Анекдоты про лучше значит
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 469

251

КАК УМИРАЮТ СЛОНЫ

Ты не видывал смерти, Дикки?
Учись, как уходим мы!

Старая слониха, 60 с гаком лет проходившая в записях как Марита, умерла ночью. Она уже давно не вела семью, передав полномочия вождя своей третьей дочери, могучей Марго, а сама перешла на роль бабки, таскающей за стадом обрюзгшее тело, да следящей, чтобы молодняк не слишком отбивался от нянек. И, возможно, она протянула бы еще несколько лет, если бы мальчикам из соседней масайской деревни не пришло время стать мужчинами. А у масаев стать мужчинами - значит, совершить подвиг. Например, кого-нибудь убить. И мальчики, взяв тяжёлые, в собственный рост, копья, в сумерках подкрались к слоновьему стаду.

Такого давно не было. Последние годы масаи довольствовались бескровными подвигами, вроде переправы стада коров через реку в половодье или отобрания добычи у льва. Слоны отвыкли от того, что человек представляет опасность, и не среагировали на дюжину вооруженных подростков в боевой раскраске. Только Марита сообразила, что происходит, и с неожиданным ревом, означавшим что-то вроде: “Run, you fools!” - прикрыла стадо своим широким боком. Ей вторил клаксон нашего джипа, напролом ломившегося к месту происшествия через заросли кустарника.

Но мы опоздали. Слоны ушли на другой берег реки, в заповедник, а масаи скрылись в буше. Нам досталось четыре окровавленных копья, причем одно было выломано хоботом из раны. Наутро мы нашли стадо в глубине заповедника. Слоны ушли далеко в болото и паслись, возбужденно переговариваясь друг с другом. Мариты с ними не было.

Неделю мы искали Мариту по всему заповеднику. Оказалось, зря: раненая Марита приняла решение не отягощать семью и укрылась среди камышей одного из островов. Там ее и убил сепсис от нагноившихся ран. Тело нашла Мара, ее последняя дочь, лучше других понимавшая логику матери. Нашла и привела остальных.

Могучая слоновья колонна двинулась к месту последнего успокоения Мариты, проламывая водяной поток. Две огромные слонихи подняли покойную стоймя и поддерживали ее плечами. Семья выстроилась полукругом и произносила траурные речи, негромко трубя и жестикулируя хоботами. Почетный караул у тела покойной сменялся четыре раза, пока семья копала могилу - неглубокую, сантиметров в 70 яму. Тело Мариты переместили туда и забросали сверху камышом и специально доставленными с берега ветками. Слоны разошлись не сразу, покидая курган небольшими группами, и последней ушла сильно повзрослевшая Мара. Нет, последними всё-таки ушли мы, навестившие Мариту после Мары и выкурившие у нее на могиле последнюю трубку - она почему-то любила запах вишневого табака.

NN, бывший старший инженер отдела “Игрек” знаменитого “поцелуйного” НИИ, умирал далеко от Родины. Когда ему исполнилось 72, российская медицина от него отказалась, мотивировав, что ее усилия нужнее молодым, а он уже свое пожил. Семья перевезла его в Израиль, чьи врачи не считают возраст основанием для отказа лечить рак, и там он прожил ещё пятнадцать долгих лет, намного пережив большинство друзей и коллег. К нему в гости приходили разные люди, в том числе и те, кто никогда не светится на телеэкранах, зато часто упоминается в специальных отчетах, но от сотрудничества он отказался. Его навещали дети, регулярно звонили подросшие внуки, любовно пилила супруга, и я, как мог, скрашивал его жизнь разговорами на профессиональные темы, хотя я довольно далек от систем управления, а он - от нефтянки и биржи. Когда рак в конце концов взял свое, он сел на Skype и попрощался лично с каждым членом своей большой семьи, найдя для каждого несколько весёлых слов. По завещанию, мне достался ключ от одной банковской ячейки. Нет, там не было пачки банкнот - там была пачка бумаг с записями. Вот, сижу, разбираюсь - кто, если не я?

252

На Ярославской железной дороге есть платформа Тарасовская. Это про нее у Коваля в Приключении Васи Куролесова фраза: "Запомни! Иод из Тарасовки!". Кроме иода из Тарасовки и московский Спартак. У него там база футбольная с прошлого века. И фанаты, в смысле, болельщики. Во второй половине семидесятых этих фанов-болельщиков у Спартака не то чтобы много было, их тогда ни у какой команды много не было, но в электричке после матча с ними лучше не ездить. Электричку с ними лучше пропустить, пусть они сами себя там уродуют. Ну если ты один-двое, а не пятьдесят.

Стекла били, лавочки портили, иногда народец редкий поколачивали. Милиции побаивались, но не сильно. Надеялись удрать потому что по глупости. По такой же причине, то есть глупости два молодых человека, совершенно не футбольные болельщики, в такую электричку сели в Мытищах. Они в Строитель ехали на вечернюю тренировку. В секцию карате. А тут спартачи бузят.

