Шутки про облака - Свежие анекдоты

Результатов: 184

51

Мандаринки

Сантехник Иваныч сидел на своей захаращенной кухне в своей холостяцкой берлоге. Пил горькую. Компанию составляли ему только рыжие тараканы, вольготно себя чувствовавшие среди немытых тарелок.
Да-а, жизнь-то не сложилась. А ведь мечтал стать учителем физкультуры, чтобы до старости с пацанами в футбол гонять. Странная мечта — не летчиком, не моряком, а именно физкультурником. Мечтал жениться на однокласснице Олечке, красотке на всю школу, Оля будто и строила ему глазки, а после школы уехала в Тбилиси.
А он что? Спивается помаленьку, а че ж не спиться, если целыми днями в чужие унитазы заглядываешь да бачки сливные чинишь. И все ему: «Иваныч то, Иваныч се, поди туда, принеси то». Даже отчество его звучит в их речах неуважительно. Никто не знает, что он — Сергей Иванович Кротов. Никто не знает, что у него был брат-близнец Димка, который умер в семь лет от лейкемии. Он любил брата, хотя тот очень часто лежал в больницах и почти с ним не играл. Димка много мечтал — хотел вырасти и стать геологом. Хотел побывать на Северном полюсе, хотел…
Пьяные слезы потекли по щекам алкоголика: «Эх, Димка, это ж я виноват в твоей смерти, и все из-за этих чертовых мандаринов. Прости, брат…»

Сергея давно мучила нелепая и детская вина, гвоздем вонзавшаяся в сердце. Он вспомнил свое бедное детство. Бедное, потому что брат болел и мать занималась хворым сыном, почти не обращая внимание на здорового. Все время и все деньги уходили на Димку. Близился Новый год, и отец принес с работы два кулька подарочных конфет — ему и Димке. Конфеты были самые дешевые, леденцы, помадка, батончики, но среди конфет красовались две больших спелых мандаринки. Сергей обожал мандарины.
— Одну съешь сам, вторую оставь Димке, — сказал отец.
— Конечно, пап.
Сергей помнил, какой вкусной, ароматной и по-настоящему сладкой была его мандаринка. И абсолютно не заметил, как съел и вторую. Когда он понял, что натворил, стало стыдно. Кожура мандаринок полетела с балкона.
«Надо и виду не подать, что в подарках были мандарины», — подло подумал он.
Ему «повезло», о мандаринах никто и не вспомнил, потому что Димке снова стало хуже, и его вместе с матерью увезли на «скорой» в больницу. А потом Сергей помнил, как к ним понаехало много родственников — дедушки, бабушки, тетки, дядьки.
Бабушка Варя все говорила матери, что не место ребенку на похоронах, но мать оставила его возле себя, и он видел самого себя — исхудавшего и почти прозрачного в маленьком гробу. Видел и не верил.

А потом, уже после похорон, его как обухом по голове ударило: «Димка не умер бы, если бы я не украл его мандаринку».
Это была глупая мысль, но она засела в мозгу, превратив его в законченного хулигана и хама. Совесть грызла изнутри, он всем грубил, чтобы ее не слышать.
Отец через год ушел из семьи, оставив на его детские плечи весь груз в виде вечно истерящей матери. И пошла вся жизнь кувырком. Женские истерики, крики и слезы так ему надоели, что он решил семью не заводить. И вот теперь пьет с тараканами.
«Эх, братка, вернуть бы время назад».

Шатаясь и задыхаясь от излишнего выпитого, Сергей вышел на балкон. Город уже зажег огни, звезд видно не было. Сергей поднял глаза к небу и почти протрезвел. Почти на всю ширь ночного неба сверкал огненный циферблат часов. Сергей явственно видел цифры и две стрелки — маленькую и большую — часовую и минутную. Сергей глазел на чудо, а часы будто смотрели на него. Затем стрелки часов вдруг сдвинулись с места и пошли в обратном направлении. Сергей не мог оторвать от них взгляд, вместе с тем он чувствовал себя странно. Он будто уменьшался в размере, будто становился легче. Он взглянул на свои руки, куда подевались мозоли? И руки будто детские. Зажмурился, открыл глаза. Он стоял на балконе своей детской квартиры и слышал, как на кухне возится мать. Слышал ее голос.
— Ма-ам, — удивленно пискнул Сергей.
Из кухни вышла его молодая мать.
— Чего шумишь? Дима только уснул.
Недовольно повела бровью мать.
— Димка живой?! — едва не заорал он, но вовремя сдержал вопль. А тут повернулся ключ в замке, и в прихожую вошел отец с двумя пакетами новогодних конфет и мандаринок.
— Одну мандаринку съешь сам, вторую для Димки, — сказал отец.
Сергей наконец-то взял себя в руки и стал мыслить ясно. Он знал, что надо делать. Когда родители ушли смотреть телевизор, он вынул мандаринки из кулька. Запах был одуряющий, он сглотнул плотный комок слюны. Взял мандаринки, очистил от кожуры и отнес в Димкину комнату. Брат слабо зашевелился.
— Дим, просыпайся, соня, я принес тебе мандаринов из самой Африки или, может, из Грузии, не знаю.
Сергей отломил дольку и вложил в рот брату.
— Вкусно, Серый, ты тоже ешь.
— Не-а, я уже свои съел, их было четыре.
— Ну и что, ешь еще.
— Дим, ты чего, хочешь, чтобы я аллергию отхватил? Не хочу.
— Серый, а я не хочу завтра в больницу. Надоело уже.
— Ничего, вот подлечишься, Димка, и станешь геологом. Я читал, что на Урале есть целые подземные залежи самоцветов. Представляешь, сколько там всего!
Димка доел последнюю мандаринку.
— Как ты думаешь, Серега, я смогу найти какую-нибудь тайну в земле, если стану геологом?
— Конечно, сможешь, так же, как я буду тренировать свою футбольную команду.
Сергей обнял своего брата-близнеца и закрыл глаза, чтобы не заплакать.

Проснулся он от сильного толчка в плечо: «Ты чего дрыхнешь, шашлык же подгорит, олух!» Сергей открыл глаза. Перед ним стоял смеющийся бородач с его глазами и улыбкой.
— Д-димка?!
— Ну а кто же еще? Да прямо с Камчатки! Икры привез, и крабов, и целую друзу горного хрусталя.
Сергей оглянулся. Он сидел на лавке в уютной беседке. Дача зимой была такой же уютной. Из домика вышли женщины и две девочки — его дочери, жена Ольга, и невеста Дмитрия Катя. Все еще не веря в происходящее, Сергей вошел в дом и посмотрел в зеркало. Выглядел неплохо: подтянут, строен, моложав, как и полагается физруку. Барышни накрыли на стол. Дымилась уха, украшали стол шашлыки и бутерброды с икрой. Сели за стол, на стол Димка водрузил бутылку «беленькой».
— Э-э, нет, Дим, я не пью. Мне вообще было такой кошмар приснился, будто я алкаш запойный, торчу на кухне с тараканами. И будто я одинок, и тебя, Дима, нет. Будто ты умер в детстве.
— Серый, ты че?! Какое умер, ведь у меня замечательный брательник. Я болел, это да, а помнишь, как ты меня мандаринами кормил? Еще и врал мне, что мандаринок было четыре. Я все помню, Серый. Вот тогда-то я за жизнь зубами и ухватился. Вот тогда, брат, я и понял, что не могу просто сдаться. Да, кстати, хочешь посмотреть на мои геологические находки, у меня целый рюкзак.
— Хорошо, Дим, сейчас приду, только вдохну еще немного свежего воздуха.
Сергей Иванович Кротов поднял лицо к небу. Никакого циферблата в небе не было, но Сергей сказал куда-то в облака: «Спасибо за все, огромное спасибо…»

52

История о счастье

Как-то вспоминала, было ли в моей жизни счастье. И вспомнила один день. Мы с мужем пошли в лес, в наши крымские горы. Гуляли, наслаждались, радовались, но это ещё не было счастье. Нашли маленький родничок, и устроили около него привал. Никогда я не ела таких вкусных помидоров, и никогда не был так вкусен простой хлеб с прохладной родниковой водой.

