Результатов: 524

1

Баллада о четырех страшных воплях

Рассказали восхитительную историю, но длинная получилась, зараза. Сократил как мог. Кому много буков, скролльте.

Конец 80-х. Три свежевылупленные первокурсницы, подружки из отдаленного поселка, приступили к занятиям во владивостокском вузе. Проблемы у них вызвали вовсе не лекции, а обычные уроки физкультуры. Это были, наверно, самые здоровые девки на всем курсе. Но упражнения типа «тачка» (одна подруга шагает на руках, другая держит ее за ноги), прогулки верхом друг на друге, и даже просто бег трусцой всем стадом, им показались невыразимо дебильными.

Самым страшным испытанием оказался козел. У себя в поселке они навидались козлов натуральных и в переносном смысле, но вот коварный гимнастический снаряд был им внове. Козел оказался анальным злыднем. Вроде бы шибко сигали, но поотшибали об него все свои попы, и особенно копчики.

Однажды заметили они в полутемном холле фанерный щит, а на нем список спортивных секций. Записавшись на них, можно было оказывается не ходить на эту чертову физру.

Увы, ассортимент секций был весьма ограниченным. Почти все они уже были заполнены более расторопными первокурсниками, а те, что оставались, напоминали паноптикум. Секцию по грёбле, например, Света удачно срифмовала с неприличным словом. Объяснила подругам, что вот только могучих плечей им и не хватало, для удач в личной жизни.

Хорошим вариантом там выглядела секция по художественной гимнастике. Они подошли к тренеру на нее записаться, отчего он чуть не проглотил свой свисток. Дело в том, что по комплекции девушки представляли собой прекрасные, но излишне щедрые дары приморской тайги, для этого вида спорта противоестественные.

Тренер был челом деликатным, и вместо того, чтобы выразить эту простую мысль, понес какую-то ахинею про то, что им в очень скором времени предстоит стать будущими матерями, и тяжелые нагрузки могут отрицательно сказаться на здоровье плода. Целомудренные подружки заалели до пунцевого цвета. Света, как самая бойкая, решительно бухнула, что все они до выпуска рожать не собираются. Готовы к любым, даже самым тяжелым физическим нагрузкам (лишь бы избавиться от обоих этих козлов – мысленно простонала она).

- Ну, а раньше вы занимались художественной гимнастикой? – вдруг осенило тренера.
- Нет, но мы ходили на танцы! Умеем скакать на скакалке! Ходить на лыжах! Стрелять из ружья! Ставить капканы! - наперебой залопотали девчонки. Наташа невпопад добавила, что она посещала даже кружок мягкой игрушки.

Тренер торопился и выдал главный отпугивающий козырь – что им нужно купить на эти занятия. Я всего не упомню из рассказа Светы, но сам изумился, как много. Там нужен был и специальный топ типа купальника, и короткая юбочка определенного размера, и чешки (типа балетных тапочек, но совсем другое), и дрын с длинной цветной лентой, и обруч для упражнений дома.

Засада была в том, что полки магазинов Владивостока были к тому времени девственно пусты. Найти всё это для трех девчонок было покруче, чем собрать 30 крышек от кока-колы и получить за это приз. Расчет тренера был явно на то, что услышав этот список, они наконец отвянут. Сказал, что места в группе пока есть, но запишет он их, только увидев эти комплекты. С тем и убыл, криво ухмыляясь.

Через неделю он чуть не подавился своим свистком вторично. Девчонки торжествующе предъявили ему все три комплекта этой художественной хрени. Один бог знает, чего им это стоило. У тренера просто язык не повернулся им отказать – записал, сообщил расписание занятий и место, дворец спорта. Ну или дом физкультурника, я не помню – в общем, очень большое здание.

Занятия начинались ровно в 7 вечера. На первое девушки пришли за полчаса. Хотели заранее освоиться со спортивным инвентарем, чтобы совсем уж не садиться в лужу. Инвентарь им предстояло увидеть впервые, кроме воспоминаний от спортивных передач по телику. Холл здания был пустынен. Мимо несся щуплый мужичок, впоследствии идентифицированный ими как администратор Михалыч. Они сообщили секцию, объяснили, что впервые, и спросили, куда им дальше идти.
- Спортзал №6, вооон там по коридору. Но сначала сюда – в раздевалку, там наденете спортивную форму. Если ячеек свободных нет, переоденетесь прямо в спортзале, ничего страшного, это полностью женская группа.

Ячеек свободных оказалось всего две, кое-как удалось затолкать туда вещи. Девушки с волнением облачились в новые наряды и глянули в зеркало, воинственно сжав дрыны с лентами. Вместе они производили сильное впечатление. Перефразируя классика, все худенькие девушки похожи фигурами друг на друга, а вот все одаренные природой одарены по-разному.

Точеная талия Наташи приятно контрастировала с ее мощным бюстом, на котором вместо топа был обычный купальник. Других в продаже не было. Не по размеру маленький, он готов был лопнуть и улететь вдаль, как проколотый воздушный шарик. Юбочка Марины норовила задраться в балетную пачку спереди на ее выразительных ляжках. А прекраснопопая Света в таком прикиде представляла собою зрелище почти порнографическое.

Девушки довольно долго осмысляли увиденное. Резюмировала Света:
– Ой, девки. Как по одиночке мерили, вроде ведь нормально было. А вместе выглядим, как бляди по вызову. Позор один. Ладно, гимнастки эти худющие пусть завидуют, главное чтобы парни в таком виде не увидели!

Выглянула из двери раздевалки в щелочку.
- Ура, коридор пустой! Ну-ка, живо подорвались до зала №6! За мной бегом марш!

Подруги именно подорвались. Разогнаться было где, коридор был просто громаден. Увидев заветную дверь с большой бляхой №6, влетели. Это оказался большой боксерский зал. Они обомлели.

Догадываюсь, что это напоминало фильм "Троя" с Брэдом Питтом. Гимн мужской красоте и силе. Мощные вспотевшие торсы, кое-где посверкивали и задницы переодевавшихся.

Парни их не сразу заметили. Они были заняты – кто бил морду друг другу, кто грушу. Длинные руки, приземистые широкоплечие фигуры, суровые лица. Смахивали на орангутангов. Так девчонки потом их и прозвали – между собой, разумеется.

Посреди возвышалась спиной к ним исполинская горилла – тренер. Его партнер заметил девчонок первым. За доли секунды перед тем, как отправиться в нокдаун, он успел встретиться с ними взглядом и улыбнуться. Тренер отправил его в полет со зверским ревом:
- МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТАТ!!!

Как потом выяснилось, это был его постоянный возглас. Типа «Ом-хохом!» у буддистов. Исполнялся с потрясающей энергией и харизмой. После такого вопля даже мышь бросилась бы тут же бить морду коту Ваське. К счастью, девушки не видели выражения его рожи при этом. Но всё равно, Света потом признавалась, что после такого вопля, когда все парни вдруг обернулись и уставились на девушек вместе с тренером, ей остро захотелось сделать книксен и обоссаться одновременно.

Смеха, однако, со стороны парней не последовательно. По их лицам медленно расползались восхищенные, недоуменные, недоверчивые улыбки. Они как будто боялись спугнуть эту стайку забредших к ним ненароком прекрасных нимф. Такие рожи бывают у тех, кому в передаче «Скрытая камера» внезапно вываливают под нос голые сиськи.

Света собрала остатки духа и энергично помахала дрыном с лентой:
- Привет, ребята! Мы – ваша группа поддержки! А что, художественная гимнастика в этом же зале?

Тренер вдруг яростно заорал:
- Михалыч, я же сказал тебе прибить номер!
с такой громкостью, что Михалыч его несомненно хорошо расслышал. Где бы он ни находился. Вот тут все парни разом и грохнули. Девушки, вообще не врубившись в тему с номером, на всякий случай тоже захихикали. В зал ворвался Михалыч. Глянув на девушек, тут же зашелся скрипучим смехом а-ля дед Щукарь. Хор был еще тот.

Оторжавшись, тренер вышел наконец из образа жуткого Кинг-Конга и добродушно объяснил:
- Девушки, извините пожалуйста. Художественная гимнастика в шестом зале, дальше по коридору. А это девятый. Просто у таблички шуруп отвалился, и она вверх ногами перевернулась…

Перевернувшаяся табличка сломала лед в отношениях залов 6 и 9. Группы первокурсников были только что набраны, худенькие гимнастки мало интересовали свирепых боксеров. А вот на секси-трио боксеры стали заходить после своей секции. Постепенно разглядели и других девушек, любуясь их упражнениями. Завелись ухажеры. Всех девушек, кого некому было провожать поздним вечером, стали провожать орангутанги. Живо разобрались между собой по симпатиям. Возможно, крепко набив перед этим друг другу морды на предыдущем занятии.

Появился ухажер и у Светы. Оказался очень застенчивым, несмотря на устрашающую физиономию и фигуру. Провожал до дома всегда, но целоваться не лез. И вообще держался ровно. Типа, случайно мимо проходил. Звали его Гошей. Однажды, когда под ногами уже кружили золотые и огненные листья, предложил ей остаться в зале №9 после занятий – поставить ей самозащиту. Она согласилась. Дал он ей поначалу довольно странные задания, а поглядев, поставил ей не самозащиту, а диагноз:
– Знаешь, Света, драться все-таки не бабское дело. Во всяком случае, не твое. Против гопников не устоишь. Как ни тренируй. Спринт вот у тебя неплохо получается. Мало таких бегучих видел. Но дыхалка так себе. На длинной дистанции мужик все равно догонит. В твоем случае идеальная тактика такая – выбираешь из гоп-компании самого трезвого и жилистого. Обычно это лидер группы. Он к тебе и пристанет. Твой единственный шанс – неожиданный, меткий, сокрушительный удар по яйцам. Ноги у тебя сильные. Но все равно - только ему, дальше спринт. Ну что, давай тренироваться.
- Эээ, Гоша, а тебе не будет больно?
- А ты попробуй попади!

Попасть Гоше по яйцам оказалось действительно не проще, чем голыми руками кастрировать дикобраза. Он был феноменально увертлив. Начав с осторожных пасов, Света вскоре уже яростно фигачила вовсю. Поняла, что даже задеть бедро этой поджарой неуловимой фигуры, не говоря уже о ее яйцах, было невозможно. Он как будто танцевал сумасшедший брейк. В крайних случаях, отбивал удары бережными движениями вездесущих рук. Света танцы любила и заценила пластику.

Через пару дней тренировок Гоша начал откровенно скучать в своих увертываниях. Стал развлекаться пародиями на фирменный рык своего тренера. Про результат. Но на разные лады. Фантазия его была неистощима. Света была смешлива и уходила хохотать при каждом вопле, как в нокаут. Но Гоша в этих вокальных упражнениях слегка расслабился. Через неделю он дождался результата. Она собралась, сосредоточилась, и отвесила в абсолютном убеждении, что Гоша и на этот раз как-нибудь выкрутится. Собралась полюбоваться причудливому прыжку мастера. Но Гоша слегка зазевался. Его вопль можно записать как:

МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТААААУУУУЫЫЫЫБЛЯЯЯЯЯ!!!

На этом упражнения по яйцам были решительно Гошей закончены. А вскоре закружились первые снежинки и наметилась трещина в их отношениях – Света влюбилась по уши в своего преподавателя. Молодой, представительный, обходительный. Потрясающе интересен в разговоре и весьма инициативен в отношениях. Застенчивый орангутанг Гоша с ним рядом не стоял. С ним и поговорить-то было толком не о чем. Разве что по яйцам ему фигачить, да и это уже пройденный этап. В общем, когда Гоша, заметив ее гуляющим с преподом, хмуро пригрозил набить ему морду, Света сказала так:
- Дай мне определиться. Если увижу его избитым – у тебя никаких шансов. Никогда.
Гоша бить морду не стал, и вообще отстал.

Однажды, когда снег накрыл наконец этот бесснежный город, случилось Свете гулять с преподом в тихом парке вечером. К ним пристали порядком бухие гопники. Один с ходу засветил в табло преподу, другой нежно, но крепко обнял Свету.

И тут с ее возлюбленным случилось поразительное. Он дал такого деру, что позавидовал бы любой спринтер. Испарился в мгновение ока. Растаял, как снежинка на ресницах. А Света осталась наедине с тремя гопниками. Грусть.

Действовала автоматически, молниеносно. Лидер компании на уровень Гоши не потянул. Прозевал с первого удара. Такому воплю могли бы позавидовать даже мамонты в период гона.

Второй от нее в ужасе сам отлепился. Хотела она допинать обоих, но вспомнила завет Гоши и выдала свой фирменный спринт. Преследовавших не оказалось.

А с Гошей они через год поженились. Долго откладывали детей. Сначала до выпуска, потом грянули «один раз живем» 90-е. Дооткладывались до того, что сейчас у них пятеро. Заводили по мере становления бизнеса, с большими перерывами. Планировали двух - мальчика и девочку. Но Гоша упертый – как Авраам родил Исаака, так и он должен был родить сына. А сын никак не получался, шли только дочки. Света тоже очень переживала.

Когда в пятый раз перестали предохраняться, уже в середине нулевых, он в отчаянии заорал в самый неподходящий момент:
- МНЕ НУЖЕН РЕЗУЛЬТА-А-АТ!!!

Если говорить об оргазме, то результат этим воплем был безнадежно испорчен. Ибо трудно сочетать оргазм с хохотом. Но получилось наконец - у них родился сын. Веселый растет парень…

2

Любовь и Авиация.

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. В прошлом месяце охотники набрели на обломки самолета, висящего кусками на деревьях, который пропал в 2008 году, под обломками растасканные зверями человеческие кости - отец с сыном, искали их тогда долго, и вот нашли спустя девять лет.

Итак, жила-была девочка Сара и была у нее мечта летать. Не то чтобы как птица, а управлять самолетом. Судьба пронесла ее как мимо военной авиации, так и мимо гражданской и Сара получила профессию бухгалтера. Вышла замуж, родила сына – все как у всех, но мечта летать осталась. В 35 лет Сара все-таки получила заветную лицензию на управление легкомоторным самолетом. Самолет поначалу арендовала, летала с инструктором, потом без чтобы налетать нужное количество часов и набраться опыта. Наконец годам к 40-ка Сара и ее муж Джон купили в кредит небольшой подержанный самолет типа Кукурузник на 4 посадочных места. Вот тут-то и начинается сама история.

Аляска большая, но ничьей земли нет. Земля либо федеральная, либо племенная, либо штата, либо города, либо частная – у всех свои законы как эту землю защитить и живность на этой земле всячески охранить. Выйти просто так поохотиться не получится, надо получить разрешение на сезон и на вид дичи (лось, олень, медведь, рысь, горный козел и т. д.). Сервис предлагается огромный. Можно снять частный охотничий домик на пару-тройку дней или неделю или на сколько денег не жаль, нанять проводника-профессионала, зафрахтовать небольшой самолет или катер.

Чтобы было дешевле, веселее и безопаснее, Джон пригласил троих друзей на охоту. Сняли охотничий домик на берегу озера, закупили продуктов на три дня, заправили самолет. По договору, Сара доставила охотничью экспедицию на место стоянки на своем гидросамолете и должна была забрать всех в определенный день.

На Аляске главными конкурентами охотников являются медведи. Их тут три вида: черные, бурые, и белые. Гризли – это подтип бурого медведя, они более агрессивные, хотя и бурые далеко не мишки-гамми. Черные медведи от людей стараются уйти, но любят лазить по мусоркам. Поэтому все мусорные бачки на Аляске имеют «противомедвежьи» замки, если плотно не закроешь бачек, можно, выйдя из дома, напороться на картину «Три медведя ужинают без Машеньки» прямо на твоем дворе. Штраф городу заплатишь нехилый! А если им понравится, они будут возвращаться снова и снова. Нет-нет, пристрелить низзяя! Бурые и гризли строго охраняют свою территорию, но на людей не охотятся (в большинстве случаев). Белые - те жрут всех, кого встретят и кто не успеет убежать.

Джон и его товарищи по охоте могли каждый застрелить не более шести оленей в день. Но олени конечно тоже не дураки стоять и ждать пока их пустят на колбаску, их еще надо выследить, не-за-мет-но к ним приблизиться, выстрелить, и попасть. Самая сложная часть заключается в «незаметно». Незаметно идти по тайге очень сложно – там все против человека, то ветка под сапогом предательски хрустнет, то приходится через кустарник лезть напролом с ружьем и рюкзаком, то белка начинает орать над головой: «Понаехали тут!» и хочется пристрелить на месте горластую тварь. Олень услышит и учует вас еще до того, как вы заметите его белый хвостик, и тихо уйдет в сторону.

Вторая проблема, после того как вы пристрелили оленя – наши старые друзья медведи. Черные медведи просто пойдут за охотниками подъесть то что выбросили при разделке туши. Бурые и гризли идут на выстрел как на приглашение к обеду – кормильцы приехали! Поэтому охотники или быстро разделывают тушу на месте и быстренько оттуда сваливают или уносят тушу к месту разделки, но тоже быстренько. Здесь почти каждый охотник расскажет вам историю встречи с бурым медведем, который «случайно» выбрел на полянку, где охотники разделывали оленя минут через двадцать после выстрела. При этом охотники счастливы, если медведь просто даст им возможность уйти. Туша оленя достается хозяину тайги.

На этом проблема с медведями не заканчивается, они же обладают уникальным обонянием и чуют свежее мясо за мили, поэтому они часто ошиваются около охотничьих домиков и доставляют массу неприятностей охотникам. Как-то по утру охотник вышел до ветру справить малую нужду и в середине процесса из-за угла охотничьего домика вышел бурый медведь, шумно вдохнул запах вражеской мочи на вверенной ему территории и недовольно рыкнул. Так и бегал охотничек вокруг домика, ухватив штаны одной рукой и зажав детородный орган в другой как эстафетную палочку. Только медведю та палочка была не нужна, он хотел взять приз целиком вместе со мокрыми штанами. Олимпийские игры были преждевременно прерваны болельщиками, затащившими полумертвого фаворита гонок в домик. Медведь потом еще долго ходил кругами, пробуя на прочность двери, требуя выдать обидчика и метя территорию. Естественно в тот день никто на охоту не попал.

Когда Сара прилетела забирать охотничью экспедицию, оленье мясо было упаковано в специальные кулеры (такие мини-холодильнички из прочной пластмассы), по количеству кулеров она знала вес груза, который был предварительно оговорен и рассчитан. Но было одно но, вернее два, а именно две неразделанных оленьих туши. Это был перевес и Сара мягко отказалась брать на борт лишний груз. Охотники попытались ее переубедить, но Сара не соглашалась.

Слово за слово между пилотом и охотниками завязалась перепалка, в которой Джон принял сторону друзей-охотников. Сара пыталась объяснить, что озеро небольшое и «разбег» довольно короткий, подъем вверх резкий, что ели аляскинские очень высокие, и если они заденут ель, то у медведей будет праздник с человечиной на десерт, а дома куча детей останется сиротами, включая сына Сары и Джона. Четыре уставших небритых и озверевших от охоты и крови мужика ничего не хотели слушать, но Сара лишний вес не взяла. Пока самолет разбегался по воде, охотники печально провожали глазами две одинокие оленьи туши, оставшиеся на берегу озера. По возвращению, Джон выехал из дома в течение недели и в течение следующего месяца подал на развод.

Передо мной сидит приятная молодая женщина по имени Сара. Она рассказывает мне эту историю, стараясь не плакать, но слезы все равно нет-нет катятся по щекам. Я не знаю как ее успокоить, мне нечем ее утешить, впереди ее ждут многие месяцы разводного процесса. Я спрашиваю: «Если бы тогда на озере ты знала, что твое решение разобьет твой брак, ты бы взяла на борт тех оленей?» «Нет - отвечает Сара, - я не имела права рисковать жизнями людей и своей жизнью». «Ну - говорю я, - тогда ты все сделала правильно. Жизнь у тебя одна и маму твоему сыну никто не заменит».

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. Что-то мне подсказывает, что Сара никогда не пополнит эту печальную статистику (тук-тук-тук три раза по дереву).

3

Декабрь для меня особый месяц,в декабре девяносто третьего я уверовал,уверовал в силу животворящею родной милиции,конкретней в силу оперов одного из участков Ростовской милиции находящегося в исторической центре Донской столицы,рядом со старым базаром.Простые на вид парни не только боролись с преступностью,но и творили под час истинные чудеса, меня вот скажем исцелили наложением рук...ну и ног,если честно...
В тот год я сильно простудился,с диагнозом ларингит я полностью потерял голос,две недели проведенные в дневном стационаре его не вернули,врач при выписке как-то не совсем уверенно пообещал что со временем я снова заговорю,нужно мол запастись терпением...
В один момент мой старый мир был разрушен,я стоял на пороге нового дивного и пугающего мира немых...Основной проблемой оказалось что я не могу работать по специальности и вернутся на старое место работы,впрочем мне пошли навстречу и отправили в неоплачиваемый отпуск.Мелких бытовых неудобств хватало с лихвой,начиная с невозможности разговаривать по телефону и заканчивая постоянным ношением с собой блокнота и карандаша для общения.
Вскоре сбережения истощились и остро стал денежный вопрос,так что предложение старого друга почелночить между Ростовом и Донецком,пришлось как нельзя кстати.Схема была проста,я получил в Донецке две сумки где аккуратно были уложены двести пластиковых стограммовых баночек с искусственной черной икрой,вернутся я должен был с тремя ящиками сигарет.На мой вопрос о том что везти на продажу из Донецка в Ростов икру это вроде как в Тулу самовары ,товарищ ответил что я не разбираюсь в нынешних экономических связях.Поездка должна была занять чуть более суток,оплата-эквивалент среднемесячной моей зарплаты.
Мною были получены подробнейшие инструкции по перевозке контрабанды-куда ставить сумки и коробки,как договорится с проводниками,таможенниками и милицией,по мнению друга,моя временная инвалидность была только наруку,в глазах служивых я своей немотой вызывал больше доверия.
Инструкции были хороши,но всего не предусмотришь,я без малейших проблем доехал до Ростова и уже был на старом базаре рядом с нужным мне магазином где должен был состоятся обмен икры на сигареты,как два милиционера в лейтенантском звании проявили служебное рвение-попросили предъявить документы и показать содержание сумок,увидев банки с икрой без каких либо документов,они как-то по детски счастливо переглянулись,один обернувшись на рядом находящейся Собор Рождества Пресвятой Богородицы перекрестился с легким поклоном и словами"Даст бог день,даст и пищу".Я пытался объяснится следуя инструкциям, мычал что икра не краденная и вдобавок искусственная,но куда там...меня отвели в отделение милиции и посадили в обезьянник ,сказали что скоро за мной вернутся,а я должен подумать над своей судьбой, за двадцать килограмм икры могут реальный срок впаять...Подумать как следует я не успел,буквально через пять минут в отделение вошли под дюжину одинаковых с лица мужиков,все они были одеты в одном стиле-бандитос:у всех черные спортивные шапочки,куртки кожаные,половина в спортивных штанах с кроссовками,половина в джинсах и ботинках.Толпой они ввалились в обезьянник,поначалу показалось тесновато,но вскоре стало так весело,что мелкие неудобства я перестал замечать...Как я понял это оперативники взяли банду "братков" оказавших сопротивление при задержании и вот уже в отделении оперативники решили поучить их по отечески дубинками, показать так сказать кто в доме хозяин..,интересно что "братки" продолжали отмахиватся и как мне кажется в той или иной степени обе стороны были довольны происходящим, я же чувствовал себя немного лишним на этом празднике. Меня подвело не только невозможность на словах объяснить что я начинающий неудачливый контрабандист и как-бы не с ними,а то что одет я был по той-же моде...В общем прилетало мне с двух сторон,для всех я был чужим и всем одинаково интересен,видимо бандитов и оперов забавляло то как я после каждого удара оживленно жестикулировал и мычал что то невразумительное...
К моменту появления набожного лейтенанта который меня арестовал и шел мимо по своим делам не обращая внимания на драку в обезьяннике,я дошел до состояния полного изумления от нетрадиционных методов воспитания,так что увидев его,на меня неожиданно снизошло божественное откровение,я вдруг предельно ясно осознал что контрабанда это совсем не мое и мне очень сильно захотелось поделится этим открытием с лейтенантом...
-Лейтенант,нам нужно поговорить!-неимоверно напрягая голосовые связки,закричал-зарычал я на все отделение милиции,Джигурда отдыхает…,кажется завибрировали окна.Драка внезапно остановилась,из кабинетов повыходили люди спрашивая не началось ли землетрясение,пожар или какое другое бедствие…
Лейтенант подходя к клетке вновь перекрестился,после чего толкнул небольшую проповедь в которой шла речь о промысле божьем,что не дано нам грешным понять когда мы теряем и когда находим,что он не в первый раз видит в этих казённых стенах чудеса исцеления как только человек становится на путь исправления, ибо господь всемилостлив и прощает грехи наши видя искреннее раскаяние,что очень жаль что я был лишь немым,а не скажем незрячим и на костылях,мол результат был бы тем же-полное исцеление,но зрительно более эффектное!Все присутствующие были впечатлены проповедью,лично я чуть не прослезился от умиления,впрочем,если честно,то прослезится хотелось задолго до появления лейтенанта…
Затем он предложил на выбор,либо к нему в кабинет,либо остаться в качестве эксперимента в обезьяннике,лейтенант предположил что минут через десять я возможно замироточу…
Я выбрал кабинет и уже через двадцать минут стоял совершенно свободным человеком рядом с отделением,индульгенция обошлась мне в десять процентов от товара,надо заметить по божески,запроси он половину и я не стал бы торговаться.На выходе лейтенант пожелал всего наилучшего и рекомендовал по всем вопросам сразу обращаться к нему,он мол как нельзя лучше понимает проблемы современного купечества и с божьей помощью на своем уровне все уладит,а будет нужно и на более высоком…Я же искренне надеялся что в жизни больше его не увижу,похоже что лейтенант не понял что икра искусственная, думаю что более внимательно прочитав этикетку он не был-бы так счастлив...
Оставшеюся икру я поменял на сигареты и благополучно привез их в Донецк,поблагодарил друга за необычное приключение,сказал что схожу с пути контрабандиста и возвращаюсь на работу,что бог возможно простит последующие грехи на этом тернистом пути,но может не выдержать нервная система,пообещал что через три-четыре года,как только соскучусь по новым впечатлениям,так сразу свяжусь с ним…

4

Любовь зла - полюбишь и козла

И вот наконец пришел тот самый долгожданный момент, когда твоя жизнь становится скучна, неинтересна и обыденна. И тут вдруг приходит человек, и заметьте, сам, никто его об этом не просил, и начинает рассказывать...
Этим самым человеком оказалась наша уборщица Василиса Петровна, для краткости будем называть ее, как и все, - Вася.
Вася, придя под конец рабочего дня, прошлась по периметру нашего офисного помещения и безапелляционно объявила: «У вас и так чисто, убираться не буду! Обойдетесь!» Аргументировав столь жестко свою позицию, она зачем-то еще раз осмотрела пол и, словно узнав росчерк своей швабры, добавила: «Ну точно, я вчера же только тут пол мыла». Возникла неловкая пауза, было отчетливо заметно, что Васю что-то сильно терзает и гложет, она иступленно смотрела в одну точку, словно пытаясь высверлить небольшое отверстие победитовым сверлом, скажем восьмеркой. Она вспоминала. Через какое-то время на лицо наползла улыбка, и уборщица поинтересовалась: «А я вам рассказывала, как меня наркоман грабил, двадцать пять минут держал под ножом?» Вася частенько балует нас своими историями, по большей части бытового характера. Судя по ее ожившим и забегавшим глазам, рассказ обещал быть динамичным, незаурядным, немного жестоким и любовным. Васе дали слово.
Дело было так, отставив швабру в сторону, начала Вася, я тогда еще работала в булочной на пересечении Московского проспекта и Крепостной улицы, носила капроновые чулки, пышные кудрявые волосы с каштановым отливом и короткую юбку. Стоял жаркий летний день, солнце палило безбожно, мозги медленно плавились вместе с асфальтом. В семнадцать ноль пять в магазин зашел парень – он мне сразу не понравился - и внимательно оглядел все хлебобулочные изделия - от батона за двадцать две копейки до рогалика за шесть. Потоптался и вышел. Таким вот наглым образом он в течение часа зашел и вышел семь раз, а на восьмой разозлил меня уже окончательно и капитально.
На мой культурный вопрос «Какого рожна его козьей морде тут надо?» он ответил, почему-то грубо, цинично и холодно, «Не твое собачье дело», после чего я решила, что хлеба ему не продам, даже если на коленях умолять будет. Но парень, сильно интересующийся хлебобулочными изделиями, вопреки моей железной логике хлеба просить не стал, а, наоборот, перепрыгнул, как горный козел, через прилавок и, достав перочинный нож с двумя лезвиями, принялся вскрывать им мою кассу с довольно куцей дневной выручкой.
Был бы он малость покультурнее, пообходительнее что ли, я бы ему показала кнопку на кассе, с помощью которой она открывается, но нет, я сказала иначе, дурной характер - вся в отца: «Может, тебе на жаре мозги напекло, к врачу, может, тебе надо, а?» Смотрю - реакции ноль, ну точно - напекло, думаю, перехожу тогда к плану Б. Начала перечислять ему в качестве угрозы фамилии всех, каких знала, городских авторитетов, по алфавиту разумеется, смотрю - реакции опять ноль. Понятно, думаю, не местный. Планы все закончились, плюнула на пол и пошла вызывать милицию, предварительно громко заявив об этом. Тут смотрю, мать честная, голову у него отпустило, даже чересчур, на поправку парень пошел моментально. Бросил ножик вместе с кассой, схватил мою сумочку и бежать. Я первые три минуты молча стояла, искренне радуясь его выздоровлению, а на четвертой - меня как током ударило, сумка-то не казенная.
Выбежала на улицу как ошпаренная, а там мужики наши, с завода, стоят, пиво «Жигулевское» пьют, я к ним и давай спрашивать, жалостно так: «Куда побег парень с женской сумкой, сиречь моей?» Они, мол, туды куда-то, - и тычут все в разные стороны. Ну я плюнула еще раз, теперь уже на асфальт, аж слюна зашипела - то ли от жары, то ли от злости. Милиция тогда еще, дай ей Бог здоровья, хорошо работала на радость сумке, объявили план-перехват моих аксессуаров, и к вечеру я уже красила губы своей любимой помадой из этой самой сумки.
Через день-другой меня вызвали на опознание, а я как раз после дня рождения, перегаром от меня разит, страшно подумать как - всю ночь гуляли, поэтому вопросы мне задавали на расстоянии, примерно следующие: «Опознать сможете?» Я даже поперхнулась, что означало могу. Я его рожу козью узнала сразу, и так прямо в глаза ему и сказала: «Я тебе сейчас как дам!» - даже замахнулась для натуральности. А он не растерялся и следователю возьми да скажи: «Запишите, пожалуйста, в протокол, она мне угрожает!» Нет, вы видели, а? Убивать таких в роддоме надо сразу. У него, оказывается, четвертая судимость уже, он у бабушки своей девяностолетней четыре сберкнижки украл, а она на суд пришла и говорит судье: «Можно я ему конфеток дам?» Тьфу ты, думаю, наркоман проклятый! Так он мне потом из тюрьмы письма стал писать, чтобы я его простила. Вот скажите мне, кто ему мой адрес дал, а? До сих пор ведь переписываемся. А какие он мне стихи пишет! Владимир Маяковский - не меньше. Вы бы только знали. М-м-м... Вот ведь козья морда! Талант! Нет, как есть талантище!

5

Про собачий разум было намедни. Я не сумасшедший собачник, но порою он, их разум, просто не постижим. Про своего пса не буду, дабы не упрекнули в предвзятости.

Наш городишко разделен рекой на две части. На левом берегу частный сектор, а на правом многоквартирные дома, в основном пятиэтажки. В них и живет основная народная масса. Лет двадцать назад, на левом берегу реки, к тому времени уже долгие годы, традиционно функционировал городской рынок. Туда, на выходные, съезжались автолавки из городских магазинов, ближайших сел, крестьяне везли что Бог послал, ну и прочие «спекулянты».
Из городской части, в основном на автобусах, к часам девяти утра и чуть пораньше, подтягивалось голое и голодное население.
В районе городского Дома культуры, это самый центр, в то время обитала очередная стайка собак, наверно такие есть и в любом другом городе. Шкуродеры у нас особо никогда не зверствовали, и сокращали собачье поголовье, видимо, если только поступали жалобы на их агрессивность. Почти все, кто в то время регулярно по субботам и воскресеньям «скуплялся» на рынке, наблюдали такую картину:
На автобусную остановку подходили собаки, могла быть одна, чаще две или три. Они спокойно стояли в толпе в ожидании автобуса, интеллигентно пропускали основную массу народа, и не спеша залазили в числе последних пассажиров. Хвостатые проезжали одну остановку до моста, хоть это и совсем рядом , еще одну через длинный мост, чинно сходили на нужной и трусИли на рынок по своим делам.
Общее расстояние не больше километра, казалось, почему бы им и не пробежаться, собакам, или людям почему не прогуляться. Скажу почему – не удобно и опасно. Мост длиной метров восемьсот. Узкие пешеходные дорожки, по обе стороны движения, даже не ограждены леерами, а автомобильное движение весьма интенсивно. Раньше машин конечно поменьше было, так за то и страшнее они были гораздо. Ну и сильно не уютно, особенно в межсезонье гулять над рекой, ветрено у нас. Возвращались они тоже автобусами, зайцы короче, а не собаки. Хотя иногда, в хорошую погоду, и пешочком прогуливались.

Ученые уже пишут о наличии собачьего интеллекта, многим это было понятно и без ученных, меня вот что удивило:
Многие наверняка встречались с такой ситуацией в человеческом мире в качестве наблюдателя либо наблюдаемого.
Например, в маленький городок приезжает «столичный» человек, явно выпадающий из привычного визуального ряда, одеждой, манерами даже осанкой. И оставаясь в наблюдаемом меньшинстве, он старательно изображает полное безразличие к повышенному вниманию ко своей персоне.
Так и эти особи в автобусе, прекрасно зная, что это о них разговаривают, на них смотрят и указывают пальцем, изо всех сил старались показать полное безразличие. Видно только, что глаза неподвижно напряжены, но даже ухом не поведут.

Инстинкты, подражание. Ну допустим. Была у бабушки собачка, которая вместе с ней каждую неделю по выходным на автобусе ездила на рынок. Потом она отрывалась от бабушки, шкуляла кости у рыночных мясников, и наевшись снова присоединялась к бабке. Потом бабушка почила, собачка одичала, но вспомнила сытный маршрут, дни недели и время. Не будучи жадной, решила не крысятничать позвала с собой друзей, научила их пользоваться общественным транспортом. Остальным просто оставалось скопировать ее поведение. Оставим их с их привычками и подражательством.

У моей тещи было два пса. Миша и Боб. Миша взрослел вместе со своим рахитом, и превратился в здорового, длинного, круглого и черного крокодила. Миша сидел на цепи, тогда как Боб был вольным.
Боб, расхристанный пудель, с удовольствием ездил с тестем на машинах, путешествовал на море, спал на диване с подушкой и гулял где хотел. Однажды днем Боб возвращался оттуда где хотели и его, подошел к своему дому и увидел такую картину.
Трое пацанов стоят у его дома и через забор дрочат Миху. Один из них особенно старался. Он корчил рожи, чего-то блямкал языком, показывал Мише жопу и всячески оскорблял.
Миша к тому времени был достаточно раскайфованным, и уже состоявшимся псом. Тесть с тещей перебрались в построенный совсем рядом новый дом, и отдали Мише свой старый. После будки, в трехкомнатном пентхаусе, хоть и первый этаж зато на горе, в условиях стеснен он не был. Летом Миша обычно любил отдыхать в затененной прихожей, за прикрытой входной дверью, а когда его что-то заинтересовывало, но было в лом подниматься, он просто толкал деревянную дверь лапой, и осматривал владения, пока она снова медленно закрывалась.
Еще Миша сильно не любил насмешек. Однажды тесть гладил его пузо, и шутя сдавив его с боков ладонями, заставил Миху случайно перднуть. Все бы ничего, но смеяться тестю явно не стоило, что Миша ему тут-же и объяснил, хотя и невербально, но очень убедительно.
Короче, сейчас он скрежетал натянутой цепью по проволоке, ведущей из дома во двор, и громко нервничал. Самый распоясавшийся задротыш уже недвусмысленно показывал Мише, чего бы он с ним сделал если бы Миша вдруг отвязался. И с Мишей и даже с Мишиной мамой. А у Миши развязаться, и сделать тоже самое с мальчиком, никак не получалось.
Утомленный Боб понаблюдал за этим безобразием со стороны, не спеша подошел и молча схватил самого шумного пацана за жопу.
Какую неожиданность принес мальчик домой в шортах мы не знаем. И еще мы не знаем какими рефлексами, инстинктами, и примерами руководствовался Боб, а ведь и дразнили даже не его. И кто научил Боба хватать мальчиков зубами за жопу, причем самых противных?
Мой тесть Вася?