Каратек ты, или штангист-айкидок по боксу, а коли попал в такую катавасию, где противников раз в сто больше чем тебя, то от конфликта лучше уйти, или замаскироваться. Лучший поединок - это тот, которого удалось избежать. Нет, ситуации разные бывают. В некоторых случаях совсем наоборот. Защитить кого-то. Родину, например. За девушку заступиться. Старушку через дорогу перевести. Но тут не такая ситуация.

Кроме друзей в вагоне только фанаты. Замаскировались ребята в уголке и выжидательной позиции. Разговоры слушают. А в разговорах звучит, что вся эта банда в Строителе выходит, кого-то "отоваривать" собираются. Услышав такое дело, приятели, быстренько к выходу, чтоб этот выход в Строителе возглавить, поорать и слинять по-тихому в знакомую тину. Встали прям возле дверей первыми. Сзади народ вроде тоже собирается, Спартак-чемпион скандируют и еще чего-то про динамо плохое. Динамо типа говно, а Спартак - чемпион.

Подвалила электричка к Строителю. Каратеки наши собрались с духом, в смысле, воздуху в грудь набрали и с криком "Динамо - говно, Спартак - чемпион" на платформу вылетели.

Одни. Потому что за ними никто не вышел. Майор на платформе стоит. Прям перед ними. И тридцать три милиционера, как в сказке, в дополнение.

Вот, говорит, как и в сообщении: буянили в электричке, били стекла, приставали к пассажирам, в Строителе собирались выходить. Динамо, значит, говно, а Спартак - чемпион? И в чухальник.

Так местное отделение милиции познакомились со своими новыми тренерами-инструкторами по рукопашному бою.

253

Помните, был такой очень симпатичный короткометражный фильм "Математик и чёрт"? Очень рекомендую, если не видели.
А эта байка будет называться "Математик и филолог". Или лучше "Математика и филолог".

Дело в том, что у филологов с математикой отношения обычно весьма напряжённые. Мало кому удаётся и то, и это. Обычно бывает или одно, или другое. Может быть, мы просто по-разному мыслим?
Впрочем, "песня совсем не о том". Или не совсем о том.

В девятом классе у нас сменился учитель математики. Разницу мы почувствовали сразу - до этого математику нам преподавали довольно плохо, а Марк Абрамович явно знал и любил свой предмет и умел его объяснить. Особенно тем, кто математику чувствовал и понимал.

В это время в школах ввели кабинетную систему, и свой кабинет Марк Абрамович оформил по своему разумению. Вместо обычного тогда портрета Ленина он повесил над доской огромное изречение - от стены до стены: "Математика - наука великая, замечательнейший продукт одной из благороднейших способностей человеческого разума. Д.И.Писарев". Большими пенопластовыми буквами на тонких деревянных реечках.

На это изречение я с тоской смотрела целый учебный год. "Математика - наука великая..." Великая, конечно же - великая, но почему же мне так трудно было её усваивать? Символы и абстракции, которые так легко и спокойно укладывались в голову в языках, не давались в руки. Понятие "производная" ускользало как намыленное. В формулах всё время приходилось возвращаться к началу и вспоминать, что чем обозначалось. И всё это вместе вызывало лёгкую тошноту и головокружение. В такие моменты я сдавалась и в очередной раз начинала читать книжку под партой. Kогда по-русски, когда по-английски, когда по-литовски - тут было всё легко и всё понятно.

"Математика - наука великая..." Всё это было тем обиднее, что при моей огромной и всепоглощающей любви к языкам я в глубине души чувствовала, что это - тоже язык, который я почему-то была бессильна понять. И не просто язык, а язык, исполненный высочайшей божественной гармонии, и если бы можно было его выучить, то гармонии прибавилось бы и в душе, и в жизни и в понимании мира.

Но такое же поражение я уже к тому времени успела потерпеть в музыке. То же самое ощущение - другой, какой-то инопланетный язык, гармония, которая не даётся в руки, манит и всё-таки остаётся недоступной.

Что же, приходилось ограничиваться тем, что получалось - значит, обычными человеческими языками. Поступать-то предстояло на филфак. С другой стороны, "наука великая" запросто могла мне испортить средний балл, нужный для поступления. Значит, учить её всё-таки было надо. (Так, что у нас там? Правило математической индукции? "Если некоторое математическое утверждение справедливо при n=1, и из справедливости его при n=k следует его справедливость при n=k+1, то это утверждение справедливо при любом n." Вы это понимаете? Я вас поздравляю. Я - нет. Но помню это последние сорок лет, бог весть зачем.)

А потом учебный год закончился. И можно было вздохнуть с облегчением. И спокойно читать книжки, и три месяца не думать о правиле математической индукции.

Через две недели после начала каникул я случайно встретила Марка Абрамовича и удивилась тому, что он выглядел очень озабоченным. Это ему было абсолютно не свойственно. Марк Абрамович был очень жизнерадостным человеком. "Слушайте меня внимательно", - говорил он, - "Если поймёте половину - я буду рад. О второй половине поговорим завтра." А тут - да что же случилось?

А ничего особенного. Класс пришли красить. Изречение сняли со стены. Буквы рассыпали. "А теперь никто не может вспомнить, что там было написано. Я кого только ни спрашивал - никто не помнит, и всё тут. И сам не помню."

