Результатов: 7

1

Как мне было много дано

В первом классе учился.
Вызвали к доске рассказывать заданный на дом стишок. Пару раз запнулся-поправился - получил "4".
После меня к доске вышел с этим стишком мальчик, учившийся гораздо слабее. Он запинался на каждой строчке. Зинаида Андреевна ему подсказывала, и в итоге ему тоже объявила "4"...
Мне это показалось несправедливым.

Папа и мама любили книги, всегда мне их читали, кубики с буквами были у меня лет с трех, и "Азбука". И помню, как в пять лет на улице радовался, что вывески магазинов начали со мной разговаривать - "Молоко", "Хлеб", "Дружба"...

Тогда было обычным, что ребенок идет в первый класс не умея читать, и даже не зная букв. Нет, - тех, кто ходили в детский сад, в подготовительной группе учили буквам и чтению. Но далеко не всем это давалось. Да не все дети и ходили в детсады.

В школу принимали с семи лет. Мне исполнялось семь 10 сентября. И, чтобы меня приняли в первый класс 22-й школы "с шести лет", мама привела меня на какую-то комиссию. Где мне дали прочесть "Мама мыла раму" из "Букваря", и попросили посчитать до 10. Я к этому времени читал уже бегло рассказы Носова, играл с папой в шахматы, и знал пропорции проявителей и закрепителей для фотопленок и фотобумаги. Так что в 1-й класс меня без сомнений приняли в том самом 1969 году. И в том же учебном году случилась эта история с стихотворением.

После урока подошел к учительнице с вопросом - почему мне и тому мальчику поставили одинаковую оценку, хотя он отвечал гораздо хуже.
- Потому что, - ответила Зинаида Андреевна, - ему, чтобы выучить и рассказать так, как он рассказал, пришлось приложить много старания и потратить много времени. Ты же прочитал стихотворение три-четыре раза, и легко запомнил. Если бы ты чуть больше постарался - рассказал бы вообще без запинок. Кому больше дано - с того больше спросится!

Это было понятно и справедливо.

2

РАЗГОВОР С ОЛИГАРХОМ

Как-то я спросил миллиардера,
Что выводит денежки в офшор:
— Пур куа? Пер ке? Какого хера
ты богатства у народа спёр?

Как ты стал богатым олигархом,
Получил заводы, нефть и газ?
Как тебе бесплатно (то есть даром)
Всё приватизировал Чубайс?

Как вам это узаконил Путин,
Хоть и мог потом всё отменить?
На словах он, вроде, неподкупен.
Знать, сумели отблагодарить?

Ладно, пусть успел ты на халяву
Стать богатым с некоторых пор,
Но скажи мне, по какому праву
Капитал уводишь ты в офшор?

Почему не платишь здесь налоги?
Ты же патриот своей страны.
(Но готов сейчас же "сделать ноги",
Получив миллиарды из казны).

Вы набили полные карманы,
Но стоит скинуть вашего "царя",
Разбежитесь вы, как тараканы,
Сдрыснете за дальние моря.

Если взять все ваши капиталы
И распределить среди людей,
Вышло бы на каждого немало,
Стариков считая и детей.

Даже если деньги не вернутся,
Те, что вы награбили у нас,
Но хотя бы люди вновь встряхнутся,
Снова возродится средний класс,

Снова заработают заводы,
Школы и больницы, детсады,
Что закрылись в путинские годы,
Ведь они богатым без нужды...

Говорил я путанно и длинно,
Иногда переходя на мат,
Но с улыбкой доброй и невинной
Он ответил мне: — Послушай, брат,

Я тебя, возможно, опечалю,
Но отвечу я на твой вопрос:
Как бы вы ни бились, ни кричали,
Мы пришли — надолго и всерьёз.

Я скажу со всею прямотою:
Удался' нам наш эксперимент,
Мы владеем целою страною,
Путин — наш навеки Президент!

Обложили данью мы Россию,
Влезли в недра к ней до самых гланд,
Мы мощны, богаты и всесильны,
Путин — наш защитник и гарант!

Ну а вы, друзья, как ни садитесь,
Митингуйте, шествуйте толпой,
Против нас — ни к чёрту не годитесь,
Помитинговали — и домой

Как вы там ни пыжтесь, ни тужитесь,
Ничего не выйдет всё равно,
Так что, получите-распишитесь,
Всё без вас поделено давно.

