Результатов: 12

2

Идея с тамблера: женщина заключает сделку с дьяволом: скажем, вечная жизнь в обмен на то, что она родит от него ребенка. Затем она заключает сделку с ведьмой, скажем, богатство в обмен на ее перворожденное дитя. Затем она рожает от демона и отдает ребенка ведьме, довольная собирает свои дары, а демон и ведьма судятся о правах на ребенка. В итоге они воспитывают ребенка вместе, а мамаша навещает их изредка с бухлишком и учит дочку плохому.

3

О путче и не только. Воспоминания десантника

Призвали осенью 89-го. Направили в десантную учебку в Литву. Город Рукла. Там не доучился, потому что в Союзе начались беспорядки, решался вопрос о расформировании части, - досрочно присвоили младшего сержанта и отправили в Рязанский полк ВДВ. Несколько дней всего в полку пробыл, и кидают нас в Тбилиси. На аэродроме просидели два дня в ангарах. Потом в закрытых фургонах перевезли в строительную часть, где переодели в стройбатовскую форму. Там была какая-то заваруха. Каких-то заложников освобождали. Меня и ещё «молодых» под пули не отправили. «Вам ещё рано, - сказал взводный, - успеете». - и поставил нас в оцепление. Сам он и человек десять наших десантников полегли в этой операции. Весна 90-го это была, наверное. Черешни много было спелой и крупной.
А потом, уже на алычу, мы попали в Баку-2. Или нет…. Это надо альбом смотреть. 26 лет прошло, и как сказка все вспоминается. Приехали в Баку, - старшина договорился, что кормить нас будут в ресторане. И мы реально, как гражданские, приходили в ресторан, они гостеприимные люди – азербайджанцы, - такие столы нам накрывали… Военным был везде почёт в те времена. В Баку была табачная фабрика. Мы ходили туда. В России как раз проблемы начались с табаком. То мне отец курево посылал в армию, а из Баку уже я ему курево отправлял.
К ордену я был представлен вместе с командиром взвода за десантирование внутри БМД. Сначала нас три месяца обучали десантироваться в системе «Кентавр». Там ещё такие кресла были космические. Если честно – я в итоге не прыгнул в этом кресле. До этого только сын Маргелова внутри БМД прыгнул. И ему за это Героя дали. Сейчас бы я не пошёл. А тогда спросили: «Кто будет внутри БМД десантироваться?» - сразу вызвался. На всё готов был.
Из БМДэшки всё повыкидывали и поставили эти космические кресла.
Ветер в день учений был сильно выше допустимого. А министр обороны со свитой, с иностранцами все здесь уже. Загружаемся в самолет вместе с нашими БМДшками, - командир роты, взводный, я, три водителя. И взводный говорит мне: «Пусть меня уволят-расстреляют, но в БМДшке мы с тобой при таком ветре прыгать не будем. Прыгнем отдельно – замешаемся в этой толпе. А на земле прибежим к машине, - вроде мы в ней были». По плану учений мы с ним вдвоём должны были внутри находиться. БМДшка сползает по рампе, мы – за ней. У нашей роты были экспериментальные парашюты – Д-6 серии 4. Приземляюсь – купол погасить не могу, ветер тащит. Об землю бьюсь… На этом парашюте есть второе кольцо – дернёшь его, - половина подвесной системы отстегивается, и купол погаснет тогда. Собрался дергать, а меня уже ветром подняло, земля внизу далеко. Семнадцать человек в тот день стёрлись насмерть – с Костромской дивизии, ДШБшники ещё… Их ветром носило по полю, било об землю… Шестьдесят шестыми «Газонами» догоняли купола, гасили колёсами.
Вот земля снова приближается, шлеп, дернул второе кольцо, отцепился от парашюта. Из ушей и носа кровь, комбинезон слева разодран и кожа стерта-сбита, хромаю к своей БМДшке. Нам же с командиром взвода надо внутрь залезть – вроде мы там были. Подбегаю – а люк в метре под землёй. Из-за ветра система приземления не сработала как надо, и машина ушла мордой в землю. Причем, не болото, не пахотная какая земля, а в плотную слежавшуюся землю так воткнулась. И торчит. И мы со взводным вылезать оттуда должны, а там до люка ещё и не докопаться. Что дальше делать не знаю, а взводного нет.
Вокруг стрельба, МИГи в небе – учения-то комплексные. А они летят низко и беззвучно. Вот он уже скрылся, а потом рёв двигателей и уши закладывает.
