Результатов: 24

1

Командир батареи осмотрел через бинокль пустынную местность и с трудом два
небольших темных пятна, выделяющихся на однообразном фоне. Он немедленно дал
приказание подчиненным:
- Левое пятно - ориентир номер один, правое пятно - ориентир номер два. Когда
через некоторое время батарея была готова открыть огонь, передовой наблюдатель
доложил:
- Сэр, ориентир номер один оседлал ориентир номер два и уехал.

3

Пехотное подразделение прибыло на стрельбище. Внезапно сержант обнаружил, что
ящика с боеприпасами нет.
- Рядовой Смит, бегом в казарму! - приказал он. - Посмотрите, не там ли ящик с
боеприпасами. Молодой солдат бросился выполнять приказание и, вскоре вернувшись,
доложил:
- Так точно, сержант, ящик там. Лежит на своем месте у оружейной пирамиды.

4

Пехотное подразделение прибыло на стрельбище. Внезапно сержант
обнаружил, что ящика с боеприпасами нет.
- Рядовой Смит, бегом в казарму! - приказал он. - Посмотрите, не там ли
ящик с боеприпасами.
Молодой солдат бросился выполнять приказание и, вскоре вернувшись,
доложил:
- Так точно, сержант, ящик там. Лежит на своем месте у оружейной
пирамиды.

6

Когда Потемкин сделался после Орлова любимцем императрицы
Екатерины, сельский дьячок, у которого он учился в детстве читать и
писать, наслышавшись в своей деревенской глуши, что бывший ученик
его попал в знатные люди, решился отправиться в столицу и искать его
покровительства и помощи.
Приехав в Петербург, старик явился во дворец, где жил Потемкин,
назвал себя и был тотчас же введен в кабинет князя.
Дьячок хотел было броситься в ноги светлейшему, но Потемкин
удержал его, посадил в кресло и ласково спросил:
- Зачем ты прибыл сюда, старина?
- Да вот, ваша светлость,- отвечал дьячок, пятьдесят лет Господу
Богу служил, а теперь выгнали за ненадобностью: говорят, дряхл, глух и
глуп стал. Приходится на старости лет побираться мирским подаяньем, а
я бы еще послужил матушке-царице - не поможешь ли мне у нее чем-
нибудь?
- Ладно,- сказал Потемкин,- я похлопочу. Только в какую же
должность тебя определить? Разве в соборные дьячки?
- Э нет, ваша светлость, возразил дьячок,- ты теперь на мой голос
не надейся; нынче я петь-то уж того - ау! Да и видеть, надо признаться,
стал плохо; печатное едва разбирать могу. А все же не хотел бы даром
хлеб есть.
- Так куда же тебя приткнуть?
- А уж не знаю. Сам придумай.
- Трудную, брат, ты мне задал задачу,- сказал улыбаясь
Потемкин.- Приходи ко мне завтра, а я между тем подумаю.
На другой день утром, проснувшись, светлейший вспомнил о
своем старом учителе и, узнав, что он давно дожидается, велел его
позвать.
- Ну, старина,- сказал ему Потемкин,- нашел я тебе отличную
должность.
- Вот спасибо, ваша светлость, дай Бог здоровья.
- Знаешь Исаакиевскую площадь?
- Как не знать; и вчера и сегодня через нее к тебе тащился.
- Видел Фальконетов монумент императора Петра Великого?
- Еще бы!
- Ну так сходи же теперь, посмотри, благополучно ли он стоит на
месте, и тотчас мне донеси.
Дьячок в точности исполнил приказание.
- Ну что? - спросил Потемкин, когда он возвратился.
- Стоит, ваша светлость.
- Крепко?
- Куда как крепко, ваша светлость.
- Ну и хорошо. А ты за этим каждое утро наблюдай да аккуратно
мне доноси. Жалование же тебе будет производиться из моих доходов.
Теперь можешь идти домой.
Дьячок до самой смерти исполнял эту обязанность и умер,
благословляя Потемкина.

