контрольного пункта. Его вы обведете карандашом, висящим на третьем контрольном пункте. Всего контрольных пункта - четыре. Таким образом, все пункты должны быть обведены карандашом. Всем понятно?
- Все, кроме первого пункта? – спросил Гошка, - мне непонятно.
- Кто это там такой непонятливый, - высокий обвел взглядом неровный строй лыжников и нашел Гошку, - Алексеев, ты? И Григорьев тут? Я ж просил, чтоб больше никогда… Мало мне метания гранаты… - голос седого упал и последние предложения были произнесены совсем тихо.
- Разойтись! – громко скомандовал он и строй распался, - нет, становись! – строй кое-как собрался опять, - за каждый ошибочный миллиметр на карте с времени участника снимается десять секунд. На карте напишете свою фамилию и номер. Старт раздельный, начало в 13:00. Не проеб… не потеряйте карту, без карты время в зачет не идет, участник снимается с соревнований. Теперь точно разойтись.

Получили номера и карты. Выяснилось, что Гошка стартует на полминуты раньше Лехи. В первой десятке.
- Гош, а давай я под твоим номером побегу, а ты под моим? – неожиданно попросил Леха.
- Можно, а зачем? – Гошка протянул другу номер, - ты ж быстрее бегаешь-то?
- Идея одна есть, - Леха состроил загадочную физиономию, - но надо первым все контрольки пробежать. А ты все равно тут всех сделаешь, не к первому пункту так ко второму. Те еще лыжники-то кругом. Я тут Генку Фомина видел, так он вообще штангист ведь.

И Леха ушел первым, за пятьсот метров он обошел всех и возглавил гонку. То есть соревнования по спортивному ориентированию. Гошка решил не напрягаться, но к первому контрольному пункту вышел в гордом одиночестве, оставив соперников достаточно далеко. Он покрутил карту, нашел на ней место, где просека лыжни, пересекалась с высоковольтной линией и воткнул булавку, обозначая контрольную точку. Это совсем не трудно, если бежишь по знакомой трассе двадцатый раз – почти все соревнования проводились в одном и том же месте. Тут и флажки не нужны, не то что карта.

Гошка спрятал карту за пазуху комбинезона и уже одел палки, как услышал тихие всхлипывания. В лесу, за контрольным пунктом. И пошел на звук, продираясь сквозь молодую елочью поросль и проваливаясь на тонких лыжах в глубокий снег.
Метров через пятьдесят на небольшой полянке он обнаружил сидящую на поваленном дереве девчонку. Красивую. С лыжами, номером и косичками. Косички было видно потому, что на ней не было шапки. Девчонка всхлипывала и жевала бутерброд. Гошку она не видела.
- Не садись на пенек, не ешь пирожок, - кстати вспомнил Гошка, - козленочком станешь и замерзнешь нафиг. Чего ревешь, почему без шапки?
- Я не реву, - девчонка встряхнула косичками и спрятала остатки бутерброда за спину, - я заблудилась.
- На соревнованиях по спортивному ориентированию заблудилась? – уточнил Гошка чисто из вредности.
- Ага. Там белка была, я посмотреть хотела и с лыжни сошла. Думала обратно по своему следу выйти, потом срезать решила, а потом следов много было.
- Ладно, - Гошка стянул с себя вязанные наушники и протянул девчонке, - надевай, двадцать градусов на улице, уши отморозишь. И пошли, я тебя на твою лыжню выведу. Тоже мне лыжница.
- Я не лыжница, я гимнастикой художественной занимаюсь, - возразила девчонка, - а твои уши не отморозятся?
- Не отморозятся, - буркнул Гошка, хотя совсем не был в этом уверен, - я их гусиным жиром намазал. Давай быстрей, а то меня тренер не поймет если я среди таких гонщиков последним приду.

Гошка вывел девчонку на лыжню с красными флажками, нашел свою с синими и пошел уже серьезно – за потерянное время его обогнало много народа. После третьей контрольной точки лыжня вышла на открытое пространство, появился ветер и начали мерзнуть уши. К четвертому пункту Гошка шел практически без палок оттирая руками правое и левое ухо попеременно. В результате посеял по дороге левую перчатку. Останавливаться не стал, побежал дальше. За километр до финиша лыжня опять вошла в лес, с ушами стало немного легче. Тут Гошку окликнули из-за большой плотной елки.
- Леха? – Гошка еле разглядел приятеля за деревом, - ты чего здесь делаешь? Ты ж давно финишировать должен.
- Чего делаю, чего делаю… Тебя дурака жду. Чего без наушников-то, уши отморозить решил?
- Потерял, - Гошка не стал вдаваться в подробности, - ухо чесал и потерял. Зачем ждешь-то?
- Карту давай! – Леха протянул руку, - сейчас исправлять будем.
- Чего исправлять-то? – Гошка отдал приятелю карту, - там все правильно вроде, да и карандаши только на пунктах, чем обводить-то будем?
- Чего надо – то и будем исправлять, - Леха расстегнул молнию комбинезона и достал из-за пазухи английскую булавку. Сантиметров сорок длинной. – Нечего ржать! Сказали булавкой колоть, будем булавкой колоть. А у этой диаметр пять миллиметров. Фиг им, а не секунды за ошибку. А карандаши я с каждой контрольки свистнул и по разным карманам разложил, чтоб не перепутать. Колоть?
- Коли! – сквозь смех согласился Гошка, - где взял-то?
- У Юрки, где ж еще? – Лешка сложил карты и четыре раза их проколол, - вчера вечером зашел и взял. Как чувствовал, что понадобится.
Юркин отец работал клоуном в цирке. В одной своей репризе он изображал на арене малыша в большом подгузнике. Подгузник был заколот той самой булавкой.
- А чего не сказал-то? – Гошка уже не смеялся, но немного подхихикивал.
- Так тебе скажи, ты б вообще никуда не добежал бы. Смешливый очень.
- Я смешливый? Да никогда! – последние никогда Гошка еле выговорил, он взглянул на булавку и его опять накрыл приступ смеха.
- Хорош ржать, Гоша, - Лешка был совершенно серьезен, - надевай мои наушники и бежим, нас уже человека два обогнало пока валандаемся. Можем не догнать.