6

История эту читал в конце времён перестройки в газете "Труд". Запомнилась довольно подробно из-за своей не шаблонности. Когда тогда вспоминали времена Брежнева то обычно тарахтели о коррупционности верхов, о противостоянии Андропова и Щёлокова. При этом жуют одни и те же истории: "брульянты" для жены министра МВД, как на станции метро милиционеры-отморозки убили сотрудника КГБ, ну и так далее. Иного ничего на ум не приходит знатокам, потому выкладываю нестандарт о том как МВД умыли КГБ во всех смыслах.
В те годы на Колыме помимо госпредприятий по добыче золота, были старательские артели - эдакие не то пережитки капитализма, не то форма кооперации (разновидность колхоза). Смысл прост - оформляются мужики с ломанной судьбой в такую вроде бы негосударственную структуру, моют золотишко, но в отличие от америкосного Клондайка золото обязаны были сдавать только государству по фиксированной цене, разумеется ниже той что была на чёрном рынке среди теневиков, соответственно желание продать дороже, но для этого надо вывезти золото на "большую землю", а это только на самолёте, а там проверки. Разумеется всячески исхитрялись (см. комедии "Вальс золотых тельцов", "По ком тюрьма плачет"), курьеры вывозили самородки, передавали скупщикам. Но был один нюанс: формально преступлением считалась только продажа этого золотишка, при чём по факту - вот курьер, вот золото, вот покупатель, вот деньги. Брать одного курьера с золотом было бесперспективно: система отработана была на 100%. Вяжут такого, а он: за что волки позорные? Золото моё, сам намыл - вот справка я работник артели, по закону сдавать обязан государству, вот и везу в Москву сдавать в КГБ, они мужики правильные, а вы наскрозь гнилые, имею право. В законе место сдачи точно не указано, местные чинуши моё золотишко притиснут, а в Москве оно на социалистическое строительство пойдёт. Всё, абзац, много бла-бла: ну там ишшо попадёшьси, много бумаг-протоколов, толку ноль. Золото изъяли, куда вёз-кому не узнали, кто отправитель в реальности - только подозрения.
И вот однажды привалила радость: взяли разом и курьера и покупателя, на передаче золото - деньги, все колются всю цепочку сдают. Победа по всем направлениям + партия была каких-то бешеных масштабов: самородки крупные и много. Щёлоков разумеется похвалился в Политбюро: вот как работать умеем, стране народное добро вернули, преступную сеть с корнем выдрали. Политбюро заинтересовалось и возжелало лично лицезреть вокруг чего такая радость. К следователю который на Петровке вёл это дело нарисовался генерал КГБ из охраны верхушки слуг народа и ультимативно потребовал: открывай сейф, давай чё там у тебя - мне приказано доставить твои цацки на Старую площадь, может тебе за твой труд чё и обломится, если я за тебя похлопочу. Шевелись, большие люди ждут.
Щассс. Следак в отказ - у меня своё начальство, это раз, золото - вещдок, это два, висит на мне, это три, согласовывайте. Вопли, да ты с кем, да я тебя! Но согласования начались, до самого верха. От Щёлокова приказ - оформлять передачу официально, по акту, с подробным указанием: количество самородков, вес каждого, общий вес, сдал - принял, звания, подписи. Не нравится кому советский закон, так в Политбюро и доложим. Генерал повопил, но процедуру стерпел, расписался и кипя гневом умотал. Через несколько часов возвращается. бухает пакет назад следаку, презрительно: держи ссыкун своё добро, ни х... с ним не сталось. Момент, а теперь обратная процедура, для начала общий вес - опа, недостача стока-то грамм, смотрим по акту - соответствует весу самородка №.., где оный? Генерал заикаться начал: не могёт быть, да я глазки протёр глядучи, да я только на столике в самом Политбюро из рук выпустил, да как же это.... Опять звонок на верх что делать? Щёлоков - генерала опросить, запротоколировать, а я к Брежневу еду, советоваться.
- Леонид Ильич, тут такое..., что теперь?
- Я чё-то не понял, ты у нас кто?
- Министр МВД.
- О! Министр милицейский! А чего должна милиция делать если чего-то украли?
- Дело заводить, следственно-процессуальные действия проводить...
- Ну так и заводи, проводи, закон что ли поменяли?
- Членов Политбюро надо допрашивать, кто самородки осматривал.
- Ну так и допрашивай, для них закон что ли другой, вот с меня и начинай. Хоть под протокол, хоть так...
После этого Щёлоков заглянул ещё кое к кому из Политбюро, с кем отношения были хорошие, формально для опроса, а фактически сообщил, что дело будет и никто замазывать его не станет - слух по верхушке задвинул.
Через некоторое время к следаку приезжает опять тот же КГБ-генерал, только кислый-кислый, смущённый-смущённый. Выкладывает недостающий самородок: эта, не для протокола, ну сам понимаешь, там же старичьё, ну так один в карман себе сунул и забыл, давай звони своим на верх, по-тихому закрываем процедуру, они там на Старой площади сами своими силами клистир выпишут. Кто это? Да ты чё, хочешь что бы мне башку отвернули? Хотя и так могут, на всякий случай. Ладно, может и обойдётся, оформляй полную передачу всего в сохранности.

7

"Оно..."

Эпиграф - "Если друг оказался вдруг..." (В.С. Высоцкий)

Сейчас весь мир визжит от страха посмотрев фильм "Оно". Хотел бы и я поделиться одной историей, тоже про "Оно."

В 1960-х туризм был очень популярен. Может повлияли песни Визбора, Высоцкого, и Кукина, а может людям хотелось адреналина, но тысячи туристов ходили в зимние и летние пешеходные, горные, велосипедные, водные и другие походы чуть ли не по всему СССР, от Алтая до Надыма, от Архангельска до Спасска. Не стал исключением и мой отец. Он заболел туризмом всерьёз и надолго и записался в секцию при институте. Редкий месяц проходил без того что бы он не сходил в поход, пускай хоть на пару дней. Постепенно он увлёкся водными походами и стал матёрым байдарочником.

После 4-го курса, когда у него было уже немало опыта, он сформировал группу для водного похода в Карелии. Не самый сложный маршрут, но достойный, крепкая 3-я категория. Начал оформлять бумажки в секции и вдруг нарисовался некий Женя. Тот тоже занимался туризмом, но отец с ним в одном походе ни бывал, хотя в общем кругу естественно пересекался. Было это чудо активным, говорило умные слова, бурлило идеями, стреляло фактами, и блескало эрудицией. Заявил "Как славно что вы идёте в Карелию, я тоже группу создаю и как раз тоже туда хотим. Вы когда идёте?" "Вот даты когда планируем." "Ой и мы тогда же, давай-ка вместе, группы объединим и руководство общее будет."

Идти в долгий сложный поход с кем раньше не ходил очень стрёмно, но и отказать веских причин как бы нет. Не по туристски как-то. Отец подумал и сказал "Смотри расклад. Хочешь вместе, давай пойдём. Но двух командиров в походе не бывает и быть не может. Хочешь, отвечай за всю бумажно-бухглатерско-справочную волокиту, но в походе командир я. Или идём раздельно." Этот кадр головой покачал, пофыркал, но согласился.

Начался поход, и начал мой отец и ребята из его группы замечать странности. Женя этот и пару приближённых из присоединившегося отряда свой вес совсем не тянут. Как вещи нести, так они по кулёчку берут, с гордостью несут милостливо дозволяя другим тащить всё тяжёлое. Байдарки из воды вытащить - сделайте за нас. Топливо для костра - "фи", кашеварить - "у вас лучше получится", посуду помыть - "так у вас девушки в отряде есть", палатку разбить - "ой подсобите, а мы колышки забьём", а насчёт вовремя утром собраться и речи нет. А самое противное, что не смотря на пышные слова, создание это с приближёнными оказались байдарочниками совсем слабыми. Чего они в поход 3-й категории полезли, уму не постижимо. Им бы и ПВД (поход выходного дня) за глаза и за уши. Отстают на переходах, сроки сбивают, но зато по оправданиям за различные косяки - твёрдое первое место.

А главное видно без Жени было бы порядку куда больше. Открытого бунта конечно он не поднимал, но на ребят плохое влияние было. Отношения в отряде стали напряжённые, а это хуже некуда, ибо на товарища в походе полагаешься как на себя. Надо было что-то менять и на каждую байдарку отец поставил одного из опытных ребят из своей группы в качестве "капитана" (т.е. сидящего сзади), а Женю и подверженных влиянию рассадил по байдаркам матросами (спереди).

Худо бедно, дошли по реке до Выгозера. Обычно в походах делали так, доходили до озер и на берегу разбивали лагерь, приводили в порядок байдарки, проверяли всё, ужинали, отдыхали, а потом на следующий день уже тратили силы на мощный бросок по озеру до нужной реки. Подошли в хорошее время, часа 4:30-5 вечера, самое время лагерь разбить.

Пристали к берегу и вдруг Женя решил проявить самостоятельность "А давайте-ка ребята сейчас лагерь разбивать не будем. Вот наше направление. До реки конечно мы сегодня не дойдём, но вон островок. До него километра 3, туда то мы дойти успеем. Там и лагерь разобьём, а завтра и поспать подольше сможем или просто полдня выиграем." Отец поначалу возражал, не делается так, всем отдохнуть надо, но тут Женькины друзья в такт запели, "Да чего ты? Тут рукой подать. Ну чего ты командира из себя корчишь? Если не хочешь со своими ребятами идти, дай опять пересядем, мы возьмём несколько байдарок, до островка доплывём и там вас будем ждать утром." Тут отец слабину дал, надо было бунт на корню давить, да уж очень не хотел конфликтовать, ведь только группа начала слаженно работать. "Ладно. Вечереет, так что не отставать. Я пойду первым. Всем держать переднюю лодку на виду, идти в кильватер, если что - подавать голос. Ну вперёд."

Отошли с километра полтора, и осознали, островок куда далее чем прикидывали. А Выгозеро оно весьма коварное, ветер налетел, заштромило, а потом и дождик зарядил. Стало шумно, видимость пропала, да и вечер как-то быстро наступил. А островок тот чёртов ближе не становится. Гребут конечно, но вымотались до нельзя. Не зря советуют что перед броском нужен отдых. Зубы стиснули, весла сжали, и проклиная всё рвали жилы. Еле до островка дошли.

Байдарку вытащили, срочно нужен огонь и палатки надо поставить. Но перед этим надо убедиться что все пришли. Минуты тянутся как часы. Вот одна лодка подошла, потом другая, третья, четвёртая... Блин где же последняя? Кто там замыкающим шёл? Ах мать-перемать. Там же этот Женя.

На лодке той капитаном был Боря, сильный, опытный парень, но байдарки то нету. Нет минут 15, 30, час. Это плохо, очень плохо. Шторм на озере - не шутки. Плюс темень. Фонари конечно есть, но толку от них не много. Отец хватает самого опытного из своей группы и остальным говорит "Лагерь разбить, костёр поддерживать, еду готовить. Из лагеря ни ногой. Мы на поиски уходим." Сели в байдарку, фонари с собой и ушли в шторм.

Часа три плавали, ребят искали. Плавали вдоль острова, уходили чуть ли не на полпути откуда плыли, кричали, ни черта. Еле еле обратно добрались, уже без сил. Плохо дело, прямо сказать отвратительно. Прикорнули на пару часов, хотя какой там сон к чертям собачьим. Мыслей немного и все самые что ни на есть поганые. Еле-еле рассвело, шторм подутих, отец опять с товарищем в байдарку. Остальным снова наказ, "из лагеря ни ногой. Если вдруг Боря с Женей появятся, развести большой костёр, такой что бы издалека было видно."

В этот раз доплыли чуть ли не до устья реки. Ничего, даже щепки на воде. Поплыли обратно, на остров смотрят, но костра нет, а это худо. Надо что-то предпринимать. Решили так, "сейчас плывём обратно, с ребятами ситуёвину ещё раз обсудим. Здесь ненаселёнка, но пожауй какой нибудь леспромхоз найти можно. Надо спасателей и вертолёт вызывать."

Доплыли, и "здрасте я ваша тётя." Вот она пропажа, сидят вместе со всеми. "Чего вы, балбесы, костёр не разожгли, нам седых волос добавили." "Ой закрутились, забыли, извини, прости." Отец их чуть не поубивал, но на сердце отлегло. "Как же всё произошло? Куда вы девались?" Тут Женя и красивую речь выдал "шторм, дождь, потеряли из вида лодку, до острова доплыли, но в сторону снесло. Решили переночевать там, а утром уже остров обойти и вас найти. Разбили палатку, костерок разожгли, всё нормально." "Ну хорошо что всё обошлось. Сегодня отдых, день на острове проведём."

Тут отец видит что Боря хмурится, особенно когда Женю видит. Днём отошли, Боря и рассказал. "Сука этот Женя наш оказался. Ладно что волынщик, хрен с ним. Ты почему думаешь мы отстали? Он гад, как потемнело да штормить начало, струсил и вёсла бросил." "В смысле бросил?" "В прямом. Отказался на остров плыть, хоть до него уже ближе было чем обратно. Кинул вёсла, в борта вцепился, и ноёт. Я его и уговаривал, и матом крыл, сидит и всё. Тведит что "мы потонем, что зря он с нами пошёл", итд. Я в одиночку выгребал (в принципе опытный байдарочник на "капитанском месте" может выгрести, но в шторм это очень тяжело). Чуть не потонули. Пришлось его силком из лодки на берег вытаскивать. Думаешь он мне хоть помог палатку разбить или вещи из лодки достать? Хрена с два? Сидит сволочь и причитает, всех в своих бедах винит. Я сделал всё конечно, костёр разбил, палатку поставил, а с утра, этот тип начал приставать - "мол ни говори никому. Мы же вместе, мы одна команда." и так далее. А потом мы поплыли вокруг острова, и через метров 600-700 вас нашли. Убил бы гадину. Я с ним в походе быть не хочу. Это что за товарищ такой? Это не мужик, это ОНО."

Отец призадумался "вышли вместе, шли вместе, и дойти должны вместе. Говорить никому ничего не будем, дабы команду не ломать. Но как окончим поход, сразу пути врозь, а потом с этим OHO другой разговор будет." У отца и Бори настроение поганое было, но поход закончили без дальнейших инцидентов. Правда Женя сам понял что дело не так, как только поход окончился, сразу заявил что ему срочно надо в Москву и тут же умотал отдельно.

В секции туризма он больше не появлялся. Да и на встречи где после похода собираются и "бойцы вспоминают минувшие дни" тоже не приходил. До конца учебы отец его всего пару раз мельком в институте и видал. Он и Боря хотели с Женей поговорить по душам, да случай так и не выпал. После института отец и другие ребята в армию двухгодичниками пошли, а Женю тот откосил и исчез с поля зрения.

Друзья по институту разлетелись кто куда. Кое с кем остались близкие отношения, кое кого потерял из вида. Конечно списывались или созванивались когда могли, но не часто, фейсбуков да интернетов тогда не было. На встречу однокурсников что на пять лет окончания института (т.е. через 6 лет после событий) отец не попал, моя сестра родилась. И на десять лет тоже не получилось, я родился. И на пятнадцать не вышло, защита диссертации была. И на двадцать тоже не выбрался, мы уже чемоданы в эммиграцию паковали.

Прошло чуть более 26 лет (почти как в фильме ОНО) и была ещё одна встреча на 25 лет окончания института. Кое-кто не прибыть не смог, кое-то не дожил, но многие приехали, Боря тоже был. Мы уже в США жили, так что отец опять на встрече не был, но те кто были рассказали ему что видели Женьку.

Тот оказывается в 1970-ые пошёл по партийной линии, стал секретарём чего-то и где-то чем-то руководил. Сначала поменьше чин был, потом больше, потом ещё круче, а уж 90-ые он в огромных чинах встретил. Теперь он крупная фигура, с серьёзными политиками ручкается, в Думу избрался. В телевизоре изредка мелькает, правильные вещи говорит, и всё так же фактами стреляет и блещет эрудицией. Совсем большой человек стал.

А Боря сказал, "всё конечно красиво, но всё равно зря мы тогда историю замолчали, может грех на нашей душе есть. Не задушили мы ОНО в зародыше, не разобрались с ним, даже никому не рассказали. Может надо было?" Как знать, может ОНО и на нашу жизнь повлияло.

8

Владивосток, Эгершельд и самое начало 80-х.
Многочисленные корпуса двух морских училищ на высоком морском берегу, обдуваются томящим июльским ветром, коридоры учебных аудиторий пусты и безмолвны. Курсанты, в основной своей массе, разъехались по отпускам и ушли в морские практики. Нашей роте, будущих судовых механиков, в этот год учебная программа приготовила практику судоремонтную. После морских и заграничных приключений прошлых лет, такая перспектива ничего кроме уныния не внушала, но как оказалось зря. На судоремонтном заводе, куда нас спровадили практиковаться, нужды в недоделанных специалистах явно не испытывали.
В первый день сбора у проходной, мы в полном составе получили дневные талоны на питание в заводской столовой, и разбрелись по территории. Ничего интересного, скажу я вам. Ржавые борта судов у причальных стен, промасленные спецовки мотористов, унылые производственные цеха – херня полная, если бы не СТОЛОВАЯ. Чудо, а не столовая. За пятнадцать минут до открытия, рота уже гребла копытами у ее дверей, и жадно раздувала ноздри, вдыхая съедобные ветры из столовского вентилятора. Что нужно человеку в девятнадцать лет кроме знаний, тонко чувствовали мы – пожрать. После бурсовских «бадяг», и стратегических консервов со штампом «неликвид», от которых, даже спустя сорок лет, только от заклинания «тефтели из частиковых пород рыб в томатном соусе» с ног сбивает изжога, наш дружный рой густо накрыло божественным нектаром. На следующий день, с утра всосав талоны мы, в ожидании обеда, разбрелись кто-куда, но подальше от грустного ВСРЗ.
Все местные из нас, Владивостокские то есть, мгновенно оценив, чудесно свалившуюся, не контролируемую «лафу», занавесили практику и подались по домам к мамам. Что еще нужно девятнадцатилетнему курсанту кроме старой доброй мамы, ну и школьной подружки? И самые продвинутые из наших не местных, ушли жить к другим добрым женщинам, и хоть и к чужим, но зато молодым мамам. И слава Природе, город портовый, и как бы не хотелось какой-то из дам запастись терпеливым целомудрием, просто «хотелось», часто оказывалось сильнее. По слухам, дамы попадались и очень добрые, но наши немногочисленные герои-матросовцы явок не сдавали, и выживали как могли по одиночке. Ожидающих же большой, но чистой любви к ровесницам - нас, неприкаянных, и оставшихся в подавляющем меньшинстве, судьба тоже не обидела. Она дала нам массу свободного времени подумать о вечном, и толстую пачку жрачных талонов «за тех парней», на каждый божий день. Просто пришел наш час, ведь любая система обязана время от времени давать сбой. Получив в 8.00 талоны на проходной, мы проходили по дороге через весь завод, и сквозь дыру в заборе возвращались досыпать в еще теплые и не застланные шконки.
Самым трудным занятием в этот период жизни, внезапно оказалась ежедневная необходимость к 8.00 оказываться на заводской проходной и получать продуктовые карточки за всю роту. Морская рациональность скоро взяла свое, и на осуществление этой технической процедуры, немногочисленной командой стал снаряжаться один человек. Ну как снаряжаться, жребием и перспективой получить пиздюлей, за сорванный акт чревоугодия. Накидывали еще идею, сшить гонцу красную повязку для пущей убедительности, чтобы на вопрос: –А где все? Он вскидывал руку к козырьку и кричал:
- Уполномоченный девятой роты для получения талонов прибыл! – но проржались, и оставили все как есть.
Через пару дней здорового питания, уже освоившись, и не боясь сглазить прущую удачу, мы уже не втуливались стеснительно, по трое-четверо за один столик, а восседали каждый за персональным, без пробелов заставляя его тарелками и блюдцами.
Я подозреваю, что и поварих мы здорово радовали, когда вместо ежедневных, угрюмых, чумазых и неудовлетворенных рабочих харь, на них глянет вдруг, растворенное в полуденном солнечном свете, благодарное, осоловевшее счастье. Чтобы не раздражать особо нервных трудяг вселенской несправедливостью, и своим не здоровым аппетитом, мы завершали действо еще до обеденного гудка, и раненые в живот из последних сил возвращались, и расползались по кубрикам. А что еще нужно сытому и выспанному курсанту, если вечером тебя еще ждет самоволка с портвейном и приключениями, в который раз начнете вы… - и правильно!
Пиво! Расположенный рядом с мореходками продовольственный магазинчик, не мудрствуя лукаво выкатил пивную бочку не на улицу, а во двор, прямо к нашим окнам. Неудачно то, что пиво было на розлив и у нас не было канистры, и снова повезло уже с осветительными плафонами. Одно ловкое движение и плафон превращается…, превращается в трех с половиной литровую банку. Продавщицы были в теме с прошлого сезона, и даже не прибегали к мерным кружкам. Опять не повезло с тем, что «спалившись» с заряженным плафоном, был риск, заставлять себя следующие три года отдавать долг отчизне в ВМС, но был Нюша наш незаменимый организатор, и нам с ним фартило. Хотя он и считался почти местным, с нами ему было интереснее, и Нюша зарядил пустым плафоном первокурсника Климова.
Климов казался пройдохой под стать Нюше, и ему сгонять за пивом было как раз по рангу, да не просто не «впадлу», а сильно в радость. А хули, чего бы и не по пивку с полуофицерами мать их высочеств, когда почти «на шару». Проследив из окна, как наливается янтарем наш матовый сосуд, мы лениво опрокинулись на панцирные сетки. Через пару минут пришлось вскочить от громового дуплета в нашу дверь, похоже Климов на полном скаку въебался в нее ботинком, почти одновременно с головой. Он залетел в кубрик, оторвал от груди наполненный, и чудом не расплесканный плафон, протянул вперед, и загнувшись из последних сил выдохнул:
-Дежурный!
Не вопрос. Всосать три литра пива в жару и без кондиционера, тренированному курсанту… Вчетвером же, теряли время только на отрыв победного кубка от предыдущего, даже животы не вздулись. Климову было нельзя, он с трудом справляясь с волнением и одышкой, упал на пол и закатился под первую попавшуюся шконку. Привычно вкрутив разряженный плафон в евойный патрон, мы распахнули окно и выдохнули. Дежурным, оказался наверно лучший, из возможных вариантов. Сложно адекватно оценивать чужой, старше твоего возраст, когда ты еще совсем юн и таким пока не был. Ну если на вскидку – он был еще не батя, но и на танцы уже не ходил.
Каптри открыл дверь, не спеша сделал пару шагов вперед и осмотрелся. Мы уже стояли по «смирно», но по-дембельски, с заслуженной ленцой в глазах.
-Самоподготовка?- поинтересовался он в пустоту.
-Такточнотарищкаптретьранг,- играя в давно нам известную игру «кто первым обоссытся», сказал кто-то из нас, насколько возможно серьезно. Дежурный, пряча в усах лукавую улыбку, кивнул, но уходить явно не собирался:
-А Климова никто не видел? Я чуть было не икнул, справляясь с отрыжкой, ну надо же какая популярность на первом курсе. Мы, вспоминая как он мог бы выглядеть, задумались. Внешне, являя собою что-то среднее, между поручиком Ржевским и еврейским интеллигентом, дежурный улыбался глазами и в черные усы:
-Ну и Климов,-офицер не спеша продолжал развлекаться: - А мне сказали что он сюда побежал. Климова вложили, подумали мы. Дежурный взялся за стальную дугу кровати, и резко сдвинул ее в сторону. С задержкой в десятую секунды, вслед за кроватью последовала пара климовских ботинок, и приглушенно стукнула об пол под матрацем. Офицер, расплывшись в улыбке, обвел нас взглядом, и проделал тоже в другую сторону – трюк повторился, но до эффекта пресловутого, двадцать пятого кадра, Климов явно не дотягивал. Кто-то из нас потихоньку зарыдал. Дежурный наклонился, и зацепив матрац рукой, откинул его в сторону. Такого подвоха Климов не ожидал. Уцепившись посиневшими пальцами в панцирную сетку кровати, он еще мгновение смотрел в пустоту над собой, еще не понимая, что стал видимым. Его по детски подвижное лицо, с выпученными серыми глазами и закусанной от старательного напряжения губой, одновременно выражало страх, отчаянье и восторг. Мы сложились. Дежурный из-всех сил стараясь удержаться от рыдательных конвульсий, но решив нас добить окончательно, наклонился еще ниже, и глядя Климову глаза в глаза выдавил:
-Так вот ты какой, Климов!

Июльский, морской ветер, плавно колыхая светящиеся небом шторы, задувал в окно… размечтался бля. Не было у нас никаких штор, зато было прекрасное настроение, предвкушение вечерних приключений и вся впереди жизнь!

9

Решили как-то раз, путешествуя на яхте осенью по черноморским берегам, прикупить рыбки у рыбаков местных. Ну как прикупить – на валюту жидкую выменять.

Подошли к стайке удильщиков – сидят на банке в метрах ста от берега, удки полощут. Смотрим, с краю – дедуля в лодке своей вошкается, пытается из под лавочки якорёк вытащить.

- Дед, говорим, есть рыбка-то?
- Есть, говорит, повытягивал малёхо.
- Подкинешь может пару за градус?
- А чего не подкинуть!? Подкину, конечно, говорит, коль сами бедствуете.

Подошли вплотную и отправили ему переговорщика Витасю. А Витася умеет на чекушку хоть адронный коллайдер выменять.

Пока наш бравый матрос выбирал рыбку получше, дед всё пытался вытянуть свой якорёк из под сидушки.

Выбрал Виталий, значит, рыбку, вручил чекушку и собирался уже на борт перелезть, как дед ему говорит: Сынок, говорит, помоги не в службу, а в дружбу якорёк кинуть.

- Да не вопрос, Дедуль! – Отозвался своим громовым голосом Виталя и одним движением выдернув якорь, запузырил его метров на пять.

- «Кудааа!? Ёпт…» - крикнул Дед и как был в куртке и сапогах прыгнул за ним.

- Во дед даёт! – изумился Виталя.

- Во ты мудак! – изумился наш Кэп. – За ним, баклан! У него конец ёп.. на руку намотан был!

Тут уж мы все попрыгали. Дед, к счастью, быстро под водой распутался и был доставлен с бешенными глазами к нам на борт, где был переодет в сухое и в течении следующих часов употребил весь наш запас горючего на 3 дня «для сугреву».

Стоит ли говорить, что в этот день мы многое узнали от деда о себе, своих родителях и всех, кто нас окружает, как впрочем и о наших умственных способностях... Но рыбка была вкусная…

10

КЛАПАН СТРАХА

Четверг 11 ноября 1982 года и несколько последующих дней запомнились мне странными и необъяснимыми явлениями. Утро 11-го было самым обычным. Я приехал на работу, сходил в библиотеку, вернулся в свой офис. А в это время уже поступило официальное сообщение о смерти Леонида Ильича Брежнева. Телевизоров на работе, понятно, не было, радио тоже. Подключенные к интернету персональные компьютеры еще не появились. Я спокойно трудился, ничего не ведая о происходящих в стране эпохальных событиях. Вдруг кто-то приоткрыл дверь нашего патентного отдела, негромко сказал:
- Эй, люди, Брежнев помер! - и закрыл дверь.
Первой моей мыслью было: «Не может быть!» Следующей - «Вот так номер, чтоб я помер!». В этот момент у меня в голове сам по себе открылся какой-то клапан и через него улетучилось нечто, что для простоты я буду называть страхом. Сразу стало легко и весело, как после бокала шампанского. На мгновение набежало легкое облачко грусти: был человек и нет человека, но тут же рассеялось...

Я вышел в длинный широкий коридор нашего института. Там было необычно много сотрудников, и почти на всех лицах блуждала загадочная улыбка. Я поймал себя на том, что улыбаюсь точно так же, и подумал, что клапан страха сработал не только у меня. Встречные даже не здоровались, а сразу тихо говорили:
- Слышал? Брежнев умер!
Если это был просто знакомый, я делал серьезное лицо и еще тише интересовался:
- Лично?
Если это был приятель, но не еврей, отвечал:
- Вмер Юхим, ну и @$& з ним!
А если – еврей:
- Умер-шмумер лишь бы был здоров!
Не подумайте, что я всегда был такой шутник. Я человек осторожный. Меня даже в КГБ ни разу не вызывали для беседы. В этот день я бы уж точно рад был помолчать, но почему-то не получалось.

К полудню работа в институте полностью прекратилась. Экспериментаторы кучковались вокруг неведомо откуда возникших коротковолновых радиоприемников, теоретики строили гипотезы дальнейшего развития событий, на опытном производстве уже начали поминать. Среднее по нашему академическому институту настроение более или менее укладывалось во фразу: «Нехай гірше, аби інше».

На всю следующую неделю объявили всесоюзный траур. Официальные праздники отменили официально, а населению посоветовали не слишком веселиться в общественных местах и не устраивать гулянки. И надо же было такому случиться, что в именно на эту неделю пришелся день рождения моей родственницы Фаины. Она долго колебалась: отмечать или не отмечать. Вопрос был действительно трудным, потому что собираться по поводу дня рождения никто не запрещал, но последствия были непредсказуемыми. Сравнивая с сегодняшним днем, все равно что перепостить на Фейсбуке карикатуру на Путина или патриарха Кирилла. Могли вообще не заметить, а могли и срок впаять. Одним словом, лотерея. Не знаю, как бы поступил на месте Фаины я. Но её друзья требовали праздника и клятвенно обещали вести себя тихо. И она сдалась. Вспоминая этот день, Фаина всегда повторяет:
- Я знала, что вытворяю дикую глупость, но ничего сделать с собой не могла. Будто распрямилась какая-то пружина – и уже не согнуть.

Собирались по одному, по два. В подъезде не топали. В квартире на третьем этаже гостей встречали приглушенный свет и плотные шторы на наглухо задраенных окнах. И только стол сиял тем же обилием еды и бутылок, что и во все предыдущие годы. Фаина славилась своим гостеприимством.

Первый час прошел тихо. Выпили за именинницу, за ее мужа, за родителей и несколько раз помянули дорогого Леонида Ильича. Потом кто-то включил музыку, кто-то начал танцевать, кто-то сделал музыку громче. Стало весело.

Вскоре в закупоренной квартире было не продохнуть. Я отодвинул штору и открыл балконную дверь. На улице не было ни одного человека, в соседних домах не было ни одного светлого окна. Голос Аллы Пугачевой и громкий смех из нашей квартиры звучали таким резким диссонансом к кладбищенскому безмолвию вокруг, что мне стало не по себе и захотелось закрыть дверь. Но на балкон уже выходили другие гости... Больше его не закрывали.

Около полуночи раздался звонок в дверь. В квартире настала гробовая тишина. Хозяйка пошла открывать. Это был сосед с первого этажа. Он зашел и сказал:
- Я слышу вы поминаете. Налейте и мне. Я тоже хочу помянуть.
Бросились наливать, но оказалось, что спиртное давно выпито. Положение спас один из гостей по прозвищу Василий. Он достал из кармана пальто бутылку водки. Василий всегда приносил в гости лишнюю бутылку водки на случай, если ему не хватит. Налили соседу и тотчас же прикончили бутылку. После этого народ окончательно сорвался с цепи. Разошлись только к четырем утра.

Закончился день рождения без каких бы то ни было последствий. То ли соседи не сообщили, то ли участковый не озаботился, но никого никуда не вызвали. Почему так получилось, я тогда не задумывался, просто радовался, что все обошлось. Но шли годы, у меня появлялись все новые и новые знакомые со всех концов бывшего Советского Союза. И каждый раз, когда заходила речь о кончине Брежнева, многие рассказывали очень похожие истории. И тоже со счастливым концом. Если их собрать вместе, можно подумать, что это был не траур, а праздник. Выходит, что смерть одного немощного старика открыла, пусть всего на несколько дней, клапаны страха буквально у целой страны. Вот и говори после этого, что чудес на свете не бывает.

P.S. Сегодня 15 ноября и очередной день рождения Фаины. Пожелаем ей еще много таких дней. А если кому-нибудь интересно как выглядели Фаина и автор этих строк в 1982, добро пожаловать на http://abrp722.livejournal.com в мой Живой Журнал.

11

По прилету в Патаийю мы вечером пошли смотреть местную достопримечательность- walking street. По пути встретили нашего соотечественника изрядно навеселе, который нам рассказал, что если хотим найти нормальную проститутку, то лучше идти вдоль набережной налево, так как справо можно наткнуться на трансов. Он сам спьяну перепутал и пошел направо, выбрал самую красивую, как ему казалось, девушку, и повел к себе в отель. Он дал ей деньги, а когда она сняла штаны, он увидел, что у нее член больше, чем у него-ему сначала стало обидно, а потом непонятно, кто кого тут еб@ть будет. Он начал требовать деньги назад, но транс наотрез отказался и сбежал. Мужик полночи за ним бегал, орал нецензурные слова на всех ему известных языках, и наконец, обессилевший транс все-таки вернул ему деньги. Теперь нам стал понятен плакат по-русски в отеле:"Трансвеститов в окно не выбрасывать!"

12

В начальной школе был у нас один колоритный одноклассник, Миша, сын работника обкома партии, морда толстая, ростом он был на голову выше любого в классе, глазки маленькие, хитрые, но, самое главное, он был довольно таки подленький типчик, с самого раннего детства ...

В классе все его хорошо знали , и вообще , с ним не особо дружили, так как он был ябедой , и не то чтобы он на ухо учителям шептал , а мог прямо на уроке встать и кого то заложить, указав рукой, например : "Гриша на перемене курил!", видимо, родители из него воспитывали будущего комсомольско-партийного лидера ...

Время от времени в классе появлялись новенькие ... Тогда сразу же развивалась бурная деятельность.
Миша начинал с новеньким усиленно приятельствовать, угощать жвачкой, ходить с ним в кино, и т.д. Повторюсь, это была начальная школа, многие дети в эти годы еще с плюшевыми мишками в обнимку ночью спят и, конечно же, верят всему и всем ...

В какой то период этой весьма короткой дружбы Миша просил у своего нового знакомого взаймы 20 копеек , на пирожки или мороженое, на следующий день исправно возвращал долг. В следующий раз уже просил рубль и тоже быстро возвращал... Наконец, Миша одалживал у новенького рублей 3.. 5,(накопления по тем временам для школьника заметные) - после чего, с новеньким дружить переставал, а про долг резко забывал ...

Постепенно сумма "последнего" займа росла , поднималась , вместе с тем как росли школьники и переходили из класса в класс, так, в 6-м классе Миша " занял " без отдачи у одного мальчика из семьи военного , только что пришедшего в наш класс , уже 25 рублей, это и для взрослого были большие деньги в ту пору...

Не знаю , как там сложилась у Миши жизнь сейчас, жив ли он вообще, со школы его ни я, ни мои одноклассники - никто не видел, и в соцсетях его почему то не нашел, но, в самом начале 90х его лицо мелкало на телеэкране , он был то ли народным депутатом , то ли кандидатом , и очень переживал за зарплаты бюджетников и за очередной транш из МВФ...

Сегодня, спустя десятилетия, я вижу и положительную сторону знакомства с ним : у очередного наивного новичка , после "дружбы" с Мишей , оставался весьма полезный жизненный опыт , или даже стойкий иммунитет к разводилову и к фальшивым друзьям ...

Увы, но далеко не у всех в классе были такие вот Миши, раз народ из года в год упорно, миллионными толпами, выстаивается в очереди - чтобы вложиться в очередной ММММ , в биткоин, или в "народное айпио Роснефти"
(список можете продолжить сами) ...