7

Однажды император (Павел I), стоя у окна, увидел идущего мимо
Зимнего дворца и сказал, без всякого умысла или приказания: "Вот идет
мимо царского дома и шапки не ломает". Лишь только узнали об этом
замечании государя, последовало приказание: всем едущим и идущим
мимо дворца снимать шапки. Пока государь жил в Зимнем дворце,
должно было снимать шляпу при выходе на Адмиралтейскую площадь с
Вознесенской и Гороховой улиц. Ни мороз, ни дождь не освобождали от
этого. Кучера, правя лошадьми, обыкновенно брали шляпу или шапку в
зубы. Переехав в Михайловский замок, т. е. незадолго до своей кончины,
Павел заметил, что все идущие мимо дворца снимают шляпы, и спросил
о причине такой учтивости. "По высочайшему вашего величества
повелению",- отвечали ему. "Никогда я этого не приказывал!" -
вскричал он с гневом и приказал отменить новый обычай. Это было так
же трудно, как и ввести его. Полицейские офицеры стояли на углах улиц,
ведущих к Михайловскому замку, и убедительно просили прохожих не
снимать шляп, а простой народ били за это выражение
верноподданнического почтения.

8

Вследствие какой-то проказы за границею Голицын получил
приказание немедленно возвратиться в Россию, на жительство в деревне
своей безвыездно. Возвратившись в отечество, он долгое время колесил
его во все направления, переезжая из одного города в другой. Таким
образом; приехал он, между прочим, в Астрахань, где приятель его
Тимирязев был военным губернатором. Сей последний немало удивился
появлению его. "Как попал ты сюда,- спрашивал он,- когда повелено
тебе жить в деревне?" - "В том-то и дело,- отвечает Голицын,- что я все
ищу, где может быть моя деревня: объездил я почти всю Россию, а все
деревни моей нет как нет, куда ни заеду, кого ни спрошу".

9

И все армия мне снится по ночам. Про "двухгадюшников" я уже рассказывал
историю - это еще одна. По утрам из города в полк, нас привозили
"Поларисы". Это так почему-то называли ЗИЛ-157 с кунгом. Мы вылазили и
топали на построение. И вот командир полка идет вдоль строя и видит трех
лейтенантов - двухгодишников. У него физию аж перекосило от
увиденного. Эти трое оболдуя вытащили из фуражек пружины, ну и
соответственно вид у фуражек соответствующий. Командир выводит их строя
и начинает драть: "Вы, мать вашу, в каппелевцов записались, ходите как
белогвардейское отродье!..." ну и дальше в том же духе. (Вспомните фильм
про Чапаева) Так как на данный момент пружин у них не было, он
приказывает на завтрашний день устранить этот недостаток."И чтоб
пружины были в фурагах!" Наступает завтра. Лейтенанты приезжают в том же
виде. Поля фураг висят как и вчера. Командир вне себя. Брызгая слюной
орет на них и выводит снова из строя, чтобы наказать. Один из
лейтенантов оправдывается: "Товарищ полковник, мы выполнили ваше
приказание! Пружины в фуражках" и снимая с головы фурагу показывает
командиру. В жизни не догадаетесь. Пружина свернута колечком и пришита
внутри. Командир сначала потерял дар речи. Действительно приказание
выполнено - пружина на месте. Потом придя в себя произносит: "Так, за
проявленную сообразительность объявляю благодарность! А за нарушение
формы одежды дважды, вчера и сегодня, за первый раз отменяю
благодарность, а за второй раз - объявляю каждому по выговору!" Так и
прозвали этих троих - каппелевцы.

10

ЗНАТОК УСТАВА
Как-то на посту у Адмиралтейства стоял пьяный офицер. Павел I, заметив
это, приказал арестовать провинившегося.
- Согласно уставу, прежде чем арестовать, вы должны сменить меня на
посту, - заявил офицер пришедшим исполнять приказание государя.
- Он пьяный лучше нас трезвых своё дело знает, - сказал император, когда
ему доложили о случившемся.
И повысил офицера в чине.

11

Как-то на посту у Адмиралтейства стоял пьяный офицер. Павел I, заметив это, приказал арестовать провинившегося.
- Согласно уставу, прежде чем арестовать, вы должны сменить меня на посту, - заявил офицер пришедшим исполнять приказание государя.
- Он пьяный лучше нас трезвых своё дело знает, - сказал император, когда ему доложили о случившемся.
И повысил офицера в чине.

12

Произошло лет 10 назад, трамваи тогда ходили старые, обтекаемой формы, и самое главное - красные (немаловажно). Так вот. Сама история.