Сказать, что я удивилась - значит не сказать ничего: "Как это - никто не помнит? Про "математику - науку великую" никто не помнит? Я помню! Там было написано..." Марк Абрамович схватился за блокнот:" Подожди, дай я запишу... Замечательный продукт? Нет? Замечатель-ней-ший? Придумают же такое.."

Мне вспомнилась школьная легенда о том, как Марк Абрамович однажды заявил на педсовете: "Эта ваша гуманитарщина...", чем до крайности возмутил учительницу русского языка:"То есть как это -щина?! Что значит -щина?! Это что такое -щина?!"

Интересно, он что, не сам это изречение выбирал? "Математика - наука великая..."

Когда начался учебный год, Марк Абрамович попытался поэкспериментировать. Ученика, который заканчивал ответ, он просил отвернуться от доски (а класс - не подсказывать) и вспомнить, что, собственно, над доской написано.
На моей памяти не вспомнил ни один. До сих пор не могу понять, почему. Ну хорошо, все были заняты математикой. Но неужели все, кроме меня?

А математика, конечно - наука великая...

254

На днях погиб политик-Путин,
По крайней мере, для меня.
На сложном жизни перепутьи
Он кинул нас средь бела дня.

Погиб. К чему теперь сомненья,
Лакейский хор пустых похвал,
И жалкий лепет обращенья?
Все поняли: народ попал!

Не мы ли ждали в нетерпеньи –
Вот-вот он жуликов прижмёт,
И разворованные деньги
Из дальней дали возвернёт?

Богатых призовёт делиться,
Сумеет взятки извести.
И крепче нация сплотится,
Чтоб вместе тяготы нести.

Не мы ль ему кричали браво,
Но сотрясали воздух зря –
Лишь только присные царя
Владети всем имеют право.

«У толстосумов – денег куча,
Но без неё полна казна,
И олигархи знают лучше,
Куда их деть,» - гарант сказал.

Бабло делить – удел не бедных,
Порядок верен, хоть жесток.
А «солидарность» - это бредни,
И всяк сверчок знай свой шесток…

«Инфляция – лишь три процента!
Зарплата – во! Срок жизни – во!
Всё – клёво, - слово президента!»
Да, клёво. Только для кого?..

Вопрос пока что без ответа.
И нет «ура» со всех сторон.
Народ безмолвствует, но это
Не значит, что согласен он…

Кто как, а я расстроен очень.
А суверен, ну что же он.
Поговорил и снова - в Сочи,
Уж он-то в средствах не стеснён…

В. О.
31 августа 2018 г.

255

Стандартная ситуация. Жена с любовником, муж звонит в дверь. Жена в панике.
Господи! Как бы я хотела, чтобы всего этого не было!
Я слышу тебя дочь моя! Я сделаю так, как ты желаешь, но за это ты умрешь через пять лет.
Конечно делай! Лучше через пять лет, чем сейчас.
Яркая вспышка. Любовника как не бывало. Разборок с мужем не было. Живут, значит, они пять лет в любви и счастье. Вдруг, жене по почте приходит письмо, что она выиграла круиз по средиземному морю. И вот настал день отплытия. Но когда теплоход выплывает на середину моря, он начинает тонуть. Жена естественно вспоминает события пятилетней давности и обращается к Богу:
Господи! И ради меня одной ты губишь столько невинных людей?
Невинных? Да я вас блдей заеался всех вместе собирать!

256

Фашисты! Они его - сожгли!

Сообщают, в крематории в Аргентине сожгли почти 400 кг кокаина из посольства России.
На это мероприятие вызвали посла Дмитрия Феоктистова.
Чтобы знал: так будет с каждым!
С каждой.
С каждой партией кокаина!

Министр безопасности Аргентины Патрисия Буллрич сказала, что "это была очень сложная операция...Российские полицейские приезжали семь раз" (Газета.Ру).

Удивляюсь, что наш МИД не прислал ноту протеста и не выступил с требованием об экстрадикции этого кокаина.
Его обнаружили в нашем посольстве? Значит, и сжигать положено - в России! А сжигать наркоту правильно мы умеем!

...Послу, вытерпевшему этот ужас (400 кило! ***!!!) - ему, думаю, дадут орден. "За мужество".

А Аргентина? Думаю это тот случай, про который однажды Он сказал - "Кто нас обидит - трех дней не проживет!"

Мы из этой борзой Аргентины все еще чего импортируем?!
Срочно найти сальмонеллез в их говядине!
А лучше - стереть ее, эту - как ее? - Аргентину - ластиком со всех глобусов.
...Всем миром защитим наш отечественный кокаин!
И - летчика Ярошенко.
И Бута.
И Бутину!
Не позволим запрещать наше право - творить безобразия по всему глобусу.

Дмитрий Шагиахметов

257

Пирог с рыбой.

Это не блюдо! Пирог со свежей рыбкой, испеченный в русской печи, с нежной хрустящей корочкой, приправленный ароматными травами, с завитушками из специального теста по краям - это произведение искусства. Его не подают каждый день, а только по большим праздникам или если приезжает уважаемый человек. Однажды, такой повод настал - моя мама решила своего будущего мужа познакомить с родителями. Дед поспешил срочно наловить щук, бабушка стала колдовать над тестом и печью. Соседи начали заглядывать в окна голодными глазами, вдруг и им (по натуральному обмену) что-то перепадет?

