Результатов: 35

1

MYSTERY SHOPPING

Прохладным осенним днем 2007 года мой приятель Валера сидел в приемной комнате автосалона Порше на углу 11-й Авеню и Вест 51-й Стрит в Манхэттене и наслаждался крепким горячим кофе. В Старбаксе такой кофе стоил бы 4 доллара – роскошь, которую он позволить себе не мог. Шел десятый месяц, как Валера потерял работу, и к настоящему моменту он был основательно на мели. Жалких остатков личного суверенного фонда еще хватало, чтобы платить за квартиру и электричество, но со всем остальным был полный швах.

Что же он делал в автосалоне Порше, - спросите вы? И я вам отвечу: - Зарабатывал деньги. Как? А очень просто. В Соединенных Штатах есть множество компаний, которые организуют mystery shopping или секретные покупки, чтобы собирать информацию о различных продуктах и проверять качество обслуживания. Начать работать для такой компании не составляет никакого труда: создаешь счет на их вебсайте и получаешь доступ к списку работ на сегодня. Выбираешь задание, которое тебе нравится, запоминаешь сценарий, выполняешь задание, посылаешь отчет. Через две - три недели получаешь деньги. Задания бывают всякие. Например, пойти в зал для фитнеса, провести там пару часов, а потом ответить на вопросы о приветливости и профессиональности персонала. Деньги за входной билет вернут согласно квитанции, ну и заплатят долларов 20-25 за труды. Немного, конечно, но и фитнес не работа. Занимаются mystery shopping как правило домохозяйки, у которых много свободного времени. И скорее для развлечения, чем для денег.

Валера занимался секретными покупками, чтобы экономить на еде. С утра выхватывал хорошие заявки на рестораны и, таким образом, бесплатно обедал или ужинал. Первое время он пытался брать и другие поручения, но после посещения парикмахерской в Гринич Виллидж зарекся. Тем не менее как выражаются американцы, никогда не говори никогда. В последний месяц Валере на глаза все время лезла заявка на автосалон Порше. По непонятной причине ее никто не брал, несмотря на внушительное вознаграждение в 200 долларов. Валера вчитался в требования, и ему стало понятно почему. Вроде бы все просто: явиться в автосалон, сказать, что хочешь купить базовую модель Порше Бокстер и сделать пробную поездку. Загвоздка была в требованиях к исполнителю. Заявка прямо указывала, что он должен соответствовать: жить в престижном районе, быть одетым в брендовую одежду, иметь на руке дорогие часы и вообще производить впечатление богатого человека. С наиболее трудной позицией (место проживания) у Валеры все было хорошо. После развода он задешево снимал у знакомого супера* крохотную студию в Верхнем Ист-Сайде, в двух шагах от Центрального парка. «Будь что будет» - решил наш герой и подписался на Порше.

Перейдя таким образом Рубикон, Валера осмотрел свежим взглядом свой гардероб и, не найдя ничего подходящего, решил купить все новое на кредитную карту, а потом сдать обратно. Ну и проделать тот же трюк с часами. Оставалось разобраться где именно одевается богатый и солидный народ. Покопался в интернете и выяснил, что президент Буш делает это у Брукс Бразерс. Туда и пошел. У входа его мгновенно подхватили два консультанта и промурыжили почти полдня. Из магазина Валера вышел с большим пакетом и чеком почти на две с половиной тысячи долларов. После этого идти в магазин Ролекса ему расхотелось, и он ограничился качественной подделкой всего за 120 долларов. Дома побрился, причесался, надел обновки, посмотрел в зеркало, полюбовался часами и... впервые с тех пор, как потерял работу, почувствовал уважение к себе.

Итак, стильный и даже где-то шикарный Валера сидел в глубоком кожаном кресле приемной автосалона Порше и наслаждался кофе. Немного поодаль в таком же кресле сидел безукоризненно элегантный пожилой японец и ковырялся в айфоне. Свой старенький телефон Валера достать не решился, а потому смотрел на левую из двух картин на противоположной стене и думал о том, что копировать современное искусство проще, нежели классическое. Разумеется, если имеешь дело с профанами. Тем временем айфон японцу, видимо, надоел. Он перевел взгляд на нашего героя, получил ответную формальную улыбку, и извинившись, заговорил:
- Принято считать, что на абстрактных картинах каждый видит свое. Вы все время смотрите на эту картину. Что вы на ней видите?
- А что здесь видеть? – удивился Валера, - Это паршивая копия картины Пауля Клее. Колорит искажен до неузнаваемости. Оригинал висит в цюрихском Кунстхаусе, называется «Uberschach». Значит, шахматы и изображены. И вообще это не абстракция, а экспрессионизм.
Несколько ошарашенный японец показал на вторую картину:
- А на этой?
- Это тоже Клее, «Пожар при полной луне». И тоже плохая копия. А подлинник, если я не ошибаюсь, - в эссенском музее Фолкванг.
- Господи, откуда вы это знаете?
- Интересуюсь искусством, - коротко ответил Валера.

Это была правда, но не вся правда. Вообще-то в прошлой жизни Валера был искусствоведом. Родился в Харькове. Там же до армии учился в художественном училище. После армии поступил в Ленинградский институт культуры, окончил его и по распределению уехал в Нижний Новгород, который тогда был Горьким. Работал в музее, учился в заочной аспирантуре. Все вроде было хорошо, но наступили 90-е. Волна эмиграции подхватила Валеру и выбросила на берег в Нью-Йорке. Первое время он не мог даже представить, что расстанется с искусством, но скоро понял, что без имени и связей ему не пробиться даже в смотрители музея. Тогда ему стало все равно, и он, как большинство знакомых, пошел на курсы программистов. Спросил у двоюродного брата, какой язык самый легкий. Брат сказал, что COBOL. Валера выучил COBOL и к большому собственному удивлению получил работу на третьем интервью. Появились деньги, но за них приходилось платить изнуряющей работой. Еще несколько лет он тешил себя иллюзией, что произойдет чудо, и он снова будет заниматься русским авангардом. Но чуда не произошло. Поэтому он безжалостно затолкал живопись куда-то в глубину сознания, чтобы не беспокоила. Даже перестал ходить на выставки...

Итак, Валера почти допил кофе, а в это время в проеме появился консультант и позвал японца. Японец жестом попросил его обождать, подошел к Валере, протянул руку, представился Джимом Накамура и пригласил нашего героя на ланч в «Бекко», итальянский ресторан неподалеку. Валера тоже представился и принял приглашение. Договорились на час дня, обменялись бизнес карточками. У мистера Накамуры на карточке было написано «Инвестор», у Валеры – «Эксперт в живописи». Эта карточка завалялась у него с той поры, когда он еще не потерял надежду работать по специальности.

Еще через пять минут появился другой консультант и пригласил Валеру. Он говорил с немецким акцентом и был по-немецки четок и деловит. Снял копию с водительских прав, сделал экскурсию по выставочному залу, принес ключи и дал Валере погонять на новеньком Бокстере по 11-й Авеню и боковым улицам. За полтора часа, которые пролетели как одна минута наш герой впервые в жизни понял, что машина – это не только от точки А к точке Б, а еще много чего. В результате, когда, согласно сценарию, сказал консультанту, что не может принять решение прямо сейчас, неизвестно кто был разочарован больше. К «Бекко» он шагал, как влюбленный после первого свидания: счастливо улыбался и разве что не пел.

В ресторане Валеру неприятно удивил сильный шум, но на втором этаже было гораздо тише. Японец уже ждал его за угловым столиком. После нескольких слов о погоде и прочих незначительных вещах мистер Накамура предельно вежливо перешел к делу:
- Я хотел бы поинтересоваться, если вы не возражаете, какого рода экспертизу вы предлагаете Вашим клиентам.
«Блин, - подумал про себя Валера, - ну не могу же я ему сказать, что пишу коды на COBOLе. Точно же подумает, что я над ним издеваюсь.» После этого рот нашего героя открылся и как бы сам собой уверенно произнес:
- Знаете ли, в Нью-Йорке и вокруг около миллиона русских. Среди них есть довольно состоятельные люди, которые интересуются русской живописью XX-го века. Я стараюсь помочь им сделать правильный выбор. Разумеется, с учетом соотношения цена – качество.
- Судя по всему, ваши русские неплохо вам платят.
- Не жалуюсь, - почти не соврал Валера, потому что жаловаться ему действительно было не на что.
- Знаете ли, - заговорил мистер Накамура после короткой паузы, - мы совершенно незнакомы, и все-таки я хочу рискнуть и попросить вас помочь мне в довольно щепетильном деле. Вы знаете, что такое mystery shopping?
Валера чуть не подавился своим карпаччо, но кое-как справился и киванием головой подтвердил, что, да, знает.
А японец продолжал:
- Я тоже некоторым образом вкладываю деньги в искусство и недавно заинтересовался русским авангардом. Как мне подсказали компетентные друзья, цены на него в Нью-Йорке все еще сравнительно низкие. Другие знакомые подсказали мне русскую галерею в СоХо, где, по их словам, можно приобретать интересные картины по разумной цене. Я там был, но окончательного мнения так и не составил. Поэтому я прошу вас сегодня же посетить эту галерею и поделиться со мной вашими наблюдениями. Почему именно вас? Потому что я никогда не видел вас на аукционах и могу предположить, что вы – лицо незаинтересованное. Конечно, я гарантирую справедливую оплату вашего труда, но ее размер я сейчас сообщить не могу. Она зависит от ряда обстоятельств. Рискнете?
- Рискну!
Новоиспеченные партнеры скрепили договор рукопожатием. Валера получил адрес галереи и приглашение на ужин в «Сасабунэ»** для подведения итогов.

Найти галерею оказалось легко. В ее витрине был установлен здоровенный экран, на котором сменялись самые известные картины, фотографии и плакаты художников русского авангарда. На двери висела табличка: «Только по предварительной записи». Рядом с табличкой наш герой заметил кнопку звонка и позвонил. Через минуту занавеска на двери сдвинулась, и Валера увидел постаревшее лицо своего сокурсника Игоря Хребтова.

На курсе, наверное, не было ни одного человека, который бы любил Игоря. Во-первых, он был заносчив, во-вторых, никогда не отдавал долги, в том числе карточные, а в-третьих, у него водились деньги и, по общему мнению, деньги нечистые. Источник денег был ясен: Игорь продавал иностранцам старые иконы. А вот происхождение икон было темным. Некоторые говорили, что он грабит деревенские церкви, другие – что на него работают несколько художников-иконописцев, специалистов по фальшаку. Никто, однако, не исключал, что он занимается и тем и другим. После выпуска Игорь получил распределение в Москву, и с тех пор Валера ничего о нем не слышал и никогда не вспоминал. Вспомнил, правда, один раз уже в Нью-Йорке, когда увидел магазин с русскими иконами недалеко от 5-й Авеню. А вспомнив, немедленно понял, что торговать Игорь мог только в плотной спайке с КГБ. И сразу стали понятны и терпимость деканата к его бесконечным прогулам, и хорошие оценки при нулевых знаниях, и распределение в Москву...

Постаревшее лицо Игоря Хребтова скрылось за занавеской, зато открылось дверь.
- Заходи! - пригласил Игорь, - Какими судьбами?
И снова, во второй раз за день, рот Валеры открылся и сам собой заговорил:
- Я тут у дантиста на Грин Стрит был. Заодно решил по СоХо пройтись. Увидел в витрине знакомые картинки, захотелось посмотреть на оригиналы.
Игорь улыбнулся ровно настолько, чтобы показать, что шутку он понял и что шутка ему не очень понравилась. А потом повел гостя через большое, похожее на склад помещение. Картины там присутствовали, но большинство из них были прислонены к темной стене и только некоторые стояли на подставках. Валера попытался их рассмотреть, переходя от одной к другой, но уже через несколько минут его попытка была пресечена:
- Ничего ты здесь не увидишь. Здесь у меня копии и недорогие полотна. А топовые вещи хранятся в специальном сейфе. Я их выставляю только во время аукционов. Пошли ко мне в офис.

В офисе стали вспоминать однокурсников, но разговор получился безрадостный: кто-то спился, кто-то умер, в олигархи тоже не выскочил никто. Перешли на актуальные темы.
- Ты каждый день в таком прикиде ходишь? – спросил Игорь.
- Конечно, нет! – засмеялся Валера, - Я работу ищу. Завтра у меня интервью в Чейзе***. Поэтому вчера я купил новый костюм. Сегодня в нем хожу, чтобы выглядел хоть немного ношенным. А послезавтра сдам, пока не стал слишком старым.
- А чем ты конкретно занимаешься?
- Программирую на COBOLе. А ты как сюда попал?
- От скуки. Работал в Министерстве культуры. В один прекрасный день стало обидно, что пять лет учился на искусствоведа, а занимаюсь перекладыванием бумажек. А тут такой тренд сверху пошел: продвигать русскую культуру за рубежом. Ну я через знакомых ребят нашел спонсора и открыл галерею. Уже пятый год в бизнесе.
- Нравится?
- Еще бы! Живу в центре мировой культуры, знакомлюсь с интересными людьми со всего света, путешествую и, что очень важно для меня, делаю полезную для России работу. Между прочим, если хочешь, у меня и для тебя есть работа. С ксивой ЮНЕСКО будешь ездить по небольшим городам на постсоветском пространстве, заходить в местные музеи, смотреть запасники. Если найдешь что-то интересное, дашь знать нам. Выкуп, вывоз – это уже наша работа, а тебе – 10% от финальной продажи. Подходит?
«Ах ты, гнида, – подумал про себя Валера, - в наводчики меня сватает патриот сраный. Залупу тебе на воротник!» А вслух сказал:
- Спасибо! Подумаю после интервью. Как тебя найти я теперь знаю.
Распрощались. Уже на улице наш герой вспомнил, что Игорь не предложил даже воду, но не почувствовал ни удивления, ни огорчения. Впереди был ужин в «Сасабунэ», и нужно было успеть принять душ и переодеться.

В ресторан Валера приехал первым, получил от метрдотеля меню и привыкал к ценам пока не приехал мистер Накамура и не сказал волшебное слово «омакасе»****. Сразу принесли графинчик с холодным саке и крохотные стопочки. Мистер Накамура налил своему гостю, гость налил хозяину, сказали «кампай»*****, пригубили. В ожидании еды обсудили Валерины успехи.
- Вас туда пустили? – поинтересовался мистер Накамура.
- Конечно.
- Почему конечно?
- Потому что мистер Хребтов мой однокурсник, мы вместе учились в течение 5 лет.
- Вы не шутите?
Вместо ответа Валера достал предусмотрительно захваченную дома фотографию и протянул мистеру Накамура. На снимке, сделанном скорее всего во время летней практики, группа студентов стояла на парадной лестнице «Эрмитажа». Мистер Накамура внимательно посмотрел на Валеру, нашел его на фотографии, затем показал на Игоря и продолжил:
- И что же вы можете сказать о мистере Хребтове?
- Все, что вы купите у него, будет или подделкой или краденым.
- Предположим. А картины он вам показывал?
- Скорее старался, чтобы я их не видел. Все что я успел заметить – два отличных полотна туркестанского авангарда: Подковыров и Карахан. Скорее всего подлинники и очень может быть, что из какого-то провинциального музея в Узбекистане. А Филонов почти наверняка подделка. Похоже, что сфотографировали его картину из тех, что в запасниках больших музеев, и по фотографии сделали неплохую в общем-то копию.
- А цены вы с ним обсуждали?
- Нет, не обсуждали. Не станет он со мной обсуждать цены. Он же прекрасно понимает, что меня ему не облапошить...
А тем временем принесли такие суши, что продолжать деловую беседу было бы просто кощунством и она сама собой прекратилась.

По пути домой Валера вновь и вновь перебирал детали прошедшего дня. Он никак не мог поверить, что все эти чудеса произошли с ним; и страстно желал, чтобы они продолжились, и смертельно боялся, что завтра вновь наступят серые будни. Дома вспомнил, что сегодня же нужно отослать отчет по автоцентру Порше, но так и не смог заставить себя работать. Плюнул на отчет и лег спать, но заснул только к двум.

Разбудил его зуммер домофона. Звонил швейцар, сказал, что к нему нарочный. Валера спустился вниз. Нарочный, молодой парень в велосипедном шлеме, вручил ему пакет и уехал. Валера поднялся к себе, посмотрел на часы - было уже около десяти. Открыл пакет. Там оказалась довольно толстая пачка 100-долларовых купюр. Начал считать и бросил после трех тысяч, а в пачке еще оставалось по крайней мере вдвое больше. «Вот так номер шоб я помер» - подумал Валера и одной рукой включил чайник, а другой телевизор. В телевизоре канал ЭйБиСи показывал выпуск последнх нью-йоркских новостей. Вдруг на экране появилось лицо Игоря, вслед заговорила симпатичная диктор:
- Сегодня утром известный русский арт-дилер Игорь Хребтов найден мертвым в своей квартире на Парк-Авеню. Следов насильственной смерти не обнаружено, однако на голове арт-дилера был полиэтиленовый мешок, туго обвязанный галстуком вокруг шеи. Полиция выясняет обстоятельства смерти. Основная версия - самоубийство.

Еврейская мудрость гласит: «В первую очередь человек думает о себе, затем – о своих близких, а после этого – обо всех остальных.» Валера не был исключением. Он заварил кофе, отхлебнул и предался печальным размышлениям на тему зацепят ли при расследовании его и даже есть ли у него алиби. Ясности в этих вопросах не было, что не радовало. Размышления прервал телефон. Звонила рекрутер. Спросила нашел ли он работу и сообщила, что есть контракт в Сити****** на 42 доллара в час. Продолжительность – полгода с перспективой продления, сверхурочные – 50% сверху. Одним словом, все как в прошлый раз. Выходить на работу завтра, интервью сегодня в час дня. Не встретив бурного энтузиазма на другом конце провода, стала извиняться, что не могла позвонить раньше, и добавила: «Да не волнуйтесь, они вас помнят. Интервью будет чисто формальным.» Дождавшись короткого «Спасибо, понял», пожелала удачи и положила трубку.