А потом я легла на траве отдохнуть. Был конец мая. Помню обалденный запах примятой травы, шуршание каких-то букашек рядом, и абсолютно невероятное небо надо мной, голубое и бездонное. А по нему плывут облака лёгкие, и ласточки летают быстрые.

Где-то далеко-далеко внизу еле слышный шум города, а под спиной тёплая и нежная, как материнская грудь земля. И птичка маленькая прилетела на соседний куст, посмотрела на нас с любопытством и спела свою незамысловатую песенку, как хрустальный колокольчик прозвенел.

И тут-то меня и накрыло счастье. Целиком, полностью, словами не передать... Никакими словами, типа вечность, бесконечность, вселенная. Просто я была ничем и одновременно всем…

Потом спросила мужа, сколько времени я так отдыхала, а он ответил, что сам потерялся во времени, и как хорошо, что мы выбрались на природу, а не гуляли среди толпы по набережной.

За счастье можно принять удовольствие, удачу, исполнение желаний, удовлетворённую страсть наконец. Но истинное счастье, оно неожиданно и бескорыстно, оно доступно только маленьким детям. А взрослым лишь иногда...

53

Для пацанов поселковое лето на развлечения не богато — речка, да лес с грибами. А душа просит Амаргеддон и желательно каждому воину иметь что-то стреляющее и взрывающееся, а не только дубину для тотального уничтожения крапивы.

На этот раз мы индейцы племени Нуегонахер. Пятеро десятилетних сорванцов и предводитель. Заводилой всегда выступал Олег, а его характер перфекциониста не давал ему успокаиваться, пока оружие не станет близким к идеальному варианту. Наши луки не были простыми палками с натянутой леской. Это была реконструкция боевого изделия, созданная по книгам про индейцев с поправкой на среднерусскую равнину. Брали несколько прутьев ивы, рябины, вишни и яблони, которые скручивались в плотный пучок с фиксацией изолентой. Упругая связка оборачивалась размоченной шкурой кролика мехом наружу и сушилась на солнце. Мохнатая палка изгибалась подручными средствами и натягивалась тетива, сплетенная из нескольких видов капроновых нитей. Идеально сбалансированные стрелы с гвоздями-наконечниками, преодолевая приличное расстояние, прилетали всегда точно в цель.

В лесу построены вигвамы с каркасом из березовых сучьев и крытые ельником. Перед каждым «штабом» установлен родовой тотем и обустроено место под кострище. После дневных набегов на враждующие племена мы садились вокруг костра и раскуривали трубку мира — обычная трубка с удлиненным мундштуком из дягиля. Набивали сопло трубки табаком из распотрошенных сигарет и делали умные лица, передавая ритуальный предмет товарищу. Потом, перед тем как идти домой, жевали смолу, ели щавель и прочие пахучие дикоросы, чтобы не быть уличенными в курении.

У нас были свои имена: Крепкий Дуб; Ночной Лис; Рыбный Филин(?); Зеленый Дрын; Кожаные Штаны; Опоссум (просто опоссум, в память об одном неординарном событии). С каждой прочитанной книгой мы становились все больше индейцами и переходили на лесной образ жизни. Уже с утра на лицо наносился боевой раскрас акварельными красками. Волнистые линии, треугольники и загадочные спирали на лбу служили не только устрашающими знаками, но и помогали маскироваться в траве, когда воин выходил на разведку. В волосах красовались перья из хвоста сороки, шею унизывали родовые талисманы из корня папоротника, замысловатых сучков и украденных из дома брошей.

Сегодня ночью сводный отряд индейцев идет воровать яблоки. Заранее разведаны пути подхода и отхода, надломан штакетник и установлена яблоня с самыми сладкими плодами. Стрелы снабжены тонкими крепкими нитями, чтобы подтаскивать плоды с безопасного расстояния. Плотные облака скрывают крадущиеся тени, легкий свист нескольких стрел и глухой стук тяжелых плодов о землю. Еще раз натягиваем луки. Есть! Стрелы уходят за забор… и раздается душераздирающий визг/вой/лай собаки, которая до этого мирно спала у своей будки. Старый пес, наполовину глухой и хромой, получив гвоздем в задницу, взвился свечкой и грохнулся в миску с водой. Крутанувшись пару раз в тазике, он рванул в сторону забора и уже через секунду уперся лбом в хрустнувший штакетник.

Храбрые индейцы, побросав луки и стрелы, теряя драгоценные перья и амулеты, рванули в сторону поселка. Вой страшного животного кусал за пятки, куда временно опустился желудок и душа, крапива встала на сторону Зла и внезапно вырастала в самых неожиданных местах.

Утром был показательный суд. Хулиганов, тунеядцев и бездельников с остатками макияжа и крапивных ожогов выстроили в ряд перед частично порушенным забором. Улики торжественно сломали перед нашим носом, пообещали выдрать, как сидоровых коз, заставили извиниться перед владельцем сада и изгнали с «глаз долой». Вечером мы торжественно сожгли в лесу вигвамы и тотемы, покурили укороченную трубку и решили стать благородными мушкетерами. Но это уже другая история.

54

Василий Иваныч с Петькой решили "белым" досадить. Захватили плотину электростанции. Белые их окружили, не дают высунуться. Короче, Василий Иваныч говорит Петьке: "Вот, сейчас, включим в цепь турбины масляные реостаты и доведём уровень паразитных гармоник до мегагерц...." Петька ему: " Я Академий не кончал, Вас Иваныч, кто тебя электрике учил, говорил, зачем?" Василий Иваныч: " Когда уровень гармоник достигнет гигагерц от самовозбуждения, провода вокруг реки начнут наэлектризовывать воздух, воздушные капельки пара образуют облака и пойдёт дождик. Все былые и промокнут!" Петька орёт: "Тогда крути ручку реостата быстрее, электризуй их!" Короче, смотрит в бинокль и координирует действия Чапаева: "Крути побольше, так, облачка собираются, но ещё рано, ослабь пока..." Чапай ему: "А чё былые делают?" Петька: "Да на бережку жо... греют на солнышке..." Чапай: "Щас добавлю гармоник, чё делают белые?" Петька:"Дождик накрапывает, собираются в коровник прятаться..." Чапай: "Щас ещё гармоник добавлю! Щёб их промочило!" Подкручивает реостат, что-то клацает в турбинном отделении, видать ещё одна обмотка добавилась в трансформаторе. Петька: "Василь Иваныч, все белые сбежали в коровник от ливня, ну дак добавь-ка им ешшо! Белым!" Василий Иваныч подкручивает ручку реостата ещё, орёт: "Всё, Петька, это максимум, не могу больше, а чё былые делают?" Петька отвечает: "Коровник трясётся, коровы мычат, ты, видать, их переэлектризовал. Похоже, белые возбудились и коров трахать начали!" Василий Иваныч мрачно: "Отобъём у них коровник, а нам, монтёрам, за вредность профессии, и молочка пить не захочется..."