Где-то часа через три они все еще отогревались горячим чаем из термоса в спортивном зале школы номер восемнадцать. В учительской той же школы судейская коллегия подводила итоги соревнований.
- Вы посмотрите, чем они дырки протыкают, - молодая судья показала две карты председателю коллегии, - гвоздями, не иначе. Сказано ж было: булавками!
- А чьи это карты, какая школа? Можно ведь к зачету не принять, - председатель был строг.
- Алексеев и Григорьев! Школа номер двадцать один! – легко доложила молодая судья.
- Кто?! – председатель коллегии поперхнулся, - Григорьев и Алексеев?! Опять?! Мало мне метания гранаты было, - его голос стих… - вызовите их сюда, будем разбираться!

Через десять минут Гошка и Леха вошли в учительскую школы номер восемнадцать. На правой руке Гошки и на левой руке Лешки светились новой пластмассой игрушечные компасы для дошкольного возраста. Лешка и Гошка шли медленно и блаженно улыбались, держа между собой большую английскую булавку.
В этом том году защищать спортивную честь школы их больше не посылали, несмотря на два призовых места на районных соревнованиях по спортивному ориентированию.

Гошка отморозил не только уши, но и руку. Сначала было больно, потом только чесалось. А дней через десять после соревнований он нашел на своей парте седьмого класса «Б» свои же вязанные наушники и пару совершенно чужих, но очень белых варежек удивительной пушистости. Откуда взялись варежки, он не сказал даже Лехе.

13

Приехала к нам, в тридевятое царство, погостить моя бабушка. Старушка дряхлая, но очень позитивная. Моим деткам (ее правнучкам) на радость. Младшая правнучка, 5-летка, крутится вокруг прабабушки и по детски хвастается достижениями.

- Баба, а я в бассейне с 3-х метровой вышки прыгать умею, вниз головой!
Правда умеет. Очень красочно. Я не мать-ехидна, просто так совпало, что рядом есть бассейн, вода теплая, тренер замечательный, ребенку нравится ... Бабушка, понятно, восторгается достижениями нашей стрекозы.

- Баба, а давай, ты тоже будешь с вышки прыгать?! - ребенок щедро делется радостью.
- Я уже старенькая, не умею, - отмазывается прабабушка.
- А я тебя научу! Это просто! Даже делать ничего не надо, переворачивайся головой вниз, и падай. Давай завтра пойдем!
- Не надо, внученька. Я боюсь.

Ребенок задумчив. Чего бояться-то? Видно, как в голове крутятся мысли ..... Просветление!

- Бабушка, я знаю чего ты боишься. Не бойся. Даже если ты сильно шлепнешься, Лена (тренер) всё равно конфету дает тем, кто в первый раз прыгает.

Бедная бабушка не нашла что сказать. Головой вниз, с трехметровой вышки ... и не важно, если ты сильно шлепнешься ... ведь впереди тебя ждет конфета.

14

Увидел рекламный постер Сбербанка. К олимпиаде готовятся. Прыгун с трамплина парит на горном фоне. И слоган: Вместе к новым высотам. Нет, может, в Сбербанке и не догадываются, что с трамплина не к новым высотам вовсе, а просто вниз летишь, но я об этом твердо знаю. Меня хоть совсем пьяного разбуди, спроси, куда с трамплина прыгуны летят, я твердо отвечу. Выругаюсь, но отвечу. Такое не забывается потому что.

Мы тогда в одной архитектурной мастерской одного города выпили. По чуть-чуть. С ее начальником. И начали проект церкви обсуждать. Так получилось. Я ему эскизы набрасываю один за другим, а он отвергает. Эти архитекторы к строителям всегда так относятся. Вот предложи им на трезвую голову окошко с одного фасада на другой перенести, или балкон с лепниной на фронтон присобачить, так с превеликой неохотой, но сделают. Потому что знают, что это не сам я просил, а только волею пославшего меня заказчика. А когда приняв на грудь пару рюмок, начинаешь им художественные предложения вносить – таки практически все без толку. Особенно на втором литре на брата. Некоторые так вообще умудрялись вырубиться до осознания всей красоты моих предложений.

Так и тут. Давай, говорю, Коля, закомарные своды зафигачим. Для красоты и вот такой вот формы с видом. А окошечки вытянем и сузим кверху. И финтифлюшек по бокам зафи…, наделаем то есть, в виде таких вот колонн. Зашибись колокольня выйдет. Я приблизительно такую видел где-то. Говорю, а сам карандашом японским, узкогрифельным по листику чиркаю для графического пояснения образов: тут лестницу для звонаря, я СП по храмам смотрел, там про наружные лестницы с узорами не написано ничего. Значит можно.

- Нет, - отвергает Коля в который раз мои картинки. - И нефига мне тут. Наливай лучше. Каждый должен своим любимым делом заниматься, из конца в конец, а не храм Святого семейства битый час рисовать дилетантскими штрихами. Тоже мне Гауди. Мы церковь в Кустиках проектировать собираемся или где? Вот и нечего будущий исторический облик своими предложениями портить.

- Ах так, - начал было я, и тут, как всегда, на самом интересном месте зазвонил телефон.

