Результатов: 8

1

Сын сегодня с классом был в Приютино.
Масленица, музей, все дела.
Рассказывает, что как.
Баянист у нас, говорит, был. Сначала старые всякие песни играл. А потом современные.
- Песню "Горностай" ещё сыграл.
- Какой такой "Горностай"???
- Ну, "Опа-горностай".

"Опа-горностай"! "ОПА-ГОРНОСТАЙ"!!! "GANGNAM STYLE", МЛЯ!!!

2

Началось все в пятницу вечером часов в десять. Областное гаишное руководство направило патрули по весям и сёлам области для наведения порядка в выходные дни. Вот один из патрулей занял исходную позицию на одной из дорог, соединяющих небольшой городок и несколько сёл. И так, 10 вечера середины октября. По дороге в направлении городка двигается автобус и за 5 вёрст видно и слышно, что компания, сидящая в автобусе, что-то отмечает. Естественно, гаишники не могут и не должны упустить столь замечательное мероприятие. На дорогу выходит один из них и жезлом приказывает остановиться. Что автобус и делает, но только с небольшим опозданием так метров на 50 проехав гаишный патруль. Гаишник ждёт, когда из автобуса к нему подойдет водитель. Проходит 5 минут - никого, проходит еще 5 минут - никого. А в автобусе веселье и не останавливалось, звон бокалов, веселые тосты, песни. Терпение у гаишника кончилось. Он сам идет к автобусу. Открывает водительскую дверь, а на месте водителя никого. Так-как на дороге темно, гаишник решает обойти автобус вокруг, что и делает - и опять никого. Тогда он стучит в дверь пассажиров и требует, чтобы её открыли. Но перекричать весёлую компанию орущую песняка трудно. В растерянности гаишник идет к своим посоветоваться, что делать. Отходит от автобуса. Как тот трогается и едет дальше. Гаишник в еще большем недоумении сначала бросается за автобусом и пробежав метров 20 понимает, что не догонит, бежит к своим, хоть они гаишники и сдают нормативы, а пока тот бежит 100- метровку, автобус успевает повернуть за поворот. Прибежав к своим ещё минут 15 уходит на отдышку и объяснения. И погоня начинается,.... ах если бы гаишники знали... Километров через 10 они догоняют автобус. Подставлять борт новенькой только-что полученной машины никто не хочет, поэтому они обгоняют его с запасом на пару км и ждут его на дороге. Ситуация повторяется точно, как и в первый раз. На этот раз к автобусу бегут все гаишники, осуществляя план "захват". Один к водительской двери, один к пассажирской, один грудью перекрывает движение вперёд, еще один сторожит сзади. На водительском месте никого. А пассажиры уже и не только поют, но ещё и пляшут. Музыка, крики... В общем веселье в самом разгаре. На требование открыть дверь ответа нет. Гаишники силой открывают дверь автобуса. С большим трудом заставляют веселую компанию замолчать. И задают вопрос, который их так интересует. Где водитель? Компания не поймёт, что от нее хотят. Мол вам нужен водитель, вы и ищите, но только, что он был там и все показывают на водительское место. Потом переглядываются и начинают разбираться между собой, кто-бы мог быть водителем. После продолжительных разборок объявляют гаишникам, что водитель должен быть самый трезвый и они решили, что это баянист, он не пьёт. Баянист согласился, что он не пьёт, но водителем быть не может по причине отсутствия ноги. Надо отметить, что гаишники дабы не спугнуть автобус без водителя, оставили машину на дороге без габаритов да ещё и на встречной полосе. В это время тракторист соседнего села втихаря решил привезти сенца на кировце и чтобы его не засекли, медленно ехал без включенных фар и объезжая автобус... а тут на тебе, какой-то придурок бросил машину на дороге без габаритов. Слыша грохот мнущегося металла, гаишники бросают автобус, бегут к своей машине. И видят въехавший кировец в ж"пу ихней служебной машины. Они к кировцу, в кабину. А там ... Правильно - никого нет. Тракторист - не xxxxx, быстро сориентировался и залёг за ближайшем деревом. А в это время трогается автобус. Гашники решили, что тракторист сбежал окончательно и больше не вернётся, и поэтому трактор никуда не денется. Садятся в машину и за автобусом. Гаишники опять догоняют автобус. Бaнально, но ситуация уже была ранее опИсана. До городка остаётся километров 5 и время уже далеко за полночь. На настойчивые требования гаишников сдать водителя дружная компания делает недоуменные лица и требует выбрать любого на роль водителя и продолжить поездку, а то водка кончается, а до города ещё не добрались. В это время мимо автобуса проезжает трактор. Гаишники долго соображают, что делать и бросаются в погоню за трактором. Чтобы не потерять из вида автобус, гаишник сам садится за руль автобуса к большой радости компании. Как только автобус трогается, гулянка возобновляется. Тракторист видит погоню, сворачивает прямо в поле и напрямки в ближайшую деревню. Гаишник решивший, что трактор едет по дороге, тоже сворачивает прямо в кювет. Гаишник в автобусе видит эту картину, вовремя останавливается и бежит к машине. Дружная компания, вывалившись из автобуса предложила гаишникам выпить за удачный исход аварии. Те отказались. Компания, оправив накопившеюся за время долгой поездки нужду опять уселась в автобус и продолжила веселье. И не успели гаишники придти в себя. Как автобус ...
http://forum.qrz.ru