55

Умирает Путин и оказывается у ворот Рая, где его встречает апостол Петр со словами:
- Добро пожаловать в рай, господин президент. Только, к сожалению, прежде чем вас здесь поселить, должен вам сказать, что нужно решить одну небольшую проблемку. Видите ли, это большая редкость, чтобы политик такого высокого ранга попал в рай, и мы, по правде говоря, даже не знаем, что с вами делать. Поэтому мы решили, что один день вы проведете в аду и один в раю, чтобы вы сами могли свободно решить, где проводить свою вечность.
Затем апостол провожает вновь прибывшего к лифту, на котором бывший президент спускается в ад. Открываются двери лифта, Путин выходит и видит вокруг себя ярко-зеленое поле для гольфа. Вдали он замечает роскошный клуб. К нему навстречу бегут его друзья-политики, с которыми он когда-то работал, радостно обнимают его, вспоминая старые добрые времена, когда они все вместе богатели за счет русского народа. Они играют партию в гольф, а потом вместе идут в клуб на ужин с черной икрой, омарами и прочими вкусностями. С ними ужинал и сам Сатана, который в реальности оказался человеком очень симпатичным, любезным и веселым. Путин так весело провел время, что даже не заметил, что уже пришло время уходить. Все подходят к нему, горячо жмут ему руки. Путин был очень тронут, и ему стало грустно. Но вот, двери лифта закрываются, и он вновь поднимает Путина к вратам рая, где его встречает апостол Петр. Следующие 24 часа Путин проводит время так: перепрыгивает с облака на облако, играет на арфе, молится и поет. День долгий и нудный, но наконец он заканчивается. Появляется апостол Петр и спрашивает:
- Господин президент, вы провели один день в аду и один в раю, теперь вы можете по-демократически решить, где провести остаток вечности.
Путин немного подумал, почесал лысину и говорит:
- Ну, что я могу сказать, рай это, конечно, очень красивое место, но кажется, мне больше понравилось в аду.
Апостол Петр, пожав плечами, вновь провожает его к лифту. Когда лифт спустился и двери открылись, Путин увидел огромную пустыню, всю заваленную мусором, а все его друзья, одетые в рабочие комбинезоны, собирали этот мусор и паковали его в черные пластиковые пакеты. К нему подходит Сатана и обнимает его одной рукой за шею в знак приветствия.
- Я не понимаю, - лепечет Путин, - позвольте, вчера здесь было поле для гольфа и клуб, где у нас был ужин с черной икрой и омарами, и вообще, мы вчера здесь так здорово оттянулись А сейчас тут только эта пустыня, заваленная мусором, а мои друзья кажутся последними неудачниками
Сатана смотрит на него, улыбается и говорит:
- Друг мой, вчера у нас была предвыборная кампания. А сегодня ты за нас уже проголосовал

57

Несколько лет тому назад летел я из Гонолулу в Атланту с полуторачасовой пересадкой в Лас-Вегасе. Пересадка как пересадка: добрался поездом до своего терминала, нашел нужные ворота и, усевшись поудобнее в свободное кресло, приготовился скучать. Минут через десять рядом со мной устроилась средних лет пара в том счастливом возрасте, когда дети уже выучены, долги почти выплачены, а здоровье позволяет жить почти что на полную катушку. Мистер вежливо спросил, откуда и куда я лечу, внимательно осмотрел мои поношенные туристские ботинки и начал рассказывать:

«Три года назад на границе Невады и Калифорнии я купил около 200 акров земли с крохотным озерцом. На холме построил хороший современный дом – 2 этажа, 3 спальни, 3 санузла. Электричество – 100% от солнечных батарей. Вода – дождевая и из озерца. Мобильного сигнала там нет, но, как оказалось, оптоволоконный кабель проходит прямо по моему участку. До ближайшего городка, где есть почта, аптека и банк, – минут сорок. До городка покрупнее – полтора часа.

Никогда прежде мне не приходилось жить так близко к дикой природе. Поначалу, можно сказать, был слепым и глухим. Только постепенно стал замечать облака, звезды и луну, отдельные растения, цветы, бабочек и ящериц. То, что казалось звенящей тишиной, стало птичьим свистом, стрекотом кузнечиков, шелестом травы. В общем-то, этих шумов было немного, и днем я мог сразу сказать источник любого из них. Но ночью… Каждую ночь мне не давали уснуть загадочные звуки в окружающей дом кромешной темноте. Негромкий лай, ворчание, взвизгивание, шуршание, но ничего, что вызывало бы страх. Точно не схватка и не последний стон.

Заинтригованный, я заказал на Амазоне монокуляр ночного видения с камерой. Вы даже не можете представить, что я испытал, когда в первый раз посмотрел в него на мое озерцо. Это был настоящий шок. Около воды собрались буквально десятки животных, которых я никогда не видел днем: красные лисы, скунсы, еноты, опоссумы. Уже позже я несколько раз замечал там даже койотов. Звери, принадлежащие к совершенно различным видам, играли в догонялки, понарошку боролись, чуть ли не водили хороводы. И определенно были совершенно счастливы. В Библии сказано, что в Эдеме, райском саду, все животные жили в мире и любви. Я бы ни за что не поверил, что могу увидеть нечто подобное в двух шагах от собственного дома. Жаль, что у меня старенький телефон, и я не могу перенести на него мои видео. Я бы вам показал».

Мистер покосился на свою погруженную в телефон супругу, вздохнул и негромко добавил: «И все они имеют между собой секс».

Бонус: Виды Калифорнии и Невады при нажатии на «Источник».

58

Нос задирая чуть не в облака
как монумент (себе же) с пьедестала
гордец на прочих смотрит свысока
хоть сам, по сути, стоит очень мало.
- Моя страна - великая страна!
- Мой дом,- столица! Твой - ваще халупа.
Мне гордость эта минимум странна.
И по латыни "гордый" значит "глупый"
"Goordy" (gurdus) в переводе с латинского "тупой, глупый"

59

Задолбало, что скоро вырастет поколение, не знающее, что такое открытый огонь.

Светодиодные свечи, пластмассовое "пламя" которых можно спокойно трогать руками, встречаются всё чаще. И ладно, если бы они использовались лишь для создания романтической обстановки, но нет, на них переходит, пока очень медленно, даже... церковь. Не, серьёзно, совсем недавно видел. Пока всего несколько светодиодных на сотни полторы обычных, но ведь это только начало.

Костры? Популярность турпоходов сильно упала, теперь слово "туризм" обычно означает совсем другое.

Газовые плиты раньше зажигали спичками, теперь они зажигаются сами встроенными высоковольтными блоками. Но там хотя бы открытое пламя осталось, а в большинстве вновь возводимых домов плиты - электрические.

Двигатели внутреннего сгорания пока ещё существуют, но на то оно и внутреннее, что снаружи не видно. Но и эти двигатели очень медленно сдают позиции - не замечаем мы этого пока только потому, что находимся в самом начале процесса.

Ещё в начале прошлого века огнём нагревали паяльники и утюги, теперь же об этом многие даже не подозревают.

Последним оплотом открытого огня остаётся курение, но и там... Вейпы зашли плохо, они исчезли так же стремительно, как и появились - вкус не тот, зато у "Айкосов", "Гло", и что там ещё бывает, популярность растёт стремительно, там вкус почти тот же, а телодвижений меньше. Так ведь лет через двадцать спички и зажигалки из продажи исчезнут - не нужны будут.