Заходит в заднюю дверь мужик. Пьяный в хлам, но на ногах держится. И самое интересное, что руки у него в карманах. Стоит шатается. Потом решает идти вперед. Надо отметить, что трамвай полупустой - заняты только сидячие места (потому как раннее утро). Так вот, мужичок начинает движение вперед по ходу движения трамвая. В этот момент трамвай трогается. Следуя законам физики и земного тяготения, мозжечок мужичка отдает его телу приказание наклониться вперед, дабы оно (тело) не упало назад. Наклонившись вперед от вертикали градусов на 30, НЕ ВЫНИМАЯ РУК ИЗ КАРМАНОВ, мужичок продолжает движение вперед. Проходит примерно треть вагона, после чего трамвай сразу после ускорения (неслабого) резко тормозит не знаю по какой причине. Что дальше произошло, многие уже наверное догадались. Ессно, руки в карманах у него запутались Но он не упал лицом об пол, нет Пытаясь сохранить равновесие он начал бежать вперед, причем на скорости, близкой к скорости бешеной антилопы. Но бежать не вынимая руки из кармана все-таки сложновато, да еще когда спирт в мозгах булькает. В итоге ноги у него заплетаются, он падает на пузо, проезжает на нем остаток вагона и заезжает головой в открытую дверь вагоновожатого, а точнее - вагоновожатой Вынимая руки из карманов, и еще лежа на полу он произносит: "Мадам, я просто @#$#%@ю от вашего Феррари!"

13

Давно это было. СССР. 1973 год. Советская армия, РВСН, Учебная часть.
Будучи курсантом учебной части, где из нас пытались сделать воинов ракетчиков, попал я вместе со своей батареей в наряд по столовой. Назначили меня старшим по посудомойке. В столовой питалось около 2000 курсантов. Соответственно нужно было вымыть 2000 комплектов посуды и ложек (вилки нам не давали). Утром после завтрака, получив гору алюминиевой посуды, мы, четверо несчастных, приступили к работе. Труд был адский. В посудомойке пар, горячая вода с содой, тут же стеллажи для сушки бачков и тарелок и под ними калориферы. Часа через два мы закончили и стали расставлять посуду на столы. Появился майор мед службы и стал проверять чистоту посуды, заявив нам, что сегодня прибыла проверка из Москвы и будут проверять столовую. Нашу работу он забраковал, сказав, что посуда жирная, и заставил всё перемывать. Времени дал два часа. Почесав голову, я принял решение. Бачки и тарелки мыть с каустической содой руками в перчатках от ОЗК, а ложки засыпать в ванну, стоявшую здесь для подогрева воды паром, и прокипятить их. Бачки и тарелки после повторного мытья стали скрипеть под руками, а ложки после кипячения остались жирными. Времени для повторного мытья не было, я высыпал в ванну с ложками ведро каустика и включил пар. Расставив бачки и тарелки на столы, я выключил пар, но пузыри из ванной продолжали идти. Минут 10 ждал - идут! Спускаю воду и вижу абсолютно черные, матовые ложки. Но без жира! Разложили ложки по столам. Появился майор и я ему докладываю: "Ваше приказание выполнено! Посуда обезжирена!" Надо было видеть его глаза. После пытались удалить воронение песком, не получилось. Все ложки заменили на новые. Меня больше в наряд по столовой не ставили от греха подальше!
Ч.К.

14

В качестве камер-юнкера Пушкин часто бывал у высокопоставленных особ, которые на всякий выдающийся талант, как литературный, так и артистический, все еще продолжали смотреть как на нечто шутовское и старались извлечь из такого таланта как можно более для себя потешного.
Пушкину претило подобное отношение к художнику, и он протестовал при помощи метких, полных сарказма экспромтов.
Явившись раз к высокопоставленному лицу, Пушкин застал его валяющимся на диване и зевающим от скуки. При входе поэта вельможа, разумеется, и не подумал изменить позы, а когда Пушкин, передав что было нужно, хотел удалиться, то получил приказание произнести шуточный экспромт.
— Дети на полу – умный на диване,— сквозь зубы сказал раздосадованный Пушкин.
— Ну, что же тут остроумного, возразила особа, — де-ти на по-лу, умный на диване. Понять не могу... Ждал от тебя большего.
Пушкин молчал. Важная особа, повторяя фразу и перемещая слоги, дошла наконец до такого результата: детина полуумный на диване, после чего, разумеется, немедленно и с негодованием отпустила Пушкина.