- Здравствуйте Николай Гаврилович, - раздался из трубки бодрый, спортивный голос, - у нас трамплин падает, не могли бы вы прям сейчас приехать.

- Сейчас узнаю, - отвечает Коля в трубку, трезвым, практически, голосом и меня спрашивает: ты теодолитом пользоваться умеешь?

- А как жеж, - отвечаю, - как сейчас помню, иду я по стройплощадке, в одной руке теодолит, в другой тахеометр, в третьей руке нивелир, в четвертой две рейки…

- Не ври, - прерывает меня Коля, - одной рукой две рейки сразу не унесешь…

- Так рейки новые, - говорю, - компактные, а в одной руке пара, потому что иначе у меня б руки для лазерного дальномера не хватило…

- Мели, Емеля - твоя неделя, - отмахивается Колька, - а машину ты не отпускал еще?

- Не отпускал, - тут я уже серьезно, - кто-то же должен меня домой отседова везти?

- Через полчаса будем, - говорит Колька в трубку, переставая прикрывать динамик телефона ладонью, - ждите.

Он быстренько собирает ящики инструмента и, пока мы едем в лифте, рассказывает.

- Трамплин не то чтобы падает. Но подвижки есть. Нехорошие. Мы полгода назад там даже маяки с аппаратурой слежения установили. Ползет, гад, но постепенно замедляется. Пока опасности никакой, но тамошние спортсмены, как статью в газете какую прочтут, так сразу и звонят, что все пропало, а им прыгать надо. И соревнования у них. А аппаратуре они не верят. Они мне верят, когда я с теодолитом вокруг трамплина шаманю. Твоя задача помогать, умные слова говорить и головой кивать, если спросят. Справишься?

- Еще бы. Головой кивать это я завсегда с радостью. Особенно когда спрашивают: пить будешь? Ну как на такой вопрос головой не кивнуть? Отрицательно, разумеется.

- А вот умничать не надо, - говорит Колян, - там спортсмены ведь. Они и накостылять могут слишком умным.

На трамплине нас хорошо встретили. Даже двух молодых спортсменов из секции в помощь выделили. Рейки носить и ящики с приборами. Битый час вокруг трамплина лазили. Если б не две фляжки по поллитра, в конец бы замучались.

Зато потом Колька, главному их, с чистой совестью сказал, что все нормально, еще годик точно не сползет трамплин с горки, но через месяц еще раз проверить надо.

Про проверить, главный как-то не расслышал даже, потому что на меня смотрел. То есть я верхушку трамплина рассматривал, а он меня за этим делом наблюдал.

- Что, - спрашивает, неожиданно так, - небось страшно даже подумать туда взобраться, а уж прыгнуть так вообще ужас, да?

- Да ты что? – предательски возмущается Колька, пока я раздумываю с какой руки этому главному по трамплину съездить, - ты кого пугать вздумал? Это типус не просто человек, а мастер спорта с лыжами. Ему ваш трамплин, что слону дробина. Он и не с таких у себя в Москве прыгал. Он вообще у себя в Москве по трамплинам чемпион.

Про Москву это он зря. Про мастера тоже, собственно, напрасно, но после Москвы у меня дороги назад не было уже. Главный сразу зацепился.

- Москвич, - говорит, - мастер спорта. Это замечательно. Сейчас мы вам амуницию подберем, а лыжи я вам свои дам. Мы с вами и весом и ростом одинаковые почти будем. Пойдемте переоденемся, и вы покажете нам провинциалам, как московские мастера летать умеют.
Ну как тут назад отвернешь, когда тебя в такое положение воткнули? Никак. Погрозил я этому архитектурному грифелю кулаком напоследок и переодеваться пошел.

- Только, - говорю тренеру, - вы мне костюмчик покрасивше расцветкой подберите, чтоб он внешнего впечатления от моего полета не портил. А то знаю я вас: подсунете прошлогоднего фасона, а мы в Москве к такому не привыкли. У нас от этого настроение портится.

- Не извольте волноваться, - отвечает главный по трамплину, - у нас для всяких тут таких как вы последние итальянские поступления имеются, всяко красивей чем вы летаете, - а сам к раздевалке меня подталкивает. Чтоб быстрее шел, значит.

Переодели меня в костюмчик с каской. Лыжи дали. Лыжи тяжелые, а каска наоборот. Беззащитная какая-то каска. Их для таких трамплинов наподобие спускаемых аппаратов ракетно-космического корабля Союз надо делать. И парашютами снабжать. И тормозными ракетными двигателями аварийной посадки. А вовсе не ту легкую фигню предлагать, что мне на голову ремешком пристегнули.

Особенно остро все несовершенство каски чувствуется, когда с площадки трамплина вниз смотришь, на той жердочке сидя. И слушаешь наставления всяких нелюдей, как ноги держать и как руками воздух ловить.

- А чего это я мастеру спорта из самой Москвы очевидные вещи объяснять буду? – спросила эта нелюдь и сказала. – Пошел!

И я пошел. То есть поехал. Это всем кажется, что там быстренько скатываются, от стола отрываются, недолго парят, скоренько приземляются и обратно наверх лезут. За повторным удовольствием. На самом деле все очень медленно.

- Пошел. – Повторил я про себя, скатываясь вниз по разбитой лыжне, - Мама. То есть, папа. То есть мама. То есть, господи. Чтоб я еще раз неумеючи тебе колокольни рисовал. Не буду больше. Если долечу.

Впрочем, в том что я долечу сомнений у меня не было. Никаких. Лететь-то вниз. Это вверх не у всех получается. А вниз оно легко. Не сказать бы, чтоб всегда приятно… Но легко. Вот помню, классе в третьем я с третьего этажа новостройки в сугроб прыгал, когда от участкового сматывались. И с парашютной вышки в Измайлово. Я вообще много откуда прыгал. Думал я, пока ехал вниз по разбитой лыжне трамплина. Там вообще легко думается о прошлом, доложу я вам.

