Результатов: 22

2

Женщина в горах встречает снежного человека и говорит:
— Давай жить вместе.
— Зачем?
— Я буду готовить для тебя пищу.
— Я ем сырое мясо.
— Тогда я буду стирать одежду.
— Зачем мне одежда, шерсть спасает меня от холода.
— Тогда я буду любить тебя.
— А это еще что такое?
— Пойдем в пещеру, там объясню.
— Ой, ой, ой, — простонал обалдевший снежный человек, вылезая из пещеры.
— А я, дурак, им орехи колол.

3

Мечты сбываются.

В беззаботном советском детстве я отдыхал с мамой в Абхазии. Море, пальмы, фрукты. После Воркуты это была сказка. В этой сказке я заболел с высокой температурой и огромными фурункулами. Акклиматизация! - безапеляционно заявила суровая абхазская женщина-доктор в поликлинике. И я уныло лежал в комнатке и читал абхазские сказки. Сказки были суровые. Там главный герой летел на орле, которого надо было кормить в полете, и когда запасенное мясо кончилось, герой отрезал его от своей ноги. Хозяин большого дома, в котором мы снимали комнатку, был большой веселый абхазский милиционер Сергей. У него была совсем молоденькая жена, не говорящая по русски, которую он привез с гор, чтобы держать в кулаке. Вечером все вместе смотрели во дворе по телеку итальянский детектив. Там бравые карабинеры палили из автоматов по плохим парням. "Хорошо им"-завистливо вздохнул Сергей-"а нам за каждый пистолетный патрон кучу объяснительных писать". Милиционерам тогда не давали ни автоматов ни палок. Каникулы закончились и больше я там никогда не был. Мама с новым красавцем-мужем ездила туда через пару лет. К тому времени у хозяев было двое детей и уже жена держала Сергея в кулаке, после какой-то мутной истории.
Прошло лет тридцать пять. Мама давно развелась. Ее бывший муж давно умер. И в прошлом году мама снова съездила в Абхазию. Из знакомого дома вышла суровая абхазская женщина.
- Вы меня конечно не помните - сказала мама.
- Ты с севера приезжала с красивым мужем - сказала суровая абхазская женщина и улыбнулась.
- А где Сергей?
- Погиб. На войне.

4

О, Грузия!

Сразу два события случились вчера, об одном знают многие, о другом - лишь некоторые: курс биткоина превысил двадцать тысяч долларов и я был на выставке грузинских художников-экспрессионистов. Перехожу сразу ко второму пункту, потому как первый всем и так ясен и понятен, очередной психологический уровень битка находился на уровне двадцать тысяч долларов, в понедельник ждем небольшого отскока, а затем уверенно идем к новому уровню - двадцать пять тысяч долларов. Второй пункт менее интересен для широкой публики, нет, я не про великих грузинских живописцев, я про себя. Вне всякого сомнения, обо мне скоро заговорят, хотя, конечно, не так как о биткоине - сказать, что я смогу собою затмить первое цифровое золото, значит сказать неправду.
В этот вечер луны на небе не было вовсе - именно в такие вечера и проводят выставки грузинской живописи. Картины великих мастеров вальяжно расположились на стенах маленького по размерам, но не по значимости арт-ателье с кричащим птичьим названием. Поклонников таланта грузинских живописцев было достаточно - если бы кто-нибудь из присутствующих случайно обронил яблоко, упасть ему было бы негде. Но яблок не было, виноград, бананы, канапе, стручковый перчик халапеньо, мандарины с косточками и глинтвейн в кастрюле с поварешкой, да, конечно, читатель, бывший там вчера, меня поправит, было грузинское вино! - но только не яблоки.
Я, оказавшись волей случая и по приглашению милейшей хозяйки этого островка изобразительного искусства, прибыл в назначенное место, опоздав на сорок пять минут. Место мне нашлось сразу у входа, с правой стороны, оттуда ничего не было видно и оно выгодно пустовало. Кто не знает - я непризнанный гений, писатель, и совершено случайно прихватил с собой двадцать своих книг. Как я уже сказал выше, место у входа было стратегическое, выгодно останавливало людей, желающих освежиться, и взгляды некоторых, как мухи на мясо с душком, небрежно падали на стопку зеленых, как сукно игровых столов в казино Лас-Вегаса и Монте-Карло, книг и вместе с хозяевами тут же исчезали. Насвистывая веселую мелодию, я ждал сумасшедших, отважившихся взять в руки мое произведение. Прошел примерно час, не больше, сумасшедших, как я и подозревал, на выставке не оказалось совсем, зато я услышал, как отчаянно стучит поварешка по дну пустой кастрюли, где еще недавно плескался так и не успевший остыть алкогольный напиток.
Отдельных любителей искусства начало прибивать людской волной к берегу современной литературы в моем лице. Я, как заправский рыбак, вытаскивал добычу на берег и открывал их удивленному взору свою душу, компактно размещенную на трехстах трех страницах зеленого чудовища в коленкоровом переплете. Будучи экономистом по образованию, я знал запрещенный прием, с помощью которого намеревался распространить все двадцать принесенных с собой экземпляров. Я их раздавал бесплатно! Это работает, уверяю вас, бесплатно берут даже рекламные кусочки совершенно несъедобной колбасы и, что самое удивительное и непонятное, эту колбасу еще и едят. Моя же книга совершенно не способна так сильно отравить человеку жизнь, в крайнем случае ее можно использовать как растопку, что само по себе уже большой плюс. Но мы увлеклись технической стороной вопроса, возвращаемся к незаслуженно оставленным, но отнюдь не скучающим гостям.
Картины светились изнутри. Особо тянущиеся к свету гости трогали руками холсты великих художников, пытаясь даже сковырнуть кусочек-другой, забрать, так сказать, с собой частицу грузинского солнца и радушия, как выразился один мужчина приятной наружности с офицерской выправкой и шерстяным шарфом на шее во время интервью местному телевидению, да, он так и сказал - грузинское тепло и радушие, я почему-то это запомнил. Телевидение то и дело выхватывало зазевавшихся гостей из толпы и с пристрастием, под дулами телекамер, допрашивало на предмет данного мероприятия. Я отчаянно жался к своим книгам в надежде остаться незамеченным, но и меня постигла участь - или, может быть, честь, сказать сложно, точнее, невозможно - интервьюируемых.
Плохо помню, что именно я нес на камеру, скорее всего полную чушь, за минуту до этого я съел целиком перчик халапеньо (все что осталось из угощения), по этой причине преимущественно широко открывал рот, жадно глотая воздух. Журналист, проводивший опрос, молодой, лысоватый, со сверлящим взглядом, в белом вязаном свитере с высоким воротником, понял меня правильно и что-то шепнул милой женщине-оператору с рваными коленями на джинсах. Оператор улыбнулась мне своей прекрасной улыбкой и развернула камеру вместе со своим изящным телом к изрядно подвыпившему мужчине средних лет, крепкого телосложения, с редкими волосами на голове и с зачаточной, еще только-только приобретающей необходимые форы и пропорции эспаньолкой (это такая короткая бородка вычурных очертаний). Из его уст полилась богатая средствами художественной выразительности пьяная речь, не несущая смысловой нагрузки, но плавная и даже убаюкивающая.
Я зевнул, прикрыв для приличия рот ладошкой. Передо мной неожиданно возникло несколько фактурных женщин, очень милых, пышущих жизнью и духами, щедро расточающих совершенно искренние улыбки. Узнав, что помимо самой книги можно получить автограф, они поинтересовались у меня, где, собственно, прохлаждается сам автор и сколько можно брать книг в одни руки. Улыбки на лицах сменились глубоким удивлением, когда я откашлявшись сообщил, что автор перед ними. Дамы на всякий случай заглянули мне за спину и, никого там не обнаружив, молча взяли по одной книге, очевидно, чтобы меня не обидеть, и, шушукаясь и оглядываясь, ушли к фуршетному столу.
Начало положено, стопка книг стала немного ниже. Потом подошла молодая пара и совершенно культурно попросила меня подписать книгу. Очевидно, они слышали мою беседу с дамами, и это избавило меня от унизительной процедуры представления самого себя. Я пожал руку юному обладателю моей книги и искренне пожелал удачи в семейной жизни.
В помещении стало просторнее. Все оставшиеся после трех часов работы выставки любители живописи сгрудились в правом углу у окна, там же стоял высокий резной деревянный стул, на котором восседал человек в коричневом кожаном пальто с лисьим воротником, длинные волосы как бы небрежно падали на его плечи. В целом он был похож на короля Лотарингии задолго до переименования этих земель в герцогство. Коренастая женщина, невысокого роста, в синем бархатном платье, протирала тряпкой запылившиеся фрагменты его верхней одежды. «Король», не будучи красноречивым, что-то неохотно цедил сквозь зубы, не особо балуя информацией своих слушателей. Поодаль кружила камера, словно опасаясь заглядывать в заветный угол.
Гости, досконально ознакомившись с живописью, искали дальнейшего удовлетворения своих потребностей в духовной пище, и, так как мои книги стояли в очереди духовных продуктов сразу за холстами великих художников, я неожиданно получил бурный и устойчивый спрос. Рука неустанно раздавала автографы уважаемым художникам, общественным деятелям, журналистам местных газет, двенадцатилетним детям, одному представителю городской тусовки (так он представился), пьяный гражданин с эспаньолкой, давший длинное и невразумительное интервью, с бегающими глазами спросил меня, люблю ли я женщин. После этих слов женщина в обтягивающем лиловом платье, очевидно спутница пьяного Сократа, хмыкнула и предложила после прочтения моей книги провести творческий вечер, потому как у нее уже сейчас (после прочтения оглавления) возникли вопросы по поводу моей претензии на классиков. Я охотно согласился, молчаливо, как лошадь, кивнув головой. Вот это успех!
«Король» из своего угла незаметно исчез, трон опустел, а вместе с ним пропала и свита, картины наполняли пустой зал приятный светом, было как-то очень хорошо на душе, даже не хотелось никуда уходить, книги все до одной разобрали.

5

Любовь и Авиация.

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. В прошлом месяце охотники набрели на обломки самолета, висящего кусками на деревьях, который пропал в 2008 году, под обломками растасканные зверями человеческие кости - отец с сыном, искали их тогда долго, и вот нашли спустя девять лет.

Итак, жила-была девочка Сара и была у нее мечта летать. Не то чтобы как птица, а управлять самолетом. Судьба пронесла ее как мимо военной авиации, так и мимо гражданской и Сара получила профессию бухгалтера. Вышла замуж, родила сына – все как у всех, но мечта летать осталась. В 35 лет Сара все-таки получила заветную лицензию на управление легкомоторным самолетом. Самолет поначалу арендовала, летала с инструктором, потом без чтобы налетать нужное количество часов и набраться опыта. Наконец годам к 40-ка Сара и ее муж Джон купили в кредит небольшой подержанный самолет типа Кукурузник на 4 посадочных места. Вот тут-то и начинается сама история.

Аляска большая, но ничьей земли нет. Земля либо федеральная, либо племенная, либо штата, либо города, либо частная – у всех свои законы как эту землю защитить и живность на этой земле всячески охранить. Выйти просто так поохотиться не получится, надо получить разрешение на сезон и на вид дичи (лось, олень, медведь, рысь, горный козел и т. д.). Сервис предлагается огромный. Можно снять частный охотничий домик на пару-тройку дней или неделю или на сколько денег не жаль, нанять проводника-профессионала, зафрахтовать небольшой самолет или катер.