Вы, народ, для нас, как крепостные,
Вы для нас практически — никто,
Нам плевать: здоровые, больные,
Сытые, голодные, живые
Или перемрёте — всё равно.

Мы у вас отняли сбереженья,
Пенсии, гарантии во всём,
Треть бюджета — на вооруженье,
А с экранов — врём, и врём, и врём.

А народ, почти что побираясь,
Голосует снова "за царя".
Вот вас и имеют, извиняюсь,
Обдурили, проще говоря...

Улыбнулся, помолчал немного,
Сел в машину и умчался вдаль.

А луна светила на дорогу,
Навевая лёгкую печаль.

© Г.Бардахчиян

3

Вот школяры, ну откуда они все заранее знают,а?!

Поспорили с дочкой по поводу эпидемического закрытия школ- она все выходные твердила, что школу закроют на карантин и домашнего задания делать не надо, я, как и положено занудной маме-училке, твердила, что ничего не закроют и все равно домашнее задание сделать следует. И премьер-министр Нидерландов твердо обещал, что закрытия школ не будет.

Сегодня вечером, ближе к закрытию магазинов вечером воскресенья, когда народа меньше всего, осторожно, в перчатках, сделала вылазку за молоком и хлебом. Их-то не запасешь. Так-то мне и запасаться-то почти не пришлось, у меня молодость пришлась на 90-е, и живу я всю жизнь так, как будто завтра- война. Поэтому к эпидемии я пришла полностью подготовленной- закрома забиты на полгода вперед, в том числе даже и туалетной бумагой и библиотечными книгами. Перефразируя известную поговорку, можно дождаться , когда девушка вырастет из 90-х, но вывести 90-е из девушки- никогда. У меня, представьте себе, даже свечи, соль и спички запасены. Это в голландской-то квартирке. Впрочем, свечи и спички изначально предназначались для романтических вечеров, а соль- для некоторых косметических процедур.

На подходе к магазину меня остановил очень красивый темнокожий подросток и спросил, не знаю ли я , закроют ли завтра школы. Рядом с такой же истовой надеждой на положительный ответ в глазах смотрели на меня его друзья. Я уверенно ответила, что, по моим сведеньям, завтра будут занятия. На вопрос, почему они остановили именно меня, разочарованные дети ответили " У вас вид учительский". И я не думаю, что это был комплимент.

В аптеке выяснилось, что, в придачу к дезинфектирующему гелю, начисто пропали из продажи парацетамол, градусники, и почему-то мелатонин- натуральное снотворное. А ними и некоторые другие натуральные добавки- как витамин С, например.Я удивилась, но не расстроилась, потому что, по выражению Жванецкого, у нас с собой было, и тут у меня было все запасено. И градусников у меня аж два- потому что я в какой-то момент перестала доверять первому, а потом выяснилось, что в нем просто села батарейка.

В самом магазине меня ждало потрясение. Хлеба, конечно, не было. Не было так же помидоров, перца, апельсинов, клубники, мандаринов, моркови, хурмы, манго,не слишком дорогих мяса и рыбы,почти опустошены были полки с макаронами и рисом, и почему-то - с чипсами. Хотя и в отделе вина и пива было ненормальное для воскресного вечера оживление возле заметно поредевших рядов бутылок. Народ явно готовился к апокалипсису. Но с заботой о здоровье- "здоровая" еда пропала первой.

Твердя, как мантру, заклинание, "Не поддаваться панике, полмагазина не скупать, потому что другая половина уже запасена у тебя на кухне в размерах, пригодных для спекуляции", я закупилась молоком, сыром, кефиром, хлебом в вакуумной упаковке и крекерами,кошачьим кормом,яблоками, луком, картошкой, еще на всякий случай двумя пачками овсянки и разным-вкусненьким и с трудом поволокла все это домой.

Дома меня встретил ликующий ребенок- только что на правительственном сайте опубликовали решение правительства, принятое сегодня, в воскресенье вечером, о том, что с завтрашнего дня и до 6 апреля в Нидерландах закрываются все школы, детсады, другие детские учреждения, а также кафе, клубы, спортклубы, рестораны, бордели, бассейны и так далее. Народу рекомендовано из дома без лишней надобности не выходить и при выходе на улицу ближе полутора метров друг ко другу не приближаться.

То есть ни ей в школу, ни мне на работу завтра не надо. И на следующей неделе тоже. Все это, конечно, хорошо- но я отпуск на следующей неделе за свой счет взяла как раз для того, чтобы уберечься от заразы. Зря, получается, дни отпускные потратила. Иногда невыгодно быть чересчур дальновидным.

