Шутки про восемь - Свежие анекдоты

Результатов: 1176

101

Как молоды мы были…

В восьмидесятые годы срок обучения на вечерних факультетах в институтах составлял шесть лет, не знаю, как сейчас.

Первым, кто попробовал провести эксперимент по его снижению, был ЛПИ им. Калинина – Ленинградский Политех – во всяком случае у нас в городе, мне так кажется. Чтобы попасть на эту программу, надо было иметь Ленинградскую прописку, и диплом о среднем техническом образовании (техникум) по выбранной специальности.

Первой экспериментальной группе курс отмерили в одиннадцать семестров, я попал во вторую – нам нарезали десять – то есть пять лет вместо шести. Реально программы курсов не стали меньше, просто преподавателям приходилось утаптывать материал в более короткие сроки.

Все, кому довелось заканчивать вечерний, помнят, насколько этот режим дисциплинирует. В среднем в сутки минут пятнадцать свободного времени, и вечно хочется спать. Для себя я решил эту проблему так – часа три- четыре ночью, и часа полтора днём- в обеденный перерыв на работе – благо, обстоятельства позволяли. Когда сутки делятся пополам, времени на сон на самом деле требуется меньше.

Поначалу, когда с непривычки входишь в этот режим – он кажется просто кошмаром по безумному, как Ниагара, уровню потока информации, но со временем втягиваешься. И если на первом курсе, на лекциях по высшей математике, я с ужасом старался успеть законспектировать хотя бы самое основное, что наш преподаватель – замечательный добрейший мужик, доцент Егоров Андрей Фёдорович, мгновенно выписывал мелом на доске, и так же мгновенно стирал, когда ему требовалось свободное место, то на третьем обнаглел уже настолько, что мог себе позволить демонстративно зевнуть, лениво произнося-

- Андрей Фёдорович, а можно чуть побыстрее? Засыпаем…

Все хохотали – это было вроде небольшой разрядки – но он действительно читал так быстро, что неподготовленному студенту предлагался выбор – или слушать, пытаться понять и запомнить, или истерически стараться записывать в конспект всё, что появляется на доске, не успевая даже понять смысл произносимого вслух.

С середины третьего курса учебные планы поменялись, и наша, «ускоренная» группа вылетела из общего потока – отныне нам читались лекции и проводились практические занятия отдельно – не знаю, чем это было вызвано.

Ждём. Честно приходим на занятия. Преподавателя нет. Неделя, вторая, наконец является – бабе лет возле сорока, внешние данные – Джина Лоллобриджида, глаза ледяные, взгляд надменный и изумлённый – «это что, я тут ВАМ что ли, лекции ДОЛЖНА читать?» Ей бы к этому взгляду ещё форму эсэсовскую.

Открывает журнал. Проверка присутствующих по фамилиям называется.

- Артемьев.

- Я.

- Борисова

- Я.

Открывается дверь, и в аудиторию входит опоздавший – Мишка Яковлев – хохмач и задира.

- Почему опаздываете на занятия?

- Что? Это вы мне? Да, там у трамвая колесо спустило. Я уж как старался…

- КАКОЕ КОЛЕСО? Вы что себе позволяете?

Мишка, повышая тон –

- А я откуда знаю? Я что, вагоновожатый? Встал трамвай посреди дороги, говорят колесо – вам его сюда что ли принести для оправдания?

- Садитесь – ледяным тоном.

- Вешников

- Я.

- Володина

- Я.

Снова открывается дверь, и в аудиторию входит последний опоздавший – Серёга Иванов – он в порту работал такелажником, часто опаздывал – там при аврале пока не закончишь, не уйдёшь – а авралы через день.

- Разрешите? Извините, опоздал…

- Да что это такое? ЧТО У ВАС ТУТ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? ПОЧЕМУ ОПАЗДЫВАЕТЕ НА ЗАНЯТИЯ?

- Скажите спасибо, что вообще пришёл. – мрачно, сквозь зубы, таким тоном, что оторопь берёт.

Тяжёлое молчание. Серёга- мужик здоровенный, после армии, в Афгане воевал, ему просто так в глаза посмотреть – поёжишься.

- Колесникова

- Я.

- И ИЗВОЛЬТЕ ВСТАВАТЬ, когда я называю вашу фамилию!

Ленка встаёт, неловко смотрит вокруг – такого у нас ещё никогда не было. Следующая фамилия по алфавиту моя –

- М…в

Вот уж хер. Я сидя, нагло поднимаю ладошку и делаю несколько доброжелательных помахиваний –

- Я. Присутствую, как видите.

Тишина. Проглотила. Поскользнулась маленько – но с нами на таком уровне действительно никто из преподавателей никогда не разговаривал – мы вечерники, стипендию не получаем, общагой не пользуемся, армией нас не запугаешь – да я за всё время обучения в деканате не был ни разу – и даже не знал, где он находится. Ну не прищемить нас ничем, кроме отчисления.

Больше на перекличке не встал никто.

Не сложились у нас отношения с самого начала. Вот так и пошло. Включилась работать фрау ефрейтор, однако, как показало дальнейшее – запомнила.

Надобно отдать тётке должное – материал она знала прекрасно, лекции и практические занятия вела идеально, если не принимать близко к сердцу этот тон свысока. В том семестре нам по учебному плану втоптали почти невпихуемое – системы дифференциальных уравнений, кратные и криволинейные интегралы, и теорию поля. Кто помнит, что такое дивергенция?

На всё- четыре месяца. По две лекции в неделю.

Зачёт я ей сдавал двенадцать раз. Всего пять задач – и у всей группы зачёт принимался дифференцированно, сегодня одна задача- один балл, послезавтра вторая – ещё балл, на следующей неделе третья –

- Вам тройки достаточно? Давайте зачётку.

Я решал ВСЕ задачи, она находила малейшую ошибку, и следующий раз приходилось опять решать ВСЁ целиком. Ну к примеру – если в итоговую функцию входит синус 45 градусов, она не ставила зачёт оттого, что я оставил это значение нераскрытым – а когда посчитал его на калькуляторе, и написал константой – этого, блин, недостаточно, цифра её не устраивает, точность, мать её, не та – нужно было написать корень из двух на два, а не 0,707.

Вот так и бодались. Последний раз она вообще маленько сподличала. При определении объёма и площади поверхности фигур, описанных формулами с тремя неизвестными (криволинейные интегралы) их, при пересечении, хотя бы можно представить – в трёхмерном пространстве. Она задала мне фигуры с пятью неизвестными – давай, оттопыривайся, а я посмотрю. Фантастика.

Я любил и неплохо знал математику – но с этим едва справился, на грани желания скомкать листок, и запустить ей в физиономию. Осилил. И зачёт получил.

Экзамен.

- Я понимаю, что требовать от вас идеальных знаний достаточно сложно. Поэтому предложение такое – все, кто сомневается в своих способностях, могут пользоваться учебниками, конспектами, шпаргалками – чем угодно, кто запасся. Следить не буду– но. Максимальный балл при таком раскладе – тройка. Одна ошибка – минус один балл. Кто ошибается– на переэкзаменовку.

- Если есть желающие побороться за более высокую оценку – прошу с чистым листом бумаги и ручкой- на первый ряд.

Кроме меня нашёлся ещё один романтик, но внимательно прочитав здание по билету, скромно пересел назад. Моя очередь выходить к барьеру- беру билет -

- Я готов.

Без подготовки, без размышлений – вот сейчас и посмотрим, знаю я математику, или нет.

Лёгкое изумление на лице – берёт мою зачётку, смотрит, что троек у меня минимум – только по общественным дисциплинам – ну а кто тогда всерьёз относился к «истории партии» или «Капиталу» Маркса?

Сорок восемь минут – я включил секундомер – ровно сорок восемь минут я отвечал. Задачу к билету решил вообще устно. Ни одной ошибки, мы даже не посмотрели, что было написано в билете – по ВСЕМУ курсу, по КАЖДОЙ теме, исчерпывающие точные ответы. Надобно отдать должное ефрейтору – за пределы курса она не заходила с вопросами. Знаете, как шарик летает по теннисному столу? Вот так и у нас – вопрос- ответ, вопрос- ответ. Сорок восемь минут.

Всё, спрашивать больше нечего. Курс исчерпан.

- Гм. Неплохо. Что же вы так беспомощно зачёты сдавали?

…………………………………………………….. твою же мать! …………………………………………………….

- Не высыпаюсь я. Нелегко на вечернем.

- Слушайте, мы с вами столько времени потеряли, я боюсь, что не успею нормально принять экзамен у остальной группы. Вам какую оценку ставить- четыре или пять?

- Мне безразлично. Готов хоть на тройку, при условии, что группе вы подпишете зачётки, просто посмотрев на сделанные задания.

Мадам ухмыльнулась, поставила мне четвёрку, и подписала зачётки всем остальным, вообще не глядя.

Это был наш последний экзамен по высшей математике. На четвёртом курсе была ещё прикладная – но факультативом, без экзамена.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

P.S.
На первом курсе в группе было тридцать два человека, из академок восстановились двое – итого тридцать четыре. До диплома добрались девять, защитились восемь.

Из восьмерых – шестеро составили семейные пары, а двое уже были с колечками.

Ленинградский Политех, 1982 – 87.

102

На 4-ом курсе снимала квартиру полностью за свои деньги. Училась на повышенную стипендию, работала, родители покупали технику, но на всё остальное мне прекрасно хватало. Начала отношения с мужчиной лет на восемь меня старше. Через пару месяцев стала замечать, что денег хватать перестало. Посчитала расходы - начала уходить какая-то прорва на еду. Уже понятно куда - мужчина говядину любил, сыр хороший, конфеты определённые, лук в салате только ялтинский. Ещё месяц собиралась с духом. Решилась только в момент, когда заметила, что кормлю его яичницей из яиц, которые передала мама, кроме них в холодильнике полкурицы и яблоки, денег до конца недели двадцать рублей (Беларусь). Попросила завтра привезти продукты, а то мне зарплату задерживают, и денег особо нет. На следующий день приехал и с порога вручил мне ПАЧКУ ВАФЕЛЬ и ДВА ГЛАЗИРОВАННЫХ СЫРКА. Пошёл на кухню и начал ругаться, что ужина нет. Мы даже не жили вместе, он просто приезжал ко мне жрать практически каждый день и на просьбу купить продуктов привёз глазированные сырки. Сырки он, кстати, после скандала забрал, а вот вафли остались мне.

103

Про лампочку... Или свет. Есть у меня близкий друг. Геннадий Викторович. Это тот у которого был юбилей в конце августа, после которого у меня сбежала собака - в комментах про это Соломону писал. Так вот. Был у него тесть, Михал Михалыч, земля ему пухом. Ушёл из жизни три года назад. Лётчик дальней авиации, потом ГСВГ, а с развалом и пенсия пришла. Началось всё с игры в шахматы во дворе обычной панельной девятиэтажки. Там постоянно собиралась организованная группировка пенсионеров, высоко развитых интеллектуально, не то что эти пидарасы - которые пиздят, что украинского языка никогда не существовало. Ну да и хуй на них - история про лётчика, а не про пидарасов и слесарей акпп. Как и при любой другой игре - будь то карты, домино или монополия, всегда происходили какие-то конфликты и баталии. И вот во время одной из таких баталий, когда шли выяснения кто прав, а кто нет - с Михалычем случился инсульт. Паралич. Я не знаю медицинской терминологии - он просто лежал и требовал постоянного ухода. Супруги его, тети Зины давно не стало и вся ответственность лягла на Гену и Дину. Восемь лет. Восемь лет старый лётчик умирал. Он вёл здравые диалоги, имел ясный взгляд и острый ум. Но со временем всё это угасало... Естественно, они заботились о нём. Каждый день приезжали домой, кормили, гигиена и всё что нужно. Уже не задолго до смерти, всё как всегда - зашли в квартиру. Дина пошла на кухню приготовить умирающему отцу покушать. Гена включил в комнатах свет и присел возле него. Середина лета.
- Ну как ты, Михалыч?
Обычная дежурная фраза. Михалыч смотрел на лампочку. Шесть часов вечера. Лето. Тогда ему уже было очень трудно произнести несколько слов. Это требовало огромных усилий и времени. Михалыч перевёл взгляд на Гену.
- Михалыч, что хочешь сказать?
Гена наклонился к нему ближе, чтобы помочь ему сосредоточиться. Было видно как старик собирает все силы в кулак на одну фразу.
- Ну давай Михалыч, я тебя слушаю.
Михалыч напрягся и резко выдохнул:
- Свет, блядь, выключи - день на улице!

104

Мои пять копеек в вековом противостоянии между сторонниками содержания кошек и собак.

По секрету – мне вообще кажется, что в городских условиях естественное существование животных сильно ущемлено – вот если частный дом с участком – там и кошкам и собакам раздолье. Так что в городе я вообще противник заводить зверьё. Так и говорил детям- никакого зверья, только после моей смерти.

Жизнь, однако, любит распоряжаться по своему.

При одном из переездов, от прежних хозяев нам досталась в наследство кошечка- более бестолкового создания я себе представить не могу. Прежний жилец из жалости подобрал котёнка на помойке- а так как сам вёл достаточно рассеянный образ жизни, то и зверёныш приохотилась к свободе и вседоступности.

Первое, что мне пришлось делать – вычищать продукты её жизнедеятельности из пространства между рам (а накопилось изрядно), затем ставить стекло, вместо расколотого – кошка весьма удивилась, и вероятно обиделась, вскочив с размаху на подоконник, и не найдя там привычного лаза в свой туалет.

Я поставил ей две кюветы в коридоре, возле двери в санузел – эпоха была начало девяностых, покупать специально кошачие наполнители многим казалось дикостью – я просто рвал ей туда газеты в клочья, и менял их периодически.
Кошка быстро поняла, для чего служат сии приспособления – и больше ни одной лужи на полу у нас не появилось.

Но.

Твёрдый продукт выкладывался не в кювету, а исключительно и принципиально под дверь – каждое утро начиналось с одной и той же процедуры – дверь была слегка перекошена и скребла по полу, аккуратно размазывая ровным слоем на площади в половину квадратного метра то, чем нас одарила эта легкомысленная дрянь.

Кошка отлавливалась, ей вежливо читалась нотация – слегка повозив мордой по изгаженному полу, потом я усаживал её в чистую кювету и всеми доступными способами в очередной раз пытался объяснить принцип применения девайса.

- Слушай, может она по Русски не понимает? Что- то в ней есть от Перса – это жена ехидничает.

- Я не знаю, как сказать на Фарси - «Срать надо только сюда». Ну отливать же правильно научилась? Не понимаю…

Пол тщательно отмывался, кошка уходила заниматься гигиеническими процедурами, а на следующее утро всё повторялось опять.

Эта пушистая дрянь, привыкнув к моему неодобрительному отношению, научилась прятаться, когда меня видела. Это при том, что и воду в миску, и положить пожрать зверюге- было моей обязанностью.

Хотя, в общем, тварь была невредная, своевольная только. Обои не драла, обувь хозяевам и гостям не метила, вела себя в общем- то вежливо- не царапалась, не кусалась. Правда на руки не шла, и гладить себя детям особо не позволяла. Не то, чтобы шипела, просто уворачивалась, и забиралась на кухне под плиту – там у неё убежище было.

Старшая дочка придумала ей кличку - Мазонт. Что это значило, не знал никто, у барышни в шесть лет была такая фантазия.

Время шло, я злобно продолжал по утрам мыть пол в коридоре, Мазонт продолжала прятаться от меня под плитой.
Как- то мне повезло купить на ужин здоровенную форель. Я бросил рыбину на стол–

- Жена, посмотри в кухне, что у нас на ужин нынче! А сам в прихожую – переодеваться.

Напоминаю, начало девяностых, в магазинах просто ничего нет.

- Что на ужин? Тут нет ничего.

Иду на кухню-

- Как нет?

На полу валяется форель, с аккуратно обожранным хребтом – от головы до хвоста. Рядом, вжимая голову в плечи, и поджавши хвост, уже понимая, что сейчас последует, сидит Мазонт с крайне виноватым видом.

После того, как я взял мерзавку за шкирку, собираясь примерно наказать, она выпучила глаза и от всей души выдала сольную оперную арию – это никак не походило на мяв, больше было похоже на нечто среднее между воем и рыданием – перевожу с кошачьего-

- Хозяин! Милый! Ну не смогла я! Не устояла перед искушением! Не наказывайте слишком строго! Я больше никогда, никогда!!!

И обосралась.

Я швырнул эту сволочь под плиту, мучиться угрызениями совести и зализывать душевные раны, а сам пошёл за тряпкой, убирать с пола продукты её жизнедеятельности.

Жена смеётся.

То, что осталось от рыбины, семья есть, разумеется отказалась. Я запихнул останки в пакет- утром выкину на помойку, и мы стали фантазировать, что можно приготовить на ужин – жрать- то хочется…

Ночью слышу- на кухне какая- то возня. Встаю, включаю свет – Мазонт, пригласивши в гости двоих котов со двора – мы жили тогда на первом этаже, и форточки были открыты, весёлой компанией доедают на полу то, что осталось от рыбы.

Ну это уже просто наглость.

Коты, обгоняя друг друга, стартанули в форточку со свистом, Мазонт смотрит на меня со смесью виноватого недоумения –

- Дык, а что? Ну раз вы не стали есть, не пропадать же добру? Ну я живу ведь здесь, что мне уж и гостей пригласить нельзя?

И шмыг к себе, под плиту. Дрянь.

Утром я выкинул на помойку обглоданный рыбий скелет. Мазонт высунулась из под плиты, и проводила его печальным взглядом.

История наших взаимоотношений закончилась неожиданно – я точно не знаю, но вроде, если у кошки нет усов, она теряет ориентацию в пространстве? Кто из детей пошутил – обстриг усы животной? Не знаю. Она и раньше иногда уходила погулять во двор- но всегда возвращалась. А в тот раз не вернулась. Предпочла свободу крыше над головой? Выбрала для себя более естественную среду обитания? Может влюбилась, и потеряв голову от страсти, ушла жить к своему избраннику на соседнюю помойку? А может вообще имел место какой- нибудь несчастный случай?

Не знаю. Но надеюсь, её кошачий бог не дал ей бесславно сгинуть в суровых городских джунглях…

P.S. Прошло много лет. Дети выросли, давно живут самостоятельно.

У младшей дочки проживает кошачья семья – двое громадных Майн- Кунов- килограммов по восемь- десять живого веса.

А старшая завела Сеттера- Гордона, но вышла замуж и уехала в Европу. Так что, теперь это моя собака. Дружим. Зимой пёсу будет уже двенадцать лет…

105

Мой друган - капитан второго ранга Северного Флота рассказал.
Служил он ещё мичманом на Дальнем Востоке, на Тихоокеанском Флоте. Приехала в гости тёща (и не в ломы было восемь суток в поезде ехать). Ну, приехала, надо же чем-нибудь ТАКИМ угостить? Мичман идёт с утра в рыболовный порт, покупает у рыбаков с сейнера пару императорских крабов. Кладёт несчастных в мешок, несёт домой и пристраивает в ванной комнате. Затем отправляется к месту несения службы, жена на работе, дитё в садике, на хозяйстве дома остаётся тёща. Вечером - картина Репина: тёща в истерике сидит на столе, а крабы важно гуляют по квартире (кто не знает, императорский краб - тварь ростом с табуретку, с огромными клешнями и прочими причиндалами). Мешок-то развязался! С тех пор тёща в гости к ним не ездит, и под страхом расстрела не поедет...