Командира нет. Бегаю ищу. Орёт на высоковольтке. Он на одной стороне проводов, купол – на другой. Под своим весом сползает вниз, тут порывом ветра купол наполняется и тянет его к проводам. Открыл он запаску, по её стропам спустился, спрыгнул. Доложил ему, что БМДшка из земли торчит, и в неё не залезть. Побежали сразу к трибуне, с которой Грачев – министр обороны, Лебедь – командующий ВДВ, иностранцы наблюдают за учениями. Мы стоим в крови, взводный отрапортовал: «Упражнение такое-то выполнено!» Грачёв говорит: «Представляю лейтенанта такого-то и сержанта такого-то к награждению орденом «Красной Звезды»!» Там никто не разбирался – внутри мы были или нет. 17 погибших… Три полка десантировалось – Костромской, Рязанский, Тульский и ещё десантно-штурмовые батальоны.
Так и не знаю – достоин я этого ордена или нет. Но мне всё равно его не дали из-за путча.
А до этого прошел ещё Киргизию. Ездили мы туда чисто на патрулирование. Показать народу, что вот власть есть и у власти есть сила. На озере Иссык-Куль были ранней весной. Красивое очень! Обгорели там за час до волдырей.
Лебедя я за службу раз десять видел. Он точно, как генерал в «Особенностях национальной охоты». Только без сигары. Он мне галстук раз повязывал. Привезли нашу роту после Баку в Москву, на склады какие-то. Там нас переодевают в штатское. Костюмы, рубашки, плащи, туфли лакированные, галстуки… Кручу этот галстук в руках – что с ним делать. Лебедь подходит: «Помочь, сынок?» Повязал мне галстук. Туфли были узкие, а у меня ступня широкая. Чтобы ногу втиснуть, пришлось сорок пятый взять, при моём сорок втором. И вот мы такие неприметные в одинаковых костюмах, одинаковых туфлях, плащах и галстуках, все ранней весной с бакинским загаром, с АКСУ под плащами, патрулировали Москву попарно. Мой маршрут был на Арбате. День мы там патрулировали, и вернулись в полк.
А за несколько месяцев до этого раз целые сутки сидел с гранатомётом на чердаке в Москве. Трое срочников и офицер.
За всё время службы в полку месяца три провёл. Остальное время – командировки или разведвыходы, когда берёшь палатки, сухпаи, и километров за 60 в леса-поля. Бегать любил тогда. Случалось, в субботу или воскресенье, когда уже старшиной роты был, с другом: «Давай пробежимся…» И чисто для удовольствия километров пять нарежем… В казарму возвращаемся – ротный орет: «Старшина! Где тебя носит?! Строй роту на марш-бросок!» И с ротой ещё сороковничек легко пробегал…
Путч 91 год – тоже интересно. Самое трудное, самое жестокое было туда добраться. На гусеничном ходу от Рязани до Москвы по асфальту доехать – ни один водитель не выдержал. БМДшка на асфальте – как корова на льду. Я своего подменил. Половину дороги вёл. От асфальта из-под гусениц пыль-крошка летит. Доехали до МКАДа, у всех веки распухли - глаза-щёлочки. БМДшки одна на другую заезжали, остановку где-то снесли, легковушку задели… Реально тяжело.
Где-то перед МКАДом нас встретил Лебедь. Командиру полка и офицерам объяснил обстановку. Полк оставили здесь, а одну нашу роту отправляют к Белому Дому. 7 или 9 БМДшек у нас тогда было… И вот через все баррикады едем к Белому Дому. С тротуаров нам что-то кричат, обкидывают яйцами… Обзывают карателями. Мы после очередного юга – все загорелые… Ты спрашиваешь – за Ельцина мы были или за ГКЧП? Чего мы об этом знали?! Если Лебедь сказал, командир полка сказал – надо ехать, надо исполнять. А какое там ГКЧП, что это и зачем, - мы и знать не знали, и не надо солдатам это знать. Исполнять надо.
Приезжаем к Белому Дому, выходит президент Ельцин. Каждому из нас пожал руку, обнял, дыхнул водочкой. Руку его потную как сейчас помню. Жаркий август был. Что-то такое сказал вроде «ребятушки», «солдатушки»… Я так понял, что его обижают. Заняли оборону вокруг Белого Дома. И тут мы оказались для всех своими. Те же, наверное, кто в нас на марше яйцами кидался и карателями обзывал, теперь понесли нам жратву, курево и бухло.