13

О тех, кто боится умереть от рака

— Вы уж помягче с ним, — в руке отца больного зашуршала купюра.
— Третью неделю истерит, как свой диагноз узнал. И ничего с ним сделать не можем. Как один остаётся в квартире, сразу к телефону, скорую вызывать.

— Да знаю я. Наши предупредили уже, — фельдшер отвёл от себя руку с зажатой в ней тысячерублёвой бумажкой. Но мужчина с маниакальной настойчивостью засунул деньги в карман синей жилетки фельдшера.
— Возьмите. Ну пожалуйста. Только сделайте что-нибудь, чтобы он успокоился. Хотя бы ночь поспал. Мы с женой сами уже скоро с ума сойдём.

— Послушай сюда, — фельдшер отложил папку в сторону и повернулся лицом к больному.
— Ты уже достал всех. И мать, и отца, и скорую. И себя в первую очередь. Лицо 25-летнего парня, дотоле пропитанное ужасом, на мгновение стало изумлённым.
— Вы не понимаете? У меня рак! Мне три месяца осталось жить!
— И эти три месяца ты будешь выть по ночам и на стену лезть? А днём скорую вызывать, чтоб не скучно было?
— Мне страшно, — парень заплакал. — Я боюсь. Я боюсь умирать.
— Умереть боишься или умирать? — Парень перестал рыдать, не понимая вопроса. — Если умереть, то этого все боятся. А если умирать, то ты этим уже занимаешься. Причём по собственной воле. У тебя сейчас что-нибудь болит?
— Нет, — парень прислушался к себе.
— А хочешь, чтоб болело?
— Нет.
— А почему?
— Ну как почему? — парень замялся.
— Потому, что больно будет.
— Именно. Вот когда больно будет, тогда и поорёшь. И это будет действительно больно. Я уже насмотрелся на такое. Так что побереги силы. И душевные, и физические.
— Вы просто не знаете, что это такое!
— Не знаю, — фельдшер поёжился. — И не дай бог узнать. Но скорую я бы точно не вызывал по три раза на дню. Смысл?
— А что же мне делать? — в глазах парня опять замелькала паника.
— Займись чем-нибудь. У тебя мечта есть? Детская?
— Не помню, — парень скис. — Раньше хотел на гитаре играть.
— Есть гитара-то? (Больной отрицательно замотал головой.) Ну так поди и купи.
Фельдшер достал из кармана синей жилетки тысячу рублей и сунул парню в нагрудный карман.
— Остальные сам добавишь, не маленький. Родителям только не говори, что я тебе денег на гитару подкинул, а то ругаться будут.
— Да не на…
Фельдшер отстранил от себя руку парня с зажатой в ней купюрой.
— Надо, Федя. Надо. Потом отдашь. Ну, бывай, — фельдшер поднялся с табуретки и взял ящик.
— Гитару бери, чтоб руки чувствовали, что это точно под них сделано. Я тебе, как специалист, говорю.

— А к чему вы мне это всё рассказали? — сорокалетний мужик с землисто-жёлтым цветом лица уже спокойно, вопросительно смотрел на фельдшера.
— А к тому, что этот юноша играет на гитаре уже гораздо лучше, чем я. И вот уже пять лет всё обещает заехать и вернуть мне мою тысячу рублей. У вас что-нибудь болит на данный момент? Нет? Ну и слава богу. Тогда я удаляюсь.

14

Был у нас на заводе такой передовик производства, назовём его к примеру Иванов.
Не просто даже так себе передовик, а передовик-передовик. Наставник, лучший по профессии, ударник труда, куча грамот, на доске почета всегда на самом видном месте, и директор завода с ним здоровался первым, за руку, и с уважением.

А потом оказалось, что этот Иванов помаленьку пол-завода через дырку в заборе вынес, и дачу себе из этого построил.
Состоялся конечно товарищеский суд, Иванова этого строго осудили, заклеймили позором, с доски почета содрали, и с завода попёрли. Больше всех лютовал при этом начальник партийной организации.

И вот идут после собрания парторг этот, с директором, и парторг директору говорит.
- А этот, Иванов-то, а? Каков гусь оказался! Да, Ян Рудольфович?

А директор не в духе был, поворачивается к парторгу, и спрашивает.
- Вот скажи мне, Николай Егорович, ты с завода за свою жизнь много украл?

Тот как руками замашет.
- Да вы что! Да господь с вами, Ян Рудольфович! Да ни гвоздика ржавого даже!

Директор так посмотрел на него, с лёгким сочувствием, и говорит.
- Вот видишь? Ни гвоздика. А вреда от тебя в сто раз больше, чем от этого Иванова. Где я теперь такого расточника найду?

15

ЕДИНСТВЕННЫЙ МИНУС

Одноклассник Роман позвал меня на свой юбилей.

Видимся мы редко, не каждый год, но тут такое дело – полтинник не каждый день с человеком случается, никак не отмажешься, нужно идти. Долго изобретал подарок, расщедрился и купил в спорт-товарах резинового злодея в натуральную величину. И Рома с удовольствием побуцкает, да и дети-боксеры у него подрастают, пригодится. Пришли втроём в шикарный ресторан на Арбате: я в пиджаке, жена в платье и злодей с голым торсом. Гостей собралось человек тридцать. Рядом с основным столом, столик поменьше для подарков. Наш был самый заметный, хоть и не самый дорогой. На правах человека знающего юбиляра дольше всех, я выдал первый тост, про то каким Ромчик был славным мальчуганом еще сорок три года назад и все в таком же духе. Праздник набирал обороты, было весело. Подали горячее. Кто-то спросил Юбиляра о работе и Рома с едва скрываемым удовольствием ответил:

- Хвастать не буду, но работа у меня тьфу, тьфу, тьфу, отличная. Я… (Он выдержал многозначительную паузу и продолжил)- Я сейчас работаю личным водителем у генерального директора банка. Вот, как-то так, не больше и не меньше. Раздались восхищенные голоса родственников и друзей:

- Нормально ты попёр.

- Молодец, Ромчик.

- С мигалкой ездишь?

- И что платят?

Рома, изобразив усталую улыбку ковбоя Мальборо, ответил:

- Нафига мне мигалка? Я еду в тишине, под легкий джаз. С мигалкой, сзади нас едут менты. А платят, не хочу хвастать, но, скажем так, достаточно платят, чтобы иметь возможность на свой скромный юбилей снимать вот такие нескромные залы. Кушайте гости дорогие, поросята остывают.

Все вдумчиво набросились на поросят, даже разговоры стихли, звучали только довольные стоны и - «передайте горчицу, пожалуйста» Вдруг зазвонил телефон, да так противно зазвонил, как старый дисковый аппарат. Жующий Рома неожиданно вскочил, заметался чего-то и… выплюнул в тарелку жены все что было во рту. Выхватил из кармана телефон и неожиданно спокойным голосом ответил:

- Да, слушаю, Валентин Степанович. Ну, в течение… минут двадцати-двадцати пяти должен быть... Да, понял, хорошо.

Не отрывая взгляда от наручных часов, Рома развернулся и, не сказав нам ни единого слова, быстрым шагом, почти бегом, понёсся к выходу. Ромина жена прикрыла блюдцем содержимое своей тарелки и стараясь ни на кого не смотреть, сказала:

- Работа-то у него отличная, но вот единственный минус: шеф его очень уважает и любит ездить только с ним, так что может дёрнуть в любую минуту…

16

"Кандидат"

Разговорился я сегодня с моим директором отдела и он поделился со мной таким вот забавным случаем. Не судите строго, за что купил, за то и продаю.

Директор мой индо-американец. То есть родился и окончил школу в Индии, а потом уехал и уже лет 20 живёт в США. Он женат, а у жены 3 сестры есть. Одна из них вышла замуж за человека много старше её, про него и речь пойдёт.

Зовут его Раж. Он из очень родовитой и влиятельной семьи. Один из его старших братьев был крупной фигурой в Индийской федеральной политике, другой был серьёзном политиком на уровне штата, ну а этот третий, Раж то есть, эдакий шалтай-болтай оказался. То есть он не окончательный дятел разумеется, но очень близко к тому. Зато амбиций у него вагон и несколько маленьких тележек.

Старшие братья Ража поддерживали, ставили на разные должности в администрациях (где он благополучно сваливал всё на заместителей, а сам играл роль свадебного генерала), учили, короче тащили младшенького изо всех сил (клановость в Индии очень сильна). Но вот братьев не стало, а гонор-то остался. Денег в семье было много и Раж решил, а займусь-ка я политикой самостоятельно.

Сунулся на федеральный уровень. Ему вежливо сказали, "это твой брат был голова. А ты бездарь. Дверь вон там." Сунулся наш герой на штатный уровень. Ему открытым текстом сказали "Мы умы, а вы увы." Тогда бедняга сунулся на местный уровень, тут он посчитал у него есть шансы, всё таки имя семьи много значило в этом городке. А тут выборы как раз, мэра надо нового выбирать. "Ну где вы найдёте лучшего мэра чем я?" заявил Раж, и выставил свою кандидатуру.

Городок небольшой, все друг друга знают. А глава счётной коммиссии старый друг семьи. Раж с ним перетёр и договорились так: раз, этот глава сразу же поделится с ним результатом, ещё до того как он будет опубликован официально. Ну и два, конечно подлогов никаких глава делать не будет, но считать голоса будет очень лояльно (ну там помарки будут подсчитаны как надо, всякие неясности будут истолкованы в его пользу, итд). Лепота, победа считай в кармане.

И вот настал день выборов, голосование прошло, все ждут результатов. Раж собрал небольшую вечеринку из своих друзей и родственников (всего с сотню человек) дабы оглашение победы происходило торжественно. Каждый гость приходил, обнимал его, поздравлял с ожидаемым результатом и конечно же утверждал что все остальные кандидаты мошенники и чмошники, а он, гость, голосовал конечно за славного парня Ража и искренне ему предан. Музыканты лабают, халявная еда, танцы народов мира, короче славная гулянка (особенно если учесть что она за чужой счёт).

И вот полутайком (тайны конечно в небольшом городе не сделаешь) приехал этот глава счётной комиссии, подозвал Ража и дал ему бумажку с результатами голосования. Тот посмотрел и как выбежит на сцену. Музыкантов растолкал, микрофон вырвал да как заорёт "вы все сволочи, негодяи, вруны. Вас тут пара сотен, а за меня проглосовало всего 6 человек. Все вооооооон..."

Рассорился Раж со всеми знакомыми и друзьями, обиделся на них, и xочет уехать из Индии. Говорит что "нет пророка в своём отечестве, но в другой стране его таланты оценят." Сейчас думает куда податься. Действительно, куда?

17

Есть у меня приятель. Неглупый мужик, но звезд с неба не хватает. Приехав в Америку, начинал как строитель- крышник, руфер. Через короткое время сколотил бригаду нелегалов и перестал прыгать по крышам. $5-7 тыщ в месяц, по сезону. Была у него дочка, училась в России в университете. Дешевле выучиться в России, а потом переучиться. Ну он так посчитал. И вот сообщает доча папе, что нет у ней больше сил терпеть позор ездить в универ на автобусе. Папа проникся. Узнал, сколько стоит перевозка, растаможка, цены на аналогичные модели в России и США. В шиппинговой компании его заверили, что с оформлением документов проблем не будет- не первый год, чать. Выбрал момент смены модельного года и с офигительной скидкой купил. Не дорогую, но и не дешевую. В хорошей комплектации. Ходил радостный и всем рассказывал, сколько он сэкономил. "Три года поездит, продаст и свои деньги вернет!"
Тут необходимо отметить, что мужик был Патриот. Русское ТВ круглосуточно, нелюбовь к хохлам, обамачмо и т.д. Да, да. Таких очень много в Америке.
И вот время пришло. Куплен билет, через неделю обратно - сезон, деньги надо зарабатывать. Машина уже в пути. Будет через два дня. Все рассчитано.
Через неделю он не вернулся. Я разговаривал с ним через две недели. Все его чувства на тот момент можно передать одним словом - изумление. Нет, не так. ИЗУМЛЕНИЕ. " Они не отдают мне машину. Там какая-то ошибка в документах и ее очень сложно исправить". Прошел месяц или чуть больше. Дата обратного вылета переносилась два раза. Потом билет был сдан. Перспективы на получение машины оставались туманными. Он уже и взятку предлагал, и давил на жалость - " Я ж с самой Америки приехал, ну войдите в положение". " Ах ты предатель, пошли прям щас в подвал, мы тебя шлепнем." - отвечали ему. А взятку не взяли да еще пугали привлечь. Прошла еще неделя. И тут к моему приятелю подошел человечек. "Мужик, ну ты понял уже, надеюсь. За сколько ты ее брал? Мы у тебя ее выкупаем и даже сверху штуку даем". Все. Тут он вспомнил, в какой стране находится и встрепенулся. Шуршать начал, всех знакомых по молодости начал теребить. Кому заносить? Помогли добрые люди. Занес. Получил машину. Ему даже рассказали, что за казус с ним приключился. Рассказали те же люди, которые уверяли его, что растаможка невозможна. Просто машина довольно редкой для России марки и комплектации приглянулась начальнику, и была дана команда изъять любыми методами.
Итог. Подобная машина с учетом заносов обошлась бы, мягко выражаясь, значительно дешевле. Три месяца потерянного времени, рабочего времени прежде всего. Следствие- опустошенные кредитки и кредитная история пошла лесом. Но есть и плюсы. Чувак проникся. Сойдя на асфальт аэропорта Кеннеди он целовал родную добрую американскую землю, вернее асфальт. Не придумываю, все с его слов. Он не начал любить обамку, нет, но русского ТВ в его доме больше нет. А попытки в его обществе поговорить за политику пресекаются грубо и беспощадно. Даже неприятно как-то. Мужик здоровый, ударить может.

18

Рассказано моим другом работавшим начальником ОВД. Каждое новое общественное явление, обязательно отражается на всех сторонах нашей жизни. В том числе и на преступности. С появлением южноамериканских сериалов произошло именно это. Поступает материал по совершению хулиганских действий. Фабула дела: мужик приходит домой после работы. Моет руки, садится на кухне ужинать. Завершив эти традиционные действия, переходит в комнату, с целью полежать на диване перед телевизором. Но нет, там уже сидят жена, дочь, теща с дальней родственницей. Смотрят сериал. В другие дни жена и дочь уходили к соседке, но сегодня, когда в гостях теща и родственница, остаются дома. Слово за слово, мужик отличавшийся довольно кротким нравом, открывает балкон и выбрасывает телевизор с девятого этажа. Весь коллектив отдела сочувствует мужику, но заявления не только от жены, но и от нескольких соседей. С учетом того, что каких-либо последствий, кроме утраты личного имущества не было, материал направляется на рассмотрение трудового коллектива. В коллективе одни мужики, так что все с ним нормально. Но с завершением полного цикла этого общественного, а может и социального явления, столкнулся спустя много лет, когда зайдя в крупную финансовую организацию, беседовал с ответственным менеджером среднего звена Изаурой Сергеевной.

19

Был в СПБ пару недель назад, рассказали реальную историю, не столько насмешило, сколько удивило ...

Сразу скажу, всех деталей не знаю, в общих чертах, дело было так :

Мой питерский знакомый купил новый Форд Мондео, у дилера , цена/качество устроили, и порекомендовал такой же аппарат приятелю.

Мой знакомый - человек обстоятельный, все делает по правилам, фирменные сервисы вовремя, только правильные масла , топливо Несте и т.д. За год он наездил от силы тысяч 30 км. машинка - как новая ...

А его приятель - полная противоположность. Наездил на своем Мондео далеко за 200 тысяч км за год (!), болтается по всей стране на ней, есть дороги или нет, неважно, масло никогда не менял, а лишь подливал, и то, лишь в мотор, а где находится коробка -наверняка и понятия не имеет, на все сервисы - забил, лил типа 93-й бензин с контейнерных заправок на трассе, короче, в итоге мотор прогорел. И что он делает? Скручивает пробег до минимума, до 9000 км, пригоняет аппарат к дилеру, типа, так и так, "что за на?!- новая машина, почти не ездил, а мотор стуканул, буду жаловаться в Лигу наций!"

Меняют ему по гарантии мотор, беззвучно, на новый, делают полный сервис , меняют обивку водительского кресла! и все это - 100% бесплатно, далее, он делает полировку кузова, химчистку салона, убирает мелкие царапины и продает машину практически как новую,со скидкой типа 50 тысяч р. от начальной , типа, "пробег 10.000 км, двигатель новый, полная гарантия от дилера"
И плевать было покупателю, что подвеска гремит как детская погремушка , ну как же: пробег 10 тысяч! Новый мотор! Халява!

А мой знакомый, наслушавшись от народа печальных отзывов про свою машину, что "вскоре все начнет сыпаться" , при попытке продать эту, намного лучшую технически машину, получает только предложения в районе 50% от начальной цены , (деталей не знаю, но денег дают столько, что на Фокус не хватит) , так что, похоже, эта машина останется с ним надолго ...

Вот что за логика у людей? Если пишут в объявлении "пробег 30 тысяч" - то это что, в реальности означает 300.000 км ?

Похоже, жить по совести - себя не оправдывает, а наглость - второе счастье ))

20

Очень много букаф. Ностальгическая. С благодарностью к первому тренеру.

В далеком советском детстве не было компьютеров и плэйстейшн. Но бывали свои маленькие радости. Например, играть во дворе в хоккей весь день напролет. Потому что мороз -46 и по радио объявили, что в школу можно не идти. Но это уже классика. А вот случай, произошедший со мной лично был несколько не типичный.

Была у нас в городе Станция Юных Техников - СЮТ. И среди прочих авиа-судо-моделистов и картингистов была в этой СЮТ парусная секция. Вел это парусную секцию весьма своеобразный и интересный мужик. Ни разу не педагог, но фанат своего дела. Художник, кстати, и весьма неплохой. Одним словом - тренер. Даже не так - Тренер.

Как-то раз, всё жаркое лето мы с пацанами под его руководством днями напролет чинили старую яхту, которую он купил в соседнем городе за... Тадам-с! Две бутылки водки! И еще четыре бутылки у него ушло на доставку этого старого корыта в наш городок на пристань. Когда наконец к 31 августа смогли-таки закончить ремонт, мы все дружно заныли:
" - А поход?? Мы же так мечтали на ней в поход сходить. А завтра уже первое сентября!!.."

Но Тренер успокоил нас - впереди выходные. Успеем в поход сходить. До ближайшего соседнего города и обратно.
Только судьба внесла свои коррективы. В первую же ночь похода, пока наша яхта стояла в закрытом уютном заливчике, разыгрался хороший шторм. Соваться в открытую воду на старенькой яхточке было бы самоубийством. Несколько дней мы провели любуясь большими волнами снаружи заливчика и пожирая гигантскую вкуснющую чернику, до которой в тот год не добрались ничьи алчные лапы, кроме наших. И, после того, как шторм утих, мы не стали возвращаться в наш городок, а продолжили поход по запланированному маршруту. По прибытию в соседний город Тренер, оставив нас караулить яхту, рванул на автобусе в родные пенаты. Там обошел всех родителей и честно огрёб от них по полной программе. Пришлось ему также пройтись по нашим школам и написать объяснительные. А также выслушать в свой адрес от профессиональных и "профессиональных" педагогов всё, что они о нем думают...

В общем, имел он моральное право после такого "строить" нас по своему усмотрению. Никто и пикнуть не смел. Одни только припухшие от удивления лица некоторых одноклассников чего стоили, после невзначай оброненной фразы: "В школу что не ходил? Да так... Мы на яхте с Тренером заштормовали - пришлось несколько дней в бухте отсиживаться, пока не утихнет"... В 9-10 лет это дорогого стоило.

А "строил" нас Тренер порой весьма жестко. На его шестиэтажные маты мы со временем даже реагировать перестали. А косячили, все равно, регулярно. Поэтому в случае особых косяков Тренер ставил нас строем и "прописывал" каждому сма-ачный удар в грудину. Как мы с пацанами тогда говорили "в душу". Что интересно, никому из нас даже в голову не приходило жаловаться. Например, родителям или еще куда-то на сторону. Заслужили - получили. Всё логично.

Как-то раз во время очередного такого прописыванья "в душу" один парнишка из наших, стоявший в середине шеренги, спросил:
- Имярек Имярекович! А можно мне не в "душу", а в живот?
- Э... М-мм... Это еще почему?
- А у меня там пресс!!
Тренер и мы все засмеялись. Тренер тут же остыл. И "прописка" прекратилась. Я стоял в конце шеренги - и мне в тот раз свезло...

Прошло несколько лет. Пацаны в секции были все старше меня на год. И после своего восьмого класса дружно уехали в соседний город поступать в мореходку. У меня же впереди был еще восьмой класс, после которого я умотал в Питер в физматшколу. А пока были летние каникулы. В яхт-клубе было затишье. Местный комбинат купил несколько каютных яхт. Для туризма и гонок. Сотрудники комбината выбирались в поход или погоняться только по выходным. Брали, разумеется, и меня. В том числе и потому, что я был самым опытным в клубе яхтсменом после Тренера на тот момент. На яхте обращаться на "Вы" зачастую некогда. И взрослые мужики - инженеры, начальники отделов, техники и так далее, солидные люди, уже с детьми, сразу сказали мне - "обращайся на ты, не парься". И у меня, тринадцателетнего на тот момент пацана, первое время рвался шаблон от того, что на яхте я командовал и говорил им "ты", а на суше не мог себя перебороть и говорил "Вы". Но мужики быстро всё освоили и сами стали хорошо управляться с яхтами.

В будние же дни того лета я маялся от безделья. И как-то раз, в понедельник, когда до следующего похода оставалась еще целая неделя, по привычке пришел на берег. Проверить, все ли в порядке. Посидеть на причале или в "кают-компании" - этакой гостиной на втором этаже того двух-этажного сарайчика-эллинга, который мы с пацанами построили за год до этого под руководством Тренера. Где лежат ключи я, естественно, знал, на правах одного из "старожилов" яхтклуба. В общем, убить время пришел. Но не удержался. Полез на одну яхту что-то поправить. Попутно заметил, что там было что-то не убрано с палубы внутрь каюты. Непорядок - могут украсть. Пошел в эллинг взять в тайнике ключи от каюты. Вернулся на яхту. Всё убрал. И тут как сорвало меня. Не стал запирать, а напротив - вытащил и поставил паруса, отдал швартов, запрыгнул на яхту выбрал якорь и почесал прокатиться. Катался часа два. Потом спохватился, что скоро конец рабочего дня и с завода по берегу пойдут мужики - запалят за этой самодеятельностью...

Через какое-то время я уже регулярно приходил на берег по будним дням ровно к восьми часам - когда на заводе уже шел рабочий день. Ставил паруса и ходил вокруг ближайших островов - километрах в пятнадцати от яхтклуба. Благо погода установилась такая, что после утреннего штиля ветер всегда был хороший - туда и обратно занимало часов пять-шесть. Но... Как-то раз вдруг попал в штиль у островов. Проторчал часа три-четыре. После начался хороший попутный ветер. Я обрадовался было - быстро до причала "доеду" как на трамвае. Поставил паруса на "бабочку" и полетел. Навстречу звиздюлям, вообще-то. Но я немного забегаю вперед...

Ветер потихоньку перешел в шторм. Пришлось встать в левентик и убрать грот. Пилил дальше под одним стакселем. Попутно аж ногами приходилось упираться в стенку кокпита, чтобы удержать руль - яхту то и дело пыталось кинуть в так называемый "брочинг". Подъемное перо руля на вертлюге повернулось аж из вертикального в горизонтальное состояние. Под напором воды от скорости. Зато скорость была - на загляденье. Особенно, когда на волну сядешь и едешь со скоростью волны...

Сейчас-то я понимаю - если бы я узнал, что мой ребенок в тринадцать лет такое вытворяет, наверное, прибил бы собственноручно. Попутно стал понимать и соглашаться с тем тезисом, что "мужчины - это случайно выжившие мальчики".

Уже издалека заметил на причале одинокую фигурку. В воздухе ощутимо запахло люлями. Как сказали бы Ильф и Петров, "Он понял, что сейчас его будут бить и возможно ногами". Но деваться было некуда - в первую очередь надо было побеспокоиться об яхте. Рассчитал траекторию, учтя что в этом месте илистый грунт, а ветер попутный, встал носом к ветру, отдал с носа якорь, вытравил достаточно якорного каната и выждал, чтобы якорь "встал". Убедился, что яхту не несет. Убрал стаксель. Стравил якорный канат так, чтобы корма яхты оказалась в метре-полутора от причала.
Тренер крикнул через порывы ветра - "Кидай конец!" Даже не добавил своих привычных "этажей" в тот раз. Но я сам, поймав момент, когда корма подпрыгнула на волне, выпрыгнул на причал, заложил швартов. После запрыгнул обратно на яхту. Аккуратно сложил паруса и все "концы". Убрал всё, что нужно в каюту и запер. Хозяйским взглядом окинул яхту - все в порядке. И запрыгнул обратно на причал, понимая, что тут мне и "маленькая беленькая лисичка" пришел...

На моё удивление, Тренер не был суров, а стоял и улыбался. В какой-то момент он даже рассмеялся. Сейчас бы я даже сказал, что он заржал. Я, весь в непонятках, стоял и ждал. Наконец, он стал серьезным и спросил:
- Знаешь, почему ты до сих жив?
- Неа...
- Потому что меня гордость взяла. Как хорошо, оказывается, я вас, оболтусов, обучил...

Через некоторое время тренер привел двух четвероклашек из поселка, который был неподалеку от нашего городка. Одного посадил на яхту вместе с собой. Второго "вручил" мне. И мы гонялись в режиме матчевых гонок в акватории нашего городка на тех каютных яхточках, попутно обучая новеньких пацанов. К островам тоже ходили. И в одной из таких гонок, до островов и обратно, я выиграл у Тренера его коллекцию из нескольких десятков журналов "Катера и Яхты", которые он поставил на то, что я не смогу обогнать его ни в одной из этих гонок. Целое сокровище для юного яхтсмена в те доинтернетовские времена! Да и не только для юного, вообще-то, в те времена. Люди тогда за этими журналами буквально охотились. Перерисовывали с них чертежи и, исправляя погрешности самостоятельно, строили по ним собственные яхты...

Сейчас я подозреваю, что он, похоже, специально один раз проиграл, чтобы меня поощрить. Все-таки, Тренер. Но тогда мне было 13. И я принял всё за чистую монету. Видя как он "сокрушается"...

21

Вонь вояж.
Я тогда торговал. Вернее мы, вдвоем с Толяном. Конец девяностых. К тому времени мы, уже порядочно подуставшие от этого бизнеса, имели две-три торговые точки, магазинчик и возили парфюм и прочую шнягу в свой городишко из Владика и Хабары. Ездили всегда в ночь, чтобы к утру быть на месте и, загрузившись, вернуться назад к следующему вечеру. В очередной раз жду Толика дома к полуночи, он задерживается часа на полтора, я психую (сотовых не было) и наконец он появляется на нашем микрике, за рулем и подшофе. Я психую сильнее и, садясь за руль, обнаруживаю в темноте салона двух человеков. Спрашиваю вежливо Толю: - Че за хуйня, мол, Толя? Толя начинает бормотать про своих друзей, которым с нами почти по пути, до Владика. Ну и чтобы стало совсем по пути, нужно заехать в какую-то деревню, которая нам совсем не по пути и забрать с собой …свинью, …блядь:
- Че, БЛЯДЬ, забрать? Свинью, говорит, ночью во Владивосток по пути за парфюмом,…пообещал. Я оторопевший от неожиданности даже не орал, воткнул рычаг и медленно осознавая происходящее, молча порулил на выезд из города. Между тем мутные тени за спиной ожили и одна из них молвит:
– Здорово Леха! Это ж я, Паха!
- Какой Паха?
- Сосед твой сверху, бля. Над родителями твоими жили с мамкой, по Пушкинской, мы ж бля даже какие-то родственники!
Паху я конечно вспомнил, встречал его несколько раз в подъезде в окружении малолетних уркаганов, лет 20 назад, когда учился в школе. Ко мне они не цеплялись, видимо из-за Пахи, который помнил какое-то наше с ним родство и сдержано со мной здоровался. Примерно тогда Паху и загребли по малолетке и на долго. Ну и так случилось, что они были корешами детства с Толиком, моим теперешним компаньоном. Паха оказался разговорчивым. Бодрым прокуренным голосом он продублировал своего негромкого спутника, представив: – Абдулла! И рукой на развилке чуть в сторону перенаправил наш маршрут.
– Ща, Леха, шесть сек, свинью заберем.
Я повернул, еду. - Куда? - спрашиваю.
- Прямо.
Еду, еду, дома заканчиваются.
- Куда? - интересуюсь.
- В Донское.
….? (8 км по грунтовке и возвращаться…)
- Ну ты, Толя, блядь!
Ночь. Начинался дождь. Доехали. Полузабытая деревенька в стороне от проходных трасс. Поздняя осень. Темень. Две улочки с убогими лачугами, во всей деревушке горит одно окно. Наше. Открыли боковую дверь, просигналили, пахнуло навозом и промозглой сыростью. Колхозники не спали. Полученный накануне свиной аванс держал их в тонусе и добром расположении духа. В темноте слышались голоса, хлопала дверь. Я, пытаясь смириться с происходящим, поторопил. Паха с Абдуллой нырнули в темноту. Минут через пятнадцать открылась задняя дверь нашего грузо-пассажира, автобус закачался, голоса, возня, пронзительный визг свиньи, маты и тишина. Выгнанный мною на погрузку Толик вернулся в кабину.
- Че там?
- Сбежала.
- Заебись! А ты хули сидишь? Иди загон строй, а то она тебе на голову насрет!
Толик свалил, где-то нарыл кусок фанеры и кое-как, и не высоко, отгородил задний ряд сидений от грузового пространства. Где и как урки с колхозниками гоняли свинью скрывала темнота, а я философски себя успокоив, настроился на бесконечную ночь. Слабая надежда на свиную смекалку и вероятность ее удачного побега рассеялась, и вскоре беспокойная деревенская жизнь визгом и матом ввалилась мне прямо за спину. Осторожно трогаюсь, прислушиваясь к поведению автобуса. Не закрепленный центнер свиньи визжит и шароебится в корме, стараясь нас перевернуть. Паха за неимением кнута и пряника, перекинув руку через спинку сиденья, херачит со всей природной смекалки по подопечному загривку полторашкой «Ласточки» и на фене убалтывает свинью заткнуться.
Из сельского тупика не спеша въехал обратно в город и повернул в нужную сторону. На часах было около двух. Свинья поутихла, Паха отдышался и уже у самого выезда трогает меня за плечо:
- Лех, здесь еще налево, шесть сек!
- Нахуя?
- Да справку для ментов на свинью нужно взять у председателя, думали со свиньей отдадут, но кресты сказали, что в деревне он днем не появлялся и «гасится» в городе у своей проститутки.
Свернули в частный сектор, и немного проехав, остановились у просторного, чуть освещенного дворика с домом в глубине. Посигналили. Долго никто не появлялся, еще посигналили наконец зажегся свет и минут через десять с крылечка, опираясь на палку, спустилась довольно рослая старушенция.
- А вот и она!- гыкнул Паша.
- Может это его мать? – равнодушно предположил я.
- Неа, - о чем-то своем подумал Паша, - Праститутка.
Паха с проституткой зашли в дом, с ксивой все получилось и вскоре мы тронулись.
Минут сорок, до ближайшего поста ДПС, Паха развернуто и с плохо скрываемым энтузиазмом, отвечал на мой вежливый вопрос, о том чем все-таки вызвана необходимость такой затейливой миграции парнокопытного.
По Пахиному раскладу все оказывалось просто, как все гениальное. Обуреваемые жаждой наживы, Паша с Абдуллой пораскинули кто чем мог и припали своим пунктом быстрого питания к артемовскому аэропорту. Из ассортимента и цен представленной на мясных рынках свинины, так необходимой к столу скучающих трансконтинентальных пассажиров, они имели обоснованные претензии. Во-первых, цена на свинину была явно и необоснованно завышена, во-вторых, отсутствие на рынке некоторых жизненно важных свиных органов наталкивало на мысли о ритейлерском сговоре. Короче весь фокус их предприятия заключался в чрезвычайно глубокой переработке нашего пятого пассажира. Паха на пальцах легко накинул пятикратный подъем от стоимости живого веса, по ходу повествования пробежавшись по широкому ассортименту ожидаемо свиных деликатесов. Не забывая о воспитании подопечной и время от времени с треском просекая темноту салона пластиковой бутылкой, Паша балагурил все первые семьдесят километров. Чушку же радужные Пашины перспективы изрядно пугали. Воняло говном. Про элегантное решение по снижению себестоимости мяса за счет похеренных транспортных расходов, он вежливо упоминать не стал. Кто-то достал черпак, они пару раз пустили его по кругу, и вскоре ебанутая голова Толика начала болтаться.
Толстый мент с палкой наперевес замаячил в свете прожектора и прервал монотонное урчание дизеля. Торможу. Стандартно-неразборчивый бубнеж, и рука потянулась к моему окну за документами. Судя по тому как мент ухватил мои права, изучать документы прямо сейчас он явно не собирался, и поэтому я попытался пояснить:
- Это мои права, вот тех. паспорт, вот хозяин машины. Кивая на Толика: - А вот его паспорт.
- Разберемся, - прошамкал толстый. - Че везем?, и посмотрел в сторону тонированных автобусных стекол. Такого поворота я не ожидал. Скорее не так; за десяток лет еженедельных командировок с товаром и без, на этот вопрос я устал отвечать, но во-первых, не в каждой поездке нас останавливали, во-вторых не всегда задавали вопросы, и в последних ни разу на заданный вопрос я отвечал…
- Свинью, - говорю, как бы между делом. Мент переварил, картинно поднял очи и сделав шаг в сторону салона поднял перст.
- Откройте.
Охотиться на чужую свинью в ночном лесу мне не хотелось, и заднюю дверь я открывать не стал. Я словно театральный занавес сдвинул боковую и показал менту двух уркаганов. Аллюзия с чертом из табакерки к этому случаю - самое то, только с двумя. Служивый от неожиданности чуть присел, словно слегонца захотел по большому. Не детские лица антагонистов ввергли его в ступор. Я напомнил про свинью, махнув рукой в темноту за спинкой сиденья: - Вон там!
- Документы, - прошептал мент. Приняв протянутые паспорта, для вида быстро их пролистнул и возвращая владельцам, уже решительнее позвал за собой.
- Пройдемте.
- Всем? – поинтересовался я, он отозвался эхом. Подмывало уточнить про свинью.
В избушке было людно, большей частью маялись водилы, остановленных на посту фур. Придорожные менты в это время года промышляли чем могли. Пока не застынут таежные зимники, лес - основное богатство здешних мест, по гиблым летним дорогам из тайги почти не вывозят. Это с наступлением холодов они, словно клещи к венам, прилипают к лесовозным трассам, ведущим от отрогов Сихотэ-алиня к большим деньгам, обкладывая данью каждую лесную машину, и по сезону с ними могут сравниться, разве только давно охуевшие от шальных денег таможенники.
За огромным бюро деловито ерзал главный счетовод. Пухляк кинул наши документы на край стола и свалил. Кассир в погонах наметанным глазом просматривал накладные, путевые и прочие, и прикидывал по ходу чем можно поживиться. В голодные месяцы они не брезговали ни чем. Понятное дело, что выгодней было бы задержать партию «паленного» алкоголя, чем запоздалую свинью, но как водится «на безрыбье» однажды, с «нечего взять» у меня отмели даже запасную автомобильную камеру. Прикинув собственные риски, я ждал своей очереди достаточно спокойно. Если не считать пассажиров и подложенной Толиком свиньи, автобус был пустой. Вероятность же «попутного» мешка маньчжурского каннабиса, (пронеслось в мозгу) подложенного внезапными пассажирами стремилась к нулю, сезон давно закончился. Разве только попробуют отжать свинью?
От нечего делать я разглядел своих попутчиков. Абдулла окромя своего имени ничем особым не выделялся и являл полную противоположность известного персонажа и заклятого врага товарища Сухова. Невысокий, щуплый парень лет тридцати с приятной улыбкой и негромким мягким голосом. Паша в отличие от своего немногословного друга, был персонажем сам по себе. Среднего роста, поджарый, с черепом обтянутым кожей традиционных чифирных тонов, заметно уставшей в складках вокруг рта, и венчавшей его снизу выраженной челюстью набитой полудрагоценными металлами, он гипнотическим взглядом оглядывал милицейские декорации. Если мужчинам его подчеркнуто зековская внешность могла внушить только потенциальную опасность, женская психика, чему позднее я бывал свидетелем, на нее сокрушительно западала. А хуле, наверно думали они, такой - по любому выебет, даже если не за что.
Очередь застыла, я немного потоптавшись повернулся к его подошедшему компаньону:
- А Абдулла это погоняло? Он улыбнувшись, протянул паспорт. Я понял почему он улыбнулся когда его открыл. Да, имя Абдулла там было. Но то что было кроме, делало его имя таким же обыденным как например Виталий, и даже для русского. Там были фамилия и отчество. По понятным причинам, даже если бы я их записал или непостижимым образом сейчас вспомнил, то в моем письменном повествовании пришлось бы долго и безуспешно выдумывать немыслимые аналогии, чтобы постараться как-то передать нахлынувшую на меня бурю эмоций от этих нескольких слов. Ну как слов, хорошо известных и филигранно исковерканных матерных сочетаний. В общем, Ракова Стояна с Ебланом Ебланычем там не стояли даже рядом. Пытаясь сдержаться чтобы не заржать, я выронил паспорт в руку Абдуллы:
- Охуенно!
Абдулла это давно знал и уже улыбался вовсю. Вернулся толстый, и почему-то решив побыстрее разобраться с неординарным случаем, а может для того чтобы не мешались, пододвинул наши документы к старшему:
- Посмотри.
Тот, повертев мои права, прочитал фамилию:
- Кто?
- Я, - протиснулся я к бюро.
Он рассмотрел тех.паспорт:
- Доверенность?
- Я с хозяином, вон паспорт, - я показал на стол.
- Где хозяин?
Толик просунул сквозь очередь свою «косую» морду:
- Я.
Мент поднял глаза, сверил Толину голову с паспортом, поморщился - пьяных перевозить пока не запрещено. Он вопрошающе посмотрел на толстого, типа – и хуле?
- Там свинья, - неразборчиво прошептал толстый.
- Че? - старший снова поморщился.
- Свинья в автобусе, - сухо повторил толстый.
Блядь, как все серьезно подумал я. Старший на мгновение «завис». Ну как на мгновение, если бы речь шла о том, чтобы обыденно поинтересоваться документами на перевозимый груз, а не о способах разделки свиной туши хватило бы малой доли того мгновения. Он взял себя в руки:
- Документы на свинью есть?
Я повернулся к Пахе и мне на мгновение показалось, что дальше была его домашняя заготовка. Он мгновенно выхватил у скучающего Абдуллы свиную справку и с нарочито-серьезной мордой протиснувшись сквозь строй, оперся на ограждение.
- Вот! - протянул ее Паха.
Скучавший до этого народ, слегка оживился. Им явно не казалось тривиальным наше ночное путешествие.
Мент, зыркнув на Паху поверх очков, уткнулся в писаное.
- Вы хозяин? - поинтересовался он дочитав.
- Да, - как-то напыщенно кивнул Паха.
- Паспорт, - откинул ладошку мент.
Паха, порывшись в нагрудном кармане, протянул.
Мент внимательно пролистал паспорт до прописки, потом назад, зачем-то снова развернул справку:
- А кто такой?..., - медленно, по слогам мент начал зачитывать загадочное арабско-русское заклинание из справки, включая «Абдулла» и по тексту далее…, и в конце изо-всех сил стараясь не рассмеяться, матерясь при исполнении, наконец выдохнул:
- Где? - добавил он, забыв где было начало предложения.
Я отвернулся – народ улыбался уже во всю. Они, пожалуй, представляли дремучего чужеземного крестьянина в чалме и бурке, выжженный солнцем скалистый аул, отару свиней… или все-таки баранов…
- Я, - неожиданно, словно в сказке про старика Хоттабыча, и еле слышно пропело сзади. Толпа качнулась, и начиная хихихать вслух, повернулась на голос. Абдулла помахал менту рукой. Мент вытянул шею, затем сдерживаясь и стараясь сосредоточится повернул голову к Пахе:
- А вы…? - он медленно придумывал вопрос.
- Я нет, товарищ майор! – Паха заразительно гыгыкнул. Тоненькая ниточка в сознании майора связывающая меня со всем происходящим порвалась.
- Вы водитель? - он обращался к Пахе.
- Не угадали! - прорвало Пашу. Народ развеселился, я заплакал. Мент, ухватывая потерянную ниточку с надеждой посмотрел на Толика. Тому же вряд ли доходил весь смысл происходящего, он скорее платил взаимностью улыбающемуся менту, и как ребенок радовался вместе с ним. Я, привлекая взгляд майора, тыкнул себя в грудь, выдавив:
- Я водитель. Моя физиономия знакомой ему не показалась, скорее случилось дежавю из которого я его вывел показав пальцем на свои документы. Он что-то вспомнил и задумчиво собрав документы в кучу, протянул мне.
Из распахнутой двери автобуса пахнуло большими деньгами, и по кругу весело забулькал черпак. Мы тронулись и под утро добрались до места. Где-то в лабиринтах, накрытых утренним туманом кооперативных гаражей, я высадил пассажиров и наверстывая время, без остановки порулил дальше. А опухший Толик, на ходу постукивая головой по бортам, мокрой тряпкой размазывал по автобусу остатки чужого богатства.