106

Вчера в комментах вспомнил знакомого армянина по имени Арамис. Роман Дюма читал много раз, но очень давно и так не смог вспомнить, у знаменитых мушкетеров это были имена, фамилии или что? Слава Гуглу! Может и вам будет интересно -
Итак, что Атос, Портос и Арамис — это прозвища. Как же звали мушкетёров на самом деле? Попробуем выяснить.
Эти люди — не выдумка Александра Дюма, они существовали на самом деле. Более того — романные прозвища мушкетёров как раз и образованы от их настоящих имён! Вот как их звали: Арман де Силлег д’Атос д’Отвиль, Исаак де Порто и Анри д’Арамиц.
Прототип Арамиса получил своё имя в честь аббатства Арамиц, дарованного его предкам в 14-м веке. Не потому ли он в романе мечтает стать священником?
А книжный Портос недаром сетует в романе на то, что «приходится убивать бедных гугенотов, всё преступление которых состоит в том, что они поют по-французски те самые псалмы, которые мы поём по-латыни». Ведь Исаак де Порто происходил из гугенотской семьи.Ну и наконец Атос — самый старший из мушкетёров (в романе ему около тридцати лет), самый бледный, самый загадочный… В жизни бедняга не дожил до литературного возраста. Реальный Арман де Силлег д’Атос д’Отвиль был убит на дуэли в двадцать восемь лет.
Итак, Арман (Атос), Исаак (Портос) и Анри (Арамис). Однако имя книжного Арамиса — Рене. А как звали книжного Атоса? Самый романтический из трёх мушкетёров носил самое «русское» из всех французских имён, — ну-ка, угадайте с одного раза… Оливье.
Так называет его в написанной Александром Дюма пьесе «Юность мушкетёров» жена Шарлотта (она же Анна де Бейль, она же леди Кларик, она же миледи Винтер). Оливье и Шарлотта («шарлотка», яблочный пирог) — вкусные имена!
Имя книжного Портоса Александр Дюма нигде не упоминает. А вот д’Артаньяна (в жизни Шарль де Батц) в книге должны были звать Натаниэлем. Это имя упоминается в черновиках, но потом Дюма от него отказался — вероятно, чтобы избежать переклички с уже знаменитым в то время Соколиным Глазом Фенимора Купера. Того звали, если помните, Натаниэль Бампо.
Оливье, Рене, Натаниэль и… добродушный здоровяк без имени. Непорядок!
Мы предполагаем, что Портоса — единственного из мушкетёров, у которого нет литературного имени — звали просто-напросто Александром.
Был такой случай в годы второй французской революции: Александр Дюма выступал на митинге. Происходило это на набережной. «Лжец!» — выкрикнул кто-то из слушателей, стоявших неподалёку в толпе.
Зря он не отошёл подальше… Про отца писателя — боевого кавалериста Тома-Александра Дюма — рассказывали, что он мог, зажав лошадь в шенкелях (то есть — между ногами, сидя в седле), подтянуться вместе с ней на потолочной балке…
Здоровяк Дюма схватил наглеца за штаны и, с лёгкостью оторвав от земли, поднял над рекой: «Извиняйся — или швырну в воду». Тот пробормотал извинения.«Ладно, — сказал Дюма. — Я просто хотел показать, что руки человека, написавшего за двадцать лет сорок романов, это руки рабочего».

107

Школьный буллинг...

Два сына у меня. Три года разница.
Учились, понятно, в одной школе. И, - сейчас не помню, - то ли младшего в другой класс мы перевели, то ли в его родном классе новичок собрал свою группировку... И начали они моего младшего... ну, это был ещё не буллинг (хотя это слово ещё было не в ходу), но, дело, видимо, к тому шло.
Младший со мной поделился - что глупо подшучивают, мелкие пакости строят, и ржут.
А, когда он мне это вечером рассказал, мне на следующий день никак было с работы не сорваться.

Дождались старшего со школы - у него больше уроков. Говорю: "У твоего брата такие-то проблемы - ты знаешь?"
Он отвечает: "На той неделе он мне рассказывал, но было ещё не критично".
Я продолжаю: " Сейчас уже может стать критично. А я завтра никак не могу".
Старший говорит: "Ладно. Сделаем..."

А они оба у меня пацаны домашние и спокойные росли. Учились нормально, и с дисциплиной никаких проблем. Всё на понимании.

На следующий день приезжаю с работы поздно.
- Привет, папк!
- Привет, папк!

Я - ужинать. Младший заходит на кухню, рассказывает:
- Звонок на перемену прозвенел, ещё учительница не вышла, - заходит брат, а с ним человек восемь его одноклассников. В классе стало сразу тесно. И они по очереди все ко мне с рукопожатиями. Привет! Как дела? И они заняли все проходы - кроме учительницы из класса почти никто и не вышел. Я с ними проболтал всю перемену. Звонок прозвенел на урок, они такие: "Ладно, мы пошли. Ты, если что, тоже к нам заходи".

Понятно, что у младшего моего с того дня те проблемы были сняты.

А когда надо было один на один - он и сам справлялся. Дерзость нужная у него была.

108

Не только шашка казаку во степи подруга, но и седло кто то там.... А.Я. Розенбаум

В начале мне даже интересно было присутствовать на сходках, какая то эйфория от понимания что ты стоишь у истоков возрождения чего то там, но и любопытство что из этого может выйти?
На одном из собраний я заикнулся что у Мамы на складе завалялось классное новое седло и что я могу его подарить станичникам.

История седла была необычной.
Лет за восемь до этих событий председатель колхоза отправил делегацию под Луганск за седлами для трех коней.
Но к тому времени как их привезли, в ночь перед этим цыгане спиздили самого упитанного коня и растворились в ночи не оставив следов, кроме окурков Беломора и кучи говна перед дверью храпящего сторожа.
Так как коня нет а деньги уплочены, седло отправили на склад, а к девяностому году в колхозе и вовсе не осталось коней, только у частников а седло так же и висело на балансе.
Приехав в деревню и уплатив в контору остаточную стоимость в размере ста рублей, я стал обладателем седла со стременами и уздечкой.

Добравшись на попутках до трассы я стал тормозить любой транспорт до города.
Многие сигналили, многие смеялись но не хотели помочь чудаку с седлом.
Наконец, когда уже отчаялся и готов был выбросить седло несмотря на сто уплоченных рублей, остановился Лаз Вешенская - Ростов.
Толи у водителя всколыхнулась в душе память предков, толи что еще но вот я в автобусе за трешку хоть без места но еду!
Положил седло в проход и довольно удобно разместился, можно сказать в седле сто километров отмахал.
В Шахтах на вокзале зашли трое цыган, которые с любопытством разглядывали картину как я восседал в седле без коня и что то обсуждали между собой.
Наконец один самый толстый подошел ко мне держа руки за поясом, и улыбаясь полным ртом золотых зубов задал вопрос - - Эй казак, а где ты коня потерял?
- Дык, цыгане то спиздили!
Цыган совершенно не обиделся а заржал со всеми кто слышал нашу беседу.

Приехав на старый вокзал, я вышел с седлом и понимая что в автобус я не влезу решил идти пешком, благо до домика было пол часа ходьбы.
Скажу так, мне жалко лошадей.
Я нес его и под мышкой, и на плече, и даже на спину положил, но войлочная попона была колючей и я почему то в этом положении непроизвольно переходил с шага на галоп.
Эту картину кроме соседей наблюдала еще женская часть общежития, и многие из любопытства пришли посмотреть что я там припер.
Одна дама, дочь одного из атаманов правивших в Сальских степях даже осталась на ночь, скрасив мою усталость хотя до этого отвергала все мои попытки познакомиться поближе.
И это была единственная польза от седла.)

На следующий день сосед на Москвиче за трешку перевез мое седло к казакам.
Я чувствовал себя триумфатором, особенно после того как старый казак рассмотрев и пощупав мой подарок изрек - Справное седло!
Тут же поступило предложение вернуться к идее обеспечить казачью дружину десятком седел и лошадей, и тогда держитесь азера, казачья лава страшная сила.
Один из казачков, кругленький невысокий бывший прапорщик с рыжими усами и вечно бегающими глазами, поведал жутко интересную историю, что когда он служил на складах Северо-Кавказского военного округа, то самолично видел тысячи седел, папах, сапог шашек и бурок и даже знает как их достать.
У казачков заблестели глаза, они уже представляли сатисфакцию с торгашами как они с лошадей гонят их по проспекту да нагаечками, нагаечками!
!
На вопрос как все это получить прапорщик изрек - Эээ..... У меня там друг остался служить, так вот с ним можно решить чтобы он привез десяток седел, уздечек и комплектов формы на своем пирожке, стоить это будет недорого.
Тут он на секунду завис считая в уме и выдал с придыханием - Две тысячи рублей!
На вопрос а вдруг это вскроется, он ответил что по книгам их последний раз пересчитывали аж в 1975 году, аккурат к тридцатилетию Победы.
После непродолжительного обсуждения было решено из за отсутствия золотого запаса найти другое решение.

Постановили, написать письмо на имя командующего с просьбой выделить для поддержки казачьего движения десять седел и комплектов амуниции для казачьей дружины.
Прапорщик с жаром доказывал что это тупиковый путь, и легче дождаться волшебника в голубом вертолете чем что то получить у вояк бесплатно, и даже предлагал что в виде бонуса его друг привезет и десяток шашек за ту же цену.
Собрание обещало подумать.

Второй вопрос был кони.
Прапорщик опять взял слово и рассказал , что у него на конезаводе толи Кирова толи Буденного работает свояк и сможет помочь решить вопрос с лошадями.

Приняли решение написать директору конезавода письмо с просьбой поддержать возрождающееся казачье движение, и выделить десять выбракованных лошадей для казачьей дружины!
Прапорщик опять стал с жаром доказывать что у директора конезавода, орденоносца, который еще с Буденным водку пивал и называл его Семой, можно только дырку от бублика выпросить.
Услышав его аргументы решили подумать что ему можно дать взамен за десяток выбракованных лошадей.

Прапорщик отлучился на десять минут позвонить свояку, и вернулся весь сияя и раздуваясь от гордости.
- Свояк сказал что нужен вагон теса, и десять тонн цемента и вопрос будет решен.
Стали решать где взять десять тес и цемент.

Слово взял прапорщик, и сказал что у него есть еще друг прапорщик, который работает на армейских складах и организует и тес и цемент правда самовывозом.
- Эээээ.... Стоить это будет недорого.
На секунду опять задумался и выдал с придыханием - Две тыщи рублей!

После непродолжительного обсуждения с каких торгашей и как можно собрать четыре тыщи рублей для начала операции под кодовым названием Троянский конь, прапорщику было поручено проработать детали всей операции.
Прапорщик пританцовывая и потирая потные ручки уже считал в уме свою маржу и его усы казалось стали выглядеть еще более залихватски.
Народ бурно обсуждая новые перспективы и кто какого коня и какой масти хочет, по привычке собрался завершить собрание у ближайшей пивнушки, но тут слово взял старый казак.

Затянувшись Беломориной он глубокомысленно изрек - Чтоб конь был справный, ему казак нужен! Хозяин!
Потом затянувшись еще раз и выпустив дым изрек - И конюшня!
Казачки загалдели, и те кто еще минуту назад представлял как он на лошади рассекает по району вдруг вспомнили что живут в квартирах панельных домов, где не то что коню а даже теще места нет.
Те у кого дворы тоже стали с жаром доказывать что им никак нельзя, что как только приведут лошадку домой то как в песне их жены отправят с конем да по полю вдвоем.
Старый казак сплюнул на пол и выдал фразу - Вспопашились блять....

На прапорщика было жалко смотреть, но он еще раз попытался спасти хотя бы частично спасти ситуацию.
- Ну кони дело второе, купим когда ни будь, а форму и седла надо брать сейчас, пока мой товарищ на пенсию не вышел!
Но его уже никто не слушал, все пошли пить пиво моментально забыв и про седла и про коней и только мое седло осталось сиротливо лежать в углу.
Куда оно потом делось история умалчивает, но казачки на лошадей так и не пересели!

08.09.2024 года.

109

Ещё из рубрики- дорожные истории.

Ехали мы как- то через всю Украину в Закарпатье, в гости к родне жены. 2011 год, лето. Питер- Киев- Кременчуг- Винница - Львов - Мукачево -Брест - Псков - Питер. Где- то 4500 км. На всё про всё - две недели, со всеми близкими повидаться.

Хрен его, не помню, как называлось это сраное село на трассе за Винницей- там всего «жилого комплекса» метров семьсот вдоль по трассе.

Свадьба, блин у них. Построились колонной, привязали верёвками консервные банки к бамперам, кто- то в дудку дудит, кто- то в воздух из двус(обреза)тволки стреляет. На клаксоны жмут- бип, бип, бип бип бип… Собаки лаем заходятся - следом бегут. Весёлою толпой. Праздник, бл… Веселится и ликует весь народ.

Главное, едут точно по середине- заняли обе полосы дороги - и свою и встречную.

И похер пейзанам, что это вообще- то трасса слегка государственного значения.
Скорость - чуть меньше сорока.

Вставай в хвост и принимай участие в празднестве - у них такие традиции национальные. Пока колонна строем не пройдёт - за стол не садимся.

Бл...дь. У меня уже с утра шестьсот километров за плечами, впереди ещё побольше чем столько - время терять на этот обезьянник?

Часть по дороге, часть по левой обочине- обогнал, протолкался. Мне в спину сигналят и орут- «Тю, москаль!»

Номера- то разглядели.

Две машины срываются из колонны и за нами – Москвич 412, и вроде копейка Жигули. Лохматые и ржавые- пожухлый сельский вариант. Орут что- то грозно, руками из окон размахивают, я же их правила цинично нарушил – свадебный кортеж обгонять нельзя- по деревенским понятиям.

Да пошли они все…

Хрен там – километра два гнались, с пердежом и подпрыгиваниями на ямках – угрозы какие- то выкрикивали. Я вначале игнорировал, но когда попытались на обгон пойти и подрезать – пришлось прибавить газу.

У меня- то под капотом сто шестьдесят лошадей, а у этих- на двоих в сумме поменьше будет.

Но там, в двух машинах человек восемь вдребезги пьяных парубков, искренно загоревшихся идеей проучить клятого москаля, нарушившего их священные заповеди, а у меня- жена и дочь. На хрен надо такие тёплые встречи.

Не догнали, разумеется. Как эти два ведра с гайками вообще почти по сотне выжать сумели?

Но очень неприятно было.

110

Продолжать работать слесарем, получивши диплом инженера, мягко говоря- неинтересно. Именно так я смотрел на сложившуюся ситуацию – восемьдесят седьмой год, мне уже двадцать пять.

Зашёл в отдел кадров, отметился, личное дело перекочевало в соседний шкаф – всё- таки хоть и слесарь, но с высшим образованием. Предложений по смене работы пока не поступало, но в ближайшее время обещали рассмотреть – у нас в конторе с этим было строго, так что я особо не волновался. Вернулся на свою теплотрассу и стал ждать. Ждать пришлось почти три месяца - как потом выяснилось, это начальник котельной схитрил, специально просил мне не ничего сообщать, чтобы успеть закончить плановый ремонт. Некому было больше. Гнида хитрожопая.

Вызывают наконец. Свершилось.

- Так, М-ов, у нас для вас два предложения. Первое – инженером в отдел главного энергетика. Это всего на полгода. Иван Михайлович, нынешний главный энергетик, через полгода уходит на заслуженный отдых, на его место будет назначен нынешний зам, а вам мы предложим должность зам. главного энергетика. Вы уже пять лет работаете, с хозяйством знакомы, образование у вас приличное- справитесь.

- А второй вариант- конструктором- проектировщиком в общестроительный отдел. Там как раз теплотехника не хватает.

Гм. Заманчиво.

С Михалычем я давно был знаком- славный такой дядька, с ним пообщаться приятно было, незаносчивый и грамотный. А вот заместитель его- алкоголик, полтора дебила с образованием- заочный железнодорожный техникум в Петрозаводске – туп и надменен. Это значит, всю работу придётся делать мне, да ещё терпеть его закидоны? К такому начальнику попадёшь – поневоле повесишься.

- Нет, в энергетики не пойду, спасибо, давайте в проектировщики.

Как же я ошибался.

Начало было почти праздничным – мне выделили рабочее место – стол и кульман – да не наш, советский, с громоздким чугунным пантографом, а ГДР-овский, с прозрачными линеечками и инерционной системой движения. В комнате кроме меня сидели ещё шесть тёток- это была треть отдела. Остальные располагались на втором этаже- у конторы было достаточно большое хозяйство, постоянно что- то строилось или переделывалось, всё это требовало грамотных инженерных решений, для чего собственно и был создан этот проектный отдел.

Единственное несекретное подразделение в бюро. Сейчас его уже не существует, так что не думаю, что открою военную тайну- контора так и называлась –ЦКБМ – Центральное Конструкторское Бюро Машиностроения.

Что было у нас основным занятием – точно не скажу, но что- то ядерно- космическое, с военным уклоном. Уровень режима секретности был таков, что люди на перекурах, выходя в коридор, не знали, чем занимается приятель с которым травишь анекдоты – из соседней комнаты. И все комнаты- на кодовых замках.

Как сейчас помню свой первый проект – систему принудительной вентиляции номерного помещения какой- то лаборатории. В технологический цикл изготовления изделия №….. (там всё называлось «изделие №) входила обязательная промывка его горячим спиртом. Что это было за изделие, мне знать не полагалось, а полагалось знать только то, что сотрудникам лаборатории было дозволено заниматься промывкой не более десяти минут – потом их вытаскивали оттуда вдребезги пьяными, и загоняли следующего промывальщика- дышать парами спирта. Этот спектакль происходил два раза в неделю- желающие в очередь выстраивались.

Руководство выдало грозный приказ решить проблему кардинально, раз и навсегда, и забыть о ней. Ну я и спроектировал систему приточно- вытяжной вентиляции такой мощности, что пришлось на вход и выход ставить дефлекторы- завихрители, иначе мужиков просто сдувало бы. Представляю, как меня потом материли в их лаборатории.

Потекли рабочие будни. Сразу же выяснилось, что делать мне почти что нечего – по тематике «отопление, водоснабжение, вентиляция» на всех трёх площадках бюро (Охта, Кировский завод и Ленинградская атомная станция) переделок осуществлялось чуть- чуть, и проектов было трагически мало. На квартал мне доставалось три- четыре задания, с которыми легко можно было справиться недели за две- три.

Я читал книги, играл в шахматы, ежедневно ходил в тренажёрный зал – но всё равно бороться со скукой было серьёзной проблемой. Выручало немного то, что в коллективе никто больше руками работать не умел – дверца шкафа не закрывается- чиню, сам шкаф слегка подвинуть- опять я, даже набойки на каблуки тёткам ставить доводилось. Научился бегло печатать на машинке – спецификации на чертежах заполнял.