Уже не зная, радоваться ему или печалиться, наш герой включил компьютер, чтобы распечатать свежую копию резюме, и тут же зацепился взглядом за пакет с деньгами, о котором совершенно забыл. Хотел его спрятать в ящик стола, как вдруг заметил маленькую записку. Развернул. Прочитал короткий текст: - Спасибо! Жду вас в час дня у «Бекко».

Будь у Валеры больше времени, он бы наверняка уподобился буриданову ослу, который умер от голода, выбирая между двумя одинаково зелеными лужайками. Но у нашего героя не было времени даже на то, чтобы бросить монетку, Он уже закрыл дверь квартиры, но, куда поедет, все еще не знал. И только в тесном лифте, пока тот скользил вниз, вдруг вспомнил обитый серой тканью кубикл 2 на 2 метра, вечно недовольного менеджера, бесконечные унылые совещания и его чуть не стошнило. Вышел из подъезда, остановил такси, плюхнулся на заднее сидение и сказал одно слово: «Бекко».

...
Все места в Нью-Йорке, которые упомянуты в этой истории, являются совершенно реальными, как, впрочем, и сама история. Фотографии этих мест можно посмотеть на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.

...
*Домоуправ, также выполняет мелкие ремонты
**Один из лучших японских ресторанов Манхэттена
***Чейз Манхэттен Банк - крупный нью-йоркский банк
****Заказ на усмотрение повара
*****Универсальный японский тост. Означает «пьем до дна».
******Ситибанк - крупный нью-йоркский банк

2

В армии, я как-то лежал в госпитале и в этом уфимском учреждении для солдатиков, работал дворником спившийся врач. Помню, что звали его Эдгард. Он был в возрасте, курил трубку и обладал просто энциклопедическими знаниями практически во всех областях. И, главное, это был великолепный рассказчик замечательных историй, коих у него было неимоверное количество. Однажды, мы перетаскивали на улице небольшие ящички - в госпитале все выздоравливающие и легко больные работали. И из одного ящика, через щель, полученную при небрежной разгрузке, посыпались подшипники. Эдгард взял один из них, надел на палец и покрутил. И последовала история, как его преподаватель московского мединститута, фронтовой врач с огромным стажем, участвовал в эвакуации психиатрической лечебницы в начале войны откуда-то с Украины на Восток. Понятно, война. Все кругом грохочет, немцы уже рядом и самолеты утюжат отступающих чуть ли ни через каждые пять минут. Психи боятся, цепляются за все и вытащить их из палат к машинам невозможно. И тогда врач-преподаватель увидел впопыхах оставленный кем-то ящик. В котором находились подшипники. И вот он быстро раздал подшипники психбольным, одел им на пальцы и показал как их надо крутить. Умственно больные люди просто были заворожены действом и легко позволяли себя вести и садить в машины. Эдгард говорил, что его преподаватель - тот самый врач, впоследствии описал в научной работе этот эксперимент, показывая, что идиотам необходимо в некоторых случаях замыкать, зацикливать сознание, дабы голова не рожала другие мысли, приводящие к неожиданным действиям. И вот хожу я сейчас по улицам и вижу эти самые "завораживатели" - спиннеры в руках почти всех деток. Вспоминаю ту историю с отвлечением идиотов. И как-то мне не по себе...

3

Это - не вполне история, а скорее впечатления о поездке на Украину три недели тому назад. Не смешно, извините..
*****
Поезд пришел в Запорожье перед рассветом. Немногие попутчики тихо растворились во тьме, и мы с женой остались на перроне одни. Остро пахло железной дорогой. В голове еще стучала ложка о подстаканник. Дул бандеровский ветерок, розовел нацисткий рассвет, и даже птички пели хрень про москалей. Так написал бы журналист первого канала. И соврал бы.
Хотя собаки и правда гавкали с мягким «г».

Встречающий опаздывал, и я разглядывал то, что освещали редкие желтые лампы. Любознательность была тут же вознаграждена. Из монументальных указателей следовало, что я стою на третьем пути. Следующий же был — пятый. Тут появился мой связной, и я спросил его об этой загадке. «Дык четвертого тут отродясь не было!» простодушно поведал тот. Ух ты! Коллекция дуростей приросла. А началась она в Киеве, где нумерацию вагонов привязали к северной стороне вокзала. И верилось, что толпы провожающих, дружно вскинув к глазам наручные компасы, стартовали к своим местам...

Поднявшееся уже прилично солнце освещало нашу маршрутку, старательно объезжающую ямы, трещины и колдобины, использованных в качестве основного материала для дороги на Васильевку. Динамик у водилы вещал «Русским радио», а автобусный wi-fi позволил даже поскайпится с детьми. Периодически исчезая с их экранов из-за прыжков в очередную лужу. А потом мы приехали. Под снег, выпавший на цветущие вишни. Японские поэты при виде заснеженных сакур ошпарили бы себе колени.

Погода была омерзительной, на природу не тянуло, и я коротал время перед ТВ и компом. А вскоре заметил, что в мою жизнь вмешиваются еще двое. И начинают вещать в голове. По разному. Торжественно, радостно, печально, тихо, просяще, требовательно, гневно. Такие, знаете, шепотки из двух источников. Телевизор изрыгал чисто украинское, а интернет - российское удобрения для мозга. Сравнивать их было поучительно и забавно. Поневоле вспоминалось незабвенное: "..а твой позорный недуг, товарищ призывник, мы в подвиг определим". Любое событие в мире непременно толковалось, как великий и положительный знак для каждой из сторон. О чем тут же начинали ворковать наспех собранные "эксперты и политологи" на бесконечных говорильнях.

О, эти ток-шоу! Почему-то вспомнилось, что в начале 20 века вдруг пошло повальное увлечение французской борьбой. В результате цирки всех городов Российской империи стали проводить собственные "мировые чемпионаты". В любом заштатном шапито местные борцы наряжались под американца, француза, "черную маску" и африканского людоеда и месили друг друга на потеху публике. Так вот, сейчас за "круглыми столами" очень похоже. Неуклюжее пыхтение на обоссаных слонами опилках.

Конечно, не так все плохо. Плюсую московским шоу за отличную техническую часть и придерживание хоть какой-то внешней логичности. Хохлы же опережают по ведущим, неоспоримым красоткам. Похожих девок можно увидеть разве только в американских фильмах. Ну, там, где двадцатилетние спортсменки с модельной внешностью непременно оказываются выпускниками Гарварда-Принстона, и твердо знают, что у атомной бомбы нужно перекусить именно сиреневый провод.

В остальном же - беда. Местный телек имел 17 каналов, и по всем нес голимую пропаганду. Не имеющей ничего общего с реальностью. Например, практически все каналы идут на мове. На улице же говорят исключительно по-русски. Или, с экрана постоянно долбят, что идет война с Россией. Под тревожную музыку, дрожащими голосами ежечасно передают сводки с фронтов. Но из любого райцентра существует регулярное сообщение с Россией, включая Москву. Как если бы жители блокадного Ленинграда на выходные мотались в Кенигсберг за колбаской.
Если где-нибудь меня спрашивали, откуда я, то я честно отвечал, что из Курска. Без каких-то эксцессов.

Иногда показывали старые советские фильмы (с украинскими титрами). Многие даже я видел впервые. Наверное, потому что они были партийные, скучные, и быстро исчезли еще до моего рождения. Но сейчас их крутят. В целях декомунизации. Точно так же часто идут западные ленты времен холодной войны. В них перекошенные коммунисты с дикими "русскими" фамилиями мучают позитивных демократов.
Новости из России - только негативные. Зарезали, обокрали, пожары, санкции, конец близок... Уф! А теперь - концерт из Винницы! Трио бандуристов! Слава-слава! Гоп-гоп! Собственно, все - как и в российских новостях про незалежную.
Понимаю, что неуместно, но не смог не заржать, когда, включив ящик, нарвался на момент, когда лорд Волдеморт зловеще повелевает своим упырям: "Цього Харри Поттера треба зныщиты як можна скориш!".

Я, где мог, разговаривал с людьми. Почти все ненавидят нынешнее правительство, и хотели бы вернуться к уровню жизни при "злочинной владе" 2013. Но при этом даже простые люди очень обижены на Путина за Крым и Донбасс. Можно им как угодно объяснять, что в тех условиях эти акции имели какие-то основания, но кому это интересно? А в массах — досада. Ну вот представьте, если Япония вдруг оттяпает Курилы (на которые вообще-то имеет серьезные права).

И поневоле мечтается: вот если бы тогда Россия совершенно законно блокировала б свою базу - один Севастополь... Ни одна тварь бы не гавкнула! А уж если невмоготу было сдерживаться - так давили бы экономически. И все эти порошенки сами бы слиняли. И тогда все были бы живы на Донбассе. И наш Юра не остался бы в бетоне Донецкого аэропорта...

К сожалению, отчаявшись, на Украине люди стали верить, что все эти резкие обнищания последних лет - действительно из-за войны. Голоса в голове тихо делают свое дело и воззрения меняются. Именно из-за них исчезают последние крохи смысла. Например, закон 5670 о языке (почитайте, это бомба). Или блокады там разные. Властям - тоже очень удобно. Отговорка "в то время, когда враг у ворот..." настолько часто повторяется, что я бы советовал вставить ее в гимн.

Нищета в провинции впечатляет. Мы несколько дней чистили захламленную старую квартиру, относя ветхие и неисправные вещи к мусорке. Она была видна из окна. Так вот, выложенное нами барахло исчезало в течение получаса.
Кстати, об этой уборке. Она шла неоправданно долго, из-за находок. Самой приятной из них оказался короб с бутылками массандровского портвейна «Алушта», купленного на талоны в 90е. С такими пластиковыми запаянными пробками. За двадцать с лишним лет на дне выпал осадок в сантиметр, но вкус оказался восхитительным (именно восхитительным, и не надо возражать, я — сильно в теме). А уж навеяло-то... Гурзуф, гитары, кассетники, Цой-жив...

А подписка «За рулем» середины 80х? Мама моя, какой классный был журнал! Я перечел все, но особенно поразили раздел «истории на дорогах». Теперешние офисные на иномарках наверняка сдохли бы в таких передрягах. А в то время ремонт в пути считался нормой. Типа: «ночью, в метель, я ехал на Москвиче-417, когда он заглох. И оставалось каких-то 500 км! Ну, ничего. Одев тулуп и валенки (они всегда в багажнике), я быстро раскидал мотор. Вот. Все нормально. Разобрал коробку. Ага, восьмая шестерня — капут. Обычно я вожу запасную коробку передач, но сегодня забыл. Ну ничего. На поле стоял занесенный снегом брошенный трактор. Пользуясь наборами разных ключей, газорезкой и маленьким токарным станком (они тоже всегда в багажнике) я сделал новую шестеренку. И одну в запас. Под конец, убив любопытную лису домкратом, я обмотал ее хвостом облысевшие дворники. Так и поехал дальше...» Песня! А сейчас? Ну, максимум, колесо кто сможет сменить..

Очень сильно подорожала коммуналка и смертельно ударила по самым безответным. По старикам и старухам. У многих платежки реально больше пенсии. Конечно, на Майдан они не дойдут...

О "нациках". В Запорожской области я их не видел. В Киеве - тоже (но был всего несколько дней). Вероятно, эти придурки существуют. Но, похоже, это мальчики по вызовам. Как и боты интернетовских недоумков, исходящих говном в политкомментах. Люди, выбравшие из шепчущих голосов тот, который щедрее. Плохо то, что дворовое быдло моментально уловило ситуацию, и теперь любые наезды происходят под патриотическую патетику. И тогда полиция молчит.

И опять. На Украине - полно вменяемых. Но они не у власти. Как всегда. Как везде. Беда в том, что и Москва рассказывает только о Киевском паноптикуме. Вероятно, чтобы скрыть собственные немалые косяки...

Что еще запомнилось? Красивенные девушки и женщины на улицах, которых не портили ни одежды, ни косметика. Забытый запах свежего черного хлеба (в детстве я всегда отгрызал кусок, пока нес его от магазина. Родители ругали, я злился и убегал. А сейчас бы послушал. Но их больше нет)

Удивило наличие перерыва на обед в магазинах, даже больших. Киоски с круглосуточным бухлом в пределах 200 метров. Магазины и рестораны с неправдоподобно вкусной для нас едой и смешным (для нас же) ценами. Тротуары - лет тридцать без ремонта, с положенными поверх изломов трубами полива. И то, как жители привычно через все эти преграды скачут, даже с детскими колясками. Больница, куда жена попала, вывихнув лодыжку на такой дороге. Оттуда меня послали в аптеку купить пленку для рентгена, гипс, лангет и бинты. После чего обслужили. Кладбище, где большинство умерших - от 50 до 65. Неожиданно неплохая украинская водка и абсолютный левак в виде Johnny Walker (спасибо, хоть не ослепли). Количество церквей в атомном городе Энергодаре. Номерные бирки на ушах у множество бродячих собак. Легковушки, что пропускают пешеходов...

А потом был отъезд - как лопнувшая струна - в быстрых слезах. Ночью того же дня мы подлетали к дому. Давно ставший своим Торонто спокойно сиял внизу, в разрывах туч.
Два голоса - две родины молчали.

4

Несколько лет назад я уже рассказывал здесь историю про моего деда, метиловый спирт и медаль "За оборону Сталинграда" (https://www.anekdot.ru/id/698611/).
Так вот про медаль, Сибирь и степь. И 229-ю стрелковую дивизию второго формирования.

Простите, будет много дат, но без этого не понять всю скоротечность происходящего. И ещё - будет несмешно.

Дальнейшие события восстановлены по рассказам деда и архивным документам.

Деда призвали не сразу. Сначала брали молодых, а он 1899 года рождения, ещё в Гражданскую успел повоевать.
Но в июле 1942-го и до него очередь дошла...

Первый раз 229-ю стрелковую дивизию полностью разбили под Вязьмой в октябре 41го. Осталось одно знамя, ящик с документами Особого отдела и повар (впрочем, за повара я не поручусь).
Дивизию формировали заново в г. Ишим Тюменской области из призывников Омска и Новосибирска 1921-23 гг.р.
Командиром назначили уже успевшего зарекомендовать себя в боях полковника Ф.Ф. Сажина.
В мае 42го дивизия прибыла в Нижний Новгород, получила оружие от сормовских рабочих и 10 июля отправилась эшелонами по маршруту Рязань-Тамбов-Саратов-Сталинград.
Людей катастрофически не хватало, поэтому личный состав продолжали добирать и по дороге.

Вот так 13 июля на станции Скопин Рязанской области и пересеклись пути моего деда и эшелона, на котором почти десять тысяч молодых здоровых сибиряков ехали на фронт.
15го июля прибыли в Ахтюбинск, это за Волгой, юго-восточнее Сталинграда, в тылы 64-й армии.
Даже не дали выйти из вагонов и сразу перенаправили к западу от Сталинграда, на станцию Цимлянск, на усиление т.н. "Сталинградского обвода".
Пока разворачивались - в Цимлянске уже были немцы. Пришлось начать выгружаться 16 июля на станции Котлубань, это чуть севернее Сталинграда.
И уже оттуда топать 150 км пешком на Запад, через степь. Без сухпайка и воды. Ну да, "в дороге кормить никто не обещал".
Со всем дивизионным хозяйством тащились пять дней.
23 июля вступили в бой у деревни на линии Суровкино-Осиновка с приказом перейти в наступление и отбить у немцев станицу Нижне-Чирская (ныне город Нижний Чир).
Ну, перешли, раз приказано. И тут же напоролись на шквальный огонь мотопехоты, самоходок, танков и непрерывную бомбёжку с воздуха.
Ровная как стол степь. Ни ложбинки, ни кустика... И молодые, необстрелянные ребята после пятидневного марша.
Окопались. Первые два дня отбивали все атаки, подбили 9 танков, уничтожили около 600 гитлеровцев.
А 25 июля стало особенно тяжело...
В пять часов утра полномасштабная артподготовка и авианалет. А потом попёрли более 80 танков и мотопехота. И всё это под прикрытием плотного артиллерийского и минометного огня.
От дыма стало темно, как ночью. Вой, свист выстрелы и взрывы уже не разделялись на отдельные звуки. Был просто однообразный гул. Головы не поднять.
Немцы давили так, что к полудню уже оказались на командном пункте дивизии. Отбивались всеми силами. В ход пошли штыки, сапёрные лопатки и штабные писари.
Стали отходить, но всё-таки 27го июля остановили немцев, а 31го - "при поддержке 10ти танков и авиации" перешли в контрнаступление и снова заняли свои старые позиции у Осиновки.
Официальные донесения сухи, но даже на общем фоне битвы от Невы до Волги те бои особенно выделялись, раз 30го июля о героизме 229-й сообщили в сводке Совинформбюро.
К этому моменту из 10 тысяч личного состава осталась уже половина, точнее 5791 человек и 38 пушек. А ещё 70 пулемётов, 3862 винтовки и 224 ППШ.
А через неделю, 8 августа, немцы прорвали оборону соседей с севера и дивизия попала в окружение.
От Дона, за которым были свои, тоже отрезали.
10 августа была потеряна связь со штабом армии. Ни боеприпасов ни продовольствия. Но всё равно дрались, как черти. До последнего.
К середине августа дивизии не стало. Комдив, полковник Сажин, геройски погиб 11го августа. Командиров рот м полков выбило ещё раньше.
К 17му августа через Дон, к своим, "поодиночке и малыми группами" (т.е. кто как мог), смогли переправиться лишь 700 (по другим данным - 528) человек,которых распихали по другим подразделениям.
Семьсот человек из десяти тысяч!

