Результатов: 13

1

Абрам согрешил с чужой женой и, как положено, пришел в синагогу за отпущением грехов. Его встречает Раввин. Отвечай, с кем ты совершил грехопадение?! Не могу, раби Можешь и не стараться! Я и так знаю, что ты согрешил с женой булочника Шихмана она известная блудница. Нет, раби Нет?! Так, значит, ты согрешил с дочерью портного Каца?! Как та низко пал, несчастный! Нет, раби Что-о-о-о?! Неужели ты спутался с этой распутницей, племянницей лавочника Рабиновича?! О-о-о-о! Нет, раби Ах, нет?! Вон отсюда, развратник! Не будет тебе никакого отпущения! Абрам выходит из синагоги довольный, как слон. Столпившиеся у крыльца Евреи спрашивают его: Ну как, Абрам, отпустил тебе раби грех? Нет А чего ты тогда такой довольный? А я таких три адреса узнал!

3

У немецкого ботаника Карла Гебеля был один знакомый художник. Однажды этот художник попросил учёного дать оценку его новой картине "Грехопадение". Гебель очень долго присматривался к картине, а потом заявил, что картина никуда не годится, поскольку не соответствует исторической истине. На изумление художника он ответил словами:
- Сорт яблок, одно из которых Ева предлагает Адаму, был выведен только 80 лет назад.

4

Что вы знаете о временах и нравах?!
Да ничего вы не знаете. В нашей школе произошел грандиозный скандал перед каникулами: на перемене, 16-летний ученик соблазнил 22-хлетнюю учительницу младших классов, а вскрыла это грехопадение 25-летняя психолог школы, беременная от того же юноши. В произошедшем ничего предосудительного 30-летняя мама школьника не видит.

5

Однажды немецкого ботаника Карла Гебеля знакомый художник позвал оценить его новую картину "Грехопадение". Ученый долго рассматривал картину и вдруг заявил, что яблоки нарисованы неверно. Художник удивился: "Почему неправильно?" Гебель объяснил: "Потому что сорт яблока, которое Ева протягивает Адаму, был выведен всего восемьдесят лет назад".

6

Кем бы ты ни был - никогда не выделяйся из коллектива.

