Результатов: 20

1

Перед открытым люком самолёта стоит курсант с парашютом и не решается прыгать... Инструктор: - Чего не прыгаешь? Боишься? - Ну, не то чтобы боюсь, но ночью мне приснилась мама и сказала, что парашют не раскроется... - Эх, товарищ курсант! Во сны веришь до сих пор! Ладно, давай меняться парашютами! Поменялись... Курсант прыгнул. Парашют благополучно раскрылся. Парит... Вдруг мимо камнем пролетает инструктор: - Я твою маму-у-у-у..........

4

Должны были 3-4 человека прыгать из Ан-26 с парашютом, и были они лётчиками... Оделись в лётную форму и погрузились в самолёт раньше пассажиров и экипажа. Но в этом самолете был сделан "закуток" перед кабиной, где ребята и обосновались.
Далее погрузили роту солдат во главе с капитаном. Далее погрузился экипаж. Взлетели...
На N-ной высоте открывается "кабина", и оттуда, ни слова не говоря, строем выходят люди в лётной форме и с парашютами за спиной (вояки думают, что это экипаж), открывают люк самолета и, опять-таки ни слова не говоря, а только улыбаясь - шасть друг за другом за борт.
Реакцию вояк можно только предположить...

5

Перед люком стоит курсант и не решается прыгать. Инструктор: - Чего не прыгаешь? Боишься? - Не то чтобы боюсь, но ночью мне приснилась мама и сказала, что парашют не раскроется. - Эх, курсант! В сны веришь. Ладно, давай меняться парашютами. Поменялись. Курсант прыгнул. Парашют благополучно раскрылся. Парит. Вдруг мимо камнем пролетает инструктор: - Я твою маму-у-у-у........

6

[Konev]: Слушай, давай еще Кирюху позовем?
[Mart]: Не, давай все-таки с парашютами будем без него прыгать
[Konev]: А че так? Нормальный ведь тестировщик!
[Mart]: А то, что только он способен найти критикал баг сразу после релиза!!!
[Mart]: Третий, мать его, раз подряд!!!

7

Десантники-парашютисты готовятся в самолёте к прыжкам. Внезапно один из них заявляет инструктору: - Я прыгать не буду! - Это ещё почему? - Мне мама письмо прислала, будто ей приснился сон, что у меня парашют не раскрылся. Не буду прыгать. - Ну хорошо, давай парашютами поменяемся! Поменялись. Десантник прыгнул. Парашют нормально раскрылся, спокойно опускается. Вдруг рядом проносится инструктор со свистом: - Е* твою мать!..

8

«Не раскрылся парашют!», -
Завопил Алёха.
«Этот прапор просто шут,
Пошутил неплохо!»

29 марта 2019
В США приостановлены полеты стратегических бомбардировщиков B-1B Lancer. Во время плановой инспекции были выявлены проблемы с парашютами, помогающими самолету тормозить.

10

Со слов друга.

Тяжелые будни ученых.

Мой папа, как и я, физик теоретик. Летом 1960 года он участвовал в эксперименте на воздушном шаре. Отправной точкой полета был Долгопрудный - городок под Москвой, наиболее известный тем, что там находится Физ-Тех.

Сначала были пробные полеты: воздушный шар с экипажем и приборами поднимался на высоту примерно километр. Шар привязывали, чтобы он не улетел. Как говорил папа, вид каната, уходящего вниз практически в бесконечность, вызывал такой страх, что они даже не могли смотреть вниз.

После отладки начался настоящий полет. Экипаж воздушного шара состоял из трех человек: пилот шара, папа и еще один научный сотрудник. Так как шар теперь не был привязан, то высоту физики больше не ощущали. Было настолько не страшно, что они даже свешивались через край и чинили приборы. Летели они три дня. Пилот отслеживал, чтобы рядом была железная дорога, так как шар после приземления необходимо было отвезти назад. Как только шар понесло в сторону от железной дороги, пилот вынужден был приземлиться. Приземлился шар на каком-то колхозном поле, на глазах у изумленных колхозников.

Проблема была в том, что это было лето 1960 года - 1-го мая того года сбили U2 с Пауэрсом. Поэтому, когда колхозники увидели, как с неба свалилось нечто начиненное непонятными приборами, и оттуда вылезли три человека с парашютами и в летных шлемах - они приняли наших экспериментаторов за шпионов, дали им по морде, связали и привезли в ближайшее КПЗ. Никакие объяснения не помогали, а тот факт, что арестованные говорили по-русски без акцента был усугубляющим - шпионы как следует подготовились.