15

Иногда по ошибке звонят неадекваты и меня, вероятно, чёрт дергает за язык - отвечаю и сразу отключаюсь.
1.
- Ты тама?
- Был там, давно уехал.
2.
- Товарищ подполковник, ваше приказание выполнено, мы всё сделали.
- Я ничего не приказывал, всё вернуть как было.
3.
- Ты чо базаришь по телефону Пашки? Давай, петушила, мухой зови Пашу.
- Пашу опустили. Он горько плачет.

16

Заходит в заднюю дверь мужик. Пьяный в дрова, но на ногах держится. И самое интересное, что руки у него в карманах. Стоит шатается. Потом решает идти вперед. Надо отметить, что трамвай полупустой заняты только сидячие места (потому как раннее утро). Так вот, мужичок начинает движение вперед по ходу движения трамвая. В этот момент трамвай трогается. Следуя законам физики и земного тяготения, мозжечок мужичка отдает его телу приказание наклониться вперед, дабы оно (тело) не упало назад. Наклонившись вперед от вертикали градусов на 30, НЕ ВЫНИМАЯ РУК ИЗ КАРМАНОВ, мужичок продолжает движение вперед. Проходит примерно треть вагона, после чего трамвай сразу после ускорения (неслабого) резко тормозит не знаю по какой причине. Что дальше произошло, многие уже наверное догадались. Ессно, руки в карманах у него запутались Но он не упал лицом об пол, нет Пытаясь сохранить равновесие он начал бежать вперед, причем на скорости, близкой к скорости бешеной антилопы. Но бежать не вынимая руки из кармана все-таки сложновато, да еще когда спирт в мозгах булькает. В итоге ноги у него заплетаются, он падает на пузо, проезжает на нем остаток вагона и заезжает головой в открытую дверь вагоновожатого, а точнее вагоновожатой Вынимая руки из карманов, и еще лежа на полу он произносит: "Мадам, я просто ох@ваю от вашего Феррари!" anekdotov.net

17

Хмурый Лондонский вечер. Сэр звонит слуге — себе домой.
— Джон, передай моей жене, что Я задержусь сегодня в ночном клубе и буду очень поздно.
— Как сэр! Вы только что со своей женой проследовали в спальню.
— Так Джон, возьми пистолет, зайди в спальню и застрели меня и мою жену. Трубку не клади, я хочу это слышать.
Джон идет выполнять приказ. Сэр через трубку слышит несколько выстрелов. Джон:
— Сэр, Ваше приказание выполнено я убил Вас и вашу жену.
— Джон ты же снайпер, почему ты стрелял несколько раз.
— Первым выстрелом я убил Вас. Стреляю в вашу жену, но она успевает выскочить в сад.
— Джон у меня нет сада.
— Значит вы ошиблись номером сэррр!

18

В качестве камер-юнкера Пушкин часто бывал у высокопоставленных особ, которые на всякий выдающийся талант, как литературный, так и артистический, все еще продолжали смотреть как на нечто шутовское и старались извлечь из такого таланта как можно более для себя потешного.
Пушкину претило подобное отношение к художнику, и он протестовал при помощи метких, полных сарказма экспромтов.
Явившись раз к высокопоставленному лицу, Пушкин застал его валяющимся на диване и зевающим от скуки. При входе поэта вельможа, разумеется, и не подумал изменить позы, а когда Пушкин, передав что было нужно, хотел удалиться, то получил приказание произнести шуточный экспромт.
— Дети на полу – умный на диване,— сквозь зубы сказал раздосадованный Пушкин.
— Ну, что же тут остроумного, возразила особа, — де-ти на по-лу, умный на диване. Понять не могу... Ждал от тебя большего.
Пушкин молчал. Важная особа, повторяя фразу и перемещая слоги, дошла наконец до такого результата: детина полуумный на диване, после чего, разумеется, немедленно и с негодованием отпустила Пушкина.

