Результатов: 4

1

Всем знакомо чувство неловкости, когда сделал что-нибудь неудобоваримое, чаще непроизвольно, а потом тебе стыдно перед окружающими и ты не знаешь, как себя вести.
Мне часто приходилось это чувство испытывать из-за храпа во сне.
Сам я его не замечаю, а окружающие страдают, поэтому при знакомствах с женщинами сразу сообщаю о данной особенности своего организма (шутка).
В командировках свои сотрудники старались селиться отдельно.
Раз селились на одну ночь с моим начальником и водителем в двухместные номера большой гостиницы. Игорь (начальник) сразу сказал, что со мной в одном номере ночевать не будет. Ну, вечером пообщались в их номере за пузырьком беленькой и я ушел к себе. Вторая кровать в моем номере была расправлена, но соседа на месте не было. Ушел в вечера, как говорил мой одноклассник Вадик, «на блудни».
Утром я обнаружил, что его опять нет, но отсутствует и его постель вместе с матрасом. Дежурная по этажу сказала, что он ночью пришел к ней и со слезами на глазах попросился куда-нибудь в другое место, где нет меня.
Кстати, один мой товарищ, Раис, говорил, как можно сосуществовать с храпунами. Он как-то попал с таким старым перцем в гостинице или в больнице. Тот, говорит, как уснет, так и зальется, а я никак не усну из-за этого. Я, говорит, издаю громкий вскрик типа «И-И-А-А-О-У!!!», делая при этом вид, что сплю. Дед вскакивает, спрашивает, что это было. Я говорю, что ничего не слышал. После этого сосед долгое время не может заснуть (и храпеть), пытаясь осознать случившееся, а я за это время успеваю крепко уснуть.
На охоте пришлось ночевать на базе «Динамо» в доме, разделенном символической досчатой перегородкой на две части. Я оказался в маленькой половинке с еще одним мужиком. Остальные человек пять спали на полу на матрасах. Все мужики взрослые, серьезные. Утром все ходят какие-то хмурые, молчат. Но когда мой сосед вышел из избы, все стали возмущаться, что из-за его храпа не выспались. Я в этой ранее незнакомой компании был самый молодой и на меня они почему-то не подумали. Я же чувствовал себя очень неловко, но старался думать, что народу не спалось не из-за меня, и из-за соседа. Признаваться в такой ситуации, когда у всех ружья стоят у стены, мне показалось не совсем уместным.
Самое неловкое чувство бывает в транспортом средстве, когда в ограниченном пространстве возникнет сильный запах известного биологического происхождения. Все начинают морщиться и подозрительно смотреть на соседей, пытаясь молча изобразить, что это не они виноваты.
Один раз мы с сынишкой возвращались в дизельном пригородном поезде с охоты. С нами была собака Динка, накануне от души нажравшаяся мяса убитого нами кабана. Залезла под лавку, где ее было не видно, и на протяжении пути раза три так испортила атмосферу, что чуть ли не слезы на глазах выступали. А люди, коих набилось очень много, думали друг на друга. Только мы с Денисом «не замечали» ничего и с серьезным видом смотрели в окно.
Кстати, мне в свое время дали один очень дельный совет, как вести себя в неловкой ситуации, когда где-нибудь в автобусе при неосторожном движении у вас из кишечника с шумом вырвется воздух.
Нужно с серьезным видом обратиться к какой-нибудь рядом сидящей девушке, желательно к такой, которая до этого презрительно смотрела на ваше слегка заросшее щетиной лицо, и тихо, но внятно, чтобы все слышали, сказать:
- Девушка, ничего страшного не произошло. Такое может случиться с каждым.
Ее вмиг покрасневшее лицо и задрожавшие губы окончательно убедят остальных пассажиров в вашей невиновности.
А вообще, если у вас время от времени возникает это чувство неловкости за себя, значит вы еще не совсем пропащий!

2

xxx: А эта табличка "ТУШИТЕ ПОСЛЕ СЕБЯ РАЙ, ДЕМОНЫ", она зачем?
yyy: Сложно объяснить. Раньше там была другая табличка, но со временем как-то так получилось, что Светлан у нас в коллективе не осталось, а вот Раис хоть отбавляй.

3

Со слов приятеля, дело было ещё до рождества интернета.