Чтобы было дешевле, веселее и безопаснее, Джон пригласил троих друзей на охоту. Сняли охотничий домик на берегу озера, закупили продуктов на три дня, заправили самолет. По договору, Сара доставила охотничью экспедицию на место стоянки на своем гидросамолете и должна была забрать всех в определенный день.

На Аляске главными конкурентами охотников являются медведи. Их тут три вида: черные, бурые, и белые. Гризли – это подтип бурого медведя, они более агрессивные, хотя и бурые далеко не мишки-гамми. Черные медведи от людей стараются уйти, но любят лазить по мусоркам. Поэтому все мусорные бачки на Аляске имеют «противомедвежьи» замки, если плотно не закроешь бачек, можно, выйдя из дома, напороться на картину «Три медведя ужинают без Машеньки» прямо на твоем дворе. Штраф городу заплатишь нехилый! А если им понравится, они будут возвращаться снова и снова. Нет-нет, пристрелить низзяя! Бурые и гризли строго охраняют свою территорию, но на людей не охотятся (в большинстве случаев). Белые - те жрут всех, кого встретят и кто не успеет убежать.

Джон и его товарищи по охоте могли каждый застрелить не более шести оленей в день. Но олени конечно тоже не дураки стоять и ждать пока их пустят на колбаску, их еще надо выследить, не-за-мет-но к ним приблизиться, выстрелить, и попасть. Самая сложная часть заключается в «незаметно». Незаметно идти по тайге очень сложно – там все против человека, то ветка под сапогом предательски хрустнет, то приходится через кустарник лезть напролом с ружьем и рюкзаком, то белка начинает орать над головой: «Понаехали тут!» и хочется пристрелить на месте горластую тварь. Олень услышит и учует вас еще до того, как вы заметите его белый хвостик, и тихо уйдет в сторону.

Вторая проблема, после того как вы пристрелили оленя – наши старые друзья медведи. Черные медведи просто пойдут за охотниками подъесть то что выбросили при разделке туши. Бурые и гризли идут на выстрел как на приглашение к обеду – кормильцы приехали! Поэтому охотники или быстро разделывают тушу на месте и быстренько оттуда сваливают или уносят тушу к месту разделки, но тоже быстренько. Здесь почти каждый охотник расскажет вам историю встречи с бурым медведем, который «случайно» выбрел на полянку, где охотники разделывали оленя минут через двадцать после выстрела. При этом охотники счастливы, если медведь просто даст им возможность уйти. Туша оленя достается хозяину тайги.

На этом проблема с медведями не заканчивается, они же обладают уникальным обонянием и чуют свежее мясо за мили, поэтому они часто ошиваются около охотничьих домиков и доставляют массу неприятностей охотникам. Как-то по утру охотник вышел до ветру справить малую нужду и в середине процесса из-за угла охотничьего домика вышел бурый медведь, шумно вдохнул запах вражеской мочи на вверенной ему территории и недовольно рыкнул. Так и бегал охотничек вокруг домика, ухватив штаны одной рукой и зажав детородный орган в другой как эстафетную палочку. Только медведю та палочка была не нужна, он хотел взять приз целиком вместе со мокрыми штанами. Олимпийские игры были преждевременно прерваны болельщиками, затащившими полумертвого фаворита гонок в домик. Медведь потом еще долго ходил кругами, пробуя на прочность двери, требуя выдать обидчика и метя территорию. Естественно в тот день никто на охоту не попал.

Когда Сара прилетела забирать охотничью экспедицию, оленье мясо было упаковано в специальные кулеры (такие мини-холодильнички из прочной пластмассы), по количеству кулеров она знала вес груза, который был предварительно оговорен и рассчитан. Но было одно но, вернее два, а именно две неразделанных оленьих туши. Это был перевес и Сара мягко отказалась брать на борт лишний груз. Охотники попытались ее переубедить, но Сара не соглашалась.

Слово за слово между пилотом и охотниками завязалась перепалка, в которой Джон принял сторону друзей-охотников. Сара пыталась объяснить, что озеро небольшое и «разбег» довольно короткий, подъем вверх резкий, что ели аляскинские очень высокие, и если они заденут ель, то у медведей будет праздник с человечиной на десерт, а дома куча детей останется сиротами, включая сына Сары и Джона. Четыре уставших небритых и озверевших от охоты и крови мужика ничего не хотели слушать, но Сара лишний вес не взяла. Пока самолет разбегался по воде, охотники печально провожали глазами две одинокие оленьи туши, оставшиеся на берегу озера. По возвращению, Джон выехал из дома в течение недели и в течение следующего месяца подал на развод.

Передо мной сидит приятная молодая женщина по имени Сара. Она рассказывает мне эту историю, стараясь не плакать, но слезы все равно нет-нет катятся по щекам. Я не знаю как ее успокоить, мне нечем ее утешить, впереди ее ждут многие месяцы разводного процесса. Я спрашиваю: «Если бы тогда на озере ты знала, что твое решение разобьет твой брак, ты бы взяла на борт тех оленей?» «Нет - отвечает Сара, - я не имела права рисковать жизнями людей и своей жизнью». «Ну - говорю я, - тогда ты все сделала правильно. Жизнь у тебя одна и маму твоему сыну никто не заменит».

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. Что-то мне подсказывает, что Сара никогда не пополнит эту печальную статистику (тук-тук-тук три раза по дереву).

6

- Какая связь между обязательностью головных уборов для женщин и строительством небоскребов?
- Нет ни одного вразумительного ответа на вопрос, зачем оно надо.

Головные уборы бывают разными. В Лондоне по отелю шла неземной красоты девушка в развивающейся абайе, из-под которой отчетливо виднелись идеально стройные ноги в узких черных брюках и потрясающих босоножках. Идеальный макияж. На холеных руках перстни. По сравнению с лыжницей в Скандинавии она была практически раздетой, хотя и с покрытой головой. Мне только интересно, на горнолыжный шлем надо сверху платочек повязывать, чтобы никого не оскорблять?

Иордания. Мы оказались там в самом начале войны в Сирии. На границе с Израилем были слышны разрывы снарядов, так что поездка началась, мягко говоря, бодряще. Когда нас погрузили в автобус времен моего детства, стало понятно, что танк жив, пока он в эксплуатации. Гид – сказка. Свободно говорил, по меньшей мере, языках на четырех, включая русский.
Больше всего беженцев из Сирии приняла Иордания. Правительство выдало людям все, что могло – палатки, но выгонять женщин и детей под пули не стало. Население страны тут же чуть ли не удвоилось, но ситуацию контролирует армия.
Больше всего поразили в Иордании люди. Спокойное, достойное поведение. Как человек православный могу сказать, что настоящие мусульмане в моем понимании – иорданцы. В отличие от некоторых держав, которые все норовят свернуть на путь религиозного тоталитаризма при населении, которое продолжает нервически реагировать на европейских женщин, мечась между восторженными присвистами и порывами закидать камнями, в Иордании женщина из Европы может чувствовать себя спокойно. Иностранных туристов там не обижают. Фабрика мозаики, на которой можно заказать рукотворное произведение искусства от небольшого панно до большого стола с доставкой на дом, поразила воображение кропотливостью труда ее работниц.
Старый Амман. Представьте себя в центре холмистой местности, на которой, куда только ни глянешь, везде хаотично разбросанные крохотные белые домики. Ни одного деревца, только километры белых, плотно прижатых друг к другу домишек. Это была зима, но летом там под 60. Головные уборы в таких условиях необходимы, чтобы скрыть отсутствие доступа к воде. Любая нормальная женщина через неделю жизни без воды безо всякого принуждения соорудит на голове произведение искусства из ткани.
Живя в сложных климатических условиях и умея выживать в них (мне хватило заслушать часть правил поведения при встрече со змеями и скорпионами, чтобы окончательно убедиться, что вечно серое небо осенью и зимой все-таки лучше), иорданцы спокойны и приветливы. На предмет религиозной обидчивости там все в порядке.

Израиль. Прежде всего, это очень богатая страна, в которой принято вести себя скромно и не выставлять достаток напоказ. Вокруг война, нищета и ужас, а израильтяне при высоких зарплатах предпочитают не раздражать соседей произведениями высокой моды и дорогими машинами, на которые у них денег вполне достаточно. На небольшой территории они создали оазис труда и учебы. Это ж как надо любить историю, ценить культуру и понимать международную обстановку, чтобы всей иудейской страной охранять от взрывов Мечеть.
Лица лиц, изучающих Священные Книги, в моем понимании больше похожи на лица английских лордов такими, какими они должны быть – они аристократичные. Вопреки расхожему предубеждению, что женщина, родившая много детей, обязательно становится толстой, многие жены жителей Иерусалима тоненькие и изящные. Видимо, усилия по образованию пяти-восьми детей сжигают все калории. Живут в крохотных по нашим меркам квартирках, возраст которых страшно назвать. Подозреваю, что у нас такое жилье снесли бы за «ветхостью».
В долине, в которой по преданию произойдет последняя битва добра со злом, израильтяне выращивают бананы. Каждая связка упакована в целлофановый пакет, чтобы птицы не склевали. Лучшей насмешки над теми, кто считает нашими ближайшими «родственниками» обезьян, придумать сложно.
Хрюшам топтать Святую Землю не положено, и израильтяне соорудили деревянные настилы, чтобы копытца к Земле не прикасались. Кормить поросей кроме как апельсинами там нечем, поэтому израильская свинина пахнет апельсинами. Апельсиновое мясо – это оригинально.
Жилье в основном малоэтажное. Несколько высоток, но они не доминируют. Самые дорогие районы – самые древние, в которых квадратный метр стоит астрономические деньги, а то и в принципе никогда не продается, особенно чужакам.

Европа. На хороших европейских курортах дома обычно не выше 5-6 этажей. По площади многие квартиры очень маленькие. И это новое элитное жилье на первой линии от моря.

Зачем в России на месте пятиэтажек, пусть и панельных, возводить многоэтажные халупы, в которых люди всегда рискуют сгореть заживо при пожаре, а пожарники всегда вынуждены рисковать своими жизнями? Зачем разрешать бизнесу возводить дикие конструкции, которые могут стать общей могилой десятков тысяч людей?

Нет ни одного разумного ответа на вопрос, зачем замуровывать женщину с ног до головы в тряпки и зачем возводить небоскребы. Русская народная сказка про то, как молодец девицу из высокого терема вызволял – она, случаем, не про пожарников? Нарядить красную девицу в кокошник и сарафан, посадить на 101-этаж, а потом проявить чудеса смекалки и доблести, ее оттуда вызволяя.

Не нужны на Руси небоскребы.
Люди должны в человеческих условиях жить и работать.