А значит, в чрезвычайной ситуации или на необитаемом острове многим будет просто нечем зажечь костёр, чтобы выжить, потому что зажигалок нет, а способы добычи огня трением будут знать только немногочисленные выживальщики. А в случае пожара... С одной стороны, УЛПЦТ больше нет, с другой - мы живём в мире, где практически все аккумуляторы - литий-ионные, поэтому пожары очень редко, но случаются. Представляю себе, как лет через пятьдесят люди смотрят на странное явление, которого они живьём никогда не видели, и понятия не имеют, что с ним делать. И ведь вроде бы на ОБЖ проходили в теории, и в новостях какие-то лесные пожары показывали. Но живьём - никогда. И вот вместо того, чтобы звонить в 112, люди стоят в ступоре, не понимая, что вообще перед ними происходит - какие-то светящиеся языки, от них исходит тепло, над ними какие-то облака поднимаются... А вещи корчатся, рассыпаются и исчезают.

Прямо как "дуболомы" в сказке Волкова.

60

xxx: Как давно и доподлинно известно облака состоят из взбитых сливок. А в связи с неблагополучной экологической обстановкой в молоке, из которого они готовятся, весьма высокое содержание тяжёлых металлов.

yyy: Есть другая, не менее авторитетная теория. Как известно, облака - белогривые лошадки. У лошадок есть металлические подковы, а также металлические части сбруи. Всё это и позволяет засекать их радарам.

63

Народные приметы
— Если пчелы бьются об улей и падают, значит расцвел хмель!
— Если мама смеется над остротами папы, значит, в доме гости.
— Если дым стелется по земле — вернитесь и выключите утюг, если поднимается столбом — можете уже не возвращаться.
— И волки сыты, и овцы целы, и пастуху вечная память.
— Облака идут против ветра — к снегу, писать против ветра – к стирке.
— Если ласточки летают низко, значит жрут много
— Если хотите рассмешить бога — расскажите ему о своих планах.
— Молоко вдвойне смешней, если после огурцов.
— Как ни крутись — а ж... па сзади.
— Лопнувшая резинка от трусов — к большому стыду или у кого как
— Ведра пустые — по воду идти.
— Кто ищет, тот что-то знает.
— Ваз 2110 еще не машина, но уже не телега!