20

История давняя, примерно того времени, когда гласность еще была, но колбаса и мыло в магазинах уже закончились. Начинался этап борьбы с пьянством и алкоголизмом. Времена уже далекие, так что за абсолютную достоверность не ручаюсь.
Был я в ту пору флагспецом эскадры кораблей в Индийском океане. 3 месяца на берегу, а потом кораблем из Севастополя или Владивостока в зону эскадры и 7-8 месяцев солнца, качки и много соленой водички за бортом. С пресной было хуже – танкерам обеспечения перестали продавать воду, даже в долг в ближних портах, а расплачиваться валюты не было.
Время летело быстро - стрельбы, разведка, учения, иногда сопровождение конвоев в Персидском заливе, бытовуха, одним словом. Немного разнообразили быт рыбалка да волейбольные баталии на верхней палубе, с мячом на леске или прибытие писем с каким-нибудь проходящим танкером. Да, в 1989 году еще писали бумажные письма!
Прибыл на смену очередной БПК, смена произведена, за встречу-расставание выпито, пора домой! С группой офицеров штаба эскадры убываем на корабле, отбарабанившим в зоне эскадры свой срок, во Владивосток. Классно на боевом корабле идти пассажиром. Экипаж трудится, несет вахты, а у офицера штаба эскадры уже наступает подготовка к отпуску – он практически не вовлечен в корабельный распорядок (главное не проспать завтрак-обед-ужин), может спать, читать книги. Одним словом прекрасный морской круиз. Конечно, вылезти на верхнюю палубу боевого корабля и лечь позагорать – это уже будет запредельно, но в остальном – именно круиз. Однако на сей раз наше путешествие сразу же было омрачено телеграммой – корабль задерживают на 5 суток и мы должны совершить заход в индийский порт Бомбей (после 1995 года – Мумбаи), где должна состояться встреча министров обороны и главкомов ВМФ Индии и наших. Конечно, еще никогда заход в иностранный порт не считался наказанием, но заход, приуроченный к встрече министров – это ничего хорошего. В телеграмме было указание – находящимся на борту офицерам штаба эскадры обеспечить качественную подготовку корабля к визиту и организацию встречи. Я уже неоднократно наблюдал, как на флотах происходит встреча Главкома – «зачищается» все, чтобы на глаза не попался какой-нибудь полупьяный матрос, мичман или офицер. Прибытие Главкома для корабельных событие, сопоставимое с прилетом марсиан. А для командования корабля оно давало шанс «засветиться», что могло хорошо сказаться при дальнейшем продвижении по службе (или, наоборот, не сказаться!) Размеренная жизнь корабля была безжалостно перечеркнута. Четверо суток непрерывно корабль красился, подкрашивался и перекрашивался, драились до блеска все медяшки. Экипаж практически не спал. На мою долю выпало не так много. Кроме работы по специальности с корабельным специалистом, я должен был составить маршрут возможного прохождения иностранной делегации, так, чтобы он не проходил мимо спец. кают, секретного вооружения и т.д. На всех ненужных «ответвлениях» должен был стоять матрос, задача которого не пропустить никого, направив по «правильному» маршруту. Матросов тщательно проинструктировали, обучили их иностранному слову «ПЛИЗ» и жесту рукой, показывающему нужное направление движения. К исходу 4-го дня корабль сиял, как котовы яйца, а матросы были в белоснежной форме, в кают-компании были накрыты столы с накрахмаленными скатертями. БПК встал на якорь на рейде. Министр обороны и главком должны были подойти на командирском катере, который отдраили до неестественного блеска. На случай его поломки были задействованы еще 2 катера, не столь «помпезные». Утро, как всегда, высветило массу мелких недоделок, которые тут же устранялись. Командир в пятый раз отрепетировал перед зеркалом свой доклад. Прошла информация – министры обороны обеих стран после возложения венков едут сразу в Министерство обороны, а на корабль прибудут только Главкомы ВМФ. Уже проще, только командир быстро репетирует новый доклад. Показалась кавалькада машин на берегу, в командирский катер погрузились несколько военных и гражданских, катер бодро захлопал винтом и двинулся к кораблю. Через несколько секунд доклад сигнальщика – катер потерял ход! Второй экипаж с резервным катером был спущен на воду за 10 секунд и …. Катер не завелся! Еще 10-15 секунд и катер с другого борта спущен и полетел на выручку. Как оказалось впоследствии, командирский катер, намотал на винт рыбацкую сеть. Главком калач тертый, знает о существовании «адмиральского эффекта» - он сразу проинформировал своего коллегу, что на корабле проводятся учения по спуску катера и т.