Второй серьёзной проблемой были отношения в коллективе. Мужиков в отделе насчитывалось всего трое – включая начальника, остальные- женщины. Загруженность у всех была примерно одинаковая- как и у меня, поэтому способы чем- то заполнить свободное время, принимали иногда довольно экзотические формы. Но сплетни и перемывание косточек отсутствующим, были в приоритете.

Вязание спицами или крючком- на втором месте. Скучающий женский коллектив – это надо было выдержать. Я в обсуждениях не участвовал, игнорировал, если страсти накалялись, просто вставал и выходил.

Каждое утро начиналось с небольшого традиционного скандала. Наша комната была в десяти метрах от главной проходной, и эту картину приходилось наблюдать постоянно. В качестве пропусков использовались пластиковые карточки, которые нужно было воткнуть в щель на турникете. Вертушка щёлкала, и можно было пройти.

Но.

Срабатывал турникет чётко по хронометру – ровно в девять все три прохода блокировались, и не успевшие пройти начинали звонить в отделы, чтобы на их рабочих местах кто- нибудь навёл внешний вид присутствия- был здесь, только что вышел.

Следующий раз выйти- войти можно было в обеденный перерыв – и тоже по хронометру, а после восемнадцати ноль- ноль турникеты открывались уже на выход. Начальник режимного отдела это придумал – инициативу, блин, проявил. Энтузиаст.

Примерно через полчаса- минут сорок, опоздавшие упрашивали охранника пропустить их через грузовой вход, который он мог открыть своим ключом. И ведь достаточно было просто прийти на работу на десять минут раньше- все это знали, но всё равно ежедневно, без трёх минут девять, в холле выстраивались три очереди, и задние орали на передних- «Давай скорей, не задерживай!», а передние на задних – «Не толкайся, все успеем!». Веселуха. Вместо утренней зарядки.

Меня это не касалось- я сохранил свой пропуск, слесарю трубопроводчику был разрешён вход- выход на площадку в ЛЮБОЕ время, через ЛЮБУЮ проходную, и ещё разрешено было пронести с собой СУМКУ (предполагается, что с инструментами) –а всем остальным это было запрещено категорически – только женщинам, и то сумочки строго определённых габаритов. Вот так вот. Режим.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Режим режимом, но случались и скандальные анекдоты. Петрович- мой знакомый сантехник, опоздал на турникетный хронометраж (в конце обеденного перерыва решил свалить домой пораньше) буквально на секунду- он уже вставлял карточку в щель, когда запищал сигнал таймера. Выпивали в подсобке- задержался. Поддавший Петрович не будь дурак, вытащил карточку и сиганул через верх.

- Стой! Лежать! Орёт прапорщик- охранник, выскакивая из будки, и вытаскивая пистолет из кобуры.

Ага, с Петровичем так просто не справишься. Рядом уборщица мыла пол, он выхватил тряпку из ведра, вмазал охраннику по физиономии, отобрал пистолет, швырнул обойму в один угол, ствол в другой- и бежать. Рембо, блин.

Идиот охранник, ползая на коленках, собрал свои причиндалы, и со всей дури вдарил по кнопке общей тревоги. Если бы он этого не сделал- ничего бы не случилось, видеонаблюдения тогда не было, единственный свидетель- уборщица, а она болтать не стала бы никогда- на хрен ей надо в отделе режима, с этими волками объясняться?

Скандал грохнул нешуточный, уволили обоих. Но Петровичу было глубоко по барабану, свою льготную повышенную пенсию (ему ещё пятидесяти не было) он уже получил, и за ту же зарплату найти работу ему было раз плюнуть. А вот прапору вероятно пришлось туго – с таким послужным списком его хрен куда взяли бы. Наверное трудиться пришлось, а не задницу просиживать в тепле и уюте.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Бывали и печальные курьёзы. В одной из лабораторий тельфер, поднимая балку, задел трубопровод с каким- то радиоактивным реагентом.

Я не говорил, что на площадке был свой реактор? Вот, говорю.

Струйка активной дряни, весело распыляясь, ударила в помещение. Всех немедленно эвакуировали, регламент на такие аварии исполнялся чётко – и как минимум раз в месяц были учебные тренировки.

А дальше что? Там ремонта на двадцать минут, делать надо как можно скорей, но вначале надо закрыть задвижку, чтобы устранить течь. А задвижка рядом со свищом.

Замерили Гейгером, посчитали – гарантированно, без вреда для здоровья, человек может там находиться не дольше пяти секунд. Пригнали взвод стройбата – что- то они копали рядом, на площадке.

Каждому показали, какую задвижку надо закрыть, показали, как она закрывается, объяснили задачу- бегом от входной двери к задвижке, один- два рывка маховика, сколько успеешь, и бегом обратно.

Убедились, что все всё поняли. Задвижка была оперативно закрыта минуты за три, помещение дезактивировали, отёрли пот со лбов. Командиру взвода, прапорщику-

- Точно никто больше пяти секунд в помещении не находился?

- Никак нет, сам следил, стоял возле задвижки с секундомером.

Этот болван хватанул приличную дозу – отправили лечиться в специализированную клинику – была у бюро и такая.

После восемьдесят шестого там Чернобыльцев лечили. А все мы в обязательном порядке проходили там ежегодный медосмотр.

Ещё печальный эпизод.

На очередном медосмотре ко мне радостно бросается какой- то мужик. Лысый, пожухший, на вид- завсегдатай районной поликлиники, завтра на пенсию. Пятна цветов побежалости на физиономии. На алкаша похож.

- Лёнька, привет! Вот не ожидал встретить!

………………………………………………………………………………………………………………….. это был мой глуповато- вопросительный взгляд.

- Чо, не узнал? Да это же я, Игорь Ч—ков, мы с тобой вместе по теплотрассе ходили, когда я допуска ждал, помнишь?

Котельная была в стороне от площадки, и все вновь принимаемые на работу отсиживали у нас недели две- три, пока особый отдел занимался проверкой их кандидатур.

Блиииинннн, ни хрена, как парня скрючило. Мы с ним ровесники, он подписался на ликвидацию последствий в Чернобыле – там платили столько, что действительно можно было разом решить все материальные проблемы – и квартиры, и машины, и дачи.

Денег должно было хватить до конца жизни. Но кому не повезло нарушить режим и получить дозу, понимали, что этот конец существенно приблизился.

- Да не смотри ты так, сейчас ещё что, ты меня в прошлом году не видел- я здесь месяц под капельницей лежал, когда костный мозг пересаживали. Вот тогда сам думал – пи…дец. Откачали, теперь вот видишь, своими ногами хожу- наблюдаюсь.

Поболтали. Новостями поделились.

Нет, думаю, ну его на хер – такие заработки….
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Конец восьмидесятых, гласность, перестройка, ускорение- в Кремле восседает Меченый – правда тогда его так ещё никто не называл, наоборот, все верили в президента, и надеялись на лучшую жизнь. В магазинах шаром покати, скоро продукты будут по талонам, то чай пропадает, то курево. Зато говнюк Невзоров каждый вечер целых шестьсот секунд вдоль и поперёк распространяется.

Я тогда жил один, умерла бабушка и оставила мне квартиру в наследство. О пропитании надо было заботиться самостоятельно. У меня был знакомый мясник, обычные граждане в магазине покупали с главного входа голяшку синего цвета, со шкурой и костями – зато по три пятьдесят. Я с заднего крыльца, вырезку, но по пять рублей.

После очередного ленивого похода в магазин, прихожу в отдел, глядь- Светлана, одна из наших конструкторов, сидит у себя в углу и плачет.

- Случилось что? Спрашиваю-

Она в обед не успела отстоять в очереди в магазин, ничего не купила, опоздала на турникет, да ещё попалась там начальнику по режиму, когда уговаривала прапора её пропустить. И жрать нечего, да теперь ещё и выговор влепят – а это считай, полпремии долой.

- Так. На, держи- отдаю ей свой пакет. Денег не надо – это тебе моральная компенсация.

Ну я же гуманист хренов – чужие слёзы терпеть не могу.

Светлана разворачивает пакет и едва в обморок не падает.

- Где ты ЭТО купил?

- Где, где, места знать надо…

Все тётки в отделе сбежались посмотреть на этот шмат говядины, всего- то кила три– но вот спектакль, блин, устроили, даже неудобно. Светлана меня чуть не расцеловала при всех.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Седьмое ноября. Годовщина, мать её, Октябрьской революции. Традиция общих посиделок – наследие Социалистического режима. Привыкли все – заранее готовились. Кто- то салатик из дому принёс, кто- то пирожков собственноручного исполнения, тортик на столе. А мне и невдомёк заранее о жратве позаботиться.

- Лёня, у тебя же проход свободный, сгоняй в магазин, может что удастся купить?

Каким- то чудом в свободной продаже был- не обделаться бы- Финский сервелат. Я купил целую палку, и довольный вернулся в отдел.

Тётки меня чуть на куски не разорвали- орали взахлёб-

- Ты почему только одну палку купил? Ты о товарищах подумал?

Колбасину разрезали пополам, половина пошла на общий стол, а вторую разыграли между присутствующими, и вернули мне половину стоимости.

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

День рождения у заместительницы начальника отдела. Властная такая, вальяжная баба, предпенсионный возраст. Держит себя, будто бы она наша приёмная мать, а мы все тут сиротки- детдомовцы. Внешне выглядит этак приветливо и ласково, улыбается, но фитилей исподтишка вставить может- и с удовольствием.

Властью наслаждается- административный восторг. Всему отделу было передано приглашение (предписание) явиться к ней домой – отмечать событие.

Разумеется, я не пошёл. На хрен мне обосралось тащиться в свой выходной на другой конец города, верноподданнические чувства демонстрировать?

В понедельник утром коллеги объяснили, какую фатальную ошибку мне довелось совершить.

- Лёня, ты же не знаешь, у неё дочке двадцать восемь, не замужем, она на любого неженатого мужика смотрит, как на свою потенциальную жертву- будущего зятя. Теперь тебе точно жизни не будет. А за компанию- и нам. Вот удружил, спасибо.

- Леди! Милые дамы! Вы что, блин, охренели тут все? За кого меня здесь держат? Она мне абсолютно чужой человек, я не собираюсь там завязывать никаких личных отношений! В конце концов я инженер, я сюда работать пришёл, а не девок великовозрастных ублажать! И кстати, я не неженатый, а разведённый.

В этот момент у присутствующих резко меняются лица- поворачиваюсь – оказывается в дверях стоит, неровно дышит и покрывается пятнами заместительница. Глаза злобные. Не сказавши ни слова, поворачивается и уходит. Блин.

- Ну ты влип, Светлана говорит, даже не знаю, что посоветовать. И что теперь будет.

- Да пошла она на хрен!

Дня через три, стою у лестницы, на площадке, где мы обычно курили, сигарета в зубах, книжка в руках. Глядь- эта коза- заместительница мимо дефилирует. Как лисонька- на мягких лапочках. Увидела меня- аж засветилась от удовольствия.

- Здравствуйте, Леонид. Ласково так, с доброй улыбкой.

- Моё почтение, М…я П…вна.

- Что это вы читаете? С вежливым интересом.

- Перекур у меня. А книга- Томас Манн, «Иосиф и его братья».

- Интересно, ну ну…

От очередной премии я получил только половину, и выговор в довесок- «За чтение художественной литературы в рабочее время».
Ведь знала же, сука, что делать в отделе почти нечего, она же сама мне задания и подписывала. Я бы ещё понял, если бы она меня на рабочем месте застукала – но в курилке? Западло.

Тётки посочувствовали, поахали- но тут сделаешь? Самодурствует гадина со вкусом, удовольствие получает.

Светлане по поганой инициативе заместительницы отказали в месте для сына – обещали в ведомственном детском саду, а пришлось устраивать в общий. В ведомственном садике группы по десять человек, телевизор, свой бассейн и летняя дача. Да ещё рядом с работой. А в общем – человек по тридцать, летом закрывается, делай с ребёнком что хочешь, и ехать в сторону от дома за пять кварталов, другого поблизости не нашлось. Какой поганой тварью надо быть, чтобы так поднасрать коллеге? Сама же женщина, неужели не понимает?

Ну и последняя капля – меня вызвали в режимный отдел, и торжественно выдали новый пропуск – без льгот, как у всех. А старый забрали. И тут подсуетилась, настучала, мразь. Подлая баба.

В заявлении причину увольнения я указал так – «нежелание терпеть хамские выходки зам. начальника проектного отдела».

Начальник отдела ухмыльнулся и подписал – видать ему она тоже поперёк горла была. В отделе кадров поёжились, но приняли.

Ура, блин, свобода. На улицу вышел с чувством радостного облегчения – как из тюрьмы вырвался- тошнило уже от той атмосферы.

Шёл конец восемьдесят восьмого. До двадцати семи лет мне оставалось несколько месяцев, весной я просто зашёл в военкомат, предъявил паспорт с датой рождения и получил военный билет с увольнением в запас.

А в аспирантуру на кафедре промтеплоэнергетики меня давно приглашали.

Сейчас перечитал написанное- вроде как сплошные гадости, а вспоминается всё равно с теплом - мы были молоды, смотрели вперёд с верой и энтузиазмом, кто же знал, что эпоха социализма заканчивается? Ностальгия...

112

Работа на заводе, отдых перед сменой, рев мотоцикла за окном...

Специально для этого поста съездил сегодня на Заводскую улицу - сфотографировать цех ЭФК-3 и вентиляционную трубу на нём.
Цех экстракции фосфорной кислоты № 3 выглядывает здесь из-за бытового корпуса. Над его крышей виднеются три трубы. Среднюю, что повыше, ставила наша бригада.

В 79-м году закончил школу. Мне было 16.
В ВУЗ сразу не поступил - устроился слесарем-монтажником в ВМУС-7 у нас в Воскресенске.
Пришел в бригаду, и мы меняли эту вентиляционную трубу в цехе ЭФК-3.
До этого стояла сплошная стальная. Она проржавела от паров кислоты. Мы её разрезали на части, сняли, и ставили тоже стальную, но из гуммированных секций, - с нанесенным внутри резиновым покрытием.
Секции стыковались фланцевыми соединениями, а между фланцами мы укладывали резиновую прокладку.
Поскольку диаметр трубы был примерно метр, то прокладку, чтобы не сместилась при стыковке, надо было укладывать на клей.
Мне бригадир сказал: "Найди бутылку, и сходи в инструменталку за 88-м клеем".
Я был парень хозяйственный, и, поскольку между вагончиков монтажников валялось множество бутылок от водки и портвейна, пришел в инструменталку с двумя емкостями. Которые там и наполнил.
Одну бутылку принес в бригаду, вторую - вечером отнес домой, и поставил в шкафчик с инструментами. Мало ли - когда пригодится.
Слесарем монтажником отработал до армии, в 84-м демобилизовался, и устроился на наш Воскресенский химкомбинат аппаратчиком.
Производство на ВМУ непрерывное.
Аппаратчики тогда работали в три смены по восемь часов:
- 08-16;
- 16-24;
- 00-08.
Четыре смены в день, четыре - вечерние, четыре - в ночь. Потом - отсыпной, выходной, и снова в день.

На работу надо приходить не впритык, а минут за 10-15 - чтобы принять смену.
А молодой же... погулять, то да сё...
Очень скоро стал ответственно относиться к отдыху. Хоть как, но перед первой сменой надо в полночь лечь спать. Чтобы в шесть нормально встать, в семь - выйти из дома, в 07-40 прийти в цех, переодеться, в 07-50 принять смену, и нормально отработать.

А у нас пять девятиэтажек образуют большой двор.
И дорога вдоль этих пяти домов вокруг двора...
И однажды летней ночью просыпаюсь от рева мотоциклетного мотора под окнами.
Проревел он мимо меня, - удалился... Вроде даже со двора выехал...
Пытаюсь заново заснуть.. Засыпаю, - мотоцикл приближается снова. И снова проносится под моим окном... И так - несколько раз.
Следующая ночь - тоже самое.
И каждый раз заснуть - мука.
А утром вставать тяжело, и работать потом трудно.
Третья ночь...
Сквозь сон слышу этот мотоцикл. Приближается... Проезжает мимо... Уехал... Не могу заснуть... Снова приближается...
Вскочил - мечусь по комнате - чем в него кинуть из окна... Горшков цветочных в моей комнате нет, открываю шкафчик с инструментом... Молоток и плоскогубцы - жалко... Бутылка водочная с 88-м клеем! Клей внутри давно засох, но почему-то я не выкинул её после дембеля!
Хватаю эту бутылку, выглядываю в окно - мотоциклист приближается.
Аккуратно выталкиваю бутылку на дорожку, проходящую под окнами, она падает на асфальт донышком, подскакивает, ударяется теперь горлышком, снова подскакивает не разбиваясь, мотоциклист это всё видит перед собой. Он бросил взгляд вверх по окнам, свернул в арку, и уехал.
Навсегда!

А проезжая по улице Заводской, на эту трубу обязательно поглядываю... В сентябре будет 45 лет, как я чалил там на крыше блоки для её подъема.

113

Рецепт быстрого и бюджетного отдыха:

Нужно сесть в поезд «Москва – Сочи», который прибывает в семь утра, в плацкартный вагон на боковую полку. Выехать надо в пятницу, в субботу в семь вы в Сочи. В гостиницу вам не надо, вещей у вас с собой нет.

Сразу же находите место, где продают местное вино. Рекомендую «Изабеллу». Покупаете трёхлитровую банку и идёте на пляж. Пляж может быть любой, главное поторопиться. В восемь – начале девятого вы на пляже. Нужно быстро выпить два литра вина, в процессе пару раз искупаться. В девять – начале десятого вы пьяные — в ЖЖ… (Если ваш организм стойко переносит алкоголь, возьмите местного портвейна.)

И вот, в состоянии сильного опьянения, нужно уснуть на самом солнцепеке. К двум часам вы просыпаетесь, сгоревший до пузырей, со страшным похмельем, которое даёт только «Изабелла», и солнечным ударом. Тут можно ещё окунуться в море, допить вино, попробовать съесть местный чебурек или шашлык. Главное, чтобы всё было жирное! Дальше сами понимаете, что с вами может произойти...

И тут вы спешите на вокзал, падаете в поезд. (Есть поезд, который уходит из Сочи в Москву примерно в шестнадцать часов.) Плацкарт, боковая полка. В понедельник вы на работе.

Результат:

Вы на целый год сыты по горло ощущением путешествия в поезде. В море искупались, загорели так, что больше не хочется, южных вин попили, экзотической еды поели, всего получили в переизбытке, даже думать об этом тошно, а главное — сильно соскучились по дому.