Закончилось все хорошо, за сутки разобрались, лично прибыл первый секретарь райкома и извинился.

В общем, работа ученого это вам не бумажки в кабинете перебирать, это сродни работе спец.агентом ;)

11

Поехали мы с друзьями с парашютами попрыгать... И после первого прыжка выяснили, что можно еще и на самолётах покататься. На двухместных, с дубляжем управления. Помню залезла я первой, как самая храбрая. Пилот спрашивает:
- Чего делать будем?
- Да я не боюсь ничего, давайте все, - понты ведь наше всё, плюс я действительно была уверена, что всё самое страшное уже видела на аттракционах.
- Что, и петлю Нестерова будем делать?
- А что это?
- В простонародье "мертвая петля".
- А чего бы нет, раз уж сели.

И вот летаем мы в воздухе, и вверх ногами и петлей... а на земле сидят друзья, смотрят:
- А Машка-то герой, смотри, как они там, вот ведь не боится!
- Не-а, я думаю, она там от страха ничего сказать не может...

Было очень страшно лететь вверх ногами, почему-то накатывал животный ужас при таком вот неестественном движении вперед. А под головой очень-очень близко колпак из оргстекла, и он ведь тоненький совсем, свалюсь на него и сразу насквозь пролечу... и как же далеко до земли... и пилот какую-то фигню несет: "а вот там мы живем", "а тут ангар для самолетов"... выпустите меня отсюда!!! Наушники еще на петле Нестерова слетели, вместе с микрофоном, и сказать я ничего не могу. Перегрузка на петле была такая, что не пошевелиться, и все тело, как большой кусток теста, который растекается по креслу... и даже нет возможности за что-то схватиться, хоть и страшно, - рук ведь не поднять.

Пошли мы на посадку... и одна мысль крутится в голове: "если я скажу остальным, как это страшно, они ведь даже в самолёт не сядут". Из самолёта я вышла с очаровательной улыбкой, легко спрыгнула с крыла и небрежно кинула через плечо, что полная фигня эти петли. Все ломанулись к самолёту. И только Дима, который в армии отслужил, догнал меня, взял под локоток и ласково спросил:
- Тошнит, да? Скушай мороженое, заинька, полегчает.
- Что, правда легче станет? - я уже была готова положить голову на крепкое мужское плечо и прожить с ним остаток жизни.
- Ага, обратно все затолкнет.

12

Как мы прыгали с парашютами - 3 раза скатались на аэродром и 2 раза возвращались домой через больницу.

Стоило это удовольствие тогда 500 рублей: инструктаж 1 час, потом всем надевают парашюты, грузят в самолёт и пинка под зад на высоте 800 метров. Парашют открывается автоматически.

Помню, летим мы, всех выстроили в шеренгу: наверное, тех, кто поопытнее - вперед, а новичков - в хвост. Стою я и думаю: "а кто-нить уже в самолёте отказывался прыгать?"... помню спину впереди стоящего, а потом я уже в воздухе. Я прыгала в общей сложности 5 раз, и не помню самого шага за борт ни в одном прыжке. Инструктор по этому поводу хороший анекдот рассказывал:
- Знаете, почему при прыжке руки надо скрещенными на груди держать? Вот подходит человек к дверям, начинает паниковать, может упереться руками в косяки дверей... а если руки на груди, толчок ему в спину, и он полетел.

Вообще, был один особо циничный инструктор, у него тьма-тьмущая всяких страшных баек была в инструктаже. Он потом объяснил, что старается ещё на земле отсеять слабонервных.

Выкинули нас всех из самолёта, летим... внизу красотища, огромное зелёное поле с жёлтыми цветами. Я раскачиваюсь на стропах, как на качелях, и ору от восторга. И вдруг вижу - летит на меня моя подруга и визжит от страха. Я ей кричу: "разворачивайся!" и параллельно начинаю разворот. Пролетела она очень близко от меня. При приземлении она забыла сгруппироваться, а может развернуться против ветра. Результат - перелом лодыжки.