Сначала мы думали, что сможем всё съесть. У нас был ГАЗ-66 в сопровождении, так мы его весь забили жратвой, и жалели, что столько боезапаса у нас место занимает. Мы ж срочники. Почти все из глубинки. А тут чипсы, пепси-кола, вина красные и белые, колбасы, коньяки, торты-пирожные, и это всё надо употребить. Ночь переночевали. В ручье каком-то умылся-побрился. Утром зарядку провел для роты. Такой миниспектакль для гражданских. И тут весь полк к нам приехал. Что вот давили кого-то из мирного населения – не видел и не слышал от наших.
А когда полк наш пришёл – началось ещё интереснее. Командира нашей разведроты, командиров взводов и меня, как старшину, вывели перед строем полка, сорвали с нас погоны, объявили предателями Родины, назвали какие-то статьи серьёзные, связали каждому руки. Я стою, не понимаю – за что? Попал, как кур в ощип. Президент руку пожал, а командование руки связывает. Чем я виноват?! Разведрота – 29 человек, весь полк стоит, и замполит полка объявляет, что мы за кусок колбасы Родину продали…
Со связанными руками отвезли в полк на гауптвахту. Офицеров - в офицерскую камеру, меня – в камеру для сержантов и старшин. С рядовых и сержантов нашей роты тоже погоны сорвали. А на губу только офицеров, и меня. Старшина роты - должность прапорщика была.
Ребята передали мне в камеру транзистор – слушаю новости. Думаю: «Если Ельцин победит – меня должны выпустить. Не зря же он мне руку жал…»
Проходят эти два дня. Слышу по радио – Ельцин победил. Прыгаю от радости чуть не до потолка. И меня действительно выпускают. Никто, конечно, не извиняется.
Возвращаюсь – в роте нет офицеров. Ни один после такого позора не стал восстанавливаться. Все написали рапорта.
И всю нашу роту вдруг отправляют за 40 километров от Рязани убирать яблоки в каком-то колхозе. Никогда для разведроты такого не было. Я – старший. Своим ходом. Зачем яблоки, куда… Взяли палатки, сухпай на пару дней… Ни задания, ни – куда яблоки сдавать… Ни корзин, никакого инвентаря, ни ящиков, ни мешков… Ребятам говорю: «Нас сюда выживать отправили. Вы - в поле за картошкой, вы – кому по деревне что работой помочь, чтобы продуктами расплатились». Прожили мы там две недели. С самогоночкой деревенской, - не без этого, конечно. Потом приезжает командир полка, представляет новых командира роты и командиров взводов. Отругал нас, что пьяные, и отправил бегом в полк. Для нас тогда 40 километров пробежать ничего не стоило. А потом выгнали меня из армии. Даже не помню – дождались осеннего приказа, или раньше. Выдали документы. Парадку не дали надеть. Сказали – у тебя «гражданка» есть, дуй в «гражданке». Так понимаю, что из-за политической ошибки командования полка там у Белого Дома. Чтобы не всплыло, что они предателями не тех объявили.
А несколько лет назад наша разведрота списались все в интернете. И мой адрес нашли. И приехали человек двадцать ко мне в гости сюрпризом. А я перед тем квартиру сменил. Они приезжают на адрес, который у них был – никто не открывает. Они соседям жмут звонки. Сосед один открывает – спрашивают про меня. А он им что-то ответил: «Его уж нет давно».
Ну, ребята возвращаются на вокзал, садятся в ресторане, наливают лишний стакан водки, накрывают куском чёрного хлеба, поминают меня. Потом разъехались.
Но вскоре один нашёл в интернете сестру мою. И осторожно так пишет ей, что, мол, - я с твоим братом служил. Она в ответ: «А он сейчас на охоте. На неделю уехал». Тут уж они ко мне снова приехали, и мы увиделись. Повспоминали…
Про орден «Красной Звезды» и не знаю – надо ли интересоваться. С одной стороны – представили, вроде. А с другой – на самом-то деле я же не внутри БМДшки прыгал. Ну, обещали орден и не дали. Зато и посадить потом обещали, но не посадили же. Отслужил, как все.
***
Послесловие от Немолодого:
Познакомился с ним в отпуске. Хорошо как-то сошлись, общались… Очень мне понравились его воспоминания. Некоторые истории из его жизни выкладывал в июне. А эту приберёг к Дню ВДВ.
Позвонил ему сейчас. Согласовал текст. Он кое-что поправил, и попросил добавить:
- С праздником, десантники!.. За войска дяди Васи!.. И вечная память павшим...