Тут меня немного подкинуло, я ушел со стола и замер в позе титанового памятника Юрию Гагарину на одноименной площади города героя Москвы. Его еще, этот памятник, некоторые «дай три рубля» называют. Или памятником футболисту. Потому что у него в ногах мячик лежит. Тоже титановый.

Елки, кстати, по сторонам мелькают. Медленно чего-то. И земли почти не видно внизу. Пора бы уже. Посадку бы объявили, что ли. И где эта чертова стюардесса? А то надоело между делом по воздуху болтаться.

Не, я не упал. То есть упал, но не когда приземлился, а когда затормозить пробовал. Очень неудобные эти лыжи с ботинками. Широкие очень и жесткие.

Упал сижу на снегу и о жизни думаю. О том, что жизнь – чертовски хорошая штука, между прочим. Минут через пять главный по трамплинам прилетел.

- Что-то, - говорит, - московские мастера спорта некрасиво летают. На троечку.

- Допустим, на троечку, - отвечаю, - это тоже результат. Потому что я не мастер спорта, а всего лишь кандидат в эти мастера. По биатлону. И если мне прям сейчас винтовку в руки дать, то вся ваша секция дальше любого чемпиона мира по вашим прыжкам улетит. В два раза и с гарантией. А то и вовсе приземляться откажется, клином построится и в теплые края дунет. Ну те кто уцелеет, из-за того что я обоймы перезаряжаю медленно.

Тут главный по трамплину несколько позеленел, взял одну большую лыжину обеими руками и вкрадчиво так спрашивает заведующего архитектурной мастерской:

- Коля! Налево твою и направо. Ты чего мне наплел про чемпиона Москвы по прыжкам с трамплина? Про мастера спорта? Про человека с большой буквы?

Вот хорошо, что в этих трамплинных тапочках бегать несподручно. То есть несподножно. А то одним талантливым архитектором меньше бы стало. А тогда не стало, тогда стало одним трезвым архитектором больше. Потому что одним трезвым строителем больше стало еще немного раньше.

Отличный способ протрезветь, кстати. Но я его рекомендовать не могу, сами понимаете. Он труднодоступный. Тут, как минимум, нужен трамплин, начальник архитектурной мастерской и главный по трамплину тренер. Тренера придется немного обмануть, а трамплин лет через несколько закрыть на реконструкцию.

Сложный способ. Но действенный. А церковь ту мы так и не построили. Но это ничего. Построит еще кто-нибудь.

15

ТУШИ СВЕТ!

Эта забавная история произошла лет десять назад. Я тогда жил еще со своей первой женой — Катей. Почему развелись, и кто жена у меня сейчас — расскажу как-нибудь в другой раз, а тогда Катина подруга пригласила нас на свой день рождения. Народу было не много: все молодые пары, а само празднование проходило в небольшом, но уютном кафе. В разгар вечера, в перерывах между тостами, мужская половина гостей вышла в коридор — покурить-поболтать. А уровень алкоголя в крови у собравшихся уже достиг определённых величин, когда повышается двигательная активность, но снижается адекватное восприятие реальности. И вот один молодой парень поведал нам о том, что занимается он в свободное время тхэквондо, и в подтверждение этого факта начал усердно махать ногами по воздуху. Видя, что его спортивные навыки не производят сильного впечатления на собравшихся, он проделал следующий трюк: ловким взмахом ноги ударил по расположенному довольно высоко выключателю, от чего свет в коридоре погас. И тут дернул меня черт сказать — Да так кто угодно может! Даже вон — жена моя, например! Взглянув на стоящую в зале мою супругу, ростом 158 сантиметров, и на висящий на стене выключатель, тхэквондист сильно усомнился в моих словах. Поспорили, как водится, на бутылку коньяка.
Скажу по секрету, я тогда мало чем рисковал. Дело в том, что моя Катя была в прошлом КМС по прыжкам на батуте — ну там растяжка, прыгучесть и координация всё на уровне было, не смотря на то что она уж полнеть начала. Главное не в этом. Я знал то, чего не знали собравшиеся: её бывший тренер был большим поклонником карате, и даже вёл параллельно занятия по этому единоборству, а главное, что он и девчатам - батутисткам поставил удары ногами. Говорил - мол, учитесь, девчонки, пригодится в жизни! У них это дело шло легко: акробатическая база сказывалась. И я знал, как она умеет ножкой махать, поэтому и поспорил. Ударили по рукам. Я позвал Катю — надо, говорю, свет ногой выключить, а то тут есть люди не верующие — указывая рукой на тхэквондиста — не верят, что для тебя это плёвое дело! Вы что, мальчишки, чокнулись, что ли? - возмутилась моя жена. Давай, давай, я на бутылку коньяка поспорил! - подстегнул я её. Услышав про спор, моя Катя видимо представила, какую брешь в семейном бюджете пробьет покупка коньяка малознакомому парню, поэтому тут же сняла с ног туфельки и чуть ли не до трусов подтянула подол и без того не длинного платья. Её не остановило даже то, что придется ей сверкнуть этими самыми трусиками ( кружевные, красненькие — мой подарок ко дню святого Валентина!) в сугубо мужской компании...
Это был классический удар «маваши гери». Только вот изящная ножка моей супруги, после красивой дуги опустилась не на выключатель, а на челюсть тхэквондиста! Удар был столь резок, что тот даже рук поднять не успел. Ноги у парня подломились как сухие ветки, и он, словно тряпичная кукла завалился на пол. Все ахнули. После того как бедолагу подняли и усадили на стул, а на голову положили мокрое полотенце, он пришел в себя. Тут все взоры обратились к моей перепуганной насмерть жене: как же так? За что ты его? Да вы что! Сами же просили ему «свет выключить»! - чуть не плача оправдывалась она. Оказывается, тренер, когда учил их бить ногами, не вдавался в японские названия ударов, а заменил их более понятными и забавными аналогами, типа «Туши свет» и «Привет врачам». Ну а раз попросили Катю свет потушить парню — она это и сделала, совершенно не подумав о настенном выключателе. Стоит ли говорить о том, что многие знакомые после этого случая так и называли мою супругу: «Катя — Туши свет»...