Мне повезло. Среди выживших был мой дед. Поэтому я и могу сейчас всё это рассказать.
. . .

Конечно, память не в том, чтобы раз в год пройтись с фотографией никогда не виденного родственника на плакатике (ну не годится здесь модное нынче немецкое слово "штендер").
И всё же 9го Мая я пройду с "Бессмертным полком".
С портретом деда в руках. В память о нём.
И с мыслью о том, что в Иштыме, Тюмени, Омске, Новосибирске и других городах, где я никогда не был, вместе со мной идут мои братья по крови.
Те, чьи деды встали рядом с моим в далёких южнорусских степях в июле-августе 1942го против немецкой махины. И не отступили.
А в нагрудном кармане у меня будет дедова медаль.
В память о тех 9000 сибирских ребятах из 229-й стрелковой дивизии "второго формирования", что все полегли за каких-то три недели жестоких боёв.
В память о тех, кто так и не получил СВОИХ медалей "ЗА ОБОРОНУ СТАЛИНГРАДА".


P.S.
Позже 229-ю ещё раз сформировали "с нуля". И она снова геройски легла в полном составе. На этот раз под Волховом, весной 43го. В деревне Хутынь Новгородской области им стоит памятник.
И уже другие люди донесли её знамя до Берлина и Праги.
Но это уже совсем другая история.

5

Есть у меня один московский друг. Каждый раз, когда я отправляюсь в отпуск, я по пути туда и обратно у него останавливаюсь.Старым друзьям всегда есть о чём потрепаться. И как-то раз, собираясь уже домой, обнаружил, что я у него пропил почти всю оставшуюся наличность. Колька радостно шлепнул перед мной тысячу:"Владей. Это тебе на прокорм в пути. Через год отдашь". Было это не так давно. Мобильники и интернет были уже почти у всех, а о смартфонах ещё никто и не слышал. Это -предыстория. А история в следующем. С Колькой мы общались в основном по e-mail. И про то, что помню о своем долге, я иногда писал. Как то Колька отправился в командировку. А на время его отсутствия в Москве ему на почту должен был прийти какой-то важный проект договора. Николай, уезжая, попросил жену, чтобы она его ему прочитала по мобильнику. Для этого ему пришлось назвать и соответствующий адрес и все пароли. Нет, конечно, он старательно избавил свой почтовый ящик от всех мал-мальски подозрительных сообщений. Но мои письма в разряд таковых не попали. А зря. И когда Николай вернулся в лоно семьи , он получил пятизвездный скандал. Супруга, естественно, воспользовалась случаем и прошерстила всю Колькину переписку вдоль и поперек. И наткнулась на мое письмо, в котором я писал о своем долге следующем образом;"А твоя синеглазенькая неплохо поживает. Ждет не дождется встречи с тобой. Даже немного поправилась. Могу прислать её фото." А вот зря я фотографию тысячерублёвки не прислал. Чуть не разрушил крепкую российскую семью.

6

О любви к природе...

В одном небольшом (по китайским меркам) промышленном городе стоял большой (по любым меркам) завод. Что тот завод производил, для целей нашей истории не важно. А важно, что в конторе этого завода с советских времен работала одна дама. То есть, в те далекие советские времена она была еще девушкой, молодым специалистом. Затем стала взрослой женщиной. Потом тетенькой предпенсионного возраста. А затем и вовсе пенсионного. И тут, как раз, ударил кризис.

По заводу прошел приказ подготовить списки граждан на заклание (то есть на сокращение). Разумеется, начальство, не долго колебавшись, включило в эти списки и нашу героиню (М.). Но у М. были другие планы относительно своей трудовой деятельности. Невеликая пенсия не была пределом ее мечтаний и своим размером явно зарплате проигрывала. Идея жить на средства, сопоставимые с затратами на месячное содержание кошки элитной породы М. не прельщала. В связи с чем тихая дама встала на дыбы и отказалась уходить на почетную пенсию добровольно. Ну чтож, не она первая и не она последняя, бюрократическая машина заработала и в установленный законом срок, с соблюдением всех необходимых формальностей, тетеньку сократили.

Собрала М. личные вещи и отнесла в машину, стоявшую на улице. Попрощалась с опустившими глаза коллегами и пошла к выходу. Что же тут оптимистичного, спросите вы. Действительно, ничего веселого до настоящего момента не произошло в нашем рассказе.

Следовало упомянуть, что М. не сделала на заводе карьеры, как ни старалась, но в процессе попыток такую карьеру сделать не завела ни мужа, ни детей. Единственной ее страстью было садоводство. На полученных в незапамятные времена шести сотках у нее росли самые удивительные яблоки и груши, кабачки и тыквы участвовали и побеждали в выставках, клубника с ягодами размером в детский кулак поражала всех еще и тем, что плодоносила чуть ли не до снега. Зная об этой ее страсти все знакомые привозили ей в подарок из командировок не московскую колбасу и китайские покрывала, а разные чахлые былинки, которые в руках М. поднимали голову и расцветали в невиданные в наших широтах экзотические растения.

Но настоящей жемчужиной коллекции была удивительная пальма. Во времена, когда доминирующей сельскохозяйственной культурой нашей страны становилась кукуруза, сын одной из коллег М., пилот Аэрофлота, летавший на Кубу, приехал к родителям в далекий холодный уральский город и привез в подарок для М., зная о ее страсти, хиленький зеленый росточек, произраставший в баночке из-под майонеза. Смена климата и часовых поясов не лучшим образом сказалась на росточке и визуально было понятно, что росток не жилец. Понурив листики, он лежал на заморском грунте и всем своим видом намекал на близкую панихиду.

М. сказала «Хм…» и, не поблагодарив дарителей, стремительно побежала на свое рабочее место. Там была из ватмана сделана и установлена вертикально специальная труба, в центр трубы был помещен стебелек, а вокруг стебелька расставлены еще пять майонезных баночек, наполненных водой. Вся конструкция находилась на южном подоконнике. К изумлению коллег, странная былинка не загнулась, а расправила стебли и воспряла духом. Через несколько месяцев уже окрепший росток был пересажен в банку из-под селедки и накрыт сверху вместо бумажной трубы пустым аквариумом.

Былинка оказалась какой-то экзотической пальмой, которая и на самой Кубе встречалась не часто, а уж вырастить ее на Урале, пусть даже в закрытом помещении, выглядело абсолютным подвигом. За годы работы М. на заводе, росток превратился в двухметровый изрядный дрын с одервеневшим стволом, толстым у основания и оснащенным пышной зеленой кроной наверху. М. посылала фото пальмы в отделение Академии наук в Свердловске, те подтвердили ее, пальмы, редкую породу, поздравили М. с успехом и попросили держать их в курсе жизни растения.

М.прилежно вела замеры высоты и толщины ствола, описывала болезни и температуру окружающего воздуха, заносила в таблицу данные о графике и объемах полива, длительности световой ежедневной экспозиции, фотографировала пальму и слала отчеты биологам.

Но, ничто не вечно под Луной. И вот, М. изгнанная с родного завода, сгибаясь под тяжестью ноши, прет через проходную ящик с двухметровой пальмой. Те, кто работал на предприятиях со строгой пропускной системой, наверняка, уже догадались о последовавших за этим событиях. Охрана М. стопорит на проходной и требует предъявить материальный пропуск на пальму. М. заявляет, что пальма ее личная, поэтому пропуск не нужен. Отметки о вносе пальмы на территорию предприятия у нее нет, поскольку внесена она была в шестьдесят-каком-то году и вид тогда имела совершенно иной.

Конечно, все, кто работал с М., историю о пальме знают, на словах ее историю охране подтверждают, но охрана принципиальная, да и власть показать хочется. Одним словом, пальму у М. отбирают, она в нее вцепилась маниакально и не отдает. Назревает скандал. М. требует, чтоб составили акт изъятия. Вызвали ВОХРовцев (*ВОХР- военизированная охрана), пальму насильно отобрали, акт составили. Кроме того, от большого ума, в акте написали, что М. пальму отдавать отказывалась, препятствовала действию такого-то ВОХРовца, пришлось применить спецсредства (два раза тюкнули ее по рукам резиновой дубинкой). После чего выперли с территории взашей и отвесили прощального пенделя.

М. идет в травмопункт, снимает побои, идет в милицию и пишет заявление о грабеже. Милиция долго упрямится и заявление не принимает. В итоге М. посылает заявление в милицию по почте, пишет жалобу на отказ фиксировать заявление о тяжком преступлении вышестоящему начальству милиционеров, а сама подает в суд заявление о взыскании с завода причиненного ей изъятием пальмы материального ущерба. К исковому прикладывает экспертное заключение о том, что цена взрослого растения таких-то размеров составляет 150 тысяч рублей, а также всю свою переписку с Академией наук и фотографии, первые еще черно-белые, демонстрирующие весь процесс выращивания пальмы на рабочем месте. Завод ахает и охает, в суде кричит, что заводская контора это не дендрарий, чтоб там пальмы выращивать. Но факт налицо, и завод суд проигрывает.

И вступившее в силу решение суда М. посылает вдогонку жалобе милицейским начальникам. Решение суда это уже не скандал на лавке, нужно реагировать. Милицейское начальство объясняет подчиненным, что непринятие заявлений у граждан с пальмами черевато ректальной стимуляцией, по фактам нужно работать, в противном случае у самих будущих полиционеров есть шанс заняться садоводством раньше выхода на пенсию. Совершенно офигевшие от такого втыка милиционеры сами находят М., берут у нее заявление и даже умудряются возбудить дело.

В этот момент становится кисло ВОХРам, которых начинают в рабочее время таскать на допросы, а в свободное от работы время они начинают сами бегать за М. и уговаривать ее забрать заявление.

М. такой нервный режим на пенсии явно претит и она уезжает на полученную от завода компенсацию отдыхать в Кисловодск. Азартная милиция начинает оформлять преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору. ВОХРы отчаянно валят вину друг на друга и дружно на начальника охраны. В таком ракурсе кисло становится уже заводу и в Кисловодск едет специально обученный гонец с чрезвычайными полномочиями.

О чем они там говорили с М., история умалчивает. Но М. заявление свое забрала, неожиданно у нее появились деньги на квартиру в Киловодске, а квартиру в родном городе, том, где стоит завод, М. сдает, получая заметную прибавку к пенсии. Жить М. стала в новой квартире, кисловодской, а арендатором старой квартиры стал племянник дарителя пальмы с женой и ребенком. Дело в суд не пошло, никого не посадили.
На заводе имя М. произносить до сих пор запрещено, как Воландеморта в Хогвардсе.

А что же пальма, спросите вы. Увы, пальма была утрачена, куда ее дели после изъятия так никто сказать и не смог. Говорят, она сильно пострадала в процессе битвы за право ею обладать, так что несчастный цветок пал единственной и безвинной жертвой этой истории. Хотя, может быть, и он растет до сих пор где-нибудь в удалении от начальственных глаз. Уничтоженным ведь его никто не видел. Двухметровая пальма не иголка. Подобрали, выходили. Народ-то у нас жалостливый и домовитый, сады у каждого второго. Наверняка, мимо такого чуда, бесхозно стоящего на территории завода, не смогли равнодушно пройти. Спрятать двухметровую пальму на огромной заводской территории, где бесследно пропадали целые железнодорожные составы, не очень сложное дело. По крайней мере, мне такая версия больше нравится.

7

Детство - это нечто особое...

Однажды Гришка увидел на свалке бутылку. Обычная закрытая пластиковая "полторашка", прозрачная, видно, что полная,(как будто полная воды) но - лёгкая! По весу - как будто и половины в ней нет, а видно, что полная.
Чудо. А с чудом что надо сделать? Правильно, разобраться.
Ну Гришка и открыл её. То-ли понюхать хотел...
В первую секунду ничего не произошло. (Потом он рассказывал, что он её как раз чуть тряхнул). А вот потом...
Из бутылки шандарахнуло прямо Гришке в лицо. Бутылка мгновенно вырвалась из рук и с невероятной скоростью полетела, описывая спирали, похожая то ли на открытый воздушный шарик, то-ли на боевую ракету, ложащуюся на курс к цели. Гришка присел, а мы кинулись к нему, с криками: "Что с тобой?"
Он сидел на корточках с плотно зажмуренными глазами, и нам было страшно, потому что мы не понимали, что с ним случилось, и что надо делать.
Постепенно он смог объяснить нам, что сам не знает, что случилась, глаза открывать боится, но вроде всё нормально, только плакать очень хочется.
Потом он всё-таки открыл глаза, долго моргал, но стало понятно, что - обошлось.
Почти одновременно стало понятно, что повезло.
Дело в том, что Гришка вообще-то курил. И открывть бутылку он вполне мог начать с горящей сигаретой во рту - просто случайно в этот момент было не так.
А что бы было, если бы он так открыл бутылку СО СЖИЖЕННЫМ ГАЗОМ (ПРОПАН_БУТАНОМ) с горящей сигаретой во рту, мы представить себе могли.
Гришка отстирывал свою одежду и мыл голову у меня (у меня дома никого не оказалось), но газом от него всё равно пахло ещё недели две.


Чуден "Днепр" при тихой погоде, или не всякий Икар долетит...

Однажды Гришка ухитрился за копейки купить Днепр. Днепр - это тяжёлый мотоцикл. Нет, к тому времени мы все умели кататься на мопедах, но одно дело - мопед, а другое - мотоцикл, да ещё какой!
Днепр держали в гараже у Серёжки. Гараж у Серёжки был в большом гаражном массиве, гаражи там стояли рядами, но в том проезде, в котором был Серёжкин гараж была особенность - с одного конца этот проезд был "глухим", то есть в конце его тоже были гаражи. В общем, гаражи стояли буквой "П" с очень-очень длинными ножками, и маленьким расстоянием между длинными палочками.
Днепр не заводился. Кроме того, на нём не работали тормоза, не работала электрика, глушитель был дырявый, камеры были пробиты в куче мест. Он был без коляски, и мы ставили его мотором на деревянную коробку, потому что подножка тоже не работала.
Мы чинили его все вместе, но я считался "самым опытным". И в конце концов, я смог починить зажигание. Кроме того, мы при помощи огромного количества клея "момент" и ножниц ухитрились сделать из двух камер одну кое-как держащую накачку, правда она была похожа на какого-то экзотического пятнистого питона, страдающего лишаём, и кусающего собственный хвост. И наконец-то он завёлся! Это не передать словами! Мало кто поймёт, сколько счастья может принести чудовищный грохот, жуткий дым, и хлещущее из дыр раскалённого до розового цвета глушителя синее пламя! Гришка прыгнул в седло, с жутким хрустом врубил первую и полетел (мы едва успели вытащить ящик из-под мотоцикла).
Мало кто из взрослых поймёт, что едущий на первой скорости Днепр, который и на верхней-то навряд ли когда-нибудь набирал 90 - это полёт. Но это был самый настоящий полёт, но как вскоре выяснилось - полёт Икара.
Напомню, тормозов на Днепре не было. И, как оказалось, расстояния между рядами гаражей, чтобы развернуться - то же. Сначала Гришка пытался тормозить по-мопедному - подошвами, но куда там - остановить подошвами такую массу! Потом он успел спрыгнуть с сидения, и летел рядом с мотоциклом, держась за руль, а потом... Потома не было, буква "П" кончилась.
Они врезались в закрытые ворота гаража, стоящего в перемычке буквы "П" практически одновременно, рядом - справа мотоцикл, слева - Гришка. И упали практически одновременно, мотоцикл - направо, Гришка - налево.
Мы, бросив ящик и рассыпанные инструменты перед открытым гаражом, помчались к ним так быстро, как только могли. Я, наверное, никогда в жизни так быстро не бегал.
Собственно говоря, им повезло. Гришка ухитрился ничего себе не сломать, правда он оказался весь в синяках, разогнуться он смог только минут через десять, и даже материться начал не сразу. Ещё дня два у него всё болело. Мотоциклу тоже повезло - хотя переднее колесо и сложило, но переднюю вилку не погнуло, так что все потери - это собственно переднее колесо.
И всё-таки - это был первый настоящий полёт на Днепре! Это из вещей, запоминающихся на всю жизнь! Как объяснить, что это одно важнее всех связанных с этим мелких неприятностей?
Мы потом ещё ездили на этом Днепре... До сих пор на стене рядом с моим сараем красуется черно-голубое пятно - это Гришка как-то случайно слишком резко бросил сцепление, и мотоцикл со всеми нами (я, например, сидел в коляске) прыгнул и воткнулся в стену. Но в этот раз ужасов не было, так как там было всего метра полтора разгона.

А ещё нельзя не рассказать о том, что было гораздо раньше - ещё сильно-сильно до Днепра. Например, о первом велосипеде с мотором. Но это уже "совсем другая история"...