(c)IdealUkar

114

День рождения коллеги.
Служба в милиции. Я – младший сержант, пом. деж. Вот-вот! Дежурная часть, Ленинский райотдел Новосибирска, конец октября 1992 года. Я помощник дежурного. Забот намного меньше, чем у дежурного, но, тоже хватает. Доставленные в отдел, по тем или иным основаниям люди, все на мне. Всех надо досмотреть, надо проверить документы, надо проверить основания для доставления, проверить всех по адресному бюро и по информационному центру, для этого у меня два городских телефона с дисковым номеронабирателем, дозвониться по которым до АБ или ИЦ вечером… это еще тот квест.
Да, по этим же телефонам в милицию звонят граждане, надо представиться, выяснить причины звонков, если что-то произошло, то необходимо перенаправить в нужный отдел или отделение, для этого, карту территории обязан знать наизусть, а уж улицы, по которым проходят границы территории, знать в подробности. Ну, а если на нашей территории, то, по возможности, либо пригласить в отдел, либо объяснить, где и когда ждать патрульную машину. Ах да, один из этих телефонов постоянно пишется на специальный магнитофон, днем прослушивается заместителем начальника отдела постоянно, ну а запись, по мере необходимости.
Кроме этого, по доставленным, необходимо определиться, кого куда. Кого в камеру, кого в уголовку, на кого просто составить протокол и отпустить, обязав явкой. По каждому собрать пакет документов, по арестованным, проверить отсутствие недозволенных вещей при себе… Для полноты картины, в придачу к двум городским, сорок внутренних телефонов, две стационарных радиостанции… Ну и так, для бодрости, время от времени визит прокурора, который, как раз и проверяет наличие оснований для задержания и водворения в камеру… Если выясняется, что кто-либо находится в камере дежурной части более трех часов без материала на него, то лицо немедленно выпускается на свободу, ну а мне готовится бодрящая клизма на пол ведра скипидара, настоянного на патефонных иглах. Эффект!!! Бл… Волшебный!!! Нет, я не жалуюсь… некогда, бл…У других коллег ведь не веселее.
Вечер был, как вечер, еще ни одного трупа, тьфу-тьфу. Пока ни одной шапки, тепло еще на улице… Квартирные кражи, в основном. Я одной рукой звонил, другой рукой писал, третьей рукой сигарету держал, четвертой рукой коллегам дверь открывал, нажимая на кнопку… Пятой рукой, ой, заврался, рук же у помощника дежурного всего четыре… Это только у старшего оперативного дежурного шесть рук, да еще два дополнительных глаза и одно ухо, на то он и старший дежурный! В отсутствие начальника райотдела, отдел подчиняется дежурному. Но и ответственность несет тоже дежурный по отделу. Не назначают на эту должность ни глупых, ни трусливых, ни карьеристов. Я работал в смене Петровича, человека грамотного, тертого, битого, работу свою (да и не только свою) знающего. Он мог сам отчитать (и крепко) накосячившего сотрудника, но, никогда не сдавал коллег начальству. Работать с ним было не просто, но надёжно.
Времени было уже около 23 часов, из следственного изолятора, находящегося в нашем же здании, дальше по коридору, позвонил дежурный по ИВС.
- Слушай, Виктор, сильно занят?
- Да, не особенно, Василий… Не больше, чем в прошлую пятницу, а что?
- Помощь твоя нужна… Жулика одного вытащить из камеры…
- Сейчас, у дежурного спрошу…
- Добро. Жду.
Дежурному: - Петрович, я в ИВС забегу?
- Что случилось?
- Да, я и сам не знаю, Василий помочь просил…
- Давай, только быстро, ещё надо срочно в адрес один выскочить, наши все на заявках, ты поедешь.
- Понял, я мигом.
В ИВС нельзя с оружием! Совсем! И никому!!! Ладно, я, вроде, это требование забыл… Ствол под курткой форменной, на животе, ближе к левому боку, в обрезанной кобуре, чтобы проще и быстрее было… Да и сзади никто до него не доберется.
- Ты что, левша? – как-то поинтересовался наш водитель.
- Почему ты так решил?
- Так ствол слева на животе…
- А у тебя по уставу, на правом боку?
- Ну да… Как положено.
- Ясно. Ты в дежурном Уазике мотаешься, сзади кто?
- Хы, кто… Сам не знаешь, разве. Жулики.
- Ну вот, а ствол твой где? Справа сзади? Между сидений? А ты баранку крутишь, а жулики сидят и на ствол облизываются… а ты его даже и не пристегиваешь ремешком… Что будет, если какой-нибудь жулик догадается ствол твой дюзнуть? Кто из вас до отдела доедет?
- А, е… Ах ты ж бл… а я и не думал никогда…
- А ты подумай!
Пару смен спустя, подошел он ко мне и рассказал, что ствол перевесил и понял, что так надежнее. Да и из-под одежды стало гораздо удобнее доставать… Ну и хорошо.
Ладно, бог с ним, со стволом. Я с ним в ИВС и пошел… Не видно под курткой, надеюсь.
Василий не так давно перевелся к нам в райотдел откуда-то из области, работал до это в ГАИ, не пацан зеленый, но дежурным по ИВС он стал с месяц назад. Встретил он меня в ИВС приветливо, попросил помочь вытащить заболевшего жулика из камеры, мол, живот у того разболелся, по всем симптомам, на аппендицит смахивает. Пошли с ним к камере. Камеры в ИВС без каких-либо удобств, размерами, примерно, четыре на четыре метра, в дальней половине камеры большая деревянная лежанка, на половину камеры. Что-то среднее между одним большим топчаном и полатями. Деревянное, сплошное возвышение, наверное, около полметра высотой. Дверь в камеру железная, с глазком. Дверь с ограничителем, распахнуть не получится, открывается она с таким расчетом, чтобы мог пройти человек, да и то, еле-еле. Василий отпер замок на двери и приоткрыл ее. Я заглянул внутрь. Там было человек семь или восемь, один лежал на лежанке, держался руками за живот и стонал. Стонал негромко, но, с чувством.
- Выносите его сюда, - сказал Василий в камеру.
- Оно нам надо, начальник? – ответил один из сидельцев, с синими от татуировок руками, - это тебе надо, ты его и вытаскивай, видишь, идти он сам не может. Загибается…
Не понял, почему, но ситуация мне не нравилась. Сильно. Надо что-то делать. Не дай бог, действительно аппендицит, может и умереть в камере. А за такое ЧП всем подарков надарит прокуратура.
- Так, уважаемые, - это уже я, - берем товарища и несем его сюда, к двери.
- Да вот уж х... ты угадал, начальник, - раздался ответ, - сами и тащите, вас вон двое.
- Ладно, не получается у нас нормальный разговор, - заметил я, - ну, раз так, намекаю, я сегодня как раз перед сменой новый баллон «Черемухи» у старшины получил… Я не жадный, поделюсь с вами… В камеру, сейчас, ополовиню, а дальше мы с Василием подождем за закрытой дверью, когда вам невмоготу там сидеть будет. Вот первым больного и примем, а дальше подумаем, что с вами делать.
- Да ты чо, начальник, в натуре попутал?!?!
Я достал баллон с «Черемухой» и поднес к дверному проему.
- Ну что, начинаем?
- Да пошел ты на х…, совсем менты ох… сейчас вытащим.
Матерясь и кряхтя, потащили соседи товарища своего к двери.
- Ближе, - говорю, - несите!
Подтащили и опустили страдальца на пол, рядом с дверью. Добро. Убрав «Черемуху» в карман куртки, вытащил из другого браслеты, перехватив у одного из «добровольных» помощников сжатую в кулак, правую руку страдальца, защелкнул на запястье браслет. Я за руки, соседи изнутри камеры за ноги, вытащили болезного в коридор, я застегнул вторую дужку браслетов на т-образном соединении трубы отопления, а Василий, стоявший у двери и контролировавший её, в этот момент захлопнул и запер дверь камеры. Стоим, соображаем. Страдалец извивается на полу, держится левой рукой за живот, не забывая стонать, умудряется еще и крыть нас отборным матом, за садизм, за… ну, за всё. Правая рука в браслете, сжата в кулак. Между пальцами какой-то белый порошок… Может ему таблетку, какую дали уже? Ладно… Некогда…
- Василий, - говорю, - я в адрес смотаюсь, оперативный дежурный направил. Этого не отстегивай, скорую вызови, благо, сегодня там Наседкина дежурит, знаменитый человек, доктора лучше прямо сюда проведи.
- Хорошо, - говорит, - ты без браслетов как?
- Да я у дежурного сейчас возьму, свои потом заберу у тебя.
- Ну, давай тогда…
Смотался я на выезд, даже не помню, что там было, наверное, очередной кухонный боксер… Вернулся в отдел, наверное, около часа ночи.
- Ты обедал? – спросил дежурный.
- Когда бы, Петрович, - ответил я.
- Я тоже не обедал. Поеду на хлебозавод, поем. Со мной поедешь?
- Нет, Петрович, спасибо, не хочу перед сном наедаться…
- Ха ха, сон на сутках, хорошая шутка, - сказал Петрович, - ладно, я уехал, здесь Андрей пока на пульте посидит. Да, Василий снова тебя искал, просил зайти.
- Андрей, - сказал я, - Петрович на обед поехал, я в ИВС зайду. Если что, звони туда.
- Угу, - хмуро сказал Андрей, - много не пей.
- Какое «пей» я же по делу… Да и не пью я на смене…
Постучав в дверь ИВС, дождался щелчка замка и зашел внутрь… Обалдеть, какой запах!!! Все, кто служил в армии, знают, что после отбоя «деды» лакомятся вкуснейшим деликатесом – жареной картошкой. Вот и сейчас запах жареной картошки напомнил и детство в поселке и армию… Здесь то почему так чудесно пахнет? Василий встретил меня еще более приветливо и повел в кабинет, откуда и доносился сумасшедший запах. На столе в кабинете, стояла большущая сковорода жареной картошки, рядом лежало толстенное соленое сало, нарезанное очень тонко, возле сала лежали дольки чеснока. В картошку были воткнуты две вилки. Это был пир! Вот только повод? Уселись за стол. С заговорщическим видом Василий достал из сейфа поллитровку и стаканы… Разлил. Оп-па?!?!? Это в честь чего?
- Давай за день рождения! – предложил он тост.
Чокнулись. Заели салом с чесноком. Я же обещал Андрею много не пить, но не говорил, про чуть-чуть… Вилки застучали по сковороде. М-м-м… Объеденье! А с салом! С чесночком! Да после рюмки… Да, учитывая, что завтрак был около семи утра, а обедать я с Петровичем не поехал…
- Слушай, - говорю, - а что ж ты не сказал про день рождения… Я бы что-нибудь в подарок сообразил, хоть зажигалку какую…
- Да я, - говорит, - и сам до вечера не знал. А подарок… Так ты мне его уже подарил!
- Как? - заинтригованно спросил я.
- Да, понимаешь, жулик сегодняшний, ну, этот, с больным животом…
- И что жулик больной?
- Да не больной он вовсе…
- В смысле?!?!?!
- Он по мокрухе попал сюда. Завтра ему обвинение предъявлять должны. Будет он обвиняемый. А пока он просто задержанный.
- Пока ничего не понятно, - помотал я головой.
- Сейчас по второй, дальше объясню, - сказал именинник.
- Ну так вот, слушай дальше… Всё дело в том, что уголовная ответственность за побег возникает только при определенных условиях, например, за побег, совершенный лицом, взятым под стражу, например, обвиняемым. А за побег задержанного, только штраф или пятнадцать суток максимум.
- Подожди, так ты говоришь, обвинение только завтра?
- В том и вопрос, а у «хозяина» он уже гостил, человек он бывалый… Да и в камере с ним ни одного первохода, подобралась публика, - Василий снова закурил…
- Скорая приехала, фельдшер его глянул, укольчик ему вкатил, мне потом сказал, мол, симулянт, и не сильно опытный… Никакого аппендицита, учитывая, что аппендэктомия была сделана жулику еще в школе…
- Чего сделано? – не понял я.
- Ну, аппендицит ему вырезали, короче.
- И что, ты его в камеру обратно?
- Конечно, но, только уже с бумажкой от скорой в деле. Ты слушай, дальше ещё интереснее… Я их разговоры в камере послушал, план у них был простой и реальный. Вызывают они меня, я естественно, должен меры принять, в камеру зайти и попытаться его вытащить. В правой руке у него зубной порошок был, он его мне в глаза собирался сыпануть… Пока бы я проморгался, в лучшем случае, в заложниках бы оказался. Терять им почти всем нечего. Ну а дальше, забирают они у меня ключи от камер, открывают двери и не торопясь выходят в коридор. Пользуясь ключами, открывают сейфы и дела с собой уносят. Дальше, в лучшем случае, так же спокойно, на улицу… Ну а там, дай бог ноги. В худшем, блокируют дверь в дежурку, у вас же там одна дверь, и та наружу открывается… а в окнах оргстекло вместо простого… Сидели бы вы там и смотрели, провода телефонные-то снаружи… Пока по рации с кем-нибудь связались бы… Вот и всё. Кто бы меня до утра хватился… а там, даже если и поймают, если я живой, то им по пятнадцать суток… Ну, а если…, то терять этим беспредельщикам все равно нечего.
- Ну ни х.. себе, - деликатно заметил я, - ну, тогда наливай, именинник! С днем рождения!
- Давай! С удовольствием. Да, ходит этот крендель потом по камере, кореша его пытают, мол, что же он не сделал, как планировали? Он поясняет, мол, и не думал, что не один, а двое придут… Что в камеру заходить откажутся… Что в двери ещё, браслеты на руку наденут и к батарее пристегнут… Что один со стволом будет… Стоял ты так, что добраться из камеры до тебя было не просто… Мог бы и завалить…
Призадумались… Вот как оказывается, а могли бы и не пить уже… Все под богом ходим. Да уж, за такое и водочки не грех…
- Ну что, добиваем?
- Ну, давай, да я пойду, а то я Андрею обещал много не пить…
- Да ладно, ведь за день рождения!
- Да уж!!! С днем рождения, здоровья тебе и долгих лет жизни, коллега!!!

115

Пока рассказы Павла Селукова снова не запихнули в раздел «Копии», выложу еще один.

Интересно, как этот рассказ оценят. Не очень длинный, менее 1000 слов.

Шабашка

Работодатель снял мне квартиру на семнадцатом этаже приличного двадцатипятиэтажного дома на Щукинской. Весну за окном усугубляла сирень на обоях. Будто я попал в голову Врубеля, хотя мне и своего безумия достаточно. Я бывший наркоман. Однажды я пилил трубу с закладкой прямо возле Росгвардии. Не смог достать, купил ножевку и пилил. Безумству храбрых… Прокатило.

Но я не целиком наркоман, еще я писатель, книжки пишу художественные на потребу. Мне кажется, мы всё делаем на потребу, даже детей. Но от детей хоть какой-то выхлоп, стакан в старости, а от книг ничего. Нет, шестьдесят тысяч аванс, а потом роялти, но это так, побухать или посетить бордель. Моя жена постоянно негодует из-за моих посещений борделя. Она никак не поймет, что бордели посещают все мужчины мира, просто слабаки делают это мысленно, а отважные ребята, вроде меня, эмпирически.
- Олег, ты ходишь по борделям, ты мне изменяешь!
- Я там тренируюсь, Катя. А выступаю уже с тобой.
У нас с Катей легкие отношения - она меня любит, а я ее полюбливаю.

Я тут ходил на спектакль по своим рассказам. Там одна актриса… Боже мой! Я весь спектакль на нее смотрел, как борзая на зайца. Вот бы, думаю, эта актриса и еще четверо в том же духе вышли на сцену и два часа мерили платья, танцевали под Майли Сайрус, красились, расчесывали свои лошадиные волосы, смеялись и пели. Я бы на такой спектакль тыщу раз сходил. В конечном счете, вся эта драматургия, бла-бла-бла, ничто по сравнению с обыкновенной красотой.
Про меня еще, представляете, ребята из Перми документалку снимают.
- Вы поддерживаете СВО?
- Как?! Оно падает?!
- Да нет.
- Зачем же тогда его поддерживать?
Но всё это - книги, спектакли, документалки, - не приносят денег. А за двушку в Москве надо платит шестьдесят тысяч в месяц. Катя работает аналитиком, однако, её ста тысяч маловато. Поэтому я пишу сценарии для кино. Но в кино тоже считают, что СВО падает и всячески его поддерживают. А мне хочется кино, ну, не знаю, про двух девчонок, которые автостопом поехали на юг и с ними всякая херня приключается. Или про чувака, который проснулся целиком в чужой крови и весь фильм выясняет, что это, блин, за кровь такая.

Короче, я оказался в ловушке. Нет, можно вернуться в Пермь и пойти на завод, но и на завод меня не возьмут, меня никуда не возьмут - я на учетах у психиатра и нарколога. А еще моей трудовой не касалась ничья ручка, она у меня девственница. А еще мне тридцать восемь лет и видок скверный. Две недели питались мы с Катей макаронами с проклятьями, когда мне позвонили и предложили работу. Через три дня я поехал в Петербург. Это я Кате так сказал:
- Катя, подвернулась шабашка, я еду в Петербург.
- Чтоб у тебя не встал.
- Ты знаешь, что с каждым половым актом член мужчины чуть-чуть увеличивается?
- У тебя тогда должен быть, как у слона.
- Рад, что ты держишься.
Я увернулся от ложки, надел перчатки, вышел из квартиры, спустился вниз, заехал в магазин «Стройматериалы», купил перфоратор «Макита», человек передал мне ключ от квартиры, потом я снова сел в такси и вместо Петербурга приехал на Щукинскую. Там я купил булочек, фруктов и воды без газа.
В квартире я огляделся, проверил тумбочку возле двери, отнес продукты на кухню, достал перфоратор и стал сверлить в стене дырки. Одну за другой. Я сверлил без остановки весь день.
Вечером в дверь позвонили. Я посмотрел в глазок и открыл. На пороге стояла тетка лет шестидесяти в застиранном халате и со складками на шее.
- Здравствуйте. Я соседка снизу.
Я поздоровался.
- Ремонт?
- Дизайнерский ремонт.
- Надолго?
- Неделя максимум.
- У нас ребеночек, днем спит. Вы не могли бы..?
- По закону я имею право сверлить с девяти утра до девяти вечера.
Тетка зыркнула и ушла. Я поел булок и лег спать не раздеваясь. Ровно в девять утра я взял перфоратор.
Был шестой час вечера, в дверь позвонили. Я посмотрел в глазок и открыл. На пороге стоял мужчина хипстерской наружности. Он немного «завис». Моя лысая голова и широкие плечи сбили с него гнев.
- Извините. Вы весь день сверлите! Я на удаленке, мне работать надо.
- Мне тоже надо работать. По закону я имею право сверлить с девяти утра до девяти вечера.
- Я полицию вызову!
- Вызывайте. Полиция вам скажет тоже самое.
Я закрыл дверь и продолжил сверлить. Стены квартиры уже напоминали жилище термитов. Ночью мне приснилась актриса из спектакля. Кажется, я овладел матрацем.
В девять утра я снова взял перфоратор. От нечего делать я стал образовывать просверленными дырками геометрические фигуры и даже попытался изобразить Винни-Пуха.
Я как раз работал над его ушами, когда в дверь позвонили. Я положил перфоратор, подошел и посмотрел в глазок. Потом достал из тумбочки пистолет с глушителем, он был без предохранителя, Глок-17, открыл дверь и дважды выстрелил Кузнецову Юрию Александровичу в голову. Он был свидетелем обвинения, которого следствие спрятало до суда в квартире наверху. Между прочим, за бронированной дверью и видеоглазком.
Я забрал рюкзак, положил пистолет на тело, спустился вниз по лестнице, вызвал такси от соседнего дома и уехал к себе. В подъезде я отклеил усы и вытащил цветные контактные линзы.
Понимаете, бытовые неудобства и криминальные опасения за свою жизнь лежать в головах людей на разных полках. Вот и Юрий Александрович не выдержал, пошел негодовать. Не, ну странный мир, конечно. За книжку шестьдесят тысяч, а за убийство пять миллионов.

