Результатов: 3

1

То, что экономика должна быть экономной я помнил еще с советской школьной скамьи. Ну, а в бизнесе должна быть экономия, тем более. Вот только применил этот лозунг в первый раз только тогда, когда очередные четыре вагона с комбикормом поставили под разгрузку.

- У нас тариф на сегодняшний день таков. Восемьсот тысяч рублей за вагон. Уборка вагона сюда тоже входит, - озвучил мне цены старшой бригады из шести грузчиков.
- Да ты чо? - опешил я, это же по сегодняшнему курсу по шестьсот баксов за вагон. Вы же на прошлой неделе еще по пятьсот тысяч брали! Больше не дам! - решил я впервые сэкономить. - Экономика должна быть экономной — вывалил я, к чему-то.
- За пятьсот сам давай, - хмыкнул бугор. - Сдохнешь на вагоне, хоронить, кстати, не будем. Если только за твой счет, но это дороже выйдет.
- А, давай - понесло меня в азарте, - давай! Я вам покажу как надо работать, а не сопли здесь жевать. Вот ваши три, а мой один. Если я его разгружаю, то вам по пятьсот за вагон, а если нет, то ваши восемьсот, как и требуете.

И мы ударили по рукам со всей бригадой. Те правда немного посовещались, но видимо большинство проголосовало за то, что сдохну. И понеслось. В начале на моей стороне, был азарт, молодость и сила. Всего было в избытке. Правда всего этого хватило только на треть вагона в котором было чуть меньше полутора тысяч мешков по сорок кг. Где-то на пятисотом мешке брошенном в машину азарт куда-то растворился. Но молодость и сила еще ведь остались и я просто понял, что надо сменить тактику. Считать не мешки, а прибыль. А она должна была быть не плохой. Пятьсот за мой вагон, да по триста с каждого ихнего. В совокупности экономия подваливала почти к полутора миллионам. Это на какое-то время вернуло энтузиазм. Хватило еще на пару сотен мешков. Я пробовал пересчитывать сумму в долларах, потом в марках и даже в иенах, но помогало это уже мало. Грузчики уже работу закончили и уселись на борта загружаемых машин. Те сменялись, эти переходили. Оно и правильно, им ведь досталось только чуть больше семисот мешков на рыло, а мне в два раза больше. Да и опыт у нас был несравним. Но я привлек злость и упорство вместо азарта и дела все же шли. Когда осталось где-то треть, я услышал голос бугра бригады:

- Может хорош уже, давай завязывай - но это добавило еще упрямства и я отрицательно дернул головой в отказе. Рот было открыть невозможно, он слипся от пыли летящей от комбикорма. - Может попьешь? - протягивая мне бутылку с водой, поинтересовался он. И я опять повторил отрицательный жест. Вода в данный момент была страшнее яда. Во первых я бы не смог остановиться, глотая ее, а потом бы навалилась усталость когда не двигаются не руки ни ноги. А они смеялись надо мной, подкалывая чем только можно. Но когда в вагоне осталось только четверть видимо до них стало доходить, что все их приколы для них платные. Ведь я практически перешел на автопилот, ничего не считая и не высчитывая, никого не слушая и не реагируя, просто брал и носил .И видимо просто светился уверенностью, что все доделаю. Главное пройти в вагонные ворота и попасть в машину. Поэтому шутки кончились и начались угрозы и даже чьи-то предложения, а не ввалить ли мне по полной. И чем меньше оставалось мешков, тем больше таких предложений было. Накал страстей достиг своего апогея и я ухватился рукой за борт машины, чтобы отдышаться, собрать остатки силы, сплюнуть изо рта ненавистный комбикорм и принять неравный бой. Но все опять исправил их бугор. - Хорош, - произнес он, - экономика действительно должна быть экономной, пошли поможем. - И ухватил из вагона мешок. Я не стал противиться, но и мешки таскать не перестал. Поэтому и услышал пояснения бугра его действий. - Вы не забывайте мужики, что он плательщик и даже если мы его отметелим или он сдохнет, платить кто будет? Получится, что мы за бесплатно день отфигачили! - такой подход меня устроил. Поэтому отдал по шестьсот за вагон. Не надо думать, что я дал слабину. Нет. Мне его логика понравилась. Я бы конечно разгрузил до конца, но время уже работало не на меня. Пришлось бы за простой вагона сверх норматива отдавать еще больше чем сэкономил.
Да, чтобы не возникали споры по курсу рубля в то время, вот для справки:

Курс доллара к рублю – динамика по годам, 1992 – 1997:
1 июля 1992г.    –  125,26
6 января 1993г.  –  417,0
7 января 1994г.  –  1259,0
6 января 1995г.  –  3623,0
5 января 1996г.  –  4661,0
1 января 1997г   –  5560,0

3

В одной из командировок лет пятнадцать назад познакомился я женщиной, бухгалетером одного сельхозпредприятия, у неё домик рядом с городом в поселке городского типа. Она веселая такая была, щебетала всё, но нудила иногда про свою работу, про сельхозпроизводство. Ей нравилась её работа с цифрами, жизнь вне города, а мне в ней нравилось другое, да и я городской житель всегда был. И вот мы бурно погуляли на выходные и я просыпаюсь в её доме на природе в воскресенье днём. Голова раскалывается, язык шершавый, как напильник, на плечах какие-то царапины, левый глаз почему-то не до конца приоткрывается, слипся. Прошу новую знакомую принести воды. Та приносит, и начинает щебетать, да так противно, монотонно, как мне казалось. Я воды хлебнул и опять давить на подушку. А она рассказала как мы вчера ночью по поселку шастали, в гости заходили, потом к её подруге зашли. Подруга тоже бухгалтер и вот у них спор зашел по какому-то вопросу. Ну да, я чего-то такое помню, они обе горячие оказались на свою тему спорить. Я как бы даже потерялся на время там, не в теме оказался. И вот я лежу у нее в доме уже, ни жив ни мертв, а моя знакомая начинает еще ко всему прочему вдаваться в ненужные подробности их спора. Какие-то там проводки, отчёты, балансы, надои,положение производителей сельхозпродукции в стране, сдача в налоговую и какая у них налоговая хреновая, цепляется к каждой бумажке и т.д. Голова у меня распухает окончательно и я не выдерживаю, с раздражением поднимаюсь на локти и выпаливаю:
- Стоп! Мне реально хреново, а ты что здесь гонишь, а?!
Она прекращает свою монотонную речь, смотрит на меня некоторое время, ее состояние лучше моего, и вдруг улыбнулась:
- Самогон! Медовый. Я его с медом делаю по рецепту дедушки.
Она уходит в другую комнату, возвращается с запотевшей бутылочкой заткнутой матерчатой пробкой, несет две рюмочки.
В этот момент я понял, что наши женщины, а особенно бухгалтеры, просто очаровательны.