Результатов: 22

1

Красная площадь. Толпа с флагами. Идет снежок. На сцене – ведущий мероприятия.
Ведущий: Друзья, мы собрались здесь, чтобы отпраздновать День народного единства! Давайте же найдем фигуру, которая нас объединяет!
Толпа: Давай!
Ведущий: Предложу свой вариант! Путин!
Половина толпы радостно кричит, другая – свистит и улюлюкает.
Ведущий: Значит, не годится…
Кто-то из толпы: Пушкин!
Одобрительный гул.
Ведущий: Пушкин – отличный вариант! Всем нравится?
Тонкий голос из толпы: Нет, не всем!
Ведущий: А? Что? Кому-то Пушкин не нравится? Покажись!
Показывается школьник.
Школьник (краснея): Ну, мне Пушкин не нравится.
Ведущий (удивленно): Это чем же он тебе не нравится?
Школьник: Ну, а что! Чего они учить заставляют! (грозит куда-то кулачком). И вообще, Баста лучше стихи пишет!
Несколько молодых голосов: Да! Да! Он прав!
Немолодой голос: А еще он негр!
Девичий голос: Верочка Полозкова лучше Пушкина!
Ведущий: Значит, и Пушкин не годится. Тогда кто?
Кто-то из толпы: Гагарин!
Ведущий (радостно): Точно! Гагарин! Первый человек в космосе! Наш, русский!
Толпа одобрительно гудит.
Голос: Это еще доказать надо, что Гагарин в космос летал.
Ведущий (шокировано): Что?
Человек в очках выступает из толпы: А вы читали Виктора Пелевина «Омон Ра»? Вся советская космонавтика – это такой же миф, как коммунизм. О каких полетах в космос могла идти речь, если в те годы Россия жила под соломенными крышами?
Толпа неистовствует, готова разорвать оратора. Но, тем не менее, несколько голосов в поддержку человека в очках звучат.
Ведущий (удрученно): Значит, и Гагарин не годится. Тогда что же нам делать?!
Детский голосок: Котики!
Ведущий: А? Что?
Девочка с котенком на руках: Ко-ти-ки!
Ведущий: Котики нас объединят? А что, и правда! А ну, кто любит котиков?
Толпа восторженно орет.
Ведущий: Да здравствует День народного единства!
Раздается вежливое покашливание.
Собачник с таксой на поводке: Небольшую ремарку позволите?

2

У меня есть молодые друзья. Молодые в смысле возраста, хотя дружим мы прилично. Хотя для моих почти пенсионных лет – все уже молодые. Ладно, не обо мне речь.
Мои молодые друзья решили обзавестись ребенком. Родить. Ну, то есть, папа все сделает до, и обеспечит – после. А мама, собственно, ну, вы меня понимаете.
Они как ответственные современные родители, радея за чистоту (чуть не написал – помета) потомства, стали готовиться заранее. Перестали пить алкоголь, есть пищу с излишками, смотреть страшные фильмы и новости по главным каналам.
Естественно, прошли процедуру сдачи анализов, и прочих не всегда приятных проникновений в организм.
Семья крепкая, спаянная. Как раньше был штамп – ячейка общества.
Жена поехала на очередное что-то там сдать, и забрать предыдущее. Ну, чтобы потом со всем этим набором документов прийти на прием к врачу, и определить максимально удачную дату, ну, вы меня поняли.
Это как бы все – либретто, или как во времена fido писали - преамбула.
А теперь – амбула. От первого лица одного из врачей.
«…иду из кабинета, глядя в окна, за которыми солнце, тепло. Беззвучно орущие дети и птицы. Прям предвкушаю, как куплю сейчас в автомате себе бачкового кофе. Выйду во двор, там у меня есть любимое дерево. Я обопрусь на него плечом, закурю. И задумчиво начну пускать дым вверх. И небольшими глотками кофе. Иду по коридору в мечтах в слюнях, выхожу и слышу на парковке женские рыдания. Ну, мало ли, что, думаю я. Может украли чего, или парковалась на звук. А звук оказался бампером «бентли», или того хуже «лады приоры» с гостем из солнечного горного селения. Не. Сидит в машине весьма милая молодая девушка. И рыдает, ну просто – насмерть, ну, вот просто наотмашь. Видно, что горе больше чем сломанный ноготь, или порванный чулок. Мое мужское, хоть и медицинское сердце испытало такое забытое чувство сопереживания, что я сам удивился.
Что, говорю, случилось, милая дама, такого, что вы ведете себя так откровенно потеряно. Девушка смотрит на меня сквозь пелену слез, как смотрит житель Санкт-Петербурга через залитое дождем окно, где не видно ничего кроме силуэтов. Фокусируется. Видит на мне белый халат, и протягивает листок бумаги. Причем жест такой – все режиссеры мира могут завидовать – ни слов, ни угрюмой печали. Но понятно – как минимум «похоронка».
Читаю.
Не понимаю.
Уточняю.
В ответ история про подготовку к родам.
Успокаиваю чем могу. И, все же, что смутило, пытаюсь выяснить. Она удрученно опять показывает справку.
- И?
- Справка мужа.
- И?
- И там написано:…
А там в справке врачебной скорописью написано: Сперматоз. умер.
- Все нормально, мэм, это значит – сперматозоиды умеренные.