д. На корабле, все затихает и только по палубе мечется матрос, у которого в руках оказался спасательный круг из спущенного катера. Командир грозно глядит на матроса и рявкает – ты ЧЁ? Матрос лопочет, что не знает, куда деть круг. «Куда-куда? да хоть за борт»! отвечает командир. Катер подходит к борту, экипаж выстроен, командир по стойке смирно, пожирает глазами швартующийся катер. Сзади появляется матрос и докладывает: «товарищ командир, ваше приказание выполнено»! Командир удивленно оглядывается – «какое приказание?». Однако уже ясно какое – из-за кормы корабля выплывает ВЫБРОШЕННЫЙ ЗА БОРТ спасательный круг. Полный абзац! Далее следует доклад командира корабля, поздравление экипажа Главкомом, короткая речь. Вместе с главкомом прибыли представители нашего посольства, они по гражданке. И видимо приспичило одного из них очень серьезно. Он бочком к старпому и спрашивает – где «отлить» можно? По палубе, вниз и налево. И посольский бочком-бочком и далее бегом. Добегает до матроса, и говорит, что старпом разрешил ему забежать в гальюн. Однако матроса обучили, две последние ночи он практически не спал и кроме слова «Плиз» и указания рукой он ничего не в состоянии воспринять. Ни шепота посольского, что он русский и бежит по малой нужде, ни русского языка он уже не понимает. ПЛИЗ, Я СКАЗАЛ! и снова жест рукой в направлении движения. А когда посольский пытается проскочить, матрос передергивает затвор автомата и посольскому уже бежать никуда не надо! Хорошо, что речь Главкома была краткой, а то бы сходил посольский не только по малой нужде! Главком поздравил экипаж, вручил несколько заранее подготовленных грамот и подарков (мне, кстати, в тот заход были вручены часы командирские с поздравлением от Главкома. Часы проходили всего лишь 3 дня. Ясно, хорошего не подарят!) и, не спускаясь в кают-компанию, вся делегация грузится снова в катер и видимо на банкет в министерство обороны. Так что в кают-компании мы хорошо посидели с офицерами корабля и штаба эскадры. На следующий день еще были сходы на берег, моряки, наконец-то отоспались. А через 2 дня мы уже держали курс на Владивосток с заходом во вьетнамский порт Камрань.
Заход в Камрань был организован без всякой помпы – мы просто заходили для пополнения запасов топлива и продуктов. В Камрани базировалась одна из наших эскадр. Флагманским специалистом на ней в тот момент был мой однокашник Володя. В Камрани я побывал впервые. Мы пришвартовались к стенке в пятницу в 17.30. На эскадре короткий день. Кроме дежурной службы на пирсе никого не было. Офицеры штаба эскадры в 17.00 уже убыли на автобусе в свой городок, который был километрах в 3-4 от пирса. Я запросил добро у начальника походного штаба на посещение однокашника. Спросил у дежурной службы, как добраться до военного городка – оказалось, что все просто – нужно идти вон по той дороге, уходящей куда-то в джунгли. Уже через 10 минут я широко шагал по раздолбаной асфальтовой извилистой дорожке, слева и справа густой стеной стояли заросли тропической растительности, действительно, настоящие джунгли. Смеркалось и довольно быстро. Когда уже прошел километра полтора-два, после очередного поворота чуть позади меня вышли 2 вьетнамца с автоматами Калашникова и громко спросили у меня: «куришь?». Я ответил отрицательно и для убедительности покрутил головой. Мой ответ им явно не понравился. Они пошептались меж собой и один из них еще раз на своем птичьем наречии спросил «куришь»? Я впервые пожалел, что не курю. У одного из них была дурацкая привычка передергивать затвор автомата. Я обратил внимание, что «Калаши» у них стоят на предохранителе, однако, щелчок затвора оптимизма не добавляет. Я сделал попытку пропустить их вперед. Однако они остановились и ждали, когда я продолжу движение. Так мы и шли, я, не слишком ускоряясь, а когда слышал очередной щелчок затвора и вовсе останавливался и поворачивался лицом к ним, они, следовавшие метрах в 10-15 позади и яркая луна, освещающая узкую дорожку. Наконец джунгли расступились и мы вышли на открытую площадку, слева я увидел огороженный колючей проволокой военный городок, на КПП дежурили морпехи, которым я был рад, как родным. Вьетнамские вояки, убедившись, что я прошел через КПП, исчезли в джунглях. Морпехи подсказали, где проживает мой однокашник, а заодно сообщили, что в последнее время обстановка чуть накалилась, запрещено добираться самостоятельно и всех штабных возят только на автобусе. Через 10 минут я уже обнимался с Володей и его женой Танюшкой, которую хорошо знал еще по училищу. Володя посмеялся моему рассказу и сообщил, что вьетнамцы спрашивали у меня не закурить, а обнаружив незнакомца (всех “местных» русских они хорошо знают), уточняли, друг ли я им – употребляя русское слово «КОРЕШ», а я им отвечал, что я «не кореш», что им явно не нравилось. На следующий день, дорвавшись до прочной земли, вместо гуляющей палубы, я умудрился поломать себе руку, играя в большой теннис и "герой Персидского залива" вернулся домой в гипсе.
Кстати, повезло, что при игре присутствовал местный эскадренный врач. Когда я пытался достать уходящий мяч, то сделал кувырок с опорой на левую руку. Стало больно, поморщился, а через несколько минут стал еще играть в волейбол. Когда принимал мяч, то видимо так "скукожился, что врач сразу сказал – ну-ка, давай посмотрим, что там у тебя с рукой. Посмотрели, сделали снимок - двойной перелом руки чуть выше кисти. Через час я был уже в гипсе. Пока еще пару дней были в Камрани, пока чуть не неделю шли до Владивостока, прячась от шторма, потом еще день провел во Владике и когда прилетел в Москву, понял, что гипс не позволяет настолько приоткрыть пальцы, чтобы туда входила грудь, по которой я за 8 месяцев ну уж очень успел соскучиться, то сразу принял решение - нафиг гипс! и, не смотря на возражение жены (думаю в ней в тот момент все же говорил медик) разломал весь гипс, утверждая, что хорошее настроение - лучший лекарь. И оказался прав!