4

Ещё о футболе

Есть у меня знакомый баянист.
В субботу, - говорит, - смотрим с женой футбол. Болеем. Очень хотелось помочь нашим. Когда началось дополнительное время, взял баян, начал играть. Прибежала соседка снизу: "Нашел время! Не смотришь, что ли..." Осталась у нас досматривать под музыку. Мы сделали, что могли. Немножко не повезло просто.

5

Это помню у нас в деревне, я маленький ещё был. Праздник какой-то, что ли? Или скорее всего выборы. Выборы раньше в деревне тоже как праздник были. Нарядные все, в клубе буфет, ну и конечно концерт. Артисты приезжали, из города, что ты!

И вот значит идёт концерт, на сцене какая-то заезжая самодеятельность, бабы там в кокошниках, мужик с баяном, ой рябина кудрявая, все дела. Народ хлопает, зал битком. И вдруг в какой-то момент в зале начинается некая движуха. Сперва незаметно, по одному, по двое, народ начинает тянуться к выходу. Те кто это видит перешептываются, и тоже с интересом поглядывают на дверь. Что мол там случилось?

А там ничего не случилось. Просто на крылечке клуба сидит сторож, дядя Лёша, хорошо подвыпивши, с гармошкой, а возле него две старушки, вприсядку. И они по очереди шарашат матерные частушки. Да хорошо так, самозабвенно шарашат. С душой. Ну и народ тянется.

Через пять минут зал опустел наполовину, через десять остались только те кто спал. Потом и артисты на сцене, впав в некоторое недоумение, решили посмотреть, куда народ подевался, не пожар ли. А там вся публике - на улице. С дядей Лёшей и двумя старушками в центре.

А артисты что? Дело артиста - быть с народом. Ну и эти, заезжие, не будь дураки, сначала робко, бочком-бочком, баянист басы тронул, к дяде Лёше подстраиваясь, а потом и бабы в кокошниках, подбоченясь, в круг потянулись. Да как дали-дали! Такого дали, чего и в деревне не слыхивали. От некоторых частушек даже у нашего конюха слеза навернулась, а доярки в ужасе закрывали уши своим малолетним детям.

Вот это было шоу так шоу. Артистов отпускать не хотели! Провожали чуть ли не на руках, успех был ошеломляющий! А уж артисты-то как были счастливы!
Праздник короче удался.
Только парторгу потом вроде выговор влепили, а дядя Лёша так и уснул, пьяненький, на крыльце, с гармошкой.