16

(монолог, подслушанный в кафе на набережной одного из черноморских городов. "Местные идиоматические выражения" подрихтованы, мат минимизирован)

Ты Мордыхая знаешь? Когда он родился, отец забежал в палату, оторвал его от сиськи, посмотрел на младенца и заорал:
- Я так и знал! Он ведь от Хаима? Он всей мордой в Хаима!
Вылитая морда Хаима! А нога? Где вторая нога, мать твою?

Ну, поорал и вышел из палаты. Не злой человек был, отходчивый, царство ему небесное. Только дверью хлопнул так, что штукатурка посыпалась. И семью бросил.

Мамаша по ходу дела мстительная оказалась, взяла и действительно Мордыхаем назвала..

Ты Мордыхая знаешь? Нет? Он ростом с Эрика, лысый и ноги нет, с протезом ходит. Эрика не знаешь? Да вот он сидит, ноги до пола не достают. Он тоже инвалид детства - ноги рыба-напильник подрезала. Рыбы-напильника нет? Ну значит рыба-стамеска, какая разница.

Мордыхай знаешь чем знаменит? Он точно знает, что в Москве  все прослушивается. Это его центровая тема. Ходит по набережной, всех достает на тему, как в Москве всех на крючке держат.

Сам он знаешь кто по профессии? Держись крепко, кофе не пролей - футбольный тренер! Нет, не шучу. С 70-х годов. С протезом. И неплохой тренер, кстати.. Как тренером стал не знаю, но его команда районного масштаба в Бразилии играла со сборной фраеров.
Да, Эрик, точно! Не фраеров, а фавелов. Или фавел?

В общем, приехал он в Москву с целью расслабиться от спортивных достижений, вместе с закадычными друзьями.
У него как раз день рождения был, и всей компанией собралась бухнуть в квартире одного знакомого москвича.

Перед тем как начать бухать, ребята Мордыхая решили "пробить", чего, мол, хотел бы получить в качестве подарка. Этот лысый купол почесал и говорит дерзко: - Женщину!
Пацаны вздохнули и задумались. Представь, такому Шреку партнершу подобрать,..
В общем, поехали в гостиницу "Континенталь", там сняли двух валютных фифачек и привезли в "Текстили". Это такой престижный район в Москве, там жиркомбинат недалеко.

Приезжают на хату в "Текстили", там уже стол накрыт и воняет индийскими свечками.
Начинается сабантуй с водочкой-шмодочкой, танцами-шманцами-обжиманцами.
Но наши ведь просто так не могут. Им надо, чтобы тамада.
А тамада справедливо решил, что с обладателем мордыхаевой рожи не всякая пойдет даже за гонорар Аллы Пугачевой и начинает толкать речь. Так, мол, и так, дорогой друг, сегодня твой праздник. Посмотри, как все прекрасно вокруг. По-весеннему поют птицы (звонкое карканье ворон на ул.Грайвороновская доносится через открытые форточки ), весело светит Солнце (небо цвета сандалий Эрика в тот день особенно уныло), как свеж и чист воздух (жиркомбинат; кто сомневается - посмотрите на карту), как, наконец, прекрасны наши гостьи и как прекрасен ты!..
Пожалуйста! Мы просим тебя. Нет! - умоляем! Никакой сегодня крови. Никакого насилия. Никаких ножей. Никаких смертей. Мы пьем за исключения! Сегодня — исключительный день!

Тут Мордыхай понял, что ему подают идею и начал подыгрывать. Выкрикивая глупости вроде "Сколько я зарезал, сколько перерезал..", "Люблю все национальное-остренькое, кинжал в жопу хочешь" и т.д.

Но девицы, на которых рассчитан весь цирк, даже бровью не поводят: пьют-едят, хохочут, да выходят "подкраситься" . А что — пусть выходят. Мобильников в те времена нет. Городской телефон — под контролем "зала". Ключи от входной двери — в кармане стражи.
Через окно с пятого этажа?

А кутеж продолжается.. В застольном шуме-гаме никто, кроме хозяина, не слышит звонка в дверь..
Хозяин, словно Штирлиц, идет по коридору, открывает дверь, а на пороге — наряд оперов. Впереди - немецкая овчарка - чистый Швайнштайнгер! Собака :"Гав-Гав!", рвется с поводка и трусцой забегает на банкет. Вся шобла оперов за ней. Овчарка передними лапами бросается на Мордыхая. Опера кладут на пол всех остальных.
Но Мордыхая просто так не возьмешь . Он спортивный такой, с характером. Короче Мордыхай рассудил, что здоровую ногу лучше приберечь на случай пенальти, изловчился и - хуяк Швайнштайгеру протезом между глаз. Но овчарке хоть бы хны! Клац-клац и протезу делается хрусть с пополамом. Мордыхай торжественно валится в штрафной площадке и ползет под стол. Но овчарка четко фиксирует Мордыхая зубами за мотню и звучит финальный свисток. Штрафные и буллиты отменяются.