На полную достоверность деталей не претендую, но суть истории попытаюсь передать.
Случилась эта история в городе N-ке ещё до дефолта. Жил у меня там знакомец, назовём его Паша. Пашка был компанейским парнем, владел оптово-розничной фирмой, в которой собрал, таких же как он сам, молодых неглупых распиздяев. При этом дела шли хорошо, и компашка могла позволить себе регулярные кутежи в кабаках, «на природе», в сауне с выпивкой и девочками, «на деньги фирмы».
Отдельным «белым пятном» в коллективе выделялся Сёма. Сёма был стеснительным худощавым парнем из интеллигентной семьи советских евреев. Таких теперь не производят. Обладал математическим умом и экономическим образованием. Занимал должность коммерческого директора, прекрасно разбирался в векселях, бартерах, внешнеэкономической деятельности и «минимизации налогов». На работу приходил в костюме и галстуке, жене за несколько лет супружеской жизни ни разу не изменял (и ему верили), и потому подчёркнуто сторонился загулов своих коллег. Нужно заметить, что работы «в поле» Сёма стремался, а к людям в погонах относился с благоговейным трепетом.
Пашкина фирма имела «крышу», без чего в 90х было работать сложновато. «Крыша» была ментовская, в лице немаленького чина из управления, будем звать его Полковник.
И состоялся однажды между Пашкой и Полковником диалог примерно такого содержания:
«Пришло время Паша проявить тебе гражданскую сознательность. Завелась тут на моей земле шпана приблатнённая и, пользуясь правовым вакуумом, развила бурную криминальную деятельность. И если на их подпольные бордели можно как то прикрыть глаза, дело то древнейшее, то вовлечение малолетних в занятие проституцией и наркоторговля - это уже грех большой. И руководит этим всем непотребством чувак с погонялом Пижон. И поставлена мне руководством задача «Быстро и решительно пресечь деятельность ОПГ!», а так как времени на полноценную оперативную разработку нету, ты, Паша, просто обязан оказать помощь правоохранительным органам. Да и делать то тебе ничего необычного не придётся. Просто для следующего своего «корпоратива» закажите сауну ХХХ. Девок вызовите по тел. ХХ-ХХ-ХХ всех доступных, оторвитесь безбашенно. И пьяную бузу организуйте, что бы к вам «на разборки» бригада выдвинулась. И тогда мы их там всех примем с поличным, и рейд по другим адресам синхронно проведём. И, даст Бог, к утру мы эту всю пиздабратию упакуем. И дабы нигде не протекло, знать об операции будет мало народу. Я своих оперов предупрежу, что бы к посетителям относились со всей предупредительностью, а ты своих удержи от быкования.»
Опечалился Пашка, но, считай, Родина приказала…
В согласованный день вся компашка выдвинулась по указанному адресу. И, то ли по стечению обстоятельств, то ли по причине семейного конфликта, с ними увязался Сёма.
Сауна была роскошная, с большим бассейном, банкетным залом, биллиардом, тренажёрами и комнатами «отдыха». Парни гуляли на широкую ногу, дружно пытались напоить Сёму, подсылали к нему голых девок, ну и развлекались на полную. И, естественно, начало маски-шоу встретили в разных местах и позах. Их предупредительно, но настойчиво, затолкали в биллиардную и порекомендовали включить музыку погромче, а криминальную публику опера растащили по углам «колоть» и другие процессуальные процедуры..
А что же случилось тем временем с Сёмой!?
А Сёма, быстро устав от непривычной обстановки и повышенному вниманию к своей персоне, тихонько оделся и заныкался в свободной комнатке, переживая своё грехопадение. И что бы как то скоротать время, занялся проработкой очередного бартера-многоходовки с частичной обналичкой прибыли. Начало «представления» он натурально провтыкал и когда на него одели «браслеты» , он решил, что всё это исключительно из-за их прегрешений налоговых. О, Боже, его ведь взяли с поличным (а объективно говоря в тех документах и Сениных писульках сам чёрт ногу сломит), в месте нечестивом, в обществе девиц развратных. Сёма, Ай-я-яй!!! Картина последствий нарисовалась у него в голове. Срок уголовный, развод, осуждающие пересуды родни.
И под влиянием возлияний обильных и обстановки стрессовой, взыграло у Сёмы воспитание коммунистическое, встали пред глазами предки, на всех Фронтах с Гражданской воевавшие. И Сеня, ранее даже "приводов" не имевший, представления о допросах из библиотечных книг почерпнувший, выдал охреневшим операм:
«Вы можете меня расстрелять, но я Вам ничего не скажу!»

А ход мыслей оперов понять можно: Эти голые мужики - явно посетители, в одну сторону. Голые девки - шалавы, тоже ясно. Те, в адидасах, - наши «клиенты», пресовать их нещадно. А это кто? В костюме и галстуке, В САУНЕ??? И, явно, испуган и что то скрывает. Ёпт, сегодня удачный день, походу Пижона, собственной персоной, взяли.
Ну и Сёма «сморозил», вместо того, что бы «обозначиться» кто он есть, ушёл в глухой отказ, что окончательно убедило оперов, что перед ними лично гадкий и хитрый Пижон. В общем, пока Сёму хватились и разрулили ситуацию, его успели нехило «пресануть». Но Сёма проявил, незамеченную в нём ранее, твёрдость духа - он молчал, как партизан, чем удивил волкодавов из областного. Ведь в соседних комнатах остальные фигуранты, под запись, обстоятельно излагали свою жизнь и проступки своих братанов.
Кто то скажет: «А что он мог рассказать? Он же не Пижон!». А не скажите. Каждому есть, что рассказать, не про себя – так про знакомого. Особенно, когда допрос идёт на тему: «Признавайся, гад, сам знаешь в чём!». А можно просто рыдать и биться в истерике. От характера зависит, и не важно, при каких обстоятельствах он проявился, главное, как. А Сёма, как раз, проявил достойную силу характера в критической ситуации.
Впоследствии Сёма своим приключением очень гордился. От комплекса «правильного мальчика» избавился и в бизнесе значительно продвинулся.