6

Оратория для Теплоприбора

Теплоприбор - это название нашего завода. Приборы у нас делали не то что тёплые, а прямо скажем, горячие, с инфракрасным наведением. Танковую броню на полигоне прожигали как бумажный лист. Я там после армии работал в столярном цеху, плотником. Без плотника ни один завод не обойдётся, без разницы, какие там делают ракеты - тактические, МБР, земля-земля, земля-воздух, или противокорабельные.
Самый главный инструмент у плотника какой? Сейчас скажете что пила или рубанок. А ни фига! Главный инструмент – гвоздодёр. Только не тот что в виде ломика, а такой, у которого с одной стороны боёк как у молотка, а с другой рожки загнутые. Я его из руки не выпускал. А если не в руке, значит в кармане. Теперь понятно, откуда у меня погоняло?
Отец у меня баянист, на пенсии. Всю жизнь проработал в музыкальной школе, детишек учил на баяне. Ну и я, понятно, с детства меха растягивал. С музыкой жить завсегда легче чем без музыки. Я и в школе всегда, и служилось мне нормально, потому что баянист - он и в армии человек необходимый, и на заводе тоже постоянно в самодеятельности. Это теперь она никому не нужна, а тогда самодеятельность - это было большое партийное, государственное дело. Чтобы рабочие не водку жрали, а росли над собой, как в кино один кент сказал.
Короче, как какой праздник, я на сцене с баяном. Баян у меня готово-выборный, голосистый. Юпитер, кто понимает. Играл я всегда по слуху, это у меня от бати. Ноты читать он меня, правда, тоже научил. Ну, для начальства и для парткома мы играли всякую муру, как мы её называли, «патриотику». А для себя, у нас инженер по ТБ, Бенедикт Райнер, из бывших поволжских немцев, приучил нас к джазу.
Бенедикт - трубач. Не просто трубач, а редкостный, таких больше не слышал. Он нам на репетиции притаскивал ноты, а чаще магнитофонные ленты. Короче, Луи Армстронг, Диззи Гиллеспи, Чет Бейкер, кто понимает. Мы снимали партии, разучивали, времени не жалели. Моя партия, была, понятное дело, органная. А чё, баян это ж тот же орган, только ручной. Короче, у них Хаммонд с колонкой Лесли, кто понимает, а у меня - Юпитер без микрофона. И кстати, звучало не сказать чтобы хуже.
Но вот однажды наш секретарь парткома пришёл к нам на репетицию и приволок какую-то папку, а там ноты и текстовки. Говорит, к ноябрьским праздникам надо это выучить и подыграть заводскому хору. Оратория называется «Пафос революции». Кто композитор, вспомнить уже не могу. Точно знаю что не Шнейдерман. Но если забудешь и потом хочешь вспомнить, то обязательно вспоминается Шнейдерман. Мистика какая-то!
У нашего секретаря парткома два голоса - обыкновенный и партийный. Наверное и регистровые переключатели есть, с одного тембра на другой, как у меня на баяне. Короче, он переключил регистр на партийный голос и говорит - значит так! Кровь из носу, но чтоб на праздничном концерте оратория прозвучала со сцены. Из обкома партии инструктора пришлют по части самодеятельности. Потому что это серьёзное партийное дело, эта оратория. Потом подумал, переключил голос с партийного опять на обыкновенный и говорит, не подведите, мужики!
Вот только одна загвоздочка. Нет в этой оратории партии баяна. И органа нет. И пришлось мне выступать в новом для себя амплуа. А когда такое происходит, то первый раз непременно облажаешься. Это как закон. Ну, короче, разучили мы эту хрень, стою я на сцене вместе с симфонической группой и хором, и передо мной малая оркестровая тарелка на треноге. Тарелка новенькая, блестит как котовы яйца. И всего делов - мне на ней в середине коды тремоло сделать специальной колотушкой. Ну, это палка такая с круглым фетровым наконечником.
Ну вот, симфоническая группа уже настраивается. Я тоже колотушку взял, хотел ещё разок порепетировать моё тремоло, и тут подскакивает ко мне наш дирижёр, юркий такой мужичонка, с виду как пацан, хотя по возрасту уже давно на пенсии. Флид Абрам Моисеевич, освобождённый профкомовский работник. Он только самодеятельностью и занимался. Хоровик и дирижёр. Тогда на каждом заводе такая должность была.
И говорит, Лёха Митрошников, зараза, заболел. Небось запил. Где мужское сопрано взять? Надо в коде пропеть речитатив, акапелла. Давай ты, больше некому, у хористов там аккорд на шесть тактов, на вот держи ноты и текстовку. Потому что сопрано только у тебя. А я и правда верха беру легко, не хуже чем Роберт Плант.
Ну короче, я колотушку куда-то засунул, взял в руки ноты, текстовку сразу выучил чтобы потом не заглядывать. А так у меня до самой коды - пауза. Ну ладно, отстоял я всю пьесу. Ну вот, слава яйцам, уже и кода. Хористы взяли аккорд. Значит мой выход. И я пою с выражением:
Павших борцов мы земле предаём
Скоро уже заколотят гробы
И полетят в вечереющем воздухе
Нежные чистые ВЗМАХИ трубы
спел я. А нужно было – не взмахи, конечно, а ЗВУКИ, ясен пень...
А почему взмахи, я объясню. Дело в том что когда Бенедикт лабал Луи Армстронга, он своей трубой на все стороны махал, как поп кадилом. Говорит что у Майлса Дейвиса так научился. Но не в этом дело, а в том что в зале народ ржать начал. А дело-то серьёзное, партийное.
И тут мне надо сделать тремоло на оркестровой тарелке, а колотушка моя как сквозь землю провалилась. Ну я конечно не растерялся, вынул из кармана железную открывашку для пива, и у меня вышло такое тремоло, что я едва не оглох. Жуткий медный грохот со звоном на весь театр. Колосники, блин, чуть не попадали. Ну я же сказал, новый инструмент, незнакомый, обязательно первый раз облажаешься. Это как закон!