21

Советский бухгалтер решил оттянуться,
Поехал в круиз по блядям прошвырнуться.
Собрал чемодан, саквояж и картонку,
На суше оставил жену-собачонку.

В круизе свобода и жрачки от пуза,
В каюте лихой компаньон -- не обуза.
Мечтает, мудак, отменить понедельник,
А дома его ожидает подельник.

Круиз пролетел словно сказочный миг,
Последний заход и круизу кирдык.
Пошел с компаньоном взглянуть на округу,
Ебало раскрыл -- упустил своего друга.

В конец заблудился, дошел до аптеки,
А там ожидают его человеки.
На корку ступил, потерял равновесие,
Бухгалтер давно проживает в депрессии.

Ударился сильно рукой о брусчатку,
Как будто ногой наступил на взрывчатку.
Хотел, бедолага, купить жене клипсы,
Упал, поскользнулся, очухался с гипсом.

Пришел к капитану и тайну поведал,
А тот его слушал и скромно обедал.
Сказал капитан что везет контрабанду
И с гипсом ментов наведет он на банду.

Бухгалтер усрался, теперь он живец,
Неправильно ступит и он не жилец.
Жена всполошилась, сломала корыто,
Шептало чутье -- перелом был открытый.

Поехал бухгалтер в уикенд на рыбалку.
Поймал карасей, осьминога, русалку.
И даже подельнику вставил крюк в жопу,
А леску отдал корешу-остолопу.
Случился конфуз, друг умчался торпедой,
Не даром казался с утра непоседой.

Второе задание -- "Плакучая Ива",
Всё выглядит пышно и очень красиво.
У друга успех, льются гроши рекой,
Напились как суки, пора на покой.

Идет мимо сцены, оркестр узрел,
Взобрался на сцену, почти протрезвел.
Он песню про зайцев пропел и сплясал
И даже в бассейн по пьяни нассал.
Жена увидала в штанах пистолет,
И цикл от страха прошел на сто лет.

Ходил по лабазам, пегаса искал,
На жопу себе геморрой отыскал.
Блондинка его пригласила в "Атлантик",
Сказала разыщет халатик и бантик.