3

Приходити к нам лечица!

В предпоследний раз я был в гор. поликлинике, слава Богу, лет тридцать назад. Мы тогда вместе с двумя братьями меняли место работы и нужно было пройти мед. комиссию.
У окна в регистратуру было людно и наша очередь подошла уже ближе к обеду.
Из-за стеллажей с историями болезней, не спеша, и сильно хромая, к окошку подошла бабушка.
Глядя через толстенные линзы очков, она записала наши фамилии и скрылась там-же откуда пришла.
Ждали мы ее с час. Она возвращалась еще сильнее хромая, и держала в руке только одну мед. карту.
-Кто из вас …,- она назвала мою фамилию. Я отозвался. Бабушка посмотрела на меня поверх очков, и протягивая мне карту, пропела:
- Счастливый мальчик!
Я возражать не стал, но на всякий случай трижды сплюнул.

А тут мне снова справочка понадобилась, даже не одна - целая медкомиссия. Нужно было обновлять разрешение на оружие, а без справки от психиатра никак. Еще никак без справки от нарколога, о прохождении флюорографии, отсутствии сифилиса и присутствии зрения, уха, горла и носа, хуй пойми чего и от кого еще, и самая главная справка - заключение главного, худого и злого начальника поликлиники - терапевта.
Когда, спустя неделю, я наконец до него добрался, и снял футболку, он грубо меня ощупал, ткнул пальцем в мою пупковую грыжу, видимо проверяя встает от этого хуй или нет, и выдал заключение.

Теперь несколько фрагментов чуток в зад хронологии отмотаю.
Я тогда прочно завис в очередях гор. поликлиники, но ощущения от того, что меня от чего-то вылечат так и не испытал. Хотя, с сифилисом получилось просто.
Девчонки в белых халатах пили чай прямо за столом с кровавыми пробирками, когда я открыл дверь к ним в кабинет, поздоровался, улыбнулся и сказал: - Я подожду.
Ждать к тому моменту я уже научился.
Девчонки засиживаться не стали, и через несколько минут пригласили меня войти. Одна из них взяла мой паспорт, чего-то быстренько начеркала на маленьком бланке, расписалась, и воткнув печать протянула мне справку. Я сказал спасибо, но поинтересовался:
- А вдруг у меня сифилис?
На меня подняла глаза вторая, та что была посимпатичней, мгновенно оценила, мило улыбнулась и ответила:
– У вас его точно нету!
Ну уже слава Богу.

В одном из следующих кабинетов на меня вдруг накинулась бабка, тоже в халате. Смотря куда-то в сторону, она завалила меня на кушетку, заземлила мою ногу стальной цепью, и кажется что-то прицепила к голове, или к пальцу - не помню. Я был сосредоточен на ощущениях, в ожидании того, что сейчас меня ебнет током.
На мой последующий за измерениями вопрос:
- Как мои дела? – Бабка не без удовольствия каркнула:
- Есть изменения.