Ну вот и отдохнем. Если не заболеем. Главное- не поругаться в заточении.

4

Как фантомная боль у ампутанта, здесь время от времени возникает тема промышленного производства в СССР. Как это было. Внесу и я свои пять копеек.
Лет 8-9 назад, пришлось мне побывать на 408-ом заводе Гражданской Авиации, который к тому моменту готовили к закрытию. Меня по всем цехам провел инженер, имени которого я, к сожалению, не помню и который проработал на нем несколько десятков лет. Завод специализировался на производстве и монтаже светового оборудования в аэропортах нашей необъятной (прожекторы, которые на взлётке). Мне приходилось работать и бывать на разных производствах, но именно там одна вещь заставила меня задуматься о промышленном производстве в СССР в целом. Мы зашли в цех, где стояло 7 или 8 тяжелых прессов (на несколько десятков тонн каждый), и я спросил зачем так много и довольно мощные. «Для трансформаторных пластин и корпусов» - ответил мой проводник. «Почему делали корпуса ещё можно понять, но пластины для трансформаторов?! Это типовое изделие. Какой смысл их делать на своем производстве самим. Тем более это же не для специзделий, обычное, габаритное оборудование, не то, что в космос, вообще не летает. Не выгоднее было бы заказать у специализированных производств?» - спросил я. Разговорились. Оказалось - завод всё делал на своём производстве, здесь же, на своей территории. И для этого было много цехов, много оборудования и людей. Мой собеседник рассказывал об этом даже с гордостью – всё делали сами, делали хорошо. А почему – так ведь поставщики могли подвести, поставить не в срок, некачественные детали, разбирайся потом – всё равно окажешься крайним, ведь это ты не сделал конечное изделие.
И что интересно я раньше тоже не обращал внимание на то, что было общим местом на всех производствах, которые знал. Наши заводы старались делать всё сами по тем же причинам, что и 408-й завод, - так было надежней, плохие поставщики, а судебно-исполнительная система видимо не выполняла свои функции, поэтому никто на неё не надеялся. Делать всё самим - это, по-любому, самый неэффективный способ промышленного производства. Например, в другом городе, я видел огромные полцеха на заводе тяжелого машиностроения, которые выпускают несколько пластмассовых кнопок для основного изделия этого завода – большой драги. Я уж не говорю про детсады и санатории и прочий неформатный соцкультбыт, который висел на балансе предприятий. И такая ситуация была везде в СССР. А когда ты и швец, и жнец… ну в общем понятно. Может это кому-то покажется банальным, но я думаю это одна из причин завалившейся экономики СССР. Даже не знаю правильно ли называть это экономикой.

6

Это не конкретная история, а обобщение многих. Ни для кого не секрет, что большинство наших бюджетных организаций живет под (уже, наверное, бессмертным) - "денег нет, но вы держитесь". И они держатся. В больших городах несколько полегче, а где-то и вообще благополучно, а глубинка выживает как может.
В каждой школе или больнице, д/саду или ДК, среди преимущественно женского коллектива, есть свои дядя Вася или Петрович, Витек или Славян. Эти простые, часто пьющие, ничем не выдающиеся мужики ремонтируют мебель, латают крыши, перестилают полы, обшивают старые стены новыми материалами, устраняют прорыв канализации или меняют батареи. При наличии некоторых средств или спонсорской помощи ими будет построено некапитальное строение или переоборудован в спортзал старый корпус. Они сторожа, кочегары или дворники. В их обязанности не входят вышеперечисленные и другие работы, но ведь "НАДО", а "денег нет". И давно выработавшее свой ресурс оборудование получает вторую жизнь. Бывает им выплачивают небольшие стимулирующие, но ещё чаще эти стимулирующие до них не доходят, так как на эти деньги нужно срочно купить стройматериалы или запчасти, или ещё что-то, иначе без этого потребнадзор или другая какая проверка прикроет учреждение.
Иногда бывает небольшое чудо - "сверху" выделят денег на ремонт. Чаще всего это те же работы, что безвозмездно выполняют Петровичи и дяди Васи, просто в бо'льших объёмах. Но никогда дядю Васю и Петровича со Славяном не наймут делать этот ремонт за хорошую з/плату. "Вы не профессионалы" и "у вас нет лицензии".
А после темноволосых и темноглазых "лицензированных профессионалов" из ближнего зарубежья, дяди Васи и Петровичи устраняют недоделки, делают пристроенный теплый туалет действительно теплым, меняют проломленный (долго ли он в школе продержится?) гипсокартон на фанеру или вагонку, прибивают неприбитое и закручивают непривернутое. Бывает снимают всё нафиг и делают заново. Наградой служит возможность обматерить нерадивость профессионалов и умственные способности нанявшего их начальства.
Возможности Петровичей и дяди Васи воистину удивительны. Такое ощущение, что они способны восстановить своё родное учреждение с помощью лишь подручных средств даже после бомбежки. Всего лишь за искреннее "спасибо".
Возможно, кто-то скажет про этих мужиков - "лохи", на них ездят, а они молчат. Или что с такими руками они могут зарабатывать на стройках или ремонтах. Не знаю, почему они так не делают. Знаю лишь, что на таких мужиках держится сейчас страна. Именно их незаметный труд исправляет нерадивость и профнепригодность чиновников, именно благодаря дядям Васям, Петровичам, Лехам или Славикам наши дети ходят в школы и детсады, больницы принимают недужащих, ДК дают концерты и дискотеки.
Какого-то глубокого смысла в моем опусе не ищите. Просто в свете надвигающегося Нового года я попрошу вас поднять тост за простых и непримечательных русских мужиков, за дядь Вась и Петровичей. Нет, не в новогоднюю ночь за праздничным столом, а когда вы будете 1 января похмеляться, вспомните о похмеляющихся где-то Петровичах и Славиках с Витьком и скажите: "За вас, мужики!"