7

Абрам согрешил с чужой женой и, как положено, пришел в синагогу за отпущением грехов. Его встречает Раввин. - Отвечай, с кем ты совершил грехопадение?! - Не могу, раби - Можешь и не стараться! Я и так знаю, что ты согрешил с женой булочника Шихмана - она известная блудница. - Нет, раби - Нет?! Так, значит, ты согрешил с дочерью портного Каца?! Как та низко пал, несчастный! - Нет, раби - Что-о-о-о?! Неужели ты спутался с этой распутницей, племянницей лавочника Рабиновича?! О-о-о-о! - Нет, раби - Ах, нет?! Вон отсюда, развратник! Не будет тебе никакого отпущения! Абрам выходит из синагоги довольный, как слон. Столпившиеся у крыльца Евреи спрашивают его: - Ну как, Абрам, отпустил тебе раби грех? - Нет - А чего ты тогда такой довольный? - А я таких три адреса узнал!

10

Дипломатические частушки.

Советский дипломат, сидевший по недоразумению на зоне и выпущенный с извинениями, пишет на зону корешу из загранкомандировки.

Здравствуй, кореш, здравствуй, братка.
Получил твое письмо.
Гонишь, будто мне тут сладко.
Типа золотое дно.

Ты губу-то закатал бы.
Нешто хошь уйти в отрыв?
Я, конечно, помощь дал бы,
Твой загашничек отрыв.

Помню шконки, труд ударный.
Ты вписался пару раз.
И тебе я благодарный,
Что пока не пидорас.

Нет, ущерба для здоровья
Тут точняк не нанесут.
Но услышь мою исторью
И прикинь базара суть.

Ты не встанешь час от смеха,
Только вот такой прогон.
Год, как с зоны я уехал,
И завис в одной из зон.

Тут не так уж беспредельно,
И режим совсем не крут.
Только эту богадельню
Совколонией зовут.

Как корабль Вы назовете,
Так он, в общем, и плывет.
Нет, барыги не в пролете.
Для бродяг – наоборот.

Все по-нашему, по-братски.
Есть сходняк, бугор, Вохра.
В тренде джинсы, видик, цацки.
Под закУсь идет икра.

Пай зависит не от срока,
А, скорей, от их числа.
Рецидив? А че, неплоха.
Кинут к пенсии посла.

Свой водитель и садовник,
Повар, даже секретут.
Все, как будто ты законник.
Помнишь Васю? Так и тут.


Коронуют не на зоне,
Всем рулит, походу, Кремль.
Будет в цвет дружить с Кобзоном
И иметь анальный крем.

Все блатные на отшибе.
У обслуги свой барак.
Робы типа индпошива.
Для шнырей сойдет и так.

Здеся я хлебнул немало.
В том числе немало бед.
Релаксирую оралом,
Так креплю авторитет.

Днями вроде все обычно.
Офис, ужин, телек, спать.
Поведешь себя тактично –
Бросят мячик погонять.

А забУзишь или выпьешь,
Иль к сожительству склонишь,
Не в штрафняк ты с дуру влипнешь,
А до срока угоришь.

Вот такие здесь обманки.
После кичи не понять,
Представляешь, на свиданку
Не пускают родну мать.

Слушай дальше, поподробней,
И тебе уже решать,
То ль остаться в преисподней,
Толь в нее же когти рвать.

«Солнцедара» нет в лабазе,
«Беломора» тоже нет.
И сижу в глухом отказе,
Без бормотухи не обед.

Вот бодяжу водку колой,
Фильтр от Мальборо моча,
Это все не по приколу,
Весь коктейль одна моча.

Потребляю ватный хлеб я.
Сало, ливер? Не найдешь.
По утрам подсел на хлопья,
Есть-то надо, хошь не хошь.

Ты прикинь, они сосиски
Здесь почти совсем не жрут.
Покрывают тестом склизким
И собаками зовут.

Знать, в курсах аборигены
Что для веса в них кладуть.
Понимают, мутагены
Отражают мяса суть.

У Бик Мака есть секреты, -
Спросишь ты? Лови удар.
Это русская котлета,
Но с понтами на пиар.

Девки тут как на витрине,
Все почти белесыЕ.
Забегал вчера к Кристине
С челочкой и косами.

А она, на всякий случай,
Род ведет как раз от чукчей.
Глаз косит, диплом из педа,
Да к тому ж герлфренд торгпреда.

Но своих не обижаю,
Те владеют языком.
И нередко ублажают
Диалогом с коньяком.

Ведь главное общение,
А не грехопадение.

Мы с бугром играем в нарды.
Отношенья вроде есть.
Но грозит помочь на нары,
Если выиграю, присесть.

Бог не фраер, видит шутки.
Не менжуюсь и терплю.
Шлю в ответку прибаутки.
И горбатого леплю.
(Доливаю в кофе утку
И супруге бюст леплю).