Какого рода изменения и относительно чего я, будучи излишне мнительным, на всякий случай уточнять не стал.

Психиатр, а он еще был заодно и наркологом, находился в старом здании гор. больницы на другом конце города.
Потыкавшись во все решетчатые двери с психами, наркоманами и алкоголиками, я наконец нашел его кабинет.
За древним столом в небольшой комнате с одним окном на приеме сидела медсестра, моя одноклассница Ирка.
В ожидании врача мы с Иркой неспешно трепались, а рядом, на лавке ждала приема женщина средних лет.

Неожиданно скоро, для наших с Иркой тридцатипятилетних воспоминаний, хлопнула входная дверь.

Сутулый доходяга с впалыми глазами, отрешенной гримасой на лице, и растянутыми костистыми кулаками карманами халата, посмотрел сквозь присутствующих, и порывисто нырнул в узкую, темную каморку, дверь в которую была открыта:
- Проходите, - крикнул он через несколько минут.
Женщина, что была впереди, несмело поднялась, и шагнула за сумеречный порог. Она сидела в каких-то полутора метрах от меня, и хотя их лиц я не видел, слышно было прекрасно.

-Рассказывайте! – Услышал я доктора. И женщина начала. Она долго и путано пыталась рассказать о своих, кажущихся ей странными ощущениях. Говорила о приступах паники, по поводу и без, бесконечной депрессии, её мучительных переживаниях, и разного рода боязнях.

-Так чего вы конкретно боитесь?- Загремев невидимыми канцелярскими принадлежностями, неожиданно перебил ее доктор. Женщина задумалась: - Я даже точно не знаю – ответила она, всхлипнув.
– Мне кажется….. она сделала паузу, мне кажется я вообще всего боюсь.

Я, удрученно слушая, и уже начиная сопереживать пациентке, с навалившимися на нее проблемами, аж лицом просветлел, когда снова услышал доктора:
- А ВЫ НЕ БОЙТЕСЬ!

Ай да доктор, ай да Гиппократ!

4

Напомнила мне история на днях, из лучших прошлых лет, про курсантов и лабораторную со счетчиком Гейгера.
Учился я в лучшем физическом вузе страны. Называть его не хочу, но если уверены, что знаете лучший физический вуз страны - то это он.
А если не знаете - то и ладно.
Итак. В первом семестре семинаристом и ведущим лабораторных классов по физике у нас был аспирант 3го года. Парень умный, я думаю (другие до аспирантуры у нас не доходили даже в смутные 90е годы), но немного, извините за снобизм, "от сохи" - боксер, грубоватый и вспыльчивый, из маленькой деревни где-то в средней полосе. Если в лабораторных работах померянные значения расходились с предсказуемыми более чем на 30-40%, он делал страшное лицо, таращил глаза и кричал "не верю!". При этом складывалось впечатление, что своими боксерскими кулаками он сейчас прям тут выбьет из вас "все дерьмо". Урок мы усвоили быстро, с первого занятия, и до конца семестра усердно подтачивали результаты измерений, дабы не нарываться на гнев. Как правило это аккуратно делалось прямо по ходу лабораторных, потому что как правило он ставил роспись о намерянном, и хотя потом мы все аккуратно оформляли дома, ничто не мешало ему при желании сверить числа с подписанными в классе.
Во втором семестре преподавателем преподавателем у нас стал пожилой - лет 70 - но жизнерадостный и седой - доцент. К тому времени он уже оставил активную науку и сосредоточился на преподавании. Тем не менее, прибежав с перекура, он любил рассказать как они в 60х в Дубне ловили электроны на фотопленку итп.
Вот на 2м занятии прибежав с перекура он и застал меня с одногруппником за ближайшей ко входу лабораторной установкой, чесавшим голову как условные 19 на экране сделать поближе
к требуемым по расчетам 5 - то ли единичку стереть то ли 9 превратить в 0. Подбежав к нам он радостно прокричал "- ну как, что за цифры получаются?!?"
Застигнутые на месте преступления, мы удрученно пробормотали, вот мол, должно быть 5, а получается 19.
Он непонимающе посмотрел на нас секунду, а потом также жизнерадостно прокричал - ребятки, запомните, в физике любое экспериментальное значение которое расходится не более чем на один порядк (т.е. не более чем в 10-20 раз - прим. меня) - считается подтверждением теории.