22

В продолжение темы чудо-целителей.

Года так три назад сранья заваливает ко мне участковый да не один - ещё пара автоматчиков и зачем-то фельдшер из местного отделения коновальни №4 районного управления здравоохренения. Думаю - хуяссе, прям расстрельная команда, где спалился то?
Начали издаля - как дела, ничего не беспокоит, жалобы есть, может, али предложения кондиционные - ну, говорю, предложение у меня пока одно - в плечо меня поцелуй, ты ж тоже не с главного начал.
Ну, перейдем тогда к главному - вчера отзвонились грибники, в посадках вдоль проселка жмуры валяются - не твоя ли работа? Не, говорю, я в тех посадках жмуров не сбрасываю, больно близко - а сам думаю - не пизданул ли я чего лишнего.
Ну, раз не твоих рук дело - окажи ка, брат, услугу - побудь понятым и заодно придумай на чем их забрать оттуда, а то у нашего уазика переднего кардана нет и он поэтому только по дороге ездит.
Ладно, говорю, мотоблок с телегой выделю - с вас мешки. И перчатки.
Собрались - покатились. Место и впрямь не особо наезженное, проселок лесовозами так расхреначен, что и камаз бы сел на мосты. Ну, у меня техника как раз для этих мест - телега как раз чтоб валежник из леса таскать и мотоблок с колесами от здоровенного квадрика, выменял в свое время.
Идем, шаримся, нашли, в общем, по запаху, три жмура, вид примерно суток на трое, городские. Кроме трехсуточного вида была ещё одна особенность - показались они мне поломанными изрядно. Присмотрелся. Да уж, попали парни в передрягу - били их страшно, много сломанных ребер, руки сломаны у всех, лица в кашу, короче - зверство одно. Менты меж тем карманы обшмонали, вытащили что можно, участковому протягивают. Тот смотрит, говорит, всё ясно, преступление раскрыто, грузите. Я ментам - грузите, хуле, я вам не грузчик, я извозчик. Погрузили, поехали. Доехали до уазика, тут участковый говорит - ээээ, Витя, фпизду мне это надо, кати их к своему фигваму, мы счас подъедем.
Думаю, ёбнулся наш Василий Патрикеевич, или, как минимум, чудаковат с годами становится. Да хуй с ним - куда он от трех пакетов с мясом денется.
Приехал, стою жду. Час жду. Приезжает. Один. Без свиты. Садись, поехали. А эти? - спрашиваю. Нахуй, не до них сейчас.
Думаю - бляя, чудит чота Патрикеич, внимательно надо за ним.
Сели, поехали, приезжаем - о, точно, а вот и лесовоз, а вот и водила - некто Миша, а вот ему и пиздец, ибо с таким еблом, с каким он нас увидел, только показания давать. Губу оттопырил, репа жаалобная, думаю, вот сцуко преступник потомственный, подикана с каторжан ещё генеалогию ведет.
Ну чё, спрашивает Патрикеич, точнее - чё за на то? Ты чо, Мишаблять, женился и ребенка заделал чтоб остаток жизни им письма жалобные писать из тюрьмы? Излагайбля, что за приступы чикатиловщины в нашем уютном и мало известном в центре районе?
Дак что, Патрикеич, не со зла ведь мы, точнее, без умысла. Пришли в воскресенье с отцом и братом с покоса - а дома бабка счастливаяя сидит - купила, говорит, чудо-аппарат, у проезжих городских светил медицины. Ентот аппарат в два счета все хвори излечивает без всякой бани и заодно воду и молоко стерилизует. И показывает Миша нам аппарат из блока питания телефонного и трех разноцветных светодиодов моргающих. Хуйня, что отдала лекарям все сбережения семейные, они ж ещё и брошюрку дали как этим аппаратом пользоваться правильно и чтоб хватило на всех. Говорит - ну, теперь и соседей всех вылечу, в два счета деньги отобьются.
Кинулись мужики вдоль по улице - искать благодетелей. Нашли их доме так в пятом от своего - да, сидят, показывают свое чудо-изделие очередной бабке, называя при этом благодать от разноцветных моргушек целебной фитотерапией. Ну-ка тормозните ка, сученята, говорит батя, я закуп хуйни в этом году бюджетом не предусмотрел. Да иди ка ты нахуй, уёбок - успели сказать чудо-лекари, после чего приняли горизонтальное положение, из которого впоследствии не вышли.
Пиздили их всей улицей, все мужики, дома которых обошли эти упырьки, пока хозяева работали. Потом подтянулись мужики с улицы, примыкающей к этой - день потому что у упырьков выдался урожайным. В общей сложности продали 16 приборов по 30-40 тысяч за штуку, разумеется по акции и со скидкой 70%.
После чего погрузили мясо на мишин лесовоз и отвезли в посадки, подзабыв, что от них рукой подать до полузаброшенной платформы, интересной летом только нескольким выросшим в этих краях городским грибникам.
Нда, сказал Патрикеич, так вот вы какие, народные лекари, посетившие на позатой неделе мою тещу. Которая теперь сидит тупо уставившись на разноцветную поебень и думает, что у нее началась деменция.
Короче так - я не знаю и знать не хочу каково это - посадить две улицы мужиков в деревне из трех улиц. Но и надеяться на вас, мужики - не могу, вы свою репутацию умных в моих глазах проебли напрочь. Поэтому - уже обращаясь ко мне - Витя, берикана вот этого простофилю в помощь и давай уже, организуй, так сказать, близкое знакомство этого гавна с червяками, надеюсь, понятно - там, где я их никогда не найду. И если тебе покажется, что кто-нибудь когда-нибудь раскроет таки нашу небольшую тайну - прикопай уже и Мишу там рядом или язык ему отрежь, в общем - прими меры, как говорится.
Ну что, говорю Мише - лесовоз твой, надеюсь, заправлен? Поехали уже, как говорится, придумывать куда это дерьмо утилизировать, путь неблизкий предстоит.
Ну, тут и сказочке конец, как говорится, приезжайте к нам исчо.

Для товарисчей впогонах - всё неправда, любые совпадения случайны.

23

Проникновенье наше по планете
Особенно заметно вдалеке

Начнём с того, что белых часто пугают чёрными. Типа, если ты такой крутой, пойди прогуляйся в чёрном районе. Возвратишься оттуда, тогда и поговорим.
Расскажу вам несколько историй. Я же с людьми работаю. Забираешь такого из тюрьмы или отвозишь, а он поговорить хочет с нормальным напоследок или на старт. Они произошли с разными людьми, но для простоты рассказ буду вести от одного человека.
Так вот, Игорь, чёрные, как мы, русские. Такая же психология. Украл, выпил, в тюрьму (с). Половина уже сидела, половина в очереди стоит. Вопросы между собой решают кулаком и оружием. В полицию стараются не обращаться. Одно время я с ними жил. Ну как жил? Босс мой инвестировал в недвижимость. Покупал за 15-30К дома на пару семей на юге Чикаго. Мы ремонтировали и он сдавал в рент. Пару месяцев ты там работаешь и через несколько дней уже видишь, где продают траву, сколько берут за экстази. При желании и что-то пожёстче купишь. Полиция не знает? Полиция крышует. Босс чикагской полиции получает около 350К, а полицай 35К. Вот они и добирают. Клиентов также не трогают. Какая проблема задержать белого водителя, вечером, в чёрном районе, к тому же едущего "против шерсти"? Но не задерживают - не распугивают клиентов.
Так вот. Обычно когда домик уже завершён или близок к завершению, приезжаешь утром, а он пустой. В смысле без холодильников, светильников, плит, стиралок, шкафчиков. Да что там окна и двери? Электрические провода вытягивают и водопроводные трубы. Даже воду не перекрывают. Ну вот босс и ищет желающих пожить на завершающем этапе. И это до последней заселённой квартиры. Был у нас случай, что 3 заселили, так одну обчистили и все обогреватели, кондиционеры с подвала и крыши сняли. В полицию, канешно, никто не позвонил.
Ах, да. Мало кто на такое проживание соглашался, а я всегда. А чё? По трефикам на работу-с работы добираться не надо. Днём получаешь за то что работаешь, а ночью за то что спишь. Да и девушек есть где принять. Ночью привезёшь - она и не знает где она. А всё новенькое, красивое.
Но ты ведь там живёшь. Даже по полгода иногда. Ходишь гулять, по магазинам, снег чистишь, траву стрижёшь. Проблемка в том, что нельзя сказать, что ты один из них, с этого района так сказать, ведь "и так видно синку, что ты не москаль". Сначала потихоньку тормозят по дороге с магаза. Мол чё, потерялся? Потом просят поделиться пару баксами! Дальше будут приходить на твой участок и делать, что хотят. У нас было два мужика, что дело до такой ситуации довели, что из дома нос не показывали и ещё им стёкла регулярно били. Один экономист хотел пешком ходить 7 км к своему дому по прямой улице, так на третий день его два квартала гнали и пиздили.
Я же "рос в трущобах городских, и добрых слов я не слыхал". Поэтому стоишь спокойно, смотришь в глаза и объясняешь, что ты не потерялся. Ты тут живёшь. Баксы у тебя есть, но делиться ты не будешь, так как самому нужны. А откуда я такой борзый?.. Прихожу из магаза, а во дворе сетку с паркана снимают. На меня ноль на массу. Э, говорю, работнички, пиздуйте нахуй. Это моя территория и вынимаю телефон. А они так со смехуечками, не переставая работать, мол сьебись, мазафакер. Пока ты будешь звонить на полицию, пока они будут ехать, мы часть натяжек скрутим и смоемся. Через два часа опять. Ну и так под утро погрузим эту рабицу на машинку и уедем. Я в ответ только поржал. Не говорю, нига, (резкий столбняк), я никуда звонить не собираюсь. Я делаю твоё фото. Потом вышлю его своим друзьям. Если со мной что-то случится, чтобы они знали кого искать. А после этого поломаю вам ноги и выебу ваши чёрные задницы. А все потому, что я не мазафака, а русский. Ещё два шага к ним сделать не успел, а светлый их образ растворился в вечернем тумане.
Инвесторка выселила семью за неуплату. Те вроде ушли, но дом закрыт и кто-то там продолжает жить. Подъезжаем, открываю, заходим. Оппа, а там младшая дочь лет 14, её ребёнок годовалый и парень лет 25 на вид. Пока барышня пробует поговорить, он её отодвигает рукой и идёт на выход. Стаю в дверях. Он не заморачивается. Начинает открывать окно... Але, гараж! До прихода полиции все сидим на жеппах ровно. Товарищ не реагирует. Подскакиваю, хватаю за шею, валю на пол, походу обыскивая на наличие ножей и пистолетов. Парень в шоке. Белые должны бояться слово сказать, а этот бросается. А потому что я не белый, я русский. Тогда в ход идёт вторая серия. Малая начинает орать, что её насилуют. Хватаю за горло, прижимаю к стене. Видно, что она уже через это проходила - испугана и растеряна. Сейчас, говорю, прострелю твою дурную башку, если не заткнешься, а потом его удавлю и пистолет ему в руку вложу! Тишина и спокойствие до приезда полиции. Та на матрасе сидит и плачет, он лежит и не движется. Полицаям обрадовались, как маме. Те меня, канешно, обыскали. Только трудно найти то, чего не было. Соответственно и веры в рассказ никакой. У нас на руках решение судьи. Спрашивают хотим ли мы их посадить. Моя барышня уже сама чуть не описалась, а я говорю, что нет. Пусть выметаются. Те пробуют вещи какие-то собирать. Не, - говорят полицейские, - только то что в руках и нахер с пляжа. Паренёк пригрозить мне пробует судом, но полицайка спрашивает, что он здесь делал с несовершеннолетней и малым ребёнком. Парень затыкается и сваливает. Полицейские прощаются, подходят по очереди ко мне и жмут руку. Напоминают, что документы они проверили и в случае желания мы можем тех судить. С выхода один возвращается и тихо предупреждает, чтобы я сейчас с пистолетом не выходил, а то их могут заставить ещё раз меня обыскать. Я смеюсь и объясняю, что я русский. Ещё раз жмёт руку и они уезжают.
Прихожу вечером за деньгами за рент. Шесть квартир по 200-300$. Остальное доплачивает государство. На третьем этаже дверь открывает приходящий отец. Ну, живёт мужик с бабой, только не расписаны. Трое детей из пяти его. Она на полном государственном обеспечении, а он живёт за её счёт. Или своей способности размножаться. Уже второй месяц не платит 70$. Прошу Тамару (ага, такие имена). Нету, типа, её. Говорю, что это его последнее предупреждение. Завтра приду в 8 вечера и если не будет денег послезавтра с утра приеду с рабочими и выкинем вещи на улицу. Потому что я его не знаю (три года живёт) и квартиру снимал другой человек. Он в бешенстве говорит, что с деньгами, которые я насобирал, я ещё сегодня до дому не доеду. Объясняю чудику, что пристрелю каждого рискнувшего, а его к куче за наводку. Ещё из здания выйти не успел, а тут полиция. Мол, пистолетом размахивал и перестрелять всех грозил. Смотрят волком и руки на рукоятках. Э, - говорю, - гайсы. Я хороший парень, - перехватываю инициативу. Счас я стану личиком к стеночке, ножки поставлю пошире, ручки подниму повыше. Вы меня обыщите, с моего разрешения, и тогда поговорим. Соглашаются. Хлопают по карманам, ищут под мышками, за поясом. Успокаиваются, выслушивают, извиняются. На прощание заговорщицки сообщают, что могли б и машинку обыскать. В ответ даю визиточку, где большими чёрными буквами написано KGB. Гамма чувств на рожах, пока дочитываются, что это спортивный клуб. Ржут, что-то говорят один другому о crazy russian и поднимаются к должнику. За минуту уезжают. Пока я садился в машину чудик выбежал с деньгами ко мне. Извинялся. Да ниче, - говорю, - а то я уже думал в парке ли тебя закопать или в фундамент на новом доме залить. Обещает, что всё будет ок (и было) в будущем. Я ржу про себя. На репутацию надо работать, пока она не работает ещё на тебя.
Рассказывает мне съёмщик с первого этажа куда делась соседка со второго. Да, говорит, поссорилась с бойфрендом и он ушёл на автобус. Она подумала и догнала его на остановке. Подошла сзади и выстрелила в голову при всём народе. А ваши, русские, они не такие. У нас тут можно на ночь таких снять, покладистые. Не, говорю, это те, которых семья выгнала за что-то. А дома за блядство её б камнями на площади забили, а его б к медведю в яму бросили. Так я о таком и не слышал, - блеет. Ну поэтому и не слышал, что никто на такое внимание не обращает и не рассказывает. Ты же не рассказываешь, как яичницу на завтрак ел. Обыденное ведь дело. Поверил. Глаза как блюдца. А хули?! Имидж нужно беречь.
Года через два меня уже узнавали на новом доме. О! Ты, мол, тот русский, что жил там то и там то. Ну welcome to the neighborhood!!!

24

Просто между делом, к вчерашней истории о героическом боевом коте русской голубой породы, найденном у гаража ешё малышом.
В 90-е годы было: завела моя начальница (по работе) котёнка. Дома завела, естественно. Котёнок клубный, очень дорогой, и носилась она с ним страшно.
Пока не начал зверь подрастать... и охотиться на домашних. Сперва умилялись, но потом стало не до смеха. Напрыгивает "из засады", кусает и рвёт когтями всех, в т.ч. детей, совсем не по-детски. При том сильный он рос, мускулистый. Терпела она долго, но наладить отношения с подростком не удавадось никак. Кошачьих психиатров, как в программе "Адская кошка", тогда не было.
Как-то, обсудив эти дела с коллективом и пустив слезу, решила она отдать животное обратно в клуб (понятно, не ради какого-то возврата денег, а просто не гнать же его куда-нибудь под дверь гаража). Забегая вперёд - ей это удалось, всё кончилось хорошо.
А пишу я все эти слова ради единственного момента: итак, всё решено, в опен-спейсе повисла тишина, она достаёт заветную бумажку с телефоном, набирает и, дрожащим голосом... "Алло! ЭТО КЛУБ РУССКИХ ГОЛУБЫХ? "

25

MYSTERY SHOPPING

Прохладным осенним днем 2007 года мой приятель Валера сидел в приемной комнате автосалона Порше на углу 11-й Авеню и Вест 51-й Стрит в Манхэттене и наслаждался крепким горячим кофе. В Старбаксе такой кофе стоил бы 4 доллара – роскошь, которую он позволить себе не мог. Шел десятый месяц, как Валера потерял работу, и к настоящему моменту он был основательно на мели. Жалких остатков личного суверенного фонда еще хватало, чтобы платить за квартиру и электричество, но со всем остальным был полный швах.

Что же он делал в автосалоне Порше, - спросите вы? И я вам отвечу: - Зарабатывал деньги. Как? А очень просто. В Соединенных Штатах есть множество компаний, которые организуют mystery shopping или секретные покупки, чтобы собирать информацию о различных продуктах и проверять качество обслуживания. Начать работать для такой компании не составляет никакого труда: создаешь счет на их вебсайте и получаешь доступ к списку работ на сегодня. Выбираешь задание, которое тебе нравится, запоминаешь сценарий, выполняешь задание, посылаешь отчет. Через две - три недели получаешь деньги. Задания бывают всякие. Например, пойти в зал для фитнеса, провести там пару часов, а потом ответить на вопросы о приветливости и профессиональности персонала. Деньги за входной билет вернут согласно квитанции, ну и заплатят долларов 20-25 за труды. Немного, конечно, но и фитнес не работа. Занимаются mystery shopping как правило домохозяйки, у которых много свободного времени. И скорее для развлечения, чем для денег.

Валера занимался секретными покупками, чтобы экономить на еде. С утра выхватывал хорошие заявки на рестораны и, таким образом, бесплатно обедал или ужинал. Первое время он пытался брать и другие поручения, но после посещения парикмахерской в Гринич Виллидж зарекся. Тем не менее как выражаются американцы, никогда не говори никогда. В последний месяц Валере на глаза все время лезла заявка на автосалон Порше. По непонятной причине ее никто не брал, несмотря на внушительное вознаграждение в 200 долларов. Валера вчитался в требования, и ему стало понятно почему. Вроде бы все просто: явиться в автосалон, сказать, что хочешь купить базовую модель Порше Бокстер и сделать пробную поездку. Загвоздка была в требованиях к исполнителю. Заявка прямо указывала, что он должен соответствовать: жить в престижном районе, быть одетым в брендовую одежду, иметь на руке дорогие часы и вообще производить впечатление богатого человека. С наиболее трудной позицией (место проживания) у Валеры все было хорошо. После развода он задешево снимал у знакомого супера* крохотную студию в Верхнем Ист-Сайде, в двух шагах от Центрального парка. «Будь что будет» - решил наш герой и подписался на Порше.

Перейдя таким образом Рубикон, Валера осмотрел свежим взглядом свой гардероб и, не найдя ничего подходящего, решил купить все новое на кредитную карту, а потом сдать обратно. Ну и проделать тот же трюк с часами. Оставалось разобраться где именно одевается богатый и солидный народ. Покопался в интернете и выяснил, что президент Буш делает это у Брукс Бразерс. Туда и пошел. У входа его мгновенно подхватили два консультанта и промурыжили почти полдня. Из магазина Валера вышел с большим пакетом и чеком почти на две с половиной тысячи долларов. После этого идти в магазин Ролекса ему расхотелось, и он ограничился качественной подделкой всего за 120 долларов. Дома побрился, причесался, надел обновки, посмотрел в зеркало, полюбовался часами и... впервые с тех пор, как потерял работу, почувствовал уважение к себе.

Итак, стильный и даже где-то шикарный Валера сидел в глубоком кожаном кресле приемной автосалона Порше и наслаждался кофе. Немного поодаль в таком же кресле сидел безукоризненно элегантный пожилой японец и ковырялся в айфоне. Свой старенький телефон Валера достать не решился, а потому смотрел на левую из двух картин на противоположной стене и думал о том, что копировать современное искусство проще, нежели классическое. Разумеется, если имеешь дело с профанами. Тем временем айфон японцу, видимо, надоел. Он перевел взгляд на нашего героя, получил ответную формальную улыбку, и извинившись, заговорил:
- Принято считать, что на абстрактных картинах каждый видит свое. Вы все время смотрите на эту картину. Что вы на ней видите?
- А что здесь видеть? – удивился Валера, - Это паршивая копия картины Пауля Клее. Колорит искажен до неузнаваемости. Оригинал висит в цюрихском Кунстхаусе, называется «Uberschach». Значит, шахматы и изображены. И вообще это не абстракция, а экспрессионизм.
Несколько ошарашенный японец показал на вторую картину:
- А на этой?
- Это тоже Клее, «Пожар при полной луне». И тоже плохая копия. А подлинник, если я не ошибаюсь, - в эссенском музее Фолкванг.
- Господи, откуда вы это знаете?
- Интересуюсь искусством, - коротко ответил Валера.

Это была правда, но не вся правда. Вообще-то в прошлой жизни Валера был искусствоведом. Родился в Харькове. Там же до армии учился в художественном училище. После армии поступил в Ленинградский институт культуры, окончил его и по распределению уехал в Нижний Новгород, который тогда был Горьким. Работал в музее, учился в заочной аспирантуре. Все вроде было хорошо, но наступили 90-е. Волна эмиграции подхватила Валеру и выбросила на берег в Нью-Йорке. Первое время он не мог даже представить, что расстанется с искусством, но скоро понял, что без имени и связей ему не пробиться даже в смотрители музея. Тогда ему стало все равно, и он, как большинство знакомых, пошел на курсы программистов. Спросил у двоюродного брата, какой язык самый легкий. Брат сказал, что COBOL. Валера выучил COBOL и к большому собственному удивлению получил работу на третьем интервью. Появились деньги, но за них приходилось платить изнуряющей работой. Еще несколько лет он тешил себя иллюзией, что произойдет чудо, и он снова будет заниматься русским авангардом. Но чуда не произошло. Поэтому он безжалостно затолкал живопись куда-то в глубину сознания, чтобы не беспокоила. Даже перестал ходить на выставки...

Итак, Валера почти допил кофе, а в это время в проеме появился консультант и позвал японца. Японец жестом попросил его обождать, подошел к Валере, протянул руку, представился Джимом Накамура и пригласил нашего героя на ланч в «Бекко», итальянский ресторан неподалеку. Валера тоже представился и принял приглашение. Договорились на час дня, обменялись бизнес карточками. У мистера Накамуры на карточке было написано «Инвестор», у Валеры – «Эксперт в живописи». Эта карточка завалялась у него с той поры, когда он еще не потерял надежду работать по специальности.

Еще через пять минут появился другой консультант и пригласил Валеру. Он говорил с немецким акцентом и был по-немецки четок и деловит. Снял копию с водительских прав, сделал экскурсию по выставочному залу, принес ключи и дал Валере погонять на новеньком Бокстере по 11-й Авеню и боковым улицам. За полтора часа, которые пролетели как одна минута наш герой впервые в жизни понял, что машина – это не только от точки А к точке Б, а еще много чего. В результате, когда, согласно сценарию, сказал консультанту, что не может принять решение прямо сейчас, неизвестно кто был разочарован больше. К «Бекко» он шагал, как влюбленный после первого свидания: счастливо улыбался и разве что не пел.

В ресторане Валеру неприятно удивил сильный шум, но на втором этаже было гораздо тише. Японец уже ждал его за угловым столиком. После нескольких слов о погоде и прочих незначительных вещах мистер Накамура предельно вежливо перешел к делу:
- Я хотел бы поинтересоваться, если вы не возражаете, какого рода экспертизу вы предлагаете Вашим клиентам.
«Блин, - подумал про себя Валера, - ну не могу же я ему сказать, что пишу коды на COBOLе. Точно же подумает, что я над ним издеваюсь.» После этого рот нашего героя открылся и как бы сам собой уверенно произнес:
- Знаете ли, в Нью-Йорке и вокруг около миллиона русских. Среди них есть довольно состоятельные люди, которые интересуются русской живописью XX-го века. Я стараюсь помочь им сделать правильный выбор. Разумеется, с учетом соотношения цена – качество.
- Судя по всему, ваши русские неплохо вам платят.
- Не жалуюсь, - почти не соврал Валера, потому что жаловаться ему действительно было не на что.
- Знаете ли, - заговорил мистер Накамура после короткой паузы, - мы совершенно незнакомы, и все-таки я хочу рискнуть и попросить вас помочь мне в довольно щепетильном деле. Вы знаете, что такое mystery shopping?
Валера чуть не подавился своим карпаччо, но кое-как справился и киванием головой подтвердил, что, да, знает.
А японец продолжал:
- Я тоже некоторым образом вкладываю деньги в искусство и недавно заинтересовался русским авангардом. Как мне подсказали компетентные друзья, цены на него в Нью-Йорке все еще сравнительно низкие. Другие знакомые подсказали мне русскую галерею в СоХо, где, по их словам, можно приобретать интересные картины по разумной цене. Я там был, но окончательного мнения так и не составил. Поэтому я прошу вас сегодня же посетить эту галерею и поделиться со мной вашими наблюдениями. Почему именно вас? Потому что я никогда не видел вас на аукционах и могу предположить, что вы – лицо незаинтересованное. Конечно, я гарантирую справедливую оплату вашего труда, но ее размер я сейчас сообщить не могу. Она зависит от ряда обстоятельств. Рискнете?
- Рискну!
Новоиспеченные партнеры скрепили договор рукопожатием. Валера получил адрес галереи и приглашение на ужин в «Сасабунэ»** для подведения итогов.

Найти галерею оказалось легко. В ее витрине был установлен здоровенный экран, на котором сменялись самые известные картины, фотографии и плакаты художников русского авангарда. На двери висела табличка: «Только по предварительной записи». Рядом с табличкой наш герой заметил кнопку звонка и позвонил. Через минуту занавеска на двери сдвинулась, и Валера увидел постаревшее лицо своего сокурсника Игоря Хребтова.

На курсе, наверное, не было ни одного человека, который бы любил Игоря. Во-первых, он был заносчив, во-вторых, никогда не отдавал долги, в том числе карточные, а в-третьих, у него водились деньги и, по общему мнению, деньги нечистые. Источник денег был ясен: Игорь продавал иностранцам старые иконы. А вот происхождение икон было темным. Некоторые говорили, что он грабит деревенские церкви, другие – что на него работают несколько художников-иконописцев, специалистов по фальшаку. Никто, однако, не исключал, что он занимается и тем и другим. После выпуска Игорь получил распределение в Москву, и с тех пор Валера ничего о нем не слышал и никогда не вспоминал. Вспомнил, правда, один раз уже в Нью-Йорке, когда увидел магазин с русскими иконами недалеко от 5-й Авеню. А вспомнив, немедленно понял, что торговать Игорь мог только в плотной спайке с КГБ. И сразу стали понятны и терпимость деканата к его бесконечным прогулам, и хорошие оценки при нулевых знаниях, и распределение в Москву...

Постаревшее лицо Игоря Хребтова скрылось за занавеской, зато открылось дверь.
- Заходи! - пригласил Игорь, - Какими судьбами?
И снова, во второй раз за день, рот Валеры открылся и сам собой заговорил:
- Я тут у дантиста на Грин Стрит был. Заодно решил по СоХо пройтись. Увидел в витрине знакомые картинки, захотелось посмотреть на оригиналы.
Игорь улыбнулся ровно настолько, чтобы показать, что шутку он понял и что шутка ему не очень понравилась. А потом повел гостя через большое, похожее на склад помещение. Картины там присутствовали, но большинство из них были прислонены к темной стене и только некоторые стояли на подставках. Валера попытался их рассмотреть, переходя от одной к другой, но уже через несколько минут его попытка была пресечена:
- Ничего ты здесь не увидишь. Здесь у меня копии и недорогие полотна. А топовые вещи хранятся в специальном сейфе. Я их выставляю только во время аукционов. Пошли ко мне в офис.

В офисе стали вспоминать однокурсников, но разговор получился безрадостный: кто-то спился, кто-то умер, в олигархи тоже не выскочил никто. Перешли на актуальные темы.
- Ты каждый день в таком прикиде ходишь? – спросил Игорь.
- Конечно, нет! – засмеялся Валера, - Я работу ищу. Завтра у меня интервью в Чейзе***. Поэтому вчера я купил новый костюм. Сегодня в нем хожу, чтобы выглядел хоть немного ношенным. А послезавтра сдам, пока не стал слишком старым.
- А чем ты конкретно занимаешься?
- Программирую на COBOLе. А ты как сюда попал?
- От скуки. Работал в Министерстве культуры. В один прекрасный день стало обидно, что пять лет учился на искусствоведа, а занимаюсь перекладыванием бумажек. А тут такой тренд сверху пошел: продвигать русскую культуру за рубежом. Ну я через знакомых ребят нашел спонсора и открыл галерею. Уже пятый год в бизнесе.
- Нравится?
- Еще бы! Живу в центре мировой культуры, знакомлюсь с интересными людьми со всего света, путешествую и, что очень важно для меня, делаю полезную для России работу. Между прочим, если хочешь, у меня и для тебя есть работа. С ксивой ЮНЕСКО будешь ездить по небольшим городам на постсоветском пространстве, заходить в местные музеи, смотреть запасники. Если найдешь что-то интересное, дашь знать нам. Выкуп, вывоз – это уже наша работа, а тебе – 10% от финальной продажи. Подходит?
«Ах ты, гнида, – подумал про себя Валера, - в наводчики меня сватает патриот сраный. Залупу тебе на воротник!» А вслух сказал:
- Спасибо! Подумаю после интервью. Как тебя найти я теперь знаю.
Распрощались. Уже на улице наш герой вспомнил, что Игорь не предложил даже воду, но не почувствовал ни удивления, ни огорчения. Впереди был ужин в «Сасабунэ», и нужно было успеть принять душ и переодеться.

В ресторан Валера приехал первым, получил от метрдотеля меню и привыкал к ценам пока не приехал мистер Накамура и не сказал волшебное слово «омакасе»****. Сразу принесли графинчик с холодным саке и крохотные стопочки. Мистер Накамура налил своему гостю, гость налил хозяину, сказали «кампай»*****, пригубили. В ожидании еды обсудили Валерины успехи.
- Вас туда пустили? – поинтересовался мистер Накамура.
- Конечно.
- Почему конечно?
- Потому что мистер Хребтов мой однокурсник, мы вместе учились в течение 5 лет.
- Вы не шутите?
Вместо ответа Валера достал предусмотрительно захваченную дома фотографию и протянул мистеру Накамура. На снимке, сделанном скорее всего во время летней практики, группа студентов стояла на парадной лестнице «Эрмитажа». Мистер Накамура внимательно посмотрел на Валеру, нашел его на фотографии, затем показал на Игоря и продолжил:
- И что же вы можете сказать о мистере Хребтове?
- Все, что вы купите у него, будет или подделкой или краденым.
- Предположим. А картины он вам показывал?
- Скорее старался, чтобы я их не видел. Все что я успел заметить – два отличных полотна туркестанского авангарда: Подковыров и Карахан. Скорее всего подлинники и очень может быть, что из какого-то провинциального музея в Узбекистане. А Филонов почти наверняка подделка. Похоже, что сфотографировали его картину из тех, что в запасниках больших музеев, и по фотографии сделали неплохую в общем-то копию.
- А цены вы с ним обсуждали?
- Нет, не обсуждали. Не станет он со мной обсуждать цены. Он же прекрасно понимает, что меня ему не облапошить...
А тем временем принесли такие суши, что продолжать деловую беседу было бы просто кощунством и она сама собой прекратилась.