8

Мне всегда нравилась Германия – может, потому, что я там родился в далеком 1971 году, может, это зов крови? И когда в 18 лет я попал в то самое место, где когда-то служил мой отец, я увидел в этом знак судьбы. Причем очутился я там в наказание за повинность: однажды я серьезно подвел штаб дивизии, перепечатав с грубыми ошибками какой-то важный генеральский документ, и меня тут же согнали с секретарской должности, которую я там занимал, лишили всех привилегий и, чтобы совсем уж добить, отправили из солнечного Куйбышева в хмурую вражескую Германию.
– Алёшин, сука тупорылая, мы тебя сгноим, так и знай, – озлобленно сказал мне капитан Тужилкин, и в ближайшие дни я был распределен в ограниченный контингент российских войск в Гарделеген.
В то самое время, как я оказался в Германии, произошли легендарные события: Берлинская стена рухнула, Западная Германия объединилась с Восточной. Ой, что тут началось! Капиталистические немцы из Западной Германии никогда не видели русских солдат, это было открытием для них, настоящим шоком! Видимо, они никак не могли понять, почему мы идем с головы до пят в свином дерьме, – а шли мы после 24-часового наряда в свинарнике, где копались в этом самом, прошу прощения, дерьме. Почему мы выглядим, как отступающая морально разложившаяся армия? Немцы на «Мерседесах» и «БМВ» останавливались, фотографировали нас, давали нам какие-то сладости, пиво, а иногда даже деньги. Целыми днями ошивались мы на местной городской свалке, где оказались тонны продуктов восточно-германских производителей. Капитализм сделал эти товары неконкурентными, и их просто выбрасывали на свалку. Горы из тортов, колбас и сосисок, вяленой рыбы, фруктов выгружались на свалку, а мы, вечно голодные солдаты, собирали их и пировали! Продукты-то были нормальные, просто капитализм страшная штука!
Жить в объединенной Германии оказалось очень интересно: все офицеры занялись бизнесом, продавали все, что плохо лежит, покупали подержанные иномарки, у некоторых было по несколько машин. Даже солдатам платили 70 западных марок, кругом были редкие для нас западные товары, отличные ботинки, фантастические кроссовки, джинсы, спортивные костюмы, всякие магнитолы и видеомагнитофоны. Эта великолепная мишура манила и соблазняла, горы шоколадок на свалке делали службу в разы веселей…
Вскоре солдаты побежали. В основном это были лица с Кавказа – они просто выходили за пределы воинской части и убегали вглубь Германии. Если бы я знал, какая история ждет мою страну в 2015-м, я бы, наверное, тоже сбежал, но я и предположить ничего такого не мог, вот всякие жители пустынь и гор оказались более прозорливыми и бросились в бега. Их ловили, мы часто срывались в погоню за очередным беглецом, патрули из разведчиков стояли в дозорах, пытаясь выловить дезертиров. В один из таких дней нас по тревоге собрали. Я, лейтенант Салпогаров и Рома Ивахин, покидав какой-то мусор в вещмешки, запрыгнули в грузовик, и нас повезли на точку, где нам нужно было находиться, чтобы перехватить очередного беглеца. Завезли нас довольно далеко, в какой-то маленький западногерманский городок. Там нас выгрузили на главной площади без еды, без воды, без средств связи, просто выгрузили и сказали: стойте, пока не заберем, ловите беглеца.
Мы уселись на какие-то продуктовые ящики и стали скучать. Через несколько часов такого сидения нам всем стало невыносимо тошно. Отупение и безысходность охватили нашу команду горе-разведчиков. Казалось, город вымер, только в одном здании невдалеке горел свет и едва слышно звучала музыка.
Неожиданно из темноты показался человек в переднике, вероятно, какой-то работник общепита. Мужчина, немного нервничая, стал нам что-то говорить, показывая рукой на то самое здание, где горел свет.
– Не понимаем! – громко крикнул ему наш лейтенант Салпогаров: он подумал, что иностранец быстрее его поймет, если он будет говорить громче.
– Мы вас не понимаем, что вам надо? Мы ловим здесь дезертира, – я тоже стал объяснять немцу, что мы здесь делаем, активно подключая жестикуляцию.
– Битте, шранце рукен! Битте, битте! – не унимался товарищ в переднике. Устав убеждать нас, он попросту стал нас как бы манить в сторону здания с музыкой – идемте, идемте туда, казалось, говорил он. Мы переглянулись. «Может, там наш дезертир? – решил наш молодой командир Миша, – Давайте сходим с ним». И потом, вдруг там есть еда, мы же не ели со вчерашнего дня!
Яркий свет ослепил нас, помещение оказалось гаштетом, местным небольшим баром, доверху набитым немцами, западными немцами! Нашими недавними оппонентами по железному занавесу! Первые несколько минут все, притихнув, рассматривали наши обросшие щетиной рожи, помятую форму и голодные глаза. Мужчина, который нас привел, между тем зашел за стойку и стал наливать что-то прозрачное из большой бутыли в стоящие перед ним 3 высоких стакана. Стаканы стояли на подносе, рядом лежали какие-то навороченные бутерброды. Взяв поднос, бармен подошел к нам.
– Битте! Дринк! Битте, официрен!
Лейтенат берет стакан, нюхает и, не поворачиваясь к нам, говорит – водка, кажись!
Точно, там была водка! Миша шепотом говорит: ну давайте, мужики, им покажем! Только не напиваться!
Не говоря ни слова, мы выпиваем каждый по 250 граммов водки, грохаем стаканы на барную стойку и хватаем бутерброды! Весь бар взрывается аплодисментами и улюлюканьем! Дальше начинается братание! Все хотят с нами познакомиться, выпить и поговорить. Через пару минут все плывет под ногами, я понимаю по-немецки, все немцы понимают по-русски. Это была сильная ночь!
Утром я с трудом отклеил лицо от асфальта. Я лежал прямо на площади, рядом с остатками костра – это жгли те самые ящики, на которых мы сидели. Рядом лежали Салпогаров, Ивахин и с ними в обнимку какой-то немец. Валялись три велосипеда – кажется, катались ночью на велосипедах, что-то такое всплывало в памяти. Кругом бутылки, блевотина, куски хлеба, ящик пива, две полные бутылки водки. Ах, помню, бармен подарил нам ящик пива и потом еще вынес водки! Лейтенант еще отказывался, мы с Ивахиным его еле-еле уговорили: неудобно, говорим, отказываться, Миш, мы не должны ударить в грязь лицом, пусть дарят! Уговорили, или Миша просто вырубился. Ивахин рылся по карманам спящего немца, какой же козел, да он и в армию попал, чтобы не сесть там за что-то.
Пили мы там дня три, весь город споили, а потом за нами приехал грузовик, и нас сняли с вахты. Того восточного бегуна-дезертира мы не поймали. Почему-то запомнилось, как я пошел пить воду с утра из крана на улице.
Пью, напиться не могу, сушняк страшный после перепоя, и тут ко мне подходит тот самый немец, которого Ивахин нагрел на бумажник, и говорит: «Дас ист крант!» И что-то еще и еще, а я его отчетливо понимаю, будто он на русском говорит: вода, мол, плохая, её нельзя пить! «Да ладно, – смеюсь, – ты нашу воду не пил, которая в казармах у нас течет». Он, кстати, искал свой бумажник – вот, говорит, потерял кошелек, дурень такой. И улыбка у него при этом такая глупо-виноватая…
Эх, Ивахин, ублюдок ты сраный…

9

Я вот вспомнил давнюю историю, которую мне рассказывали в самой середине "ревущих 90-х" друзья-однокурсники, на время переквалифицировавшиеся в риэлторы. Якобы эта история была специфически популярна в их узких риэлторских кругах. Мне даже называли имя и фамилию главного героя. Клялись при этом, что все так и было "на самом деле". Я имя-фамилию, естественно, благополучно забыл. Будем считать, что этот такой АПОКРИФ времен "дикого рынка".

Как ловкий Вася квартиркой обзавелся
Так вот, жил-был некий молодой московский риэлтор. Назовем его для простоты Вася. Посредничал Вася по мере сил в различных сделках, подкапливал капитал. И вот как-то по ходу одной особенно крупной и многоходовой сделки обломилась ему комнатка в коммуналке. В виде, так сказать, бонуса. Комнатка так себе, но понравилось Васе, что сосед у него в этой коммуналке был всего один. Причем - тихий спившийся алканавт (назовем его Вова).

Вова был одинок. А вот у Васи была своя съемная квартирка, поэтому в комнате он жить не собирался. Да и что комната? Вот если б была отдельные апартаменты...

Вася с тихим алкоголиком Вовой быстро "скорешился". Для этого оказалось достаточно поставить Вове бутылку "за знакомство", да пообщаться с ним вечерком то недолгое время, пока Вовик не ушел в астрал. Вовик отключался быстро, а общаться Вася умел. Какой же из него был бы риэлтор, если б он не умел общаться?
Вася поведал соседу, что он - бизнесмен, живет в другом месте, так что появляться будет нечасто, рад знакомству и т.д. Вова проникся к деловому и щедрому соседу уважением.

А еще через пару недель после вселения Вася появился в коммуналке снова. И внес в квартиру два ящика водки. С радостной улыбкой он сообщил Вове, что только что провернул классную сделку, и ему в качестве "бартера" обломились вот эти два ящика. Только увы - к себе домой он их нести не может: жена станет ворчать - мол, "что это ты припер?" - дети, опять же... Вова кивал с пониманием.

- Поэтому, - продолжил риэлтор Вася, - давай я их положу здесь? Пусть пока лежат; а я поищу, куда бы их повыгоднее пристроить... И да, - добавил Вася задумчиво, - а ничего, если ящики полежат пока в ТВОЕЙ комнате? А, Вов? Понимаешь - вдруг жена сюда нагрянет неожиданно... Она ж знает про эту комнату. Подумает еще, что я - ха-ха! - "квашу" здесь втайне от нее?

Вова с замиранием сердца заверил Васю, что тот вполне может на него положиться. Конечно, пусть лежат! Он, Вова, за ними прекрасно присмотрит. Они ж друзья!

- Да, - широко улыбнулся Вася. - Конечно! Я тебе, Вовик, верю!

И заторопился домой.

В следующий раз Вася зашел в квартиру спустя неделю. Он неслышно открыл дверь. В квартире было тихо. Вася на цыпочках подошел к двери в комнату соседа и заглянул. Дверь была не заперта. Сосед лежал на полу, кругом валялись пустые бутылки. Первый ящик был практически опустошен. Следов закуски не было - с закуской у Вовы уже давно были сложности. Однако он еще дышал. Во сне он улыбался...

Вася так же неслышно вышел.

Следующий раз он появился уже через 2 недели. Почти сразу вызвал "скорую" - и приехавшие врачи зафиксировали смерть его соседа от острой алкогольной интоксикации. Причем произошедшую уже давно - труп уже начал разлагаться...

Вася был очевидно потрясен внезапной кончиной друга, а также потерей своей партии алкогольных напитков, которые он столь опрометчиво доверил соседу-пьянице. Осталось всего две бутылки от двух ящиков - мыслимое дело?
По закону Вася, как прописанный жилец "коммуналки", имел право на преимущественный выкуп оставшейся без хозяина комнаты. Причем выкуп за какие-то смешные деньги, по расценкам БТИ.

Через полгода Вася вместе с семьей въехал в СВОЮ 2-комнатную квартиру.

10

Флотская история5. 300-летие ВМФ, или как я стал главным пиротехником.
Было это в 1997 году, когда все прогрессивное русское военно-морское человечество готовилось отмечать 300-летие Флота Российского. День Флота отмечается в последнее воскресенье июля ежегодно, и вот нам грозила крупная дата. В то время я служил на о. Русский, который как административная единица является Фрунзенским районом города Владивостока. Служил я в учебке, и так получилось, что сухопутных (а я заканчивал сухопутное училище) офицеров, или по-флотски "сапогов", было всего трое. Я, тогда еще старлей начхим и два лейтенанта, окончивших Вольское училище тыла, служивших командирами взодов в роте коков. В училище мне повезло, в том плане, что начальник нашего училища, генерал-майор Белов Михаил Иванович (дай Бог ему здоровья если жив) относился к боевой подготовке серьезно. И несмотря на тотальное безденежье во всех отраслях нашей экономики в период с 1989 по 1993 годы (годы моей учебы) умудрялся выбивать средства на проведение учений, полевых выходов, еженедельных стрельб из ПМ в тире и ежемесячных (а то и по два раза) стрельб из всех видов стрелкового вооружения мотострелковых войск. Средств имитации (взрывпакетов, ракетниц, шашек, ИФов и ИМов) на занятия никто не жалел и соответственно я умел с ними обращаться.
В тот солнечный день, я сидел у себя в малюсеньком кабинете в штабе. Надо заметить, что я исполнял несколько нештатных должностей и в том числе был офицером по мобработе. Вот поэтому мне, молодому старлею, полагался отдельный кабинет с металлической дверью с автоматическим замком, глухими закрашенными и зарешечеными окнами и огромным несгораемым сейфом. В дверь моего кабинетика настойчиво постучали. Я выглянул. На пороге стоял взъерошенный рассыльный - тащстарнант (мОтросы привыкли все сокращать, так звучит фраза "товарищ старший лейтенант"), вас вызывает зам командира каптри Гриб. Гриб - это не кличка, это фамилия. Легендарная личность нашей части. Маленьким ростом (еще и каблуки носил под клешами) и внешностью (из-за необъятных размеров фуражки) он в точности оправдывал свою фамилию. Гриб успел два раза побывать старлеем и два раза каплеем, последняя должность перед назначением зам. командира части была командир роты. Будучи ротным, он частенько бухал "с тренером". Он закрывался в канцелярии командира роты, брал пузырь, ставил перед собой зеркало и с ним пил. Как и большинство людей невысокого роста, он был безмерно тщеславен и обладал гиперэго. Вел он себя с подчиненными как будто занимал должность не меньше заместителя министра обороны, при этом жутко лебезил перед командиром и проверяющими. Одним словом, личность малоприятная и офицерами, мягко говоря, не уважаемая. Но в ВС не уважение главное, а должность и связи, а также умение вовремя "лизнуть". Как он стал замом командира, так и осталось для нас тайной.
Так вот этот Гриб вызывал меня на малый пирс. В части был малый пирс, к которому причаливал катер командира и маленькая баржа. Подходя к пирсу, я уже предвкушал что-то интересное, так как Гриб расхаживал по нему без фуражки, в форменной рубашке с коротким рукавом и с забинтованной от кисти до локтя левой рукой.
- ЛИЙТИНАНТ БЛ@!!! НУ ГДЕ ТЫ ХОДИШЬ, УБОГИЙ??? это он меня увидел. А НУ БЯЯЯГОМ КО МНЕ СО ВСЕЙ ПРЫТИ!!!
Имитируя ускорение шага (кто служил, меня поймет) я приблизился на положенное расстояние, приложил лапу к уху и отрапортовал - тащкаптри, СТАРШИЙ (специально выделил голосом) лейтенант Шепелёв по вашему приказанию прибыл.
- Х@ЛИ ТЫ МНЕ УКАЗЫВАЕШЬ ЧТО СТАРШИЙ? (запах перегара ударил мне в нос) Я САМ ЗНАЮ КТО СТАРШИЙ, А КТО НЕТ!!! с этими словами Гриб попытался мне "пробить фанеру", но я, даже не отрывая лапу от уха, сделал полуповорот и шаг назад. Все-таки занятия единоборствами в юности даром не прошли. Так что у него ничего не получилось, а в ответ я легонько пнул его кулаком в кадык. При чем сделал я это на полном автомате. Только силу успел убавить до предела. Гриб хрюкнул и повалился навзничь. Рассыльный, который прибежал впереди меня, смотрел на меня ошалевшими глазами.
Гриб поднялся, отряхнул штаны, посмотрел на меня мутными глазами, в которых промелькнул страх, и произнес - ладно, лейтёха, если б не посторонние, уделал бы я тебя (ага... уделался бы). И уже более дружелюбно - Миша (даже имя вспомнил), ты ж у нас сапог? А сапоги просто обязаны разбираться с этой хренью (и кивнул на ящик стоящий чуть поодаль). В ящике оказались фальшфееры (факелы), ШИРАСы (шумовой имитатор разрыва арт снаряда), взрывпакеты и пару РДГ (ручная дымовая граната). Рядом валялся один использованный фальшфеер, а на бетоне пирса жирный черный след сажи. Видно кто-то поджег, не удержал и бросил.
- Тащкаптри, спрашиваю, а зачем вам?
- Тебе какая хер разница, зачем. Показывай как работает.
Я взял первый попавшийся под руку фальшфеер, отвинтил крышку, вынул веревку с кольцом, направил раструб от себя и дернул за кольцо. Фальшфеер загорелся, а Гриб почему-то отбежал от меня на пять метров.
- А х@ли ты ее неправильно держишь? Ее же за кольцо надо было к себе тянуть.
Тут я понял причину забинтованной руки. Этот олух думал, что взял ракетницу и хотел запустить ее. Дернул за веревочку, и пламя из факела обожгло ему руку. А фуражку утопил, пока от боли прыгал.
Вечером по части был издан приказ, где я назначался ответственным за получение, хранение и использование средств имитации в период подготовки и проведения празднования Дня ВМФ. :)))

11

Добрый день всем! Пишу впервые, так что...
По поводу скоростной сдачи экзамена. Моя история. Учился я в Московской ветеринарной академии, и на первом курсе у нас был предмет "История ветеринарии", которую вел довольно специфичный препод. Он знал, что ему нельзя пить, т.к. это имело непредсказуемые последствия. Так вот студенты с параллельной группы узнали, какое вино ему особенно по душе, ну и приобрели соответственно. Дальше дело техники. Они сдавали первые. Когда я зашел в кабинет, увидел нашего дорогого препода за столом, рядом стоял раскрытый пакет с открытым вином. Далее произошло следующее: он попросил у сдающего студента зачетку, открыл ящик в столе, блеванул туда, закрыл ящик (в нем я заметил несколько зачеток), вытер рот рукавом, поставил "хор." , следующий... В общем экзамен сдали все. Когда начали смотреть, что он нам там поставил, оказалось, что часть студентов сдала экзамен по ОВД (сдается на 4-м курсе) который ведет тот же препод. Вот так экзамен получен за 3 года до начала обучения)))

12

История от соседа-инкассатора.
Началась эта история, когда у него вытащили на рынке бумажник. И денег пара тысяч всего, и бумажник старый — но обидно.
Ладно, купил он новый. На выходных пошел на рынок... и опять остался без бумажника. Теперь с более ощутимой суммой. Вроде и рукой держал — да где уж ему тягаться с профессионалами, которые с того живут. Дядю весьма не мелкого прижали-толкнули-подвинули... хоп! И нету.
Поймать? Не смешите. А вот наказать — надо.
В силу профессии у соседа есть доступ к разным хитрым игрушкам. С работы было украдено хитрое спецсредство "Одуванчик" - картонная коробочка в габаритах пачки денег. Предназначено как раз для таких случаев — их инкассаторы в своих сумках носят: при несанкционированном открытии сумки нажимается рычаг и коробочка с негромким хлопком красит все в радиусе метра в яркий оранжевый цвет несмываемой краской.
Шикарное портмоне было куплено и заряжено. Завтра свершится месть!
К сожалению, инкассатор лег спать не вспомнив об одной странной привычке любимой жены. Вот казалось бы, нужны тебе деньги — открой ящик и возьми сколько надо! Хоть сто рублей, хоть двести! Нет же, надо ей залезть в кошелек к мужу и вытащить оттуда пару пятисотенных купюр, попутно проверив, сколько их там вообще.
Проснулся сосед в пять утра от удара стулом по голове...