116

Серёже было тридцать два, Наташе было двадцать восемь. У них кружилась голова От мыслей про капусту с плошек. Решили вместе огород Они разбить на даче летом. Но вышел странный поворот - Засеяли всё сразу где-то. Теперь растут там огурцы На ветках яблони соседской, А в грядках - шишки и грибы, И помидор на ёлке детской. Смеётся дачный их народ: "Ну что, агрономы от бога!" А им не жаль своих хлопот - Зато смешно и урожайно много!

117

О фатальном гостеприимстве или о культуре, обычаях и кухне народов мира.

1. Собираясь в другую страну, видимо, надобно заранее почитать о местных обычаях. Иначе есть вероятность оказаться в неловкой ситуации.

Время - середина 90х, конец марта - начало апреля.
Закрыв с казахскими партнёрами контракт, мы договорились увидеться для сверки отчётности и прочего.
На границе меня встретила пара нукеров, работавших на моих друзей. Они попросили поторопиться, сказав, что всё уже давно готово и меня с нетерпением ждут.

Отдав ключи от своей машины, я пересел в казахскую и мы помчались в город. Приехали в центр, где я увидел огромное количество юрт. Они занимали почти всю главную городскую площадь. По всем приметам - это был какой-то национальный праздник.

Провожатый отвёл меня в место, где пировали заждавшиеся меня друзья.
Несколько раз выпив за встречу, мы пошли в гости по другим шатрам.
В череде бесконечных визитов, визитов вежливости, я ненадолго вышел осмотреться, покурить и размять затёкшие от "позы лотоса" ноги. И..... потерялся.

Дальше начался "день сурка".
В поисках своих закадык я заходил в очередную юрту и спрашивал о друзьях. Моему приходу радовались и сразу наливали, отвечая: "Только что здесь были, наверно тебя искали".
Отказываться было нельзя, это правило казахстанского этикета мне уже было известно.

Я начинал "косеть" в геометрической прогрессии, видимо сказывались ночь без сна и восемь часов за рулём. Скоро силы стали покидать меня, и после посещения N-ого шатра стало окончательно понятно, что больше гостеприимства я уже не вывезу.

Все посещённые мною локации были как под копирку:
Внутри находилось 10 - 20 братьев казахов, накрытая "поляна" и один и тот - же (на мой взгляд) былинный седой музыкант.
Менестрель пел (мне так казалось) одну и ту - же заунывную песню и сонно аккомпанировал себе на чём - то с двумя струнами. Он был везде и всегда одновременно, и примерно после посещения третьего шатра мне стало казаться, что он тоже меня узнаёт.

Надо было срочно выпутываться из этого порочного круга. Собравшись с силами, я вошёл в очередную юрту и объяснил присутствующим, что не местный и случайно потерялся.
В ответ на это находящиеся в юрте мужики очень обрадовались этим необычным обстоятельствам и налили мне два раза подряд.

А на моё "Я больше не могу" поржали, но прониклись и пожалели, отведя в другую юрту, поменьше, где мне предложили поспать.
Там уже дрыхло несколько подобных бедолаг, и я к ним с удовольствием присоединился.

К вечеру меня нашли, растолкали и повезли праздновать моё прибытие в гости.
В ресторан нас прибыло четверо, однако спустя всего пару тостов количество людей за столом вдруг удвоилось.

Я закрыл для проверки ощущений один глаз, подумав, что просто двоится от обильных возлияний. Не сработало, точно удвоилось.

Через полчаса один из вновь присоединившихся к празднику сказал: "Ребята, что - то здесь недостаточно весело. Поехали, я вам сейчас классное место покажу".

В классном месте за стол село восемь человек, а уже спустя всего пару тостов количество людей за столом ожидаемо удвоилось.

Я снова зажмурил глаз, но наваждение не проходило.

Через полчаса один из присоединившихся к нашему дастархану человек сказал, что здесь недостаточно весело. И он знает.....................

Пришёл я в себя только поздним утром. Последнее, что запомнил, была приличной длины колонна машин, едущая в очередное классное место.

2. Следущим пунктом культурной программы братья казахи запланировали моё знакомство с принадлежавшими им лошадьми.
Наличие собственного табуна для казаха - это особый вид понтов. Ибо сказано: "Казах без понтов - беспонтовый казах".

Запасшись "самым необходимым", мы поехали в степь искать табун. Лошади у братьев казахов, как правило, самостоятельные и заботятся о себе сами.
Помотавшись по "прерии" с полчаса, мы обнаружили солидную кучу говна (навоза). "Самый крупный специалист" вышел из машины, вдумчиво попинал найденное, проверил на консистенцию и, показав пальцем на горизонт, молвил: "Они там".

И действительно, они были там.
К "там" нас привела дорога из коричневого "кирпича".

Когда мы нашли табун, то все очень этому обрадовались. Вот только сам табун нам почему - то совсем не обрадовался, судя по всему, имея на это очень веские основания и разочаровывающий опыт токсичных отношений.

Нукера проворно поставили тент, накрыли столы и всё пошло по вчерашнему сценарию.

Через пару часов мне очень хотелось снова потеряться. На этот раз по собственной инициативе.

Друзья, однако, шанса не предоставили, прикрепив ко мне персонального оруженосца. Тот таскал за мной сигареты и следил за наполняемостью стакана.
Спустя ........пришло время оценить лошадок.
Братья казахи пустили табун по кругу вокруг столов и предложили выбрать лучшего самому.

Я пребывал в полной уверенности, что сейчас мне придётся доказать мастерство наездника и собирался с мыслями.
Жеребцов, как транспорт я отмёл сразу. Ибо мне ещё хотелось пожить, остаться здоровым и по возможности целым.
Поэтому мой выбор пал на красивую белоснежную кобылу лет пяти - семи. Казахи заметно погрустнели, но ничего про мой выбор не сказали и позвали к столу.

К моему облегчению, в этот день дело до скачек дело не дошло.
Потом было много тостов и здравиц. Как и чем закончился пикник, я не помню по объективным причинам. Ибо опять "сломался".

Всегда считал, что умею пить. Навыки имелись:
Четыре года прожил в институтской общаге, два года рулил рестораном и прочее, прочее, прочее.

Тем не менее, здесь и сейчас было эмпирическим путём доказано: " Вова - ты дилетант".
Пришлось смириться с горькой реальностью.
Казахстан на сегодня выигрывал с убедительным счётом 3:0.

3. Третий день пребывания в гостях был посвящён национальной кухне.
На этот раз меня пожалели и дали поспать до обеда. Потом друзья повезли меня в очередную ресторацию, где собралось довольно много людей.
Некоторых я уже знал, многих "первый раз" видел, но они почему - то все меня знали и тепло приветствовали. Я примерно догадывался, откуда они меня знают, но до конца уверен не был.

Подали бешбармак и соответственно налили. По традиции все хвалили хозяина и его гостеприимство. Отметили изысканный вкус блюда и отменный выбор мяса.

Главказах всех поблагодарил и в ответной речи сообщил, что вкус блюда - это работа отличного повара. Гостеприимство всегда жило в его крови. А за правильно выбранное мясо надо отдать должное нашему другу Вове.
Это он выбрал самого "правильного" коня, видимо хорошо разбирается в тонкостях национальной кухни и явно наполовину казах.

Мне захотелось провалиться сквозь землю, поскольку я вдруг понял, что подразумевалось под вчерашним "Сам выбирай".

Прости меня, белая кобыла, я не знал, что творил. Честное слово. Имя твоё безвестно.............

Было очень стыдно и вкусно. Потом подали Казы, Казы. И снова было очень вкусно и стыдно. Дальше всё пошло по уже наезженной дороге........ Казахстан - Россия 4:0.

4. Утром за мной снова приехали с намерением продолжить знакомиться с Казахстаном.
Я взмолился: "Ребята, отпустите меня. Иначе можете потерять надёжного человека за границей".

Мужики на минуту задумались, но прониклись и с видимым сожалением пошли меня провожать.

Посошок по казахски выглядел примерно так:
Выпивалось и говорилось по этому поводу нечто доброе и душевное. Что повторялось и повторялось у каждой двери, ведущей наружу. Последним испытанием стало открытие поочерёдно всех дверей в автомобиле и соответственно тост и пожелание всего хорошего за каждую открытую и закрытую дверь.

Ещё немного и счёт мог стать разгромным, (5:0) но в этот раз всё обошлось. Видимо я уже потихоньку втянулся и адаптировался.

Сам я за руль конечно не сел и поэтому ко мне прикомандировали мальчишку водителя. Дали наказ по прибытии накормить и напоить его чаем. После посадить на поезд домой.

С полным багажником подарков и еды мы поехали на Родину. Варган по сию пору берегу как талисман.

Когда немного отъехали, водила спросил: "Может надо вещи забрать из гостиницы? ". Так я узнал, что для меня был снят номер на время пребывания. Поскольку я там так и не появился, мы просто направились домой.

Сверить документы и согласовать отчётность не получилось, времени не хватило, наверное.

Написано с искренней любовью. Казахстан - прекрасная страна с замечательными людьми.

©
Рассказы от Vovanavsegda (Animal Punк).
https://dzen.ru/profile/editor/id/664b76125e51347bed22ca4a

118

Вышла у меня сейчас некая пришвиновщина или толстовщина, не судите строго. Если кто из читателей не любит плавать в мокрой воде, природу, животных и самодеятельных многобуков, те пусть идут в сад на ху/дожественную литературу или сборники афоризмов.

Тих и солнечен был рассвет над лесным прудом, и наступил он 24 июня в 3:45 в наших широтах. Небо заполыхало пурпуром в 3 утра с небольшим. До этого пруда я доехал к 6, когда солнце выбралось из высоких крон и засияло в водах. Безлюдны были берега, но вдали в спокойной воде, как ослепительная комета с длинным хвостом, сверкала чья-то лысина с инверсионным следом.

Когда этот чувак выбрался на сходни, я узнал в нем деда Андрея. Обычно он со мной не разговаривает. Сухо приветствует и быстро покидает пруд, как я только подъезжаю, возможно именно по этой причине. Но сегодня его лицо было озарено восторгом:
- Леша, слышишь, поползень свистнул! Щас его найду. Вот он!
По коре соседнего дуба деловито бегала как-то невзрачная птичка, вверх-вниз, типа лифта в ускоренной промотке.

- Это он не просто так бегает! - пояснил дед - нычки прячет! Добудет семена и высматривает в коре трещины, куда бы их засунуть. И не просто сует, а искусно маскирует. Затыкает кусочками коры и конопатит мхом, чтобы семена не сгнили. Сам при этом ни хрена не помнит, куда спрятал, как белка. Но оттого, что он это делает, деревья с толстой морщинистой корой просто нашпигованы этими семенами, корма лесным птицам на всю зиму хватает. Летать поползень не любит, зато смотри как ловко по стволу бегает! Вон глянь, выбрал место! Стой тихо и молчи. Сейчас он будет оглядываться, не заметил ли кто нычку.

Дед и сам замолк. Но глядел он на птичку с такой любовью, как будто она была его домашнее животное.

И я вдруг его понял в этом. Гораздо интереснее эти повадки, чем какая-нибудь комнатная собачка или стерилизованная кошка, которая умеет только клянчить, жрать, спать и срать. Нормальные собаки в лесном пригороде тоже нычки прячут, только вместо семян кости. Впрочем, об этом я узнал от Вовынавсегда на 58 году жизни, а они сами соображают это делать с щенячьего или птенцового возраста, просто глядя на своих родителей. Это в генах не записано, просто культурный код.

И мне вспомнился наш современный двор, гордость муниципалов -он уставлен спортивными тренажерами, оснащен детским городком. Но почти пуст круглый день. По краем его обычно сидят по лавочкам, как старушки, пара неработающих мам, пара наемных нянек среднеазиатского происхождения, уставившись в смартфоны. Малые дети с завистью на них поглядывают и молча рассматривают свои игрушки, сидя на специальном мягком покрытии. И я понял, чего не хватает во всем этом московском великолепии! Обыкновенной песочницы моего детства! У нас там была кипучая деятельность в возрасте от года до трех - вечно что-то строили, лепили, поливая обычной водой. Рыли туннели и ямы, прятали и разыскивали там клады наперегонки.

С этими думами я висел в сияющей невесомости, любуясь наползающими облаками. То есть наплававшись, замер в воде лежа на спине, носом и глазами кверху, вообще не гребя руками-ногами, сладко потягиваясь.

Сбоку надо мной нависал дуб, по которому бегал этот поползень - здоровенное дерево с вертикальным стволом этажей в восемь, с широко раскинувшейся кроной. Я глянул на этот мир глазами поползня - он тоже не чувствует гравитации, как я сейчас в воде. У него не видно ни малейшей натуги забраться вверх и затруднений спуститься вниз. Действительно птичий аналог белки, но еще невесомее. И вот что он видит перед собой всю жизнь?

Однообразный ствол, уходящий в бесконечную даль, как грунтовка с колеями и колдобинами. На ней попадаются развилки и съезды к соседнем шоссе, по бокам склады с продовольствием. Бесконечная суета, некогда оглядываться по сторонам без дела. Надо наполнять свои кладовки дарами природы с полей, ну или тащить их у соседа. Примерно как у людей большого города.

Однако ему приходится для этого много двигаться, а им уже нет.

И вряд ли эти поползни помнят летом, что случаются суровые голодные зимы, когда глубоко промерзает даже самая толстая кора. Тогда приходит дед Андрей и насыпает им корма. Если лес этот будет вырублен под застройку, если сами поползни начнут вымирать поголовно от эпидемии, выхлопных газов или пестицидов, дед Андрей отловит пару самых здоровых и выпустит в другом, чистом вековом лесу.

А в благодатную летнюю пору почти никто из поползней не видит деда Андрея вживую! Он старается им не мешать, чтобы справлялись сами. Осиротевших птенцов подберет, выходит у себя дома. Покажет им, что надо есть и как делать нычки. Когда подрастут или не будут слушаться, обгадят домашнюю библиотеку, выгонит из дома обратно в лес.

Предание об Адаме и Еве вдруг заиграло для меня новыми красками. Возможно, у Господа примерно те же отношения с родом человеческим.

119

В уже далеком 1991м году я забросил свою пусто-порожнюю партийную деятельность и занялся всецело строительством. Пока неспешное течение моей жизни было прервано неким событием, в Москве случилось ГКЧП. Я в тот знаменательный момент находился в командировке в городке моего партайгеноссе и лежал на гостиничной койке под тихо бубнящей радиоточкой. Потом в наш 6ти-местный номер ворвался радостный и взбудораженный прораб с последними известиями.
Я призадумался, партайгеноссе получал в американском посольстве дотации на членов партии и по этой причине никого не вычеркивал из списков, а наоборот собирал мертвые души. И это могло быть чревато для меня различными последствиями. И я решил назавтра посетить его избу. На месте не оказалось вообще никого включая собак, дом по виду был в спешке покинут. Меня это заинтересовало, но обстоятельства побега я узнал несколько позднее.
У партийного босса было пару машин "Жигули". Одну он купил на честно заработанное на стезе проктолога, а вторую ему пожертвовали евре/латыши на сходке в Мюнстере. Так вот один экипаж с барахлом, сыном и собаками возглавила его баба и отправилась прятаться на хутор к родственникам. А второй его дочка с дипломатом долларов и самими боссом, засунутым на полу между передними и задними сидениями и прикрытым одеялом, благо дистрофическое телосложение дало возможность ему там скрючиться в позе эмбриона.
Дочерний экипаж двинул в аэропорт "Рига", где уже внутри самолета "Ту-114" стоящего на летном поле собрались демократы и вовсю шли дебаты по формированию будущего правительства в изгнании. Босс к сожалению опоздал на раздачу портфелей. Диспетчера давали запрос на вылет в Швецию, а та небо не открывала. Так прошли нервно-потно-томительные восемь часов.
Уже почти стемнело, когда подъехала кавалькада из милицейского "бобика" и нескольких микроавтобусов "Латвия". Переворот в Москве провалился и новоизбранных министров повезли по министерствам. А коммунисты тоже не зря теряли время. Председатель горисполкома очистил кабинет от мелочи типа арифмометра и карандашей, но погорел на часах. Часы были напольные и стояли в кабинете со времен императора Александра Первого и маркиза Паулуччи. Дубовый корпус и бронзовые гири имели вес и когда новая власть шла арестовывать старую, то в дверях застали корчившийся зад бывшего предводителя. Предводитель с сыновьями пытались пропихнуть в узкую дверную створку старинный часовой механизм. За эту жопу его и взяли и показательно повезли в тюрьму.
Ну а потом началась новая жизнь: из хуторских погребов повылезали и вернулись в столицу генералы, проститутки заняли секретарские и писче-бумажные посты, а алкоголики получили государственные дотации на приобретение галстуков и бритвенных лезвий, и еще красивые портфели из бежевой кожи с приделанными сбоку бляхами с латунным государственным гербом.

120

Скорее от безысходности, чем в силу своей креативности руководство солидной компании, с узнаваемым бредом, пошло на выплату тринадцатой зарплаты. Но получить её могут не латентный алкоголики, а только явные алкаши - слесаря и монтеры работающие с абонентами. Всё очень просто, суть в том, что сумма идёт на новогоднюю кодировку на год от зависимости, извините за тавтологию. Но среди контингента конечно же есть бунтари. Нет, волшебный укол делают все, премия все-таки, но рисковые сразу же делают тест с малых доз, пятьдесят, сто, два раза по сто. Ломка, выход из зоны комфорта, но живой, можно продолжать расходовать резервы организма.
Но тут случился не афишируемый случай, не последний алкаш, а целый шеф районной конторы, не выходит из запоя, с первого по десятое мая. До тринадцатый зарплаты ещё далеко, армейский друг Леха из категории бунтарей, который работает с шефом уже много лет, наверное потому что лучший друг, идет к организатору пресловутых кодировок, завхозу в третьем поколении.
- Слушай Иваныч, помощь нужна, шефа закодировать потихому можешь?
- Процедура платная, где деньги взять?
- Жена его спонсирует.
Утро, через три дня после разговора, небритый шеф, помятый до неузнаваемости, на таком же помятом "мерседесе" у ворот эскулапа, естественно с лучшим другом.
Вот тут, завхоз решил пранкануть:
- Леха, тут такой расклад, если одному укол делать, то тринадцать тысяч стоит. Там компоненты только на большое количество пациентов рассчитаны. Если ты сделаешь вместе с шефом, то пять.
- Ну нахер, мне опять в лотерею играть. Давай Иваныч ты сделай, ты все равно непьющий.
- Да у меня уже перебор, восемь раз делаю, каждый год. Друг ты, или не друг?
- Не готов я сегодня, усугубил положение уже...
Все в этой истории в итоге хорошо, шеф каждое утро внятно отвечает на селекторе, Леха пьёт только после работы, безалкогольное пиво. Ну а Иванычу лишние семь тысяч не помешают, дочка в институте на платном...