Тут надо сделать отступление про батю, так как жених вырисовывался фантастический: не пьет, не курит, с высшим образованием, КМС в единоборствах. На фоне местной деревенской пьяни и бывших сидельцев - это была несбыточная мечта любого родителя. Поэтому дед с бабушкой решили разбиться в лепешку, но угодить будущему мужу своей дочки. Но судьба не всегда была к бате благосклонна, вырос он в детдоме. А кормят в детских домах не так как дома, да вообще круто, что кормят! И среди мало-понятных блюд, типа каши с куриными перьями или говяжьи волокна с водой, было одно особо ненавистное. Вы уже поняли, дорогой читатель, какое?

Протухшая рыба-хек с костями, десятой свежести, слипшаяся рисовая масса похожая на клей, полу-сырое непропеченое тесто и луковая шелуха, все подается холодным. Вот, что значил рыбный день для моего отца!

После значительных приготовлений все готово! Дед произносит короткую речь, бабушка торжественно вносит, с пылу с жару, пирог в центр стола. Соседи в окно облизываются. Каждый отрезает себе по кусочку. Батя берет булку и начинает молча демонстративно есть один хлеб, запивая водой. Родители выпучивают глаза и не могут, от удивления, закрыть челюсти. Ничего себе, дочка нашла хахаля!? Мало того, что он не пьет, не ругается матом, говорит со всеми на Вы - это уже оскорбительно в деревне. Так еще и брезгует есть с нами!?

Дед начинает жалеть, что на столе нет ничего тяжелого, чем бы запустить в наглую морду. Моя мама уговаривает - ну возьми, ну попробуй хоть кусочек, ведь это же такая вкуснота!!! И не удобно же! Отец непреклонен - лучше смерть! Дед в ярости вскакивает и идет в сени покурить. Общее воспитание не дает ему сразу дать в ухо дочиному претенденту, но вопрос решен - он никогда не даст разрешение на сватьбу с этим уродом! Бабка в сердцах бросает на пол избы передник выказывая к хахалю крайнее неуважение и сердито удаляется за дедом. Дочка в слезах бежит успокаивать родителей. На свежем воздухе все немного "выдыхают", надо как-то пережить это оскорбление - хоть соседи покушают.

Заходят в избу, а этот наглец все еще сидит на своем стуле - типа не понимает, что здесь ему уже не рады! А куда же делся огромный пирог???? Батя разводит руками - спасибо большое - было очень вкусно! Пока, значит, родственники проклинали батю, стоя на воздухе, он себя, с большим трудом, пересилил: попробовал кусочек, потом другой побольше, третий и... уже ничего не осталось.

258

Я ужасно не люблю, когда я иду, иду себе спокойно, и тут вдруг БАЦ! грабли. То есть, конечно, грабли это неприятно само по себе, но когда они вот такие внезапные это очень огорчительно. Другой вопрос, что иногда на них наступить очень хочется.
И вот здесь-то вступает в действие мое правило наступать на грабли очень аккуратно. Это значит:
- убедиться, что это именно грабли;
- выяснить, из чего эти грабли состоят и чем конкретно они плохи;
- посмотреть, как на них наступают другие;
- посмотреть на то, что им за это потом прилетает;
- прикинуть, как после этого жить дальше;
- хорошенько подумать, может, без грабель все-таки будет лучше
И только потом, когда все взвешено, обдумано и спланировано, на них наступить.

260

в понедельник Петрович явился небритый,какой-то помятый,ссадины на фейсе, видать чот случилось:
-Петрович, ну как охота?кабан что=ли тебя так? угостишь кабанятиной-то?
-Да ну на х... брошу я это дело, стараешься, мясо в дом тащишь а тут...
-А чо не так-то?, кабанятина- деликатес,ежли правильно готовить.,твоя-то ведь повариха-умеет.
-Ага деликатес, ежли по морде кабаньей ногой с размаху .не ожидамши получаш.
-Так это что, тебя , кабан значит зацепил?
-Да не, от кабана-то я успел за дерево.....а от бабы- от жены то исть никак не смог, это от неё медаль така, с почетной грамотой...
- Как от жены? ну бабы, человек жизнью рисковал, ради мяса в семью, я вот трус, на такой охоте, мог бы даже обосраться, када на тебя такая зверюга-кабан несется,
-Дык я бы тоже лучше обосрался, да не успел, мужики выручили ружьев-то много-завалили, а так хрен знат, чем ба кончилось, кабан-то не разбират, кто чем пахнет , я вот так домой и заявился в цельных трусах , а дальше раздеваюсь значит, целюсь в ванну залезть, а жена;
-А чего это у тебя трусы?
-А чего трусы? сама же дала, перед охотой, при тебе надевал.
-То=то и оно, что при мне, так они у тя на правой стороне..!
-Ну так правильно, я дурак что-ли, на Левой носить?
-Значит я дура, точно помню -ты на левую надел, а я не сказала, ладно думаю а чо ему на охоте,перед медведями-то,не перед людями, всё-равно, ах ты сволочь, паразит......кабан значится...
-Ну и пошло-еле отбился, всамделе легше с кабаном с голыми руками биться ,а Машка, ну к которой зашел-то по-пути, тоже дура:
-Фсё Вася можешь идти не боись,всё проверила, мол трусы, часы, носки всё на тебе, на месте, а оно вишь как повернулось, да мужики,охота -это вам не по бутылкам пулять, тут соображать надо, недаром же мужики задолго готовятся, патроны заряжают,ружья чистют да много чего....непростое это дело-охота., ох непростое...