С этим знанием я проучился оставшиеся пять с половиной лет.

7

В перерыве судебного заседания адвокат удрученно говорит своему подзащитному:
— Я исчерпал уже все доводы в Вашу пользу. Не знаю, что я еще могу для Вас сделать?
— А что если Вы всю вину возьмете на себя.

8

В студенческие годы (2000ые) бомбили мы по городу в ночное время. Одному страшно было, поэтому ездили вдвоем с другом. Машина была обычная девятка небесного голубого цвета. Люди к нам садились, не смотря на то, что в машине сидят два парня - может располагали мы как-то ко всем. Нормального среднего телосложения, приличного вида. Обычные среднестатистические студенты, которым просто не хватало на еду. А что, скажете, сами на машине, а на еду не хватает? Бывает и такое... Машину, уже старенькую, подарили родители на 4-ом курсе. Как они ездили ко мне и б/у покупали в Питере, когда деньги на нее нашли буквально на полу - отдельная история.

Так вот, останавливали нас гаишники и другие служащие исполнительной власти, все проверяли документы. Одной ночью остановили для проверки документов и, посмотрев на наши не выспавшиеся лица и глаза, начали проверку на наркоту. Нет, была обычная проверка без какого-то умысла что-то подкинуть или "найти", искали, что называется по-честному. Разве что собаки не хватало.
Студентами мы были примерными, не баловались этим, поэтому удрученно выворачивали карманы, снимали обувь, вынимали стельки, снимали носки, показывали подкладки одежды.
В машине поднимали коврики, открывали бардачок. Они смотрели даже пепел в пепельнице, сняли заднюю сидушку в машине.

Все, осмотр закончен, вроде даже пожелали счастливого пути... Отъехав от них и обсудив с матом эту проверку, я вспомнил, что в багажнике у меня лежит топор и ножик (туристы хреновы)... а как же они не нашли это все!? да просто, они багажник даже не открыли! ни разу.

9

Пришла девушка устраиваться на работу в ночной клуб. Спрашивает, к кому обратиться. Ее направляют к менеджеру. Менеджер, долго не разговаривая, просит девушку показать грудь. Та беспрекословно подчиняется. Удовлетворенно махнув головой, менеджер указывает ей на шест и включает музыку. После 40-минутного танца, он извиняется и говорит:
Вы нам не подходите, пластики в вас не хватает.
Девушка удрученно начинает мямлить:
А я еще на компьютере работать умею.
А при чем здесь компьютер?
Так я бухгалтером устраиваться пришла!

10

У светофора за автомобилем остановился мотоциклист. Через пару секунд
мотоциклист свалился на асфальт вместе с мотоциклом. Водитель автомобиля
выходит из машины и помогает встать мотоциклисту, и они вместе поднимают
мотоцикл.
Этот спектакль в дальнейшем повторяется у нескольких светофоров с
удивительной точностью.
Наконец водитель автомобиля не выдержал и спрашивает:
- Скажите, что с вами? Почему вы у каждого светофора падаете вместе с
мотоциклом?
Мотоциклист отвечает удрученно:
- Э-э! Мы с женой разошлись вчера.
- А причем здесь ваши упражнения с мотоциклом?
- По разводу ей досталась коляска!