7

Обычное утро коммунальной квартиры номер четыре

Автор: Александр Гутин

Мама, оно не хочет! Оно не влезает и не хочет!
-Мусечка, вы бы шоколад в мясорубку еще с фольгой засунули! И зачем вам мясорубка, когда есть терка?
-Розалия Моисеевна, вы такая умная, что у вас скоро мозг пойдет носом! И что вы все время смотрите в чужие стороны, когда у вас борщ? Варите свой борщ и я вас не спрашиваю.
-Муся, Розалия Моисеевна права, шоколад надо поломать на кончики, а потом тереть на терке, зачем тебе мясорубка?
-Ну, так я ей и говорю, зачем ей мясорубка, только ваша Муся это не Муся, а какой-то бендюжник, кричит и хамит пожилой женщине.

-Розалия Моисеевна, у вас борщ, идите его солить и не думайте, что вы самая умная, а вокруг мебель!
-Вот видите, она опять, ваша Муся! Приличные родители, надо же...
-Мама я хочу какать!
-Левочка, подожди, я тру шоколад, у меня грязные руки.
-Мама я хочу какать, я сейчас покакаю прямо на половик!
-Муся, идите усадите ребенка в уборную, вы что боитесь измазать шоколадом его дрек? Я только позавчера выбивала половик!
-Мама я хочу какать! Мама я хочу какать!
-Оу, Муся, иди уже усади Левочку, я потру твой шоколад!
-Семен Иммануилович, вы что опять в уборной? Выходите, тут ребенок хочет!
-А почему вы думаете, что я не хочу? Я только зашел!
-Так вы всегда хочите, а ребенок только иногда. И вы уже со вчерашнего дня там живете и не выключаете за собой свет!
-Мама я хочу какать!
-Семен Иммануилович, если Левочка покакает на половик, вы сами будете его нести в химчистку, выходите из уборной, я вас умоляю!
-Ша! Я уже выхожу! Я так не могу, тут не дают спокойно жить и умереть! Это же не возможно!
-Семен Иммануилович, тут после вас мухи летают мертвыми и не жужжат! Что вы такое кушали, Семен Иммануилович?
-Муся, когда вы будете ходить в уборную фиалками, я вам сразу сообщу, а пока не делайте мне беременной голову и усадите уже своего Левочку какать!
-Муся, тебе тереть весь шоколад или половину?!

Было обычное утро коммунальной квартиры номер четыре в доме по Зеленой. Муся Шнейдерман и ее мама Хана Абрамовна готовили шоколадный пирог, Розалия Моисеевна варила свой борщ, а Левочка, сын Муси и внук Ханы Абрамовны хотел какать.
Именно в это обычное утро коммунальной квартиры номер четыре, сын Розалии Моисеевны, Йося, вошел в парадной майке белого цвета и в синих тапках на ногах на кухню и сказал:
-Мама, вы как хотите, но я так больше не могу, мама!
-Ай, Йося, не делай мне голову, ты видишь я занята и варю борщ?
-Я так больше не могу, мама, и я хочу сказать, что я женюсь.
-В смысле ты так больше не могу и хочу сказать, что ты женюсь?
-Я, мама, женюсь, я хочу тебе это сказать и так больше не могу.
-В смысле, ты женюсь и хочешь мне сказать и так больше не могу?
-Мама, прекратите повторять моих слов! Я именно это и хочу вам сказать! Мне двадцать шесть лет и я имею право!
Розалия Моисеевна положила ложку на стол, выключила газовую конфорку и тяжело опустилась на табурет.
-То есть ты женишься?
-Да, мама, я женюсь.
-То есть ты вот так вот женишься на женщине?
-Да, мама, я решил. Я женюсь на женщине, потому что на мужчине никто не женится.
-Это еще как сказать- вклинилась в разговор Муся.
-Муся Шнейдерман, если ты не замолчишь свой рот, я сделаю тебе первую группу инвалидности вот этим борщом и мне не будет жалко полкило говядины, которые там плавают!-парировала Розалия Моисеевна- То есть ты, Йося, все решил?
-Да, я все решил, мама, и даже не спорьте.
-То есть ты все решил, Йося, а мама может уже ничего не решать? И кто эта шикса, что ты на ней решил?
-Ну, почему сразу шикса, мама? Она хорошая девушка с работы.
-Хорошие девушки не работают на трикотажной фабрике. Там работают шиксы, а хорошие девушки сидят дома и жду пока на них женится хорошие мальчики из приличных семьи.
-Но мама, она правда очень хорошая, мы ходили с ней в драмтеатр и в горпарк кататься на карусели и кониках! Ее зовут Танюша Гапоненко, она живет в общежитии, она …
-Ша! Вы слышали? Гапоненко! Ее зовут Гапоненко из общежития! Мы Фельдман, а она Гапоненко! Конечно, она хорошая, она очень хорошая! Она видит стоит неженатый мальчик из хорошей семьи, воспитанный и одетый в приличную рубашку, так она сразу охмурила и сделал себе личную жизнь!
-Мама, подожди...
-Так мало того, этому шлимазлу больше не нужна мама, которая всю жизнь только и делает, что его любит как свуою жизнь и здоровье, одевает как английского лорда, делает гефелтифиш, который не пробовал сам Леонид Ильич, так зачем ему любить такую маму, когда у него есть Гапоненко, гойка, которая ходит в драмтеатр и катается на кониках!
-Мама, ну хватит играть театр, ты же не в кино! Я женюсь и все!
-Значит я умру. Иди женись, делай что хочешь, на Гапоненке, на Шмапоненке, хоть на негритоске из колоний, мне все равно, я умру и у тебя не будет никакой мамы и тебе будет хорошо.
-Мама!-неожиданно твердо произнес Йося- Я женюсь. Все. До свидания.

На свадьбе Розалия Моисеевна не произнесла ни слова. Когда гости начали расходиться, она молча встала, и поджав губы удалилась в комнату, плотно прикрыв за собой дверь, поэтому так и не увидела, как молодожены уезжали в общежитие, где решили жить после свадьбы.
Несколько раз Йося с женой пытались утрясти конфликт, приходили в гости к Розалии Моисеевне, но она только молчала и не притрагивалась к принесенному торту.
Йося очень переживал, удивлялся неприступности мамы, а потом, с горечью констатировал факт того, что она сдавать позиций не собирается и визиты прекратил.
-Муся, вы бы поговорили с Розалией Моисеевной, это же надо устраивать такую трагедию из Гамлета, Йося так переживает, так переживает, что даже похудел и плохо кушает- говорила Зина Хаскина.
-А что я могу сделать? Это же не женщина, а железный Феликс. Можно подумать у нее не один сын, а целая футбольная команда «Динамо»...
С Розалией Моисеевной о сыне никто заговаривать не решался, обходя деликатную тему, а сама она при упоминании его имени мрачнела и принималась нарочито громко звенеть тарелками.

Прошел почти год. Был теплый майский вечер. Возле гаражей играли в домино Зелик Абрамович, Боря Лифшиц и Вася Калюжный. Мальчишки галдели, сидя на пожарной лестнице. Зина Хаскина громко рассказывала что-то по большому секрету жене доктора Шварца Гите Самуиловне, а сам доктор Шварц читал газету на балконе и слушал как дудит репетицию Шуберта на трубе за стеной Сема Зильберман.
Но вдруг двор словно накрыло ватой. Звуки стихли. Костяшка домино застыла в воздухе, зажатая в ладони Васи Калюжного, мальчишки, как по команде перестали галдеть и замерли, раскрыв рот, Зина Хаскина споткнулась на полуслове, а доктор Шварц прекратил шелестеть своей газетой. Даже труба Семы Зильберманы что-то невнятно продудела и замолчала.
Розалия Моисеевна, вешавшая на веревку пододеяльник, удивленно оглянулась и увидела в арке дома своего сына с женой. В руках Йося держал большой сверток, перевязанный голубой лентой.
Под гробовое молчание, переминаясь, Йося нерешительно приблизился к маме:
-Вот, мама. Я так больше не могу и хочу сказать. Хоть ты и может этого не хочешь, но это твой внук Миша, который мой сын. Просто Таня говорит, что ты должна на это посмотреть и познакомиться, потому что вы родственники.
Розалия Моисеевна молча взяла сверток из рук Йоси и заглянула в него.
-Миша?
-Миша. Но если ты не хочешь знакомиться, то он не виноват.
Розалия Моисеевна плакала.
-Мама, прекратите плакать, мама почему вы плачите?
-Идите в квартиру, я напеку оладушки, что вы проглотите язык и все зубы....

-Мама, оно не хочет! Оно не влезает и не хочет!
-Танюша, так порубайте мосол, кто же ложит в мясорубку мясо с мослами, я вас умоляю!
-Муся, смотрите в свою сторону, вас забыли спросить!
-Так Муся права, Таня, мясо надо порубать- сказала Розалия Моисеевна и сняла с плиты кастрюлю с компотом.
-Мама, я хочу какать!
-Подожли, Левочка, у меня руки грязные! Это не ребенок, это цорес майне грейсе!
Было обычное утро коммунальной квартиры номер четыре в доме по Зеленой.

8

Ребёнок был тогда совсем маленький. Ну, не совсем, совсем. Еще не ходил, но умел ползать со скоростью таракана а, ухватившись за решетку своей кроватки, скакал как хохол на Майдане.
Думаю, что между шестью месяцами и годом, точнее мне сейчас не вспомнить. Моя очередь с ним сидеть, он уснул, а я в соседней комнате включил телевизор. Ученая тётя рассказывала о пользе вегитарианства. И так это убедительно у нее получалось: дескать наши далекие предки питались исключительно растительной пищей, и, поэтому мясо для нас - яд. От него все болезни и проблемы. А еще мясо в то время - хрен достанешь, и очереди. Слушаю внимательно, но про ребенка не забываю. Все родители знают, что тишина в детской комнате - это не повод расслабляться.
Решил проверить - как там? Заглядываю, и вдруг над кроваткой резко появляется голова и делает хватательное движение ртом - ам!
Во дела! Нет никаких сомнений - этот ангелочек с льняными кудряшками хочет меня съесть! И кто же это? - я у вас спрашиваю. Не, ну не у вас, конечно, я у себя тогда спрашивал:
-Олененок?
-А может хомячок?
-Нет, наверное, зайчик?
Такие, блин, козлики-зайчики нынче пошли: хитрый, безжалостный, кровожадный зверюга сидел в засаде, поджидая жертву, потом набросился на нее, разорвал на части и сожрал.
Ну, разорвать на части пока слабО, маленький еще. Это он все понарошку, типа игра такая. А игра то откуда? Не в зайчика ведь игра и не в обезьянку - игра в хищника и агрессора. Я с ним в нее не играл.
-Может быть его мама научила? Так она до сих пор вздрагивает, когда на экране кого то убивают. Даже, если это совершенно никому ненужные и неинтересные охранники главного злодея. Когда я бокс смотрю, просто выходит из комнаты. Тарантино - ненавидит. Ты же интеллигентная женщина - говорю - с тонким художественным вкусом, у тебя абонимент в филармонию и членство в музеях. Ты не обязана его любить, но хоть попытайся понять шедевр великого режисера. Ничего не помогает. При том, что не кисейная барышня, не японской средневековой любовной лирикой занимается - реальные кровь и страдания каждый день видит на работе.
-Может кошки с собаками? В последнее время стало много няшных видео на интернете, где собаки учат малышей основам жизнедеятельности. Ползать, например.
Но у нас не было домашних животных.

Теперь я реально у вас спрошу: зачем сидеть в засаде, чтобы потом собирать ягодки и копать корешки?