261

Моя кошка срёт в раковину. Я, конечно, не в восторге от такого её поведения, но считаю, что это по-любому лучше, чем если бы она это делала в остальных местах квартиры. Говно из раковины я обыкновенно достаю ложкой и гигиенично выбрасываю в унитаз. Пять минут тому назад, иду, значит, с ложкой говна от ванной к сортиру. Жвачку жую. Тут в дверь звонят. Открываю — почтальон. А я с ложкой говна в руках и жую. Чёрт, неудобно как-то вышло.

262

В общем, ребята, слушайте сюда. Расскажу, как на самом-то деле все было. А то все скрывают, лгут...
Жили-были два брата-близнеца: Юра, ну и, скажем, Слава. Наши, смоленские, да. Батя у них - плотник, а мамаша-то ихняя дояркой в Клушино, килОметров 20 отсюда. Ну и сынки-то оба-два как на подбор красавцы. И вроде как меж ними соревнование всю дорогу, кто первый. И Славка-то по большей части брал верх. Он же, кстати, и вылез первым-то. А Юрка на чуть-чуть, на самую малость - но позади. И задевает, знаш, его это так - уух! Но виду, конечно, не показывал, не: гордый.
В общем, получили аттестат, а в 55-м то обоих в армию и забрали, как положено тогда было. Они, конечно, в летчики запросились - ну а куда ж еще-то, с их-то гонором. Взяли, да. И там - опять, Славка ведущий а Юрка ведомый. Не в самолетах - летали-то они поврозь, а вообще по жизни. Ну и за девками, конечно, тоже.
А тут приезжают в их часть большие звезды из столицы, значит. Говорят, у нас есть рапорт от старшего лейтенанта по фамилии такая-то. Их спрашивают - а который из них-то? А в рапорте, значит, не написано. Ну пришлось им значит обоих брать, в отряд-то. То есть как "в какой" - в тот самый, ну вы и вопросы задаете ребята.
А в Отряде значит - кроме них еще 19. Такие же, как они: на подбор красавцы-удальцы. То есть теперь им пришлось не только меж собой, но и с остальными тягаться, кто лучше да дальше да метче да дольше. Стараются, и, вот ведь дела, Славка опять на ноздрю впереди! Да что ж такое-то. Это Юрка про себя думает - а сам, конечно, виду-то не подает, ну что ты!
Наконец - настал день. Собрали их в комнате - объявлять, кто ж полетит. Все семеро, кто к тому моменту оставался - как на иголках. Один Славка - спокоен как слон. Как будто знает, что его черед. Объявили - Юрий! Вот-те на! Поздравляют, мол, такая честь. Слава тоже брату руку пожал - да сжал так крепко, что аж пальцы хрустнули. Развернулся и ушел к себе. Ему потом главный потихоньку объяснил: понимаешь, Слава у нас один. КПСС.
В День Д посадили их в автобус, везут. Слава хоть и не был официально запасным, но его тоже в скафандр заковали. Для фотографий, говорят. Поможешь брату, ему ж вон какое делище предстоит-то. Ну помогу, что ж я совсем зверь что ли. Хотя конечно обидно.
Ну дальше все знают: посадили Юру, он сказал Сергей Палычу "Поехали!" - это, кстати, Слава ему подсказал, он эту фразочку давно придумал, еще когда рапорт писал. И пошла она родимая в черные космические дали.
Потом летят к месту приземления. Открывают капсулу - а там Юрка. Мертвый. Сломалось в корабле что-то. Мда...
Тут главный подходит... Соболезнования, конечно, выразил сначала... В общем, говорит, Слава, такое дело. Мы уж в газетах информацию дали: первый человек в космосе. Юрий, понимаешь, Алексеевич! Ну и Самому, понятное дело, доложили. Так что деваться теперь уже некуда. Придется тебе за него.
Так, значит, и пошло. Славка, конечно, потом подозревал, что оно так не само собой получилось. Ведь даже все кино, что у них в отряде снимали, пока занимались - там в кадре всегда только один из двух.
Ну а уж всех, кто их когда знал, вплоть до нянечки из детсада - всех подчистили. Кого запугали, кому на сознательность надавли. Даже мать с отцом сдались. И остался в памяти у всех только один брат, Юра. А другого как и не было. Ни по документам - ни вообще.
Славка, конечно, очень из-за всего этого переживал. И что за брата вроде как живет, и что сказать никому не может. Но - характер все-таки наш, гжацкий. Не сдался. Тянул свою лямку. Пока в 68-м не сболтнул случайно одному - получилось так, ненарочно. Да видно второго раза-то решили не ждать...
Вот такая вот история. Откуда я-то знаю? Так я, это, с ними рос мальчонкой-то.
Не верите?...
А ну и правильно. Мне верить нельзя...