65

Скворцов и тюлень

— Это несерьёзно! — сказал фотограф Скворцов. На рекламном плакате к острову Тюленей подплывал неказистый кораблик, битком набитый толстыми туристами с дешевыми фотокамерами. Ограниченный ракурс, нет возможности выбрать правильный угол к солнцу, всеобщая толкотня, грязь и хаос, думал Скворцов. Нет, надо нанять лодку. Отельный консьерж тут же раскрыл перед ним альбом с красивыми катерами. Поглядев на цены, Скворцов подумал, что не так уж и любит тюленей.
Но выход, как всегда, нашёлся. Таксист, отвозивший вечером Скворцова в портовый ресторан, рассказал, что у рыбаков можно найти лодку на весь день, не дороже пятисот рандов. С опытным шкипером. Скворцов одобрил и дал таксисту поручение.
В порт Скворцов направился, поскольку предположил, что если где и умеют готовить рыбу, то у самого моря. Пока что в Африке кормили только невкусной рыбой. К тому же, Скворцову захотелось немного романтики: сидя в Кейптаунском порту за бокалом минералки, напевать песенку «В Кейптаунском порту». Последнее вполне удалось, хотя кроме первой строки ничего не вспомнилось. Звучал джаз, сотни лампочек отражались в темной воде, от бара к бару гуляли веселые люди. Рыба, креветки, мидии — всё, что заказал Скворцов, на вкус было одинаковым и напоминало соленую вату.
Рано утром, таксист, как и обещал, ждал у входа в отель. В багажник уже поставили заказанный Скворцовым "пикник" — большой пластмассовый ящик-холодильник, где лежали во льду бутылки с минералкой, два банана и диетический бутерброд с брокколи.
Дорога оказалось долгой. Скворцов успел вздремнуть. Проснувшись понял, что город остался далеко позади. Они ехали вдоль океана, вокруг было пустынно, изредка попадались дома и большие указатели с надписью "Пляж".
— А вот и рыбацкий порт! — наконец сказал таксист и, заметив удивление на лице Скворцова, добавил, — Старый рыбацкий порт.
Весь порт состоял из бетонного мола, длинным полукругом уходящим в море. С внутренней стороны болтались на воде лодочки, с мачтами и без. На берегу стояли ржавые контейнеры, используемые, видимо, для хранения, и высилась сооруженная из тех же контейнеров будка, с гордой надписью "Офис". От этого офиса к ним направился чёрный мускулистый парень, очень чёрный, намного чернее таксиста.
— Это ваш шкипер, — радостно объявил таксист.
Скворцов для начала уточнил расценки. Парень подтвердил, что за пятьсот рандов лодка до темна в распоряжении Скворцова, но бензин оплачивается отдельно, по факту.
— Окей! — сказал Скворцов. Он был рад, что всё удачно складывается.
Шкипер взял пикник, потянулся было за фоторюкзаком, но Скворцов понёс фоторюкзак сам.
Идти пришлось немало. Уже у самого конца мола шкипер вдруг резко повернул направо и исчез. Скворцову в первый миг показалось — прыгнул в воду, но нет, парень, как по лестнице, не останавливаясь, сошёл в небольшую моторную лодку. Скворцов устремился было за ним, но замер на бетонном краю. Ступить вниз, на качающийся нос лодки он не решался, да и высота была пугающая. Шкипер прижал борт к молу, принял у Скворцова рюкзак. Скворцов же сел на край, потом развернулся и, опираясь на руки, попытался спуститься. Шкипер поймал болтающиеся в воздухе ноги фотографа и направил их в нужное место.
Изнутри лодка показалась не такой маленькой, как снаружи. Имелся тент и непромокаемое отделение, куда Скворцов тут же запихал рюкзак. Шкипер на корме возился с мотором. Скворцов решил сказать ему что-нибудь приятное.
— А мне тут гид рассказывал, что чёрные люди боятся моря. Плохо же он знает свою страну — сказал Скворцов и посмотрел на облака. Те были не особо фотогеничны, но в целом подходили. И тут Скворцов почувствовал неладное. Наверное, парень должен был что-то ответить, но ответа не было. Скворцов перевёл взгляд на шкипера и понял, что тот побледнел. Заметить этого Скворцов никак не мог, но каким-то образом почувствовал. Выкатив глаза, парень смотрел то на Скворцова, то на воду, на Скворцова, на воду и вдруг, одним прыжком выскочив из лодки, побежал к берегу.
— Куда же... эээ, — не успел спросить Скворцов и подумал, — наверное, парень забыл что-то. Важное. Бензин, к примеру.
Скворцов обвыкся в лодке, посидел на разных скамьях, определил самую удобную. Дул лёгкий ветерок. Было приятно дышать морем, похлёбывая прохладную воду из пикника.
По молу шёл черный человек с ящиком, похожим на скворцовский, но крупнее. Вскоре стало ясно, что это не шкипер.
— Доброе утро, сэр! — сказал человек, подойдя. — Не желаете мороженого?
— Нет, не желаю, — ответил ему Скворцов. Мороженщик как будто не расслышал, он поставил ящик, открыл и стал вынимать и показывать образцы продукции.
— Очень вкусное, очень холодное, сэр! С тёмным шоколадом, с белым шоколадом. С орехами, без орехов, с кокосовой стружкой. Отличная цена, сэр!
— Я сказал уже, мне ничего не надо.
— А мороженого?
— Нет.
— Окей, сэр! Я понял вас, сэр. Я могу принести пива. Есть настоящее намибийское! Для вас шесть банок по цене пяти!
— Послушай, — с лёгким раздражением сказал Скворцов, — я ничего у тебя покупать не буду. Это понятно?
Мороженщик не ответил. Он не торопясь уложил продукцию в холодильник, присыпал льдом, и, не без труда подняв ящик, медленно зашагал к берегу.
Столько прошёл и зря, думал Скворцов, провожая его взглядом. Бизнесмен то он плохенький, не то что... я. Неожиданно пришедшее на ум сравнение пляжного мороженщика с собственным бизнесом показалось Скворцову забавным. Он рассмеялся. Затем долго наблюдал за морем, птицами, мелкими рыбками, кружившими вокруг лодки. Думал о том, как велик мир. Снова смотрел на рыбок. Прошло, однако, минут двадцать пять. Пора уже что-то предпринять. Вокруг не было ни души.
— Для рыбаков поздно, для туристов рано, — подумал Скворцов настороженно. — Если здесь вообще бывают туристы.
Посмотрел в телефон, связи не было. Да если бы даже была, позвонить Скворцов мог только в Россию. В далекую, заснеженную Россию.
Попил воды, пожевал бутерброд. Возникло ощущение, что шкипер не вернётся никогда.
Надо было вылезать из катера и топать к офису. Скворцов надел рюкзак, поднял пикник, подержал и опустил. Над лодкой возвышалась ровная бетонная стена, зацепиться не за что.
Самым высоким местом лодки был нос, но выйти на него Скворцов не решался. Волнение моря усилилось, лодку неприятно подкидывало. Чтобы хоть как-то уцепиться за мол, надо было встать на бортик, но суденышко опасно кренилось. Тяжелый рюкзак стеснял движения. В лодке его не оставишь, это же Африка. Людей вроде нет, но стоит только отойти, как тут же появятся люди и всё сопрут. Кидать рюкзак на бетон, в надежде, что не все объективы разобьются, Скворцов не собирался.
Похоже, единственный вариант сделать как шкипер — оттолкнувшись от скамьи выпрыгнуть из лодки. Но это грозит падением и гибелью всей фототехники в морской воде. Не хотелось Скворцову и акул. Он поставил ногу на скамью и тут же убрал. Скворцов не был склонен переоценивать свои прыгательные способности. Решил подождать ещё какое-то время и съесть банан. Банан Скворцову не понравился — слишком сладкий. Кожуру он положил обратно в холодильник, завернув в салфетку.
Ещё можно попытаться завести мотор и поплыть. Но куда? К берегу не подойти, там острые камни, да и волны нехорошие. Вот в порту, где вчера ужинал Скворцов, были удобные причалы и людей много. Но где тот порт, сколько туда плыть, сколько в лодке горючего? Скворцов не рискнул оценить свои мореходные способности выше прыгательных. Собственно, он даже не знал, в каком из двух океанов, Атлантическом или Индийском, сейчас находится.
И вдруг то, на что не решался Скворцов, с блеском исполнил... тюлень. Метрах в пяти от лодки из воды высоко выпрыгнул морской котик и плюхнулся на мол.
— Ух ты! — только и сказал Скворцов и осторожно полез за фотоаппаратом, боясь спугнуть. Но котик и не думал пугаться. Он преданно смотрел на Скворцова и негромко тявкал.
Скворцов защёлкал камерой. С одним объективом, с другим, с фильтрами и без, меняя параметры съемки на сколько хватало фантазии. Котик вёл себя превосходно, переворачивался с боку на бок и махал Скворцову ластами.
Сзади послышались шаги. Скворцов оглянулся — шкипер? — нет, снова мороженщик.
— Добрый день, сэр! — начал Скворцов как можно вежливее, — Я хотел вам объяснить, но не успел. У меня диабет, это такая болезнь, и я не ем ничего сладкого, никаких десертов. Вы не поможете мне вылезти из лодки?
— Но вы же ничего не купили, — как-то задумчиво произнёс мороженщик.
— Я же говорю, мне нельзя мороженого.
— Так ему можно.
— Кому ему?
— Ему, — мороженщик показал на тюленя.
— А, я понял, конечно, сейчас, — покопавшись в кармане, Скворцов протянул мятую бумажку в десять рандов.
Но мороженщик не стал за ней наклоняться. Солнце светило ему в спину, темным силуэтом возвышался он над Скворцовым.
— Сэр, — заговорил мороженщик, усиливая речь жестами, — дайте мне сразу четыреста рандов. Вынем вас из лодки, накормим тюленя, а потом мой брат отвезет вас в отель, другое такси сюда всё равно не вызвать.
Подумав пару секунд, Скворцов решил не торговаться. Он передал наверх пикник, потом, с опаской, фоторюкзак. Вцепившись в руку мороженщика, выбрался на мол и ощутил приятную твердость под ногами. Фразу про твердость Скворцов раньше где-то читал, но теперь прочувствовал и глубоко. Дал мороженщику две купюры по двести рандов. Тот принял деньги обеими руками и поблагодарил. Затем протянул Скворцову мороженое.
— Снимите обёртку и бросайте. Он поймает.
Тюлень, тем временем, аж подпрыгивал на животе от нетерпения.
— Лучше ты бросай, — распорядился Скворцов, доставая камеру, — а я фотографировать буду.
Морской котик безошибочно хватал мороженое на лету, с удивительной ловкостью вертя гибкой шеей.
На десятой порции Скворцов озаботился защитой природы.
— А ему плохо не станет? Не заболеет?
— Он привычный, — уверенно сообщил мороженщик.
Скворцов взглянул на него с подозрением.
— Так это твой тюлень? Ручной?
— Нет, сэр. Это дикий тюлень. Совсем дикий. Но мы с ним родственники через третью жену.
— Как это?
— Она тоже очень любит мороженое и такая же дикая, как он.
— А сколько у тебя жён? — уважительно спросил Скворцов.
— Четыре жены, сэр.
Скворцов подумал, что поспешил с выводом о размахе бизнеса мороженщика. Всё-таки парень содержит четырёх жен и контролирует немалую территорию на берегу неизвестно какого океана.
Поймав ещё порций пять, тюлень, похоже, наелся. Он лежал на спине и вяло похлопывал себя ластами по животу.
Скворцов собрал рюкзак. Решил высыпать лед из пикника, чтобы легче было нести. Хотел было предложить мороженщику банан, но испугался, что будет неправильно понят.
Пикник и без льда нести было тяжело. Поднявшийся ветер мешал разговору, но идти молча мороженщик, похоже, считал невежливым.
— А пиво вам тоже нельзя?
— Тоже нельзя.
— Вон за теми горами живет колдун. Могущественный колдун. Лечит от всех болезней. Мой брат много пил, а теперь не пьет, боится колдуна.
— Это тот брат, который таксист?
— Нет, сэр, другой. У меня восемь братьев. А у вас?
— Четверо, — ответил Скворцов, посчитав всех двоюродных и троюродных, включая тех, кого бы и не узнал при встрече. Отчего-то захотелось, чтобы у него тоже были братья. Между двумя порывами ветра Скворцов спросил:
— Почему шкипер убежал и не вернулся?
— А вы дали ему денег вперёд?
— Нет, не давал.
Мороженщик всем своим видом показал, что в таком случае не видит причин для беспокойства.
— Ну как же, — настаивал Скворцов, — мы же договорились, а он куда-то делся. Мог денег заработать.
— Чёрные люди, сэр. Никогда не знаешь, что у них на уме.
Скворцов отметил про себя, что чёрный мороженщик далеко не такой чёрный, как шкипер. Видимо, в этих краях это важно.
Они подошли к офису. То, что таксист оказался тем же самым, Скворцова уже не удивило. Вид у таксиста был виноватый. Опять же, мороженщик издалека начал выговаривать брату на неизвестном Скворцову языке.
— Мне так жаль, сэр, так жаль, — бормотал таксист, принимая у Скворцова пикник.
— Так что случилось со шкипером? — спросил его Скворцов.
— Не знаю, сэр, не знаю. Быть может, он на выборы побежал, у них, вроде, выборы сегодня.
— Выборы? Кого выбирают?
— Вождя.
— Всюду политика, — чертыхнулся Скворцов, — куда ни плюнь.
Он простился с мороженщиком, обещав подумать насчёт колдуна. Сел в машину. Снова замелькали пустынные пляжи. Горы то приближались, то удалялись от шоссе. Потом пошли ухоженные коттеджные поселки, пристани с множеством яхт. Вскоре начался город. Скворцов узнал набережную, где ужинал вчера.
— А я знаю, почему тюлень так мороженое любит, — сказал Скворцов.
— Почему же? — живо заинтересовался таксист.
— Рыба у вас невкусная.