По пути домой Валера вновь и вновь перебирал детали прошедшего дня. Он никак не мог поверить, что все эти чудеса произошли с ним; и страстно желал, чтобы они продолжились, и смертельно боялся, что завтра вновь наступят серые будни. Дома вспомнил, что сегодня же нужно отослать отчет по автоцентру Порше, но так и не смог заставить себя работать. Плюнул на отчет и лег спать, но заснул только к двум.

Разбудил его зуммер домофона. Звонил швейцар, сказал, что к нему нарочный. Валера спустился вниз. Нарочный, молодой парень в велосипедном шлеме, вручил ему пакет и уехал. Валера поднялся к себе, посмотрел на часы - было уже около десяти. Открыл пакет. Там оказалась довольно толстая пачка 100-долларовых купюр. Начал считать и бросил после трех тысяч, а в пачке еще оставалось по крайней мере вдвое больше. «Вот так номер шоб я помер» - подумал Валера и одной рукой включил чайник, а другой телевизор. В телевизоре канал ЭйБиСи показывал выпуск последнх нью-йоркских новостей. Вдруг на экране появилось лицо Игоря, вслед заговорила симпатичная диктор:
- Сегодня утром известный русский арт-дилер Игорь Хребтов найден мертвым в своей квартире на Парк-Авеню. Следов насильственной смерти не обнаружено, однако на голове арт-дилера был полиэтиленовый мешок, туго обвязанный галстуком вокруг шеи. Полиция выясняет обстоятельства смерти. Основная версия - самоубийство.

Еврейская мудрость гласит: «В первую очередь человек думает о себе, затем – о своих близких, а после этого – обо всех остальных.» Валера не был исключением. Он заварил кофе, отхлебнул и предался печальным размышлениям на тему зацепят ли при расследовании его и даже есть ли у него алиби. Ясности в этих вопросах не было, что не радовало. Размышления прервал телефон. Звонила рекрутер. Спросила нашел ли он работу и сообщила, что есть контракт в Сити****** на 42 доллара в час. Продолжительность – полгода с перспективой продления, сверхурочные – 50% сверху. Одним словом, все как в прошлый раз. Выходить на работу завтра, интервью сегодня в час дня. Не встретив бурного энтузиазма на другом конце провода, стала извиняться, что не могла позвонить раньше, и добавила: «Да не волнуйтесь, они вас помнят. Интервью будет чисто формальным.» Дождавшись короткого «Спасибо, понял», пожелала удачи и положила трубку.

Уже не зная, радоваться ему или печалиться, наш герой включил компьютер, чтобы распечатать свежую копию резюме, и тут же зацепился взглядом за пакет с деньгами, о котором совершенно забыл. Хотел его спрятать в ящик стола, как вдруг заметил маленькую записку. Развернул. Прочитал короткий текст: - Спасибо! Жду вас в час дня у «Бекко».

Будь у Валеры больше времени, он бы наверняка уподобился буриданову ослу, который умер от голода, выбирая между двумя одинаково зелеными лужайками. Но у нашего героя не было времени даже на то, чтобы бросить монетку, Он уже закрыл дверь квартиры, но, куда поедет, все еще не знал. И только в тесном лифте, пока тот скользил вниз, вдруг вспомнил обитый серой тканью кубикл 2 на 2 метра, вечно недовольного менеджера, бесконечные унылые совещания и его чуть не стошнило. Вышел из подъезда, остановил такси, плюхнулся на заднее сидение и сказал одно слово: «Бекко».

...
Все места в Нью-Йорке, которые упомянуты в этой истории, являются совершенно реальными, как, впрочем, и сама история. Фотографии этих мест можно посмотеть на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.

...
*Домоуправ, также выполняет мелкие ремонты
**Один из лучших японских ресторанов Манхэттена
***Чейз Манхэттен Банк - крупный нью-йоркский банк
****Заказ на усмотрение повара
*****Универсальный японский тост. Означает «пьем до дна».
******Ситибанк - крупный нью-йоркский банк

26

Мы с детьми околачивали большое ореховое дерево и собирали плоды, а супруга за это время испекла лепёшек. И вот работа сделана, чувство выполненного долга зашкаливает…

Я вспомнил, что у нас есть арбуз и решил побаловать нас любимых арбузом с горячими лепёшками. Нарезал я арбуз, всех позвал. Жена принесла свежую лепёшку. Холодный арбуз, тёплая лепёшка ммм… так мне это вкусным показалось после работы на свежем воздухе, что я, видимо, слишком быстро съел приличный кусок арбуза.

Мой младший сын, новоиспечённый первоклассник, решил то ли польстить мне, то ли поиздеваться над стариком, но выдал следующее: «Ух ты! Как вы быстро, прям в два укуса, такой большой кусок съели»! Я решил отшутиться и говорю ему: «Талантливый человек, талантлив во всём». А он мне заявляет: «Да неееет, у вас просто рот большой». Пришлось согласиться, не буду же я с ним дискуссию затевать, когда все вокруг на арбуз налегают.

27

Знакомая жены рассказывала, еще лет 15 назад ...

Тогда очень много девушек со всей России приехали в Москву , вышли замуж или просто постоянно жили с богатыми мужчинами , и те их первое время баловали : машина, шуба , ежедневно "третьяковка" (крутые бутики в известном месте Москвы)

Но со временем мужчины начинали экономить, давать все меньше денег, спрашивать : на что именно ...
И вот тогда то у девушек возникала "конкретная " тема: "брат в беде"

Типа, родной (или двоюродный) брат (часто несуществующий) у себя на родине что то там натворил, например, поймали с пакетом дури, или сбил кого то на машине, сидит в обезьяннике , все плохо ...
Чтобы "отмазать" его от тюрьмы, нужно передать через адвоката 10000 долларов , "деньги надо срочно, сегодня, я сама в свой уездный город Н. их повезу"...

Обычно все папики беззвучно доставали из сейфа десятку грина и отдавали любимым ... Отчет не требовался, понятно ведь, что чеки за такие операции не выдаются :)

Так вот вот, среди знакомых ее , все практически "отмазывали брата" , некоторые даже по два - три раза...

А мужик ее, богатый еврей, с которым жила та знакомая, тоже был своеобразный , у него было 8 (!) любовниц, причем, он ленился ездить к ним по всей Москве, поэтому , он всем им снял или даже купил квартиры в одном и том же высотном доме, у многих его любовниц были от него дети, а некоторые из его "жен" даже сдружились , и гуляли вместе, с колясками, во дворе ...

Но "брат" в их "семье" попадал в историю только у этой нашей знакомой :)

Один раз мы даже вместе с ними пришли в ночной клуб, отмечать его юбилей , с ним была и его первая жена, его ровесница, она как бабушка на фоне его молодых подружек выглядела ...

А сам он от всех своих жен время от времени отдыхал, то в доме на Рублевке, то у себя в Майами , один, без баб , ну или кто его там знает )) ...

Но это уже совсем другая история ...))

28

Вспомнилось по вчерашней истории про обсчеты:
https://www.anekdot.ru/id/902432/

Ресторан "На молу" в Камолье, возле Генуи. Он и есть на молу, чудесное место - косишь одним глазом, бескрайнее море, другим - уютная бухта с качающимися лодками. Нелегкая логистика, добежать по этому молу до всех клиентов. Но ее обеспечивает энергичный официант. Бегает взад-вперед типа чумового кролика из "Алисы в стране чудес".

Видно, что его просто обуревают идеи. Причем каждая настигает его внезапно. Кого бы наконец обслужить. Прогнать наглую чайку (на моих глазах при посадке на столик свалила три бокала и успела при этом насрать). Унести зонтики над столами, когда солнце село.

Меню мы дожидались мин 20. Сообщить официанту наш заказ посчастливилось через 30. Давно бы свалили, но этот вечерний бриз! Да и ржак с носящегося официанта был одним из самых светлых воспоминаний всей поездки.

Для изучения нашего заказа подкатила тяжелая артиллерия - его жена, говорящая по-русски. Она же шеф-повар. Напрасно мы уверяли официанта, что умеем и по-английски. По нашим рожам было ясно, что мы обречены на эксклюзивное обслуживание. Только на языке Пушкина и Толстого.

Жена его оказалась камчадалкой, полукровкой. Русский помнит хорошо и общительна настолько, что живописала особенности своих блюд минут 15 вдоль трогательной рукописной версии меню на русском.

Готовит, кстати, изумительно вкусно. Особенно на тему лосося. Поэтому мы дважды еще туда возвращались в последующие дни, и я радостно наблюдал, как растет мой статус.

В первый раз официант пытался обсчитать меня на 6 евро. Принудительно включенных в счет чаевых ему было мало - эти 6 были сверху. Я изумился и написал ему сумму пяти цифр, в итоге дающую 44 евро. В ответ он принес калькулятор. Ввел эти же цифры, на табло высветилось 50. С торжеством мне показал.

Неужто китайцы додумались наконец производить калькуляторы с плановым обсчетом? Я стоически выводил на бумажке РУССКУЮ ФОРМУЛУ, из которой следовало, что 14+16+7+5+2=44. Калькулятор был с этим категорически не согласен. Официант согласился на мою версию цены только от отчаянья.

На следующий день он влепил мне счет с обсчетом всего в 2 евро. Да и хер бы с ним, но вся эта процедура азартного восточного торга меня уже захватила. Снова непререкаемый калькулятор против моих робких рукописных выкладок типа 2+2=4.

С тревогой ждал расчетов третьего вечера. Заколебали эти разборки. Но итальянцы все-таки классная нация, театр у них в крови. Вошел, как гроссмейстер калибра Алехина перед матчем с Ботвинником. Умные, внимательные глаза, неожиданные для этого придурка официанта. Крепко пожал мне руку. И - передо мной о.уевшим выставил правильный счет.

29

В 1984 году понятия "экстремал" не было. А скейты были. Корявые рижские за 25 рублей. "Рула" назывались если не изменяет. Катались мы на одной "Руле" в своем пригороде, но временами самые продвинутые выезжали с доской в Москву на ВДНХ. Померяться типа. Понятие "тусовка" тоже было не сильно употребительно.

В тот раз я не поехал в Москву. Так что - с чужих слов. Катались ребята, наши и московские, вместе вокруг фонтана дружбы народов, когда к ним подошел иностранный сверстник из соцлагеря и попросил дать ему прокатиться. После пары кругов вернул доску, сказал "Болшой спасыбо". Плюс добавил пару слов( по венгерски если не забыл ). Юный мадьяр не учел одной случайности. В толпе русских пацанов оказался один, который провел детство в Будапеште. В посольстве что ли. Вот он очень громко объяснил окружающим, что термин "сдохни, красная сука" на венгерском языке - не совсем точный эквивалент русскому "большое спасибо".

Как рассказывал мой одноклассник, всех возмутила не столько фраза. Ненавидишь - пожалуйста, хочешь на доске прокатиться - пожалуйста. Хочешь обложить - да пожалуйста, ответим. Только вот нефиг сначала пользоваться добротой "красных сук", а потом подобно коту гадить в тапки. Сказать по-русски тоже самое смелости не хватило.

Через пять минут представитель соцлагеря попискивал лёжа в кустах. А дружба народов умерла. Сразу же после первого запрещенного советскими законами йока-гири... Сказать по правде - одним ударом не обошлось. Ибо всем хотелось. А катание продолжилось.

30

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает «многа букафф» просто пролистайте.
Недавно сын поздно вечером пришел весьма побитый, но вроде все обошлось гематомами и царапинами.
- Как случилось? – поинтересовался я, когда он отмылся и уже успокоился.
- Решил дорогу срезать через дворы, да докопались двое, попросили сигарету… суки…, там третий подтянулся – опять стал заводиться сын. – Ну и слово за словО…
- А ты с ними разговаривал что ли? Чего сразу не убежал? – удивился я. – Или ты не один был?
- Да один…, думал отстанут, в своем районе вроде, а там за одежду ухватили и повалили.
Ага, отстанут, не для этого они подошли. Парень он у меня достаточно спортивный, но не единоборства, а футбол (полупрофессиональная команда), убежать мог как нечего делать, если сразу… Вроде и объяснял не раз, но видимо учеба действительна только на своей шкуре. Говорил же, нужно психологически воспринимать для себя бегство, ни как поражение, а как ничью, а лучше вообще никак, вроде бы и не было этой встречи. Вспомнилась история, когда мне было примерно столько лет, как и ему сейчас.
Былинные уже времена, когда СССР еще был, но уже трещал по всем швам и бился в предсмертной агонии. А я несколько месяцев, как пришел с армии, здоровье брызжет через край, при росте 182 см, вес 75 кг., нет ни капли жиринки. Небольшое отступление. Служил в отдельном специальном полку и дрючили нас по физике очень сильно. Слушал рассказы одноклассников и знакомых, как они служили, и очень удивлялся, что, например, стреляли из автомата за всю службу всего пару раз, жрали практически одну перловку, как дедами даже на зарядку забивали и пр. Нас кормили хорошо, грех жаловаться, но со спортом и боевой подготовкой было тоже весьма жестко: один-два раза в день кросс 5 км, потом спорт-городок минимум по часу и без дураков, раз в неделю стрельбы с марш-броском 30-50 км. с полной выкладкой, причем никто не «косил», ни деды, ни даже дембеля. В нашей части система была построена так, что это считалось «западло» (как-нибудь расскажу, это отдельная история). Результат: свободно 100 отжиманий за 45 секунд, легко - 25 раз подъем-переворотом за минуту (были в нашей части такие вот нормативы), плюс бегал, как тот конь и т.д. Был у нас и рукопашный бой, повзводно, несколько часов в неделю, но инструктор сразу предупредил, что сделать из нас хоть чуть-чуть приличных бойцов он не сможет (для этого нужно было заниматься с 5-ти, край с 10-тилетнего возраста), но основы выживания в драке и в бою он даст. Да и я далек был от этого, разряд по биатлону, пулевой стрельбе и по спортивному ориентированию, ну и в активе несколько школьных драк. Учил он нас не столько приемам и ударам (хотя этому тоже), сколько психологии и поведению в единоборстве и бою с несколькими противниками.
Итак, собственно история. Крупный сибирский промышленный город.
Какая-то вечеринка, квартира, народу человек двадцать, бОльшая часть незнакомых. Самогонку не пил тогда принципиально, ну, а с водкой, кто помнит, были тогда большие проблемы (по талонам), поэтому было ее всего две бутылки и из них делали для девчонок «шампанское». Вода с сиропом (или вареньем с отцеженными ягодами) пополам с водкой и в сифон (кто помнит, были тогда такие, весьма популярные, с баллончиками с углекислым газом, для газировки в домашних условиях). Для эффекту использовали на литровый сифон не один, а два баллона, от пары рюмок можно было быстро и серьезно окосеть, но проходило опьянение тоже достаточно быстро. Ну и конечно, танцы-зажиманцы, шуры-муры и прочие амуры. Познакомился с симпатичной девчонкой, через час уже обжимались вовсю. Надо отметить, что отношение к женщинам у меня тогда было очень и очень физиологически-потребительское: даешь - хорошо, не даешь – иди в попу, других полно. Ванная и спальня традиционно заняты, поэтому от меня вполне логическое предложение поехать на хату к товарищу. Ну что ты, я не такая, я так сразу не могу, нам надо узнать друг друга поближе (хотя до «поближе» остался маленький последний шажочек), и пр. женские отмазки, ну хоть про месячные не «запела» и то ладно.
- Поехали лучше ко мне – призывный взгляд из-под ресниц, легкий румянец на щечках. Хрен вас женщин поймешь и вашу логику, к тебе, так к тебе. Поймали мотор. Куда? В Морозовку! Вот б..дь, ну я и идиот, мог бы раньше поинтересоваться. Мало того, что край географии (фактически пригород, таксист цену заломил), так еще и очень криминальный район. Половина жителей Морозовки уже сидела или отсидела в местах, не столь отдаленных, другая половина просто еще не попалась, но явно планирует и тренируется. Даже дети в детском саду там начинают раньше по фене ботать, чем на горшок проситься. Утрирую конечно, но соваться вечером туда как-то не комильфо совсем. Ну ладно, едем уже, по пути осторожно выясняю, что дома оказывается и папа, и мама, а также бабушка с братиком в 2-х комнатной хрущевке.
- Но мы же постоим в подъезде? – снова призывный взгляд, нежный поцелуй и рукой по члену через штаны. Ага, постоять в ее подъезде в хрущевке в 10 часов вечера, когда подруга будет вздрагивать от каждого шороха – мечта всей моей жизни. Ну купила, так купила… Ладно, думаю, тоже обломаю маленько, высажу ее у подъезда и свалю к Маринке. Подъехали, въезд во двор перегородила расфуфыренная 8-ка, с открытыми обоими дверьми, но в машине никого, а подъезд 3-й. Водила даже сигналить не стал, типа здесь вылазите. Дал ему половину, несмотря на возмущение, сказал – жди, я до подъезда и обратно (джентльмен, бля). Темный, теплый вечер ранней осени, освещение только из окон квартир и одинокого фонаря на углу, где-то вдалеке, похоже у последнего подъезда (6-го) бренчит 3-мя аккордами гитара и пропитый голос, не очень попадая, пытается жалобно петь очередных журавлей над зоной (или голубей? не суть). Идем, она под руку держится и каблучками звонко цок-цок. От 2-го подъезда на шум машины и каблучки, видно с лавочки, выползает троица.
- Опа, зырьте пацаны, залетный фраерок нарисовался с Иркой – растягивая слова выдвигается навстречу широкий парень в белой майке. Теперь немного «науки» от инструктора: Противник, если он в большинстве, уверен в своем преимуществе и на своей территории никогда не начнет драку сразу, ему надо время оценить тебя по принципу свой-чужой, кого знаешь, насколько можно тебя «опустить» (унизить), накрутить, опять же себя (поднять адреналин в крови), типа: А чо ты такой дерзкий? А ты мгновенно должен понимать, что это мирно для тебя не закончится ни при каких обстоятельствах, сразу готовность, выброс адреналина в кровь, а лучше всего просто убежать (см. выше), но если нет такой возможности, то нападать первым, неожиданно и не оттягивая. Мелькнула мысль уйти на рывок, но в крови уже бурлит адреналин, в каждой мышце, как сжатая пружинка, легкость в ногах, нет страха и почти нет алкоголя в крови, да и перед девчонкой, как-то неудобно (каюсь, успел ей напеть про героическую службу). Так, позицию, расстановку противника и свои дальнейшие действия я примерно, но быстренько просчитал. Ирка мгновенно отвалилась, а теперь пошла психология, двигаюсь шагом в том же темпе, правой рукой в кармане джинсовой куртки смял в комочек и зажал в кулаке пластинку жевательной резинки, а левой из внешнего нагрудного кармана со словами:
- Смотри, чо… - двумя пальцами достаю проездной в пластиковой рамке и как бы случайно роняю его на землю слева и спереди от себя. Ключевое слово «смотри» прозвучало, инстинкты и неосознанные рефлексы у противника сработают - 99% людей посмотрят обязательно. Не стали исключением и эти уроды. Амбал в белой майке (его я определил, как главного), стоя уже передо мною, немного опустил и чуть повернул голову, уставившись на упавшую какую-то фигню.
Н-на…, быстрый небольшой шаг вперед левой ногой и резкий прямой правой в удобно подставленную челюсть. Вай, как плотно попал, еще и с толчком правой ноги, и корпусом хорошо доработал. Амбал не поднимая рук начинает валиться вперед (очень хороший признак, значит нокаут полный), но смотреть кино будем позже, чуть смещаюсь вправо, два быстрых шага вперед и кидаю комок золотинки со жвачкой в лицо второму, с практически одновременным ударом левой ногой сбоку-снизу (примерно под 45 градусов) в район нижнего правого ребра, рефлексы противника и тут не подвели, правая рука его дернулась вверх защищая лицо, а моя нога в туфле с достаточно жесткой подошвой, носком попала точно куда я хотел. Острая боль и спазм при таком акцентированном ударе по печени деморализует даже многих подготовленных профессионалов, не то что эту дворовую шалупонь, главное четко и достаточно сильно попасть. Еще маленькое отступление, инструктор очень предостерегал от использования хай-киков (верхний удар ногой). Это только в кино у Вам Дама красивые вертушки очень эффектны и эффективны, а в реальной жизни с такими киками все значительно хуже. Удар «длинный», т.е. требует большего времени на подготовку и имеет значительную траекторию, значит и уйти от него намного проще. Можно использовать его в связке в качестве завершающего при отходе, но не в коем случае не стоит с него начинать. Я не спорю, есть мастера, которые ногой в голову могут ударить намного быстрее и неожиданней, чем я рукой, но для этого нужны годы и годы интенсивных тренировок. Другое дело лоу-кики (нижние удары), носком или ребром жесткой подошвы по голени, в колено или в пах, как расслабляющие, деморализующие, с них, как раз, хорошо начинать атаку, даже не имея хорошей растяжки. Я так и планировал сначала, но противник был ниже почти на голову, удобно стоял, чуть повернувшись и я решился ударить по печени, что весьма оправдалось, добавил коротким крюком правой куда-то в лицо, уже сгибающемуся второму и шагнул к подотставшему третьему. Опустив чуть разведенные в стороны руки с открытыми в его сторону ладонями, начал жалобно:
- Да вы чо пацаны, сразу накинулись то… - не прокатило, третий, в короткой кожаной куртке, уже встал в стойку с поднятыми к лицу кулаками. Боксер что ли? Да не-е… Вот это замах! Ха-ха… Чему вас учит семья и школа? (по Высоцкому). От удара с таким замахом даже боксерская груша увернется. Спокойно пропустив над правым плечом его кулак, резко сократил дистанцию с одновременным ударом правой под дых снизу-вверх (апперкот) и как бы отталкиваясь этим ударом развернулся в одну линию с кожанным, ловя на свой локтевой сгиб левой руки его опускающийся правый локоть, дальше моя левая рука из-под его подмышки на кисть сверху, правой удар изнутри по запястью – есть захват, правой помог левой руке - резко додавил, сгибающуюся уже ладонью вовнутрь кисть.
-А-а-а… - дико заорал третий - больно, знаю, резковато я, пожалуй, растяжение связок обеспечено, завтра даже ложку этой рукой держать не сможет. Но это мой любимый прием, я его многократно отрабатывал и есть у него одна интересная особенность, если провести его достаточно резко, то человек сразу падает на колени, рефлекторно пытаясь изменить угол давления и снизить острую боль. Не стал исключением и мой подопечный. В принципе, в таком положении его можно спокойно конвоировать, чуть отпустив кисть и скомандовав «Встать», вести, одной левой рукой регулируя болевое давление на согнутую кисть, но мне сейчас это зачем? Поэтому, резко крутанувшись, бью его коленом в лицо, причем начинаю удар почти выпрямленной правой ногой, резко сгибая ее в конце траектории, тем самым уменьшая радиус при неизменной массе, угловая скорость колена от этого увеличивается, а это тебе уже теоретическая механика (термех), зря что ли я его в институте учу. Это я сейчас долго рассказываю, а на самом деле на всё про всё ушло буквально несколько секунд. Обернувшись на остолбеневшую Ирку с абсолютно круглыми глазами, замечаю еще одного детинушку, вышедшего из кустов палисадника позади ее метрах в четырех. Отлить что ли ходил? А мне сейчас сам черт не страшен, полное упоение удачным боем, пульс под 200, но душа поет, мышцы в невиданном тонусе, в таком состоянии, наверное, мировые рекорды в спорте только и устанавливаются. Многое бы сейчас дал, чтобы повторить сегодня то ощущение. Заорав что-то среднее между рыком льва и воплем самца гориллы в брачный период, я длинными прыжками кинулся на него. Чувак видя такие непонятки и заранее пребывая в подавленном психо-моральном состоянии, верно решил, что лучше убраться подобру-поздорову и ломанулся, как молодой лось обратно в кусты, а Ирка не видя, что у нее кто-то был за спиной, приняла все на свой счет и дико завизжав, присела, закрыв голову руками. А я, как прыгучая лань легко перепрыгнул через нее и еле себя остановил, дико хотелось догнать и рвать противника, как Тузик грелку. Взвизгнув резиной, укатило такси, водила тоже решил свалить, страх победил жадность. Всё, всё, хватит, хватит…, уговаривал я себя, так и рвавшегося добивать поверженных уже врагов. Кое-как подняв, потащил Ирку к ее подъезду. Она рыдала навзрыд и слабо упиралась (или мне так казалось?), при этом закрыв глаза и периодически крепко зажмуриваясь, да так, что слезы брызгали из уголков глаз тонкими, короткими струйками, похожими в свете фонаря на капельки серебра. Я аж засмотрелся, снизив и так невысокую скорость. Белая майка сел, опираясь на левую руку, тупо мотая головой, но в правой руке уже был зажат нож-бабочка. Я, отпустил Ирку, подобрал проездной и подойдя сзади от всей души пнул его по согнутому локтю – нож сверкнув, улетел куда-то в темноту.
- Аш-ш-ш… Ну ты чо, в натуре? – амбал сперва зашипел от боли, но попытался сказать грозно, тем не менее сбившись в конце на какую-то плаксивую интонацию. А зачем нам нож? - нож нам совсем не к чему. Я не обращая внимания уже больше ни на что, ускорившись, практически волоком затащил совсем расклеившуюся девку в подъезд, где с трудом выяснил, что этаж 2-й, 1-я дверь справа. Железную дверь широко открыли сразу, словно давно ждали, втолкнул Ирку и буркнув короткое «Здрасте», отодвинул мамашу и быстро зашагал по коридору, оценивая диспозицию. Классическая хрущевская 2-х комнатная «распашонка», окна кухни и комнаты с балконом выходят на подъезд, в другой комнате на противоположную сторону дома, подошел к этому окну и открыл его настежь. Фу, всё, можно не торопиться сваливать, под окном даже клумба, ни кустов, ни заборов, и никаких других препятствий. Прошел в ванну мимо собравшегося к коридоре ошалелого семейства, члены которого проворно убирались у меня с дороги, видимо было еще у меня на лице, что-то такое-этакое. Умылся, лицо горело, пульс еще колотил, но уже ощутимо начала побаливать правая рука. Задерживаться не стоит, не хотелось бы попасть сейчас в адреналиновую яму, или по-простому в отходняк. Выключил воду и услышал, как через всхлипывания, видимо не отошедшая еще от шока Ирка говорит:
- Меня Серега встречал, а он их всех убил – и опять зарыдала. Ну ты и дура! Значит тебя твой бывший или действующий встречает, ты об этом знаешь и все равно меня сюда тащишь? Да, что же у тебя в мозгах то?! Или ты думала, что мы с ним встретимся, и я мирно, но по-мужски объясню твоему Сереге, что теперь я твой парень, он все поймет, и мы дружески с ним обнявшись пойдем пить самогонку? А ты ему строго скажешь:
- Сергей! Сердцу ведь не прикажешь! – и он заплакав, будет стоять на коленях, умоляя тебя вернуться? Или может ты предполагала, что меня немного побьют (но не затронут, конечно, жизненно важные органы), я попаду в больницу, а ты такая верная, будешь за мной ухаживать, сидя бессонными ночами у кровати, и я, такой же красивый и здоровый, когда выпишусь, в благодарность сразу сделаю тебе предложение? И представляла уже себя в свадебном платье? Или растроганно себе умиляясь, даже видела себя в красивом траурном платье, в шляпке с черной вуалью несешь мне белые лилии на могилку и тихо рыдаешь там в одиночестве, раскинувшись на могильной плите? Кстати, мне одна подруга по пьянке нечто подобное рассказывала, что ее подобное видение про любимого мужа посещает периодически. И только нажалевшись себя и нарыдавшись в одиночестве, представляя себя молодой вдовой, на некоторое время успокаивается. Хрен когда-нибудь поймешь, что у этих женщин в голове творится…
Я молча вышел из ванны, от меня шарахнулись, как от прокаженного, батя неловко попытался спрятать за спину бутылку с непонятного цвета жидкостью, видно уже достал, чтобы выпить за знакомство. Всё, пора уходить, можно по-английски, но нет, ноги сами повернули меня на балкон. А перед подъездом уже комитет по торжественной встрече во всей красе. Пострадавшие в полном составе на лавочках и еще подтянулась троица парней, с ними две девки местного разлива. Один из них, лет под тридцать, с татуировками на кистях и вроде даже перстни синие на пальцах, но с балкона толком не разглядишь, крутил в руках обрезок водопроводной трубы. Меня заметили сразу. Слово взял Синий, как я его про себя назвал:
- Что же ты беспредел творишь? Пацаны к тебе со всем уважением, побазарить за жизнь децел хотели. Про Маруху твою шепнуть чево, а ты сразу грабками махать, как бичара ссученный. Так себя уважаемые люди не ведут. Проставься полторашкой (имеется ввиду самогон) за обиду и побазарим нормалек без понтов дешевых.
- Да не выйдет он, зассыт… - поддакнул ему кто-то с лавочки.
- Если правильный пацан, то выйдет, а если волк позорный или фуфло ментовское, или фраер гнилой... – продолжил кидать зоновские подходики Синий. Знакомая песня, так и будет языком плести свои кружева, потихоньку начиная тебя словесно «опускать», или ты не выдержишь или он морально выиграет, даже без физического контакта. Такой базар надо резко ломать, сразу переводить в другую плоскость. Да и уже понятно, нет там никаких татуированных перстней, на зоне был точно, но не в авторитете, дальше шестерки не поднялся, даже не феня у него кривая, а так базар приблатненный. Среди не топтавших на мне дешевый авторитет зарабатывает. Был и у нас во дворе такой, мы малолетки ему в рот заглядывали, подражать пытались, пока с зоны не откинулся отец одного другана и пинками не выгнал того со двора. Куда тогда делась вся его распальцовка? Ну подожди сука:
- Эй! А чего у тебя труба такая тонкая? - пауза, подгадал окончание своей фразы на затяжке Синего сигаретой, но надо не дать ответить, выдох его и на начале вдоха спокойно продолжаю:
- Я ведь сейчас спущусь и трубу эту в твое раздолбанное очко засуну. А ты даже кайфа не получишь… - и гаденько так заржал, тут же хихикнул какой-то из парней на лавке, а одна из шмар хрипло заперхала, давясь смехом. Всё, хана дутому авторитету Синего. Слухами земля полнится. Теперь при упоминании Синего в любом разговоре без него, почти наверняка будет подленькое уточнение: Этот, который с трубой, что ли? И ехидные улыбочки, а кто не поймет, тому расскажут. Синий толкнул раскрытой пятерней в лицо, засмеявшейся девке, взревел и резво рванул в подъезд.
- Примерить решил… - подлил я масла в огонь, теперь заулыбались и захихикала уже вся компания. Ну пора и честь знать, хватит дергать тигра за усы, как сказали бы китайцы. Под аккомпанемент неистово долбящей в железную дверь трубы, прошел мимо, сидевшей на диване, притихшей семейки в другую комнату, перекинул ноги через подоконник, оттолкнулся и после непродолжительного полета, мягко приземлился почти в центр клумбы. Не мешкая вскочил и дал, как на стометровке, до угла ближайшей пятиэтажки, там перешел на резвую рысь в сторону освещенной и шумящей примерно в километре автодороги. Бежал и сперва очень гордился собой, потом задумался, что повезло мне сегодня нехило, как получилось вырубить с одного удара беломаечного амбала, да и дальше все как по маслу, а могло закончиться подобное приключение гораздо плачевней. Нет, в следующий подобный раз только рывок в сторону и бежать, и не раздумывая, дал я себе твердое обещание, уже катясь на частнике по освещенной дороге к цивилизации.
С Иркой я больше никогда не встречался.
Р.S. Наконец, могу сказать ОГРОМНОЕ СПАСИБО товарищу капитану - инструктору, к сожалению, уже не помню вашего имени. Ваши занятия мне очень тогда помогли.
На этом хотел бы закончить, но нет, сын мне вчера заявляет:
- Травмат куплю.
- Зачем?
- Ну, попугать в случае чего…
- Ни фига ты не понял. Любое оружие нужно доставать, только тогда, когда ты его готов применить немедленно. Это азбука. Разговоры под дулом пистолета оставь Голливуду. Да и пойми, ствол не нож, любой понимающий человек будет сразу рвать дистанцию и максимально жестко тебя гасить. А если у него огнестрел? У него нет времени разбираться, что у тебя в руках: травмат, газовый или тоже огнестрел, профессионал будет сразу стрелять на поражение. А вдруг окажешься случайно в охраняемой зоне, какого-нибудь ВИПа? Оно тебе надо? А в безоружного, скорее всего, никто стрелять не будет – стараясь говорить спокойно продолжаю я.
- Что мне с выкидухой ходить что ли? – недоумевает сын.
- А если ткнешь или полоснешь, даже не специально, а так, отмахиваясь, кого. Ну попадешь в какой-нибудь орган или артерию, например, на руке зацепишь. А он возьмет, да помрет. Что тогда? 10-ка на зоне? Как тебе такая перспектива? Или опять же противник с огнестрелом, прострелит тебе колено - ты всю оставшуюся жизнь с палочкой, а у него ствол с лицензией, и он кругом прав. Здесь Москва и здесь таких полно. Да и пойми, наконец, любое оружие, даже холодное – это оружие нападения для убийства. Ты мочить кого собрался?
- Да нет, так для самозащиты…
- Лучшее оружие самозащиты — это бег. Я тебе уже сто раз это говорил. Или бегать плохо стал?
- А если я с девушкой?
- Ну, во-первых, не шарьтесь по всяким злачным местам и чужим дворам. Во-вторых, не ведись на всякие: Пойдем-отойдем-поговорим. А, в-третьих, вот отбежал ты от них и от девушки на 50 метров и набрал 112, контролируя происходящее, что они тебе или твоей девушке сделают?
- Да перед девушкой, как-то неудобно.
- А, ты ее спроси, ей герой-калека-инвалид нужен, или здоровый отец ее детей?
- Ну, про детей ты загнул, понятно, что каждая выберет – заржал сын.
- То-то и оно. Ладно, гуляй пока молодой. И бегай побольше.
В заключение скажу: Фитнес — это хорошо, бицепсы, трицепсы и прочие двуглавые – это здорово и красиво, но не забывайте про бег. БЕГ – ЭТО СИЛА, это оружие, которое у вас никому не отнять…, потому что не догонят!

31

В соседнюю квартиру заселилось неопределенное число круглолицых и узкоглазых молодых людей. Регулярно курили на лестнице. Муж недавно курить бросил, поэтому был больше всех недоволен. Выбрал момент, вышел к ним на площадку и, хорошо артикулируя и активно помогая себя жестами, произнес «Курить – нет, плохо, нельзя!». Парни переглянулись, и один на чистейшем русском языке говорит: «Мы не китайцы, мы буряты».
Муж дверь закрыл, а затем и они, и мы хорошенько проржались.