263

Бывают на свете такие мамы, которые любят, чтобы друзья детей были у них "на глазах". А то - мало ли что...

Вот я - как раз такая мама. А сейчас я вам расскажу, что из этого может получиться...

Детей у меня, вообще-то, двое. Хотя, пока они росли, дома у нас постоянно ошивалось не меньше, чем четверо. Одна подружка у моих дочек была особенно близкая. Я дружила с её мамой, дети знали друг друга с рождения - свои люди. Так что, когда у Ирочкиной мамы настали трудные времена (развод, болезнь старшей дочери и множество других проблем), девочка стала всё больше времени проводить у нас. Потом оставаться ночевать. Потом ходить домой только по выходным.

А потом как-то так само получилось, что на несколько лет детей у меня стало трое.
Ну, трое, так трое, живём-не тужим, даже веселее. Дети заняты своими делами, играют вместе. A если требуется помощь в хозяйстве, то три пары рук, я вам скажу - это ещё лучше, чем две.

А потом в нашей жизни появляется Алёша. Алёшу я знаю давно, почти с младенчества. Когда-то его родители были нашими добрыми соседями. Только мы остались жить на старом месте, а они оказались людьми непоседливыми и часто переезжали.

А теперь Алёше шестнадцать лет, и он явно пришёл ко мне с чем-то серьёзным. Что случилось?
- Я хочу получить образование, - заявляет мне Алёша чуть ли не с порога.
- За чем же дело стало? - не понимаю я. - Ты учишься в хорошей школе, твоя мама, как помню, долго её выбирала...
- Мало! Я хочу знать больше... Я хочу знать, что мне читать!

Ах, знать, что читать... Ну, что ж, сейчас выясним, что Алёшу интересует, подсунем ему пару книжек... Не-е-ет, вижу, что так просто мне не отделаться.
У него возраст поисков истины. Интересует его всё сразу - философия, социология, психология, религия, экономика, политика... Хорошо, начнём с популярного, там посмотрим.

Алёша хватается за книжки так, как будто сильно изголодался. Потом приходит их со мной обсуждать. Я осторожно учу его пользоваться библиографией - ищи книги и сам тоже, проверяй и сравнивай источники...

Попутно выясняется, что Алёша не ладит с родителями. Он начинает часто убегать из дому. Правда, не очень далеко. Убегает он к нам. Я звоню его маме и успокаиваю её, что с сыном всё в порядке. Однажды она задаёт мне невинный вопрос, который повергает меня в ступор:

- Как ты думаешь, у него мозги не повредятся от того, что он столько читает?

Я начинаю понимать Алёшины проблемы.

Алёшин папа тоже ситуацией недоволен. Он звонит мне и ворчит:
- Потакаешь парню, он знает, что ему есть куда бежать, поэтому можно не уважать родителей...
Несколько раз я его терпеливо выслушиваю, понимая, что он волнуется за сына, потом не выдерживаю:
- А куда бы ты хотел, чтобы твой сын бежал? Ко мне? Или...
- К тебе! - отвечает он так быстро, что мы оба смеёмся и решаем пока оставить всё как есть.

Наш дом наполняется философскими спорами и дискуссиями. Старшим девочкам они, правда, быстро надоедают, поэтому любимый оппонент у Алёши - самая младшая, Сара. Спорят они часами. И, похоже, на равных. Картина довольно комичная - здоровенный лохматый Алёша и маленькая худенькая Сара, которая даже на свои десять лет не выглядит.

- Алёша, - не могу я сдержать любопытства, - о чём ты можешь с ней столько разговаривать?
Алёша хватает книгу с высокой полки - Саре понадобился аргумент.
- Она такая умная! - сообщает он мне восхищённо.
- Это не она умная... - иронизирует старшая, Лина. Ей тринадцать, и она до этих споров не опускается. И одиннадцатилетняя Ира тоже интереса не проявляет.
Спор возобновляется. Я прислушиваюсь. Ого! Спор-то, похоже, теологический. Можно ли понять добро и зло, если исключить существование Бога? Ничего себе! А впрочем - в этом возрасте это полезно.
..................................................................................
Мы - люди не столько религиозные, сколько традиционные. В пятницу вечером мы накрываем на стол, зажигаем субботние свечи. Благословляем хлеб (девочки испекли халу) и - нет, не вино, вино детям рано! - виноградный сок. Садимся ужинать. И за столом четверо детей. Как хорошо! Какой покой...

Какой ещё покой?! Никакого покоя!

- Вопрос! - кричат дети. - Вопрос!

Ну да, правильно, за субботним столом положено вести дискуссии о высоких материях. Сегодня участвуют все. За самый лучший ответ - приз. Огромная конфета. А вопрос я им приготовила совершенно нерешаемый. Пусть поупражняются.

- Вопрос, - начинаю я. - Если человек исповедует какую-то религию, значит, считает, что она лучше других. Может ли он при этом уважать другие? А если он уважает другие, как ему исповедовать свою? Ведь тогда получается, что они все равны?