Задержание заняло секунд 10-15, зато выяснение - дня два.
Но всех выпустили.
Последним вышел, припадая на огрызок протеза, злющий как шайтан Мордыхай.
Вышел, затряс кулаком в сторону КПЗ и давай орать : вы у меня попляшите! у меня тётя в Политбюро, дядя в ООН, сестра в ФИФА и брат в Пентагоне!
Чтобы как-то моральные последствия от хипиша сгладить, пацаны решили по секрету скинуться Мордыхаю на новый протез и торжественно вручить на следующий день рождения. И вручили.
А Мордыхаю сказали, что это менты прислали в качестве уважения и компенсации.
Мордыхай конечно усомнился, что в качестве уважения, зато окончательно уверовал, что их прослушивали.
Целый год потом по набережной ходил, задрав хвост, и бакланил:
- Я им неприятности от Политбюро и ФИФА обещал? Обещал. Они услышали и испугались. - А как услышали? А?!

Все, кто был в курсе про себя ржали, но от Мордыхая зачем-то решили скрывать.
На самом деле Мордыхай был здорово похож на одного блатного, что был во всесоюзном розыске. Такого же лысого и с протезом.
Ну а девушки , как положено, успешно сотрудничали с "органами".
"Узнав" в Мордыхае беглого гангстера, быстро распределились: одна пялилась на него влюбленными глазами, вторая вышла "подкраситься", шмыг на кухню - там окно настежь и вниз по водосточной трубе. Только шпильки по жести дзинь-дзинь.
Телефон-автомат за углом. Стуканула в милицию и назад.
Возвращение "товарища Юстаса" вверх по трубе тоже много времени не заняло.
Соответствовать нормам ГТО считалось делом обычным.
И даже будущие девочки по вызову тренировались в метании учебных гранат и проворно лазили по канату.

И прослушка тут совершенно не при чем : )

17

Юлька, моя помощница, пришла на работу в нашу депутатскую приемную
какая-то неразговорчивая. Думал, что как-то связано с прошедшими
праздниками. Но молчание у нее было скорее нервное. С остервенением она
колотила по клавиатуре, а потом схватила карандаш, азартно защемила его
ящиком стола и с остервенением сломала. Дважды. После чего выложила на
стол три изготовленных обломка, воззрилась на них, пошла красными
пятнами и впала в полную прострацию.
Но от Юльки работоспособность приемной зависит. А потому нужно
восстанавливать душевное равновесие сотрудника. Я, было, предположил,
что на новогодних каникулах ее опять осчастливил своим визитом Сева
(который разными подручными предметами уничтожает живых рыб,
http://dunewill.livejournal.com/6839.html ). И встретился во время
очередного бессловесного объяснения в любви с папой-подполковником.
Бравый офицер не одобряет севиных визитов и когда-нибудь определенно
спустит Севу с восьмого этажа без лифта. Или заставит съесть
активированную шумовую гранату… По обстоятельствам. Папа, говорят,
большой выдумщик.
После некоторых танцев с бубном выяснилось следующее. Здесь я должен
сделать небольшое отступление для описания Джулии. Джулия девушка не
толстая, но, как бы это сказать… мощная. Коня на скаку и все такое. В
век повсеместного помешательства на стандартизации женского идеала
последние два параметра метрических измерений фигуры ее абсолютно не
устраивали. А потому она пошла по пути стремления к совершенству и
записалась в группу контроля за весом. Секта собиралась систематически и
разрабатывала для каждого из бойцов индивидуальные графики питания и
меню. Легко представить, что меню сплошь было наполнено низкокалорийными
легкоусвояемыми продуктами, а график был полон людоедских ограничений.
Наличие дома папы-подполковника, который был не дурак отведать
пельменей, жареных свиных ребер, тушеного с капустой зайца и прочих
исключительно привлекательных, но абсолютно невозможных при юлькиной
диете блюд еще больше осложняло задачу. Однако светлая цель полностью
завладела рассудком и железный характер дочери танкиста дал свои плоды.
Через месяц занятий Юля оторвалась по достигнутым результатам от всех
конкурентов в группе. Девицы из секты смотрели на нее с завистью,
перешептывались за спиной, подозревали в манипуляциях с весами и
использовании секретной тайской таблетки для похудания. Руководитель
группы много занятий подряд ставил Юльку в пример всем остальным.
А через месяц случилось то, что должно было случиться. Диетолог
бесплатной группы по похуданию заявил, что для достижения еще более
выдающихся успехов в области расставания с лишними килограммами,
участника следует у него, руководителя, закупиться Гербалайфом и
добавить сей чудесный препарат к своему бедному животным белком рациону.
Но, в отличие от неудачников, чьи выдающиеся успехи выдавались восновном
в виде вторых подбородков и складок сала над джинсами с кокетливо
заниженной талией, юлькины успехи были на лицо и без Гербалайфа. В
результате чего приобретать диетическое снадобье за отнюдь не
гомеопатические деньги она отказалась. Я записывалась в бесплатную
группу. Ни за какой Гербалайф разговоров не было. Занятия мне помогают,
Гербалайф мне не нужен. Точка.
Слегка ошалевший от такого напора и не нашедший что возразить
тренер-гербалайфщик ушел во временную оборону, но на следующем занятии
снова поднял вопрос с еще большим энтузиазмом. На этот раз он заявил,
что хочет пообщаться с юлькиной семьей. На логичный вопрос о том, что же
гербалайфщик забыл в ее семье, тот ничтоже сумняще ответил, что хочет
живописать родным и близким Джулии о том, что она уже второй месяц
занимается на его, тренера, курсах по похуданию, добилась выдающихся
успехов, а потому, возможно, родные тоже желают присоединиться к этому
волшебному процессу. Нельзя сказать, что идея подробного и комплексного
рассказа о ее женских комплексах папе-танкисту сильно вдохновила нашу
героиню. Скорее наоборот. Мне сложно представить себе человека, который
бы сильно обрадовался такому предложению. Вот и Юлька представила себе
как тренер-диетолог рассказывает усатому жилистому подполковнику, что
его дочь жирная. А потом жилистый подполковник хмуро обозревает
принесенный Гербалайф, фиксирует диетолога в вертикальном положении без
штанов анусом к небу, привязав его железным тросом к укрепленному на
балконе швеллеру, после чего внедряет в организм визитера весь
наличествующий препарат ректально, при чем не вынимая из упаковки.
Изображенная картина была столь сюрреалистично, что на щедрое
предложение нести культуру здорового образа жизни в массы последовал
незамедлительный отказ. Не понимаю, какой страшной участи избежал только
что, гербалайфщик гордо вскинул голову и сказал, что при таком раскладе
отныне Юлька лишается права посещения его чудесных курсов.
Ну что ж, лишается так лишается. Впереди было много новогодних хлопот и,
по чести сказать, не было особого времени на посиделки с построением
графиков изменения массы тела. Подполковник уже заявил, что хочет на
Новый год жаркое из кабанчика. Кроме того, обещали также прийти друзья,
которые к кабанчику относились с гораздо большим энтузиазмом, чем к
брюссельской капусте. Где находится Брюссель, они не знали, по академии
помнили, что этот город относится к территории наиболее вероятного
противника, и ни чего хорошего от такого сомнительного продукта не
ожидали. Кабанчик представлялся гораздо более родным и перспективным. В
свете вышеизложенного исключение из секты похудателей не произвело
должного воспитательного эффекта. Юлька вздохнула, конечно, но
обязанность накормить на новый год офицеров-танкистов количеством до
одного отделения над ней довлела гораздо больше.
Праздники прошли успешно. Кабанчик был съеден, Юлька старалась соблюдать
заповеди диетолога, не взирая на исключение из секты. Все-таки победа
над четырнадцатью килограммами грела ей душу и наполняла гордостью. И
тут сегодня утром раздался звонок. Звонил сектант-гербалайфщик.
- Юлия, Вы не могли бы снова начать посещать наши занятия?
- Так я же не покупаю ваш Гербалайф?
- Да бог с ним, с Гербалайфом! Можете не покупать его!
- А в чем тогда причина?
- У нашей группы пропал стимул к развитию! После новогодних праздников у
всех заметный регресс! У людей пропала вера в собственные силы! Ну и в
Герабалайф конечно…
- Жрать надо меньше! ,- кратко сказала мстительная Юлька и повесила
трубку.
«Вот сволочи!!! »,- кипятилась она, «Как заниматься со мной, так без
Гербалайфа я посещать их курятник права не имею, а когда все побежали
как крысы с корабля, отожравшись «оливье» на новый год, так добро
пожаловать обратно! Да пошли они все! »
Да, трудно с ней не согласиться…