Наш хозяин сображает,
Вмиг рассудит, что не так,
Колонисты уважают,
И недолюбливает враг.

Кто же тут у нас вражина,
Спросишь ты, коль все ништяк?
Если ставить по ранжиру -
Водка с пивом натощак.

Следом по угрозам - НАТО,
Бряцает оружиЕм.
Станет в НАТО хреновато,
Вот тогда и заживем.

Ведь буржуи-то устали,
Пусть пока не до конца.
Так учил товарищ Сталин
Не для красного словца.


Здесь у них гниенье тлена,
Запах всюду, как назло.
Как сказал товарищ Ленин,
Вместе с ними западло.
(Полемизируя с Камо)

Эх, сюда бы наши танки,
Да построить пару баз.
Бля я буду, что исландки,
Нам тогда дадут на раз.
(Зуб даю, американки
сразу сменят спрайт на квас).

Им, срамницам, все едино,
Кто заплатит, тот и царь.
Так такая же резина,
АНАЛогичный инвентарь.

Где же ты, моя Маруся,
С кем проводишь дни весны?
На бухгалтере женюся,
Лишь бы не было войны.

Но построить местных надо,
Да спросить, за мир аль нет.
И апологетам НАТО
В Воркуту прислать билет.

Вы уж там их любо встретьте,
По понятиям расклад.
Верю, справится наш третий,
Пионерский наш отряд.

Сделай, чтоб им уяснилась
Сага чести пацана.
Кто помог, когда делилась
Двухсотмильная зонА?

Вашингтон не надо слушать,
В Белом доме один блуд.
Захотят на ужин суши,
Что ж, селедка тут как тут.

К рыбе здесь они привычны,
Хлеб похожий, сила в ем,
А что будет необычно,
Пусть разбавят чифирем.

Мы частушки Вам пропели
Без имен, инкогнитО.
Если в публике сопели,
Значит, что-то в них не то.


Ну, тогда мы строевую
Замастырим в другой раз.
Про маруху боевую
И «На Запад дан приказ».

Ведь есть талант и льется слово,
Как у поэта ЛермонтОва.

11

У немецкого ботаника Карла Гебеля был один знакомый художник. Однажды этот художник попросил учёного дать оценку его новой картине "Грехопадение". Гебель очень долго присматривался к картине, а потом заявил, что картина никуда не годится, поскольку не соответствует исторической истине. На изумление художника он ответил словами:
- Сорт яблок, одно из которых Ева предлагает Адаму, был выведен только 80 лет назад.

12

Приходит еврей в синагогу, так как погрешил с чужой женой. Раввин его спрашивает:
- Отвечай, грешник, с чьей женой ты совершил такое грехопадение?
- Не могу сказать, ребе, стыдно.
- Ах стыдно? Уж не с женой портного Изи?
- Нет, ребе.
- Нет? Тогда, видимо, с женой булочника Абрама?
- Нет, ребе.
- И она нет? Знаю. С невестой торговца Мони, она известная блудница. Ведь так?
- Нет, ребе.
- Пшёл вон из синагоги! Не будет тебе никакого прощения!
Еврей выходит довольный. Его прихожане спрашивает:
- Простил тебя ребе?
- Нет.
- А шо ж тогда улыбаешься?
- А я столько адресков узнал.

13

(А)браша согрешил с чужой женой и, как положено, пришел в синагогу за отпущением
грехов. Его встречает (Р)аввин. (Р) - Отвечай, с кем ты совершил грехопадение?!
(А) - Не могу, раби (Р) - Можешь и не стараться! Я и так знаю, что ты согрешил с
женой булочника Шихмана - она известная блудница. (А) - Нет, раби (Р) - Нет?!
Так, значит, ты согрешил с дочерью портного Каца?! Как та низко пал, несчастный!
(А) - Нет, раби (Р) - Что-о-о-о?! Неужели ты спутался с этой распутницей,
племянницей лавочника Рабиновича?! О-о-о-о! (А) - Нет, раби (Р) - Ах, нет?! Вон
отсюда, развратник! Не будет тебе никакого отпущения! (А) выходит из синагоги
довольный, как слон. Столпившиеся у крыльца (Е)вреи спрашивают его: (Е) - Ну
как, Абраша, отпустил тебе раби грех? (А) - Нет (Е) - А чего ты тогда такой
довольный? (А) - А я таких три адреса узнал!