Далее, кстати, про эту подругу... красивущая девчонка была - обалденная грудь, узенькая талия, широкие бедра и улыбка королевы в придачу. Мужики штабелями ложились.

Короче, на костылях подруга ходила долго после наших прыжков с парашютами. Как-то моя мама подбирала ее на машине, чтобы куда-то подбросить. А при выходе от дома подруги на дорогу, которая в город вела, было местечко, где часто девушки на заработках стояли... ну, и не пошла подруга на костылях в более приличное место, осталась на этом отрезке дороги мою маму ждать. Стоит вся такая упасть-не-встать, правда, на костылях, но костыли красоты не портят. И вдруг рядом тормозит фура:
- Давай подвезу, моя хорошая!
- Так мне в другую сторону.
- А я развернусь!!!

15

Увидел рекламный постер Сбербанка. К олимпиаде готовятся. Прыгун с трамплина парит на горном фоне. И слоган: Вместе к новым высотам. Нет, может, в Сбербанке и не догадываются, что с трамплина не к новым высотам вовсе, а просто вниз летишь, но я об этом твердо знаю. Меня хоть совсем пьяного разбуди, спроси, куда с трамплина прыгуны летят, я твердо отвечу. Выругаюсь, но отвечу. Такое не забывается потому что.

Мы тогда в одной архитектурной мастерской одного города выпили. По чуть-чуть. С ее начальником. И начали проект церкви обсуждать. Так получилось. Я ему эскизы набрасываю один за другим, а он отвергает. Эти архитекторы к строителям всегда так относятся. Вот предложи им на трезвую голову окошко с одного фасада на другой перенести, или балкон с лепниной на фронтон присобачить, так с превеликой неохотой, но сделают. Потому что знают, что это не сам я просил, а только волею пославшего меня заказчика. А когда приняв на грудь пару рюмок, начинаешь им художественные предложения вносить – таки практически все без толку. Особенно на втором литре на брата. Некоторые так вообще умудрялись вырубиться до осознания всей красоты моих предложений.

Так и тут. Давай, говорю, Коля, закомарные своды зафигачим. Для красоты и вот такой вот формы с видом. А окошечки вытянем и сузим кверху. И финтифлюшек по бокам зафи…, наделаем то есть, в виде таких вот колонн. Зашибись колокольня выйдет. Я приблизительно такую видел где-то. Говорю, а сам карандашом японским, узкогрифельным по листику чиркаю для графического пояснения образов: тут лестницу для звонаря, я СП по храмам смотрел, там про наружные лестницы с узорами не написано ничего. Значит можно.

- Нет, - отвергает Коля в который раз мои картинки. - И нефига мне тут. Наливай лучше. Каждый должен своим любимым делом заниматься, из конца в конец, а не храм Святого семейства битый час рисовать дилетантскими штрихами. Тоже мне Гауди. Мы церковь в Кустиках проектировать собираемся или где? Вот и нечего будущий исторический облик своими предложениями портить.

- Ах так, - начал было я, и тут, как всегда, на самом интересном месте зазвонил телефон.

- Здравствуйте Николай Гаврилович, - раздался из трубки бодрый, спортивный голос, - у нас трамплин падает, не могли бы вы прям сейчас приехать.

- Сейчас узнаю, - отвечает Коля в трубку, трезвым, практически, голосом и меня спрашивает: ты теодолитом пользоваться умеешь?

- А как жеж, - отвечаю, - как сейчас помню, иду я по стройплощадке, в одной руке теодолит, в другой тахеометр, в третьей руке нивелир, в четвертой две рейки…

- Не ври, - прерывает меня Коля, - одной рукой две рейки сразу не унесешь…

- Так рейки новые, - говорю, - компактные, а в одной руке пара, потому что иначе у меня б руки для лазерного дальномера не хватило…

- Мели, Емеля - твоя неделя, - отмахивается Колька, - а машину ты не отпускал еще?

- Не отпускал, - тут я уже серьезно, - кто-то же должен меня домой отседова везти?

- Через полчаса будем, - говорит Колька в трубку, переставая прикрывать динамик телефона ладонью, - ждите.

Он быстренько собирает ящики инструмента и, пока мы едем в лифте, рассказывает.