Не, я понимаю, что это не научно - делать глобальные заключения из разрозненных наблюдений за единственным объектом. Вполне вероятно, что где то растут маленькие мальчики, которые представляют себе как они нашли морковку, или набили щеки отборным зерном, или выковыривают ягель из под снега.
Но мысль о естественности вегетарианства как рукой сняло.
Может быть, когда внуки появятся, они будут другие и меня переубедят.

Да, напоследок, - совершенно нормальный спокойный мужик вырос. Дрался иногда в детстве - а кто из нас не дрался?

9

Первые десять лет жизни он был просто Кот. Сильная, наглая тварь серо-коричневого окраса, с плотной длинной шерстью, сбившейся на боках в вечные колтуны. Непроходящие глубокие царапины на морде и изодранные в лохмотья уши придавали ему совершенно бандитский вид. На просторах нашей старой и запущенной квартиры он, как гордый и свободный нохча, жил грабежом и разбоем. За ее пределами не брезговал и насилием. Требовал соблюдения прав и клал свой маленький, но изрядно натруженный %уй, на все обязанности. Будучи центровым по району, он немилосердно пи%дил всех окрестных котов, совершенно неадекватно отвечая на малейшие поползновения в свою сторону. Порой казалось, что в него вселился несгибаемый дух великого каратиста Масутацы Оямы, именно с таким неистово-киокушиновским напором бросался он на всех соперников, сметая их, разметая в пух и прах даже мысли о каком-то сопротивлении.
Имя у него появилось лишь тогда, когда подросла дочь, и назвала его для унификации Тима, так же как и тещиного домашнего засюсюканного уйобка, вечно ссущего под диваном. Кот же был суров. Принимая меня за равного, жену и дочь он определенно ставил ниже себя в семейной иерархии и относился к ним со снисходительным презрением. Малая, подрастая приняла такой расклад как есть , жена же, получив в руки штурвал управления мною, попыталась было с наскока подмять под себя и Кота. Однако, %уй.
Натыкаясь в финальной стадии бурного медовомесячного соития на угрюмо насупленный, как у седьмой бэхи, полуприщур, сквозь который Кот брезгливо наблюдал за хозяйской потной возней, она каждый раз смущалась, и прервавшись на полуфрикции запахивалась в простыню, требуя убрать это наглое животное . Добившись нужного результата Кот задрав хвост уходил сам.
Гордость никогда не позволяла ему просить, он всегда или требовал или брал с боем. Заботливо положенная женой в чистую мисочку еда заветривалась и пропадала. Голодный и злой, он снисходил до участия в семейном обеде: усевшись перед столом на свободный табурет клал голову на стол и закрывал глаза, демонстрируя полное безразличие к происходящему. Но стоило отвлечься лишь на секунду – из под стола стремительным хуком вылетала растопыренная, с выпущенными когтями, лапа и неуловимым движением выхватывала с ближайшей тарелки котлету или сосиску. Такую же точно, как в его миске. Заслуженно получив от меня увесистого пинка, он не выпуская добычу пролетал юзом кухню и прихожую и с грохотом врезавшись в дверь ванны как ни в чем не бывало поднимался и гордо задрав хвост шел обратно, чтобы у моих ног спокойно съесть честно заработанный кусок. Мы, несмотря ни на что, уважали друг друга, но и правила тоже надо было соблюдать. Закон есть закон.
Он был из первого помета соседской кошки. Первый помет как говорят всегда самый сильный. Три серых дымчатых и один грязно-коричневый. Наглым он был с рождения – в то время как другие котята ,найдя свободную сиську затихали и насыщались, он возмущенно пищА ползал вокруг мамаши, игнорируя свободные соски, до тех пор, пока не отгонял кого-нибудь из братьев и не занимал его место.
Рыба была его страстью. Любая: жареная, вареная, соленая, мороженная, протухшая. Но особенно живая. Еду он добывал виртуозно. Как опытный футболист при подаче углового, сломя голову летел на звук открываемого холодильника и путаясь под ногами пытался в суматохе реализовать розыгрыш стандарта. Ни один факт изъятия чего-либо съестного не приходил мимо его нарочито безразличного взора. Все забытое или оставленное хоть на минуту становилось его законной добычей. Поэтому мясо и рыба путешествовали по дому в короткий пас, как шарик у базарного наперсточника, не оставаясь неприкрытыми ни минуты.
Рыба же его чуть не сгубила. Спи%див как-то ночью у соседей через открытую форточку отрезанный хвост здоровенного, килограмма на три чебака, он припер его конечно же домой, и попытался съесть на ковре в гостиной. Банкет закончился тем, что одна из костей, застряв в горле, проткнула ему пищевод и трахею. Я нашел его около шести утра в забившимся под кухонный уголок. Изо рта шла пена, и сам он был похож на рыбу-шар. Часть выдыхаемого воздуха через дырку поступала под кожу, и Кот надувался буквально на глазах.
Было утро субботы. Ветеринарка в этот день работала с 12-ти. Нужно было срочно принимать меры.
Роль спасителя была возложена на соседку – 75 летнюю еврейку, гинеколога в отставке. Разбуженное ни свет ни заря, бабушко-божий одуванчик с голубыми волосами немного поворчало, но отказать не смогло. Тщательно, по Спасокукоцкому-Кочергину , вымыв желтые костлявые ручонки, и надев резиновые перчатки, потухшее светило отечественной гинекологии уверенным шагом победителя вошло на кухню.
-Котик, открой-ка ротик.
В руке ее в лучах восходящего солнца блистало полированной нержавейкой нечто, напоминающее формой одновременно утиный клюв, большую прищепку и мужской уд.
Врожденная сметливость подсказала мне, что данный прибор можно смело назвать пи%доскопом. Мои подозрения косвенно подтвердила жена, которая ойкнула, покраснела и стыдливо спряталась в ванну. Удивленный подобной ретирадой Кот небезосновательно решил, что сейчас это устройство, видевшее пи%д больше чем интернет-эксплорер, будут совать ему в рот, и перешел к активной обороне, нанеся несколько глубоких царапин своей потенциальной спасительнице. Бой завершился техническим нокаутом и за явным преимуществом одной из сторон. Пока бабулька, желая Коту различных долгих и мучительных смертей, залечивала боевые раны, я через трипи%дыприятеля нашел таки телефон девченки – ветеринарши. Договорились на девять.
Ветеринарка в нашем городе представляет собой большой кирпичный ангар дореволюционной постройки с бетонным полом. Посреди помещения вмонтирован станок для садомазохистских игрищ с крупным рогатым скотом. За хлипкой ширмочкой стоит обитый металлом стол. Это операционная. Очередная спасительница являет собой полненькую молодую перепуганную девицу, к тому же из моей школы, но лет на пять помладше.
- Меня зовут Лена, и ты мне будешь помогать - заявляет она –Крови не боишься?
- Боюсь конечно, а что делать то…
К этому моменту Кот заполнил собой всю спортивную сумку , в которую был посажен для транспортировки и ее пришлось разрезать. Вколов ему во внутреннюю поверхность бедра какую-то хрень, Лена убежала готовить «операционную».
- Он сейчас отрубится, и заноси.
Кот не отрубался . Через пять минут укол повторили. Потом еще. Наконец через полчаса, когда Лена, по ее словам вкатила уже дозу для теленка, страдалец отправился таки в царство Морфея.
Меня начало подташнивать сразу, как только она стала привязывать кошачьи лапы к столу. Ненавижу медицинские запахи. Распластав кота пузом кверху она заставила меня держать его голову , а зама засунув глубоко в пасть пинцет вытащила оттуда здоровенную зазубренную костомаху.
- Этого мало. Нужно его сдуть и обязательно зашить трахею. Я буду резать, а ты держи шею. Можешь не смотреть.
Легко сказать держи шею – Кот к тому времени стал похожим на надутую резиновую перчатку, и понятие шеи было у него столь же относительно, как понятие талии у Лены. Пфииииить – легонько раздалось из кота в тот момент , когда она сделала первый надрез. Я почувствтовал дующую снизу в лицо тоненькую струю воздуха, почему-то пахнущего свежей рыбой. В тот же миг я добавил к нему густой аромат вчерашнего борща и утренних котлет, веером расплескав их вокруг операционного стола.
-Все? Как ни в чем не бывало поинтересовалась Лена – а теперь сдуваем.
И мы стали в четыре руки сгонять воздух к разрезу на горле, так как будто сдували матрас на пляже. После того, как Кот стал похожим на сдувшийся шарик (или гондон - кому как нравится), началось самое интересное – ОПЕРАЦЫЯ!
По моим ощущениям, когда на преддипломной практике резали котов - у Лены были месячные, ну или там аборт. Тему эту она пропустила. В общем, поиски трахеи превратились в поиски клитора у экипажа подводной лодки. Если б не моя смекалка- искали бы до сих пор. Мылом,- говорю,- помажь! Где пузыри будут, там и дырка.
И блеванул еще раз. Но уже в лоток с инструментами, по культурному. А потом вдруг вспомнил, как у Булгакова про трахеотомию читал. Режь, говорю глубже.
Нашла…
Кот в этот момент не знаю с чего начал приходить в себя и метаться на операционном столе, укусил Лену, умудрился освободить задние лапы и снес ими на пол все инструменты. Затем изодрал мне все руки и попытался встать. Несгибаемая русская женщина, оттолкнув меня, грудью придавила к столу беснующегося и всадила ему еще дури. Или святой воды, не помню, потому что мне стало плохо…
Той же ночью, Кот получил от жены погоняло Черч – в честь приснопамятного котика из кладбища домашних животных Кинга. Часа в три ночи, несущаяся сломя голову и ноги в туалет, супружница была встречена ковыляющим, пошатываясь, на негнущихся ногах шарообразным существом , издающим булькающее- каркающие звуки.
Начался отходняк и кота пробило на хавчик. Пожрав, он забрался к нам на кровать и принялся вылизывать мне руки. Впервые за всю новейшую историю. Подозреваю, что это было проявление благодарности. Немигающие глаза его при этом были широко открыты и на них были видны прилипшие волоски и кусочки мусора. «Каждый человек сеет, что умеет и пожинает плоды»(с)
Надуваться Кот потом конечно постепенно перестал, но мяукать так не научился. А злополучный тот рыбий хвост он на следующий день таки нашел и доел, для него это было делом принципа. Ибо путь воина – это путь смерти.

10

В далёких 90-х. Славный город Бердичев.
Иногда, довольно часто ходили пить пиво и на костре поджаривать шпикачки. Это типа сосисок, но как бы мясо присутствовало и не в цвет туалетной бумаги.
Покупаем с Брониславом шпикачки, как обычно в магазине, недалеко от вокзала.
Небольшая очередь. Шпикачки в ящиках. В одном ящике они какие-то сморщенные, маленькие, незаполненные.
Перед нами стояла женщина с дочкой, а перед ними еще одна. Продавщица ей на весы положила из ящика последние, нормальные. И женщине с дочкой из следующего ящика, там, где размеры поменьше на весы положила. Женщина - "Ой, мне пополнее..."
Продавщица из другого ящика положила, и в довесок маленькую сантиметра 3.
Бронислав мне на ухо шепотом: "Это для дочки...".
Меня начинает разбирать смех, анекдот тогда про огурцы был в ходу (Вам какого размера огурцы? - Мне все равно, мне на салат.)
Теперь наша очередь. Продавщица возьми и ляпни: "-Вам какие, пополнее или потоньше?"
Я, давясь от смеха - нам все равно, мы их жарить будем!