©СергейОК, текст и фото
2020 г.

66

Лужков придумал разгонять облака. Собянин придумал брать деньги из бюджета на разгон облаков. Лужков придумал строить дороги и урезать их на 20 см. Собянин придумал менять урезанные дороги каждые три месяца. Лужков предложил сносить пятиэтажки, только не придумал как быть с несогласными жителями. Собянин при помощи Активного Гражданина доказал жителям, что все они согласны.

68

Частушки-нескадушки

Вы послухайте, робята, —
Нескладухи буду петь!
На дубу свинья пасётся, —
В бане парится медведь!

Ишь ты, поди ж ты,
Что ты говоришь ты! Э-ха!

А на еловой веточке
Выросли конфеточки!
Во бору стоит телега, —
Мягки пёрышки жуёт!

Побегу на нашу речку
И с разбегу утоплюсь!
А кому какое дело,
Куда брызги полетят!

Дайтя острую иглу, —
Я картошек напилю!
У ворот стоит корова, —
Надевает сапоги!

Карасей я второпях
Жарила немножко!
На тарелку выложила, —
Съели всю картошку!

Я готовила по книжке,
А она закрылася!
Как теперь я угадаю
Кака хуйня сварилася?!

Сидит заяц на берёзе
В алюминевых штанах!
А кому какое дело, —
Может, он медведя ждёт!

Сидит заяц на берёзе
В алюминевых штанах!
А кому какое дело, —
Может, заяц — космонавт!

Сидит заяц на берёзе
При калошах, при часах!
Я спросила: «Сколько время?»
«Не женатый, холостой!»

Сидит заяц на осине
В алюминевых трусах!
Я спросил: «Который час?»
Он ответил: «Третий час!»

На болоте, на снегу,
Укусил комар блоху!
Сидит заяц на дубу, —
Ни хуя не понимат!

На болоте, на моху,
Закусал комар блоху!
Сидит заяц на сосне, —
Думает, что он во сне!

На болоте, на моху,
Отъебал комар блоху!
Сидит заяц на берёзе, —
Умирает со смеху!

На опушке в лесу, —
Барсук с волкОм ебут лису!
Сидит заяц на пеньку, —
Помирает со смеху!

Да у меня на голове
Корова отелилася!
Да удивительный вопрос:
Как же поместилася?!

На дворе стоит арба
И подсолнухи грызёт!
А корова губы дует:
Никто замуж не берёт!

Телефонный столб женился, —
Взял телушку у попа!
Поп на это рассердился
И зарезал самовар!

Телеграфный столб женился, —
Взял иманушку у попа!
Поп за это рассердился, —
Хлоп по пузу кулаком!

Телеграфный столб женился, —
Взял овечку у попа!
Поп за это рассердился, —
Надел на хуй самовар!

Между небом и землёй
Поросёнок вился!
И нечаянно хвостом
За небо зацепился!

Прилетела птичка, села
Прямо на хуй петуху!
Петуху приятно стало, —
Он запел: кукареку!

Ёлки-палки, лес густой, —
Ходит Ваня холостой!
Ему надо влюбиться,
А потом жениться!

Да жениться — не напасть, —
За женою б не пропасть!

Запрягу комара, —
Муху — на пристяжку!
Поеду в дальние края
Искать себе милашку!

Коля, Коля, ты отколя?
Коля: «Из Америки!»
Ты на чём, Коля, приехал?
«На зелёном венике!»

У духани моего
Всё по новой моде:
Чашки, ложки — во хлеве, —
Курочки – в комоде!

У моего милёнка
Худая кобылёнка!
Она паслася при горы, —
Её заели комары!

Распортянились портянки, —
Расшинелилась шинель!
Расфуражилась фуражка, —
Разременился ремень!

Сапоги сшил из рубашки,
А рубашку из сапог!
Дом поставил из опилок, —
Вышел славный теремок!

Меня тятенька усмешил:
Cапоги с карманам сшил!
А тужурку – с каблукам, —
Чтоб за девкам не скакал!

Девки в озере купались, —
Шланг резиновый нашли!
Целый день тренировались, —
Даже в школу не пошли!

Десять лет я не женился, —
Ещё сорок не женюсь:
Девки в озере купались, —
Нагляделся — так боюсь!

Я на кареньких на санках, —
На дубовой лошади!
На босу ногу тулупчик, —
Нараспашку сапоги!

Запрягу я кошку в дрожки,
А собаку — в тарантас!
Повезу свою хорошую
Всем людям на показ!

Сотворил меня Господь,
Сам расхохотался:
«Я таких-то дураков
Творить не собирался!»

Песни петь – ноги кривые,
Плясать голос не даёт!
Я пошёл бы к тёще в гости
Да не знаю, где живёт!

Мне сказали на базаре:
Рыба ходит в сарафане!
Хватит хвастать, полно лгать:
Как она могёт шагать?

Сидит милый на заборе, —
Ковыряется в носу!
А ему кричит козуля:
«Всё равно не вылезу!»

Сидит заяц на заборе
В алюминевых штанах!
Ну кому какое дело, —
Может он медведя ждёт!

Сидит заяц на заборе
В алюминевых штанах!
А кому какое дело,
Что ширинка на болтах!

Сидит заяц на заборе
В алюминиевых штанах!
И кому какое дело, —
Может, заяц — космонавт!

Вот сижу я на заборе
В алюминевых штанах!
А кому какое дело,
Что ширинка на болтах!

Сидит заяц на заборе
В алюминевых штанах!
Дорогой товарищ Брежнев,
Я щекотки не боюсь!

Сидит дятел на пеньке,
Держит хуй в одной руке!
А кому какое дело, —
Он в обех будет держать!

Ходит тата по канату, —
Поджигателям — позор!
А в отдельных магазинах
Нет отдельной колбасы!

Ходит тата по канату, —
Поджигателям — позор!
А в районной нашей бане
Мальчик мыло проглотил!

Мы удои повышали, —
Жирность мы повысили!
Председатель был доволен
Вымечками, сисями!

Собирали урожай, —
К ноябрю управились!
Весной толком не сажали, —
Летом дурью маялись!

Мы не сеем и не пашем,
А валяем дурака!
С колокольни флагом машем, —
Разгоняем облака!

Мы не сеем, мы не пашем, —
Мы валяем дурака!
С колокольни хуем машем, —
Разгоняем облака!

«Сидит ворон на заборе
И клюёт своя нога!»
«Что поёшь, Хаба?»
«Русская коробочка!»