32

Не мужик

Я вырос в небольшом подмосковном посёлке Лесном в Пушкинском районе. В школе учиться было тяжело главным образом из-за хулиганов. Мне просто не давали прохода. Может быть дело в моём несчастном росте. Я пошёл в отца - он чуть выше двух метров ростом. Но только он ещё и здоровенный, как бык, я же был просто длинным и худым, за что заслужил прозвище "Глиста" и славу первой жертвы всех школьных задир. В отличие от отца, который помимо внушительных габаритов, обладал ещё и спортивным характером, участвовал в различных состязаниях, был даже чемпионом Московской области по вольной борьбе среди юниоров, я рос ребёнком очень спокойным. Если и совершал где-то подвиги, то исключительно в собственном воображении. Уже годам к десяти я прочитал несколько романов Жюля Верна, кое-что у Дюма, и представлял себя то каким-нибудь моряком, то отважным мушкетёром или гардемарином. Однако, в реальности у меня не было особых вариантов, кроме как постоянно получать по шее самому. Так как ростом в свои десять лет я был с ребёнка лет тринадцати или четырнадцати, то драться со мной было вроде как и не совсем западло, но в то же время сдачи я ввиду собственной хилости дать не мог. Не сказать, что получал каждый день, однако, жизнь у меня была всё-таки довольно беспросветная. В общем-то, главных хулиганов было двое - одного звали Кудрявик - это был восьмикласник с бараньей причёской, и его вечный приятель со странной кличкой Окаянный - роста он был небольшого, но вертлявый, чернявый, с гнилыми зубами и вечно немытой физиономией. Осложнялось всё тем, что Кудрявик жил совсем рядом со мной - в следующем подъезде. Я когда шёл домой, даже зайти старался таким образом, чтобы по возможности заметить его с приятелями раньше, чем они увидят меня. Они вечно ошивались у подъезда - лузгали семечки, курили, даже пили пиво. Чаще всего всё обходилось благополучно, и мне удавалось проскочить домой незамеченным. Но однажды я задержался в школе на продлёнке, и прямо у подъезда лицом к лицу столкнулся с Кудрявиком. Тот был явно в настроении побуянить, и тут же отвесил мне смачного пинка. Непонятно как так вышло, но, убегая от него, я оказался в подъезде его же собственного дома. Он загнал меня в один из углов, и я уже проклинал горькую свою судьбу, предвидя расправу, когда дверь на лестничной площадке открылась, и с мусорным ведром в руке и в домашних тапках на пороге показался отец Кудрявика - мужичонка лет сорока пяти, плюгавенький, но с такой же бараньей причёской, как у сына. Я было обрадовался нежданному спасению, но не тут-то было - папаша не только не остановил сына, но даже остановился понаблюдать за дракой. Кудрявик усердно отпинал меня, а в конечном итоге вообще загнал в свою собственную квартиру, и продолжил экзекуцию уже там, посреди гостиной. Отец же сходил выбросить мусор, вернулся, и, взяв камеру, принялся наблюдать за дракой, давая милому сынуле различные полезные указания. Я уже находился на грани какого-то нервного срыва - и физического, и морального. Естественно, четырнадцатилетнему подростку легко справиться с ребёнком десяти лет, и я буквально летал по комнате. У меня, наконец, закончились буквально все силы - лицо у меня было разбито, я еле дышал (мне ногой прилетело в солнечное сплетение), потом жгло глаза. Я ничего не видел и, вставая на ноги, даже не мог разобрать происходящего в метре у меня. Лет до двадцати те события мне снились в кошмарах. Когда я падал на пол и уже не мог подняться, папаша Кудрявика начинал стыдить меня с гопническим прихихикиванием: Дескать, ты чо, не мужик? Чего разлёгся? Вставай давай!
В какой-то момент я не знаю что сделал - то ли подставил Кудрявику подножку, то ли случайно как-то толкнул его. Я помню только страшный треск и некий сиплый звук, похожий на рёв раненого животного. Открыв глаза, я увидел своего врага с потерянным видом бродящим по комнате и держащимся за лицо. Не знаю, может быть, у страха глаза велики и с годами я преувеличиваю, но мне показалось, что он буквально весь был залит кровью, по щеке шла огромная то ли царапина, то ли рана, и на плечо обильно лилось откуда-то из-за уха. Мало того, комната была перевёрнута вверх дном - на полу лежал телевизор с разбитым экраном, рядом валялся видик, какие-то книги, посуда. Потом оказалось, что Кудрявик споткнулся и, пролетев с полметра, влетел в мебельную стенку. При этом на него упал огромный аквариум, разбившись при этом и сильно его порезав, а с полок как домино посыпались книги, сервизы, видеотехника.
Следующим криком был уже крик хозяина дома, который тут же кинулся ко мне - ничего не понимающему, и принялся осыпать укоризнами, надавал мне затрещин, и т.д. Я всё терпел, надеясь, что меня вот-вот выгонят на улицу, но не тут-то было. Папаша Кудрявика стал звонить в милицию. Буквально через минут пять в дверях стояли два милиционера. Кудрявик-старший кинулся к ним, вопя благим матом, что вот пришёл я, дескать, только что с работы, а весь дом перевёрнут. Друг сына (это я, то есть) мальчика моего покалечил, всё мне тут побил, и т.д. Пишите, дескать, протокол. Не знаю, что он хотел делать с этим протоколом - может, в суд подать на моих родителей, требуя возмещения ущерба, или что-то в этом роде мелькнуло в скудном его умишке, но настаивал на этом прочно.
Милиционеры принялись расспрашивать нас о том, как было дело. Я, честно говоря, находился в таком шоке и в такой прострации, что ничего не понимал и просто кивал на всё, что мне говорили.
- Ты устроил разгром?
- Да, - обречённо соглашался я.
- Ты мальчишку избил?
- Я...
В то же время запомнил я и то, что к словам старшего Кудрявика они отнеслись как-то без особого доверия. Видимо, особенно насторожило их то, что он не делал никаких попыток помочь сыну. Его даже несколько раз переспросили: вызвал ли он скорую, и очень удивлялись, когда он промямлил нечто в том духе, что, мол, не было времени. Милиционеры сами вызвали медиков, причём один из них даже как-то помог перевязать мальчишку и чем-то ему обработать рану. А потом им на глаза попалась камера... Не знаю, почему запись решили посмотреть, кажется, камера оставалась включённой, экран светился, и это посреди всего бардака показалось странным. Но тут же всё выяснилось.
Кажется, на мужика даже завели дело, которое, впрочем, неизвестно чем окончилось. Но ему предстояла ещё и встреча с моим отцом. Папаша у меня вообще не из драчливых, как и все действительно сильные люди, но в этот раз взбесился он серьёзно. Буквально на следующий день он отправился на работу к мужику, и, встретив его у проходной, сильно тому навалял. Даже не бил его, а просто давал что-то вроде пощёчин, от которых тот тут же валился на пол. При этом приговаривал: вставай, ну что ты, не мужик? После десяти минут экзекуции герой наш реально не держался на ногах, и, наконец, на очередной вопрос плаксиво проблеял: "Не мужик я!"
Собственно, сказал правду. Кстати, всё это происходило на виду у нескольких человек, и никто не пришёл на помощь к нему. Может быть, все уже знали, за что он получает, а может и просто боялись сунуться к разъярённому двухметровому мужику.
К этому случаю я часто возвращаюсь как к одному из ярких моментов детства, и всё не могу понять - что, собственно, двигало сыном старшего Кудрявика, зачем он заставлял сына бить меня? Был ли он каким-то маньяком-садистом, который просто наслаждался видом детских страданий, или действительно считал, что чему-то учит сына? Однажды, много лет спустя, я задал самому Кудрявику этот вопрос. Как-то приехал в Лесной, где уже давно не живу, по вопросу продажи нашего огорода, который у нас там ещё оставался после переезда, и встретил его возле "Стекляшки" - так называется универмаг на самом въезде в посёлок со стороны Ярославки (рядом с ним ещё маленькую церквушку сейчас сделали). Кудрявик работает там грузчиком. Я узнал его и, немного поколебавшись, решил заговорить. Представился, рассказал, откуда его помню. Встречу он воспринял совершенно равнодушно и без энтузиазма, как все давно пьющие и забившие на свою жизнь люди. Какая разница, что там было когда-то в прошлом, если ты сто лет как во всём разочарован и не веришь в будущее? Тем не менее, мы поговорили. Кудрявик о том случае помнит (у него и шрам от пореза на всю жизнь остался, как тут забудешь), но, видимо, анализу прошлое подвергать не привык. "Отец человека из меня сделать хотел", - только и сказал он с неким вызовом. Я посмотрел на этого "человека" - с испитой физиономией, сухого и худого, как жердь, с пустым тупым взглядом, и подумал, что что-то не то у его папаши вылепилось...

33

О путче и не только. Воспоминания десантника

Призвали осенью 89-го. Направили в десантную учебку в Литву. Город Рукла. Там не доучился, потому что в Союзе начались беспорядки, решался вопрос о расформировании части, - досрочно присвоили младшего сержанта и отправили в Рязанский полк ВДВ. Несколько дней всего в полку пробыл, и кидают нас в Тбилиси. На аэродроме просидели два дня в ангарах. Потом в закрытых фургонах перевезли в строительную часть, где переодели в стройбатовскую форму. Там была какая-то заваруха. Каких-то заложников освобождали. Меня и ещё «молодых» под пули не отправили. «Вам ещё рано, - сказал взводный, - успеете». - и поставил нас в оцепление. Сам он и человек десять наших десантников полегли в этой операции. Весна 90-го это была, наверное. Черешни много было спелой и крупной.
А потом, уже на алычу, мы попали в Баку-2. Или нет…. Это надо альбом смотреть. 26 лет прошло, и как сказка все вспоминается. Приехали в Баку, - старшина договорился, что кормить нас будут в ресторане. И мы реально, как гражданские, приходили в ресторан, они гостеприимные люди – азербайджанцы, - такие столы нам накрывали… Военным был везде почёт в те времена. В Баку была табачная фабрика. Мы ходили туда. В России как раз проблемы начались с табаком. То мне отец курево посылал в армию, а из Баку уже я ему курево отправлял.
К ордену я был представлен вместе с командиром взвода за десантирование внутри БМД. Сначала нас три месяца обучали десантироваться в системе «Кентавр». Там ещё такие кресла были космические. Если честно – я в итоге не прыгнул в этом кресле. До этого только сын Маргелова внутри БМД прыгнул. И ему за это Героя дали. Сейчас бы я не пошёл. А тогда спросили: «Кто будет внутри БМД десантироваться?» - сразу вызвался. На всё готов был.
Из БМДэшки всё повыкидывали и поставили эти космические кресла.
Ветер в день учений был сильно выше допустимого. А министр обороны со свитой, с иностранцами все здесь уже. Загружаемся в самолет вместе с нашими БМДшками, - командир роты, взводный, я, три водителя. И взводный говорит мне: «Пусть меня уволят-расстреляют, но в БМДшке мы с тобой при таком ветре прыгать не будем. Прыгнем отдельно – замешаемся в этой толпе. А на земле прибежим к машине, - вроде мы в ней были». По плану учений мы с ним вдвоём должны были внутри находиться. БМДшка сползает по рампе, мы – за ней. У нашей роты были экспериментальные парашюты – Д-6 серии 4. Приземляюсь – купол погасить не могу, ветер тащит. Об землю бьюсь… На этом парашюте есть второе кольцо – дернёшь его, - половина подвесной системы отстегивается, и купол погаснет тогда. Собрался дергать, а меня уже ветром подняло, земля внизу далеко. Семнадцать человек в тот день стёрлись насмерть – с Костромской дивизии, ДШБшники ещё… Их ветром носило по полю, било об землю… Шестьдесят шестыми «Газонами» догоняли купола, гасили колёсами.
Вот земля снова приближается, шлеп, дернул второе кольцо, отцепился от парашюта. Из ушей и носа кровь, комбинезон слева разодран и кожа стерта-сбита, хромаю к своей БМДшке. Нам же с командиром взвода надо внутрь залезть – вроде мы там были. Подбегаю – а люк в метре под землёй. Из-за ветра система приземления не сработала как надо, и машина ушла мордой в землю. Причем, не болото, не пахотная какая земля, а в плотную слежавшуюся землю так воткнулась. И торчит. И мы со взводным вылезать оттуда должны, а там до люка ещё и не докопаться. Что дальше делать не знаю, а взводного нет.
Вокруг стрельба, МИГи в небе – учения-то комплексные. А они летят низко и беззвучно. Вот он уже скрылся, а потом рёв двигателей и уши закладывает.
Командира нет. Бегаю ищу. Орёт на высоковольтке. Он на одной стороне проводов, купол – на другой. Под своим весом сползает вниз, тут порывом ветра купол наполняется и тянет его к проводам. Открыл он запаску, по её стропам спустился, спрыгнул. Доложил ему, что БМДшка из земли торчит, и в неё не залезть. Побежали сразу к трибуне, с которой Грачев – министр обороны, Лебедь – командующий ВДВ, иностранцы наблюдают за учениями. Мы стоим в крови, взводный отрапортовал: «Упражнение такое-то выполнено!» Грачёв говорит: «Представляю лейтенанта такого-то и сержанта такого-то к награждению орденом «Красной Звезды»!» Там никто не разбирался – внутри мы были или нет. 17 погибших… Три полка десантировалось – Костромской, Рязанский, Тульский и ещё десантно-штурмовые батальоны.
Так и не знаю – достоин я этого ордена или нет. Но мне всё равно его не дали из-за путча.
А до этого прошел ещё Киргизию. Ездили мы туда чисто на патрулирование. Показать народу, что вот власть есть и у власти есть сила. На озере Иссык-Куль были ранней весной. Красивое очень! Обгорели там за час до волдырей.
Лебедя я за службу раз десять видел. Он точно, как генерал в «Особенностях национальной охоты». Только без сигары. Он мне галстук раз повязывал. Привезли нашу роту после Баку в Москву, на склады какие-то. Там нас переодевают в штатское. Костюмы, рубашки, плащи, туфли лакированные, галстуки… Кручу этот галстук в руках – что с ним делать. Лебедь подходит: «Помочь, сынок?» Повязал мне галстук. Туфли были узкие, а у меня ступня широкая. Чтобы ногу втиснуть, пришлось сорок пятый взять, при моём сорок втором. И вот мы такие неприметные в одинаковых костюмах, одинаковых туфлях, плащах и галстуках, все ранней весной с бакинским загаром, с АКСУ под плащами, патрулировали Москву попарно. Мой маршрут был на Арбате. День мы там патрулировали, и вернулись в полк.
А за несколько месяцев до этого раз целые сутки сидел с гранатомётом на чердаке в Москве. Трое срочников и офицер.
За всё время службы в полку месяца три провёл. Остальное время – командировки или разведвыходы, когда берёшь палатки, сухпаи, и километров за 60 в леса-поля. Бегать любил тогда. Случалось, в субботу или воскресенье, когда уже старшиной роты был, с другом: «Давай пробежимся…» И чисто для удовольствия километров пять нарежем… В казарму возвращаемся – ротный орет: «Старшина! Где тебя носит?! Строй роту на марш-бросок!» И с ротой ещё сороковничек легко пробегал…
Путч 91 год – тоже интересно. Самое трудное, самое жестокое было туда добраться. На гусеничном ходу от Рязани до Москвы по асфальту доехать – ни один водитель не выдержал. БМДшка на асфальте – как корова на льду. Я своего подменил. Половину дороги вёл. От асфальта из-под гусениц пыль-крошка летит. Доехали до МКАДа, у всех веки распухли - глаза-щёлочки. БМДшки одна на другую заезжали, остановку где-то снесли, легковушку задели… Реально тяжело.
Где-то перед МКАДом нас встретил Лебедь. Командиру полка и офицерам объяснил обстановку. Полк оставили здесь, а одну нашу роту отправляют к Белому Дому. 7 или 9 БМДшек у нас тогда было… И вот через все баррикады едем к Белому Дому. С тротуаров нам что-то кричат, обкидывают яйцами… Обзывают карателями. Мы после очередного юга – все загорелые… Ты спрашиваешь – за Ельцина мы были или за ГКЧП? Чего мы об этом знали?! Если Лебедь сказал, командир полка сказал – надо ехать, надо исполнять. А какое там ГКЧП, что это и зачем, - мы и знать не знали, и не надо солдатам это знать. Исполнять надо.
Приезжаем к Белому Дому, выходит президент Ельцин. Каждому из нас пожал руку, обнял, дыхнул водочкой. Руку его потную как сейчас помню. Жаркий август был. Что-то такое сказал вроде «ребятушки», «солдатушки»… Я так понял, что его обижают. Заняли оборону вокруг Белого Дома. И тут мы оказались для всех своими. Те же, наверное, кто в нас на марше яйцами кидался и карателями обзывал, теперь понесли нам жратву, курево и бухло.
Сначала мы думали, что сможем всё съесть. У нас был ГАЗ-66 в сопровождении, так мы его весь забили жратвой, и жалели, что столько боезапаса у нас место занимает. Мы ж срочники. Почти все из глубинки. А тут чипсы, пепси-кола, вина красные и белые, колбасы, коньяки, торты-пирожные, и это всё надо употребить. Ночь переночевали. В ручье каком-то умылся-побрился. Утром зарядку провел для роты. Такой миниспектакль для гражданских. И тут весь полк к нам приехал. Что вот давили кого-то из мирного населения – не видел и не слышал от наших.
А когда полк наш пришёл – началось ещё интереснее. Командира нашей разведроты, командиров взводов и меня, как старшину, вывели перед строем полка, сорвали с нас погоны, объявили предателями Родины, назвали какие-то статьи серьёзные, связали каждому руки. Я стою, не понимаю – за что? Попал, как кур в ощип. Президент руку пожал, а командование руки связывает. Чем я виноват?! Разведрота – 29 человек, весь полк стоит, и замполит полка объявляет, что мы за кусок колбасы Родину продали…
Со связанными руками отвезли в полк на гауптвахту. Офицеров - в офицерскую камеру, меня – в камеру для сержантов и старшин. С рядовых и сержантов нашей роты тоже погоны сорвали. А на губу только офицеров, и меня. Старшина роты - должность прапорщика была.
Ребята передали мне в камеру транзистор – слушаю новости. Думаю: «Если Ельцин победит – меня должны выпустить. Не зря же он мне руку жал…»
Проходят эти два дня. Слышу по радио – Ельцин победил. Прыгаю от радости чуть не до потолка. И меня действительно выпускают. Никто, конечно, не извиняется.
Возвращаюсь – в роте нет офицеров. Ни один после такого позора не стал восстанавливаться. Все написали рапорта.
И всю нашу роту вдруг отправляют за 40 километров от Рязани убирать яблоки в каком-то колхозе. Никогда для разведроты такого не было. Я – старший. Своим ходом. Зачем яблоки, куда… Взяли палатки, сухпай на пару дней… Ни задания, ни – куда яблоки сдавать… Ни корзин, никакого инвентаря, ни ящиков, ни мешков… Ребятам говорю: «Нас сюда выживать отправили. Вы - в поле за картошкой, вы – кому по деревне что работой помочь, чтобы продуктами расплатились». Прожили мы там две недели. С самогоночкой деревенской, - не без этого, конечно. Потом приезжает командир полка, представляет новых командира роты и командиров взводов. Отругал нас, что пьяные, и отправил бегом в полк. Для нас тогда 40 километров пробежать ничего не стоило. А потом выгнали меня из армии. Даже не помню – дождались осеннего приказа, или раньше. Выдали документы. Парадку не дали надеть. Сказали – у тебя «гражданка» есть, дуй в «гражданке». Так понимаю, что из-за политической ошибки командования полка там у Белого Дома. Чтобы не всплыло, что они предателями не тех объявили.
А несколько лет назад наша разведрота списались все в интернете. И мой адрес нашли. И приехали человек двадцать ко мне в гости сюрпризом. А я перед тем квартиру сменил. Они приезжают на адрес, который у них был – никто не открывает. Они соседям жмут звонки. Сосед один открывает – спрашивают про меня. А он им что-то ответил: «Его уж нет давно».
Ну, ребята возвращаются на вокзал, садятся в ресторане, наливают лишний стакан водки, накрывают куском чёрного хлеба, поминают меня. Потом разъехались.
Но вскоре один нашёл в интернете сестру мою. И осторожно так пишет ей, что, мол, - я с твоим братом служил. Она в ответ: «А он сейчас на охоте. На неделю уехал». Тут уж они ко мне снова приехали, и мы увиделись. Повспоминали…
Про орден «Красной Звезды» и не знаю – надо ли интересоваться. С одной стороны – представили, вроде. А с другой – на самом-то деле я же не внутри БМДшки прыгал. Ну, обещали орден и не дали. Зато и посадить потом обещали, но не посадили же. Отслужил, как все.
***
Послесловие от Немолодого:
Познакомился с ним в отпуске. Хорошо как-то сошлись, общались… Очень мне понравились его воспоминания. Некоторые истории из его жизни выкладывал в июне. А эту приберёг к Дню ВДВ.
Позвонил ему сейчас. Согласовал текст. Он кое-что поправил, и попросил добавить:
- С праздником, десантники!.. За войска дяди Васи!.. И вечная память павшим...

34

Недавними байками про Соломона Израилевича и Моню (от Максима К.) напомнило.

О Пользе Страха

Прадед мой был потомственный кузнец. Семья большая была, 3 брата и 3 сестры, сам седьмой (разница между самым старшим и младшим из братьев была более 20 лет). Прапрадед хотел что бы все сыновья унаследовали ремесло, ведь хороший кузнец всегда и себя и семью прокормить может. Но человек предполагает, а судьба располагает. Наслушавшись свиста пуль на японской старший сын порешил так, хватит с него и войн, и революций (1905 года), и России в целом. Уехал он в далёкую Канаду в году эдак 1907-1908м. Кстати возможно не самое глупое решение учитывая то что произошло в империи Российской десяток лет спустя.

А потом по одной, с разницей в 1-2 года, и все сёстры тоже уехали из беларуской деревни туда же. Идея была что потихоньку и вся семья туда переедет, а те кто приехал ранее будут остальным помогать, но Первая Мировая, Революция, Гражданская, итд. смешали планы. Так и остались прапрадед с прапрабабкой и 3 сына в Стране Советов. Старшие 2 брата, как и положено, стали кузнецами (втч мой прадед), а вот младший, Вевл,... вот о нём и речь пойдёт.

Конечно и Вевла к кузнечному ремеслу отец тоже готовил, но не был так строг как с остальными. Младшенький всё же, поскрёбыш (1904 года рождения). Тот подросши и прикинул, стоять в кузне с раннего утра до позднего вечера в жаре, в копоти, махать молотом, раздувать меха, ковать лошадей, зарабатывать копейку потом, нет этa тема была решительно не для него. И решил делать небольшой гешефт.

Скажу честно, сам не знаю чем он по молодости во время НЭПа занимался. Знаю лишь что бывал он при неплохих деньгах, но в конце 20х его подстрелили и он добрался домой с пулей в плече. Пока лечился там и НЭП закончился. Что конкретно произошло я по младости лет так в свое время не спросил.

Пришли годы 30ые. Индустриализация, ирригация, рационализация и ещё много других "ция." Но на все это денежка стране нужна. А где её взять? Конечно власть Советская хорошенько потрепала буржуинов и обывателей за 15 лет после революции. Казалось всё, барашка постригли, голый и босый бегает по лугу и жалобно блеет. Ан нет. На руках у граждан, несмотря на все катаклизмы, оставалось ещё и золотишко, и брюлики, и антиквариат. А ну-ка, милые выворачивайте карманы, сказало правительство. На какие же средства иначе заводы, фабрики, да Днепрогэсы строить?

Одновременно в стране строящегося социализма начался жуткий дефицит и голод. Не то что предметы роскоши, еду было часто тяжело достать, даже в относительно сытой Беларуси. Но как обычно, есть одно "НО". Было одно местечко где абсолютно легально можно было приобрести и французкие духи, и итальянские сыры, и испанские вина, и икорку с балычком, и швейцарские часы, и английские туфли, и американские Кодаки, и даже автомобили, и чёрта в ступе. И называлось это место, теперь почти забытым словом, Торгсин.

Гражданы несли туда свои цацки и пецки, а государственные закупаны их конечно обували вовсю при оценке. Золото брали по цене лома, ну куда ты денешься с подводной лодки. Кушать же хотелось, а в Торгсине что-то можно было купить. Люксовое барахло редковато брали, а вот еду и бытовые предметы пользовались спросом. Страна которой жутко нужны были средства использовала вовсю Торгсин что бы высасывать из граждан заначку. Даже в совсем небольших городках открывались отделения и Вевл просёк тему.

Золота и брилльянтов, ни у него, ни в деревне конечно практически не водилось, неоткуда им было взяться. Но у Вевла было кое что получше - доллары. Валюта то бишь. Откуда? Ответ простой, дети что уехали в далёкую Канаду были закалки крепкой, родителей не забывали. И до революции и во время НЭПА (пожалуй с неким перерывом на годы Гражданской, когда почта еле фурычила) регулярно из Канады письма слали и посылки. Почта России и тогда не ахти работала, посылки либо не доходили, либо приходили выпотрошенные, а вот с письмами обычно проблем не было. А в каждое письмо они вкладывали доллары (сам не знаю почему, но именно Американские, а не Канадские. Даже до наших дней дожило в семейной коллекции несколько мелких купюр).

Больших сумм они сначала не присылали, самим не легко было. Но брат с сёстрами держались вместе крепко, потихоньку друг-другу помогли на ноги встать. Брат вроде бы лавку какую-то открыл, потом гостиничку. Средняя сестра поднялась круче всех, с мужем и 3 сыновьями открыла швейную фабрику, мужскую одежду шили. Потом сколько-то магазинов мужской одежды держали. Не знаю чем младшая занималась, но каждый месяц собирала она с брата и сестёр "оброк" писала длинное письмо чего и как, и слала его вместе с денюжкой родителям.

Прапрадед с прапрабабушкой доллары эти не тратили ни в 1910ые ни в 1920ые. Прапрадед свою кузню имел, мастер хороший был, да и скромные люди по натуре были. Да и как доллары эти в деревне потратишь? Видя что Вевл профессию в руки не взял, большинство ему отдали - может перебесится да толк выйдет. Ну, а он у подобных семей в округе ещё больше валюты подкупил во времена НЭПА, пока деньги водились. И как в воду глядел.

В начале 30х официальный курс доллара к рублю был толи 4 толи 5 рублей, но вот кому они нужны - на них купить ничего в обыкновенных магазинах ничего нельзя. А вот за доллар США давали 2 Торгсиновских рубля за которые как раз купить можно было много чего. На чёрном рынке Торгсиновский рубль стоил чуть ли не 40-50 Советских (это при средней зарплате в 100-120 рублей). То есть на один доллар вполне можно было существовать месяц, на два доллара жить, а на три и шиковать.

Но Вевл поступал ещё мудрее, в Торгсине он покупал товары. Но не всё подряд конечно. Продукты портятся, патефоны могут поломаться, Кодаки да швейцарские часы никто не купит, это мало кто может себе позволить, а вот ткань... Бостон, джерси, шевиот, бархат, шёлк - это тема. И владеть ими не так страшно как золотом или брюликами, ОГПУ их не конфискует, а продать их вообще не вопрос, с руками отрывают. А на вырученные Советские рубли, когда их много, можно прилично жить. На почти все доллары что были он прикупил Торгсиновских рублей и жил без тоски и печали почти 5 лет, женился и сына родил.

А потом лавочка резко закрылась. Нельзя с государством играть в азартные игры. В начале 1936ого сказали "баста", Торгсины закрыли. Ппревратились Торгсиновские рубли в ненужные бумажки. Кто не успел отоварить - тот опоздал. Не знаю если Вевл сильно прогорел, но источник дохода он потерял однозначно. Опять стала дилемма, как жить? Уже 32 года, кузнецом работать он не умеет и не хочет. Професcии как таковой нет, в деревне оставаться смысла нет, к родителям на шею не сядешь - они старенькие. А жену и сына кормить как-то надо и он подался в Ленинград. Город большой - там всем место есть.

Окончил он курсы, устроился на завод. Чинил какие-то приборы, но официально должность называлась что-то вроде "контроля за качеством." Имел соотвественные корочки где и должность была прописана. Работа не бей лежачего и заработок соотвественнo копеечный. Но он придумал довольно забавный гешефт.

Для начала он разведал какие товары в Ленинграде в дефиците, а в конце 1930х это было почти всё. Потом узнал, почём, кому и где этот дефицит можно продать. Далее выяснил в каких магазинах его "выбрасывают" на продажу. Продавали дефицитные товары не то что бы редко, они бывали как раз регулярно. Просто продавали их в малом количестве. А посему как только появлялся товар, выстраивалась бешеная очередь, прилавки брали чуть ли не штурмом, и доставались коврижки лишь самым первым и самым наглым. Ну и ещё он чётко узнавал параметры ГОСТа на конкретную продукцию.

Далее, он отлично понимал, в культурной столице и в стране правит бал Его Величество "страх". А значит, вполне возможно сыграть в свою игру и подёргать Софью Власьевну за усики. Совсем чуть чуть, в рамках закона, не дурак же палиться.

Вевл был мужчина высокий, представительный, с хорошо поставленным внушительным баском. Как только он одевался в хороший костюм и достойную шляпу сразу было видно - мужчина сурьёзный. И он решил этот козырь использовать. Но для исполнения плана ему требовался помощник, и тут ему пригодился лопоухий соседский 17-18 летний мальчишка. В рубашке навыпуск, кургузой курточке, кепке, с выпученными глазами, с глупой улыбкой, и блокнотиком руках, он отлично оттенял Вевла и они вдвоем на ура исполняли спектакль.

Например выбрасывался дефицит, допустим крепдешин. Ткань дефицитная, всегда нужная. Слухи идут моментально - мол "дают." Народ живо становится в очередь. За каждый отрез идёт битва титанов, шансы получить отрез минимальны. Крики "по две штуки в одни руки не давать", толкотня, слёзы, иногда и мордобой. И вот первые запыхавшиеся, мокрые от пота, но со счастливыми глазами покупатели выходят из магазина. И тут появляетса солидный мужчина, ведёт себя уверенно. За ним семенит услужливый парнишка.

Звучит солидный бас "Здравствуйте товарищи. Пропустите пожалуйста. Контроль качества". В руках у него красная книжка. Народ, даже самая что ни на есть плотная очередь, расступается как от прокажённого. "Здравствуйте товарищи продавцы." звучит официальный тон "Отмерьте пожалуйста 10 метров такого-то цвета в соотвествии с ГОСТом имярек." И достаёт свою рулетку. Одновремено кивает парнишке, повелительно, "Товарищ уполномоченный, запиши ФИО продавца". И дрожащими руками продавцы под пристальные взгляды других покупателей отмеряют сколько сказано. Вевл солидно перемеряет, потом ещё раз перемеряет. Потом ридирчиво осматривает и ощупывает и небрежно бросает мальчишке "Товарищ уполномоченный, записывай. Сегодня, числа такого-то, произведён контрольный замер, ткани вида крепдешин, длинной в количество метров "зю", в соотвествии с ГОСТом номер такой-то. Нарушений во время замера не выявлено. Так, сколько с меня, товарищ продавец?"

"Товарищи, спасибо за сотрудничество. Магазин работает в соответсвии с ГОСТом. Всё нормально." И кивает мальчишке "забирай вещдок." И парнишка тащит кусок ткани. И все довольны. А дальше дефицит благополучо продавался уже на чёрном рынке. Вевл, был осторожен, один и тот же магазин посещал не чаще чем раз в полгода, виды закупаемого товара всегда менял, и главное не жадничал. Брал не мало, но и не хапал. И всё в соответствии с законом, ведь любой покупатель может потребовать перемерить или перевзвесить любой товар.

И ни разу, за почти 5 лет никто не попросил его ни посмотреть книжечку, ни предъявить документы, ни даже просто возмутился. Да, великая сила страх. А в купе с уверенностью в умелых руках очень выгодная. Так он и жил, не тужил. Ел и хлеб с маслом и даже с колбасой вплоть до 1941ого. Ну а дальше совсем другая история.

35

День Победы

Довелось мне как то проходить свою срочную службу в далеком, богом забытом поселке, со странным названием Кураково, что в Тульской области, именно там один старший сержант по секрету поведал мне, что спать без трусов гораздо полезнее чем в трусах - мол резинка кровообращение нарушает, ну и вообще проветривать свое причинное место только на пользу. Поскольку сержант производил впечатление человека разносторонне эрудированного, среди товарищей по службе и командного состава пользовался авторитетом, совет его навсегда врезался в память. Во время службы каждую ночь рядом похрапывали полторы сотни молодых, здоровых сослуживцев и снимать трусы на ночь было как минимум не разумно и я решил отложить данный эксперимент до увольнения в запас из рядов вооруженных сил Российской Федерации
Десять лет спустя. Утро девятого мая.. Две тысячи то ли седьмого, то ли восьмого, не суть.. Просыпаюсь с глубокого похмелья в квартире своего хорошего друга Тимура, на непослушных ногах ковыляю до кухни, потому как со вчерашнего, предвидя свое нынешнее состояние, заначил в холодильнике пару бутылок дешевого шампанского.. Легким хлопком отправляю пробку в дальний угол кухни и делаю несколько больших жадных глотков... Холодная жидкость обжигает рот углекислым газом, скользит по пищеводу, проваливается в желудок и заполняет его приятной теплотой. За несколько минут волшебный, пузырящийся эликсир растворяет головную боль, тошноту и первые признаки послепохмельной депрессии. Сухость во рту, буквально недавно, казавшаяся невыносимой, исчезает мгновенно, туман в голове рассеивается, я начинаю различать звуки, предметы вокруг себя и легкую прохладу на теле. Внезапно приходит осознание что стою я на кухне абсолютно голый, поскольку спать нагишом уже вошло в привычку, плюс ко всему замечаю у самого себя не шуточную эрекцию. Видимо похмельный сидром мозг идентифицировал как угрозу к существованию и могучий инстинкт размножения решил подстраховаться и оставить после себя хоть какое-нибудь потомство.
Так исторически сложилось что на протяжении всей своей жизни я постоянно боролся со своими же вредными привычками и поэтому принимал, как мне казалось, важные решения дабы сделать себя и окружающий мир чуточку прекраснее. Неделю назад я принял решение не дрочить пару месяцев, поэтому возникшую в голове мысль о том, чтобы пойти в ванную и снять напряжение комсомольским онанизмом, переборола другая мысль о том, что через десять минут уважать я себя буду чуточку меньше. Нужно было как-то отвлечься, я плюхнулся в кресло и приложился к горлышку уничтожая добрую половину содержимого. Пока пил подумал о том, что было бы здорово если б вдруг в это уже чудесное утро неожиданно для всех пришла Тимуровская жена Татьяна, было бы чертовски забавно послушать его объяснения, чего делает на ихней кухни, развалившейся в хозяйском кресле, небритый, улыбающийся имбицил с недобитой бутылкой и стоящим членом. Поскольку мы до сих пор ни разу не встречались момент для знакомства по моему мнению был просто идеальным. Я даже представил как подыграл бы в этом чудесном спектакле, возмущенным, истеричным голосом Тимуру:
- Ты что, так про нас ничего не рассказал?! Сволочь! Ты же обещал!!!
И его супруге:
- Он меня любит, поняла?!
Ну, где же тебя носит, Танюша?! И в тот же самый миг, словно по волшебству, я услышал короткие, звонкие, приближающиеся удары каблучков в подъезде и сердце мое радостно забилось. Я уже представил как щелкнет замок входной двери.. Но к моему глубочайшему сожалению каблучки процокали выше и растворились в гулкой тишине подъезда. Ждать в одиночестве больше не хотелось и я пошел будить друга. Мои попытки успехом не увенчались, он никак не хотел просыпаться, не реагировал даже на угрозы прикончить шампанское в одиночку. Я немного начал скучать и вдруг неожиданно вспомнил какой сегодня знаменательный день, а следом родилась просто гениальнейшая идея. Я распахнул настежь балконную дверь, вышел на свежий, весенний воздух и громким, грудным, как мне казалось напоминающим Левитана, голосом начал свою торжественную речь
- Дорогие соотечественники!!!Поздравляю вас с днем Великой Победы. И в очередной раз хочу напомнить вам о великих подвигах, силе духа и нечеловеческой стойкости нашего народа...
Видимых зрителей у меня не было, но мне казалось что меня слушает весь город, даже веселые воробьи перестали чирикать и замерли.
"С каждым годом наших ветеранов становится все меньше и меньше..."
Но закончить мысль мне не позволила грубая нецензурная брань соседа сверху, пообещавшего мне что если я не заткнусь прямо сейчас, то он спустится и совершит со мной насильственный половой акт. На несколько секунд я потерял дар речи, что то подсказывало мне, что хозяин этого сочного, зычного баритона, является человеком сильным и слов на ветер не бросает. Но и промолчать я тоже не мог - я был уверен что в данной ситуации прав, речь моя заслуживает аплодисментов и должна войти в историю. Оскорбленный в своих лучших чувствах, сделав пару больших глотков из волшебной бутылки я вдруг почувствовал себя всесильным и бессмертным и ответил обидчику что если не заткнется он, тогда я сам поднимусь к нему и совершу с ним все то, что обещал совершить со мной он только дважды. На что он неожиданно согласился...
Пулей влетев в комнату я встретился взглядом с Тимуром, который все еще лежал, но уже приподнялся на локте и смотрел на меня с явным любопытством.. По охреневшему выражению его лица понимаю что он слегка удивлен, чтобы не отвечать на бестолковые вопросы типа чего это я голый или чего это я разорался в такую рань, начинаю первым:
- А чо там за скотина редкостная на верху живет?
Слегка помятое лицо Тимура еще шире расплывается в улыбке:
- Даа, это.. Серега-десантник. Ростом два метра, сто двадцать килограммов весом. Ага, скотина редкостная, затопил меня неделю назад, иди что ли дай ему пиздюлей!! - ответил Тимур и громко заливисто расхохотался.
Бессмертие мгновенно улетучивается, также как и всесилие и мне внезапно становится очень грустно, я за долю секунды понимаю все несовершенство нашего мира. Вот ведь блин. Ну почему там не живет например танкист Афанасий, зенитчик Андрюха, Санек из сто двенадцатой мотострелковой дивизии, пожарный Романов или выпускник педагогического университета Елисейка. И стало внезапно понятно почему он так быстро согласился на мое непристойное предложение. Шансов у меня практически не было, единственно верным, логичным решением казалось просто извиниться, желательно прямо с балкона, никуда не поднимаясь и не выходя из безопасной квартиры, но я прекрасно понимал, что в таком случае мне уже никогда не восстановить свою честь, достоинство и высокую нравственность в глазах старого товарища, а что еще страшнее и в собственных. Мое уязвленное, гордое самолюбие к хренам рвало все доводы логики и просто бесновалось - лучше смерть чем позор!!!! Мозг судорожно искал спасительное решение из этой непростой ситуации. Положение неожиданно спас Тимур, казалось бы самым логичным вопросом:
- А чо ты голый то?
За долю секунды в памяти всплыло событие месячной давности, мастер класс по боевой йоге, молодой подтянутый паренек рассказывал интересную теорию о разрыве шаблонов и о том что нестандартная манера поведения в критической ситуации может подарить спасительные три-четыре секунды. Ну вот же!!!
Десантура меня ожидает, но если подняться голым, он явно сконфузится, за это время можно и бутылкой по черепу звездануть. Мама конечно с детства твердила что кулаками никого нельзя бить, но про бутылки вроде ничего не говорила. Параллельно вспоминаю что удар полной бутылкой гораздо мягче чем пустой, давление жидкости делает свое дело, выскакиваю на кухню достаю из холодильника вторую, не початую бутылку игристого полусладкого. Прости мама, все что мог для Сереги я сделал, тем более десантник - голова натренирована должна быть. Запрыгнув в темно синие, китайские сланцы я через полминуты стоял на лестничном пролете этажом выше и скрипя сердцем нажал на дверной звонок.
Дверь распахнулась практически мгновенно и за долю секунды я сообразил как жестко ошибся в расчетах - Серега действительно был под два метра и его коротко стриженная голова почти подпирала собой верхнюю балку дверного косяка. Траектория для удара была просто не реальная. Мы оба замерли...
Мои спасительные секунды, выигранные охренеть каким не стандартным поведением, таяли прямо на глазах..
Где то далеко, в уголках своего затуманенного алкоголем разума я прекрасно понимал что нужно обязательно ударить первым, только в этом случае, у меня могли появится хоть какие то шансы на победу, но меня словно парализовало, я не мог даже моргнуть не то чтобы ударить или даже пошевелиться..
Неожиданно для самого себя моя правая рука с шампанским согнулась в локте и из пересохшего от волнения горла вылетели совершенно, казалось бы не уместное:
- Ты это.. Пить будешь?
Серега грохнулся на пол, схватился руками за живот и засмеялся так что из глаз его практически сразу брызнули слезы:
- ХааХааааХа, уааа ха, уйди, уйди не могууу.. Ха хааа ха ха, ну ты.. Ха ха хааа. Люда, Людааа иди.. Иди сюда. Не, ты чо меня правда трахнуть собирался?! Ха ха ха хааа. Дон Жоун гребаный, шампанское прихватил.. Ой не могу, уйди блять с глаз моих. Уга гааа аа
На его истерический хохот вышла молодая, красивая Люда и тоже согнулась пополам..
Мне почему то было не смешно, а жутко неудобно, я неловко попятился и прикрываясь бутылкой хотел было смыться, но уже совсем не суровый десантник прочитал мои намерения и между приступами хохота скомандовал :
- Люда держи его!
Послушная Люда нежно взяла меня под руку, завела к ним в квартиру и закрыла дверь..Тут истерический смех напал и на меня. Минут десять мы смеялись в коридоре практически не останавливаясь, Серега лежа прямо на полу, а мы с Людмилой на корточках, отсмеявшись гостеприимная хозяйка вынесла мне из ванной махровый халат, за что я был очень признателен. Шампанское мы так и не открыли - хозяин достал из морозильника запотевшую бутылку водки, и тоном, не терпящем возражений пообещал мне:
- Я с тобой сегодня напьюсь..
И обещание свое он сдержал. Минут через пять поднялся Тимур и в этой чудесной компании мы замечательно провели майский праздник. Серега оказался отличным парнем, потом не раз меня спрашивал - а помнишь как мы познакомились? Ты меня еще трахнуть хотел? Я теперь про тебя друзьям рассказываю. Спасибо дружище, я тебя тоже тебя вспоминаю. Девятого мая особенно.