121

Мансы Одесского Цирка
Сегодня в разговоре случайно вспомнил и подумал, что может кому-то еще будет интересно.
Много лет назад в Одесском цирке снимали эпизод для фильма "Гранатовый браслет" по Куприну. И сам рассказ, и фильм я уже забыл, а вот связанный со съемками случай помню.
Там по сюжету некий поклонник дарит циркачке, в которую влюбился, стадо баранов. Вот этот эпизод и снимали. Циркачку играла наездница Гитана (та, которая вроде бы потом стала женой Баталова). Я участвовал в массовке - зал-то должен был быть заполнен публикой. Более того, мне по блату удалось заполучить некий камзол и старомодную шляпу - те, кто участвовал в массовке в своей одежде получали меньше, а те кто переоделся - больше. Разница была почти в 2 рубля - по тем временам и по моему студенчекому положению сумма заметная, поэтому и упоминаю про шляпу.
Так вот, наездница скачет на лошади по манежу, а в это время шпрехшталмейстер объявляет что-то очень важное, типа "его высокоблагородие такой-то жалует красавицу-наездницу подарком" и в это время в манеж выгоняют стадо баранов (подарок).
То наездница не там остановила лошадь, то бараны не так, как хотелось режисеру, выходят в манеж, то публика (массовка) не так аплодирует - словом снимали эпизод раз восемь. Всем уже все осточертело. А надо заметить, что в съемках звук записывается отдельно от картинки. После репетиций и многих дублей шпрехштальмейстеру (как же я мог забыть его фамилию - он десятки лет был в этой ипостаси в Одесском цирке, его все одесситы знали), так вот он в очередной раз выходит такой весь во фраке, с манишкой и бабочкой и очень солидной фигурой и вместо положенных по сюжету слов раскатисто объявляет:
- А пошли вы все к такой-то матери и чтоб вас туда и сюда и растудыть...
Это в приукрашенном виде, а на само деле его тираде мог позавидовать любой биндюжник.
Ну все посмеялись, поаплодировали лучше прежнего и забыли - устали все-таки, тем более, что съемки шли после обычного представления, т.е. ночью.
Фильм получился очень милым, по тем временам даже хорошим. Публика принимала его очень хорошо, его даже наградили, кажется, чем-то.
А спустя несколько месяцев после выхода на экраны была сделана копия с титрами и фильм показали в клубе глухо-немых. Хохот стоял в зале тот еще - они ведь читали по губам!..

122

“Если хочешь постичь общество, изучи сначала его клеточку”. А. Зиновьев.

Я помню, как перепечатывал «Собачье сердце», «Дьяволиаду», и «Роковые яйца» на пишущей машинке в шести экземплярах за два дня. Это потому, что мне дали оригиналы именно на этом условии. «Архипелаг Гулаг» давали почитать на неделю. Новый Завет дореволюционного издания — на пару дней. За распространение самиздата и тамиздата тогда можно было нехило отхватить.

В то время я изучал иврит, еврейскую историю, культуру, и иудаизм в подпольной сети. И учился в очной аспирантуре, работая над диссертацией на тему «Фазовые равновесия многокомпонентных спиртовых смесей». Друзья предостерегали меня, потому что все мониторилось КГБ, и, рано или поздно, за подпольную активность можно было ответить. Но я жил в матрице, условия которой я мог с легкостью менять.

Семинар по изучению Торы вел Гриша Вассерман, сейчас он большая шишка в теологических кругах Израиля. Когда в Ленинградской Правде появилась статья Б.Кравцова «Культуртрегеры с отмычкой» о деятельности подпольных еврейских просветителей, в которой упоминался Гриша (в интернетовских изданиях господина Б.Кравцова те фамилии убраны), то я понял — будут брать.

Дождливым ленинградским апрелем, окольными путями, через пустырь и железнодорожную насыпь, я стремился на Гражданку, непрестанно прикуривая и незаметно оглядываясь, но слежки не заметил. В руках у меня были два портфеля, а в одном из них — двадцатилитровый рюкзак. «Гриша, ты статью читал? Тебе надо срочно избавляться от литературы, не сегодня-завтра могут прийти с обыском. Давай мне свои книжки, я их раздам народу». Гриша был спокоен. Он сказал: «Забирай все, раздавай все, в этом и цель литературы — чтобы ее читали, а не пылили на полках или сжигали. Да в основном здесь религиозная литература, это как бы дозволено властями».

Как я ни пытался запутать следы, но через двадцать метров меня остановил патруль. «А что это вы несете, гражданин, в таких красивеньких портфельчиках и рюкзачке? Вы случайно не с 3-й Строителей, 25, квартира 12? Докуменьтики, пожалуйста». Пропуска у нас были красного цвета (это потом уже их заменили на синие), и они прекрасно действовали на контролеров на общественном транспорте, но тут мой красный пропуск не сработал.

В отделении ребята, а они были моего возраста, стали рассматривать содержимое портфелей. Но я был спокоен, там же была религиозная литература.

«Так, празднование Пасхи. Так, правила кашрута. Так, А.Зиновьев, В преддверии рая». - Тут я напрягся, потому что за Зиновьева можно было отхватить по полной. «Постой, Колька, у евреев же рая нет?» «Как это нет», - говорю. «Еще в двенадцатом веке наш великий мудрец сказал «А мы, как мученики, попадем в рай»».

Они стали составлять протокол, и довольно скоро выяснилось, что я работаю во ВНИИГидролизе.

- А скажи что-нибудь по-гидролизному!
- Шила в мешке не утаишь!

Жаргон знали все (гидролизный спирт называется шилом). Я увидел искреннюю заинтересованность и принялся объяснять.

- Ну вот вы же спирт пьете?
- Конечно, пьем.
- А какой?
- Медицинский, конечно.
- А вот тут-то вы и неправы. Вы классифицируете спирт по области его применения, а это в корне неверно (тут я схитрил, в действительности это гораздо сложнее). Спирт нужно классифицировать по способу изготовления и используемому сырью, как то: пищевой, гидролизный, или химический. Как вы видите, единственное исключение — спирт пищевой, потому что и сырье, и сфера применения у него семантически совпадают, но это проблема терминологии. То, что вы пьете, и спиртом-то назвать нельзя, потому что он прошел процесс от силы трехступенчатой ректификации. Кроме того, ваш спирт характеризуется значительным содержанием сухого остатка, вследствие чего он не может применяться в приборостроительной или электронной промышленностях. Вот например, по шкале от нуля до десяти, как бы вы охарактеризовали свое похмелье?
- Восемь-девять, к бабке не ходи.
- Это потому, что он содержит большое количество высших спиртов, называемых в народе сивухой, а также эфиров и альдегидов. В то время как у меня есть свое уникальное персональное опытное производство, состоящее из пятиступенчатой ректификации с оптимальным температурным режимом и подачей флегмы и с последующей очисткой марганцовкой, активированным углем, и полифепаном, в результате коего процесса подавляющее большинство испытуемых оценивает похмелье в три-четыре балла независимо от количества употребленного продукта. Если уважаемым сэрам будет так угодно, то в их распоряжении вскоре окажется килограмм продукта для полевых испытаний. Имеется только незначительная проблема…

Так что вот так, на любую матрицу найдется свой Нео.

123

В начале семидесятых в части, где служил мой батя, начальником штаба был майор Корнев. В числе его обязанностей была и организация регулярных выездов по каким-то чисто военным делам автомашины в близлежащий город. Пару раз в неделю это происходило.
В город хотелось съездить и офицерским женам, поэтому для этих поездок назначали цивильный транспорт повышенной пассажировместимости. Выезд машины из части должен был происходить в восемь ноль-ноль, но офицерские жены были недисциплинированным контингентом и по факту машина выезжала намного позже.
Я и сам помню - сидишь бывало в машине с мамой, а по дорожке тянутся дамочки одна за одной, а то бывало еще и остановятся на этой дорожке, зацепившись языками. В общем хорошо если в полдевятого машина из части отчалит. А майор Корнев смотрит на это безобразие из окна штаба и у него во внутренностях все содержимое кипит. Он и по отдельности с этими женами разговаривал и в женсовете части вопрос поднимал... - пофиг!
В общем в один прекрасный день он сам себя назначил старшим машины и дождавшись волшебного времени восемь часов ноль-ноль минут ноль-ноль секунд скомандовал водителю - отъезжаем!
Ой! - закричали те жены, что уже успели сесть в машину - вот же Маня и Аня в десяти шагах от нас, да и Глаша с Дашей хотели ехать сегодня!
Похер! - сказал майор - тут вам армия а не где-то там. Поехали!
И машина отчалила, а Маша с Глашей остались лупать глазами на дорожке. По возвращению в часть майор Корнев сообщил, что с сегодняшнего дня планирует казнить старших машины за нарушение графика и не дай бог еще раз кто-то кого-то будет ждать.
С той поры без десяти восемь все отъезжающие ровненько сидели в машине и ждали отправления.

124

В работе фотокорреспондента бывают взлёты, бывают падения, а бывают и анекдоты.

В конце восьмидесятых, начале девяностых, будучи аспирантом, я подрабатывал фотографом в клубе завода "Арсенал". (ИСТОРИЯ №1445477)

1991 год, весна. (год запомните, это важно)

Звонит Колька- приятель мой, редактор заводской газеты-

- Лёнь, ты завтра не сильно занят?

- Не, а что?

- Слушай, у меня фотограф заболел, а тут такое мероприятие - у нас очень заслуженный мужик на пенсию уходит - профком повелел непременно поместить информацию в раздел- "Наши ветераны". Статья у меня уже готова, дядька действительно замечательный, но без фото не пойдёт. Подмогни, а?

- Да без проблем, пропуск у меня есть, скажи куда и когда.

Приехал. На заводе строго, оборонка- всю аппаратуру проверили, спасибо, плёнки не засветили. Прошли в цех. Там народу - половина администрации завода. Чествуют некоего Шедько Ивана Игнатьевича - шестьдесят лет отмечает, из них- сорок восемь лет проработал на заводе, в этом цеху.

- Дорогой Иван Игнатьевич! Сейчас уже даже некому вспомнить, что вы пришли в наш цех в сорок третьем году, в блокаду, и за эти годы, начиная простым разнорабочим (подай- принеси) стали слесарем- инструментальщиком высшего разряда - на всём заводе нет мастера с квалификацией выше Вашей. Золотые руки - это не каждому дано!

Мне Колька на ухо -

- Правда, мужик замечательный, двенадцатилетним пацаном, голодным, по две смены пахал, тут и ночевали в цеху. Ну пошли снимать, работать надо.

Скромный такой пожилой дядечка с добрыми глазами, две медали у него на пиджаке - как говорили, юбилейных тоже куча, но он их не признавал, носил только "За оборону Ленинграда", и "За победу над Германией". Усы у него седые, улыбается. Ехидно. Весёлый, видать.

- Что говорить, так сложилось в нашем поколении. Дай Бог вашему тоже прожить и поработать достойно.

Выбрали несколько мест, ракурсами поиграли, со светом поколдовали - в цеху темновато, красиво кадр не выйдет. А оно же- в газету. Прикрепил вспышку. Раз сняли, два сняли - Игнатьевич - с живым таким матюжком, глаза прищурив-

- Ё...б твою мать, фотограф, я и так вижу плохо, ты меня вообще без глаз оставить на х..й хочешь? Я хоть и пенсионер теперь, но думаю ещё потрудиться, а как, бля, со штангелем без глаз?

Хрипловато так говорит. Но по доброму.

Цех- в хохот. Любили его там, уважали. Действительно, мужик славный.

Мне неудобно, но я же не виноват, что темно в цеху?

Ладно, отсняли. Фото в тираж нужно было дать завтра. Я не спал, до утра проявлял и печатал. Следил только за качеством - в газету же пойдёт?

Колька тоже не спавши, радостно хватает отпечатки -

- Зае...ись, красиво сделал! С уважением - ну Игнатич заслужил же?

Фото пошло в тираж. Выбран был самый приличный кадр - где он стоит рядом с гидравлическим прессом, и скромная улыбка украшает седые усы.

Этот тираж вошёл в историю Арсенала.

Над этим кадром хохотали все, кто его увидел.

Скромный, добрый, заслуженный слесарь. С замечательной биографией.

Яркий заголовок - "Наши ветераны"

И точно под ним- при свете фотовспышки- яркое клеймо на старинном гидравлическом прессе - "Станкостроительные заводы Круппа, 1891 год".

Кстати, мне говорили, что Игнатьевич, когда увидел, хохотал громче всех - и оставил себе эту газету на память.

125

Если вы пригласили француженку на свидание в шесть часов вечера, она придет не в три, не в четыре, а ровно в шесть. Когда вы пригласите ее домой, она с удовольствием примет приглашение. Увидев на столе вино, она скажет, что это ее любимый напиток. Когда вы ляжете с ней в постель, она научит вас тому, чего вы не умели делать. Утром она разбудит вас в семь часов утра, чтобы вы не опоздали на работу, сварит вам кофе и подаст его в постель, оставит вам свою визитную карточку и тихо уйдет. Если вы пригласили на свидание русскую женщину в шесть часов вечера, она придет не в шесть, не в семь, даже не в восемь, а в половине десятого. Когда вы ее пригласите домой, она спросит, зачем это нужно. Когда она войдет в вашу квартиру и увидит на столе вино, она спросит, за кого вы ее принимаете. Когда вы ляжете с ней в постель, она будет мытарить вас до изнеможения по принципу "дам не дам", потом она разбудит вас в три ночи и спросит, любите ли вы ее. Затем разбудит вас в пять часов утра и спросит, когда вы поженитесь. Потом она разбудит вас в девять часов утра, когда вы уже безнадежно опоздали на работу, и попросит сварить ей кофе. Когда вы будете ей подавать кофе в постель, она скажет, что ей здесь понравилось и она останется навсегда.

126

В силу специфики нашей работы, наша компания всегда находится под охраной полиции. Полицейские вооружены до зубов: бронежилеты с дополнительной защитой, каски, автоматы, пистолеты Макарова, наручники и слезоточивый газ "Черемуха". Естественно, каски и дополнительную защиту они не носят — это слишком громоздко и жарко.

Однажды наши полицейские наткнулись на необычные патроны для ПМ. Естественно, они были неучтенными. Долго обсуждали, газовые они или пластиковые. В итоге, в знойный летний день, у них возникла замечательная в своей невозбранности идея: испытать их в действии. Выбрали здорового мента, которого звали Марс. Я как раз вышел во двор покурить и стал свидетелем этого спектакля.

Марса, облаченного в бронежилет, вывели на улицу и завели за трансформаторную будку. Один из полицейских взял ПМ, зарядил его этими странными патронами и выстрелил в Марса с расстояния метров семь-восемь. Марс упал, издавая соответствующие звуки: крики и ругань. Полицейские подошли к лежащему Марсу, сунули палец в пробитую дырку в бронежилете, вытащили пулю и констатировали факт: пластиковая.

Марс наконец поднялся и начал в красках описывать свои ощущения. В этот момент кто-то из полицейских с криком: "Пластик? Ерунда!", выпустил остаток обоймы в Марса с расстояния уже метров пять.

Наступила немая сцена. Марс корчился на земле, а полицейские были в восторге. В этот момент выбежал начкара с выпученными глазами и растрепанными волосами. "Кто?!" - закричал он. Полицейские хором ответили: "Мы!"

Самое удивительное, что причастных наказали не за стрельбу в городе и не за стрельбу друг в друга. Все вопросы были сняты, как только выяснилось, что стреляли неучтенным фуфлом. Но серьёзный выговор они получили за испорченный броник. Главным аргументом было: "Как объяснить начальству наличие пулевых отверстий без факта нападения?!?!"

Злополучный бронежилет прятали в сейфе три дня, а потом тайно подменили на инкассаторский. Там тоже возник скандал, так как инкассаторы летом редко носят бронежилеты, и дырки обнаружил заведующий складом при вечернем приеме оружия.

Теперь на наших бронежилетах гордо красуется надпись "ПОЛИЦИЯ" люминисцентной краской.

129

Нaша семья выжила только благодаря бабушке Шарлоте – папиной мaме...

Она была немкой по происхождению, и потому прививала нам желeзную дисциплину. В первую, самую страшную зиму 1941–1942 годов ленинградцам выдавалось по 125 граммов хлеба – этот мaленький кусочек надо было растянуть на весь день. Некоторые сразу съeдали суточную норму и вскоре умирали от голода, потому что есть больше было нечего.

Поэтому бабушка весь контроль над нашим питанием взяла в свои руки. Она получала по карточкам хлеб на всю семью, складывала его в шкаф с массивной дверцей, запирала на ключ и строго по часам выдавала по крошечному кусочку.

У меня до сих пор часто стоит перед глазами картинка: я, маленькая, сижу перед шкафом и умоляю стрелку часов двигаться быстрее –настолько хотелось кушать… Вот так бабушкина педантичность спасла нас.

Понимаете, многие были не готовы к тому, с чем пришлось встретиться.

Помню, когда осенью 1941 года к нам зашла соседка и попросила в долг ложечку манки для своего больного ребёнка, бабушка без всяких одолжений отсыпала ей небольшую горсточку. Потому что никто даже не представлял, что ждёт нас впереди. Все были уверены, что блокада – это ненадолго и что Красная армия скоро прорвёт окружение.

Да, многие погибли от обморожения. Потому у нас в квартире постоянно горела буржуйка. А угли из неё мы бросали в самовар, чтобы всегда наготове был кипяток – чай мы пили беспрерывно. Правда, делали его из корицы, потому что настоящего чая достать уже было невозможно. Ещё бабушка нам выдавала то несколько гвоздичек, то щепотку лимонной кислоты, то ложечку соды, которую нужно было растворить в кипятке и так получалось «ситро» – такое вот блокадное лакомство.

Другим роскошным блюдом был студень из столярного клея, в который мы добавляли горчицу…

Ещё настоящим праздником становилась возможность помыться. Воды не было, поэтому мы разгребали снег – верхний, грязный, слой отбрасывали подальше, а нижний собирали в вёдра и несли домой. Там он оттаивал, бабушка его кипятила и мыла нас. Делала она это довольно регулярно, поскольку во время голода особенно опасно себя запустить. Это первый шаг к отчаянию и гибели.

Во вторую зиму с продуктами действительно стало легче, потому что наконец наладили их доставку в город с «Большой земли». Но лично мне было тяжелее, потому что любимой бабушки уже не было рядом. Её, как потомственную немку, выслали из Ленинграда куда-то в Сибирь или в Казахстан. В эшелоне она умерла... Ей было всего лишь 68 лет. Я говорю «всего лишь», поскольку сейчас я значительно старше её.

Меня тоже могли выслать из города, но родители к тому времени смогли записать меня как русскую и потому я осталась.

…На сборный пункт бабушку ходила провожать моя мама. Там перед посадкой в эшелон на платформе стояли огромные котлы, в которых варили макароны. Бабушка отломала кусок от своей пайки и передала нам. В тот же день мы сварили из них суп. Это последнее, что я помню о бабушке. Вскоре после этого я заболела. И мама, боясь оставить меня в квартире одну, несколько дней не выходила на работу на свой гильзовый завод, за что была уволена и осталась без продуктовых карточек.