Парни вилами поели, —
Измарали вилы!
А не пора ли, господа,
Нам закончить чепуху?!

Нескладухи все я спела
И сажуся в решето!
До свиданья, до свиданья,
Может, встретимся ещё!

Ишь ты, поди ж ты, —
Может, встретимся ещё!

Ишь ты, поди ж ты, —
Скоро встретимся ещё!

До свиданья, до свиданья,
До свиданья три разА,
А ещё раз до свиданья, —
Ваши добрые глаза!

До свиданья, до свиданья,
До свиданья три разА,
А ещё раз до свиданья, —
Ваши карие глаза!

72

dtf, "Bang Bros выкупил форум, занимавшийся деаноном порноактрис, и сжёг жёсткие диски с персональными данными"

Иван:
Сжечь харды? А они в курсе что есть облако?

Dozaemon:
Ты же понимаешь что облака это тоже харды

Александр Аммосов:
Но ведь облака это белогривые лошадки

75

Украинские степи... На околице небольшого села сидят на завалинке два хохла. Сало, горилка, разговоры за жизнь... Кругом тишина... Вдруг раздается странный чихающий звук, из-за облака вываливается старый "кукурузник".
Шасси нет, крылья погнуты, кое-как дотягивает до села и падает в полуразвалившийся амбар на окраине. Столб пыли и тишина...
Один х@хол другому:
Ну а шо? Яка страна таки теракты...

76

Почему шуршит пакет?
Почему облака не падают?
Лает ли внутренний голос собаки?
Почему трудно запомнить сны?
Почему тебе не дают некоторые телки?
Куда пойдёт график евро/доллара?

Ответ на эти и другие вопросы ты получишь, пройдя наш курс "технический-побарный-фундаментальный VSA!" Заказав курс прямо сейчас, ты получишь специальный набор успешного трейдера, включающий в себя 3 кг гадательных ромашек, кофейную гущу, карты таро и хрустальный шар.

77

9-го мая, над Москвой разгоняли облака.
Потратили почти сто миллионов рублей.
Ветеранов ВОВ, на Красной площади,
было около двухсот человек.

РАЗГОНЯЕМ ОБЛАКА…

Хорошо ветеранам,
В стране дураков.
Сто мильёнов потратят
На разгон облаков.

Бахнут в воздух, пусть даже,
Без цели наживы,
Вас так мало осталось
И всё еще живы?

Не хватает на пенсии
Денег в казне?
Под безоблачным небом,
ВАШ день, по весне…

78

Небо над нами

Уральские горы не очень крутые. Крутым должен быть лыжник, который катается с них на советских Сменах, отлично защищенный шапкой-петушком. Эта шапка еще аэродинамику грамотно регулировала, кто помнит.
Небеса, они красивые. Граф бородатый накатал по их душу пол-тома своей нудятины, чем вверг меня в грех ненависти к русской литературе на целые полгода.
Гора. Молодая кровь и жажда приключений. Толчок. Пара аксерераций палками. Ветер в лицо. Свист под ногами. Дрожь в коленках на поворотах. Лыжня накатана, держит. Елка, мост, проскочил, брызг снега в харю, елка, лыжня в закатном солнце, белка в закатном солнце на лыжне, мат, мат, мат. Береза. Береза? Белка? И всетки она вертится.
Так думает подросток, зацепившийся левым носком лыжи за березу, пытаясь объехать рыжую тварь, перебегающую дорогу в неположенном месте, и совершивший пятерной тулуп на лыжах с неотстегивающимися креплениями. Вертолет, блин.
Лежу, смотрю в небо. Красивое. Закат багрит лапу ели, под которой лежу. Облака разной высоты, градиентик. Тишина. Лапа ели вся в снегу. Прям сугроб на ней. И я такой весь Болконскый. И белка, белка прыгает по веткам. На лапу. Снег падает. Холодно. Темно. Обидно.

80

Украинские степи... На околице небольшого села сидят на завалинке два хохла. Сало, горилка, разговоры за жизнь... Кругом тишина... Вдруг раздается странный чихающий звук, из-за облака вываливается старый "кукурузник". Шасси нет, крылья погнуты, кое-как дотягивает до села и падает в полуразвалившийся амбар на окраине. Столб пыли и тишина... Один х@хол другому: Ну а шо? Яка страна таки теракты...

81

Коль практики не достанет
Или знаний не дойдёт
Откройте Википедию
И с нею, в спор, вперёд!

Хорошая забава
Людская - интернет
О чем вчера не знал ты
Сегодня есть ответ
Любого кто без связи
За пояс ты заткнёшь
Пускай что хочет спросит
Ты в гуугле наберёшь
А что не знает гуугла
То яндекс объяснит
Куда впадает Волга
Где дождик моросит
И про электро-импульс
Как пашет ДНК
Как радио открыли
Как гасят облака

С таким багАжом знаний
Тебе родной весь свет
Не забывай однако
Платить за интернет

89

Облака расплылись над Невой,
Этой осенью мне повезло -
Я своим неудачам назло,
Наконец повстречался с тобой.

Пусть судьба меня долго вела
К этой встречи у Дома Кино,
Ты - всегда в моей жизни была,
Только с виду - я был одинок.

Листопад сквер ковром застелил,
Я не стану его ворошить,
Как и то, что пришлось пережить
Нам с тобой друг от друга вдали.

Эта капля совсем не слеза,
Это, кажется, начался дождь.
Мне так многое надо сказать,
Но без слов, ты и так всё поймешь.

Не смотри как разводят мосты,
Это шоу - для взглядов простых,
Мы с тобой на рассвете вдвоём
Посмотреть как их сводят пойдём.

© Дмитрий Торчинов

92

С хабра
Pydeg: Разве мы переплачиваем за облака не для того, чтобы проблемы отказоустойчивости ложились на них?
Nalivai: Мне кажется что проблема складывания яиц в одну корзину не решается тем что корзина становится дорогой и утверждает что она супер-прочная.

93

Море. Шторм. Уже третий день пассажирский лайнер испытывает жестокую качку. Пассажиры зеленые, кто где. Одна пассажирка склонилась за борт и травит. Мимо проходит капитан судна с трубкой во рту. Оторвавшись от своего занятия, пассажирка спрашивает капитана, указывая рукой в море: - Скажите, капитан, я вижу чайки сидят на воде. У моряков вроде бы есть примета: если чайка села в воду, жди хорошую погоду. Капитан, осмотрев горизонт, облака, и вынув трубку изо рта: - Знаете, мадам, и среди чаек дуры встречаются!