Дети задумываются. Лина долго думать не любит. Она - человек действия:
- А моя религия лучше! И всё! Пусть думают, что хотят!
- Ира?
Ира у нас - воинствующая атеистка:
- Религия вообще никому не нужна! От неё одни неприятности, разногласия и кровопролития!
- Нет! - не соглашается Алёша. - Hужна! Религия упорядочивает жизнь, связывает прошлое с будущим, вот так! - он кивает на субботние свечи, - но у меня религии нет, и мне без неё плохо. Лучше бы была...

Я отмечаю про себя, что ни Ира, ни Алёша на вопрос не ответили. Только высказали своё отношение к религии...

- Сара?
Сара думает недолго. Похоже, она этот вопрос давно для себя решила.
- Моя религия не лучше. И не хуже. Но она моя. А другие - не мои.

Дети вдруг замолкают. Как будто приходят в себя. Задумываются... А я потрясённо понимаю, что, кажется, только что услышала весь разброс человеческих мнений о религии. Всё правильно - устами младенца.

- Ну, - спрашиваю я, - чья конфета? Кто выиграл?
И три голоса тихо, нестройно, но единогласно отвечают:
- Сара...
Остаток ужина проходит в молчании. Сара задумчиво крутит в руках конфету. Делит её на всех. Конфета её не интересует.
А вот с Алёшей они, кажется, не доспорили.

264

О дорогах или как стать плохим...

Существуют в России такие интересные объединения как садоводческие товарищества. Когда-то это были загородные территории по 6 соток выданных государством, но за прошедшие десятилетия многие города существенно расширились и теперь многие садоводства стали вполне городскими районами. В большинстве из них люди строят капитальные дома и получают прописку, однако городские власти не прилагают никаких усилий для благоустройства этих новых территорий. Абсолютно всё садоводы делают за свой счет: устанавливают столбы и прокладывают линии электропередач, прокладывают водопровод, канализацию, газопровод и даже приводят в порядок дороги. Эдакое государство в государстве или прямая реализация принципа - "НАЧНИ С СЕБЯ!". Формы реализации разные, может деньги собирать правления садоводства, а могут по какому-то локальному вопросу просто сброситься жители одной улицы.

Чаще всего мы сбрасывались всей улицей на ремонт грунтовой дороги, выравнивали её бульдозером, закупали несколько машин щебня и своими силами разравнивали её по улице. Через некоторое время щебень уходил в землю и примерно через год-полтора операцию приходилось повторять заново. Мы решили, что это достаточно бессмысленно и однажды скинувшись существенно большими суммами просто забетонировали дорогу.

Причем разравнивать привозимый бетон вышло все население улицы с лопатами, проведя эпический мега-субботник. Буквально через три дня жители пожалели о своем решении. Дело в том, что дороги в садоводстве очень узкие, две машины могут разъехаться всего в нескольких "карманах" на каждой улице, поэтому когда в час пик по нашей новой замечательной дороге хлынул поток машин, объезжающих пробку, многие жители не то что выехать из двора не могли, но даже просто выйти из калитки. В довершении злоключений, некий придурок везший на газели трубы, установленные в кузове под углом вверх, умудрился пробить газовую трубу проходящую над дорогой, оставив все садоводство без газа на 3 дня.

Логичным решением стало установка шлагбаума, мы снова собрали деньги, нам не привыкать, а потом еще 2 раза скинулись, пока не нашли фирму установившую действительно "антивандальный" шлагбаум, который любителям объехать пробки не удалось сломать.

Но любители бесплатно пользоваться чужим трудом и деньгами бесплатно и тут нашли выход. Расчет предельно прост - жители садоводства то же в час пик возвращаются домой, значит каждые 10-15 минут к шлагбауму подъезжает машина с ключом. Отлично! Чем жечь бензин в пробке, лучше выстроимся вереницей перед шлагбаумом, заглушим двигатели и покурим 10-15 минут, пока подъедет швейцар с ключом, подойдет пешком и великодушно нас пропустит, чтоб проехать самому!

И разумеется в диалогах с водителями можно узнать о себе множество интересного, в первую очередь о том, что если ты хочешь жить на красивой и удобной улице, то ты буржуй и кровопийца, тебя давно пора повесить на столбе и раскулачить.

Мораль сей басни такова: "Хочешь жить лучше - начни с себя! И мгновенно станешь плохим..."

265

Работал я в конце девяностых в одном северном городке и решил оттуда сматываться.
Почему - отдельная история.
Приехал я в домой и тут мне друг звонит и приглашает на ПЬЯНКУ.
А я до этого ни разу не напивался до состояния "ПРИКЛЮЧЕНИЯ".
В общем никаких "боевых историй" - спортсмен.
НЕ БРАЛО.
НАПРОЧЬ.
После 0,7 водки отжимался рядом со столом под которым лежали тела павших.
Ну я и решил что НАДО.
Подготовился капитально - 2 бутылки вина + водка и бренди. А весу во мне тогда было ~ 125 кг. Я думал будет как раз, но ребята потом говорили что я, мерзавец, их без коньяка оставил.

Это преамбула.

На ПЬЯНКУ оделся соответственно - чтоб не жалко. Приехали, а там девок целый букет. А я похож на полярника после 5 зимовок без душа. Ну я думаю - значит судьба сконцентрироваться на пункте №1 (достижение состояния ВАШУМАТЬ) А рядом сидит такая фифа, в платьице c нашитыми розочками (потом мне объяснили, что это бантики). Пооблизывался я и начал вливать в себя ГОРЮЧЕЕ и выплёскивать анекдоты.