11

Сентябрь 2009г, Турция, Алания, деревня Конаклы, отель SiaBird.
Русская женщина с ребёнком спрашивает у повара: сегодня мясо на обед будет?
повар: будет, будет.
женщина: А какое? Баранина?
повар: баранина, баранина.
женщина (говорит своей дочери): Отлично! Зоя, пошли.
повар: пошли, пошли.

12

Приключения Бориса.

Когда прошел переходной возраст, и Борис из мальчика переродился в настоящего мужчину, кровь в нем кипела как вода в радиаторе после трех часовой езды по жаре. Весь свой рацион он разделил на две категории, как он говорил «холодное» и «горячее». К холодному относилось то, насколько я понял, что не давало калорий, а именно овощи и фрукты. К горячему все то, что буквально сжигало его. Он старательно употреблял в пищу только вторую группу. Он давился, но ел курдючное сало, мясо и домашний хлеб на молоке. Он обожал халву. Он мог поедать арахис до тех пор, пока не начинали отваливаться уши. В прямом и переносном смысле этого слова. Однажды Борис так наелся арахиса, что за ушами у него возникли гнойники, я думаю от переизбытка в организме арахисового масла и спермы.
Все что мы делаем в этой жизни, несомненно, влечет за собой последствия. Когда уровень мужской энергии достигали высочайшей отметки и его флюиды начинали развеиваться в воздухе на квартал, Борис выходил на охоту. В таком состоянии, с красными глазами и гноящимися ушами он мог пойти за любой представительницей прекрасного пола, куда угодно, когда угодно, и за что угодно. Борис не брезговал ничем. В такие дни, создавалось такое ощущение, что его мышление отключалось, а мозг давал только один сигнал, воспроизводить себе подобных.
В один прекрасный день, когда Борис коротал свои вечера в окружении матери и своей тетушки, как вдруг зазвонил телефон. Борис поднял трубку и его друг, находящийся на другом конце провода, коротко поведал ему о Борис, что имеет в распоряжении двух прекрасных девиц очень похожих на семнадцатилетних Николь Кидман и Монику Беллучи, и согласных в этот вечер на все ради шоколадки. От таких слов Борис немножко присел и закатил глаза. Он четко и ясно понял, что он потребует от них, взамен на этот шоколад. Он как никогда знал, что он хочет, и как он это хочет.
Мозг начинал отключаться, так как вся кровь, стала уходить в другой, жизненной важный, орган. Надо было думать, как выбраться из дома быстро, шустро, и без подозрений. Поэтому Борис подпрыгнул, на лету оделся в куртку, обулся, и уже спускаясь по лестнице, крикнул удивленной маме, что он… уезжает в соседний городок за товаром для коммерции.
Борис шустро спустился по лестнице, не касаясь ногами земли, и влетел в машину, в которой сидел друг и две очаровательные самки, которым он хотел рассказать, как много арахиса он съел. Случайно ли, или умышленно, но в тот момент, когда Борис уже сидя в машине, шепотом определялся с другом кому какая собеседница достанется на вечер, его телефон отключился, и связь с миром пропала…
… А тем временем.
Мама Бориса и тетка стояли на балконе пытаясь понять, что же такое произошло, и что заставило их сына вылететь из дома быстрее пули. Мама, глядя с балкона, только увидела, как ее сын молниеносно вылетел из подъезда, прыгнул в машину, хлопнув дверью, машина дерзко тронулась с места и укатилась в темноту. Они попытались дозвониться до него, но как я уже говорил, трубка была отключена. Мама, приложив указательный палец к губам, крутила в голове последнюю, брошенную Борисом фразу, что он поехал в соседний городок за товаром для коммерции. Потом сопоставила факты, и, вспомнив, что ее сын не занимается коммерцией, поняла! Ее сына повезли убивать! Это открытие настолько потрясло ее, она поделилась со своей сестрой, и та только подтвердила ее ход мыслей! Надо было, что-то предпринять, что-то делать!

Этим же днем, только чуть по раньше этого происшествия я встретил своих старых товарищей. Мы очень обрадовались встрече, и вот один из нас, предложил убежать из этой городской суеты, из этого шума к нему домой, поужинать и просмотреть парочку фильмов, в общем, очень даже мило провести время. Все были тремя руками «за». И вот мы направились к нему домой, смеясь, весело толкая друг друга, и попутно забегая в магазины, чтобы купить все необходимое, для поддержания чудесного вечера. С нами были очаровательные девушки, но в отличии от Бориса, мы собирались провести время действительно культурно. Вечер был прекрасен, а я что бы меня никто не побеспокоил, не сообщил никому, где я буду проводить этот вечер и с кем.
Вот мы все ввалились в уютно обставленную квартиру. Накрыли на стол, и, включив кино, вжались в кресла, и шепотом делились впечатлениями о фильме. Фильм назывался «Звонок». Я смотрел его в первый раз. На улице глубокая ночь, зима, и по всему городу нет электричества. Я смотрел с широко раскрытыми глазами, так как мне действительно было жутко. И вот, когда очередная волна мурашиков кошмара пробегала от головы до ног, около меня зазвонил телефон. Телефон, был тяжелый. Сталинский. Произведенный в советское время, и туда вставляли, те же звонки, что и на пожарном депо. Как принято писать в таком жанре «Сказать что я обосрался- это ничего не сказать», но я не буду выражаться вульгарно, скажу что уровень моего страха действительно дошел до уровня не произвольной дефекации. Я находился к телефону ближе всех, и с каждым очередным звонком волосы на моем кожаном покрове вставали дыбом все выше и выше. Если быть честными, то испугались все. На экране показывали девушку с длинными черными волосами, которая ползала и противно шептала, - «семь дней…». Телефон звонил. Девушка на экране ползала, как бы ожидая, когда я подниму, трубку что бы сказать свои противные слова. Все нервно улыбались, даже хозяин квартиры, так как ему прежде никто не звонил в три часа ночи.
Сам хозяин квартиры отвечать на звонок отказался, мотивируя это тем что, находился слишком далеко от аппарата. После очередной партии будоражащего звонка, я медленно, дрожащей рукой, вспоминая всю свои жизнь и долги, взял трубку. В трубке послышался знакомый до боли голос. Женщина спрашивала хозяина квартиры. Я спросил кто это. Это была мама Бориса. Я сказал кто я, и женщина громко заплакала, рассказывая мне, как зверски был убит ее сын. Гора спала с моих плеч. Я начал успокаивать плачущую женщину, и приходить в себя. Она поведала мне все, что произошло в этот вечер. Я приблизительно точно догадался о месте нахождения, и рода занятий Бориса на данный момент, но как скажешь это консервативной женщине, которая верит, что ее сын еще слишком маленький, и его половой орган используется исключительно, что бы справлять малую нужду. Я не стал спрашивать, как она нашла меня, кто ей дал телефон хозяина квартиры, и как она вообще узнала о моих планах на вечер. В то время у меня не было мобильника, и найти человека было сущей проблемой. Поэтому, то, как она меня нашла было и остается для меня тайной покрытой мраком.
Я посидел с минуту. Посмотрел на накрытый стол, на друзей, которые, укутавшись в теплые одеяла, смотрели интересное кино. Я тяжело вздохнул и начал одеваться. Мне предстояло выйти на мороз и топать добрых пять километров в ночи, на поиски Бориса, который в данный момент использовал на практике все то, что просмотрел в фильмах для взрослых.
Я шел, грубо матерился, и представлял, как бы я ворвался в комнату, где проводил досуг мой друг, и смачно пнул бы грязным ботинком по дергающимся ягодицам Бориса. Но я не знал, где происходит этот развратный вечер Содома.
Я не пошел напрямую к Борису, а пошел в обход, добавив еще пару километров, что бы зайти к другому, общему с Борисом товарищу, Назиру. Я поднялся на третий этаж, посмотрел на часы. Время показывало три часа ночи. Набрав в легкие воздух, Я постучал в дверь. Назир открыл дверь в одних трусах с испуганным, заспанным лицом, и, ежась от холода, спросил меня, не потерял ли я рассудок. Я спросил его, где на данный момент находится Борис. Назир в ответ несколько раз подергал бедрами взад и вперед. Я сказал ему что, так и думал, и поведал ему всю историю, случившуюся за этот вечер. Он громко высмеялся и пожелал мне удачи. Спускаясь по лестнице, я представлял, как Назир сейчас зароется в теплое одеяло и крепко заснет. Я готов был убить Бориса.
Когда я добрался до квартиры Бориса, я понял, какое у них горе, уже в подъезде. Мама Бориса громко причитала, и ее плачь, поддерживали сестры, прибывшие по ее зову помощи. Я толкнул дверь, она была открыта. Панихида по Борису шла полным ходом. Я в очередной раз выслушал причину смерти Бориса, и искренне пожелал, что бы это было правдой. Конечно, не могло бы быть и речи о Борис, что бы говорить правду. Мама Бориса бы пожелала, что бы правдой было то, что ее сына нет в живых, нежели узнать о позорной реальности порочащих их добрый род. Я прошел в комнату и сел на матрасик, что бы оплакивать друга. Тем временем мама обзванивала очередных родственников, что бы сообщить им столь печальную весть. Звонки с соболезнованиями сыпались как из рога изобилия. Я так думаю, что все дяди, услышав эту весть и причину ее домысла, догадывались о правде насущной, понимая, чем сейчас занимается Борис, и, делая серьезный вид, закуривали, мечтая оказаться на месте племянника. Говорить правду они тоже не решились. Вот она мужская солидарность. Я бы на месте Бориса бы пошел пожать каждому руку, за понимание и сочувствие.
Тем временем, Борис продолжал водить своего коня по лонам разврата, слава в городе о нем крепла и крепла. Уже под утро, наплакавшись и наслушавшись около трехсот видов смертей Бориса, я пошел домой. А через некоторое время, Борис шагал домой, и не знал что он знаменитость.

Как мама встретила воскресшего сына, как он прогнал всех оплакивающих его гостей, как она его ругала, и что он ей наплел в ответ, я не знаю. В это время, я, ужасно вымотавшись за всю ночь, тихо засыпал. Но известно то, что когда на следующий день он вышел в город, почти каждый встречный спрашивал, подмигивая глазом, как он вчера провел время, и советовали ему в следующий раз говорить маме, что он собирается переночевать у них, дабы избежать излишних переживаний мамы, беспокойства города, и зависти дядей…

13

На автобусной остановке сидит женщина и увлеченно рассказывает окружающим ее людям о наболевшем:
- Мы с мужем только что из супермаркета. По акции взяли крупы, сахар, картошку, мясо.Вообще, по акции покупать очень удобно: и деньги экономишь, и время. Мы так берем продукты, средства личной гигиены, косметику, бытовую химию. Видите на мне эта блузка, тоже по акции взяли и еще мужу мокасины.
Собравшиеся дружно поворачивают головы в сторону молча сидящего мужа ораторствующей женщины. Одна из женщин завистливо замечает:
- Хороший у вас муж: спокойный и молчаливый. Где вы такого взяли?
Муж поднимает голову и грустно произносит:
- По акции.