Бухгалтер приперся впервые на блядки,
В "Атлантик", мудак, заглянул без оглядки.
Его там споили, жену привели,
Бухгалтер же еле рукой шевелил.

Проснулся в квартире, исчезла семья,
Покинули дом, не сказав ни хуя.
Теперь он с ментом, уточняет задание,
В Дубровку ему выезжать приказание.

Такси на Дубровку пришло как часы,
Бухгалтер натягивал белы трусы.
Таксист взбудоражен, приехал на точку,
Он держит в кармане кулак и заточку.

Приехал приятель, бухгалтер в засаде,
Враги окружили, теперь он в осаде.
Нажал на рычаг, заработала мойка
И рожи бандитов надраены бойко.

Задание выполнил, жулики взяты,
Семейные сцены ментами замяты.
Он любит жену и подарит ей клипсы,
Пока же нога его правая в гипсе.

Закончен сценарий, доволен Гайдай,
Вставай, поднимайся, картину снимай!

23

В любом обществе бывают колоритные фигуры, которые одним своим присутствием могут менять «атмосферу» в компании, а метким и своевременным словом перечёркивать существующие традиции. Таким человеком, в штабе Черноморского флота в девяностых годах, был заместитель командующего - начальник управления боевой подготовки контр-адмирал Михальченко Николай Михайлович, о котором и пойдёт далее разговор.
Итак, как все знают, наше общество без прихлебателей представить невозможно. А как подмечено в одной басне, что подхалимов не любят, но подхалимаж уважают все, перейдём к сути. В каждом штабе есть достаточное количество прихлебателей, которые в рот смотрят начальнику и угодливо готовы выполнить любое приказание, если оно позволит им засвидетельствовать своё почтение и личную преданность. Вот так и на первом этаже штаба черноморского флота, где располагалось управление боевой подготовки, периодически дефилировали, столь необходимые для услаждения начальственного слуха и ока вышеуказанные лица.
Дело было 7 марта 199... года. День был так себе. По традиции народ готовился отметить наступление государственного праздника (тогда очередной виток борьбы с алкоголем не раскручивался над офицерскими головами) и из отдельных кабинетов уже пахло весной - салатами и духами. В коридоре в томительном ожидании слонялся народ, но до времени «Ч» было ещё далековато. Начальственные кабинеты как обычно были закрыты, что позволяло вяло шутить о предстоящем событии. Но праздник праздником, а служба идёт своим независимым от настроения чередом и для проведения «разведки боем», чем это занимаются офицеры, из своего кабинета, засунув руки в карманы брюк вышел, а точнее выплыл как ледокол, начальник управления контр-адмирал Михальченко. Вокруг него сразу начали собираться офицеры, одни, чтобы доложить о выполненных приказаниях, другие чтобы неожиданно, как снег на голову получить их, а отдельные (их меньшинство) чтобы засвидетельствовать свое почтение и уважение к адмиральскому званию и должности. А когда в череде начальственных указаний вдруг образовалась пауза, возникла данная ситуация. Один из меньшинства (но преданный до мозга костей начальственным лампасам) офицер, желая сделать как он представлял себе особо приятное для уха начальника действие, а может отметиться в глазах адмирала, преданно улыбаясь выплеснул в мир: «Товарищ адмирал, поздравляю Вас с праздником 8 марта!..» Больше он ничего не успел добавить. Михальченко, как кобра вздулся, даже стал выше ростом, уставился на офицера бешенным от негодования взглядом и вращая зрачками глаз заорал (именно заорал) с гневом и ненавистью в голосе: «Я тебе кто?! Б...ть?!, что ты меня, с женским праздником поздравляешь!?».
После этих слов наступила тишина. Михальченко повернулся и пошёл по своим начальственным делам, «существо» втянуло голову в плечи и начало вдогонку робко извиняться, глотая в словах окончания, а потом и вообще растворилось в просторах длинного коридора первого этажа. А офицеры УБП уважительно смотрели на своего начальника, который очередной сказал ФРАЗУ, которая коренным образом поменяла в штабе отношение к этому празднику.
Вот с тех самых пор уже никогда в штабе Черноморского флота не были слышны поздравления в адрес мужчин, с праздником 8 марта, если конечно не возникало у кого-то желание поиздеваться над своим товарищем.