13

КОЛЛЕКЦИОНЕР
Это очень интересная история, произошедшая во время Великой Отечественной войны.
Старший лейтенант Фомин коллекционировал трофейные немецкие пистолеты. Бойцы его взвода знали о его увлечении, и, если им после боя попадались немецкие пистолеты, относили их Фомину. Всю свою коллекцию Фомин таскал с собой, в свободное время разбирал на тряпочке и с увлечением рассматривал какой-нибудь новый экземпляр.
Знал о пристрастии Фомина и командир роты, капитан Хмыря.
Однажды командир роты, которому очень не нравилось то, что Фомин везде собирал и таскал с собой немецкие пистолеты, схватил коллекционера за руку и потащил его в конец окопа.
Там он поставил советскую каску на бруствер и предложил Фомину:
- Давай, покажи, на что способны твои побрякушки!
Фомин, не торопясь, достал первый пистолет - "Вальтер" - и сделал из него прицельный выстрел. На каске осталась всего лишь вмятина.
Отложив "Вальтер", Фомин достал следующий пистолет и сделал выстрел из него - результат оказался тот же.
Третий, четвёртый, пятый, шестой пистолеты также не смогли пробить стальную каску.
Из последнего пистолета он и стрелять не стал - это был маленький дамский пистолет.
- Закончил, лейтенант? - ехидно спросил Хмыря и, не дожидаясь ответа, достал свой табельный ТТ и выстрелил в каску. Пуля пробила её: аккуратное отверстие появилось рядом со вмятинами, которые оставили немецкие пули.
- Выброси ты их! Видишь, толку от них никакого, - пробасил Хмыря.
Но после этого случая Фомин только перестал надевать каску, предпочитая носить пилотку.
Но на этом история не заканчивается.
После эпизода окопных стрельб по каске прошло не так много времени. Шли трудные, кровопролитные бои. Красная армия гнала немецкие войска.
В ходе одного из боёв рота капитана Хмыри, захватив немецкие окопы, получила приказ удержать их любой ценой.
Немцы бросали своих солдат в атаку за атакой. У наших бойцов стали заканчиваться боеприпасы. В перерыве между атаками один из бойцов обнаружил в окопе ящик с непонятными немецкими боеприпасами.
Старший лейтенант Фомин решил опробовать эти непонятные, похожие на яйца, боеприпасы. Нажав в определённом месте на это "яйцо", он услышал, что внутри него сработал какой-то механизм. Выбросив "яйцо" за окоп, он, отсчитывая секунды, наблюдал за ним. Через 4 секунды раздался взрыв.
Раздав эти гранаты бойцам и обучив их, как ими надо пользоваться, Фомин с бойцами сумели отразить следующую неприятельскую атаку, после которой у него не осталось патронов в его ППШ.
Достав из вещмешка немецкий трофейный пистолет, он дожидался следующей атаки, и она не заставила себя долго ждать.
Немецкие солдаты короткими перебежками приближались к нашим окопам. Когда же они приблизились на расстояние выстрела, Фомин тщательно прицелился и выстрелил в голову первому из приближавшихся немцев. Солдат упал, а Фомин выстрелил во второго солдата и увидел, что и второй солдат, получив пулю в каску, стал заваливаться на бок.
- Значит, они проверяли свои пистолеты на своих же касках, - мелькнула мысль в голове старшего старшего лейтенанта.
Атаку фашистов им тогда удалось остановить уже в окопе, схватившись с немцами в рукопашную.
Фомин закончил войну в Праге, так и не расставаясь со своим арсеналом из трофейных немецких пистолетов, число которых за это время выросло до одиннадцати экземпляров.

14

Возможно где-то уже было, на рубеже веков писал это в FIDO.
Работал я тогда в институте приборостроения, что в Москве на Кутузовском, там ещё рядом со входом памятник лётчице-герою Валентине Гризодубовой, кто там проезжал, наверняка обращал внимание на гранитную женщину с лётным шлемом. В советские годы там разрабатывали системы бортовой радиолокации, после распада СССР в основном перешли на коммерческие заказы, кушать-то на что-то надо. А тут поступило задание из министерства обороны создать некий “чёрный ящик”, о назначении которого я по понятным причинам рассказывать не буду. О том, что в процессе наладки несколько часов сидеть в техническом отсеке А-50 – это не в мягком кресле “Боинга” коньячок потягивать, тоже рассказывать не буду, история не об этом. На проверку опытного экземпляра нашего изделия приехали полковники-генералы из министерства. Одним из пунктов акта приёма-передачи является тест на герметичность корпуса. Корпус имеет хитрую форму, но для простоты описания пусть это будет просто кубик с ребром в метр. Методика проверки герметичности чисто советская, никаких сложных измерительных приборов, корпус при помощи лебёдки утапливается в гигантский аквариум из толстого оргстекла, глубина метра три. Если в воде наблюдаются всплывающие пузырьки воздуха – по регламенту испытаний изделие бракуется целиком, вместе с находящейся внутри электроникой.
Видели в фильмах заброшенные заводы? Помещение с аквариумом выглядело примерно так же, а аквариум этот последний раз мыли, наверное, ещё в советское время. Залитая вода стала ржаво-мутноватой. Лебёдку, утягивающую испытуемое изделие под воду давно украли, наверное, сдали в металлолом. Вызвали рабочего, чтобы тот утопил корпус руками. Напомню, это не воздушный шарик, это большой герметичный алюминиевый кубик. В одиночку утопить кубик рабочему не удалось. Мы, простые инженеры, помогать рабочему отказались, наша работа - схемы придумывать, а не в кубики играть. Зато вояки инициативу рабочего подхватили, трое людей в погонах с кучей звёздочек засучили рукава, забрались на пандус вокруг аквариума и с криками “и раз! и два! и три!” стали толкать вниз упрямый корпус. Сделать им это почти удалось. В последний момент кубик кувырнулся на бок, и все, кроме предусмотрительного рабочего не удержались и оказались в аквариуме. Те, кто стоял рядом, отскочили подальше и стряхивали грязную воду с одежды, “бульк” был нехилый. В аквариуме начался хаос, попробуйте представить происходящее: вояки пытаются вылезти, кто-то постоянно на кого-то наступает, отправляя его вниз (а глубина там метра три) после чего падает сам, и наступают уже на него. Картину дополняет плавающий по кругу метровый металлический кубик, за который пытались хвататься, как за спасательный круг, а он всё время переворачивался и бил очередного всплывающего по различным частям тела. Фраза типа “б@дь, помогите же” была самой цензурной, остальные крики вояк и слова наблюдавших приводить не буду. Так продолжалось полминуты, а может и больше, пока упавший на пандусе рабочий не вышел из ступора и не подал утопающим руку. Грязных военных в промокшей напрочь форме куда-то увели, наверное, угощать 40-градусынм успокоительным средством, а “презентация” аппарата на этом закончилась. Мы перекурили, обсудили произошедшее, пошли работать дальше. Вопреки ожиданиям, никому не “влетело”. А позже стало известно, наш “чёрный ящик” вояки допустили на вооружение, хотя пару испытаний после посещения принимающей комисcией “бесплатного бассейна” (так у нас шутили) устройство так и не попало.

PS. Перед приездом высоких чинов изделие конечно же предварительно подвергли всем проверкам, кроме купания в пресловутом аквариуме, может этот опытный экземпляр до сих пор летает на одном из “русских Аваксов”.

15

Как вроде нормальные люди начинают друг друга бесить и ненавидеть ...

Офис, современное здание, круглая башня, полностью стеклянный фасад, окна от пола до потолка, стеной ...
Центральное кондиционирование, на каждом этаже - всего один регулятор температуры...
Надо пояснить что с южной, солнечной стороны, в ясные дни - неимоверно жарко, уже в марте нагревается до +30С. А вот на северной стороне - было бы вполне комфортно, если бы не кондиционер. Обитатели офисов солнечной стороны уже с утра ставят регулятор в холле на холод, на самый максимум, чтоб им там в кабинетах охлаждало. Дует-то система на всем этаже одинаково! Люди на северной стороне, из-за постоянно дующего над головой ледяным ветром кондиционера, даже летом норовят одеться потеплее, в теплые кофты, шарфы, и чуть ли не в зимние сапоги ...
В офисе, где одно время работал мой знакомый, произошла такая история: начальник отдела сидела на южной стороне, клерки - на северной, мерзли, болели, глотали антибиотики, а одеваться "как немцы в 1941-м под Москвой" им дресс-код не позволяет...
Так вот, начальница их - дама незамужняя, сидела и знакомилась на сайтах, искала "серьезные отношения".
В общем, ходит слух, что кто-то из коллег взломал ее ящик и потенциальным ухажерам такого про нее понаписали, что она, похоже, надолго одна осталась...
А она в ответ - еще больше прибавила кондишку, видимо, сразу догадалась, откуда ветер дует ...

История еще не закончилась, если что-то новое узнаю - напишу.
Знаю только, что на их этаже ни у кого из сотрудников нет зарплат менее 130 тысяч, так что, богатые тоже... плачут...

16

История о законодательстве в Германии навеяно.
Скорее поучительная, чем смешная.
Не успев защить магистерскую, пригласили меня на работу в Дойчляндию (Германию), аккурат в это же время 12 лет назад. И так я сему факту обрадовался, уехав из прекрасного Киева с нищенскими по тем временам доходами, на чужбину, что на первую же буржуйскую зарплату купил новенький cd плеер панасоник, телефон нокия и фотик canon и распечатку похождения Геральта из Ривии (не было тогда еще планшетов). Сложил все это в тоже новенькую сумку. И вот с этим барахлом и поехал на электричке к корешу своему на юг Германии в Констанц.
Гуляли мы там на славу, это отдельная история, а моя, про то, как "уставший" я вернулся рано утром в понедельник назад домой и прямо с поезда, думаю, заскочу в квартиру, залезу в душ с дороги, переоденусь в свежее и на работу, арбайтен.
Уже выходя на работу, с той самой сумкой, даже не успев ничего выложить, выбежал на улицу.
Смотрю, мама дорогая, сегодня ж день большой уборки. Когда "город" бесплатно вывозит все старье, которое скопилось у бюргеров и которое бюргеры выносят на улицы - холодильники, телефизорвы, мебель и прочую домашнюю утварь - зачастую все рабочее и вполне в хорошем состоянии. Ну я думаю, ок, мне как раз домой столик нужен и стул, а из соседнего офиса выставили очень даже приличную офисную мебель. Не долго думая, возвращаюсь домой, поднимаюь на второй этаж, вещаю сумку на ручку двери и бегом вниз за наживой.
Притащить стол и стул к двери дома заняло пару минут, поднмаюсь к себе, взять ключ от подвала, чтоб все это пока там спрятать, а сумки НЕТ!
Я свято верил, что в Германии везде большой орднунг (порядок) и никто не ворует, ага, наивный.
Как же так, думаю, я ж и не отходил то от дома по сути, кто мог мою сумку взять. Смотрю, ребята какие-то стиралки в бусик грузят - русские.
Я к ним - ребята, говорю, вы тут никого с серой сумкой не видели.
Нет - отвечают.
Говорю с меня ящик пива, если сча разделимся и вокруг квартала, наверняка, тот, кто взял - далеко не ушел.
Прониклись - разбежались, через 10 мин встречаемся, никто никого с сумкой не видел.
Ну что ж - бывает, сам растяпа, минутное дело было, открыть дверь и сумку в квартире оставить.
Зашел домой, повзонил на работу, предупредил, что опоздаю и побрел в полицейский участок писать заяву.
Все ж таки 700 марок сперли, не мало.
Написал заяву, что пропало и поехал на работу. Че-то в тот день не програмилось, мысли были о другом, корил себя.
В итоге ушле домой с обеда и думаю, ну наверно все ж кто-то из дома свистнул. Вряд ли кто-то с улицы зашел, поднялся на 2-й этаж, чтобы мою сумку спереть.

Стою на лестнице и спрашиваю возвращающихся с работы соседей, мол, не видели или слышали они чего?
Одна итальянка сказала, ну на 3-м живет там гей, и дружок у него новый, жена он ему. Тьфу, мерзость какая. Вот он и мог. И надо же, не прошло и 5 минут, как спускается заморыш, я у него тоже спрашиваю, мол знаешь, видел???

Он мне сразу подозрительным показался, а тут как-то воровато оглянулся и быстро бросил, мол ниче не знает и бегом на выход. Я ему вдогонку - а вот соседка видела, кто сумку взял, вот я и думаю, сам вернет или полицию звать.
Это чудик завис и потом вернулся назад и говорит - я тебе все верну, только не сдавай ментам.
Ах ты ж падла, думаю. А сам, ему, ну ладно, давай назад все мое нажитое непосильным трудом. Он - не могу, я утром на работу шел, вижу сумка, думал, кто-то выбросил, ведь день большой уборки!!!
Я чуть не охренел там! Говорю, ты что, чудак (на букву М), не понял что сумка новая и в ней фотик, телефон и плеер на вид тоже новые - вряд ли кто такое выбросит, разве что психопат какой. Чтоб завтра все принес!, говорю.
Ну он ушел, а я вызвал полицаев, и когда тот дурик вернулся, они его уже ждали. Он во всем им признался и на след день вернул сумку, правда без плеера и телефона - успел продать их барыга. Ну а дальше был суд, и мне все вернули. Причем сразу все суммой на счет, просто автоматом оформив кредит в банке на этого эдика, которого заставили на общественных работах отрабатывать и возвращать банку деньги. Соседи после этого стали со мной здоровваться все, потому что соседство с эдиками им тоже не по душе было.

17

История нью–йорского таксиста

Один из таксистов Нью–Йорка написал у себя на странице Facebook:

Я приехал по адресу и посигналил. Прождав несколько минут, я посигналил снова. Так как это должен был быть мой последний рейс, я подумал о том чтобы уехать, но вместо этого я припарковал машину, подошёл к двери и постучал... "Минуточку" — ответил хрупкий, пожилой женский голос. Я слышал, как что–то тащили по полу.

После долгой паузы, дверь открылась. Маленькая женщина лет 90 стояла передо мной. Она была одета в ситцевое платье и шляпу с вуалью, как будто из фильмов 1940–х годов. Рядом с ней был небольшой чемодан. Квартира выглядела так, будто никто не жил в ней в течение многих лет. Вся мебель была покрыта простынями. Не было ни часов на стенах, ни безделушек, ни посуды на полках. В углу стоял картонный ящик, наполненный фотографиями и стеклянной посудой.
"Вы бы не помогли мне отнести мою сумку в машину?" — сказала она. Я отнес чемодан в машину, а затем вернулся, чтобы помочь женщине. Она взяла меня за руку, и мы медленно пошли в сторону автомобиля.
Она продолжала благодарить меня за мою доброту. "Это ничего" — сказал ей я — "Я просто стараюсь относиться к моим пассажирам так, как я хочу, чтобы относились к моей матери."
"Ах, ты такой хороший мальчик" — сказала она. Когда мы сели в машину, она дала мне адрес, а затем спросил: "Не могли бы вы поехать через центр города?".
"Это не самый короткий путь" — быстро ответил я...
"О, я не возражаю" — сказала она — "Я не спешу. Я отправляюсь в хоспис..."
Я посмотрел в зеркало заднего вида. Ее глаза блестели. "Моя семья давно уехала" — продолжала она тихим голосом — "Врач говорит, что мне осталось не очень долго."
Я спокойно протянул руку и выключил счетчик.
"Каким маршрутом вы хотели бы поехать?" — спросил я.
В течение следующих двух часов, мы проехали через город. Она показала мне здание, где она когда–то работала лифтером.
Мы проехали через район, где она и ее муж жили, когда они были молодоженами. Она показала мне мебельный склад, который когда–то был танцевальным залом, где она занималась будучи маленькой девочкой.
Иногда она просила меня притормозить перед конкретны здания или переулком и сидела уставившись в темноту, ничего не говоря.
Позже она вдруг сказала: "Я устала, пожалуй, поедем сейчас."
Мы ехали в молчании по адресу, который она дала мне. Это было низкое здание, что то вроде маленького санатория, с подъездным путём вдоль не большого портика.
Два санитара подошли к машине, как только мы подъехали. Они были бережны, помогли ей выйти. Они, должно быть, ждали её. Я открыл багажник и внёс маленький чемодан в дверь. Женщина уже сидела в инвалидной коляске.
"Сколько я вам должна?" — спросила она, достав сумочку.
"Нисколько" — сказал я.
"Вы же должны зарабатывать на жизнь" — ответила она.
"Есть и другие пассажиры" — ответил я.
Почти не задумываясь, я наклонился и обнял её, она держала меня крепко.
"Ты дал старушке немного счастья" — сказала она — "Благодарю тебя".
Я сжал ее руку, а затем ушёл.. За моей спиной дверь закрылась, Это был звук закрытия еще одной книги жизни...
Я не брал больше пассажиров на обратном пути. Я поехал, куда глаза глядят, погруженный в свои мысли. Для остальных в тот день, я едва мог разговаривать. Что если бы этой женщине попался рассерженный водитель, или тот, кому не терпелось закончить свою смену? Что, если бы я отказался от выполнения её просьбы, или посигналив пару раз, я затем уехал?..
В конце, я хотел бы сказать, что ничего важнее в своей жизни я ещё не делал. Мы приучены думать, что наша жизнь вращается вокруг великих моментов, но великие моменты часто ловят нас врасплох, красиво завернутые в то, что другие могут посчитать мелочью...