- Трамплин не то чтобы падает. Но подвижки есть. Нехорошие. Мы полгода назад там даже маяки с аппаратурой слежения установили. Ползет, гад, но постепенно замедляется. Пока опасности никакой, но тамошние спортсмены, как статью в газете какую прочтут, так сразу и звонят, что все пропало, а им прыгать надо. И соревнования у них. А аппаратуре они не верят. Они мне верят, когда я с теодолитом вокруг трамплина шаманю. Твоя задача помогать, умные слова говорить и головой кивать, если спросят. Справишься?

- Еще бы. Головой кивать это я завсегда с радостью. Особенно когда спрашивают: пить будешь? Ну как на такой вопрос головой не кивнуть? Отрицательно, разумеется.

- А вот умничать не надо, - говорит Колян, - там спортсмены ведь. Они и накостылять могут слишком умным.

На трамплине нас хорошо встретили. Даже двух молодых спортсменов из секции в помощь выделили. Рейки носить и ящики с приборами. Битый час вокруг трамплина лазили. Если б не две фляжки по поллитра, в конец бы замучались.

Зато потом Колька, главному их, с чистой совестью сказал, что все нормально, еще годик точно не сползет трамплин с горки, но через месяц еще раз проверить надо.

Про проверить, главный как-то не расслышал даже, потому что на меня смотрел. То есть я верхушку трамплина рассматривал, а он меня за этим делом наблюдал.

- Что, - спрашивает, неожиданно так, - небось страшно даже подумать туда взобраться, а уж прыгнуть так вообще ужас, да?

- Да ты что? – предательски возмущается Колька, пока я раздумываю с какой руки этому главному по трамплину съездить, - ты кого пугать вздумал? Это типус не просто человек, а мастер спорта с лыжами. Ему ваш трамплин, что слону дробина. Он и не с таких у себя в Москве прыгал. Он вообще у себя в Москве по трамплинам чемпион.

Про Москву это он зря. Про мастера тоже, собственно, напрасно, но после Москвы у меня дороги назад не было уже. Главный сразу зацепился.

- Москвич, - говорит, - мастер спорта. Это замечательно. Сейчас мы вам амуницию подберем, а лыжи я вам свои дам. Мы с вами и весом и ростом одинаковые почти будем. Пойдемте переоденемся, и вы покажете нам провинциалам, как московские мастера летать умеют.
Ну как тут назад отвернешь, когда тебя в такое положение воткнули? Никак. Погрозил я этому архитектурному грифелю кулаком напоследок и переодеваться пошел.

- Только, - говорю тренеру, - вы мне костюмчик покрасивше расцветкой подберите, чтоб он внешнего впечатления от моего полета не портил. А то знаю я вас: подсунете прошлогоднего фасона, а мы в Москве к такому не привыкли. У нас от этого настроение портится.

- Не извольте волноваться, - отвечает главный по трамплину, - у нас для всяких тут таких как вы последние итальянские поступления имеются, всяко красивей чем вы летаете, - а сам к раздевалке меня подталкивает. Чтоб быстрее шел, значит.

Переодели меня в костюмчик с каской. Лыжи дали. Лыжи тяжелые, а каска наоборот. Беззащитная какая-то каска. Их для таких трамплинов наподобие спускаемых аппаратов ракетно-космического корабля Союз надо делать. И парашютами снабжать. И тормозными ракетными двигателями аварийной посадки. А вовсе не ту легкую фигню предлагать, что мне на голову ремешком пристегнули.

Особенно остро все несовершенство каски чувствуется, когда с площадки трамплина вниз смотришь, на той жердочке сидя. И слушаешь наставления всяких нелюдей, как ноги держать и как руками воздух ловить.

- А чего это я мастеру спорта из самой Москвы очевидные вещи объяснять буду? – спросила эта нелюдь и сказала. – Пошел!

И я пошел. То есть поехал. Это всем кажется, что там быстренько скатываются, от стола отрываются, недолго парят, скоренько приземляются и обратно наверх лезут. За повторным удовольствием. На самом деле все очень медленно.

- Пошел. – Повторил я про себя, скатываясь вниз по разбитой лыжне, - Мама. То есть, папа. То есть мама. То есть, господи. Чтоб я еще раз неумеючи тебе колокольни рисовал. Не буду больше. Если долечу.