36

У нас чуть ли не всё село в России на заработках. Конечно, это хорошо, что людям есть где заработать. Но, и свои «минусы» тоже есть. И самый большой «минус» в том, что дети сильно скучают по родителям. Раньше то хоть только отцы уезжали, а в последнее время и мамы уезжают. И остаются дети с дедушками-бабушками, если таковые имеются в наличии. И скучают по родителям.

А дети ведь скучают по-особенному. С нетерпением, от всей души, скучают и ждут каждую секунду, каждую минуту.

Недавно, после двух лет работы в России приехали мои соседи, муж и жена. А дома их ждали трое детей. Старшей дочери, по-моему, лет четырнадцать, сыну может быть одиннадцать, и младшей дочери где-то лет восемь.

И вот, где-то через недели две после приезда, рассказывает мне сосед вот эту историю, которой я решил с вами поделиться.

Оказывается, ещё за долго до приезда родителей дети уже договорились и целую систему разработали, кто, когда и с кем спит. То есть, создали график. Первую ночь: младшая дочь спит с мамой, сын с папой, а старшая одна по серединке. Вторую ночь: Старшая с мамой, младшая с папой, а сын один. Третью ночь: старшая с папой, младшая по серединке одна, а сын с мамой. И так далее. Ну, и уверенные в том, что и родители по ним также сильно соскучились, варианта, где папа спит с мамой, дети не предусмотрели.

Но, когда родители наконец приехали, всё пошло не по сценарию. Уезжали то они, когда старшей было двенадцать лет, и она спокойно спала в обнимку с папой. Но теперь ей уже четырнадцать и ростом она с папу. И как-то само-собой стало ясно, что ей с папой спать как-то уже не комильфо. И как-то естественным образом получилось, что младшая легла с папой, старшая с мамой, а сын остался по серединке. И почувствовал он себя одиноким и несчастным.

И так продолжилось несколько дней. А однажды ночью, проснулся сын и видит, что папы нет на месте. Стал он будить старшую сестру. Разбудил и говорит: «Папы нет». Ну сестра и отвечает: «Ну мало ли что, может в туалет пошёл». А сын говорит: «Дура ты, мамы тоже нет».

А надо заметить, что это в городе у всех детей есть доступ к интернету, и никаких секретов во взаимоотношениях папы с мамой нет, а в селе всё не так. В селе, во многих семьях до сих пор стелят одну большую сплошную постель на всю семь. С краёв папа с мамой, а посерёдке детки. И чем старше дети, тем дальше они от мамы и папы.

Ну разбудил он сестру, а сестра то и сама ещё мало чего понимает. Но, она твёрдо знала ничего страшного, что нужно брата просто успокоить. Она ему и говорит: «ты же знаешь, папа иногда посреди ночи есть хочет. Вот мама его и кормит в соседней комнате… наверное». Ну, брат чуть успокоился, они и заснули. Хорошо, что не пошли по всему дому папу с мамой искать.

Утром во время завтрака, а завтракают у нас тоже всей семьёй, началось обсуждение событий прошлой ночи. Сестра, на правах старшей решила взять на себя лидерство в этом обсуждении, и сама затеяла разговор. Рассказала, что брат ночью проснулся и не мог заснуть, что обоих родителей не было на месте. Пока родители в шоке и панике придумывали отмазки, возникла некоторая нелепая пауза. Мама пошла срочно заваривать чай, в почти полный чайник. К счастью, старшая дочь сама предложила решение. И звучало оно так: «Если кушать ночью такая важная необходимость то, дабы не смущать своим ночным отсутствием детей, лучше запастись провизией в той же комнате, где вся семья спит». У родителей отлегло от сердца (ничего объяснять не надо), и они с радостью согласились на предложенное решение вопроса.

Правда, была робкая попытка со стороны папы озвучить дальнейшие планы. И звучала она приблизительно так: «Ну… понимаете. Для чего мы построили такой большой дом? Вот, вы ещё поживёте у бабушки с дедушкой годик. А мы ещё раз съездим. И купим много мебели. У каждого будет своя кровать, своя комната. Одна комната будет твоей (обращаясь к сыну). Одна будет вашей (указывая на дочерей). А в одной комнате будем спать я и мама». Такой сценарий вызвал общее негодование детей. Все дети единогласно заявили: «никаких разделений по комнатам. Вся семья спит, как всегда в одной комнате». Заявления детей были настолько безапелляционными, что родители поняли бессмысленность дальнейших переговоров и были вынуждены согласиться со всем условиями.

Но история на этом не закончилась. На следующий вечер, опять всем было постелено, и опять сын остался по серединке, то есть ни с кем, в гордом одиночестве. Это уже вызвало некоторое разочарование. Далее все уселись смотреть телевизор, а так как папина постель была в самом отдалении от телевизора, все пересели к папе. У нас с детства детям говорят: "Не сиди близко к телевизору, глаза испортишь", вот все подальше от телевизора и сели. А мама имела неосторожность сесть ближе всех к папе. Тут вдруг сын встал и засобирался: «Поеду я к бабушке с дедушкой, буду у них жить». Папа с мамой, конечно, к нему бросились? Мол: «что такое? Что случилось? Да, кто тебя обидел?». А он им и заявил: «Ни фига вы по мне не соскучились! Со старшей спите, с младшей спите, а я уже вторую ночь один лежу. Переживаю, спать не могу. Вот и сейчас, вы папа с мамой уселись рядышком, а до меня никому и дела нет». Ну, мама с папой уговаривать бросились. Мол, любим мы тебя и скучали. Просто ты то уже взрослый, мужик почти. Да куда там, так и не уговорили. Сел сын на велик и уехал к бабушке с дедушкой. Не знаю, спит ли он там с бабушкой или дедушкой, и не спрашивайте. Но, бабушка его объясняет это тем, что внук просто привык у них спать и на новом месте не по себе ему было. Вот теперь так и живут, весь день всей семьёй у бабушки с дедушкой, а ночевать к себе уезжают с двумя дочками. Наверное, потому что девочки у них спят крепче.

37

Сейчас, вот, многие смеются над нашими звёздами, что выкупили себе дворянские титулы и строят из себя аристократов. Дескать, настоящая аристократия совсем не такая.
А какая? Как, вообще, можно о них судить, их у нас лет сто как нету.
Я, вот, к примеру, только раз и общался с настоящей титулованной особой. Было это лет десять назад, у нас в Тюмени, на нефтегазовой выставке. Я там выставлял свою спецодежду, а в соседях у меня был механический завод из Бугульмы, что производит оборудование для нефтяников. И двое мужиков оттуда - начальник отдела продаж Владимир Иванович, типичный технарь, и водила их «Газели» Серёга. На «Газели» они привезли на выставку какую-то свою замерную установку для ремонта скважин. Смонтировав этот аппарат у своего стенда, Владимир Иванович сразу же ушёл проверить конкурентов и общался я, в основном, с Серёгой.
Ну, а что Серёга.. Водила, как водила, с типичной для шоферюги внешностью - лицо в щербинах, шея красная, руки-крюки. Мы с ним поболтали, обсудили цены на бензин и на бугульминскую водку, превосходство коей над другими он, как выяснилось, лично установил эмпирически.

Судя по тому, как вечером на банкете он первым лихо опрокинул полную рюмку, питейная тема была ему близка. Владимир Иванович при этом заметно насторожился, строго на него посмотрел, но промолчал.
Но, когда тот сразу же налил себе новую стопку, Владимир Иванович не выдержал:
— Серёга, смотри, если опять напьёшься, не посмотрю, что граф, уволю к чёртовой бабушке…
Серёга лишь поморщился и отмахнулся, а я заинтересовался:
— А чего вы его графом-то называете?
— Так он и есть граф!
— В смысле?
— В прямом. Ему в девяностые бумаги с Москвы пришли. Он реально в каком-то там колене граф Шереметев, по крови и так далее...
–– Фигасе, — я даже присвистнул.
–– А ты думал! Его и в Москву на бал приглашали. Он даже было поехал, но в поезде с дембелями подрался, неделю в Казани в изоляторе сидел…

Надо же, думаю... Серёга, оказывается, граф... аристократ... Это ж вроде что-то такое древнее и бледное, как правило, с тростью, благородными манерами и в фиакре с гербом. А, тут…
А тут веселье набирало силу. И надо заметить, что граф Шереметев был не одинок в своём желании провести вечер с пользой. Как оно обычно бывает на таких мероприятиях, за каждым столом находятся такие же расконвоированные командировочные мужики, любители выпить, которых словно шарики ртути притягивает друг к другу. Вскоре все они собрались за одним самым шумным столом, и Серёга отправился туда пообщаться, прихватив с нашего стола бутылку шампанского.
И примерно через час, когда уже начались танцы, возле их стола ожидаемо вспыхнула первая пьяная драка, с громким посыланием друг друга в центре зала. Наш Серёга принял в ней самое активное участие, обменявшись парой ударов с какими-то северянами и поцапавшись с прибежавшей охраной, что развела возмутителей спокойствия по своим столам.
С разборок он вернулся в ещё более анархическом настроении и, уже совсем не обращая внимания на грозные взгляды начальника, сразу налил себе водки.
Владимир Иванович угрюмо молчал.

Тут в зале объявили вальс и Серёга, допив стопку, начал с интересом оглядываться по сторонам, веско заявив:
— Последнему поросёнку титька возле жопы, — что сразу выдало в нём человека искушённого.
За соседним столом как раз скучала одинокая пышнотелая дама с большими серёжками-люстрами в ушах и такими зализанными назад волосами, словно на неё рыгнул динозавр. Её-то Серёга, сходу сразив приятностью обхождения, и повёл на танец.
Вальсировали они, надо сказать, весьма страстно, но кончилось это действо, увы, довольно трагично. Потому как Серёга, подхватив партнёршу за талию, не смог её удержать и вместе они завалились на выставочный стенд минской фирмы, напрочь сломав при этом пластиковую модель их котельной.

Опять начались разборки, требования оплатить сломанный экспозитор и угрозы подать на Серёгу в суд, которые, впрочем, его совершенно не смутили. В кратких, но ёмких выражениях он объявил оппонентам, что все их претензии считает юридически ничтожными, и снова ушёл танцевать под вовремя зазвучавшую быструю мелодию.
Пострадавшие минчане вроде бы успокоились, но, как вскоре выяснилось, только для виду. Традиционно предпочтя белорусскую партизанскую тактику, они затаились за своим столом, и, как только граф Шереметев оказался в пределах их досягаемости, совершили быструю и дружную вылазку, влепив ему несколько увесистых оплеух и облив стаканом томатного сока.
Тут, к счастью, подоспели мы с Владимиром Ивановичем и вместе с охраной оттащили их от Серёги, что порывался продолжить выяснение отношений и лягнуть противников в область первичных половых признаков.
После ряда таких безуспешных попыток, осознав, что отомстить обидчикам ему сегодня не удастся, Серёга, похожий в своей свежевыкрашенной рубахе на одинокого гордого гарибальдийца, обозвал всех присутствующих презервативами и, показав самый длинный из своих пальцев, ушёл в ночь, полностью растворившись в городском ландшафте.

Весь последующий выставочный день я провёл рядом со злющим Владимиром Ивановичем, слушая его гневные проклятия в адрес всей дворянско-буржуазной культуры и обещания обрушить на отсутствующего Серёгу многочисленные административно-финансовые кары.

Сам граф Шереметев появился только через день, прокравшись с утра к своему стенду незаметно и осторожно, словно мелкий ночной хищник. За время отсутствия он оброс как йети, приобрёл на лице несколько глубоких свежих царапин и чёрные компьютерные очки с мелкими дырочками, что придавали ему зловеще-шпионский вид. В руках у графа был пакет с надписью "Thank you", под завязку набитый вырванным вместе с корнями горохом.

Узрев Серёгу, Владимир Иванович густо покраснел и набрав в грудь побольше воздуха выдал целую серию сочных непарламентских выражений. Все вокруг даже вздрогнули.
Граф в ответ молчал как гуппи и лишь виновато вздыхал, при этом так огненно дыша на Владимира Ивановича перегаром, что тот плюнул и, велев ему никуда не уходить, пошёл получать диплом за участие в выставке.
А Серёга остался смирно сидеть возле их аппарата, жуя горох и равнодушно созерцая окружающий его мир. Было заметно, что жить в этом мире графу Шереметеву довольно тяжко.
Пожалев несчастного горохопоклонника, я принёс ему бутылку «Клинского», из которой он сделал несколько жадных глотков, с благодарностью кивнул и произнёс несколько игривую фразу:
— Жена - это хлеб, а хочется ещё и булочку…
После чего сидел уже молча, потихоньку отхлёбывая пиво и, лишь когда к стенду подходил Владимир Иванович, прятал бутылку под стул и шептал мне с опаской:
— Пристёгиваемся...
Вскоре пиво у него закончилась и, попав из цепких рук Бахуса прямиком в объятия Морфея, их сиятельство уже мирно дремал на своём стульчике, крепко держа в руках пакет с горохом. Во сне граф Шереметев хмурился и даже слегка постанывал, как будто что-то его тревожило. Скорее всего, судьба России, как оно обычно и свойственно всем представителям его сословия.

Вот, теперь, когда слышу про аристократию, его и вспоминаю...

© robertyumen

38

Последними "мимозами" про "заработай" навеяло. Ловите теперь мою, правда в отличии от тех про девку с электрошокером и "внука", эта действительно произошла.

Работает мой отец в одной маленькой фирме. Работают там очень интересные люди с различными увлекательными хобби, интересными родственниками, или аспектами жизни. Ну судите сами, хозяин компании раньше играл в баскетбол за Notre Dame, а теперь заодно он и президент благотворительной организации которая скупает фермы по всему Нью Джерси и отдаёт штату что бы там никогда не было коммерческой застройки (land conservation). Его сестра была зам главного тренера Американской Олимпийской женской команды по баскетболу.

Жена техника, главный бухгалтер фирмы которая занимается всей логистикой для Зимней и Летней Американской Олимпийских команд. Ездит по всем Олимпиадам и проводит там несколько месяцев до и после каждой Олимпиады. Получает билеты на все соревнования и практически всех знаменитых атлетов и тренеров знает лично. Сам техник когда-то держал оружейный магазин и как хобби занимается реконструкцией батальных сцен 18-19ого веков и консультирует кино.

Долгие годы работала у них секретарша, Минни. По политкорректному, административный помощник. Кстати она обалденный кулинар, выигрывала какие-то бешеные соревнования по приготовлению пирожных, но это мелочь. Главное что есть неё, как в сказке, 3 сына.

Вы подумаете что два старших умных, а младший дурак? А вот и не угадали, и дважды. Раз, все сыновья умные. Два, младшего сына у неё нет. То бишь есть два младших, они близнецы. Вот чем занимается старший сын, врать не буду, не помню. Близнецы постарше меня и в начале 90х они ходили в Notre Dame, не самый худший университет, между прочим. Они конечно имели гранты, скидки, итд, ибо были ребята умные, но ей с мужем тащить 3х пацанов через университет было тяжело. Они же простой средний класс, как я и говорил - она секретарша, а муж у неё химик в какой-то лабаратории.

И близнецы решили, эдак дело не пойдёт. "Родители жилы рвут, а мы что? Пальцем деланые что ли? Заработаем." И записались они в рыболовы, поехали на Аляску после 2ого курса университета на всё лето. Очень кстати опасная профессия. Работают там очень много, ну и получают они соответственно.

Не знаю точно сколько они сейчас получают и сколько тогда, но когда в конце 90-х студентов с моего университета на лето вербовали, обещали зарплаты по $4 штуки в месяц. Причём на всём готовом, ибо рыболовы живут всё время на борту, там и спят и питаются. Очень приличные деньги по тем временам, да и сейчас не так уж плохо. Между прочим жалею что не съездил в своё время.

Близнецы отпахали лето как проклятые. Работали от рассвета и до... пока хозяин не скажет отбой. Как минимум по 14-16 часов в день. И вот подошёл конец контракта, "подсчитали, отобрали, - за еду, туда-сюда но..." большие деньги дали под рассчёт. Вот это да...

Переглянулись пацаны и говорят хозяину "А хрен с ним Notrе. И с Dame тоже. Остаёмся здесь. Да, работа тяжёлая, но нам нравится. И деньги уж гораздо больше чем мы бы получали после университета." Хозяин рыболовного судна посмотрел на близнецов и сказал. "Вот ты - оставайся, я вижу ты рыбак и с тебя выйдет толк. А второму, Майклу (далее для простоты "Миша") сказал. Море это не для тебя. Ты должен получить образование и твоя судьба не здесь. У тебя большое будущее." И не взял его работать, отослал обратно.

Миша окончил свой Notre Dame с какой-то гуманитарной специальностью. Не помню где была его основная работа, но подрабатывал и в фирме где работала его мать. Хоть это не было его специальностью, но он был очень сильный програмист и он много для фирмы сделал. А потом он на факультет журналистики в Columbia University (тоже не самая худшая школа в США) поступил, чтобы получить степень магистра.

А его брат-близнец долго проработал на рыболовных судах. Сначала младшим куда пошлют, потом старшим, потом матросом, потом старшим матросом, итд. Выше и выше и выше. Вырос он от "щенка" до "матёрого волка" и наконец решил, "хрена ли я горб ломаю на дядю, хочу своё судно." Какие-то деньги у него уже быле конечно, скопил за годы. Что-то он отдолжил у кого мог, взял займ в банке, но оказалось не достаточно. Нужно было ещё несколько десятков тысяч.

Обратился к Мишане. "Братка, есть тема, но нужны бабки. Подсоби, я верну." Миша ему "Я бы рад, но где я и где деньги? Я же бедный студент, гуманитарий кстати. Образование в Columbia ни разу не дешёвое, "весь в долгах как в шелках", да и жить в Нью Йорке, тоже не 2 копейки стоит." А брат и говорит, "Я так и думал. Но не сцы босота, есть дерзкий план. Ты пацан умный, хотя у наших родителей дурных детей нет. Читай, тренируйся, пробуй, я уверен ты сможешь... попасть на Jeopardy." Мишка притер хер к носу, подумал и говорит "Авантюра. Но забавно. Чем чёрт не шутит, риск же дело благородное."

Jeopardy, для тех кто не знает - это жутко популярное интеллектуальное шоу, в США (далее - в Google).

И началась у Мишки совсем другая житуха. Мало того что он учился в Columbia, подрабатывал в двух газетёнках, и работал программером. Он стал каждый день готовиться. Он читал и повторял, читал и повторял, читал и повторял. Учил про слова на букву "зю", различные фобии, королей Франции, и знаменитых актёров, итд, итп. Стал эдакой ходячей энциклопедией, хотя и раньше он отсутствием эрудиции не страдал.

Он даже учился правильно кнопку нажимать. Не надо смеяться, это не так легко как кажется. Оказывается что человек обычно непроизвольно перед нажатием поднимает большой палец вверх и лишь потом давит вниз на кнопку, в результате теряя драгоценные доли секунды.

Прошло время, Миша подал заявку на шоу и из 4000 кандидатов выбрали 400, тех кто прошёл жёсткий отбор. Попал таки наш Миша на шоу. Билет кстати из Нью Йорка в Лос Анжелес шоу не оплачивает, и гостиницу тоже, всё за свои, кровные. А снимают кстати по 5 шоу в день. Брат близнец прилетел поддержать, и они вместе поехали на несколько дней. Вернулись, мать конечно спрашивает, "ну как?" Те молчат как рыбы. Одно сказали "вот дата когда шоу будет по телику идти, сама увидишь."

Минни всей компании о таком деле рассказала естественно. День я в календаре пометил, а когда дата подошла всей семьёй сели шоу смотреть. О, вот и Мишаня на экране, на всю страну улыбается. Давай, "жми Малешкин", погнали наши городских.

Миша выигрывает первую игру. Ура, молодца. Значит он будет выступать и завтра. И на следующий день опять вечером все у телика. Миша не подкачал и выиграл вторую игру. И третью (кстати в ней он установил рекорд за сезон), и четвёртую, и пятую.... Пятикратный чемпион в Jeopardy эго ОЧЕНь, ОЧЕНь, ОЧЕНь круто (тогда по правилам разрешалось играть до 5 побед). Ну это пожалуй как Хрустальную Сову в Что, Где, Когда? выиграть, не меньше.

И заработал он не много не мало - $55 штук плюс ему как 5-кратному чемпиону дали Chevrolet Suburban (кто не знает, это такой тарантас размером со слонёнка, и жрёт он столько что можно работать лишь на заправку). Suburban конечно ему центре Нью Йорка на хрен не сдался, он его продал. Ну а денюжков на помощь брательнику хватило ну и расходы покрыли.

Пригласили кстати Мишу потом играть в четвертьфинале года. Его то он выиграл, а вот в полуфинале проиграл. Жалко конечно что сказка окончилась так прозаично, но уж как есть.

А брат приобрёл себе лицензию, судно, и занялся ловлей лососей на Аляске уже как хозяин-капитан. Регулярно родителям своим копчёной рыбки присылал, ту что сам ловил и сам коптил. Ну а Минни в компанию под Новый Год приносила яшик приносила, делилась с сотрудниками. Поверьте на слово, то что в магазинах продают, пусть и самое дорогое и крутое, и рядом не стояло с рыбой что он присылал.

Миша свою Columbia University закончил, где-то в Нью Йoрке работает теперь. Давненько его не видал. Вот собственно и вся "мимоза."

Если кому интересно, то почитайте про "Michael Arnone" - пятикратный чемпион "Jeopardy".

39

Рассказами про украденные документы, билеты, итд напомнило такую страшилочку.

Чемодан

Я уже рассказывал чуток про моего деда (ему сейчас 95 лет). Июнь 1941ого он встретил будучи курсантом военно-инженерных курсов в Ленинграде (там в Инженерном замке учили курсантов. Хотя большее количество времени будущие сапёры проводили в ... Сапёрном). Тех солдат что призывали в 1940-м и у кого было хоть год университетского образования (а он как раз год до призыва отучился в институте) и желание, весной 1941ого отправляли на офицерские курсы (для зануд - я знаю что тогда ещё офицеров не было, а были командиры, но для простоты я буду использовать термин "офицер"). Ну а таскать понтоны на Беларуско-Польской границе (под Гродно) или быть на курсах в Ленинграде, это две большие разницы. Сами понимаете что он выбрал.

Естественно учёба-то быстро окончилась в июне ‘41 и курсантиков просто начали использовать то как пушечное мясо, то как подсобную силу. Но повезло, курсы всё таки не расформировали и прямо перед Ленинградской блокадой вывезли. И так как взводных-ротных в первые месяцы войны выкашивало как косой, обучение быстренько закончили и дали всем по кубику на петлицу. "Поздравляем товарищи! Вы все младший комсостав РККА - взводные и ротные (лучшим курсантам писали в документах младший лейтенант - командир роты, хотя большинство конечно получали должность комвзвода). А теперь шагом марш - вперед на формирование." Но до формирования надо доехать. Спрашивается как?

Курсантов организовывали по группам в 20 человек. В группу назначался старший (один из только что отштампованных мл. лейтенантиков), и они такой полутолпой ехали куда Родина прикажет. Кстати назначать старшего здравая мысль. Ведь всегда легче в случае чего наказать его, ето же гораздо проще чем наказывать всех. Деду "подфартило" - сделали старшим группы.

Мало того что он за себя отвечать должен, старший должен отвечать за других 19 таких же балбесов. А им всем лет по 18-19. Самому старшему 20. Если думаете что отвечать за 19 других тинэйджеров в таком же звании как и сам легко, то ошибаетесь. Но мало того отвечать, надо быть нянькой для всех. Старшой, вот тебе талоны на питание - корми всех, предписание -довези всех, и самое главное - чемодан с ЛИЧНЫМИ ДЕЛАМИ - храни и доставь.

Это сейчас кажется смешно, а ЛИЧНОЕ ДЕЛО члена РККА в те времена было не хухры мухры. Это если не ВСЁ, то пожалуй очень близко к тому. Конечно личные документы у каждого с собой, но личное дело то сам военнослужащий везти не может. Значицца чемоданчик этот надо беречь как зеницу ока. Личное Дело надо доставить к формированию, а потом оно уже будет ездить за солдатом или офицером по полям сражений, госпиталям, фронтам, итд. Но изначально доставляли вот таким образом, "на попутных", наверное потому что электронная почта или факсы плохо работали :-).

Ехать до Кавказа, ой не близко, но это чёрт с ним. Страшно другое. Что в 1941м на вокзалах творилось, ни в сказке сказать ни пером описать Wes Craven, Спилберг и Тарантино могут нервно курить в сторонке. Вот о чём драмы писать можно. Там и потерянные и найдённые родственники, новорожденные, и страстные романы длинной в день и в жизнь, разлуки навсегда, незнакомые становятся друзьями, и старые друзья становятся врагами, и свои калифы на час, и чудеса в решете.

Места малo, расписания идут к чертям, люди по головам ходят (и это в прямом смысле слова), а талонами на питание можно только подтереться. Да, конечно по ним офицериков на станциях должны кормить. Только кто должен? И кому? А если жрачки нет? А начальники станций уже и так на грани того что бы застрелиться и не мучиться, им ещё с голодными пацанами разбираться. "Не маленькие, потерпите. И какая нафиг разница, с голодухи сейчас сдохните или через неделю вас в первом же бою на небо отправят" самые ошалевшие и уставшие говорят.

Ну, ну, попробуй, удержи 19 голодных пацанов. Все на каждой станции разбредаются, ищут что сменять, купить, отработать. Кое кто ищет сердобольных селянок. Жрать то хоцца и очень. Кстати на станции можно застрять было и на сутки, и на двое, и более. Так что бегай, ищи всех, обеспечивай жрачкой, и смотри что бы кто-то в какой нибудь блуд не вписался.

А по нужде сходить? Ладно остальные, у них тощий вещмешок и всё. А тут, этот проклятый чемодан с личными делами. Вечно в руках. Вечная тревога. Ни тебе поставить что бы пожрать, ни поставить что бы пардон, облегчиться. Спишь с ним в обнимку, а то уведут в момент, народ ушлый. Черед 4-5 суток уже в полуобморочном состоянии. Уж лучше на передовую, там хоть чемодан проклятый не надо таскать.

На одной станции застряли не на шутку. Когда состав - не понятно, когда хавчик - тем более. Начальника станции ищут днём с огнём, он не дурак - прячется от всех. Товарищ деда из группы сжалился, "ты с чемоданом своим скоро с ума сойдёшь. Давай так, ты иди ищи начальника станции и попробуй талоны отоварить хоть на что либо. А чемодан отдай мне, я на него лягу, спать на нём буду." Сказано - сделано.

Вернулся дед счастливый через пару часов, с собой большой котелок с кашей тащит. Чудо из чудес, сумел талоны отоварить. Подходит к своим и товарищ смущённо мямлит - "извини чемодана нет." "Ты что? Ты знаешь что за чемодан? Ты понимаешь что там?" "Да" тот кряхтит. "понимаю. Заснул, из под головы вытащили. Я даже и не проснулся."

За утерянные личные дела 20 офицеров и сейчас вряд ли по головке погладят. А в военное время, смело можешь считать что это расстрел. И за меньшее к стенке на раз-два ставили. Найти в этом Вавилонском столпотворении украденный чемодан не реально. Повезло лишь в одном, в кармане гимнастёрки было у деда было направление на группу. Ну типа сопроводительное письмо "отправляется 20 штук младшего комсостава, каждого звание и имярек. Едут туда то." И всё. Больше документов нет, личные не в счёт.

Доехали как то до места. В ОСО, "где личные дела?" "Нету. Украли." "Как нету? Как украли? А ты знаешь что тебе будет?" "Представляю." И опять чудо из чудес, попался в ОСО нормальный майор. Сжалился, решил не губить пацана. Наверное прикинул что вряд ли кто из этих мл. лейтенантиков на передовой и месяц протянет, так что можно решить вопрос на месте (говорят что средний срок жизни комвзвода в 41м исчислялся чуть ли не днями, много неделями).

В направлении имена и звания есть, ну и хорошо. Поздравляю всем по взводу, новые личные дела и вперед на передовую. Те у кого было написано комроты конечно возмущались, комвзвода должность меньше и оклад соответственно будет поменьше, но что они могли сделать? Ну а деду майор говорит "Вообще-то за утеру документов тебя под трибунал надо. Но жалко мне тебя. Вот должность комвзвода в Феодосийско-Керченский десант? Что трибунал присудит и так ясно. Что будет в десанте тоже в принципе ясно, но всё же шанс у тебя есть."

Вот собственно и всё. Шанс свой дед использовал на все 100%. Прошло с тех пор почти 76 лет и дай Господь ему здоровья на ещё столько-же.

Ну а Вам банальный совет, храните доверенные документы в безопасном месте и не доверяйте их товарищам. А то трибунал не трибунал, а вот проблем не оберётесь.

40

Москва, 2001-й год, улица Мытная , пешеходный переход. Обычно тогда поток машин гнал и гнал, скорость под сто, и неважно, какой там свет на светофоре , неважно, зебра или нет, никто на переходах даже не притормаживал. Пешеходы перебегали улицу в те редкие моменты , когда машин в зоне видимости не было...Ждать приходилось долго ...
В этот раз водитель Гелендвагена решил показать себя джентльменом, и пропустить по переходу женщину с коляской.
Итог: за ним выстроилась очередь из 16 (!) машин, у всех всмятку бампера, открытые багажники, кто-то и дверь не может открыть, заклинило, под многими машинами уже образуются лужицы из смятых радиаторов ...
Первым в этой автосвалке стоит Гелик, с подмосковными номерами, водитель которого чуть ли не с лупой рассматривает крохотную царапинку на абсолютно целом заднем бампере, и это и есть весь его ущерб!!!
Выводы из этого случая: 1) высшие силы поощряют хорошие поступки 2) Гелик - чертовски крепкая машина 3) Нехрен в городе изображать из себя Шумахера, уважайте пешеходов.

41

Когда-то давным-давно, ещё в школе, в первом или втором классе водили нас организованно всех вместе в стоматологию. Мальчики старались казаться смелыми, девочки не пытались и пугали друг дружку в ожидании своей очереди. Я был в числе первых, добрая тётя стоматолог обнаружила во рту какую-то гнилушку и сильно не заморачиваясь быстренько её удалила, типо молочные, нечего заразу разводить - потом настоящие вырастут здоровые. Было это сделано довольно безболезненно, да и лицо терять нельзя, вышел из кабинета широко улыбаясь, излучая уверенность, стойкость и чего там ещё может излучать первоклашка. В общем попросила меня сопровождающая нас учительница успокоить девочек, раз я совсем ничего там не боялся. Подошёл к ним развеивать страхи, честно ответил на все интересующие девочек вопросы - зубы рвут с корнями, помногу, без обезболивания, большими блестящими щипцами, кровищи полный рот, во, смотрите, даже из уголка рта течет до сих пор, а вон там во рту были зубы, видали какие там дыры остались?! В результате нескольких так и не смогли завести в кабинет... а меня почему-то больше не просили никого успокаивать...