18

ЩЕЛБАН ИЛИ ЭФФЕКТ БАБОЧКИ

«Мы влияем на окружающий мир - меньше, чем нам бы хотелось, но гораздо
больше, чем нам кажется... »

Неделю Саша просидел на больничном – болела ушибленная спина, а
телеоператор с больной спиной совсем не работник. Тяжеленный железный
кирпич, за целый день и здоровую спину в дугу согнет. Самое обидное, что
он должен был лететь на месяц в Италию снимать красоты Рима, но больная
спина будь она не ладна... Не срослось, вместо него отправили совсем
молоденького, зато здорового пацанчика.
Но если бы больничные давали по причине плохого настроения, то Саша еще
целый месяц пролежал бы дома - пил и хандрил, глядя в окно. Пил и
хандрил...
Так что депрессию пришлось перенести на ногах и только спустя месяц
хандра слегка попустила.
Я был первым, кому Саша излил больную душу. Я даже сам удивился этому.
Он всегда такой серьезный и немногословный, да и намного старше меня
(ему полтинник с копейками), но видимо совместная командировка в Питер
сделала свое дело и ночью под стук колес, Саша рассказал вот такую
историю:

- Месяц назад у меня образовался выходной, и я поперся в дальний парк
хорошенько выгулять своего спаниеля Гашана.
Настроение прекрасное, каждый листочек в контровом свете выглядит, как
произведение искусства, жаль не догадался взять с собой фотик.
Семь часов утра, людей почти нет, только изредка нас обгоняли редкие
метеоры с правильным дыханием, лошадиной скоростью и музыкой в ушах.
Вот на встречу пробежал очередной здоровый конь в спортивном костюме, мы
с Гошей посторонились. Я еще подумал - надо бы и себе бросить курить и
начать пробежки по утрам - и здоровье и Гашану засчастье.
Вдруг, только что пробежавший мимо «конь» остановился через десяток
метров, вернулся и сказал: «Здравствуйте, извините... »

На вид коню лет сорок, загорелый, весь седой, но дико спортивный. Если
описать его двумя словами, то это был мясной кубик...
Кубик продолжал:
- Извините, скажите, Вы случайно не в 1655 школе учились?
Я растерялся и сказал:
- Да в 1655-й, а...
Кубик заулыбался и спросил:
- И в ансамбле на ударных играли!?
Я:
- Да! А Вы...? Я Вас знаю?
Кубик ответил:
- Вряд ли.
Далее началось что-то невообразимое: я получаю короткий удар в дых, а
затем этот хренов самбист делает мне приемчик от которого мои ноги летят
выше головы (это с моим–то давлением), в результате я с двухметровой
высоты падаю на спину. Лежу и не знаю от чего больнее дышать, от спины
или удара в дых. Судорожно соображаю, что кроме ключей от квартиры и
старого телефона с меня и взять то нечего. В голове гудит, мысли
путаются – при чем тут наша 1655-я школа и мои барабаны?
Кубик наклонился ко мне и... произвел контрольный в лоб...
Это был щелбан сатанинской силы, я даже на несколько секунд вынужден был
перейти на черно-белое зрение. Такие щелбаны наверное раздавал балда
своему работодателю попу.
Тут мясной кубик и говорит:
- Меня ты, конечно же не знаешь, но когда-то, когда ты учился в десятом
классе, ты пришел в столовую, там была очередушка из первоклашек. Самому
первому ты, не глядя дал леща, поднял за шкирку и выбросил из очереди.
У меня тогда из рук выпал стакан томатного сока и залил всю форму. Я в
таком виде не мог пойти на контрольную, сбежал с уроков, получил от мамы
за белую рубашку, а на следующий день получил две двойки за прогулы,
из-за них кстати, меня тренер не взял на сборы в Анапу... Ну ладно, мы
заболтались, бывайте здоровы и извините за компанию...