4

Знакомому ребенку в школе задали выучить стихотворение про тучку.
Итак, Михаил Юрич Лермонтов, стихотворение "Утёс".

Ночевала тучка золотая
На груди утеса-великана;
Утром в путь она умчалась рано,
По лазури весело играя;

Но остался влажный след в морщине
Старого утеса. Одиноко
Он стоит, задумался глубоко,
И тихонько плачет он в пустыне.

Стих заучивали вместе (мама была на работе, а я псевдоняня).
Прочитали, повторили, прочитали, повторили.
-Катя, - спросил меня ребенок, - а о чём это стихотворение?

Потом подумала и добавила:
-Слушай, а почему в кино женщины, если переночевали у мужчины, поутру тихо убегают, не прощаясь?

И тут я сообразила: ребенок понял стихотворение ровно так же, как и я.
Блядо-тучка переночевала с мужичком, и с утра, по лазури, свежепотраханная, втихаря свалила. А у старого утёса в "морщине" влажный след. Стоит, думает, плачет.

У меня возникло несколько вопросов. Я вообще любознательная.
Например, первый: почему это учат в шестом классе?
Это же взрослое стихотворение. Натурально.
А второй: о чём оно на самом деле?

Вообще, если так посмотреть, для Лермонтова тучи - это вечная ассоциация с женщинами. Нет, это понятно, всё-таки, он мужик, причем, писал, будучи в самом расцвете сил. Но я вот чувствую некую обиду к тучам, вернее, к женщинам, которая вот прям сквозит.

Вот, например, ещё:

Тучки небесные, вечные странники!
Степью лазурною, цепью жемчужною
Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную.

Кто же вас гонит: судьбы ли решение?
Зависть ли тайная? злоба ль открытая?
Или на вас тяготит преступление?
Или друзей клевета ядовитая?

Нет, вам наскучили нивы бесплодные...
Чужды вам страсти и чужды страдания;
Вечно-холодные, вечно-свободные,
Нет у вас родины, нет вам изгнания.

Обратите внимание на последний абзац.
Ведь там же явно читается: все бабы - суки.
Обидели женщины Лермонтова, ох, как обидели.
А детям учи стихотворения несчастного мужичка и не понимай, откуда утёс в пустыне, чего он там плачет, и куда тучка ускакала по утру...

5

Есть у меня такая фича – иногда прогуливать работу. Причем не просто прогуливать, а как бы это выразиться – культурно прогуливать.

Выбирается день, (обычно пятница, святое дело) когда особых дел нет, звонок другу моему разлюбезному (читай собутыльнику, но высокоинтеллектуальному), чтоб и у него дел на работе не было, звонок на работу, что, мол, до понедельника меня нет. Отрубается мобила, включается вторая симка, о которой знают только посвященные, закупается спиртное и вуа ля – свобода, отдых и философские беседы, иногда с барышнями, иногда без.
Летом понятно дело где-нибудь на уединенном пляже, зимой в сауне, кабаке, на хате и т.д.

И вот в один из таких дней отдохновения от жен и суеты мирской, встретились мы с друганом, у каждого с собой по бутылочке коньяку и шоколад, а стояли жуткие морозы.
Стоим на площади, мерзнем, думу думаем, куда податься, поскольку встреча вышла несколько спонтанно, сауну ангажировать не успели.
Рядом театр драмы – звонок знакомой, работающей в этом театре, и через полчаса мы в ложе на спектакле. Начинаем распивать, открыли шоколад, а он шуршит, зараза, обертка то из фольги!
В ложу заходит Представительная Дама и тихонько так делает нам выговор, мол, что ж это вы товарищи из Минкультуры области, шумите-то, неопытные что ли?
Надо сказать, что мы оба в костюмах-галстуках, очочках и при портфелях (ну правильно, для всех домашних мы на работу ушли в своей обычной униформе).
Мы в недоумении, вежливо приглашаем ее разделить с нами трапезу.
Дама, причастившись с нами коньяком, объясняет, что моя знакомая сегодня не работает, но она позвонила и просила нас провести в министерскую ложу (хуле день на дворе – ложа пустуют, а спектакль идет) сказав, что мы из Минкультуры.

Потом уже, выйдя в антракте покурить с Представительной Дамой (в миру Елизаветой Ивановной, а после третьего стаканчика – «для вас просто Лиза») мы узнали, от нее, что она сразу поняла, что мы не из Минкультуры.
На наш вопрос как она догадалась, был гениальный ответ.
- Министерские опытные в ложе пригублять, они шоколадную обертку из фольги еще в буфете выкидывают, чтоб не шуметь.

Вот такая вот блин культура, вот такая вот вечная молодость!

6

Маме через пару месяцев восемьдесят лет. Освоила чуть-чуть винду скайп, яндекс-гугл-панорамы, новости, погоду.
Спрашивает лезут какие-то "таблички", что делать?
Отвечаю "таблички" закрываются крестиком, как правило, в верхнем правом углу.
Мама, преподаватель вполне гуманитарной дисциплины, спросила: - крестик как "плюс" или как "умножить"?
Вот она!!! Вечная проблема борьбы программистов с бухгалтерами!!!! У вас "КРЕСТИКИ" РАЗНЫЕ!!