42

В поздние брежневские времена в старших классах вместо уроков труда мы ходили на межшкольный учебно-производственный комбинат, кажется он так назывался, там и оценки по труду ставили и корочку о рабочей профессии вместе с аттестатом выдавали. В нашей группе был один мальчик, напишу так, с особенностью мышления. Память у него была такая, что позавидуешь, мог наверно Войну и мир наизусть выучить, но в то же время не понял бы смысла даже Сказки о рыбаке и рыбке. Такие вот особенности. Отсутствие способности к анализу информации. Над ним самые говнистые из нас любили подшучивать. Естественно, что и юмора он не понимал, да и шутки над ним оригинальностью не отличались. Обычно, как только мастер выйдет, так этого мальчика обязательно кто-нибудь испугает громким криком, а он в ответ начинает кричать, что сейчас даст обидчику по голове молотком. И тут вступает хор — вся группа начинает описывать ужасы, которые за этим последуют: тело, бьющееся в агонии, лужа крови, мозги, разбрызганные по стенке. И этот мальчик представляет себе всю эту картину и начинает плакать, ему уже жалко этого своего дразнильщика. Зато всем нам, придуркам, очень весело. Почему он учился в обычной школе, а не в коррекционной, этот вопрос не ко мне. Это его родители как-то подсуетились.
Лично я его сам никогда не дразнил, наоборот, даже на перемене в буфете беляшами подкармливал (он мог запросто штук пять в один присест умять), хотя, признаюсь, тоже смеялся вместе со всеми. Такой же придурок был, как и все остальные.
Однажды, во время очередного такого прикола в класс неожиданно вошел директор УПК. Все, конечно, сразу замолчали, но мальчик-то плачет, понятно, что его только что обидели. Он оглядел класс и сказал с горечью:
- Какие ж вы все подонки!
Потом показал на меня и сказал, назвав меня по фамилии (на УПК, где минимум 15 школ района занимаются, откуда он узнал мою фамилию?):
- Собери свои вещи, убери рабочее место и зайди ко мне в кабинет, прямо сейчас.
Я конечно понимал, что бить он меня не будет, но когда тебя вызывает директор, да еще когда этот директор здоровый, как Кинг-Конг, кулак с мою голову, состояние не очень приятное. И главное, обидно, почему меня? Я что, больше всех виноват? Короче, подумал, что меня просто выбрали козлом отпущения, сейчас выгонят с УПК, а следом и из школы, чтоб другим неповадно было.
Захожу в кабинет. Он говорит, "садись", а сам разливает в две чашки чай из электрочайника, видимо вскипятил, пока я собирался. Пододвигает мне чай, печенье. У меня взрыв мозга, молчу, жду, что он скажет.
И тут он мне говорит:
- Знаешь, такого я точно от тебя не ожидал. Я был о тебе гораздо лучшего мнения,
- Так я же ничего не делал, только смеялся, как все. Хотя, конечно, тоже не прав. Но почему я больше всех виноват?
- Потому что я много лет знаю твоего отца, мы с ним старые друзья. Я и тебя маленького помню, мы на лодке катались, за грибами ходили. Не помнишь меня?
- Да, теперь вспомнил. Странно, что раньше не сообразил.
- Ладно, ты очень маленький тогда был. Понимаешь теперь, почему я не могу к тебе относиться, как к остальным? Я за тебя тоже как бы отвечаю. Если бы при твоем отце кто-то обидел человека, который не может за себя постоять, поверь, он бы этого не позволил.
Я очень удивился. Отец с нами не жил, видел я его редко (в основном тогда, когда мать звонила ему, чтоб он пришел и отругал меня за какой-нибудь косяк, или еще он изредка заходил перехватить у деда до получки на бутылку) и знал я о нем весьма мало, в основном один негатив.
- Кстати я и познакомился с ним в такой ситуации.
- Расскажите, пожалуйста, что за ситуация, как вы познакомились?
- Я тогда еще студентом был. Однажды с девушкой в ресторане сидел. Там еще компания сидела, трое, какие-то блатные или шпана, кто их разберет, и такая же девица с ними. И какой-то парень интеллигентный худенький в очках, тоже с девушкой. Так эта компания сначала вела себя весьма неприлично, выражения всякие из-за их стола слышались, а потом они еще подвыпили и один из них начал нахально подкатывать к девушке того парня, что в очках. Этот парень пытался его отшить, но тут и друзья того хама подписались. Понятно, что силы не равны, уже дошло до того, что они зовут парня выйти поговорить на улице. Понятно, что у него никаких шансов нет против троих таких морд, а ведь у них и ножи запросто могут быть. И весь зал видит это и молчит, никто не хочет связываться. Я уже собрался вмешаться, здоровьем меня бог не обидел, как вдруг, вижу, один парнишка совсем молодой раньше меня с ними разговор завел. Это твой батя и был. Он тоже с девушкой сидел, а его девушка была в очках. Так он попросил у своей девушки очки, надел себе на нос и начал, дурачась, читать хулиганам нотацию: "как же вам не стыдно, молодые люди, в общественном месте, а еще комсомольцы, наверное, вот мы на вашу работу сообщим о вашем поведении" и тому подобное. Мне очень понравилось, как он себя ведет. Весь зал смеется, все понимают, что он просто развлекается, и что ему все равно, как они это воспримут. Они могли воспринять это как шутку, и это могло снизить градус агрессивности. Однако эти хулиганы набычились и теперь уже его начали звать выйти разобраться, похоже, мозги уже совсем залили. Он им отвечает: "если хотите со мной поговорить, молодые люди, записывайтесь на прием у моего секретаря, а сюда я пришел отдыхать, так что извините, но выйти с вами не имею возможности". Эти черти кулаки сжимают, но в ресторане начать драку не решаются. Один из них, постарше, лет тридцати, руки в наколках, похоже самый авторитетный в этой компании, говорит остальным: "садимся, пацаны, все равно никуда не денется, когда кабак закроется, мы его на улице отловим."
Я вижу, что батя твой не боится, и сила в нем видна, но их же все-таки трое. Я прямо подхожу к нему и говорю: "парень, если что, можешь на меня рассчитывать". Он жмет мне руку и говорит: "спасибо, друг, все нормально, я сам разберусь, давайте отдыхать, пока музыка играет". Но я все равно решил выходить из зала вместе с ним, потому что эта шантрапа весь вечер делала в его сторону угрожающие жесты, и было понятно, что без мордобоя не обойдется, а бросать его одного я не хотел, не в моих правилах такое.
Вот уже вечер близится к концу, официантки всех рассчитали, музыканты собирают аппаратуру. Тут твой батя встает, подходит к столику, где сидит это хулиганье, наклоняется к ним и говорит что-то, что слышно только им, после чего быстро делает несколько шагов, которые отделяют их стол от двери в вестибюль и скрывается за дверью. Эти уркаганы замирают на несколько секунд, а потом дружно вскакивают, как будто под ними вдруг раскалились стулья, и расталкивая друг друга, бегут за ним, а девица визжит им вслед: "дайте ему мальчики, вломите как следует". Я решил, что тяжело ему будет одному против троих, надо обязательно поддержать парня, и тоже побежал следом. Интересно, что тот парень в очках, за кого твой отец заступился, не испугался, вскочил и тоже побежал на помощь. Открываю дверь в вестибюль, а в вестибюле был поворот направо в коридор, который ведет в туалет, и из этого коридора уже доносятся звуки нескольких ударов и падения тел. Подбегаю, стоит твой батя, дует на кулак, а рядом на полу корчатся эти трое.
Мы тогда домой вместе пошли, я, твой отец, тот парень в очках и наши дамы. Захватили с собой еще выпить в буфете, посидели в парке, познакомились, пообщались, с тех пор друзья. Кстати, оказалось, что твой отец с этим очкастым парнем невероятно кстати познакомился, тот ему очень важную услугу оказал, (об этом не буду, так как не имеет прямого отношения к основному рассказу, но поверьте, очень важную услугу, отцовского лучшего друга спас).
- Ни фига себе, никогда бы не подумал, что он так может. А кстати, что он им такое сказал, что они так подорвались за ним?
- Извини, там не совсем приличная фраза была, а я же все-таки здесь педагог, а ты учащийся. Так что лучше ты у него спроси, захочет — сам скажет.
При первой же встрече с отцом я рассказал про наш разговор с директором комбината и повторил свой вопрос, что он сказал тогда этим босякам.
- Откуда я знаю, что их так взбесило? Ничего особенного я им, вроде, не сказал. Я вообще ни с кем драться не собирался. Да и в институт я тогда документы подал, через три дня первый экзамен, как я на него со следами мордобоя на своей харе приду? Просто моя тогдашняя невеста была слишком интеллигентная дама, все ой, да ой, как же мы теперь домой пойдем, да они же нас живыми не выпустят, да давай милиционера позовем. Милиционера позвать я, как ты сам понимаешь, никак не мог, но и драться с ними при даме я не мог, она же запросто в обморок могла грохнуться. Я надеялся, может выпьют еще и отстанут. А эта шпана все угрожает и угрожает. Вот и не оставили они мне сами другого выхода. Подошел к ним и говорю, со всем уважением, конечно, что вот, господа, вы вроде бы изъявляли желание со мной выйти и поговорить? Как раз сейчас я направляюсь в туалет, если желание разговаривать у вас не пропало, можете выйти за мной следом, там и поговорим (потом батя помолчал, махнул рукой, типа ладно, чего скрывать, взрослые люди), а заодно, если вам не трудно, и подержите меня за пипиську, пока я ссать буду. Похоже, что-то в моих словах им не понравилось, вот они и бросились. Никакой, наверно, из меня дипломат.

Я, к сожалению, не обладал такими талантами, как мой отец, но все-таки нашел способ сделать так, чтобы больше никто в нашей группе этого мальчика не дразнил.

43

Брат был в составе комиссии по узакониванию самовольных построек. К ним долго ходила женщина средних лет, пытаясь оформить какую-то пристройку к дому. Очень интеллигентная такая, терпеливая. Ей каждый раз высказывали новые замечания и отправляли за какой-нибудь справкой. Она всё внимательно выслушивала, скрупулёзно записывала в тетрадку и возвращалась через месяц, снова получала замечания, снова отправлялась за очередной справкой. Так продолжалось около года. А во время её последнего визита кто-то из комиссионеров, видимо по недомыслию, категорично заявил, что пристройка не может быть узаконена по такой-то причине. Женщина впала в ступор на пару секунд, потом обложила всех присутствующих и некоторых отсутствующих представителей власти трёхэтажным матом, швырнула в них документы, развернулась и вышла не прощаясь, громко хлопнув дверью. Первым пришёл в себя председатель. Он встал, собрал все листы и задумчиво произнёс, обращаясь к членам комиссии: "Придётся узаконить".

44

Однажды у меня дома звонит телефон. Снимаю трубку и слышу очень встревоженный женский голос:
- Можно такого-то?
- Я вас слушаю.
- Скажите, у вас есть автомобиль гос номер ХХХХХХХ?
- У меня был этот автомобиль, но это было давно, уже около 10 лет назад он снят с учета на утилизацию, а в чем дело?
- Дело в том, что из-за вашей машины у моего покойного отца арестовали квартиру! Поехала к приставам, они говорят, что он совершил на этой машине какое-то крупное ДТП, а квартира арестована в обеспечение иска. А мой отец ни разу в жизни не сидел за рулем, у него ни водительских прав, ни машины никогда в жизни не было (дальше всхлипывания и рыдания).

Ничего себе. Мало мне было проблем с этой тачкой! Дело в том, эта машина была какая-то заколдованная. С одной стороны, я ездил на ней на расстояния за 1000-1500 километров от дома, и в ней ни разу за все время дальних поездок даже лампочка не перегорела, за рулем этой машины я избегал казалось бы неминуемых страшных аварий в безнадежных ситуациях. С другой стороны, когда я решил ее продать, она начала ломаться то перед самым выездом на авторынок, то когда за руль сядет потенциальный покупатель, в общем сплошная мистика. В конце концов почти удалось продать ее одному мужику, но когда мы с ним приехали в ГАИ на снятие с учета, то обнаружилось, что на VIN номере под пассажирским сиденьем как-то умудрилась сгнить одна цифра, что автоматически влекло для меня кучу неприятностей, начиная с автотехнической экспертизы и т.д. (может быть кто-нибудь грамотный лучше меня опишет в комментариях, что меня ожидало, прояви гаишник принципиальность). Но гаишник попался сговорчивый, взял мзду и отпустил нас с миром, не составив никаких протоколов. Правда делать перерегистрацию на нового хозяина все-таки испугался. После небольшого дополнительного торга мой покупатель согласился все-таки купить эту машину без переоформления, "по доверенности". А через некоторое время он оказался виновником ДТП, и меня, как собственника автомобиля, на котором был причинен ущерб, вызвали в суд. В конце концов он рассчитался с пострадавшим, так что финансовых потерь для меня это происшествие не вызвало. Правда те несколько месяцев, пока он еще не расплатился, мне пришлось изрядно понервничать.
Так как машина в той аварии серьезно пострадала, новый владелец решил не восстанавливать ее, а продать на запчасти. Дал объявление, и в конце концов какие-то люди приехали и увезли этот автохлам на веревке. Впридачу он отдал им ПТС, свидетельство о регистрации, и естественно гос.номера. Я, может быть, никогда бы об этом и не узнал, если бы государство не изменило порядок уплаты транспортного налога. Раньше было так (автолюбители должны помнить). Хочешь пройти техосмотр - должен сначала предъявить квитанцию об оплате налога на траспорт. А если машина гниет в гараже или под забором и не ездит, то и никакого налога ты не платишь. А в начале 2000х этот порядок изменили: ГАИ посылает сведения о стоящем на учете транспорте в ФНС, а налоговая уже трясет автохозяев. Когда мне пришло уведомление об уплате налога, я сразу поехал к покупателю и тут-то и узнал от него, что ни машины, ни гос.номеров, ни документов у него уже давно нет, а никаких координат нынешних владельцев он не сохранил. Попросил меня снять ее с учета в утиль самостоятельно, но все же согласился компенсировать уплату налога, пока решится вопрос с утилизацией. Без документов и номерных знаков тачку снимать с учета в ГАИ наотрез отказались, из-за чего мне пришлось писать жалобы, а пока платить налоги на несуществующий автомобиль еще несколько лет. Но потом этот вопрос в МВД все-таки устаканили - установили такой порядок, что пишешь заявление об утере документов и гос.номеров и всё, получаешь долгожданную справку о том что твоего автомобиля нет в природе. Кажется, за это надо благодарить настырных пенсионеров и ветеранов, на имя которых оказались зарегистрированы тысячи таких же виртуальных, а на самом деле много лет назад сгнивших или сданных в чермет автомобилей, на которые давно были утеряны и техпаспорта и номерные знаки. Эти пенсионеры и забросали жалобами все инстанции. Короче, в МРЭО ГАИ меня заставили подписать заявление о том, что я утерял документы и номерные знаки, и что лично гарантирую, что эта машина никогда не появится на дорогах, после чего выдали бумажку о снятии транспортного средства с учета на утилизацию, которую я и понес вприпрыжку в налоговую.
И вот прошло еще 10 лет, а этот мистический автомобиль все-таки никак не хочет со мной расставаться.

Говорю этой женщине, что пока не знаю, о чем идет речь, но что я готов встретиться и привезти все документы, которые касаются этой машины, так как у меня где-то должны храниться копии.
Когда мы встретились и она начала внимательно изучать все бумаги, то обратила внимание, что человек, который купил когда-то мою машину по доверенности, является полным тезкой по ФИО и почти полным по дате рождения с ее покойным отцом (в дате рождения число и месяц совпадали, а год отличался на одну цифру, к примеру 1935 и 1975). Сразу все встало на свои места. Когда произошло то самое ДТП, то какой-то балбес судебный пристав, не разобравшись как следует и не обратив внимания на разные адреса, наложил арест в обеспечение иска на имущество не виновника аварии, а совершенно постороннего человека, просто имеющего похожие паспортные данные. Суд прошел, настоящий виновник ДТП возместил ущерб, а арест, как это у нас бывает сплошь и рядом, снять забыли. Дед благополучно дожил до своей кончины, так и не узнав, что его квартира арестована. А если бы он не умер и не понадобилось бы оформление наследства, то об этом никто не узнал бы еще много лет.

Я объяснил женщине, что ей делать дальше и разрешил снять копии со всех документов, так что думаю, она разобралась с этим вопросом достаточно быстро. Мне она, во всяком случае, больше не звонила.

45

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

46

Однажды в седьмом классе среди моих однокласников на переменке разговор зашел на тему об уголовном кодексе и преступлениях. Содержания разговора я не помню, да оно и не важно. Для этой истории имеет значение только то, что я вставил в тот разговор свою реплику, сказав, что у меня дома есть уголовный кодекс и я даже кое-что из него читал.
Сразу после этого разговора один мальчик, известный на всю школу двоечник, тупица и полная шпана, с которым мы до этого не просто не дружили, а даже и парой слов никогда не перекинулись, стал внезапно набиваться ко мне в друзья. Я был почти отличником и совершенно нормальным учеником по поведению, поэтому он был мне совершенно не интересен. До этого момента и я не представлял для него никакого интереса, даже просто как объект придирок. Это мальчишка был очень драчливым, все время к кому-то цеплялся, с кем-то дрался, кого-то обижал, правда меня он не задирал. Да, я был спокойным подростком, но на обиды умел отвечать жестко, поэтому мы с ним просто никак не пересекались. Учились в одном классе, но существовали в параллельных мирах. А тут он вдруг внезапно заметил меня, начал крутиться вокруг, лез с разными предложениями. Все липнул и липнул, как банный лист, так что в результате он все-таки умудрился попасть в мою квартиру.
В тот день ко мне домой пришли несколько мальчишек поиграть в настольный хоккей. Его я приглашать не собирался, но он все равно как-то просочился. Но если все остальные пришли играть и играли, ну или болели за играющих, то он первым делом разыскал в книжном шкафу толстую книгу страниц на четыреста, которая называлась Комментарий к Уголовному кодексу РСФСР, и начал сначала просто ее листать, а потом, видимо, не найдя сходу того, что искал, принялся внимательно штудировать. Видя его потуги, я сказал ему, что если его интересует что-то конкретно, то пусть не мучается, а просто скажет мне. Без проблем по оглавлению сейчас найдем ему все, что нужно. На это он как-то уклончиво ответил, что типа это он так, на будущее, чтобы когда-нибудь что-нибудь случайно не натворить, за что можно схлопотать наказание по этой книге. Но при этом пацан заметно волновался, да и глазки у него здорово бегали. Даже я, не самый наблюдательный подросток, и то заметил.
В тот день мы играли и в хоккей и в другие настольные игры до вечера, болели, шумели, в общем всем было интересно и весело. И все это время он, сидя на кресле в углу, волнуясь и сопя, перебирал туда и обратно страницы этой весьма сложной и скучной, тем более для такого как он, полного балбеса, взрослой книги. При этом он еще и старался обратить на себя как можно меньше внимания с нашей стороны. Но получилось как раз наоборот. Все присутствующие как раз обратили внимание на то, что сегодня он совершенно не похож на себя: тихо сидит в углу, молчит, никого не задирает, а главное и самое удивительное - читает! Читает, не отрываясь, несколько часов подряд. Если сложить все то время, которое этот парнишка за свою жизнь просидел над книгами, то наверно в сумме получилось бы меньше времени, чем он в тот день потратил на изучение этого толстого манускрипта. Я не помню случая, когда он нормально ответил бы у доски домашнее задание. А тут парня как прорвало, от книги, которая во многом посложнее, чем большинство учебников для седьмого класса, его было не оторвать.
Когда все расходились, он отозвал меня в сторону и тихо попросил дать ему эту книгу на недельку почитать. Мне было по-человечески приятно, что парень, которого я до этого считал, не буду стесняться этого слова, полным ничтожеством (урок выучить не может, творит всякие гадости, уроки срывает, на всех переменах дерется, кем его еще считать), вдруг взялся за ум и увлекся чтением, пусть даже и такой специфической литературы. Но в этой просьбе помочь ему я никак не мог. Я честно сказал ему, что вот на полках стоят Купер, Скотт, Дюма и другие книги, которые я могу ему дать, хотя и за них мне может влететь (книги-то были дефицитом и добывались с великим трудом), но только не эту, потому что это бабушкина книга, и она может ей в любой момент понадобиться по работе. Когда парень уже собирался уходить, было видно, что он очень расстроен. Хотя я не понимал причину, но мне стало его жалко, и я всунул ему в руку ближайшую книгу, которая мне попалась под руку. Если не ошибаюсь, это был роман Джованьоли о восстании Спартака (не уверен, но и не столь важно). Почитай, говорю, вот эту, может тебе понравится. Что интересно, он взял и действительно прочитал эту книгу, а потом начал ходить ко мне постоянно именно за книгами. Он перечитал многое из того, что у меня было. А было у меня довольно много, я и сам далеко не все свои книги нашел время прочитать. Причем он именно читал, а не брал книги, чтобы как-то влезть ко мне в доверие или по другой причире, я в этом убедился. Интересно, что как-то достаточно быстро он выдурился, перестал хулиганить, задирать слабых, стал лучше учиться, или правильнее будет сказать, просто стал учиться (раньше-то он не учился вовсе). Вообще достаточно быстро превратился в нормального цивилизованного ученика.
Друзьями мы с ним так не стали, но хотя бы стали уважительно относиться друг к другу, или, можно сказать еще и так, взаимно заметили существование друг друга и признали друг в друге личностей.
Но я немного отвлекся. Так вот, всегда, когда он приходил ко мне за очередной книгой, он обязательно брал с полки этот несчастный Комментарий и все пытался в нем что-то найти. Я всегда пытался выяснить, что же он все-таки ищет. Я же могу решить его проблему за минуту, так чего мучиться-то? Скажи, что тебя интересует, получи информацию и иди гуляй. Так нет, он всегда уклонялся от ответа, а в следующий раз снова начинал молча трепать этот бедный том.
И вот однажды, месяца через три-четыре, когда между нами уже установились достаточно ровные доверительные отношения, предварительно взяв с меня клятву о том, что я никому об этом не расскажу и не буду над ним смеяться, он спросил:
- Слушай, а за онанизм сколько лет дают? А то я так и не смог найти, слишком много страниц.
Оказывается, все это время его мучил именно этот вопрос. Бедняга искал ответ по всем главам и естественно не мог его найти. Но все равно он был уверен, что ответ обязательно должен быть. Не может же быть, чтобы настолько серьезное преступление, как дрочка писюна, оказалось неохваченным таким толстым уголовным кодексом, в котором есть все - и кража, и изнасилование, и измена родине и даже неоказание помощи судну, терпящему бедствие. Просто, может быть, этот ответ там зашифрован какими-то непонятными для него юридическими терминами, значение которых он не понимает в силу своей недоразвитости. Поэтому он искал его снова и снова, и только совсем отчаявшись найти самостоятельно (и в то же время получше узнав меня и убедившись, что я точно не подниму его на смех), решился задать мне этот вопрос. Услышав ответ, он сначала не поверил. Сказал, что я тоже не могу быть уверен, раз весь кодекс от корки до корки не прочитал. А может где-нибудь все-таки есть, просто надо получше поискать? Вот его мама, например, сказала, что за это дело сажают на пять лет в тюрьму. А его мама, между прочим, знает все, она передовик производства, и ее даже от ее фабрики выдвинули депутатом райсовета. Когда я его спросил, а при каких обстоятельствах его мама познакомила его с такой информацией, он опустил глаза и засопел.
Пришлось полистать с ним УК уже предметно, объяснив, что раз в той главе, где собраны все преступления, которые только можно совершить при помощи члена (а мы пролистали ее очень быстро), онанизма не наблюдается, то в других главах можно даже и не искать. Так что он может делать со своей пиписькой все, что прямо не запрещено в этой книге, без страха и со спокойной совестью, хоть гвозди ею забивать.
Только полностью убедившись, что ему ничего не угрожает, он счастливый ушел домой.

Кстати, постепенно он заметно прибавил в плане развития мозгов и стал себя лучше вести.
Трудно сказать, повлияло ли на него то, что он впервые в жизни начал читать книги, или просто парень сам с возрастом перерос свою детскую тупость и тягу к бабуинскому поведению, но он вырос совершенно нормальным, весьма приличным человеком, стал квалифицированным рабочим, женился, очень любил своих двоих детей.
Хотелось бы на этом и закончить. Но однажды (это случилось лет пятнадцать назад), его насмерть сбил какой-то пьяный водитель на пешеходном переходе, поэтому окончание, извините, будет грустное.

47

Народный врач Дегтярев
О его мастерстве хирурга, универсальности врача, рассказывали легенды, которые оказывались реальностью, и реальные истории, похожие на легенды.
Прокопий Филиппович Дегтярёв возглавлял Барановскую больницу три исторические эпохи – довоенный период, послевоенный и развитого социализма. С 1935 по 1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.
Предоставим слово людям, его знавшим.
Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.
В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.
Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.
Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, - к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, - в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…
Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.
Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.
Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.
В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: «Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти». Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, - работал конюхом. Даже оперировал «волчья пасть» и «заячья губа». Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба «нету» у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.
Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!
Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…
Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: «Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что».
…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры - анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…
Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, - два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.
Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.
Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…
А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.
***
Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.
Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: «С завтрашнего дня вы у меня работаете». Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина - прим. автор).
У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.
Люди сначала не понимали, - зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, - вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал - в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.
Вы понимаете, - что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.
Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, - всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.
Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал - мальчик пошёл.
…На столе у него всегда лежал планшет «Заслуженный врач РСФСР» и он выписывал на нем рецепты, назначения…
Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: «Юрий Алексеевич Гагарин в космосе!» Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.
40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас - они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!
***
Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы
Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.
Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью «За победу над Германией», юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, - Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.
После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.
Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.
Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.
Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.
Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…
Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.
Он был настоящий народный врач.
***
Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П.Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете «Наше слово» была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.
Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.
Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.
И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.
Но, получается, - в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

48

Приехав в Штаты в 98 году, я снял жилье у одного кадра. В Арлингтоне, это дорогой пригород Вашингтона, в пешей дистанции от Джорджтаунского университета. Собственно, даже не у одного кадра, а у малополноценной семьи, состоящей из деда и внука югославского происхождения (точной их национальности я не знаю). Имени деда я не помню, а сына Деннис звали. Владели они чуть ли не целым кварталом доходных домов в районе станции метро Роззлин.

Домики были кирпичные, трехэтажные, вполне приглядные снаружи, но, боже, что было внутри! Комната, которую мне вежливо предоставил Деннис за 395 долларов в месяц, была красиво оформлена надписями "Fuck you Denny" и наскальной графикой. В общей ванной комнате заметно провисал пол. Кухня соответствовала, причем делить ее приходилось с людьми из соседних комнат, с такими, с кем я бы в несумеречном состоянии разума при менее стесненных обстоятельствах не поселился бы никогда. И ведь вроде не маргиналы были - один студент, другая девица, приехавшая из Западной Вирджинии для покорения капитолийского холма. Да, не суть.

Так вот, Деннис со своим дедом по всем прикидкам были не то что миллионеры, они были мультимиллионеры.

При этом они жили в деревянной надстройке над одним из своих доходных домов.

Контракт я подписывал с дедком. Точнее процедура подписи выглядела так - я подписал какие-то бумажки, копию от которых мне дедок категорически отказался дать, а оригинал спрятал в сейф. Сразу сообщил, что платить за ренту я могу только наликом (ну, понятное дело, ему так от налогов уклоняться проще). Взял залог в сумму первой ренты и первую ренту.

И пустил меня наслаждаться. Я насладился в первый же день, по дури включив встроенный в окно кондиционер. Тот радостно заурчал и примерно через пять минут превратил мою комнату в парилку. Я тогда не особо расстроился, один черт все время на работе проводил.

Отдельно я удивился, когда пришел платить в следующий раз за свои хоромы. Деньги принимал дедок. Я ему дал двадцать двадцаток, который тот аккуратно пересчитал и убрал все в тот же сейф. На мой робкий вопрос о сдаче в пять долларов тот буркнул что сдачи у него нет, равно как и не будет расписки в получении денег, поскольку у него закончились бланки.

Ну, за прожитый в Штатах месяц я уже кое чему научился, поэтому вежливо предложил дедку побеседовать с моими коллегами на предмет легальности не выдавания чека. Дед повелся, что-то про обнаглевших понаехавших побубнил, но чек мне все-таки выписал.

Вот так я и жил восемь месяцев.

На втором месяце, правда, наскальная живопись в комнате и парообразующий кондиционер меня достали, и я сделал ремонт. Своими силами, само-собой, это не сложно. А в июне я от этих уродов сбежал в Мэриленд, только залог за комнату обратно попросил.

Думаю, понятно, что удивляться мне было особо нечему, когда я получил ответ, что залог пойдет на санитизацию моей комнаты.

Да и пес с ним, на самом деле.

Но вот через какое-то время я получил новую работу в Сан Франциско, а там народ, сдающий квартиры, ох какой капризный. Вынь им да положь свою жилищную историю, иначе хрен что снимешь.

И пришлось мне к югославам опять на поклон идти.

В этот раз меня принимал Деннис. Он сразу понял, о чем я веду речь, и также моментально выдал, что подпишет любую мою бумажку за 500 долларов.

Я понял.

Бумажку ему прислал по почте, с копиями квитанций всех платежек за то время, что у него жил, и с датированными фотографиями жилья. Само же письмо, собственно, не Деннису предназначалось, а налоговому управлению и еще парочке организаций, где я подробно описывал, как Деннис с дедком уклоняются от налогов, и в каком состоянии содержат сдаваемое жилье. С моей припиской, что пока это только копия для их рассмотрения, но по адресу она уйдет незамедлительно.

И вот тут случилось рождественское чудо, не смотря на то, что до Рождества было еще далеко. Я, буквально в тот же день, получил от Денниса нотариально заверенное подтверждение о том, что был аккуратным плательщиком за жилье на протяжении всех месяцев, что снимал у него комнату, и! - чек на сумму моего залога, о чем я даже не мечтал.

Вот такие вот мультимиллионеры мне в начале моей американской биографии попались.

Кстати, совсем недавно по тому району проезжал, ничего от берлог Денниса и его дедка в этом районе не осталось. Стоят симпатичные, ухоженные домишки, вокруг ходят симпатичные, довольные жизнью люди.

Совершенно очевидно, что не Деннисовой полусемейки эта теперь собственность.

Одно обидно, написать больше там негде: "Fuck you, Denny!"

49

Свежак.
Катался сегодня на велосипеде, уехал далеко от Краснодара. Тут жажда напала, в рюкзаке есть бутылка с водой, но зачем она, когда поспела вишня? Подъехал к дереву на обочине, ем вишню да косточки поплёвываю.
Мимо дедок идёт древний, седой, как лунь. Остановился, разговорились о погоде, рыбалке и т.д.
Я собрался ехать дальше, как дед выдал под занавес такую историю. Далее от его имени (немного окультурю и уберу матерщину).

В нашей станице тоже был колхоз. Загнали всех из-под палки. Я с 30-го года рождения (87 лет, выходит, деду?) и с батькой постоянно в колхозной конюшне пропадал, когда дома было нечего делать. И вот, как-то поехали мы на подводе в Динскую за каким-то грузом. На обратном пути решили передохнуть, напоить лошадь и съехали на берег Кочетов, а сейчас Кочеты текут по другому руслу, не в том месте немного.
Я полез за вишней на дерево, а батька, напоив лошадь, решил подремать в тенёчке и крепко заснул.
И тут я вижу, что по дороге пешком идёт новый председатель, склочный тип, поставили его к нам из Ростова, никто его не любил. Увидел он, что лошадь колхозная в поле пшеницу ест, подбежал к отцу, разбудил его и стал кричать, что по закону "семь-восемь" он батьку на расстрел отправит, чтобы другим бездельникам было неповадно. Потрава - дело нешуточное!
Приехали мы обратно, вечером отец был чернее тучи. Меня родители отослали на двор и отец сказал матери, что из Краснодара приезжает какая-то комиссия и председатель наверняка нас выдаст, а за это или 10 лет минимум или расстрел. Поэтому лучше он сам председателя убъёт первый. Его тут все ненавидят и милиция концов не найдёт! Тут матушка и говорит отцу: пусть, мол, Игнатка сходит в правление и посмотрит, кто приехал к председателю. Всё равно тот новый и Игнатку не запомнил.
Позвали меня в хату и отправили затем в правление. Прибежал я туда, весь вечер слонялся вокруг да около, но никто так и не пришёл, один председатель сидел дотемна, считал на счётах и перекладывал бумажки, потом выпил стакан самогонки и пошёл домой.
Я решил за ним проследить, но через пару домов он обернулся, и сказал, что давно меня заметил и узнал - это я сидел на дереве и ел вишню, когда лошадь потраву устроила и батька спал. И приказал передать родителям, что только из-за меня он не будет давать делу ход, жалко такого смышлёного парня, т.к. меня бы отправили в детдом.
Так я спас председателя от смерти и отца уберёг от греха. А потом началась война и в 42-м пришли немцы.

Вот такая история. Зарисовка из жизни.
Не знаю, верить или нет. Про "семь-восемь" гуглите сами.

50

(Рассказ моего отца. Привожу по памяти…)
В 1963 году отца послали в Алжир в командировку, учить арабов стрелять из пушек. Место было дефицитное, но у отца был блат, ещё с академии.
Жена ехала с ним, захватили и меня шестилетнего ребёнка. (Был ещё и старший брат, но он остался у родственников в Москве).
Шесть лет – интересный возраст! Не помню ни одного имени, ни одной фамилии, но в памяти остались миллион картинок: «море птиц, гнёзда прямо кустах… мы, «юные разведчики», копаем подкоп на полигон… подкоп обваливается!.. матч СССР – Алжир; помню счёт, и даже помню, кто забил: Численко… и т.д. т.д.» Детские воспоминания очень яркие и запоминаются на всю жизнь!
Мы – «военные советники», их жёны и дети – жили обособленно в военном городке. В коттеджах. На окраине второго города Алжира – Константины. Жёны занимались хозяйством и огородом. Дети играли, целыми днями. Мужья – «учили».
Так вот! Там как раз в это время случился переворот. Тогда ихнюю шишку Бем-Белу, попросил пойти на фиг, тогдашний министр обороны Бумидьен. (Отец, кстати, лично, его хорошо знал. Он, как - «по профилю», регулярно заезжал на полигон. Ручковался с отцом. Инспектировал, как идут дела…)
Но! Что НЕВЕРОЯТНО???..
Буквально за ПОЛ МЕСЯЦА до переворота… Впечатление, что ВСЕ, просто – ВСЕ… знали, что он случится! «Даже солдаты «забили» на учёбу! «ДА КАКОГО ЧЁРТА! Всё равно же всё скоро переменится!..»»
Просто, куда не зайдёшь?... «Уборщица, которая убирает в коттеджах… Смотрит и улыбается как-то странно… Продавец мелочью на базаре: «- Ну что? «Халас» вам скоро русским будет!.. «Домой, «Россия», тю- тю!..»»
Всех это изрядно напрягло!
И вот – свершилось! Бем-Белу арестовали (сидит под домашним арестом), главным стал Бумидьен. Масштабная «пертрубация», однако!
Занятия в городке, естественно, прекратились. Городок закрыл ворота. Начальник гарнизона постоянно набирает номер посольства, Москвы и так далее… «Нет связи! Отключили»!
Что делать? Решили послать делегацию – человек пять – непосредственно в столицу, в «Алжир», Выяснить вопрос на месте. В состав делегации вошёл и мой отец. Сели на машину и поехали…
Долго- коротко ли… с приключениями или без… добрались они до посольства!
Там, обстановка… последнего дня Помпеи! Бумаги летают по коридору… ошарашенные секретарши бегают! А среди всех выделяется один: коротышка, с взъерошенными волосами… Глаза на выкате, абсолютно не вменяем, бегает, орёт на всех… просто персонаж палаты N6!
«- Кто это?»
«- Да, посол!»
«- А чего он так переживает?»
«- Ну как это что! Это же провал миссии! Конец карьеры, всего…»
И тут посол наконец обратил внимание на прибывших. Подошёл. Перекинулись парой фраз…
И тут… дёрнуло же одного из членов делегации сказать…
«- Так Вы о перевороте?? Так мы уже о нём две недели как знаем. Там у нас, в гарнизоне, все только о нём и говорили! Все, просто, места себе не находили… как на иголках!..»
«- ТАК КАКОГО ЧЁРТА НЕ СООБЩИЛИ!» - завизжал посол бешеным голосом, и чуть не набросился с на говорившего с кулаками…
Мне кажется замечательный «ремэйк» романа Маркеса «Объявленное убийство». А то ещё и надо разобраться, что чей «ремейк»! И что раньше было: «события» или «роман»! Но, в любом случае, резюме: «ВОСТОК, ДЕЛО ТОНКОЕ!»