И в этом месте у Бенедикта сразу идёт соло на трубе на шесть тактов и на последней ноте фермата до «пока не растает». Ну то есть, должно было быть соло... Бенедикт, конечно, трубач от Бога, но он ведь тоже человек. А человек слаб, и от смеха, который до слёз, у него во рту слюни происходят. Короче, Бенедикт напускал слюней в мундштук, кто понимает, и вместо трагических нот с оптимистической концовкой у него вышло какое-то собачье хрюканье, совершенно аполитичное.
Зрители от всего этого согнулись пополам, и просто подыхают от смеха. Абрам Моисеевич, посмотрел на Бенедикта, а у него вся морда в соплях, потом выщурился на меня и как рявкнет во всю еврейскую глотку: "Сука, Гвоздодёр! Убью на...!” и метнул в меня свою палочку как ниндзя. А эту палочку ему Серёга Пантелеев выточил из титанового прутка, который идёт на крепления ракетного двигателя. Летела она со свистом через всю сцену прямо мне в глаз. Если бы я не отдёрнул голову миллиметров на триста влево, быть бы мне Моше Даяном.
Как писало солнце русской поэзии, "кинжалом я владею, я близ Кавказа рождена". Только я думаю, у Моисеича не Кавказ, а совсем другая география. Если бы он кинжал метнул, это одно, а убить человека влёт дирижёрской палочкой - такому только на зоне можно научиться. Короче, после покушения на мою жизнь я окончательно потерял сознание, встал и сделал поклон зрителям. Рефлекс, наверное. А зритель чё? Ему кланяются, он аплодирует. Тоже рефлекс. У людей вся жизнь на рефлексах построена. Короче, устроили мне зрители овацию.
Моисеич ко мне подскочил и трясёт меня как грушу. "Ты! Ты... Ты, блять, залупа с отворотом! Обосрал мне весь концерт! Блять! Лажовщик!" Рядом с ним микрофон включённый, а он его видит конечно, но никак не может остановиться орать в силу своего горячего ближневосточного темперамента.
Народ, понятно, уже просто корчится в судорогах и со стульев сползает. Это при том, что дело-то серьёзное, партийное. А тут такая идеологическая диверсия прямо со сцены. Хор на сцене уже чуть все скамейки не обоссал, а только без занавеса уйти нельзя. Они шипят, Володька, сука, занавес давай!
А у Володьки Дрёмова, машиниста сцены, от смеха случилась в руках судорога, пульт из руки выпал и закатился глубоко в щель между стеной и фальшполом. Володька его тянет за кабель, а он, сука, застрял в щели намертво. А без пульта занавес - дрова. Хороший антрактно-раздвижной занавес из лилового бархата, гордость театра.
Хор ещё минуты три постоял, а потом по одному, по двое со сцены утёк, пригибаясь под светом софитов как под пулями. Очень он интересный, этот сгибательный рефлекс. Наверное у человека уже где-то в подсознании, что если в тебя прожекторами светят, то того и гляди из зенитки обстреляют.
Моисеич оторвал мне половину пуговиц на концертной рубахе из реквизита и успокоился. Потом схватился за сердце, вынул из кармана валидол, положил под язык и уполз за кулисы. Я за ним, успокаивать, жалко же старика. А он уселся на корточки в уголке рядом с театральным стулом и матерится тихонько себе на идише. А выражение глаз такое, что я сразу понял, что правду про него говорят, что он ещё на сталинской зоне зэковским оркестром дирижировал. Бенедикт сливные клапаны свинтил, сопли из трубы вытряхивает, и тоже матерится, правда по-русски.
Вот такая получилась, блять, оратория...
А эту хренову колотушку я потом нашёл сразу после концерта. Я же её просто в другой карман засунул. Как гвоздодёр обычно запихиваю в карман плотницких штанов, так и её запихал. На рефлексе. Это всё потому что Моисеич прибежал с этим речитативом и умолял выручить. А потом чуть не убил. Ну подумаешь, ну налажал в коде. Сам как будто никогда на концертах не лажался... А может и правда не лажался, поэтому и на зоне выжил.
Речитатив ещё этот, про гробы с падшими борцами. Я же не певец, а плотник! Я все четыре такта пока его пел, только и представлял, как я хожу и крышки к тем гробам приколачиваю. Там же надо ещё заранее отверстие накернить под гвоздь, и гвоздь как следует наживить, чтобы он в середину доски пошёл и край гроба не отщепил. Мало я как будто этих гробов позаколачивал.
Завод большой, заводские часто помирают, и семейники ихние тоже. И каждый раз как их от завода хоронят, меня или ещё кого-то из плотников отдел кадров снимает с цеха и гонит на кладбище, крышку забить, ну и вообще присмотреть за гробом. А то на кладбище всякое случается.
В столярном цеху любую мебель можно изготовить, хотя бы и гроб. Гробы мы делаем для своих крепкие, удобные. Только декоративные ручки больше не ставим, после того как пару раз какое-то мудачьё пыталось за них гроб поднять. Один раз учудили таки, перевернули гроб кверх тормашками. Покойнику-то ничего, а одному из этих дуралеев ногу сломало.
Оратория для нас, конечно, даром не прошла. Остались мы из-за неё все без премии. И без квартальной и без годовой. Обком партии постарался. Абрама Моисеевича заставили объяснительную писать в обком партии, потом ещё мурыжили в первом отделе, хорошо хоть, не уволили. Секретарю парткома - выговор по партийной линии с занесением в учётную карточку. Он после этого свой партийный голос напрочь потерял, стал говорить по-человечески.
А Бенедикт с тех пор перестал махать трубой как Майлс Дейвис. Отучили, блять. У него от этого и манера игры изменилась. Он как-то ровнее стал играть, спокойнее. А техники от этого только прибавилось, и выразительности тоже. Он потом ещё и флюгельгорн освоил и стал лабать Чака Манджони один в один. Лучше даже!
А, да! Вспомнил я всё-таки фамилию того композитора. Ну, который нашу ораторию сочинил. Даже его имя и отчество вспомнил. Шейнкман! Эфраим Григорьевич Шейнкман. Я же говорил, что не Шнейдерман!