14

О вреде сладкого.

Эта история произошла давно, когда моей доченьке было около трех. Смеюсь до сих пор. Девочка моя была нормальным таким ребенком: в меру подвижной, в меру послушной, в меру любознательной... общительной такой. Но был страаашный недостаток: ела она просто отвратительно! Накормить ее было просто нереально. Песни-пляски-сказки никак не помогали... Ну, это - отдельная история...
Однажды мы с дочерью поехали в гости к ее Крестной. Женщина накрыла приличный столик, сидим с ней общаемся, закусываем. Дочуня - в рот ни кусочка! Ну совсем ничего! Наступило время чаепития. Мясо, колбаску и салатики на столе сменили сладости. И мой ребенок оживился... Конфеты, пирожные, печеньки исчезали у нее во рту со страшной скоростью - глотала не пережевывая. Крестная - женщина не жадная, но тарелочки и вазочки повыше поставила. А на вполне справедливое возмущение своей крестницы ляпнула: "Будешь есть много сладкого - попа слипнется!" Не подумавши так ляпнула...
Вечерело... Засобирались домой. Едем в автобусе. Путь не близкий. Всю дорогу девочка моя сидит вся такая грустно-загадочно-молчаливая, в окно смотрит. Я забеспокоилась. На мои вопросы... что случилось? ты обиделась? у тебя что-то болит? ... она молча отворачивалась к окну. Приехали. Перед сном надо ребенка помыть. Включаю воду, раздеваю, ставлю ее ванную. Дочь отклячивает попу, пятится назад и подставляет ее под струю. В глазах ужас: "Мама, посмотри ....уже СЛИПЛАСЬ?!?!?!"
Фу-ты-нуты!!! (выдохнула я) и бодро так: "Не боись, дочунь!! Сейчас размочим!"
Дитя уснуло со счастливой улыбкой на лице...

15

Мясной отдел, где при тебе и фарш из указанного мяса прокрутят, и соответственно любой на выбор кусочек откромсают. И магазин-то не плохой, но видимо рубщик был не в духе. Как потом выяснилось, что не в духе – это так, для дамочек нервно реагирующих на литературное слово "сука". С превеликого бодуна он находился утром.

- Разрубите мне, пожалуйста, вот эти ребрышки на две части, - прошу я продавщицу.
Она топает с заказом в подсобку к рубщику мяса. Оттуда я слышу недовольный рык:
- Баба опять, что ли, какая придурочная?
- Да ты тихо, женщина не хамло, - театральным шепотом вещает продавщица.
- А мне пох! Мужик в доме есть - разрубит, а если нет, то соседа попросит...
Тут вступаю в диалог и я, так как весьма неудобно чувствовать себя дурочкой перед двумя продавцами и парой человек в очереди стоящих.
- А если я пожалуюсь мужу, что меня здесь обидели, - отвечаю я весьма громким (на 1\3 часть всего магазина) хорошо поставленным от природы голосом, то...

И тут выходит НАСТОЯЩИЙ рубщик. Телосложение и рост ..., руки по локоть в крови, фартук соответственно украшен красными пятнами. Физиономия несет на себе отпечаток бурного вчерашнего загула. Глаза мутные и полусонные, но заинтересованные. А взгляд измученный и умный.
- А муж у нас волшебник и превратит меня в крысу?
(Фраза из фильма "Обыкновенное чудо").
Вот тут и я прифигела.
Не зря говорят, что люди с хорошим образованием, начитанные и эрудированные сейчас работают ну совсем не на своем месте. Его бы отмыть, побрить и при наличии диплома (в коем я не засомневалась ни на минуточку) отправить нашу молодежь обучать в школе, колледже, институте...

Но, "наше" государство распорядилось по-иному... Образованный человек рубит мясо и с горя пьет водяру, а неучи и взяткодатели преподают нашим детям.
Дурдом, короче, или с ног на "жопу", как говорит мой знакомый.

16

Лучше – не болеть! Клянусь, честное слово!
Да я и не болею, в общем-то. Я решил заняться здоровьем и обновить себе зубы. Какие-то подлечить, какие-то вставить новые. Пока суть да дело, что-то удалил. Что-то подлечил. Осталось два имплантата в челюстю мою вкрутить – и можно снова браться за мясо, сало со шкуркой и грызть орехи.
Договорился в клинике на операцию, выписали мне направление на кучу анализов. Я, как положено, все кабинеты прошел, последний - в четверг, зарулил по пути в доврачебный кабинет, мол, всю неделю сдавал анализы, как бы их на руки получить?
- А не получите, только флюорографию можете взять. И ЭКГ. А все остальное у вас в карточке лежать будет.
- А карточку перед визитом к терапевту надо в регистратуре забирать?
- НЕ, НЕ НАДО! БЕРЕТЕ ТАЛОН, А КАРТОЧКУ МЫ САМИ К ДОКТОРУ ПРИНЕСЕМ.
Я как Иванушка-дурачок послушался, и не проконтролировал. А надо было бы. Короче, пошел на ЭКГ – тут-то все и заверте…
Не, на ЭКГ был просто прикол. Случай. Казус. Ну сломался аппарат пока я на кушетке лежал, ну с кем не бывает? И я гордо, в труселях, босиком, скакал по кабинету, сымая со шкафа старый аппарат и собирая всю сеть заново, шоб он, мать его, работал. Ну собрал, ну прошел ЭКГ. Ну взял талончик на понедельник к терапевту, чтоб она мне написала заключение об отсутствии противопоказаний к операции под местной анестезией.

На талоне русским по белому написано: кабинет 316. участковый терапевт – такая-то. Время: 9-15.
Прихожу. Подымаюсь на третий этаж – йогурт-фейхоа (ругательство такое, новое)! Триста шестнадцатый кабинет закрыт наглухо и по всему видно, что тут идет ремонт. Благо по коридору две пожилые врачихи на какой-то тележечке (читай – на своем горбу) волокли офисный шкаф «под потолок». Я говорю: женщина, а давайте я вам помогу шкаф донести, а вы мне покажете 316 кабинет? Тут из очереди вырывается МУЖИК (-я помогу и вернусь! Я – за женщиной стою!) – вдвоем волочь шкаф веселее. Доволокли по этажу.
- А вот и 316 кабинет, говорит мне одна из врачих. Точно! Еще один 316 кабинет, но уже в другом крыле здания.
И человека четыре в очереди.. Все по талончикам, вперед батьки в пекло не лезут. – У вас какой номер талона? - 6! А у меня – 9, огорчилась тетя. Вы передо мной сейчас пойдете. Но никуда я перед этой женщиной не пошел. Наплыв пациентов у нас таков, что хоть по талону, хоть нет, а нагрузка на терапевтов большая. Попал в кабинет значительно позднее.
- Здрасьте, говорю, мне бы…
- Карточку!
- Нет, я хотел…
- Карточка ваша где? Фамилия?
- Ну дык.. вот моя фамилия, вот талончик. В регистратуре сказали, что карточку сами к вам принесут.
(тяжкий вздох красавицы-терапевта)
- Молодой человек… лучше б вы сходили, напомнили в регистратуре. Нет вашей карточки. Они забывают вечно. Вы что, первый раз?
- Да я вообще забыл, когда к вам ходил. Не болею я.
- Очень хорошо (искренняя улыбка), но в регистратуру - сходите. Потом ко мне. Без очереди.

Чешу в регистратуру. А вот там – ОЧЕРЕДЬ! И хер ты ее обойдешь! Я было пискнул что мне «на секундочку», но в очереди преимущественно стояли не бабушки, а мужики. Суровые такие МУЖИКИ.. Благо на заказе карточек шустро работали то ли два, то ли три медработника, и минут через 5 максимум меня спросил – адрес?
Протягиваю талон: девушка! Пришел к врачу, а моей карточки у нее нету!
- Как нету? Вы к кому? К Воробьевой? Таааак… (смотрит куда-то в распечатку). Фамилия ваша как? Тааак… у терапевта ваша карта.
- Да нет ее там. Я тока что оттуда!
- Тээээк (палец сбегает по длинному списку куда-то вниз)…как, говорите, ваша фамилия?
- Называю фамилию… вот, к Воробьевой, 316 кабинет.
- Ах чтоб тебя… ффффуххх (из девочки шумно вышел воздух). У терапевта ваша карточка (с улыбкой). Она в 219-ом принимает.
- КАК В 219? На талончике написано… смотрю в глаза евочке и понимаю, что на заборе тоже написано… но там дрова лежат. И, видимо, так же как она секунду тому – сдуваюсь.
- Да, говорит мне милое создание, ваша карточка с вашими анализами у вашего терапевта. В каб №219.

Иду туда. Там тоже очередь. Моё время в 9:15 которое. Уже минут 40 как кануло в лету, но и тут люди на вопрос «кто последний?» спросили «а какой у вас номер талона? Вы же к Воробьевой?»
Смотрю на дверь. На двери номер - 219. Фамилия терапевта – ни разу не Воробьева. График работы: четный день с 14 до 20, нечетный – с 8 до 14. Сегодня – 28.01. день – четный. Стало быть с 14, по уму, должны принимать. Но месяц и год – нечетные, айда к 8 утра!
Захожу в кабинет. – Вы Воробьева? – Да!
Ола-ла!!!
А я – к вам! В двух словах объясняю ситуацию. Меряем давление, слушаем легкие, получаем справку «на момент осмотра терапевтически здоров!». Об отсутствии противопоказаний к операции под местной анастезией – ни слова!
А где мои результаты анализов?
- А нэту!
- Как нету? ГДЕ ОНИ?
- А кто вам направление выписывал?
- Доврачебный кабинет
- А вот там и ищите!
- Я там был еще в четверг, мне сказали, что все у вас будет…
- Тогда идите в кабинет №121, найдете там Татьяну Яковлевну, у нее ваши анализы.
Что-то в душе зашевелилось нехорошее. Вспомнился Семен Фарада в фильме «Чародеи». Показалось что хрен я отсюда выберусь.
Собрал кости. Пошел в 121-ый кабинет. Там, какой сюрприз, очередь! Три бабушки и дедушка. Я – пятый. Ибо на вопрос – «чё почем» бабушки сомкнули ряды, а воевать с пенсионерами - мы не в тех войсках служили.
Подходит еще один дедок (реально бабушки-дедушки. Не вру) – сынок, ты последний? – да! – Ты тоже за лекарствами? – Нет, я анализы забрать.
Дай Бог здоровья бабушкам, которые услышав эту фразу высказали мне все, что думают о современной медицине, мол «ах вам анааааализы забраааать… так идите без очереди, потому что мы каждая тут надолго». Спасибо, говорю. А сам не иду.
- А чиво вы не идете, молодой человек?
- А потому что там бабушка раздетая на стуле сидит!
- Она не раздетая, но подождите уже…