18

Ещё одна история из жизни «почтового ящика» НИИ №2, известного в те времена как «Марфинская шарашка».
Был там один «товарищ», ответственный за политическую пропаганду, реальное имя я не запомнил, пусть он будет под известным псевдонимом Духаст Вячаславыч. Пробитый до костей идеологический коммунист, главный стукач и провокатор. Кто-нибудь пукнул в сторону портрета Ленина – после работы внеочередное собрание и лекция на тему недопустимости оскорбления вождя. Отошел в туалет во время коммунистического субботника – обязательно жди в местной стенгазете статью «Позор тунеядцам! Сидоров в сортире прячется от общественно полезной работы». Ну и конечно, в случае «злостного», по его мнению, нарушения – донос в первый отдел. Говоря простым языком, этот Вячаславыч был полной с#кой. Всем сотрудникам отдела жизнь отравлял.

По тем временам нонсенс, но одному инженеру-разработчику одного из самых секретных НИИ удалось сбежать в Израиль. Сам этот факт – уже катастрофа, человек, владеющий информацией о системе военной ЗАС, перешёл на сторону вероятного противника (мы же все прекрасно знаем, с кем сотрудничает Израиль). Были серьёзные разбирательства, «полетели» погоны, но это стандартная история. А через некоторое время на адрес НИИ№2 из Израиля приходит конверт. Тем кто не знает: для посылки корреспонденции в подобные организации в качестве адресата указывался город и номер абонентского ящика. И больше ничего, письмо попадало на почтамт, далее какими-то «своими» способами доставлялось куда надо. Собственно отсюда и пошёл термин «почтовый ящик», применявшийся к разного рода секретным объектам. А в данном случае на конверте был написан реальный адрес - ул. Ботаническая, 25, и более того, лично указан получатель - Духаст Вячаславыч. Надо ли говорить, что в этом заведении вся корреспонденция, а уж тем более зарубежная, в обязательном порядке проверяется ГБ’шниками из первого отдела. А в том самом конверте лежала открыточка примерно с таким текстом: «добрался нормально, устроился по вашей рекомендации. Духаст Вячеславович, благодарю, что помогли мне сбежать, когда сами вырветесь из этой советской помойки, обязательно заходите, адрес вы знаете, в долгу не останусь».

Об ужасах, которые происходили с Вячаславычем дальше неизвестно, но с тех пор этого идеолога-стукача больше никто не видел. Как говорил мой научный руководитель, рассказавший эту историю, там было просто – сначала выбивали показания, сажали/расстреливали, потом уже судили.

19

Случилось это, когда деревья были большими, а картошку я не покупал в магазине, а выкапывал в селе у бабушки из земли.

В тот раз, правда, задание было полегче - не копать картошку, а порубать на дрова выкорчеванные корни ясеней. Ни топор, ни пила их не брали, пришлось браться за молот и раскалывать пни клиньями.

В один не самый приятный момент в моей жизни случилось то, что и случается обычно с профанами, делающими не своё дело. То, что молот попал по пальцу, я ещё понимаю. Но он ведь из среднего пальца сделал два, не хуже топора разрубив его через ноготь до фаланги.

В ближайшие пять минут я страдал не так от боли, как от невозможности выразить при детях всю полноту переполнявших меня чувств.

Практичнее всех оказалась моя бабуля. Пока все дули на палец и пытались замазать его зелёнкой, она притаскала огромный ящик с нитками, иголками и прочей бижутерией. Тут надо сказать, что без наркоза у меня разве что кровь из пальца могут взять, и то после долгих уговоров. Но тут выбора не было. Собрал волю в кулак и приготовился к операции.

Первыми из ящика на свет появились огромные полуметровые портняжные ржавые ножницы. По семейному преданию во время войны этими ножницами бабушка заколола полицая.

Охотно верю. Такими ножницами можно не только заколоть, но и расчленить.

Тут моя любимая бабуля берёт меня за руку, щёлкает ножницами и говорит: «давай сюда палец, щас пучку отрежем, чтобы быстрее зажило».

Я даже не стал уточнять, что такое пучка. Через двадцать секунд я уже сидел за рулём, успев по дороге окунуть пучки, или как там их, в ведро с колодезной водой и замотав изолентой, чтобы не травмировать психику дежуривших на въезде в город гаишников. Ещё через тридцать минут в травмпункте мне сделали стандартное количество пальцев.

Со временем эта история забылась, но каждый раз, когда я вижу ножницы или слышу характерный щелчок, я непроизвольно прячу левую руку в карман.

20

У капитана Морошкина был друг, подполковник с Военно-исторической кафедры по фамилии Калибров. Подполковник очень любил возиться в тактических ящиках с песком, где с помощью капитана декорировал сражения из нашего героического прошлого, а по ночам их переигрывал. Иногда они играли с Морошкиным друг против друга и капитан все время проигрывал. Зла за это на приятеля он не держал, но неприятный осадок оставался постоянно. Подполковник Калибров кстати, весьма не любил Кутузова. Он считал, что Бородинское сражение можно было выиграть и ни в коем случае, нельзя было оставлять Москву. И хотя как истинный представитель Советской Исторической Науки он свято верил в то, что история не может иметь сослагательных наклонений, Бородинскую битву подполковник переигрывал неоднократно, причем в чине фельдмаршала, ну и Наполеону там естественно каждый раз доставалась.
У Капитана тоже был свой исторический бзик. Он очень двойственно относился к Южанам времен Гражданской войны в США. То есть с одной стороны Конфедераты, это рабовладельцы и враги прогрессивного человечества, ну а с другой стороны они защищали свою землю, свои дома и вообще воевали против США - ныне потенциального противника, значит солдаты генерала Ли почти союзники. А уж после того, как в результате экскурсии в подвал-музей делегации африканских борцов за свободу, с ряда стендов пропало несколько фигурок, для Морошкина все стало ясно окончательно. По этому поводу капитан потихоньку стал готовить для миниатюры посвященной Геттисбергскому сражению, армию генерала Ли и естественно армию генерала Джорджа Мида тоже. А подполковник Калибров, снизойдя к просьбе старого приятеля, подкрепленной литром "ягодки" и банкой "копеечных" опят, назначил на вечер последней субботы месяца их персональную Битву при Геттисберге. Помогать капитану, естественно взялись мы с Акимом. Во первых нам было забавно и интересно, а ввиду того, что по ряду причин мы жили в общежитии Академии и не имели выхода в город, свободного времени у нас было предостаточно. Ну и во вторых мы искали любую возможность поддеть педанта подполковника, достававшего нас на занятиях своим догматизмом. Подполковник Калибров кстати, был вдобавок официальным куратором подвала-музея, по военно-исторической части.
Итак мы с головой погрузились в процесс. Готовя перенос плашек с подразделениями конфедератов и их визави в тактический ящик, мы бурно обсуждали нюансы решающей битвы Севера и Юга, и Аким бросив взгляд на стенд с боем бывших махновских тачанок с белой конницей, сказал с сожалением в голосе:
- Вот бы под Семетри Ридж сотню тачанок, и кранты тогда генералу Ханту. -
Капитан Морошкин вскинулся было, но как то сразу привял обратно:
- Так пулеметов еще не было, - уныло сказал он и тут в разговор вступил я:
- Во первых картечница Гатлинга была запатентована в ноябре 1862, во вторых бельгийский фабрикант Монтиньи создал митральезу(пулемёт "Максим") в 1851 году, так что при инициативном человеке и должном финансировании, сделать сотню другую митральез к июлю 1863 года вполне реально.
- А на что их устанавливать? - С надеждой спросил капитан Морошкин и получил вальяжный ответ от Акима:
- Так товарищ капитан, была такая веселая тележка под легкомысленным названием "вагонет", подрессоренная, восьмиместная и уж на Юге ее прообразы наверняка применялись, ставим туда митральезу и зольдатен фойер!
Две колонны по сто тачанок, это 200 стволов по 13 мм, они дадут 200 выстрелов в минуту, то есть сорок тысяч пулек по проклятым аболиционистам каждые шестьдесят секунд.
- Так у Ханта там на хребте двести орудий, они раздолбают повозки из далека, - борясь с надеждой, произнес Морошкин, но тут снова вступил я:
- А кто сказал, что к позициям противника надо подойти спереди?, - и насладившись восхищенными взглядами коллег, добавил:
- И вспомните, товарищи офицеры, как Махно взял Екатеринослав. Сотни телег с капустой приехавшие на рынок, оказались тачанками. Так кто нам мешает накрыть "вагонеты" парусиной и притвориться обозными фургонами? А что бы было еще незаметнее, рядом с ездовыми посадим кафров. Ведь были среди черных рабов сторонники Юга?!

Немая сцена, как в Ревизоре, моментально сменилась бурным обсуждением будущей операции. Задачи было две: техническая и оперативная. Техническая касалась изготовления вагонетов-тачанок и производство моделей митральез-максимов, ну, а оперативная составляющая часть плана, имеющая ввиду реальное применение тачанок в сражении и в первую очередь приближение к тылам генералов Ханта и Ховарда, была уже в основном решена благодаря моему стратегическому гению. Пришлось конечно поломать голову над тем, как внедрить в войска подполковника (он командовал Северянами) левые обозы конфедератов, но решение нашлось простое и гениальное.
Ну а с техникой все сложилось более менее. У капитана были завалы заготовок для гужевого транспорта, а митральезы сделали из заготовок для пулеметов. На маскировочную парусину для фургонов, капитан не пожалел новую казенную простыню и в расчетное время айне и цвайне колонне имени Гера Гатлинга, были готовы к бою.

И вот наступил канун 1 июля 1863 года, вернее последней субботы этого месяца. Поле битвы было готово. Аким ассистировал капитану, а я (в качестве засланного казачка) товарищу подполковнику. Я согласно указаниям командующего, переставлял группы фигурок и ненавязчиво подтягивал две колонны обозных фургонов соответственно к Семетри Ридж и тылам Ховарда. И вот когда конфедераты генерала Пикетта пошли в свою смертельную атаку и подполковник Калибров уже готовился отдать приказ своей артиллерии смести мятежников, как капитан скомандовал срывающимся голосом:
- Митральезы вперед!!!
Аким гордо перешел на мою сторону стола, отодвинул меня в сторону величавым жестом и стал быстро снимать белые верха у фургонов. В тылу Северян хищно ощетинились десятки смертоносных стволов и артиллерия Ханта и подразделения Ховарда, были выведены из строя. Войска Южан перешли в атаку по всему фронту и генерал Ли победил.

На подполковника Калиброва было жалко смотреть. Уже час он метался кругом ящика с песком, ставшего полем его позора, но любые его атаки разбивались о железные аргументы противников. В конце концов, подполковник должен был согласиться, что и технически и оперативно, присутствие на поле боя данных подразделений, в данное время и с данным вооружением исторически и технологически возможно.

Забыл сказать, что по нашему настоянию, капитан предложил подполковнику сыграть этот бой на ящик коньяка. Мы обещали при этом, что если капитан проиграет, то оный ящик поставим мы. В общем наши победили ихних...

21

То ли я тупить чего-то начал, но не смог найти сегодня свои старые публикации на этом сайте по автору. Хотел проверить, не повторюсь ли. Впрочем, если и повторюсь, думаю, небольшая беда. Потому что старая история вчера получила новое прочтение.
Итак, был у меня приятель. Как сказали бы сейчас - продвинутый юзверь. И вот притащил он в свое время мне ZIP-дисковод (есть здесь те, кто еще помнит такие?). Ну, приаттачили мы его к машине, но ведь для того, чтобы он заработал, к нему драйвер нужен. Про него-то я и спросил Мишу.
- А как же, я знаю, я сразу сказал ребятам, чтобы они мне драйвер записали.
...И протягивает мне зиповскую дискету.
Занавес.
Ладно, Мише простительно, в конце концов компунтер он осваивал практически самостоятельно. А вот как быть со "специалистами" билайна? Пытаюсь вчера дозвониться до службы техподдержки по поводу восстановления пароля ДЛЯ ВЫХОДА В ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ. Ну, для того, чтобы ответил не робот, а человек, ждать пришлось двадцать шесть минут и это - отдельная история. А вот продолжение разговора после нескольких минут общения.
- Слушайте, вы скажите мне лучше, где найти ваш электронный адрес, чтобы я отправил письмо и получил ответ от вас на свой почтовый ящик.
Ответ! Внимание! Не забыли, по какому вопросу я обращался?
- Зайдите в личный кабинет.
...Драйвер на ZIP-дискете, однако.

22

Морская история.
Идем в океане, я был тогда 2-м помощником капитана. Стою вахту с нуля до четырех. Полная луна, погода предштормовая, низкие тучи, темень, но небо не все заволокло и время от времени в разрывах туч пробивается луна, и тогда все здорово видно, но из-за низких туч всякие зловещие тени появляются.
В 4 утра приходит старпом, на вахту, увидев погоду, рассказал историю, которую в свою очередь услышал от своего вахтенного матроса на одном из пароходов, где он раньше работал.
И вот сама история.
Шел танкер в Новороссийск, и на подходе к Босфору приходит радиограмма, "Зайти в Бургас, взять палубный груз до Новороссийска". Капитан в ответ: "Какой палубный груз, мы ж танкер?" (танкера не возят палубный груз), ему из пароходства: "Не умничай, заходи и бери".
Ладно, приказ есть приказ, зашли. А палубный груз это цинковый гроб. Кто-то там из дип. представительства помер, и решили, чтоб не заморачиваться с транспортировкой, отправить гроб с попутным пароходом.
Поставили они гроб в шланговое отделение (понятно, что там шланги, и другая ерунда, которую используют при грузовых операциях). В те времена 2-й помощник отвечал за грузовые операции, приход в Новороссийск рано утром. И вот посылает он своего вахтенного матроса пойти в шланговое, приготовить оборудование к погрузке, чтобы утром время не терять. А погода была вот как раз такая, которую я описал в начале.
Пошел, значит, матрос (это и был тот матрос, что моему старпому рассказывал историю, только был он совсем молодой, когда все это произошло) в шланговое. Теперь от первого лица.
Ну, иду я и думаю "блин там же гроб, чего-то жутковато", но делать нечего, зашел (иллюминаторов там нет), дверь закрывать не стал, а с открытой дверью свет нельзя включать, будет мешать судовождению, поэтому все сделал так, с фонариком, вроде и не страшно уже, да и на гроб не сильно похоже, просто большой цинковый ящик. Ну, и в конце думаю "А хватит ли у меня храбрости сесть на гроб?". Хватило! Фонарик выключил.
И только присел, выходит луна и в дверном проеме стоит мертвяк, и голову подмышкой держит. У меня волосы дыбом, спина сразу замерзла, мысли все сбились, но понимаю, деваться некуда, так как дверь-то одна. И тогда я как заору со всей дури и ломанулся в дверь, другого-то пути нет!
Вроде как мертвяк исчез, выскочил я на палубу, но слышу шорох какой-то за лебедкой (рядом швартовная лебедка была). Ну я все еще в страхе, бегом в рубку.

Но эту всю историю он рассказал позже.

А тогда, 2-й помощник, заметив неладное в облике матроса, спросил, чего это с ним? "Да так", - говорит - "ничего".
Тут и вахте конец, сменились, 2-й пошел чайку попить, спускается, а там буфетчик донкермана откачивает. Донкерман (помогает грузовому помощнику в погрузке-выгрузке, специалист по насосам) еле живой. Рассказывает донкерман.
- "Проснулся я пораньше, думаю, надо в помповое сходить, да в шланговое, проверить там все, рано же утром приходим. Ну зашел в кладовку, взял ветоши побольше подмышку и иду в шланговое, дверь открыта, темень, и только я хотел войти, выходит луна и вижу, что труп на гробе своем сидит, я оцепенел, а потом он как заорет, да на меня ринулся! Я в ужасе куда-то в сторону, споткнулся, упал возле лебедки, подняться не могу, за что-то зацепился. Труп куда-то исчез, я еле-еле выбрался и в надстройку, хорошо Колян (буфетчик) уже встал, а то б я, наверно, умер!"