7

Батя мой вырос на Колыме. Его мать, моя бабушка, плюнула на московскую
квартиру, детсады и школы и поехала со всеми детьми на поселение за
ссыльным мужем, "врагом народа". Но, увы, дед не дотянул до кончины
Сталина, поэтому квартира помножилась на ноль и, похоронив мужа, бабушка
с младшими уехала жить в деревню, а батя - прямиком в армию, благо
возраст подошел.

К чему такое предисловие - к тому, откуда у отца столько историй
криминального характера. Сам он, будучи пожизненно влюбленным в дорогу,
оттопил дальнобойщиком не один миллион верст по всему Союзу и ни в чём
более уголовном, чем левый провоз в Москву сезонных адыгейских арбузов,
замечен не был за всю жизнь.

История первая. Как подломили Госбанк РСФСР. Банк находится на Неглинке,
через пару кварталов от самой Петровки-38, поэтому о налёте речи идти не
могло. Уголовники придумали вопиющее для времен коммунизма решение -
набрали по периферийным киностудиям списанной техники, подделали
нехитрое разрешение на съемку - и абсолютно открыто вперлись на
территорию банка на съемочном автомобиле. Охране пришел звонок "из
Мосфильма", что известный режиссер будет снимать сцену налета на
хранилища наличности, были расставлены камеры и софиты, предъявлены
бутафорские мешки с "деньгами" - и ограбление прошло изумительно
натуралистично! Актеры сердечно поблагодарили сотрудников банка за
помощь в съемках - и были таковы. Грузовичок с аппаратурой бросили в
соседнем переулке, а съемочный "ЗиМ" с мешками настоящих денег исчез
бесследно.

История вторая, преподнесенная изначально как загадка. Дано - броневичок
с золотом-сырцом, идущий под охраной с прииска. (В Союзе не было
современных желтых "сейфомобилей", ценности перевозились в обычном
неказистом газике, под тентом которого скрывался сварной железный ящик с
охранником и собственно грузом.) Два отсидевших рецидивиста желают
вернуться домой с денежками. Вопрос - как? Оружия, понятно, им никто не
дал бы, да и если дал - все равно охранник им ящик не откроет изнутри...
На этом месте батя усмехнулся и спросил, знаю ли я, как лисы едят ежей.
Я признался, что, конечно, не знаю. Оказалось, очень просто - закати
ежика в ручей, тут-то бедняга и развернется, куда деваться.
Остальное уже понятно, да? Угоняется лесовоз и ждет у мостика в засаде.
Как только приближается кортеж, лесовоз, пропустив первого мотоциклиста,
вылезает на дорогу под углом и - без шума и пыли броневичок и второй
мотоцикл уходят от столкновения прямо в воду. Дальше - дело техники, по
воде можно пешком уйти от любой собаки.
Эти, правда, не ушли: их главной ошибкой было махать заточками перед
водилой угнанного лесовоза...

(c).sb.