Подождал еще минут 15 (немного, но там 15, тут 15…). Захожу.
- Я к Татьяне Яковлевне от Воробьевой. Она сказала, что у вас мои анализы могут быть (а, да! На кабинете надпись: Медсестра. Помощник терапевта. Именно так. Не через дефис: собака-друг человека, а медсестра! Помощник терапевта!)
Татьяна Яковлевна поворачивается ко мне, смотрит на меня как на придурка, не меньше… Мужчина, где вы видите у меня ваши анализы? Нет их у меня. Не было никогда. Не видела. Не знаю. Кто вам их выписывал? Доврачебный? О туда и идите!
Собираю волю в кулак чтоб не выматериться (а не за что, эта Яковлевна хоть и смотрит с иронией, но говорит здраво и не оскорбительно. Типа как я в булочную за гвоздями зашел, а она мне объясняет что хозяйственный – это три квартала дальше) и процеживаю, А МНЕ ВОРОБЬЕВА СКАЗАЛА – ЧТО У ВАС!
В ответ монолог (терпеливо и вежливо) о принципах работы служб в поликлинике, и что тут вообще быть не может анал…ЩЕЛК! Что-то переключилось в голове у Татьяны Яковлевны, она на секунду призадумалась…адрес ваш какой? Называю адрес.
Татьяна с облегчением выдыхает. – Идите в кабинет 319 (!!!), там спросите у терапевта мою папку (скажете что от меня)- там ваши анализы лежат. Как ваша фамилия?... Называю. – Точно-точно, именно там.
Падла. Моя фамилия им что, пароль? И мои анализы должны храниться отдельно от всех?
Иду в 319. Там очередь. Которой тоже насрать на меня и мои анализы, они тоже с утра сидят, с работы ушли, дети плачут, жрать нечего. Но я уже пру буром в кабинет и завожу свою пластинку, что я с 316-го пошел в регистратуру, оттуда в 219-ый. Оттуда в 121-ый. Теперь к вам. Татьяна Яковлевна направила.
Все правильно. Говорит женщина-доктор. Только вам не ко мне, а в 316-ый.
- Тетя, говорю… не злите меня. Я уши мыл с утра. Она сказала в 319-ый.
- Она ошиблась. Вам в 316-ый.

ПЛЕВАТЬ НА ОЧЕРЕДЬ! Влетаю в 316-ый, где уже был почти час тому, терапевт с улыбкой: вы карточку нашли?
- Нет, говорю! Но Татьяна Яковлевна сказала…папка…анализы…
И женщина встает со стула, находит какую-то папку, начинает в ней копаться…и НЕ НАХОДИТ МОИХ АНАЛИЗОВ!!
@@ ТВОЮ МАТЬ!!! – уже повисло у меня было на губах, но тетя очаровательно улыбнулась, чертыхнулась негромко, откуда-то извлекла зеленый конверт…а на нем надписан адрес моего дома… копается в бумажках…вижу знакомые фамилии соседей… .тада-да-дааам!..все встают по стойке смирно…и ИЗВЛЕКАЕТ НА СВЕТ БОЖИЙ МОИ АНАЛИЗЫ!!! Рано радоваться - не все! Один из трех анализов крови – его нету. Не готов. Будет в четверг. Замечательно! У меня операция – во вторник. А я сдавал ой как загодя.
Вылетел на мороз как ошпаренный, унося заветные бумажки в потном кулачке, и все оглядывался – не гонится ли за мной кто, не отберут ли у меня мое.
Но никто не гнался. Люди спешили по своим делам и совершенно не обращали внимания на ошалело улыбающегося, слабо матерящегося мужика, который бодро шел в сторону остановки по пути пиная глыбы льда. Ну какое им все дело до того, что на 10-минутную процедуру дядька потратил почти час и угрохал кучу нервов. Зато в поликлинике славно поиграли очередным клиентом в футбол. Зато я теперь изнутри, глазами мяча, знаю, как это тяжело – и атаку точно направить, и гол забить))

17

Обычно нашу депутатскую приемную посещают люди старшего поколения. То
есть такого возраста, когда выросли уже не только дети, но и внуки, и
вопросы мира во всем мире, справедливости во взаимоотношениях с ЖЭКом и
морально-нравственного облика молодого поколения выходят на первый план.
Однако бывают и исключения.
В приемную пришла женщина. Уже не девушка, но до состояния сушеного
яблочка еще очень далеко. Я бы сказал, что это была взрослая
привлекательная женщина.
- Анжела,- представилась она мягким грудным голосом. Ноги Анжелы и тот
маневр, который она ими совершила, не оставляли сомнений, что «Основной
инстинкт» она смотрела. А может быть это у нее врожденное... или с
годами натренированное... Во всяком случае, остаться незамеченными у ног
не было ни малейшего шанса. Светлые туфли на тонкой шпильке. Ноги были
покрыты тонкими джинсами-стретч, которые еще раз подтверждали, что
обладательница ног не только знает о выигрышности своей фигуры, но и
готова поделиться этим сокровенным знанием с окружающими. Кожа не
вызывала сомнений в том, что хозяйка за ней регулярно и бережно
ухаживает. Длинные тонкие загорелые пальцы без колец.
Каждый раз, когда видишь нового посетителя, еще до начала разговора, в
голове проскальзывают варианты возможных просьб. Иногда удается угадать.
Женщина явно не была похожа на тех, кто начинает жаловаться на соседей,
правительство или неурожай картошки. Картошку она видела явно только в
магазине. Основных предполагаемых вариантов разговора было два. Первый -
проблемы с приватизацией или наследством. Второй - я хочу открыть
спа-салон, как мне это сделать. Но - оба мимо. Я не угадал.
- Скажите, вы можете как-то повлиять на милицию?
Опа. Поворот событий.
- Не уверен, что на милицию можно повлиять. Если только она как-то
нарушила ваши законные права. А в чем конкретно состоит проблема?
- Мне надо вернуть любимого человека!
- Именно посредством милиции?
- Вы понимаете, тут такая история…
История, действительно, необычная оказалась. Анжела - профессиональный
косметолог, причем, видимо, высокого уровня. Когда-то, сразу после
школы, Анжела вышла замуж и успешно родила дочь. Однако, не сложилось.
И супружник стал бывшим, а Анжела свободной художницей без образования,
мужа, жилья и средств к существованию, но с маленьким ребенком на руках.
По счастью у Анжелы была (и до сих пор есть) мама, и вопрос с крышей над
головой решился. Шли годы, дочь росла, а Анжела пошла на курсы массажа.
Училась она прилежно и с трудоустройством проблем не возникло.
Финансовая ситуация стала стабилизироваться.
За прошедшие годы Анжела стала высококлассным профессиональным
косметологом. Дочь выросла, поступила в университет, стала дружить с
мальчиком и от мамы съехала. Благо, что к этому времени съезжать уже
было куда, Анжела купила квартиру и для себя и для дочери. На работе
нашу героиню ценили и щедро оплачивали ее труды, ипотека постепенно
погашалась, запись клиентов простиралась почти на год вперед. На этой
жизнеутверждающей ноте Анжела отпраздновала свое сорокалетие и в будущее
смотрела с оптимизмом.
Однако, счастья не было. Раньше, когда шла битва за свою судьбу, и не
было излишков свободного времени, мысли об устройстве личной жизни в
голову, если и заходили, то ненадолго. Актуальные бытовые проблемы их
быстро вытесняли. Теперь же вопрос о мужчине в жизни Анжелы встал
ребром. «Кто воевал, имеет право у тихой речки отдохнуть…» решила Анжела
и занялась поисками.
Из своего первого и единственного брака Анжела вынесла полное неприятие
грязных мужских трусов и носков, а также воспоминание о том, что
конкуренцию в скорости поглощения еды голодному мужчине может составить
только экскаватор. Отсутствие в магазинах 25-килограммовых мешков «Еда
мужская» и ухоженные ногти были решающим фактором в принятии решения.
Замуж Анжела не хотела. Что абсолютно не означало готовность Анжелы
отказаться от простых радостей общения с противоположным полом. Сказано-
сделано, и Анжела завела анкету на сайте знакомств, выложила несколько
фото в купальнике сделанных в Турции, решительно оценила свой возраст в
32 года и назвалась Гламурной Кисской.
Недостатка в корреспондентах у Гламурной Кисски не было. Первые страхи
быть уличенной в подтасовке возраста быстро рассеялись. Никто ее
реальными годами не интересовался, а просили прислать еще больше пляжных
фотографий. Правда, большинство писавших оказывались откровенными
идиотами, озабоченными подростками, извращенцами, женатыми мужчинами в
поисках любовницы и искателями секса за деньги. Но стали появляться и
интересные варианты.
Сергей ака Кудрявый, 32 года, не женат, рабочий на заводе. Любит дарить
женщинам цветы и петь романтические песни под гитару. Настроен на
серьезные отношения и готов покатать симпатичную девушку на автомобиле
Хундай. Где ты, моя долгожданная?
Долгожданная не заставила себя долго ожидать и Гламурная Кисска через
неделю уже сидела в обещанном Хундае, уносящем счастливую пару на лоно
природы. Светило солнышко и пели птички. Правда, в жизни Кудрявый был
как-то очень сосредоточен и песен под гитару не пел. Вообще говорил
как-то мало и односложно. Анжела отнесла это на счет настоящей мужской
сдержанности и возникающие паузы заполняла собственным щебетанием.
По прибытию в лес Сергей из машины не вышел, а отодвинул кресло назад,
молча расстегнул джинсы, вынул из них гениталии и предъявил их
изумленной Гламурной Кисске со славами «Ну, давай». Поймите, Анжела не
была ханжой. В ее жизни были эпизодические мужчины и после мужа. Она с
энтузиазмом относилась к экспериментам в области секса. Но такой подход
все же находила чересчур прямолинейным. Как во сне, она вынула из сумки
флакон с медицинским спиртом и щедро опорожнила его на предложенный ей
орган. После чего стремительно покинула колесницу любви и углубилась
через кусты в чащу.
Месяц Гламурная Кисска зализывала раны и не показывалась на сайте. После
прошествия указанного срока царапины от кустов зажили, уничтоженные
бегством по камням туфли были заменены новокупленными, с красивым
розовым бантиком и стразиками, а в анкете Анжелы в графе «Кого ищу»
появилась ремарка «кроме Кудрявого Сергея, козла и извращенца».
Уважаемый читатель помнит, что Анжела отличалась настойчивостью в
достижении цели, а потому решила не отступать и упорно решать
поставленную задачу. Дорогу осилит идущий. А потому через некоторое
время на горизонте появился Георгий. На сайте Георгий звался
Победоносец, рекламировал себя как «начальника отдела крупного холдинга.
45 лет. Состоявшийся и уверенный в себе. Детей нет». В отличие от
Сергея, Анжела нашла его сама. От Георгия веяло надежностью, речь его
была интеллигентной, эрудиция поражала. Проживал Победоносец, как и
положено победоносцам, в Москве. На день рождения он прислал Анжеле
огромный букет с красивой открыткой и большим пушистым игрушечным
медведем. Анжела растаяла.
Несколько месяцев она искала предлог и вот, наконец, отыскала в Москве
пафосные курсы повышения квалификации. Убедила руководство салона, что
именно этих методик салону не хватает для того, чтобы носить гордое имя
действительно элитного заведения. Отдельным аргументом для руководства
было утверждение, что жить в Москве Анжела будет у неких родственников и
салон крупно сэкономит на оплате гостиницы. Руководство сдалось и
оплатило обучение. Отдельной операцией, проведенной по всем правилам
военного искусства, Анжела сумела добиться, чтобы в счете от обучающей
конторы трехдневные курсы волшебно преобразились в двухнедельные.
Последним аккордом клиенты, которые записались к Анжеле на прием на
время предполагаемой командировки, были путем уговоров, посулов и
легкого шантажа перенесены за рамки расчищаемого периода. Путь к счастью
был свободен.
Георгий не подвел. Встретил в аэропорту с шикарным букетом, привез
домой. После душа повел обедать в ресторан, а вечером в театр. Сказки
Венского леса успешно продолжались и вечером и ночью. Курсы, на которые
записалась Анжела, промелькнули как миг, две недели прошли незаметно.
Спальня была основным местом обитания, еда заказывалась по телефону. Но
хэппи-энд не состоялся. Уже в аэропорту, провожая улетавшую Анжелу,
Победоносец сообщил ей, что безнадежно женат, имеет двух детей, а жена в
данный момент находится в Твери, куда поехала проведать больную маму.
Живет с женой Победоносец в другой квартире, а та, в которой он
развлекался с Анжелой, была куплена в инвестиционных целях и периодически
сдается в наем.
Гламурная Кисска ощущала себя мокрой курицей. Самолет уносил ее домой за
Урал, а Москва лежала далеко внизу и по-прежнему не верила слезам. Не
склонная к театральным эффектам Анжела весь полет заказывала водку и
глотала ее в вперемежку со слезами. Темные круги под глазами были
объяснены коллегам задержкой рейса и утомительным перелетом, а сайт
знакомств на два месяца лишился Гламурной Кисски.
Но время лечит, и неутомимая искательница приключений вновь принялась за
поиски. Анатолий жил в Екатеринбурге. Наученная горьким опытом Анжела
сразу же заявила, что ни в какой Екатеринбург тащиться не собирается, а
если она ему нужна, то пусть он, Анатолий, сам к ней едет. Анатолий был
возмужалый бог. 28 лет, высокий (180 см), стройный, но мускулистый
блондин с бездонными зелеными глазами. На фотографиях он был одет (на
тех фотографиях, где он таки был одет) как денди лондонский, частенько
вворачивал в разговор фразы по-французски (сразу добавляя к ним перевод,
чтобы собеседница, изучавшая в школе английский, не ощущала себя неловко).
Анатолий разбирался в винах и сырах, по его утверждению, хорошо готовил
и охотно делился рецептами, увлекался верховой ездой и танцами. О
профессии своей говорил уклончиво. Сказал лишь, что занимается
консалтингом в области рекламы. Но серебристый Кадиллак, на фоне
которого Анатолий был сфотографирован, указывал на отсутствие финансовых
проблем. Да и не за деньги же мы любим наших любимых, правда?
И Анжела вновь запела птичкой. Длительные виртуальные и телефонные
диалоги привели к договоренности о реальной встрече. Анжела купила вино
и сыры, запаслась французским батоном, маслом для массажа и
ароматическими свечками. И в нежных летних сумерках рейсовый автобус
точно по расписанию доставил любимого в ее объятия. На всякий случай
юный бог шутливо был допрошен относительно семейного положения, наличия
детей и подруг. После получения удовлетворивших ее ответов, Анжела
распахнула дверь в свои чертоги.
Все было восхитительно. Поклонник был достаточно молод, чтоб быть
постоянно готовым на любовные подвиги и достаточно зрел, чтобы ему не
нужно было объяснять и показывать, что именно хочет женщина. А чего
хочет женщина, того хочет бог.
Проявив предусмотрительность, умудренная опытом Анжела в сумке гостя
отыскала паспорт и изучила его. Сведения документа подтверждали уверения
об отсутствии жены и детей. Можно было расслабиться, что и было Анжелой
исполнено безотлагательно. Последующая неделя «напоминала московский
карнавал, только лучше», как сказала Анжела. Анатолий не кормил ее
пиццей из коробочки, а готовил мясо, овощи, смешивал соусы, испек торт,
на котором кремом написал имя любимой и нарисовал сердечко.
Необходимость ходить на работу Анжела рассматривала как трудовую
повинность, ни под каким предлогом не брала внеплановых клиентов и точно
со звонком бежала домой в жаркие объятья.
Этот роман завершился абсолютно неожиданно и совершенно неожиданным
образом. Возвратившись с работы на шестой день, Анжела обнаружила полное
отсутствие молодого бога. Вместе с богом квартиру покинули все его вещи,
а также анжелины сережки, колечки с камушками и сбережения. В раковине
лежала грязная посуда, а в холодильнике стоял недоеденный торт с
обкусанным кремовым сердечком.
Анжела проплакала всю ночь, а на утро отправилась.. ни за что не
угадаете куда! К гадалке! Гадалку Анжела знала несколько месяцев.
Прорицательница была найдена по объявлению после московской эпопеи на
предмет выяснения дальнейшей анжелиной судьбы. За небольшой гонорар
судьба была предсказана. Анжеле пророчили появление любящего белого
человека с севера. Убедившись, по карте автозаправок, что Екатеринбург
действительно находится на севере от родного анжелиного города, Анжела
прониклась к гадалке абсолютным доверием.
На этот раз гадалка была сурова. Оплата услуг была поднята вдвое и
принята до проведения сеанса прорицания. Гадание на картах и стеклянном
шаре указало гадалке, что «у него были такие обстоятельства, что он не
мог не уехать. Но тебе эти обстоятельства знать не надо. Ты жди его, не
обижай, и он вернется обязательно. А про деньги не спрашивай больше,
грех это много про деньги думать».
Озадаченная Анжела вернулась домой и в некотором офигении еще неделю
ждала возвращения волшебного принца. После того как ожидание стало
невыносимо, она в отчаянии поведала эту историю подруге, которая и
уговорила ее пойти в милицию. Милиция отнеслась к прорицанию без
должного уважения, зато сильно заинтересовалась фотографиями Анатолия и
прислала криминалистов к Анжеле в квартиру. Криминалисты обследовали
квартиру на предмет отпечатков пальцев загадочного принца, биологических
образцов, которые могли остаться после него в ванной комнате, а также
изучили содержимое анжелиного домашнего компьютера.
Неутомимой искательнице большой и чистой любви, впустившей к себе в
квартиру человека, которого она видела в первый раз в жизни, предъявили
доказательства того, что в ее отсутствие Анатолий времени не терял, а с
ее домашнего компьютера переписывался еще с тремя девушками, из
Челябинска, Тюмени и Сургута. С коими успешно договорился о встрече,
аккуратно распределив график посещений на грядущий месяц. Анализ же
найденных образцов и отпечатков пальцев показал, что молодой бог уже
знаком правоохранительным органам и успел порадовать обходительным
отношением женщин Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Челябинска и
Новосибирска. Не все смогли оценить его труды по достоинству, и
некоторые написали заявления в милицию.
От такого подробного и живописного рассказа я просто потерял дар речи.
- Так вы же написали заявление, милиция его ищет, что вы от них и от нас
хотите?
- В милиции мне сказали, что отправили материалы в Сургут, куда он
поехал вроде бы… Они же его, если в Сургуте найдут, сюда не привезут…
Можно как-то сделать, чтоб они нашли его побыстрее и привезли сюда?
- Боюсь, это не в силах приемной депутата… А зачем он вам нужен? Его
будут судить ведь после того как найдут. Суд назначит наказание и все,
от вас уже ничего не требуется. Показания вы дали, на суд, если будет
необходимость, вас вызовут отдельно.
- Судить… Даже не знаю… Может быть не надо его судить? Ведь наверняка у
него были такие обстоятельства, что он по-другому не мог.. Он хороший!