23

История для тех, кто ещё помнит, что такое Советский Союз и с чем его едят! А вернее, о том, как проводили мы свой досуг, поклонники одной известной советской рок-группы .
На дворе стоял неспокойный 1991 год, в этот зимний вечер встретить трезвого мужчину на улице - большая редкость !!! Об трезвых военных в этот праздничный для них вечер лучше умолчим. Как, наверное, догадался мой благородный читатель, речь в моём рассказе пойдет о праздновании 23 февраля - дне Советской Армии!!!
Девушки нашего фан-клуба решили устроить для защитников нашего отечества праздник, - хочу заметить один факт, что все праздники и тусовки в то время проходили на флэту некого Дениса, т.е. в моей бедной несчастной квартире.
С утра в моей квартире высадился десант прекрасной половины нашего клуба и всего человечества, и занялся грандиозной уборкой и готовкой, так как чистота и моя квартира в то время просто-напросто не сочетались. Я, конечно, тоже помогал - не мог же я на все это молча созерцать, лежа на диване!
И вот, время ближе к вечеру, начинает потихоньку подтягиваться сильная половина нашего клуба, в ожидании выпивки и, конечно, подарков. И вот он настал час "Х" ! Гости все на месте, стол накрыт различной снедью и, конечно же, ею, той самой ею, без которой многие мужчины не могут провести ни одного праздника и ни одной дружеской вечеринки - её величеством ВОДКОЙ !
Почему я так заострил на ней внимание - в то время не было такого изобилия всего, а водка вообще была жутким дефицитом!!! Кто как и где её тогда достал на наш праздник, я уже не помню - все тогда придерживались устного договора "мужики достают спиртное, а женщины съестное".
Вот тут-то и начинается самое интересное !!!
Все мы по молодости обладаем неистощимой и бурной фантазией - а уж наши девушки нас просто сразили наповал. Когда вся наша честная компания уселась за стол, то пришел черед раздачи подарков "героическим" защитникам нашей Родины ! Вот тут-то и раздался дружный хохот над праздничным столом - каждому защитнику было преподнесено в подарок следующее - зеленая игрушечная каска и игрушечный револьвер в заводских упаковках и в каждой упаковке была инструкция где черным по белому было написано "для детей от... до ... лет". все мужики тут же понацепляли на себя каски и давай по друг другу палить как малые дети ...
На этом история не кончается. Всё только впереди ...
Потребность русских людей в водке, наверное, знает уже весь мир - сколько её не бери, а все мало будет! И вот в разгар самого веселья, заканчивается самое главное на праздничном столе - водка! И над столом зависает извечно русский вопрос - "Что делать?" Народ при этом уже разбрелся по всей хате, кто-то на кухне горланит нашего кумира, кто-то смотрит ящик, кто-то продолжает разговор за столом, но продолжать-то уже не подо что! В то далекое время не было ни ночных палаток, ни ночных магазинов. Мужеская часть гостей стала держать совет, да такой что Кутузову в Филях и не снилась. Совет постановил - нужно искать у таксистов!!! И мужики стали собираться в поход - нашлось четверо добровольцев - И вот стоим мы в прихожей готовые к последнему бою, женская половина разделилась на два лагеря - "ЗА" и "против" этого похода, открывается входная дверь и первый выходящий невзначай берет с собой каску и револьвер !!! Один за всех и все за одного!!! Когда из подъезда вывались четверо молодых подвыпивших людей в касках и с игрушечными пистолетами, то некоторые припозднившиеся прохожие подумали что они попали в дурдом.
С криками и гиканьем мы побежали к ближайшей дороге в поисках вожделенного такси - все в касках и при оружии. В некоторых окнах начал зажигаться свет и ошарашенные люди глядели на весь этот маскарад в полном недоумении!!! Так как в то время по ночам машин ездило не так много, то мы, не сбавляя темпа, поскакали к ближайшему перекрестку, все так же громко горланя и не снимая с себя касок! Мы веселились от души, нам было все по фигу! Мы были молоды и озорны. Добежав до ближайшего перекрестка, мы стали ловить машину. Редкие водители ночных такси, видя такую гоп-компанию, вместо того, чтобы остановиться, только вдавливали педаль газа до упора.
Подумав, мы приняли решение что один ловит машину, а остальные трое стоят на другой стороне улицы. Через некоторое время останавливается машина и один из нас, распахнув дверь автомобиля, в каске и с пистолетом в руках спрашивает у шофера - "Мужик водка есть?" Шофер улыбаясь отвечает - "Есть" . В этот момент к авто подбегают остальные трое и все кричат слаженно "Сколько" !!! В ответ мы слышим сумму на которую мы явно не рассчитывали "20 рублей" А при себе у нас только 15. И мы начинаем шуршать по карманам, набираем еще 4 рубля и к мужику - "Мужик, а у нас только 19". Мужик, улыбаясь, отвечает -"Ладно забирайте".
Что и говорить, а таким способом после этого ни один из нас еще водку не доставал!!!!

24

Навеяло историей от 29.11.2002. Вот, собственно, и сама история: "Конец ноября. Кто-то во дворе выбросил старую новогоднюю елку..."

У нас на Новый Год над окном гирлянда цветных электрических огней висела. Ну и после Нового Год её сразу не сняли. А что? Удобно - детишкам нравится, да и когда вечером полумрак хочется, ну чтобы ящик там посмотрить, или романтики для, то включали. Где-то в апреле, как та занудная жена из анекдота, моя попросила отключить и снять гирлянду. Отключил. Но не снял. В мае мои поехали на лето к бабушкам-дедушками. Я пообщал, что сниму гирлянду после их отъезда. В августе поехал за семьей, а конце сентября вернулись. Гирлянда висит. Ну а сейчас уже и смысла снимать нет, ведь через пару недель уже можно опять подключать...

25

История про Настю Вагину напомнила.

У меня была как-то бешеная переписка с одной Вагиной, по абсолютно деловым вопросам. Весь ящик был забит её письмами. К несчастью, в то время я был деканом. Ко мне зашла студентка, пожаловалась на какую-то проблему и внезапно рванулась вокруг стола с возгласом "сейчас я вам покажу"! Она хотела на сайт зайти, а увидела ЭТО - мой почтовый ящик. Сказала "Ой, извините" и вышла из кабинета молча, на цыпочках. Её просто распирало от сенсации :)

26

После окончания университета, в сентябре 1982 года, меня распределили на «почтовый ящик», кто не знает, так шифровали от супостата НИИ и заводы, так или иначе связанные с оборонкой. С сотрудником нашего отдела Николаем Александровичем Александровым (ударение на «О») я познакомился через пару месяцев на очередной стройке или овощной базе. В статусе «молодого специалиста» я прошёл их без счёта. За те немногие дни, которые я проводил в НИИ за своим рабочим столом, я успел выделить Николая Александровича из числа других сослуживцев. Отличал его постоянный позитив и, какое-то гипертрофированное, чувство юмора. Для редколлегии стенгазеты он мог, проходя мимо, из жалости накидать столько идей и шуток, что потом половина института совершала паломничество в наш отдел, чтобы поржать в голос. Женщины постоянно тащили ему в починку домашние бытовые приборы, сумочки с оторвавшимися ручками и сломанными молниями. Сказать, что они его обожали, это не сказать ничего. Он отвечал им тем же, но была у него и другая «всепоглощающая страсть», спирт, как таковой, и любые спиртосодержащие жидкости в частности. В те годы они в магазинах появлялись крайне редко, большей частью накануне праздников, а потом опять переходили в разряд дефицита. Эта привязанность смотрелась несколько странно, потому что по его собственному выражению был он инвалидом «пятой группы», так как в графе национальность писал «ДА». Как у Довлатова «Все думали – еврей, а оказался пьющим человеком». При этом свалить его не могла даже смертельная доза, в глазах окружающих он выглядел просто под «легким градусом».
Все мы, время от времени, становились героями его розыгрышей, которые потом, в виде фольклора, гуляли по институтским коридорам и курилкам. Но однажды Александров сам стал героем и, одновременно, жертвой собственной шутки.
Как-то, уж совсем не в солнечный день он явился на работу в тёмных очках, которые скорее подчёркивали, нежели скрывали внушительных размеров синяк под левым глазом. Ближе к обеду стала известна и, собственно, история.
В предшествующую ночь Николаю Александровичу совершенно не спалось. Жена уже похрапывала справа от него (то, что она была справа и женщиной была крупной и физически крепкой, сыграло потом роковую роль). Две взрослые дочери уже были замужем и жили отдельно, поговорить было решительно не с кем. Лежать, глядя в тёмный потолок, было скучно. Легко тронув жену за плечо, он спросил: - «Люся, не спишь?». Люся только дернула плечом, что означало – отстань. Тогда голосом, полным трагизма и раскаяния одновременно, он произнёс: - «Я не могу с этим жить, не могу так долго тебя обманывать. Я должен был это сказать тебе давно, но боялся». Похрапывание справа прекратилось, из чего Николай Александрович сделал правильный вывод, что у него появился внимательный слушатель. Ещё раз, горестно вздохнув, он выдал: - «Наша вторая дочь не от тебя!». С криком, - «Кобель! Когда ты уже нагуляешься!!» Люся, развернувшись как пружина, врезала мужу наотмашь с правой.
Через пару минут, уже на кухне, пытаясь остановить идущую из разбитого носа кровь, Александров услышал, как бурные и безутешные рыдания, доносившиеся из спальни, внезапно прекратились. Потом вышла Люся, достала из холодильника замороженную курицу и вручила её мужу, со словами: - «На, приложи, чтобы синяка не было»
По его собственному свидетельству, Александров после заснул, как ребёнок, а Люся, от чувства вины ворочалась до утра.

27

Армейская история.
Начало. В 1986 году я служил в одной жутко секретной ракетной дивизии. Зам.начальника политотдела был подполковник Погорелый (фамилие у него такое). Дебил редкостный. Я за всю жизнь таких встретил всего несколько штук. Но он, будучи курсантом, женился на дочери генерал-лейтенанта, служившего в главном штабе РВСН. (Я с ней столкнулся один раз, назначенный перетаскать с другими солдатами из УАЗа в ее квартиру около сотни казахских арбузов, стерва редкостная). Его однокурсники еще только собирались получать майоров и пахали в полках, а он в результате удачно организованной половой жизни, уже был подполковником и зам.начальника политотдела ракетной дивизии. Все звания до единого он получил на 1-2 года раньше срока.
Середина. В политотделе инструктором по комсомольской работе служил старший прапорщик Калинин, верой и правдой отслуживший царю и отечеству 20 лет, и имевший полное право послать всех на х… и уйти на честно заработанную пенсию, и не имевший никаких перспектив на дальнейшее повышение по службе и в звании, в связи с отсутствием высшего образования. Человек умный, с чувством собственного достоинства, что не обо всех прапорщиках можно сказать.
Продолжение: Случилась как-то оказия. Подошел срок очередной отчетно-выборной конференции комсомольской организации ракетной армии. По этому случаю, были выбраны 2 депутата - старший лейтенант и сержант, передовики боевой и политической подготовки. Депутатам в дорогу дали подарки главным армейским комсомольцам – 10-литровую флягу высококачественного питьевого спирта, свиную ляжку домашнего копчения (килограмм на 25-30), ящик тушенки высшего сорта из дивизионного НЗ, 2 ящика отобранных у дембелей поделок (в качестве экспонатов для выставки солдатского творчества), конвертик с энной суммой денег для организации подпольной комсомольской деятельности, и кое-что по мелочи. Кроме этого, в дивизии неделю находился на выездной сессии судья из военного трибунала (у которого при себе чемодан с делами). Всю эту братию нужно было довезти по ближайшей ж\д станции (400 км по степи). Поезд отходит в 18 часов.
Назначили на перевозку УАЗ-«козла». Исходные данные: посадочных мест 5. Нужно рассадить: водитель, 2 делегата-комсомольца, судья. С ними должен ехать старший машины (офицер или прапорщик). На эту почетную должность назначают Калинина. Итого – 5.
Развязка: В день выезда в 9 часов утра Калинин прибывает для инструктажа о правильном поведении и соблюдении в дороге высокого морального облика старшего военного автомобиля к непосредственному начальнику – подполковнику Погорелому (кабинет – напротив моего, и я все дальнейшее слышал). В ходе инструктажа Погорелый в результате простых математических подсчетов приходит к выводу, что 2 делегата не смогут уволочь 8 мест багажа, и он дает указание Калинину, чтобы тот немедленно звонил в какой-нибудь из полков и дал команду секретарю полковой комсомольской ячейки срочно оформить командировку в штаб армии (тащить подарки). Калинин на это, вполне резонно, отвечает, что в машине всего 5 мест, которые уже заняты, и что если по дороге их остановит Военная автоинспекция (что в приграничной зоне вполне обычное явление), то машину отберут, у солдата права отберут и отправят на губу, а он, Калинин, с 3 депутатами и судьей с 8 местами багажа должен будет пешкодралом переть 400 км до станции.
Погорелый начинает на Калинина орать. В его нечленораздельных воплях, раздававшихся на весь этаж штаба, я разобрал «я вас раком поставлю», «е.. твою мать», «вы что, меня не боитесь», «да я вам устрою». Через несколько минут дыхалка у Погорелого выработала свой ресурс, запас мыслей иссяк, и он стал затихать. В этот момент Калинин спокойным тоном произносит: «Товарищ подполковник. В этой жизни я боюсь только одного – преждевременно стать подполковником». Как потом выяснилось, ответный вопль Погорелого услышали даже в подвале штаба (3 этажами ниже).
Слава товарищу прапорщику Калинину! На таких людях и еще держится, когда-то советская, армия.

28

Зарисовки из жизни такси со стороны диспетчерской. Может не так смешно,
но зато поучительно.

История первая.
"Опыт не пропьешь".
Около полуночи. Оператор-стажер и администратор сауны потеряли клиента.
То есть он из сауны вышел, а в машину не сел.
- Ну где же он? Там же 5 метров идти и машина заранее приехала, -
растерянно восклицает девочка-припевочка.
- Пускай с левой стороны за кустом шиповника посмотрит, - раздается
голос с другого конца зала.
Через пару минут.
- Нашли? Ну слава богу.

История вторая.
"А чего это они по всему нашему на не нашем ездят".
Дело на Сахалине было, когда америкосы газодобывающие вышки ставили.
В час ночи садятся 2 америкоса (оба под 2 метра) в Южно-Сахалинске и
просят их в Корсаков отвезти. Недалеко, пару часов по пустой трассе. По
пути они начинают рьяно целоваться. А машина между прочим частная, то
есть принадлежит водителю, а не фирме такси. Последний хоть и метр в
кепке, но подобного непотребства не потерпел. Выкинул их из машины,
навешал люлей и уехал.
С утра к директору. Так мол и так. Международным скандалом пахнет. А те
уже адвоката грозятся прислать. Причем про мордобой ни слова, а все
больше про ущемление прав сексуальных меньшинств талдычат.
Наши не долго думая, раздобыли пиктограмму из тех что в туалетах ночных
клубов висят. Там один человечек на коленях, а другой... ну понятно
вообщем. По-быстрому наклеили в салоне. До кучи еще перечеркнутую
сигарету добавили и еще что-то.
Финал. Приезжает тамошний адвокат. Ему пальцем в пиктограмму. Он с явным
облегчением: "Олл райт, они сами виноваты, нарушили правила перевозки".
Про побои ни слова, стыдно наверно, что 2 амбала перед коротышкой
спасовали.

История третья.
"Кто сказал, что "особенности национальной..." - выдумка режиссера?"
2-ого или 3-его января прихожу в диспетчерскую. В углу, где хранятся
забытые вещи, вижу рыбацкий ящик для подледного лова. Для тех кто не
знает - алюминевый короб, на котором можно сидеть и вовнутрь рыбу с
удочками складывать.
Диалог со старшим диспетчером.
- Забыли?
- Ага.
- А рыбу съели?
В ответ дружный хохот все смены. Выясняется следующее.
25-ого числа на 6 утра вызывают машину. Выходит мужик в полной оснастке
(балахон, ящик, ледоруб) и с бутылкой водки в руке. Сел и говорит:
"Сейчас по пути еще одного захватим и на вокзал к 7-ми часовой
электричке." Взяли такого же. В балахоне, с ящиком и неизменной
бутылкой. Оба хорошо отхлебнули и как-то сама мысль в воздухе появилась:
"А ну ее... жопу морозить, поехали по бабам". Изменили маршрут и где-то
в спальном районе вышли. А ящик забыли. И правильно, нафиг он уже нужен.
Продолжение последовало аж 30-ого числа. Звонок, женский голос.
- Вы 25-ого с этого адреса рыбаков забирали?
- Мы не даем информацию о пути следования пассажиров.
- Я знаю, вы мне одно скажите, они в электричку сели или нет?
А ящик только после всех праздников забрали.

История четвертая.
Просто грустная.
Рассказал водителям анекдот (отсюда кстати).
Подвыпившая женщина садится в такси и игриво таксисту говорит:
- А если у меня денег не окажется, что вы сделаете?
- Как что? Минет сделаешь и в расчете будем.
Приехали. Сидит, в руках кошелек держит. Водитель:
- Что, денег нет?
- Да нет, деньги есть, - пауза со вздохом, - и деньги есть, и пососать
хочется...
Вместо смеха или на худой конец хихиканья гробовое молчание. Все молчат,
чегой-то вспоминают. И тут один водитель в возрасте без какой-либо
ехидцы на полном серьезе:
- У этой хоть деньги с собой были...

29

Эта история произошла с моей бабушкой, Марией Ивановной. Сейчас ей 80
лет и она пишет стихи и короткие рассказы. Далее идет её повествование
от первого лица.