7

Сразу оговорюсь, чтобы за слабумного меня не принимали: в гороскопы я не верю. Я близнец, а близнецы в такую херню, как гороскопы не верят. Если я их читаю - то только вслух, если нет другой возможности повеселить окружающих. Но бывают какие-то странные моменты... В начале 90-х как-то много стало контактов между нами и ими. Вот и в наше сельское ПТУ приехала представительная делегация такого же ПТУ, но шведского. Мы их, конечно, принимали-развлекали как могли. Ключевым моментом стал фуршет в училищной столовой: столы ломятся от еды и, главное, от напитков. Ну, то есть от водки. А коммуникация так себе. Наш народ комплексует: никогда иностранцев не видели. А шведы тоже как-то холодны. Но у нас за культурную составляющую отвечал фольклорный ансамбль "Таусень". И когда фольклорные люди видят слабую коммуникацию, они запускают проверенную программу. Баянист играет зажигательную мелодию и поёт: "Кто родился в январе, вставай, вставай, вставай! И чарочку хмельную скорее выпивай!" Январские встают, выпивают всё, что у них в рюмках. Дальше: "Кто родился в феврале..." Ну, схема понятна. После полной рюмки и коммуникация налаживается, и языковой барьер рушится. И вот представьте, когда звучит "Кто родился в августе, вставай, вставай, вставай", встают два директора - наш и шведский. Больше никто. Правильно, львы по гороскопу, - им что, уборщицами работать? В общем вот такая случайность...

8

Рекламные объявления. Свадебные услуги. *. Уникальный музыкант-гитарист, он же водитель, баянист и тамада. Он же, если выпьет, а он выпьет, поющий стриптизёр. За стриптиз ему можно не платить, потому что он и не вспомнит. *. Шоу тропических бабочек. Не моль. *. Квалифицированные цыгане с опытом. Шуточная кража невесты, с последующим надуванием и перепродажей жениху. Медведь-тамада. Романсы в курилке. Тряска грудью четвёртого номера под айнэнэ перед обалдевшим лицом жениха и разъярённым лицом невесты. *. Замена украденной невесты на почти такую же, даже лучше. *. Похищение невесты инопланетянами.