Чика был в основном голубой. Не весь, конечно, шейка и брюшко белые, немного серых перьев - но в основном голубой и волнистый.
Тогда мы снимали комнату в древнем доме с архитектурными отголосками доцивилизационного периода. Вместо широкого подоконника в комнате была угольная яма, в которую мы насыпали земли, посадили растения и получился попугайский рай. Чика целыми днями носился по этому минисаду и высказывал своё восхищение, не забывая внимательно следить за толпой за окном.
Толпа приходила каждую пятницу в пристройку на заднем дворе. Сначала прибывшие плотно трамбовались во дворике, поднимая детей к окну и охотно общаясь с Чикой, пока по сигналу "Алааааах ..." не открывалась дверь и все затекали в пристройку. Была весна, людей в импровизированной мечети было много, окна и двери не закрывали ни они, ни мы, поэтому вся программа была хорошо слышна.

Проснувшись в очередной раз от чёткого "Аллааааа ..." со странным акцентом и не увидев толпы за окном, я подумал: почудилось? "Хвакаруннаааа!" - добавил Чика.
- Ты кому? - удивился я?
- Аллааааа ....
- Ты не мог бы поговорить со всевышним про себя? И вообще, сегодня среда ...
Дальше пресекать свободу вероисповедания мне помешал будильник. Встал, насыпал правоверному корма, заменил воду, убрал клетку.
С тех пор каждое утро за несколько минут до будильника ...

Правоверных становилось всё больше, пристройку покрасили и стали проводить намаз каждый вечер. И каждый вечер за несколько минут до того, как открывались двери мечети, азан - так называется эта фраза - произносил Чика. А за несколько минут до того толпа умолкала, поворачивалась на юго-восток и ждала.

Как-то разговорился с их муллой на улице. "Спасибо тебе, Азанчи-раис! Теперь почти никто не опаздывает на намаз!"

Когда-то тёзка азанчи сказал: сначала ты работаешь на репутацию, потом репутация на тебя. Всё верно, но иногда для репутации ничего делать не надо. Достаточно завести попугая.

4

РАИСЫ*
Встречаем заруливающий на семнадцатую стоянку Ту-154. Подъехал трап. Первым, как всегда, выходит экипаж. Следом за экипажем по трапу начинают спускаться первые пассажиры, а именно, группа толстых и важных людей в тёмных пальто в каракулевыми воротниками, дорогих шляпах и шапках, с портфелями и "дипломатами". Всё ясно - делегация, "раисы", прилетели в Ташкент из Самарканда или Ургенча на какую-нибудь партийную конференцию.
Большинство спустилось без приключений, а последний несколько замешкался наверху и начал спускаться по пустому трапу уже один. А надо отметить, что эта публика под ноги смотреть в общем-то не привыкла, каждый полагает себя пупом земли, и это их окружающим вроде как положено опустить глаза долу в их присутствии... Ну, вот и этот, задрав нос и надув щёки для пущей важности, делает шаг, спотыкается на первой же ступеньке и... Его продвижение вниз для меня, стоящего сбоку от трапа, выглядит так: голова-ноги-голова-ноги-голова-ноги. Приземляется на бетон в конце пути прямо на лысину, следом выкатывается шапка. Садится на задницу, хватается, обеими руками за голову, начинает раскачиваться и стонать: "Ой-бой!"
Его соратники, сгрудившиеся в небольшую отару, наблюдают этот экстравагантный спуск и его не слишком благополучное завершение с ужасом и почти священным трепетом - похоже, среди них он самый большой начальник. При этом никому даже и в голову не приходит броситься на помощь. Все застыли в позах, выражающих крайнее опупение.
Между тем, с соседней стоянки начинает выруливать другая "тушка" и, разворачиваясь, поддаёт газу, дунув прямо в направлении этой "скульптурной группы". С голов "раисов" слетают шляпы и шапки и начинают и катиться наискосок через рулёжку, в сторону покрытой травой и кустарником полосы земли между перроном и ВПП. Стадо тут же забывает про пострадавшего, синхронно разворачивается и бросается в погоню за сбежавшими головными уборами. Сцена достойная Феллини: впереди вприпрыжку катятся шляпы и шапки, за ними, пыхтя, отдуваясь и обнимая портфели, галопом несутся пузатые лысые "раисы". Следом бежит дежурная по посадке, размахивая руками и что-то крича. Её криков не слышно из за рёва движков. От трапа следом за своей шапкой на четвереньках ползёт тот самый пострадавший. Ну, и для полноты картины, немного за кадром - на подгибающихся от хохота коленях, держась за животы, корчатся в судорогах "зрители" - два технаря, траповщик и водитель автобуса...
------------------------------------------------
*Раис - В Узбекистане "большой начальник" в те годы, чаще всего, партийно-хозяйственный функционер