В творческой группе «Вдохновение» было несколько поэтов и только один
композитор Сергей Александрович. Он писал музыку на понравившиеся ему
стихи поэтов «Вдохновения». Это была большая удача для поэта, когда
выбор падал на его стихотворение. Были определённые требования к стихам:
стихотворение должно быть музыкальным, чтобы был сюжет, композиция,
содержание и не более 3-х, 4-х куплетов. Больше всего выбор падал на
стихи Наташи. Я пыталась понять почему. Вроде бы мои стихи отвечают всем
требованиям. Ан нет! Я присмотрелась и поняла. Наташа очень
наблюдательна. Она подметила: Сергей Александрович тонко чувствует слог
стиха и его своеобразный аромат. И вот это она учла в своём творчестве.
Ведь как она творит? Идёт на кухню, ставит на газ кастрюлю с водой для
супа и пишет первую строчку стихотворения. Далее кладёт картошку в суп –
и пишет вторую строчку. Когда суп готов – стих тоже готов. Заправляет
суп ароматной зеленью – правит стих. Мы слышали много раз её стихи,
созданные во время варки супа. Ну, да! Стихи с супом. Очень, очень даже
ничего! Ну, а суп со стихами, кто-нибудь, когда-нибудь пробовал? С
грибами ел, а со стихами? Кто ел? Муж какой-то поэтессы. Ну и что? В
реанимацию попал! Что вы говорите? Ну и как? Выжил! Вот видите?
Оказывается не смертельно.
Но мы с вами отвлеклись. Свежеиспечённые, ароматизированные стихи Наташа
незамедлительно несёт к телефону и читает их Сергею Александровичу.
Сергей Александрович тут же улавливает удивительный аромат стихов, это
его вдохновляет, и он пишет музыку к стихам. Романс готов.
А что у меня? У меня нет телефона. На узле связи мне говорят: «Вы
счастливый человек, у вас седьмая очередь. С таким счастливым числом вы
можете спокойно ждать до конца жизни, если у вас нет 8 млн, или
приходите в следующей жизни, если у вас будет 8 млн. Что мне остаётся
делать? Я беру свои стихи и топаю к Сергею Александровичу. Это занимает
40 мин. Он читает их. Но что он при этом чувствует? Запах чернил и
копирки. Это его не вдохновляет. Он кладет их в папку. Стихи, дескать,
должны дозреть: улетучиться запах чернил, и появиться аромат полей, если
стихи о природе, или роз, если стихи о розах и т. д. На папке крупными
буквами написано: «Дело». И вот это дело он кладет в темный и долгий
ящик. Но ведь в стихах – душа поэта. Каково ей, душе, месяцами лежать в
этом темном деле? По настоянию его супруги Татьяны Константиновны или по
личной инициативе Сергей Александрович время от времени достаёт ту или
иную душу из тёмного ящика и с пристрастием изучает её через толстое
стекло – лупу. Проверяет на дозрелость. В один из дней он достаёт из
папки дозревший стих, на который он готов писать музыку, и приглашает
поэта для совместной работы. Как видите – процесс очень долгий.
Я решила поставить эксперимент – проверить Наташин экспресс метод.
Приготовила паровые котлеты с луком, зеленью, чесночком, перчиком.
Быстро их упаковала, чтобы сохранить аромат, и поместила в коробку, где
уже лежали вновь написанные стихи, и побежала с коробкой к соседке, у
которой есть телефон. Позвонила Сергею Александровичу, прочитала новые
стихи. Результат был ошеломляющим. Сергей Александрович объявил, что я
написала не просто стихи, я написала шедевр! Он тут же сочинил музыку к
стихам. Я повторила эксперимент. Результат тот же.
Я благодарю Наташу за экспресс метод. И ещё: В середине 19-го столетия в
небольшом американском городке женщина по имени Бичер Стоу между варкой
супов, стиркой белья, работой по дому, воспитанием детей написала роман,
который сразу приобрёл мировую известность. Я желаю тебе, Наташа, найти
такую творческую жилу, которая принесла бы тебе мировую известность.

30

Вероятней всего это просто байка, но мой комэск утверждает, что история произошла на самом деле и в нашей авиакомпании. Повествование буду вести от лица КВС (командира воздушного судна), который лично виноват во всей этой истории.

Зашел я как-то в эскадрилью и узнал, что наконец-то меня отправляют переучиваться с Ту-134 на настоящий корабль - самолет первого класса и флагман «Аэрофлота» Ту-154. Посмотрел списки, переписал себе фамилии «попутчиков» и сел на телефон их обзванивать. После непродолжительных бесед с другими участниками переучивания, было решено, не откладывая в долгий ящик, отметить отъезд, который намечался на завтрашнее утро. Место, время уточнили, и я побежал готовиться. Так получилось, что моя ненаглядная уехала к маме и квартира была свободна, а, следовательно, именно она и являлась Местом.
Подробности вечера в компании хороших друзей я описывать не буду, расскажу, как наступило НАШЕ утро.
Утро наступило примерно в 12 часов пополудни, когда наш самолет Минск – Ульяновск заканчивал разбег по полосе аэропорта минского аэропорта. Мы проспали свой рейс. Пять человек из-за неконтролируемой тяги к водке остались за бортом технического прогресса и карьерного роста, потому что предписание требовало прибыть в центр переучивания к 09.00 следующего дня. Рейс на Ульяновск выполнялся два раза в неделю. Все пропало.

31

Продолжаю истории о гражданах со странностями, которые порой посещают
нашу депутатскую приемную.
Приходит бабушка. Взор ясный, речь чистая и связная, на вопросы отвечает
уверенно, дату сегодняшнюю и свою фамилию (нужна для журнала учета)
знает. Отлично. На этом легком тесте отсекается 3-4 человека в месяц
четко. Вид у бабули опрятный, кошками и естественными выделениями от нее
не пахнет. Значит зоопарка в доме нет и есть силы и желание следить за
собой. Слушаю Вас внимательно.
- Понимаете, говорит, -я не знаю куда обратиться. У меня проблема с
соседями. Я живу в коммунальной квартире и они хотят меня извести. Они
решили захватить мою комнату, а меня выкинуть на улицу.
Я делаю боевую стойку. На самом деле, ситуация не такая редкая. Когда у
пожилого человека нет родственников, которые могли бы за него
заступиться, зато есть жилплощадь, на которую точит зубы хамоватое
плодовитое семейство обитающее через стенку, в ход идут самые разные
приемы. Бывали случаи, закрывали стариков в их комнатах без еды и воды,
не подпускали к плите общей, не давали пользоваться туалетом, отбирали
пенсию в день выдачи. Об обычных угрозах и побоях даже не упоминаю.
Рассказанная бабушкой история - прямая дорога в милицию. Причем я не
удивлен, если она там уже была, заявление спустили участковому, он зашел
в квартиру, «провел беседу» и все вернулось на круги своя. То есть
бабушку продолжают поколачивать и грозить сжечь живьем, пока она спит,
если не согласится продать свою комнату по сходной цене. И в этих
ситуациях надо бить в колокола, писать милицейскому начальству и в
прокуратуру, объяснить старикам как зафиксировать побои в травмопункте.
Одним словом, надо действовать решительно.
Поэтому для таких случаев у меня разработана и готова в печатном виде
четкая пошаговая инструкция, что нужно делать. В ней также адреса,
телефоны, как зовут нужных должностных лиц. Уже потянулся за
спасительной бумажкой, а между делом спрашиваю:
- А расскажите, пожалуйста, что у вас там происходит? Вас бьют?
- Нет, что вы!
- Угрожают?
- Нет, не угрожают, они хитрые
- А в чем хитрость? Может деньги воруют? Музыку громко ночью включают?
- Неееет! Они жуют!
- Что?! В каком смысле?
- Ну жуют, хлеб…
- Посудой гремят что ли?
- Нет просто жуют. Но очень громко. Всю ночь. И я все слышу, до утра
уснуть не могу. Помогите на иродов управу найти.
- Так… Только это? Что-то еще делают?
- Да, они думают.
- То есть? Все люди думают.
- Эти громко думают. Всей семьей. Я все их мысли слышу. Только глаза
закрою, они сразу начинают думать, как меня со света сжить. А потом хлеб
жуют. И снова думают. Да так громко-громко. Я их уж просила-просила, а
они ни в какую… Говорю, вы, ироды, хоть думайте-то потише гадости
всякие… Так нет, смеются… И милиция смеется…
Сложная ситуация. Прямо послать больного человека и как-то жестоко, да и
бед себе наживешь. Жаловаться же начнет.
- Таак…- говорю- действительно, хитрые у Вас соседи. Надо спасать
ситуацию. Милиция здесь не поможет. А Вы блокаторы пробовали?
- Нет, а это что?
- Это такие препараты, недавняя разработка. Их, правда, в аптеках не
продают, еще пока очень мало произвели. Только по большому блату, по
специальному рецепту. Сейчас подумаем, как вам помочь. У меня есть
знакомый, который в разработке участвовал, он сейчас в больнице в нашей
как раз врачом подрабатывает, сами знаете как ученым платят, не то что в
прошлое время. Если договорюсь с ним, сможете к нему подъехать?
- Ой, вы уж пожалуйста договоритесь, я в долгу не останусь
- Ни чего не надо. Только вы обязательно подъедьте. А то он человек
занятой, постоянно в командировках. Упустите его и все, уехал на полгода
в Америку. А вы со своими соседями остались. Так что в долгий ящик не
откладывайте.
И номер набираю. «Игорь Николаевич? Здравствуйте, к Вам сейчас подъедет
от меня очень хорошая женщина, у нее с соседями проблема, они громко
думают за стенкой. Сможете осмотреть ее, подобрать блокатор? Да-да,
конечно, я ее предупредил, чтоб не распространялась, пока секретная
разработка. Спасибо Вам огромное, запишите фамилию, пожалуйста!»
- Вот Вам адресок, в приемные часы подходите в регистратуру, возьмите
талончик, делайте как все. Чтоб никто ни о чем не догадался. Его по
головке не погладят, если узнают, что он налево работает. И обязательно
все как он скажет делайте. А соседи ваши пусть сами теперь мучаются, у
них от своих мыслей голова пусть болит.
- Ой, спасибо Вам большое, дай бог вам здоровья…
Окрыленная бабулька покидает приемную.. Жизнь продолжается. Следующий!

32

Я и бег трусцой

Глядя на семенящих от инфаркта по беговой дорожке тяжеловесов,
вспомнился мне один случай произошедший со мной некоторое время назад,
после которого с бегом было завязано без всяческих апелляций и надежды
на продолжение.

Бегать собственно в нежно -голубом периоде моей юности, мне собственно
нравилось, даже набегал на второй взрослый разряд.

В армии бег попахивал принудиловкой, но в общем терпимо.

Три месяца, которые родная страна давала мне для реабилитации в
гражданское общество проходили вполне сносно.

Через месяц уже не хотелось по ночам жареной картошки, слова паразиты
практически удалились ко второму месяцу, а ближе к третьему, мой шаг
начал хоть как-то напоминать шаг прогулочный, а не спортивную ходьбу, за
что моя девушка была особенно признательна.

От мыслей о предстоящем будущем месте работы, меня отвлёк звонок в
дверь.

За дверью обнаружился сосед, который на год раньше меня вернулся с
эстонской границы и уже прикрепился к составу всеми уважаемого
Министерства Внутренних Дел для обеспечения порядка на улицах нашего
города.

Раз в год, соседа Лёху, направляли на всяческие занятия по повышению
боеспособности и короткому периоду здоровой жизни, которую он терпеть не
мог.

А бег на три километра целиком и полностью вышибал из него последние
оптимистические нотки.

Собственно цель визита несколько прояснялась.

Мне предлагалось за порядочный гешефт (ящик пива «Хамовники»), заменить
его на гаревой дорожке стадиона.

Ха! Да не вопрос!

Так как документов никто не спрашивал, внедрение состоялось.
Стайка сотрудников органов, была разномастной. В большинстве своём это
были сорокалетние мужи с оформившимися пивными животиками и намёками на
скорую пенсию во взгляде.

Их я догнал уже через круг и ещё раз через два круга.

Когда до финиша оставалось всего ничего, а все соперники были далеко
позади, вздумалось мне пофилонить.
Снял майку и обмахиваясь не спеша трусил к ленточке.

Из релакса меня вывел крик полковника, который бежал ко мне с
секундомером и кричал:
- Пелеганчук, бл..дь, прибавь!

Ха! Да ради бога!

Обещанного гешефта, я не дождался.

Спустя десять минут после финиша, выяснилось, что мой результат,
оказался вторым в районе и старший сержант, а по совместительству мой
сосед, будет защищать честь родного отделения на городских
соревнованиях, а если откажется, то он глубоко пожалеет.

Две недели сосед грустил на больничном, а потом полгода в ночных
дежурствах.

Здороваться начали спустя год, но это уже совсем другая история.

33

Покойный Анатолий Н. был очень колоритной личностью. Истории о нем могли

бы украсить страницы толстой книги. К сожалению, рассказываю одну из них

их по памяти.

В студенческие (семидесятые) годы он опекал иностранных студентов, причем

делал это весьма своеобразно.

Приезжая с родной Донетчины, привозил изрядный запас самогона и

замечательно жарил картошку. С советских студентов на вечеринку собирал

по 3 рубля, с иностранцев - по 3 доллара. Нашим-то все в жилу, а

некоторые иностранцы быстро пристрастились. Особенно один, из братской

африканской страны. Наутро голова бо-бо, сразу же к Толику. Тот ему и

предложи: "Давай я тебе разработаю такой аппарат, чтобы ты дома мог сам

делать самогон." Договорились за ящик портвейна "Три семерки" ("777",

если кто помнит). 3 дня за кульманом (эпоха до автокада), и чертеж

аппарата готов. Довольный студент улетает с чертежом в Африку, а Толик с

друзьями пьет портвейн.

Через месяц темнокожий друг возвращается темнее, чем был: собранный по

чертежу аппарат взорвался и опозорил его уважаемого отца то ли перед

всей деревней, то ли перед всей страной. И грозит обратиться в

международные организации, чтобы примерно наказать инженера самогонных

наук.

Толик в трансе, расспрашивает коллегу и выясняет, что его отец для

повышения производительности сделал куб в несколько раз большего объема,

сохранив толщину его стенок прежней. Поскольку африканский студент

сопромат давно сдал, объяснять ошибку его отца бесполезно. Поэтому Толик

делаает гениальный ход: "А дрожжи чьи?" - "Как чьи? Наши" - "А надо было

советские, в крайнем случае, канадские."

Африканец в раздумье: "Так у нас же война, канадские дрожжи не

привезти!"

В качестве компенсации Толик выучил его гнать самогон с помощью обычной

кастрюли, и этим благополучно закончилась история, чуть было не

вызвавшая международный скандал.

34

Батя мой вырос на Колыме. Его мать, моя бабушка, плюнула на московскую
квартиру, детсады и школы и поехала со всеми детьми на поселение за
ссыльным мужем, "врагом народа". Но, увы, дед не дотянул до кончины
Сталина, поэтому квартира помножилась на ноль и, похоронив мужа, бабушка
с младшими уехала жить в деревню, а батя - прямиком в армию, благо
возраст подошел.

К чему такое предисловие - к тому, откуда у отца столько историй
криминального характера. Сам он, будучи пожизненно влюбленным в дорогу,
оттопил дальнобойщиком не один миллион верст по всему Союзу и ни в чём
более уголовном, чем левый провоз в Москву сезонных адыгейских арбузов,
замечен не был за всю жизнь.

История первая. Как подломили Госбанк РСФСР. Банк находится на Неглинке,
через пару кварталов от самой Петровки-38, поэтому о налёте речи идти не
могло. Уголовники придумали вопиющее для времен коммунизма решение -
набрали по периферийным киностудиям списанной техники, подделали
нехитрое разрешение на съемку - и абсолютно открыто вперлись на
территорию банка на съемочном автомобиле. Охране пришел звонок "из
Мосфильма", что известный режиссер будет снимать сцену налета на
хранилища наличности, были расставлены камеры и софиты, предъявлены
бутафорские мешки с "деньгами" - и ограбление прошло изумительно
натуралистично! Актеры сердечно поблагодарили сотрудников банка за
помощь в съемках - и были таковы. Грузовичок с аппаратурой бросили в
соседнем переулке, а съемочный "ЗиМ" с мешками настоящих денег исчез
бесследно.

История вторая, преподнесенная изначально как загадка. Дано - броневичок
с золотом-сырцом, идущий под охраной с прииска. (В Союзе не было
современных желтых "сейфомобилей", ценности перевозились в обычном
неказистом газике, под тентом которого скрывался сварной железный ящик с
охранником и собственно грузом.) Два отсидевших рецидивиста желают
вернуться домой с денежками. Вопрос - как? Оружия, понятно, им никто не
дал бы, да и если дал - все равно охранник им ящик не откроет изнутри...
На этом месте батя усмехнулся и спросил, знаю ли я, как лисы едят ежей.
Я признался, что, конечно, не знаю. Оказалось, очень просто - закати
ежика в ручей, тут-то бедняга и развернется, куда деваться.
Остальное уже понятно, да? Угоняется лесовоз и ждет у мостика в засаде.
Как только приближается кортеж, лесовоз, пропустив первого мотоциклиста,
вылезает на дорогу под углом и - без шума и пыли броневичок и второй
мотоцикл уходят от столкновения прямо в воду. Дальше - дело техники, по
воде можно пешком уйти от любой собаки.
Эти, правда, не ушли: их главной ошибкой было махать заточками перед
водилой угнанного лесовоза...

(c).sb.

35

Еще одна история про Никиту Богословского. Он вообще пошутить любил,
причем иногда весьма опасно, в опасные времена.
Рассказывают, что еще в сталинские годы, когда у Леонида Утёсова был
очередной юбилей, ему пришла огромная посылка, - здоровый, сколоченный
из досок ящик, размером со средний шкаф. Он удивился, прочитал
приложенное поздравление, откуда и узнал, что деньрожденный подарочек от
Богословского. Никита уже тогда славился неожиданными поступками, и
Леонид Осипович сильно напрягся. Когда же доски взломали, он просто
обмер от ужаса: это была гипсовая статуя Сталина, в натуральную
величину. Слава Богу, что никто, кроме домашних, этого явления не видел.
Что делать-то!? Хранить такое дома? Уж у кого, а у Утёсова на счет вождя
народов иллюзий не было, как и у всех знакомых его круга. Если они
такое в его доме увидят, то рейтинг утесовский сильно упадет в их
глазах. Выбросить? Донесут тут же, и никакие регалии и заслуги не
спасут. И Утёсов нашел выход...
Каждый день он откалывал от статуи несколько кусков, дробил их, а потом
проворачивал в мясорубке, до порошка. И все это потихонечку выносил на
помойку. История умалчивает, сохранились ли у него после этого с
Богословским человеческие отношения...