Впрочем, в том что я долечу сомнений у меня не было. Никаких. Лететь-то вниз. Это вверх не у всех получается. А вниз оно легко. Не сказать бы, чтоб всегда приятно… Но легко. Вот помню, классе в третьем я с третьего этажа новостройки в сугроб прыгал, когда от участкового сматывались. И с парашютной вышки в Измайлово. Я вообще много откуда прыгал. Думал я, пока ехал вниз по разбитой лыжне трамплина. Там вообще легко думается о прошлом, доложу я вам.

Тут меня немного подкинуло, я ушел со стола и замер в позе титанового памятника Юрию Гагарину на одноименной площади города героя Москвы. Его еще, этот памятник, некоторые «дай три рубля» называют. Или памятником футболисту. Потому что у него в ногах мячик лежит. Тоже титановый.

Елки, кстати, по сторонам мелькают. Медленно чего-то. И земли почти не видно внизу. Пора бы уже. Посадку бы объявили, что ли. И где эта чертова стюардесса? А то надоело между делом по воздуху болтаться.

Не, я не упал. То есть упал, но не когда приземлился, а когда затормозить пробовал. Очень неудобные эти лыжи с ботинками. Широкие очень и жесткие.

Упал сижу на снегу и о жизни думаю. О том, что жизнь – чертовски хорошая штука, между прочим. Минут через пять главный по трамплинам прилетел.

- Что-то, - говорит, - московские мастера спорта некрасиво летают. На троечку.

- Допустим, на троечку, - отвечаю, - это тоже результат. Потому что я не мастер спорта, а всего лишь кандидат в эти мастера. По биатлону. И если мне прям сейчас винтовку в руки дать, то вся ваша секция дальше любого чемпиона мира по вашим прыжкам улетит. В два раза и с гарантией. А то и вовсе приземляться откажется, клином построится и в теплые края дунет. Ну те кто уцелеет, из-за того что я обоймы перезаряжаю медленно.

Тут главный по трамплину несколько позеленел, взял одну большую лыжину обеими руками и вкрадчиво так спрашивает заведующего архитектурной мастерской:

- Коля! Налево твою и направо. Ты чего мне наплел про чемпиона Москвы по прыжкам с трамплина? Про мастера спорта? Про человека с большой буквы?

Вот хорошо, что в этих трамплинных тапочках бегать несподручно. То есть несподножно. А то одним талантливым архитектором меньше бы стало. А тогда не стало, тогда стало одним трезвым архитектором больше. Потому что одним трезвым строителем больше стало еще немного раньше.

Отличный способ протрезветь, кстати. Но я его рекомендовать не могу, сами понимаете. Он труднодоступный. Тут, как минимум, нужен трамплин, начальник архитектурной мастерской и главный по трамплину тренер. Тренера придется немного обмануть, а трамплин лет через несколько закрыть на реконструкцию.

Сложный способ. Но действенный. А церковь ту мы так и не построили. Но это ничего. Построит еще кто-нибудь.

16

Летит самолет. Вдруг один двигатель отключился. Через некоторое
время из кабины пилотов выходит весь экипаж с парашютами. Командир:
- Господа! Hичего страшного не случилось! Hебольшая поломка,
подождите немного, мы за помощью!

18

Летит самолет. Вдруг один двигатель отключился. Через некоторое
время из кабины пилотов выходит весь экипаж с парашютами. Командир:
- Господа! Ничего страшного не случилось! Небольшая поломка,
подождите немного, мы за помощью!

19

Василий Иваныч и Петька прыгают с самолета с парашютами. Петька
кричит:
- Василий Иваныч! Пора парашюты раскрывать!
- Нет, Петька, у нас затяжной прыжок.
- Василий Иваныч, 1000 м осталось - пора!
- Рано.
- 200 м осталось!
- Рано, Петька, рано.
- 100 м осталось, Василий Иваныч!
- Рано еще.
- 2 м, Василий Иваныч!
- Какой же ты, Петька, герой, если с двух метров спрыгнуть не можешь!

20

Ночь. Десантная рота. Рядовому мать во сне говорит: "Не прыгай затра, сынок, у
тебя не раскроется парашют". Утром он говорит сержанту, нихрена, дескать, не
буду я сегодня прыгать, сон плохой видел. Ну сержант и говорит: давай сегодня
парашютами махнемся. Махнулись. Парень прыгнул, парашют раскрылся, все путем.
Сержант ( со свистом пролетая мимо ): ТВВВОООЮ МАААААААТТТЬЬЬЬ!