– Мы бы действительно умерли с голоду, но случилось чудо. Когда-то очень давно мама выкормила чужого мальчика – у его мамы не было молока. Во время блокады этот человек работал в горздраве, как-то нашёл маму и помог ей устроиться бухгалтером в ясли. Заодно туда определили и меня, хотя мне тогда уже было почти восемь лет. Когда приходила проверка, меня прятали в лазарет и закутывали в одеяло. Я, конечно, говорю внукам, но им трудно это понять, как и любому человеку, не убедившемуся лично, какая это трагедия - война....

Прошло столько лет, но эхо блокады продолжает звучать во мне. Например, я не могу видеть, если в тарелке что-то осталось недоеденное. Говорю внуку: «Положи себе столько, сколько сможешь съесть, лучше потом ещё добавочку возьмёшь». Он сердится – дескать, вечно бабушка лезет со своими причудами. Просто он, как нормальный человек мирного времени, не может представить, что эта крошечка хлеба может вдруг стать спасением от смерти.

Алиса Фрейндлих

132

Эротические очепятки: Надо у порно учиться! Сисьнительная девушка. Оздоровительный стон. Смазка на ночь. Все генитальное просто! Любовь похожая на стон! Лучшая подлюга. Грусть первого размера. В случае влажных переговоров. Между пошлым и будущим. Унижало одеяло, обижала простыня. Вернуть бы пошлое назад. Займись полезным телом! Я не фильтровала с ним. Игра с Lоvе. Необъяснимо, но fuсk! Шампунь от похоти. Поддержи меня орально! Соси прощения! Я дико извиваюсь. Уделите мне минуточку обнимания! Вам нас не помять! Раздевай и властвуй! Восторг - дело тонкое! Ты надо мной раздеваешься?! Подъеб в шесть утра. Возбуди меня в восемь утра. Не притрахивайся ко мне!..

133

Родина самурая.

Из аэропорта их привезли на двух машинах. Восемь человек рейсом «Токио - Москва» прибыли для реализации давней мечты. Худощавые, небольшого роста, в дорогих костюмах, с одинаковыми дипломатами, в идеально чистых ботинках. Там, где грязь либо засохла, либо замерзла – до блеска начищенная обувь смотрелась особенно нереально. «Макото Миядзаки» - протянул мне руку старший из них, слегка наклонившись вперед. Не слишком низко, но так, чтоб была видна макушка – вспомнил я уроки японских поклонов. Каюсь, сначала я их не различал – черноволосые, узкоглазые, миниатюрные, без возраста. Они ждали медведей, балалаек, снега до пояса и держали в голове единственную формулу: «Русский = раздолбай». Однако упрямые расчеты показывали, что открытие собственного производства в России сократит их расходы на поставку.
График запуска был расписан по дням. Японцы сняли ангар для производства, завезли оборудование, наняли персонал через кадровое агентство и пригласили команду бизнес-тренеров с головного предприятия. Их главным условием было отсутствие русских в управленческом аппарате. Высокое качество и безупречную репутацию мог обеспечить только японец.
Макото петрушил персонал с первого дня. Утренние построения, разнос бригадиров, депремирование сервис-инженеров, увольнения за опоздание. Упаковщики и операторы должны быть на рабочем месте за 15 минут до начала рабочего дня. Русский зам, выполняя поручения, научился бегать. В свои 60. Были и интересные особенности японского менеджмента. Нельзя смотреть в глаза, нельзя держать руки в карманах, нельзя отвечать на вопросы (они риторические). Людей с лишним весом на работу не брали. «Толстый – значит ленивый!» - Макото был непоколебим. Он отслеживал чистоту, систему и точность на всех направлениях. Начались показательные карательные операции. Макото был убежден в том, что русский сносно работает, только когда до смерти напуган. Дух персонала начал неуклонно падать, производительность - снижаться. В раздевалках росло возмущение. Первый звонок прозвенел, когда всех лишили планового отпуска. Тихий саботаж. Как же иначе. Русские инженеры аккуратно вывели из строя оборудование и весь день делали вид, что пытаются исправить поломку. Месячный план пошел псу под хвост. Я знал, кто это сделал. Не сдал, однако сам навалял от души. Ситуация складывалась патовая. Японцы понимали, что уже не управляют процессом, и русский персонал их не слушается. Я понимал, что сейчас начнутся массовые увольнения. Надо начинать переговоры.
Я стоял в его просторном кабинете и терпеливо ждал, пока он проорется. Макото мешал японский язык с английским, добавлял русский мат и периодически переходил на визг – пейзажная смесь… Отрывками я понимал, что Россия – болото, русские - необучаемые дикари, а у меня кисель вместо мозгов. Наконец он выдохся и плюхнулся в огромное черное кожаное кресло. «Говори!!!» - его темные в узких прорезях глаза уставились на меня в ожидании. И мы начали делить сферы влияния… «Если параметры производства снизятся хоть на четверть процента, я тебя уволю!» - крикнул он, когда я уже выходил из кабинета. А через пару дней из головной конторы мне позвонил экономист (давний друг по деловой переписке) и предупредил: «Под тебя копают. Подняли диплом, проверяют специализацию факультета, названивают бывшим работодателям. Для японцев несоответствие специализации диплома и занимаемой должности– это основание для увольнения. Держись». Вот сцуки узкоглазые – отчего-то разозлился я. Тогда я еще не знал, что всего через месяц Миядзаки-сан будет хвастаться перед очередной японской делегацией, что на него работает специалист, который раньше проектировал русские самолеты.
Тем временем ситуация стабилизировалась, и наши показатели плавно и неуклонно поползли вверх. Я был посредником между русской и японской сторонами. Наши добровольно указывали сомнительные блоки, и мы их списывали на тестирование, экономя на случайных выборках для теста и блокируя возможность попадания брака клиенту. Мои упаковщицы стали улыбаться, а сервис-инженеры перестали заливать стресс кофе.
Мы стали сближаться с Макото. С противоположных полюсов мы шли навстречу друг другу. Он становился мягче, я - жестче. На деле Макото Миядзаки оказался невероятно щедрым, мудрым, эрудированным и интересным человеком. Он учил нас рисовать и расшифровывать иероглифы, рассказывал о четырех алфавитах в японском языке, заказывал неведомых рыб из Японии, показывал, как правильно готовить и есть креветки, учил особой гимнастике. Он ел репчатый лук как яблоко, приговаривая «Осень похош на наш имбир!». Обожал борщ и оливье. Он двадцать лет прожил в России, его три сына выросли без него, Макото летал в Японию всего дважды в год - на новогодние праздники и две недели в июле. Ему было 63, когда его руководство наконец предложило вернуться на родину и продолжить работать на местном предприятии, или уйти на пенсию. Он отказался. Он сказал, что больше не может работать с японцами. Он будет работать с русскими.

134

В каждой семье свои праздники. Все поколения Салье отмечали и отмечают первое апреля, сутки гуляя под большое декольте.
У меня есть любимый друг Доржик.
В прошлом году, в восемь утра первого апреля, я позвонила ему из Китая в Германию и сказала, что на нашего друга Петю в саду его дома напал волк. Дело было так: волк шел себе по лесу, как вдруг учуял, что в деревне Руст у мопсихи артистов Горбуновых началась течка, и так неукротимо захотелось ему с ней спариться, что он рванул в деревню и напал на Петю, закрывавшего мопсиху собой. Доржик поверил каждому слову. Вломившись к Пете с Мариной в дом с воплем «Ребята, я тут!» и наткнувшись на подозрительно безмятежную утреннюю тишину, Доржик вдруг горестно вспомнил, как ровно год назад он обзванивал все московские ветеринарные аптеки в поисках специального, запатентованного только в РФ, встраиваемого калопросеивателя для мопсов, чтобы извлечь из той же самой мопсихи проглоченное ею Маринино бриллиантовое обручальное кольцо. А ведь тогда Доржик божился, что больше никогда. Стоит ли удивляться, что вчера он согласился петь главную партию Чингизхана в берлинской Дойче Опер вместо внезапно заболевшего монгольского тенора из Улан-Батора? То, что он артист пластической драмы и петь не умеет, его, кстати, особо не смутило. К тому же театр обещал, что петь надо будет под фонограмму, а деньги приличные.
Жене нашего актера Антона я сказала, что в аквапарке, где работает ее муж, лопнул гигантский акулинариум. Вырвавшиеся на свободу акулы плавают теперь в теплых бассейнах с горками и гидромассажами, а артисты и посетители прячутся на крыше и ждут спасательных вертолетов. Нормально, поверила. Германия же, тут всякое может случиться.
Моим русско-итальянским подружкам я заслала строгое письмо из российского посольства в Милане с требованием привести детей на деньпобедные патриотические мероприятия, с плохо завуалированной угрозой расправы в случае неявки. В чате поднялся вихрь и переполох: да я им, да пошли они, да надо позвонить, да как посмели. Родина, ау, ты наводишь ужас.
Несколько лет назад первого апреля я потихоньку от Димы «предупредила» свою свекровь Бабу Зину, что ее чокнутый сыночек готовит ей подарок-сюрприз: выписал откуда-то за дикие деньги двух ангорских коз и в эту самую минуту уже едет в аэропорт отправлять этих коз карго, а всё потому, что деда Вова очень уважает козье молоко, только вы меня, Зинборисна, бога ради не выдавайте. Перепуганная Баба Зина, живущая на пятом этаже сталинского дома, успела подарить одну козу золовке в обмен на пристройство к той на балкон обеих коз до начала дачного сезона, а заодно и поругаться, потому что золовка решила, что бабызинина ангорская коза начнет золовкину ангорскую козу на балконе щемить и крымнашить.
На следующий год Бабе Зине звонили уже «с телевидения» договариваться об интервью для передачи «Малая Родина Большого Таланта». Баба Зина постирала занавески, вымыла окна, сбегала на маникюр и заранее написала короткий рассказ о славном Димочкином детстве.
Диминому другу Владику я однажды сообщила, что у него дома в Улан-Удэ на участке нашли нефть. Поверил.
Студентам моей сестры предложила лететь в космос переводчиками с финского. Согласились.
Другой друг бросил репетицию, чтобы вытащить Диму из-под обвалившегося в нашей квартире камина. Через год этот друг, забыв уже про камин, а заодно забыв, что он актер театра кукол, почетный Карлсон и Нафнаф, обзванивал знакомых и спрашивал, сколько просить за предложенную ему главную роль в «очень откровенном кино». «Насколько откровенном?» - робко спросил он по телефону мою питерскую домработницу Викусю, представившуюся по моей просьбе помощником режиссера и имевшую идеальный для такого случая голос - задорный и чутка хамоватый. «Оччень откровенный», - хмыкнула Викуся с хрипотцой, и друг взвыл, но куда деваться, ведь дома двое маленьких детей, их кормить надо. Дима сказал, что у меня нет ни сердца, ни совести.
Одна бедная девочка, съездившая на остров Сайпан, получила на первое апреля звонок из Боткинских бараков. «Вы только не волнуйтесь. Ситуация под контролем. У вас нет температуры или сыпи? Вы одна дома? Приготовьте паспорт. Не выходите на лестницу. Там дежурят сотрудники. Не пытайтесь вступить с ними в контакт. За вами уже выехал спецтранспорт». Рыдая, она обзванивала знакомых, и кто-то опытный ей сказал, что тут очень сильно пахнет Лизой…
Мой друг-дизайнер ездил вызволять приятельницу, интеллигентную до легкой тошноты даму-театроведа, ростом в сто двадцать сантиметров, в толстых очках и с именем Ирэна, посаженную в обезьянник за пьяную уличную драку.
Девушкам из Украины я сообщила в прошлом году, что из зоопарка сбежали львы и бегают тут у нас по улицам в районе Эттенхайма. В результате девочку-подростка не выпустили гулять, ее десятилетний брат два часа не отходил от окна в ожидании львов, а сами девушки написали в украинскую группу, где все тоже сразу поверили, засели по домам и наглухо забаррикадировались.
Но сливки, сливки-то достались, естественно, Димочке.
Первого апреля 2006 года к нам в квартиру на Херсонской улице позвонил полицейский. Дверь открыла няня, на которую полицейский тут же с порога рявкнул, и она от испуга даже и вспомнить не посмела про удостоверение. Няня прибежала к Диме и задыхаясь сказала: «Дима, там к вам полиция!» Полицейский строго потребовал паспорт, удостоверился, что Номоконов Дмитрий Владимирович пока еще не скрывается от правосудия, а вот стоит тут перед ним собственной персоной, и осведомился, известны ли ему некие граждане N. и Васильев. «Известны, - ответил Дима, - этот N. - бывший муж моей жены, а вот Васильев Петр Владимирович - мой друг». А известно ли вам, Дмитрий Владимирович, что вчера вечером в аэропорту Пулково у гражданина N. были похищены ящики с ценным театральным реквизитом? И N. в своем заявлении уверяет, что это сделали вы, Дмитрий Владимирович, и ваш сообщник Васильев, а больше-то и некому. Тут Дима взвился, естественно, и сказал полицейскому, что N. этот - еще тот козел, что ящики с его поганым реквизитом нужны ему, Диме, как рыбе зонт, и что вчера утром он, Дима, вообще сидел в самолете из Милана в Хельсинки! Полицейский потребовал загранпаспорт, внимательно изучил пограничные штампы, сказал, мол, «пробьем-проверим» и отбыл. Дима мрачно ходил по дому, няня спряталась в детской, а я давилась от адского смеха, запершись в ванной. Минут через десять вдумчивого анализа Дима постучал в дверь ванной и угрожающе сказал: «А ну-ка вылезай!»
(Самое трудное во всем этом мероприятии было даже не форму полицейскую найти, а найти профессионального актера, который бы при этом еще и не успел засветиться в сериалах, и которого бы Дима не знал по Академии, где он какое-то время преподавал фехтование.)
Вчера уже под вечер мне позвонил какой-то невыносимо грустный мужик и спросил: «Вы Лиза? Это вы ищете надсмотрщика за зверьми для цирка шапито?»
Номер был финский, и я сразу поняла, что где-то на далеком севере лютует над доверчивым народом моя сестра Аня.
«Да, это я, да, ищу», - ответила я.
«А какие у вас звери?» - печально спросил мужик.
«Слон, - говорю, - два верблюда и крокодил. Но с крокодилом хлопот почти нет, кинул ему живого козла раз в день, он и спит потом сутки. Вы только должны следить, чтобы он не поперхнулся. А платим мы очень прилично».
Мужик вздохнул и спросил: «А если он поперхнется?»

Lisa Sallier

135

Супруга рассказала.
80-е годы. Ее подруга с сыном трех лет заходит в магазин без пятнадцати восемь. То есть тетки за прилавками уже мысленно дома. А тут мамаша с ребенком, пельмени им подавай.
- Ну, женщины, пробейте пожалуйста, дома на ужин шаром покати, в обед в магазин не успела, потом с ребенком в поликлинику, а там знаете какие очереди...
Эти стены не пробить.
- Женщины, сжальтесь, муж с работы голодный, ну что вам стоит!
Ноль реакции. А время идет. Когда до закрытия магазина остается минут, наверное, пять, Сереженька снимает варежки, подтягивается на прилавке, как может, но продавщицам его уже видно, и выдает:
- Дайте пельменей, суки.
С пельменями ушли, так-то.

138

Рубрика "Да вы капитализацию Apple-то видели?!!!", клинический вестник "Дорогой за дорогой к перемоге", весна 2024 года.

В 2021 году в США принимается закон про ускорение развёртывания национальной инфраструктуры по зарядке автомобилей. Бюджет - пять миллиардов долларов.

В 2024 году выясняется, что бюджет кончился, да и три года прошло.

В рамках проекта построено восемь зарядных станций для автомобилей.

Восемь.

— В этом году мы, Витя, должны были сделать миллион тракторов. Сколько мы сделали?

— Четыре.

— Чего четыре? Миллиона?

— Просто четыре.

Запад сейчас - абсолютная, космическая коррупция. Процент сворованного уже около 100%, процент выполненного от запланированного - около нуля. Схема рабочая, потому что никого никто ещё ни разу не наказал. Придумываешь законопроект о поддержке чего-то экологично-трансгендерно-актуального, пишешь буквально абы что в качестве обоснования, ставишь конские числа бюджета, потом внутри Конгресса/Сената со всеми перетираешь "я поделюсь", потом регистрируешь под выполнение задачи юрлицо с племянником или дочкой во главе, закон принимается, на фирму уходят целевые дотации из бюджета, все делятся, тема закрыта. Суммы с фактическими делами не бьются никак.

139

Конечно этой же ночью меня подняли. Пришел какой-то «фазан» толкнул в бок и сказал:
-Пойдем деды зовут.
Страшно ли было, да пожалуй нет. Видимо уже выработалась привычка. Когда тебя метелят толпой корейцы сломав об твою голову доску а потом пинками забивают под уходящий поезд вот там было страшновато. А здесь поезда не было.
Деды чифирили, человек восемь, большинство сидело на кроватях, а один лежал. Все началось с лекции об уставных взаимоотношения. Мне даже поведали о судьбе того ефрейтора который сейчас лежал в медчасти с поломанной переносицей и как он правильно себя вел по отношению ко мне. Я молчал и вникал. Но потом тот кто лежал изогнулся и захреначил мне ногой в горло. Попал в кадык и заорал:
-Ты все понял салабон?! - я смог только кивнуть головой в знак согласия, потому что не мог восстановить дыхание.
-Что ты понял?! - в этот момент я уже смог прохрипеть.
-Понял, что пиздец тебе! - и схватил с тумбочки граненный графин. Одним ударом превратив его в «розочку» о батарею отопления. И взмахнув ею перед лицами дернувшихся остальных кинулся на обидчика.
Тот оказался довольно шустрым перемахнув на другую сторону кровати. И так же шустро ломился по проходу в сторону выхода из казармы. Но я знал правило — взял нож бей! И от наших не уйдешь! Поэтому бежал следом. И у меня было преимущество, я ведь одел сапоги, а он походу был даже без носков. Поэтому чуть не сбил заходящего в тот же выход дежурного офицера части, а для меня последовала команда — стоять воин!
Я дисциплинированно остановился. Не помню отдавал честь или нет.
-Куда он побежал? - непонимающе взревел офицер.
Я скромно пожал плечами в незнании:
-Может поссать захотел?
-А это что за херня?! - показывая на «розочку» в моих руках произнес он.
-Да графин разбил когда слазил с кровати, выкинуть хочу, - смотря честно в глаза заверил я. - готов понести взыскание.
Офицер оглядел казарму, дневального на тумбочке и не увидев ничего подозрительного, скомандовал:
-Отставить. С утра доложишь старшине. А сейчас отбой.
И я поплелся на свою кровать. Больше в эту ночь меня не поднимали, вероятно боялись, что старшина разбитые графины на всех поделит. Да и офицер беспрерывно шарахался так видимо мне и не поверив.

От дальнейших разборок меня с утра спас командир части. Но это другая история, расскажу как будет время.