11

Тик-так

В давние времена довелось мне работать на флагмане
отечественного автомобилестроения, автозаводе имени Лихачева. Трудился в
нашем конструкторском отделе один интеллигентного типа мужичок, Женя
Исаев. Много веселых воспоминаний осталось от того, как он в рабочее
время с женой по телефону разговаривал. И без этого он постоянно висел
на телефоне по роду выполняемой работы. Но когда говорил с женой - можно
было догадаться сразу. Минут двадцать молчания с трубкой в ухе. Потом -
всплеск эмоций. Несколько раз было критично. Впадал наш Женя после таких
разговоров в транс, маялся удрученно из стороны в сторону, места себе не
находил. Узнавал, оказывается, от нее, что зарплату ей прибавили, и
получать теперь она будет больше чем он. Беда! Позор для мужика, точнее
трагедия. Так и что вы думаете? Заканчивались Женины мытарства в
кабинете главного конструктора с заявлением на увольнение в руках. А
поскольку Женя человеком был незаменимым, мог что угодно пробить,
достать, продвинуть, что по тем временам ценилось на вес золота -
выбегал он из кабинета всегда переполненный радости. С восстановленным
реноме в виде прибавки к собственной зарплате. Так вот, разговоры с
женой у Жени со временем стали видоизменяться. Самомнение,
сформированное невозможностью жены превзойти его в показателях зарплаты,
стало позволять ему вставлять в разговоры, время от времени,
какое-никакое словечко. Постепенно излюбленным стало многозначительное
"Так". И выглядеть все это стало следующим образом. Сидит Женя, с трубой
в ухе в отделе и прерывает тишину звонким "Так" через каждые
двадцать-тридцать секунд. Поскольку разговаривал он с женой, как уже
было отмечено, подолгу, очень скоро это стало всем надоедать. Самым
прикольным и эффективным способом отучить Женю от данной назойливой
привычки стало изобретение нашего штатного юмориста Васи. Подстраиваясь
под частоту "Таков", индивидуально зависящую от темы разговора,
настроения и других неведомых нам факторов, он начинал вклянчивать в
тишину в промежутках между "Так" добавку в виде "Тик". И, вот что стало
получаться, как вы уже, наверное, догадались: Женя: «так», Вася: «тик»,
Женя: «так», Вася: «тик», тик... так, тик... так, тик... так. Дня через
три Женя разговаривал с женой, как это и полагается, не произнося ни
звука.
© konde13

13

Муж отправил жену на курорт. Через десять дней она неожиданно
возвращается. Муж ее спрашивает:
- А что ты так быстро вернулась?
- А все уже, хватит, я очень хорошо, полностью отдохнула.
Муж (удрученно):
- А я, понимаешь, только еще начал...

14

В конце концов, Рабинович решил сходить к равину и посоветоваться:
- Ребе, происходит нечто ужасное, и я должен с вами посоветоваться.
- В чем дело? - спросил равин.
- Моя жена добавляет мне в пищу яд.
Удивленный равин:
- Неужели?! А вы уверены в этом?
- Я точно знаю, - удрученно ответил Рабинович, - я подследил и
видил все собственными глазами.
- Ну что ж, - сказал ребе, - я поговорю с ней и тогда мы снова
встретимся.
Через неделю он звонит Рабиновичу:
- Я таки да говорил с вашей женой. Три часа по телефону. Хотите
мой совет?
- Да, разумеется.
- Продолжайте принимать яд...

15

Был у одного мужика **й длиной 1 метр. Hу, вроде бы хорошо,
да только пошла раз жена этого мужика к сексопатологу
(а сексопатолог - женщина-врач), ну и жалуется ей:
- Ах, доктор, такое несчастье, такое несчастье...
- А в чем собссно дело ?
(краснея) - Понимаете, у моего мужа **й длиной 1 метр.
(оживляясь) - Дык, дорогая вы моя, какое же это несчастье?
Это же наоборот счастье! (восторженно) Иметь мужа
с таким длинным **ем! Да я вам просто завидую!
(удрученно) - Счастье было, когда он стоял... А теперь он меня
им п**дит...

20

Целый час муж роется во всех карманах, а потом удрученно говорит жене:
- Не могу найти свой бумажник. А там много денег! Попробуй ты поискать.
- А в брюках ты смотрел?
- Да.
- А в плаще?
- Смотрел.
- А во внутренних карманах?
- Нет.
- Почему?
- Если и там нет, у меня будет инфаркт.