8

ГИБЛОЕ МЕСТО

«У страха глаза велики…»

Все началось с того, что моего приятеля Андрея обстреляла на даче местная шантрапа.
Глухой ночью, в будний день, пацанчики решили влезть в чужой дом, но там оказались: Андрей с отцом и двухлетняя девочка – Зара.
Слово – за слово, и от огорчения, что дача не пустая, шантрапа начала слегка быковать на хозяев и даже пару-тройку раз шмальнула из пневматического пистолета в припаркованные во дворе машины.
Для Андрея с отцом - это стало последней каплей и они выпустили из дома рвущуюся в бой девочку Зару.
Зара выскочила, пацанчики моментально ломанулись обратно к забору, но успели не все, кто-то перелетел на ту сторону уже без куска задницы.
Ротвейлеры с чужаками шутить не любят, хоть девочки, хоть мальчики.
Итого: военные потери - два скола на лобовом стекле машины Андрея и один скол на стекле и царапина на капоте у машины отца.
А трофей один - бесполезные вражеские ползадницы, которыми вообще можно пренебречь.
Короче, одни убытки.
По хорошему, надо бы стекла заменить, но все как-то руки не доходили…
И вот, в один прекрасный вечер, Андрей приехал домой и о чудо, в самом козырном месте оказалось пустующее место, там он и припарковался.
Вообще, в их дворе, как и по всей Москве, шла вечная, непримиримая борьба за каждый кубический сантиметр воздуха. Забудешь загнуть боковые зеркала, будь уверен, что кто-то их загнет за тебя, но только уже против шерсти. Бывает, что выезжающий с утра человек звонит сразу по трем телефонам, потому что «закрыт» сразу тремя машинами.
И у меня случается, припаркую машину на шикарное местечко и потом два дня хожу на работу пешком, чтобы не потерять этого места. Маразм, конечно, а что делать?
Но вернемся к Андрею…
Утром, Андрей выгуливал Зару, и обнаружил рядом со своей машиной, маленький консилиум соседей-автомобилистов. Они трогали скол на лобовом стекле, цокали языками и матерились.
- Доброе утро всем, что случилось?
- Да ты посмотри, сосед, «что случилось». Смотри, у тебя сколы. Видимо ночью какие-то ублюдки из общаги обстреляли. Может дробь, а может «воздушка».
Глянь, наш дом прикрывает весь двор и только это место как раз под обстрелом. Да, дела, сюда лучше вообще машину не ставить, ну их, этих уродов. У самих машин нет и никогда не будет, так они чужие поганят. Поймать бы и ноги поотрывать. Да как его поймаешь? Из любого окна могут стрелять, всю общагу ведь не перешерстишь.
Ну, ты как, в милицию будешь заявлять?
- Андрей почесал голову, но о своих дачных приключениях решил умолчать, да и Зара не выдала, тем более что она была в наморднике.
Слухи разлетелись моментально и «гиблое место» пустовало, только один Андрей отваживался ставить на него машину.
Добрые соседи предупреждали, но он все же «рисковал», дескать, хуже не будет, и так стекло под замену.
Когда во двор приезжала случайная машина и парковалась на пустующем «гиблом месте», местные эксперты тоже находили на ней сколы и царапины от «общажного стрелка» и шарахались от этого места еще больше.
А однажды вечером, Андрей вернулся с работы и как всегда хотел встать на свое «гиблое место», но напоролся на целый митинг местных автомобилистов.
Митинг столпился у припаркованной машины (это отец Андрея приехал в гости).
Люди щупали характерные сколы на стекле и особенно материли поцарапанный рикошетом капот…
Еще немного и толпа разнесла бы «вражью» общагу по кирпичику. Но не разнесла, ведь время было позднее, а завтра всем на работу…
…Прошел год, но, кроме Андрея, из местных, «гиблое место» не занимал никто.
Дураков нет…

9

«В Москву! В Москву» («Три сестры» А.П.Чехова)

Муж у меня потомственный москвич, а я приехала в Первопрестольную аж в 17 лет, поступать в ПТУ. И, конечно, отношение к извечной московской проблеме -*понаехали тут!* у нас разнится.
Его ария (allegro) и звучит как *Уже весь бывший Союз здесь!! Ну куда они едут, куда они все прутся?!*, а мой ответ (andante):* Едут со времен Долгорукова, и ничего страшного - всех Москва перемнет под себя, всех выровняет. Уже во втором поколении будут как свои. Вот, наши соседи, первой *дикой* волны начала 90-х - приехали с гор, кожаные куртки, золотые улыбки, тонированная *девятка*, женщины безмолвные в платках = а посмотри сегодня на их девочек - модницы, умницы, обе закончили институт, работают - одна в банке, другая в страховой компании... А последняя волна - красавцы мальчишки с далеких окраин - нормальная конкуренция нашим спивающимся и обленившимся даже размножаться, утратившим всякую пассионарность, мужикам.*
Ну, тема вечная, и время от времени мы ее ритуально исполняем.
Но вчера...
Приходить муж домой, притихший.
Разувается и рассказывает:
*Возвращаюсь с работы, и на площади у Курского вокзала, вижу - козу привезли. Ну куда они в Москву козу везут?!!*
Я пытаюсь рационализировать:
*Ну, может, ребенку козье молоко нужно...*
*Какое молоко! Какое молоко - коза маленькая, совсем ягненочек (sik!) Ну куда они козу еще тащат!!*
*Ладно,-говорю,-это она проездом...*

А вечером я никак не могла уснуть - закрываю глаза - и вижу козью морду, она таращится на Садовое кольцо - и меня разбирает дикий ржач. Вдруг не проездом, вдруг навсегда?