19

Иностранка, дама бальзаковского возраста, приходит на московский рынок,
идет в мясной ряд, покупает у мужиков, не торгуясь, 10 кг мяса и встает
неподалеку. Через несколько часов к ней подходит уборщик:
- Женщина, а вы чего здесь стоите? Закрывается рынок.
-(С акцентом) А мне сказали, что, как на этом рынке мясо покупаешь,
так обязательно наебут.
- Эти-то? Эти могут. Так ну и что?
- Так вот... жду...

20

Как ведут себя мужчины и женщины, когда обрежут себе палец...
Женщина:
Думает: "Ой!".
Засовывает палец в рот, чтобы кровь не капала на пол.
Другой рукой вытаскивает пластырь из аптечки, наклеивает и продолжает свои
занятия.

Мужчина:
Вопит: "Бля!".
Отстраняет от себя руку.
Отворачивается в другую сторону, потому что не может видеть крови.
Зовет на помощь.
В это время на ковре образуется неописуемое пятно.
Падает на стул, потому что ему как-то нехорошо.
При этом за ним тянется след, как за раненным зверем.
Призывает к помощи таким страдающим голосом, как будто отрезал себе всю руку.
Отказывается от предложенного пластыря, так как убежден, что он слишком
маленький для такой огромной раны.
Пока она бегает в аптеку за большим пластырем, залезает в медицинский
справочник, чтобы выяснить, сколько крови может потерять нормальный взрослый
без риска для жизни.
С героическим выражением на лице позволяет наклеить себе пластырь.
Хочет на ужин отбивную, для того, чтобы ускорить образование красных кровяных
телец.
Пока она быстренько жарит мясо, он осторожно укладывается на диван.
Требует срочно еще парочку бутылочек пива от страшной боли.
Отклеивает пластырь, чтобы посмотреть, течет ли еще кровь, пока она ищет пиво.
Нажимает на рану до тех пор, пока она снова не закровоточит.
Кидает потом упреки, что пластырь не был достаточно прочно приклеен.
Стонет, когда она осторожно отделяет старый пластырь и приклеивает новый.
Из-за этого ранения не может, к сожалению, сходить с нею в кино, и утешается
совершенно случайно идущим в это время по телевизору футбольным матчем Кубка
чемпионов.
В это время она отчищает пятно с ковра.
Всю ночь он регулярно выползает из постели, чтобы в ванной еще раз осмотреть
подозрительные красные полосы, которые должны означать заражение крови,
и поэтому на следующее утро встает невыспавшимся и с отвратительным настроением.
Отпрашивается с работы на два часа, чтобы сходить к врачу и убедиться, что
заражения крови нет.
Утаскивает из аптечки фирмы бинт, позволяет хорошенькой блондиночке -
секретарше перевязать себе руку, упиваясь при этом ее сочувствием.
С таким настроением он встречается вечером с друзьями и заявляет гордо, что
не стоит говорить о такой мелочи!!!!!

21

Один из самых частых посетителей Дельвига в зиму 1826/27 г. был
Лев Сергеевич Пушкин, брат поэта. Он был очень остроумен, писал
хорошие стихи, и, не будь он братом такой знаменитости, конечно, его
стихи обратили бы в то время на себя общее внимание. Лицо его белое и
волосы белокурые, завитые от природы. Его наружность представляла
негра, окрашенного белою краскою. Он был постоянно в дурных
отношениях со своими родителями, за что Дельвиг часто его журил,
говоря, что отец его хотя и пустой, но добрый человек, мать же и добрая
и умная женщина. На возражение Льва Пушкина, что "мать ни рыба ни
мясо", Дельвиг однажды, разгорячившись, что с ним случалось очень
редко и к нему нисколько не шло, отвечал: "Нет, она рыба".