Кубик погладил моего спаниеля и побежал дальше, а я еще долго лежал на
земле, очень жалея, что это не был обычный грабеж.
Веселый Гоша прыгал вокруг и усердно вылизывал мое лицо.

19

Тренер с помощником формирует сборную команду боксеров для выезда
в зарубежное турне:
- Значит, этого берем, Кузнецова тоже, Сидорова на хрен...
В это время звонок от босса из федерации бокса:
- Петрович, я надеюсь, мой сын едет? Ты там проследи...
Тренер с помощником хватаются за голову:
- Ну все, пиздец. Он же в первом же раунде будет заваливаться.
- А главное, если спонсор узнает, на кого мы его рекламу нацепили -
все, ни гроша мы больше не получим. Эту же рекламу никто
ни на одном бое разглядеть не успеет. А надо, чтобы она видна была.
- Так, давай езжай к спонсору, объясняй, договаривайся...
Вскоре приходят отобранные боксеры на сбор, получают новую форму.
Там эмблема спонсора, все дела...
Является сын босса. Берет форму и говорит:
- А чего это у меня форма без эмблемы? У всех с эмблемой.
Тренер:
- Есть у тебя эмблема, только ты ее не видишь. Главное, зрители
ее увидят.
- Да где ж она?
- На подошвах...

20

Тренер одной американской футбольной команды смотрит CNN. С места
военных действий на оккупированных территориях передают репортаж,
посвященный одному израильскому солдату, славящемуся силой рук и
поразительной точностью метания гранат. Вот показывают, как он бросил
гранату на 100 метров и попал точно в окно здания, откуда палестинцы
вели стрельбу - БАБАХ! Вот он бросает еще одну гранату и попадает прямо
в группу вражеских солдат, укрывшихся за обломками танка - БАБАХ! Вон
мимо него движется автомобиль со скоростью более 100 км/ч, но ему снова
удается попасть гранатой прямо в стекло машины, и она взрывается!
Тренер, решив во что бы то ни стало сделать этого солдата игроком своей
команды, обзванивает множество инстанций, раздает взятки кому надо, и
вот, через неделю этот солдат уже у него в команде.
Как и ожидал тренер, бывший солдат и в футболе проявляет не меньшую
точность ударов, и в конце концов благодаря ему команда выигрывает Кубок
Мира.
Молодой израильтянин в глазах у всех выглядит героем. Тренер, чтобы
вознаградить его, спрашивает, что тот хочет больше всего на свете, на
что получает ответ:
- Я хочу позвонить маме.
Тренер протягивает ему свой мобильник, и еврей набирает номер. Через
некоторое время у них с мамой происходит вот такой диалог:
- Мама, это ты? Здравствуй, мама! Ты даже не представляешь: я выиграл
Кубок Мира!
- Я не хочу с тобой разговаривать, ты нас оставил, ты мне больше не сын!
- Мама, ты, наверное, не понимаешь, чего мне удалось добиться! -
оправдывается он. - Благодаря мне наша команда стала самой знаменитой
в мире! Каждый раз, когда я выхожу из квартиры, меня окружают толпы
фанатов!
- Да? А ты знаешь о том, что пока мы с тобою разговариваем, рядом с нами
повсюду снуют вооруженные люди? Стреляют на каждом углу, невозможно даже
из дома выйти! Два твоих брата были убиты, а сестра - изнасилована средь
бела дня!
Тут она срывается в слезы и после некоторой паузы добавляет:
- Я никогда не прощу тебе того, что из-за тебя нам пришлось переехать в
Майами!

21

Тренер по плаванию, стоя на бортике, грит детям:
- Так, внимание, все смотрим на меня... брассом надо плыть так....
руки так.... вот так.... ноги так... поняли!? Па-ш-ли!
Иванов, ты чего одной ногой гребешь!?
- Так вы тоже только одной и показывали!

22

Перед чемпионатом мира внезапно русский боксер Иван Драга
сломал ногу. Ну с кем не бывает... Намечается скандал или
катастрофа ну и тренеру приходит в голову кандидатура местного
мужичка со скотобойни -- дяди Васи. Ну поставили тому поллитру
и говорят:
- Ты хоть один раунд продержись, а там видно будет
Ну прошел один раунд, все пучком. Дядю Васю на второй
уговорили. Ну соперник -- чернокожий профессионал -- и так крутится
и сяк, а Дяде Васе по-фигу. Перед третьим раундом тренер и говорит
нашему Дяде Васе:
- А может ты ему разок двинешь в корпус, раз так дело пошло хорошо?
Ну начался раунд, дядя Вася и двинул. Черный -- брык и в нокдаун.
Судья подскочил, начал считать:
- Раз-Два-Три
А Дядя Вася и говорит:
- Ну чего ты считаешь? Давай скорей шкуру снимай пока теплый еще.