10

Гуси когда - то спасли Рим. А моя кошка Марыська - наш посёлок. Не, его никто завоёвывать не собирался, от краж спасла. Случайно. Но и гуси ведь кричали не специально...
А всё началось с того, что в середине девяностых в наш Оймяконский район случился наплыв узбеков. Часть из них, в количестве пятнадцати человек, прибыло к нам. И все - белазисты. Правда, большинство из них, кроме баранки, ничего знакомого в БелАЗе не узнавали. Было такое ощущение, что беларусы проводили благотворительную акцию в Узбекистане, скрепляя дружбу народов корочками, вручая их всем, кто сумел самостоятельно залезть в кабину самосвала. Шучу. Понятно, что всё продаётся и покупается. А если оптом, то со скидкой. И корочки тоже.

Поселились узбеки в одном бараке, спокойно жили, иногда на работе чудили, не без этого ( благо обходилось без жертв). Были они довольно гостеприимны - не раз пивали у них градусный чай, закусывая супервкусным настоящим узбекским пловом. Но в каждом стаде ведь есть паршивая овца... О её( его) проделках даже сами земляки не знали. По крайней мере клялись Аллахом, что не знали.
Наш ведь посёлок среди тайги находился, дорог к нему всего две - воздушная и водная. Летом и зимой( река промерзала так, что по ней спокойно гоняли БелАЗы). Посторонним незамеченными взяться было не откуда. От чего на посёлке сложился свой микроклимат. Поэтому, когда прошли белые ночи и стала подкрадываться осень, начавшиеся кражи в домах вызвали небольшой шок. Ну тырили раньше по теплицам огурцы - помидоры( на закусь в основном), картошку с огорода. Даже бензин из лодочных сараев крали( воришки огребали таких люлей, что после этой терапии они и своё без спроса боялись взять долгое время). А тут кражи в домах и квартирах, двери которых закрывали больше от сквозняка, чем от кого - то. Щепкой, просто навесом замка или, если на ключ, то ключ всегда под ковриком у дверей лежал. Все ведь свои...

Из домов пропадали в основном вещи из прихожей - куртки, сапоги, шапки. Как признался потом сам воришка, шариться по всей жилплощади ему было оченно ссыкотно. А так зашёл быстренько, что попалось под руку схватил и ноги. Стыренное этот дурик прятал в заброшенном сарае, мечтая потом, по зимнику, вывезти всё на чём - нибудь(!) в райцентр и продать на рынке. Всё это стало известно позже, а пока силовые структуры, в лице единственного представителя милиции на нашем посёлке, участкового Александра Васильевича, пребывали без сна и аппетита, пытаясь вычислить вора...

Теперь плавно перейдём к моей кошке( о том, как она у меня появилась, я уже здесь, на сайте, писал). К моменту случившегося поселкового переполоха, она давно уже была любимицей всей семьи и неоднократной матерью - героиней. Кошка, как кошка. Со своими тараканами в голове и желанием иногда пошкодить. Была у неё одна фишка - знакомиться со всеми гостями нашей квартиры. Делала она это бесцеремонно - разбегалась и запрыгивала перескоком по телу на плечо и обнюхивала волосы гостей, после чего "заносила" их в свой "список" или друзей, или не очень, по своим каким - то кошачьим критериям. Те, что попадали в "не очень", были даже иногда покусаны. Слегка. Второй раз она не знакомилась, кстати, и полностью игнорила выпивших. А теперь - к главным событиям того вечера, когда Марыська спасла посёлок от смуты...

А тем вечером я мирно дрых после работы( родители трудились во вторую смену ), отсыпаясь после предыдущей бурной ночи и, соответственно, тяжёлого дня. Предварительно депортировав Марыську из своей комнаты. Иначе это не сон бы был - она или смачно бы обкусывала у меня под ухом свои подушечки на лапах, сидя на стуле рядом, что весьма нервировало, или завалилась бы тоже дрыхнуть. Но не на стуле рядом, не на полу на ковре, нигде - нибудь ещё, а конечно же со мной на диване, растянувшись во все мощи в моих ногах, с которыми она устраивала драку при любой попытке её хоть чуть - чуть подвинуть. Разбудил меня звук удара в дверях квартиры. Затем, хлопающие двери подъезда, вопли с улицы... Вышел в коридор - дверь была нараспашку, соседи выскочили на площадку. Стало понятно, что и мою квартиру посетил вор - одежда из прихожей исчезла. Кинулся звонить участковому, когда в подъезд забежала соседка - малолетка и сказала, что видела, кто это был. А с ней влетела и Марыся. Шерсть дыбом, хвост трубой, глаза из орбит лезут, урчит...