94

Умирает сын чиновника, врезается на Гелике в камаз.
Стоит уже в небесной канцелярии, доходит до него очередь.
Ангелок Серафим открывает дело, там документы какие-то, паспорт и толстенькая пачка баксов. Так прибалдевши маленько, достает Серафим свой небесный айфон 33 разбираться:
-Але? Митрофим? Слушай, скажи брат, зачем ты принял деньги от чиновника, от того что недавно прибыл?
-Как ты сказал все сделал, брат. И за документами его слетал..
-Ладно, жди, я сейчас подойду к тебе.
Прилетает Серафим в район облачных ванн и достает из облака какого-то маленького ангелка.
-Митрофим, зачем ты столько денег от него принял.. Здесь на новый Гелик хватит, на две путевки, а также на 2 месяца грешных земных развлечений с блудницами.
-Первый раз на Землю летал, честно. Вообще не знал, что эти бумажки обменять можно на столько земных грешностей. Во истину каюсь. И что за фокусы такие среди смертных бумажки на грехи обменивать?
-Ладно, верю я тебе. Невинен ты и молод еще. Ступай.
Серафим уже собрался уходить.
Вдруг маленький ангелок его окликнул, медленно повернул голову.
-Серафим. А откуда ты узнал, что на эти деньги можно столько купить и даже в точности мне описал?
С:..упс. $Bad Boy$))

95

У меня со студенчества было отвращение к детям. Особенно мелким. Орут, визжат, ночью вставай, подгузники меняй... Ужос, короче! И я никогда не хотел детей. И очень злился когда эти "яжемать!" таскают их с собой в рестораны и особенно в самолёте... Женился на такой же карьеристке как я сам. Не, ну она одно время была не против, но потом карьера пошла. Есть преимущество "без детей". Мир посмотрели, квартира, две машины. Денег - вот реально не вру - я не отсчитывал. Просто брал с утра с пол-сантиметра на полке и шёл на работу. Потом развелись... Мне мать сказала: "Это потому, что у вас детей нет. Каждый за себя. Она зарабатывает, ты тоже не хрен с горы. А жена должна дома сидеть. У неё работа другая". Я тогда значения не придал, промолчал как сыну положено... Прошло четыре года, мы с бывшей созваниваемся иногда. Ну, по праздникам или ДР. И она поменяла уже ухажёров до фига, и я тоже не монах. А вот счастья нет. В личной! Только в личной! Так всё зашибись. Она пыталась забеременеть, "для себя", а уже по-ходу... Ей щас 38, в принципе-то при нашей медицине. А врачи сказали поздняк, женщина, метаться! У вас такой организм, что нужно было раньше. Звонит мне, пьяная. Я же во всём виноват, сука! Кроме меня некому... Говорю, ты успокойся, у тебя есть мужик любящий, работа, карьера... Она мне: ему дети понадобились! Это всё ты! Ну, как говорится "Ты выходи замуж-то, дура! Иначе вину не на кого будет перекинуть!" Ну ладно, к чему это я. Живу, не бедствую. Свой бизнес, в мае сорокет шикарно отгулял. И вот вчера...

Заходит важный контрагент ко мне, с дочкой. Я не разбираюсь, может года четыре. "Ты извини, я тут не один". Да фигня вопрос. Не орёт и ладно. И мы стоя обсуждаем вопросы, эмоционально разводим руками показывая что и как. И я опускаю руку, и чувствую меня кто-то маленькой ладошкой взял. Опускаю глаза - а дочурка голову повернула, кабинет мой разглядывает и просто случайно взяла мою руку...

Сказать что меня ударило молнией, на меня упал грузовик или ангелы схватили, сука, за шиворот и не просто понесли, а забросили куда-то в облака - это ничего не сказать... Я не могу подобрать слов... Тепло этой ладошки, нетвёрдо сжимающей мою руку. И этот момент пока она не поняла что я не папа.

Момент длился секунды две, наверное. Когда они ушли я сел за стол, достал коньяк и подумал. А может я всю жизнь был не прав? На одной чаше весов весь Мир. С путешествиями, серпантинами, горами, пляжами, Голливудами. А на другой чаше дети, дача, собака, недовольная и вечно уставшая жена. У меня нет ответа на этот вопрос... Спасибо, что дочитали до конца.

96

- Поставил себе умные розетки! - Нафига? - Ну, вот забыл, например, утюг выключить - лезешь со смартфона через облако и выключаешь. - Кхм... Если ты забываешь выключить утюг, ты уверен, что вспомнишь пароль от облака и к какой именно розетке утюг подключен?

97

ххх: Поставил себе умные розетки!
ууу: Нафига?
ххх: Ну вот забыл, например, утюг выключить - лезешь со смартфона через облако и выключаешь.
ууу: Кхм... Если ты забываешь выключить утюг, ты уверен, что вспомнишь пароль от облака и к какой именно розетке утюг подключен?

98

В продолжение истории встречи с медведем. Наша мужская троица прибыла в августе 80х в Горный Алтай, чтобы провести отпуск и набраться впечатлений от разных видов охоты, от вкуса рябчиков, которых готов есть всякий буржуй. Дикая природа всегда манит, ей не пресытишься. Мы были хорошо экипированы, снабжены и оружием и сублиматами – продуктами лиофильной сушки. Вот только фотокамера была на всех одна и то, взятая взаймы под клятвенное обещание беречь ее пуще зеницы ока. Все было удачно, никаких разочарований. Но тут случилась та ложка дегтя, которая готова испортить бочку любого меда... Увлекшись сбором брусники, Толян аккуратно положил фотокамеру на три параллельно лежащих тонких ствола хвойного валежника. Все же у него зачем-то мелькнула мысль, что надо запомнить место. Он отметил, что в нескольких метрах стоит ствол засохшего толстого дерева с ободранной корой, отчего оно казалось лысым. Еще немного в стороне он запомнил деревце с багряными листьями как предвестника близкой осени. Все. Вскоре сборы ягод и грибов закончились, и мы быстрым темпом отправились в лагерь.
Уже почти стемнело, когда мы вернулись на стоянку. На костре был поставлен вариться ароматный ужин… И вдруг раздался громкий вскрик и хлопок себя по лбу – это Толян вспомнил, что фотокамера осталась там, в лесу. Немая сцена и бесполезные порывы… Темень и прочие аргументы заставили отложить поиски на завтра.
Рано утром мы все вышли без малейших признаков надежды. Общее направление было известно, где тот самый лес, тоже ясно. Но размеры квадрата поисков и расплывчатость признаков – навевали пессимизм. К тому же возник вопрос – если фотокамеру обнаружили дикие звери – что они с ней сделали? Толян шел в унынии, как в водку опущенный. Ему мерещились кары его родичей за утерянную дорогущую камеру… И вот мы пришли. Распределились по районам поиска, каждый избрал свое направление. Перспектив в поиске было не так уж много. Я отошел в свой квадрант и мне почему-то вспомнился медведь, встреча с которым состоялась совсем недавно. Унылость довлела над нами как кучевые облака перед грозой. Я попытался вообразить, в какой последовательности Толян искал вчера ягоды. Постепенно мне удалось погрузиться в воображаемое действо. Что-то начало мерещиться и внутренний голос отметил, что впереди очень заманчивая поляна, усеянная ягодами. Далее – более. Я увидел лысый ствол дерева, узрел дерево с багряной листвой и сказал себе – если все это так совпадает с описанием Толяна, то слева должны быть три ствола молодого валежника… Посмотрел и ахнул – да, три ствола. А на них спокойно и удобно лежала… фотокамера. Класс! Я взял ее и спрятал в пустой рюкзак, понимая, что это редчайший шанс и его реализация. В сторонке, рядом с местом, где лежала камера, я обнаружил вне всяких сомнений свежий медвежий помет. Через час, уже в лагере, глядя на унылые и грустные физии приятелей, я призвал их вообразить, что бы мог сделать медведь, найдя нашу потерянную камеру. Толян криво пошутил, что он бы пошел фотографировать себя и медведицу. Нет, сказал я, он бы наверняка пометил это место. Но мы тоже не зря ходили – с этими словами я достал и преподнес Толяну его дорогую потерю. Это был сюрприз, который не забывается и с годами.

99

— Ребе, как, собственно, возникает дождь?
— Вот так: облака — это как большие мокрые губки. Когда ветер их сталкивает друг с другом, это так же как когда нажимают губку, вода выходит.
— Чем вы можете это доказать?
— Ну, ты же видишь: идет дождь!

1234 дальше →

Партнеры

Реклама