140

Caldera
Часть вторая

В центре Бахо Бокете есть фонтанчик, на камне которого выбиты названия близлежащих деревушек - Пальмира, Лос Наранхос, Волкансито, Йеремийо, Кальдера. Они все расположены еще выше в горах. Конечно, если вы молоды, занимаетесь спортом, сильны и выносливы, то вам ничего не стоит сесть в "дьявол", следующий до Лос Наранхос, с рюкзаком и плащ-палаткой, выйти у национального парка вулкана Бару, девять часов подниматься по горной тропе под внимательными взорами пяти видов пум, что там водятся, разбить палатку в кратере спящего вулкана, провести там ночь под ледяным ветром и божественным звездным небом, а утром встретить рассвет и любоваться на два океана под вашими ногами. Хотите себе - Атлантический... а не хотите - Тихий. Они оба оттуда видны. Здорово, правда?

Но мне уже не по зубам 18 часов горных троп и встречи с дикой фауной. Зато я проехала по всем деревням на "дьяволах", глядя в окошко. А вот в Кальдеру про которую я читала еще в Монреале и надеялась увидеть воочию, попасть я долго не могла. Что такое Кальдера? Во-первых, это название горной реки. Ее можно и в Бокете посмотреть. А еще есть деревушка под таким же названием, а рядом с ней есть гейзеры. Натуральные источники. Теплые. Ну прямо тебе спа на минеральной воде. Вот туда моя душа рвалась. Два месяца. Потому что нужного дьявола я никак не могла отыскать.

Гугл мне советовал сесть в автобус до Давида (спасибо большое, читайте первую часть), там пересесть в другой автобус до Кальдеры. В итоге два с половиной часа пути в одну сторону. Но я видела на трассе дьяволов с табличками "Бокете-Кальдера"! Вот только они всегда проносились мимо, не останавливаясь, битком набитые. Значит, надо найти конечный пункт остановки в Бокете. Месяц прошел. Нашла. В девять утра подошла к микроавтобусу с открытым багажником и пацаном, что ведра из него вытаскивал. Дверь в салон тоже была нараспашку. В салоне на переднем сиденье сидела одна панамка, уткнувшись в мобильник. Шоферское место пустовало.
- В Кальдеру? - спросила я паренька с ведром. А он уже кроссовки переобувал. Белоснежные снимал, а какие-то рабочие, неказистые обувал.
- Ага, кивнул он.
- Агуас термалес? - уточнила я. На всякий пожарный.
- Ага, кивнул он и достал тряпки. В общем, начал мыть своего дьявола снаружи. Стекла, корпус...колеса вымыл! Восемь ведер воды вылил на него! Переобулся в белоснежные и исчез. Было десять часов утра тридцать минут, когда салон потиху стал наполняться, а впереди сидяшая панамка исчезла. Она вновь возникла минут через десять с двумя стаканами кофе. Один стаканчик бережно так поставила водителю и опять уткнулась в телефон.

К одиннадцати явился шофер дьявола. Очень важный. Невозмутимый. И в черных очках. Я специально прикрепила клип внизу. Если вы сейчас оторветесь от чтения и его посмотрите, то легко узнаете моего водителя дьявола в том надутом как индюк гитаристе! Один-в-один! Ну а панамку, которая с кофе, сами выберете. Правда, настоящая не такая высокая была.

Прочувствовали атмосферу? Ладно. Едем наконец-то. Сзади меня сидит молодая мама с мальчуганом-непоседой лет 4-5. Она как могла его утихомиривала, пока ему не надоело сидеть и он не рванул вперед по салону.
- Кто тебе разрешил? -истошно шипит ему мама.
- Разрешите! - тотчас обращается мальчуган к сидящему впереди. Тот поджимает колени, пацан проскакивает вперед и орет счастливым голосом следующему "Разрешите!", усаживается впереди и смотрит на мать торжествующе.

Через тридцать минут меня высаживают и парень в белых кроссовках машет рукой в сторону таблички "Термические ванны". - Заберем тебя в 15:30! Жди здесь! кричит он мне напоследок. С асфальтированной дороги я перешла на щебенку и побрела по ней вперед. Уже полдень. Солнце светит нещадно. Внезапно почувствовала себя тов. Суховым. Достала из рюкзака полотенце. Скрутила чалму. Вдруг вижу впереди идущего навстречу пацана! Он несет пакет, полный орхидей. Небось, в лесу нарвал. Спрошу-ка я на всякий случай, правильно ли я иду. Да, а вы меня представили? В чалме? Ну вот, говорю:

- Ола, агуас термалес пара аки? А он смотрит на меня как-то... жалеючи так и предлагает купить орхидею. Всего за 50 сентимо, сеньора! И добавляет: А то идти-то вам четыре километра...

Первый удар. К счастью, не тепловой. И что мне делать? Идти назад? Отказаться от мечты, когда до нее всего-то каких-то четыре блядских километра? Вежливо помахала "нет", нет, мол, не куплю орхидею, помирать так без нее обойдусь. И пошла вперед.

А дорога под резкий уклон цементированная, а на плавном - каменистая, в щебне. Прошла какое-то водохранилише... мост через реку Кальдеру...вошла в лес на тропу. На мое счастье, из зарослей появился некий спортсмен с палкой-посохом в руке. Оказался местный житель. На прогулке. Довел меня до гейзеров. Там, в тени раскидистых платанов жить стало намного приятнее. А еще и три баньки из камней на свежем-то воздухе, одна в 35 градусов. другая в 40, а в третьей, что в 42, я только пятки подержать смогла.

Я забыла, что мне до моего микроавтобуса еше четыре километра опять пройти надо. Все время на подьем. Вода в бутылке почти закипела, такая стала горячая, и кончилась быстро. Ох. Ну раз вы меня читаете, то значит, все закончилось благополучно. Правда, дьявол мой уже уехал, когда я к трассе-то вышла. Там кафешка придорожная стоит. Помните фильм Убить Билла? Там главную героиню закопали живую, она из могилы выползла и в ресторанчик зашла? Попить? Ну вот вы меня и представили. Дрожащими руками открыла холодильник. Одна бутылка воды, вторая, и сок. "Откройте все!" У меня руки не справлялись с пробками. Вышла из кафешки, побрела по трассе, навстречу панамка. Звонко так хохочет, меня увидев. - Давно идешь? - кричит мне. Ага, давно.

Но я все равно так счастлива была, что таки сделала Кальдеру и восемь километров по горам!

141

РУ – это распределительное устройство. Их на каждый котел два. Одно на триста восемьдесят вольт, второе на шесть киловольт.
То, которое на 380, называется в разговоре - «ру ноль четыре». Там в высоких шкафах стоят пресловутые магнитные станции. Они включают воздуходувки и вентиляторы котлов небольшой мощности. Киловатт на двести. Не больше. Раз в несколько лет РУ выводят в резерв, и мы их чистим. То есть нетканой тканью, которая лучше идет на портянки чем на обтирку, мы трём все поверхности шин и щитов. Потом втаскиваем шланг от компрессора и, одев намордники, сдуваем пыль, встревоженную тряпками. Открываем двери в турбинный и котельный цеха. Там люди убегают сломя голову от нашей электрической пыли. Двадцать процентов пыли мы собираем лопатами с пола, десять процентов улетают в смежные цеха, а остальное садится на соседнее оборудование. Дурь несусветная! Но, к сожалению, пылесосы в конце восьмидесятых прошлого тысячелетия были в Сибири еще не изобретены.
У меня с РУ связано! Будучи монтером я, как-то ночью, дергал предохранители в этом РУ и не нарочно, конечно, не выключив автомат, то есть не сняв напряжение, задел болт под предохранителем. Полбороды и усы, а также всё жало большой отвертки слизнуло взрывом-пламенем… Ослепнув и отлежавшись на полу – сознание подсказало, что лучше замереть, чем искать выход наощупку и наткнуться на голую шину с напряжением, я спокойно, как только может быть спокоен сапёр, у которого в руках только что взорвалась шутиха, заменил предохранитель и сделал в журнале запись – «схема разобрана», мол.
Но утром явился, как всегда на пересмену, Михайлович и, увидев мою розово загорелую рожу без бороды и бровей, сразу уткнулся в журнал, а прочитав мои записи, прозорливо попросил показать мой индикатор, а потом отвертку. Отвертку я не смог ему показать. Потерял, мол. Постеснялся предъявлять ручку от неё. Как я мог ему объяснить исчезновение двенадцати сантиметров стали толщиной в восемь миллиметров? Михайлович и не требовал настойчиво, а попросил меня проводить его в это клятое РУ. Ничего там не нашел (я все зачистил и заменил колодки предохранителей), но премии меня лишил… Гад!

143

История для САНЬДА про другой кокс...

Аккурат летом девятнадцатого года я был приглашен на юбилей одного состоятельного товарища.
Мы с ним когда то по молодости занимались спортом в одной секции и поэтому я был приглашен в числе избранных как старый товарищ и спарринг-партнер.
Программа была заявлена шикарная, каждого спросили какой кто будет употреблять алкоголь и все было в соответствии с пожеланиями, так же он попросил предупредить наших жен что бы рано нас домой не ждали.
Праздник удался, ведущий, конкурсы, стриптизерши, комната для курения сигар двадцатипятилетний виски и пятидесятилетний Дагестанский коньяк!
На конкурсе танца со стриптизершей я выиграл приз в виде пачки презиков с какой то смешной надписью.
После двенадцати мы всей компанией переместились на третий этаж в ночной клуб через дорогу на летнюю веранду.
Там как обычно было весело и много знакомых.

Наш состоятельный товарищ который платил за всю движуху, присел за столик к трем дамам одна из который была его старая пассия, а две других ее подружки.
Они с завистью смотрели на подругу, так как товарищ довольно известная в городе личность и они знали про него.
Так как мы пили за юбиляра и называли друг друга исключительно брат, эти дамы подумали что и я тоже из состоятельных кротов, так как брат состоятельного человека не может быть голодранцем.
Они попросили заказать на стол еще водки сока и нарезки, а так же фруктов и еще что то.
Да не вопрос, мне было не жалко так как за все платил именинник.)

Одна из дам видя как я лихо решил вопрос с заказом даже не интересуясь ценой вопроса сколько стоит в баре Спельта, решив что я тоже состоятельный крот впилась мне в ухо и стала рассказывать про свою жизнь.
И уже через двадцать минут я знал что она капустница как она себя назвала, любит деньги, зарегистрирована на сайте Содержанки ру. по моему, и в данный момент она свободна.
Ее бойфренд который ее содержал и даже хотел на ней жениться, правда как только сможет развестись с женой, присел в кпз.
Еще минут через двадцать я выяснил что посадили его за наркоту, так как он очень любил нюхать кокс и ее приучил тоже.
Потом она мне начала рассказывать как ей нравится трахаться и сосать особенно под коксом, и что она могла заниматься этим часами.
Потом настойчиво просила записать ее телефон и набрать чтобы на неделе пересечься, или зайти к ней в инсту чтобы мы могли общаться.
Потом обрадовала меня что совсем за смехотворные сорок восемь тысяч рублей которые ей нужны для покупки абонемента в Ворлдкласс она готова продемонстрировать мне свое искусство.
Потом выпили еще по сто пошли танцевать медляк.
Во время танца она стала лапать меня за ширинку, прижиматься ко мне.
Потом стала шептать на ухо.
- Зая пойдем в туалет, у тебя же есть с собой?
- Конечно есть - и я похлопал себя по карману пиджака где лежали презики.

Спустились вниз, отстояли очередь возле гендерно нейтрального туалета, после чего зашли в кабинку под неодобрительные взгляды охранника.
- Давай доставай, я сейчас!
И отвернувшись стала рыться в сумочке висящей на плече.
А меня два раза просить и не надо, я расстегнул ширинку, достал агрегат и надев презерватив застыл в боевой готовности.)
Примерно через минуту она поворачивается ко мне.

Картина маслом!
В левой руке у нее зеркальце, в правой кредитка и скрученная в трубочку тыща.
- Ну давай доставай!
- Так я достал!)
- Что достал?
- А на что это похоже?
- На хуй!
- Вот я хуй и достал!
- А кокс где?
- А кокса у меня нету!
- Ну без кокса хуй тебе а не секс!
И выскочила за дверь.

Посмотрел я в зеркало на мудака в презервативе с расстегнутой, снял его, сделал свои дела и пошел на верх, по пути размышляя как сильно я отстал от жизни, ведь при слове кокс я сначала подумал бы про коксующийся уголь.)
На верху моя пассия быстро нашла себе нового кандидата, с бородой в бейсболке, с серьгой в ухе в виде крестика, в розовых кроссовках, который понимал о чем речь.
Минут через десять они ушли по знакомому маршруту и вернулись через пол часа уже веселые, возбуждённые и довольные.
Поэтому ищите да обрящите!
Ну или кто ищет тот всегда найдет!)

Всем хорошего дня!

05.02. 2024 г.

147

В одну из очень редких командировок, отправился с напарником. Расстояние небольшое, сутки на поезде, длительность максимум три дня, задача приемлемая - обучение. Минус большой, напарник совершенно новый сотрудник. Ну не то, чтобы это критично, но определённый дискомфорт присутствовал первые полчаса после отправления. За время пути и по ходу пьесы познакомились поближе. Перед отъездом он зовёт в кафе, по случаю завершения командировки. Вот там то он откровенно меня удивил.
- Люблю командировки, только тут могу изменять жене спокойно.
- Когда ты успеваешь? Вместе же все время, и в номере гостиницы, и в столовой.
- Женаты мы восемь лет, она прекрасная женщина, отличная хозяйка, и безупречна в приготовлении еды. Все как в меню, первое, второе, салат, компот, десерт. Строго по классическим рецептам, из натуральных продуктов, за неделю повторения блюд нет, нет пересоленых супов, нет подгорелых пирогов и несвежих овощей. После двух лет совместной жизни, я попытался водить жену по своим старым друзьям и родственникам. По самому незначительному поводу, хотя бы раз в неделю, лишь бы отведать запретного плода. Но она всегда остаётся собой, никаких экспериментов и новшеств.
Вот сейчас я ей и изменяю.
Осмотревшись по стороной, он продолжил:
- С этим гарниром, котлетами и ароматными специями, я совершаю гастрономическую измену...

149

Звонит покупатель:
- А ваша солярка у нас замерзла.
- Почему у вас? Она у всех замерзла, вы градусник видели? Минус восемь.
- Да? А что нам делать?
- Ничего. Ждать пока потеплеет, - я говорю.
Покупатель, такой, задумался на пару секyнд:
- Ну выпишите нам еще пять кубов.

150

Просто так 33.
Отцы и дети (мимоза).
"Люблю я собаку за верный нрав,
За то, что, всю душу тебе отдав,
В голоде, в холоде или разлуке
Не лижет собака чужие руки."
Сколько себя помню, всегда был без ума от собак. До сих пор не понимаю родительских мотивов, но щенка мне так и не подарили, хотя просил очень-очень, местами умолял и даже шантажировал. Ничего не помогло и тема осталась нераскрытой.
Ну раз не получилось отдать любовь одной собаке, пришлось разделить её среди многих, по этой простой причине меня знали все бродячие и бездомные псы в городе. Нельзя было никуда пойти, не будучи через несколько минут окружённым экскортом, с виляющим хвостами и преданными глазами.
Самым большим моим фанатом и любимцем была дворняга с редким именем Шурик. Эта чёрная и похожая на ротвелера бестия всегда была где-то рядом и могла материализовываться прямо из сумрака. Каждое утро он встречал меня около подъезда и провожал до школы. Там пёсель получал честную половину моего завтрака и исчезал до окончания занятий, что-бы встретить меня у крыльца, когда прозвенит последний звонок. Потом мы неторопливо брели домой, я рассказывал ему о своих двойках и что Олька такая дура, пусть и красивая. Шурик никогда не перебивал, слушал внимательно и во всём со мной соглашался. За это мой верный друг всегда был вознаграждаем, тем что я и мои закадыки оторвали в пользу голодающих от своих школьных обедов. Дойдя вместе до подъезда дома где я жил, мы с ним тепло прощались и расходились по своим делам, что-бы утром встретиться вновь.
В детстве я очень часто болел и валялся в больнице с воспалением лёгких каждую весну и осень. Когда загремел в стационар в очередной раз, то что-то пошло не так. Традиционный курс антибиотиков желаемого эффекта не дал, мне становилось всё хуже, а мир вокруг стал вдруг серым и неинтересным.
Лечащий врач попросила родителей придумать что-нибудь, что меня всерьёз заинтересует или обрадует, сказав что это иногда может существенно облегчить симптомы и помочь выздоровлению.
Однажды мне принесли передачу, как тогда было принято-всякие соки, апельсинки и прочее. Это событие в том числе означало, что надо было подойти к окну и успокоить родных, показав знаками, что не всё так безнадёжно, ты держишься достойно и даже не плачешь.
В какой уже раз за последний месяц, я забрался на подоконник, натянул на лицо улыбку и принял позу Ю.Гагарина, когда тот делал ручкой прощаясь с планетой. На третьем взмахе моя рука застыла в воздухе, т.к. я увидел что родители пришли не одни. Вместе с ними был Шурик, который видимо только для меня, ходил на задних лапах и радостно лаял на моё окно. Серде моё затрепетало, мне вдруг так сильно захотелось выздороветь и поскорее вернуться домой.
На следующий день моё самочувствие резко улучшилось и хрипы в лёгких почти сошли на нет. Маловероятно, что на выздоровление повлиял визит старого друга, скорее всего это был новый антибиотик, который начали колоть несколько дней назад, но поди знай наверняка.
Когда меня выписали, я пристал с расспросами к родным: как им удалось уговорить такого независимого пса как Шурик прийти ко мне в больницу. Родители рассказали, что просто подошли к собаке и сообщили, что Вовка болеет и очень по нему скучает. Шурик проникся и совершенно добровольно пошёл с ними меня проведать. На тот момент меня такое объяснение вполне устроило и показалось логичным, в восемь лет доверяешь родным безаговорочно, как правило.
Спустя годы, когда я уже стал взрослым, на семейном мероприятии вспомнили эту историю и я потребовал рассказать как всё было на самом деле. Папа смущаясь поведал: "Понимаешь Вовка, мы так за тебя переживали, что были готовы на всё что угодно, только бы ты поскорее поправился. Зав. отделением порекомендовала придумать что-нибудь, что даст тебе стимул побыстрей оказаться дома. Когда мы собрались к тебе с визитом и вышли из подъезда, то увидали твоего лохматого друга, подумали-вот то что нам надо и решили его взять с собой. Ошейника у этого отщепенца никогда не было и нам пришлось всю дорогу до больницы его подкармливать. Этот троглодит ненасытный сожрал полбатона колбасы, пока мы до тебя добрались. Но это того стоило, ты был рад и пошёл на поправку".
Не бывает ничейных собак, есть собаки которые пока не нашли себе дома и пристанища. Они не хуже и не лучше всех остальных псов, просто не повезло. Пожалейте неприкаянных, им нелегко и голодно живётся. Не бросайте в них камни, а лучше дайте немного пожрать. Поделитесь, от вас не убудет, а кто-то из этих бедолаг вдруг да сумеет дожить и встретить того единственного на всю собачью жизнь, которого назовёт хозяином.
Собака - друг человека. С этим будет спорить только ....... А вот в комментах и увидим.
Владимир.
08.01.2024.

12345678910 → дальше →

Партнеры

Реклама