Да, это был один из узбеков. В этот раз он выбрал мою квартиру - свет в не горел и она самая первая от входа в дом. Очередная удача? Фиг там. Занырнув в квартиру и наощупь собрав вещи, он уже приоткрыл дверь, прислушиваясь к обстановке в подъезде и собираясь смыться, как что - то прыгнуло на него сзади. От неожиданности уз дёрнулся вперёд и упоролся головой в косяк. Марыся не успела усесться у него на плече, тоже не ожидая таких манёвров от гостя, но успела крепко впустить когти ему в спину. А тот, что есть мочи, рванул на улицу, перепугав воплем от боли соседку - малолетку и её ухажёра, зажимавшихся под домом( дома у нас на высоких сваях - вечная мерзлота как никак). Так и сквозанул мимо них с Марыськой на спине, скакавшей на нём ещё метров тридцать, может, не оставляя надежды на полное знакомство, а может, просто наслаждаясь. Ведь до этого ей не доводилось скакать на людях, да и когда ещё такой случай подвернётся.
Узбек был повязан участковым и дал признательные показания( а куда деваться). Шмотки возвратились хозяевам. Уголовного дела взаимным решением сторон заводить не стали - воришку пнули в родные края на деньги земляков.
Через пару месяцев, когда ударили приличные морозы, поселковые мужики летали на вертолёте в особо рыбные места, и по возвращении премировали Марыську мешком рыбы. Так эта заразинка, порубав рыбы дома, просилась на балкон, где стоял тот мешок, и немного грызла мороженных рыбин. На десерт, что ли. Вот такие гуси...

11

ДЕМБЕЛЬ ВУРДАЛАКОВ

Пятеро наших дембелей, активно и очень изобретательно боролись со скукой и тоской по Родине, поэтому - мы – ребятишки помоложе, старались держаться подальше от их веселых аттракционов, ведь роли в этих забавах распределялись очень однобоко. Либо ты мишень в тире, либо сама пулька, а если совсем не повезет, то и призовой, плюшевый заяц…
Ничего нельзя с этим поделать – это природное явление.
Дембелей нужно просто пережить как проникающую радиацию или поход с ребенком на утренник первого января…

Но эти вели себя как-то излишне мерзко, даже для людей прослуживших 730 дней.

В тот день дембеля облюбовали автопарк.
Поначалу катались в кузове «Урала» и объявляли остановки: - «Наш скорый поезд прибывает в город Шахты (Воронеж, Куйбышев, Махачкалу, Ленинград и т.д.) Стоянка вечная!»
Потом бросались гранатами по немцам (Гранатами служила щебенка, а немцами – голуби и некоторые из нас, те кто сдуру попался на дороге «танка»

Перекур.
В автопарк, вдруг пришел свежий «плюшевый заяц» - художник из клуба и принес боевой листок.
Дембеля почитали, похихикали и сказали:
– Заяц… тьфу, боец, помоги отрегулировать холостые обороты.
- Так я не умею.
- Ты только болтик закрутишь и все.

Перед бампером зачем-то положили два дефицитных мата из спортзала. Обычно на них целыми днями спят водилы под машинами, только вместо одеяла, укрываются огромным гаечным ключом и когда проходящий офицер пинает спящие торчащие сапоги, то ноги без паузы начинают сипло шипеть - …А, сука! Заржавела! Тут нужно зубилом срубать… Кто там?

Художник стараясь не наступать на маты, влез на бампер и осторожно сунул голову в открытую пасть «Урала». Рядышком очутился один из дембелей, вручил отвертку и показал какую пимпочку нужно крутить по его команде.
Дембель прыгнул в кабину, завел движок, а художник с отверткой торчал из под капота в виде бквы «Л» и ждал.

Фокус весь был как раз в пимпочке, и не столько в ней, сколько в ее расположении. Если дотянуться до нее, то ухо окажется как раз напротив раструба воздушного сигнала.
И конечно же он гуднул…
Солдатик дернулся как тряпичная кукла и слетел с машины вниз головой. Тут маты как раз и пригодились.
Дембеля были счастливы.
Но внезапно, сквозь всеобщий смех, послышался знакомый раскатистых гогот, и из тени пальм вышел Зорро в должности комбрига…
Полковник Ершов был мужиком справедливым, но таким лютым, что было бы правильнее сказать – справедливо-лютым.
Даже нарочито-вялые дембеля моментально превратились в добросовестных солдат, ждущих любого приказа командира.
Комбриг прогоготался и улыбаясь сказал:
- Вот молодцы, порадовали старика. Хорошая шутка. Солдат должен уметь и хорошо поработать и весело пошутить. Все правильно. Ну, как он смешно летел, я чуть не сдох…
Дембеля осторожно оскалились, а комбриг улыбаясь продолжил:
- Особенно хорошо вы с матами придумали. Если бы их не было, то гнить бы вам всем на гауптвахте и уволиться оттуда в последнюю партию. А так молодцы, подстелили…
Дембеля слегка напряглись, а полковник добавил:
- Пора вас потихоньку увольнять, а то изнываете тут от безделья.
Дембеля радостно загоготали: - спасибо товарищ полковник! Мы хоть сейчас!
Комбриг:
- Ладно, уволю, сегодня и начнем, только не всех и не сразу. Через десять минут построение на плацу возле казармы, форма одежды любая.
Затем он обратился к художнику трущему ухо:
- А ты, хлопец, принеси-ка мне из клуба кусочек мела.
Художник не услышал ни слова и громко переспросил:
- А!? Товарищ полковник. Что!?
- Мел принеси!
- А?!
- Мел!!!
Перепуганный бедняга все еще не мог прочитать по губам приказ комбрига.
Полковник потрепал солдатика по голове и сказал:
- Ничего не надо, иди отдыхай…

Через десять минут дембеля в радостном возбуждении уже построились на плацу.
Подошел комбриг, на шее у него болтался полевой бинокль, а в руке белел кусочек мела.
Полковник:
- Кто из вас смотрел кино Вий? Все смотрели? Молодцы. Тогда вот вам мел, нарисуйте трехметровый круг, вокруг этого грибка.

Грибком была старая, никогда не работающая сирена, асфальтового цвета, она служила только для сокрытия окурков.

Комбриг:
А теперь, товарищи упыри и вурдалаки, мы с вами сыграем в одну очень интересную и веселую игру под названием «дембель вурдалаков». Становитесь все внутрь круга. Молодцы.
Так, вас тут пятеро, правила простые – я махну рукой – игра началась. Кто покинет круг первым, тот уволится в Новый год. Кто вторым, тот, на неделю раньше и так далее… а кто продержится внутри круга дольше всех, тот уедет домой сегодня… Вопросы есть?

Дембеля встрепенулись и заволновались – «Сегодня?» «Как сегодня?» «Сейчас уже вечер»
Комбриг:
- Кто-нибудь сомневается в моем слове?
- Никак нет!
- Значит все согласны сыграть? Не переживайте – это не долго…

Согласились все.
Нас - остальных зевак, комбриг отослал метров на сто, в сторону спортгородка. Отошел и сам.
Потом ужасным голосом заорал: - Готовы!!!?
И махнул рукой в сторону штаба.
Внезапно оказалось, что старый, железный грибок, еще очень даже может…
Вой стоял такой, что и со ста метров, слышать было невыносимо, даже потные ладошки на ушах не особо помогали - вой раздирал не уши, а человека целиком.
Лабораторные черти и вурдалаки метались в меловом круге как ошпаренные, выскакивая по одному из игры зажав уши.
Комбриг наблюдал в бинокль, улыбался и загибал пальцы.
Удивительно долго держались двое последних. Уж очень им хотелось сегодня домой.
Хотя – «долго», понятие относительное. Все, от начала и до конца продолжалось минуты две с половиной, не дольше…
Когда вой стих, грустный победитель так и остался в круге, он ошарашено сидел на грибке, как фашист на своей разбитой пушке.
Уже через час, он надел парадку и ни с кем не попрощавшись, вышел из КПП.
Остальные дембеля вдрызг переругавшись, целыми днями слонялись по части, какие-то тихие, постаревшие и надломленные.
Куда только подевались их лихость и кураж…
Каждую неделю они по одному, незаметно выпадали, как зубы у дряхлого старика, пока в Новый Год, не выпал последний…

12

Христианин, мусульманин и атеист летят в самолете, в котором уже отказали
двигатели и самолет вот-вот рухнет.
Христианин успокаивает себя:
- Я жил праведной жизнью и всегда верил в Иисуса и Господа нашего,
мне не страшно умирать, я попаду в рай и буду жить вечно.
Мусульманин успокаивает себя:
- Я жил праведной жизнью и всегда верил в пророка Мохаммеда и в Аллаха,
мне не страшно умирать, я буду жить на том свете вечно.
Христианин говорит:
- Простите, но вы верите не в того бога и вечная жизнь вам не светит.
Мусульманин отвечает:
- Нет, это вы заблуждаетесь, и нет другого бога кроме Аллаха.
Так они продолжают спорить, чей бог лучше, и тут встревает атеист:
- Вы можете спорить до посинения, чья вера правильнее, а я верю в науку,
и она снабдила меня парашютом, прощайте, господа!