Процесс я не затягивал и момент когда полёт перешёл в неуправляемый, разумеется, пропустил. Проснулся я с первыми лучами … люстры и потянулся на чём то, как мне показалось, очень мягком - паркетном полу. Правда подо мной была огромная старая занавеска. Но не для удобства, а как оказалось из гигиенических соображений.

Оказывается когда мои оба полушария переключились на "автопилот" я начал буянить. И поскольку вся собравшаяся кодла никак не могла иммобилизовать 125 кг ещё движимого веса, меня уговорили прокатиться на "лимузине с огоньком". Полицию скорую или пожарников вызывать не стали опасаясь скорой мести. Вызвали такси.

Когда я залазил в "мотор" таксист почуяв, что концентрация этанола в закрытом пространстве как то резко подскочила выше критической, поинтересовался: "Он не БЛЮЁТ?" Ребята глядя на него абсолютно честными глазами сказали: "да ты ЧЁ, мужик! С НИМ такого НИКОГДА не было"

Адрес я назвал почему то своей бабули. Почему? Наверно перед смертью вспомню - говорят тогда все ВСЁ вспоминают. Но всё равно не скажу. Никому. На всякий случай.
Бабуля рассказывала что когда шофёр меня допёр до дверей (я потом у ребят спрашивал - водилу специально покрупнее искали?) Он попросил ведро воды и тряпку. Побольше.

Проснувшись я собрался ехать на работу. Голова вопреки "боевым рассказам" друзей не болела. Глянув на себя в зеркало и осмотрев одежду я понял, что бабуля с гигиеническими предосторожностями не переборщила – всё таки врач с сорокалетним опытом. Пришлось придумывать отмазки для работы и жалостливым голосом озвучивать их начальству по телефону, а потом ехать домой в последнем тамбуре электрички.

Позвонил друзьям. Они сказали что поить меня можно только в бетонном бункере предварительно заперев на ключ.

А потом сообщили что я чуть свою соседку по столу не убил.
Я не неё упал.
А она весит в два раза меньше меня.
Из всего ущерба потребовали только окно починить.
Починить окно я пообещал деньгами и стал выпытывать какую соседку я придавил, слева или справа?
Оказалось ту самую - с "розочками".

Пришла домой мама и говорит: "я тут свою одноклассницу встретила - 30 лет не виделись. У неё дочка не замужем, симпОтиШная. Ты ж холостой - давай познакомлю!"
Я говорю : "я не холостой, я ещё БОЕВОЙ. Ты с каких пор сводней стала? Пельмени дай лучше а то кишка кишке бьёт по башке". После заполнения желудка я вспомнил все "боевые рассказы" всех своих друзей и понял, что с пельмешками сильно поторопился.

Покинув "напуганное" фаянсовое изделие отправился в свою комнату и принял горизонтальное положение, дабы не конфликтовать с внутренними органами.
Долго выполнять упражнение ВХПЛ(Выпрямление Хребта Посредством Лежания) мне не дали. Противно затрезвонил телефон и мама крикнула чтоб я тащил свою тушу на кухню к аппарату.
Звонила одна из вчерашних собутыльниц и сказала что я превнёс во вчерашнюю попойку такой доселе невиданый колорит, что без меня им в следующие выходные будет скуШно

Только потребовала что б я приходил с закуской а не с выпивкой (в слове выпивка сквозила тревога)

Я пообещал быть там же через неделю и в приличном виде, и справился о состоянии опорно-двигательной системы своей "соседки по парте"
Мне сказали что скелет не повреждён, но сидеть не может поскольку “филейная” часть имеет обширную гематому.
О состоянии психики судить трудно, но персонаж вздрагивает при упоминании моего имени.

Я пообещал весомые цветочно-кондитерские извинения в пределах допустимых диетами.
Мне сказали что в диетах объект замечен не был как в прочим и в "порочащих связях".
На следующую пьянку я тащил уже не булькающий баул и веник не помню какой, но точно несъедобной зелени.

Извинения приняты были, но меня попросили если нахожусь рядом - принимать сидячее положение. На всякий случай.

В тот вечер я не пил. Веселил компанию за два раза оптом - в качестве извинений. И выполнял роль медвытрезвителя - иллиминировал публику решившую повторить мой прошлонедельный подвиг.

С жертвой моих алкогольных экспериментов мы потихоньку разговорились и выяснилось, что она и есть ДОЧКА МАМИНОЙ ОДНОКЛАСНИЦЫ.

Через месяц мы взаимно познакомились с родителями, а ещё через пол года повязались друг с дружкой законным браком.

267

Моя кошка срет в раковину.Я,конечно,не в восторге от такого ее поведения,но считаю,что это по-любому лучше,чем если бы она это делала в остальных местах квартиры.Говно из раковины я обыкновенно достаю ложкой и гигиенично выбрасываю в унитаз.Пять минут тому назад,иду, значит,с ложкой говна от ванной к сортиру.Жвачку жую.Тут в дверь звонят.Открываю-почтальон.А я с ложкой говна в руках и жую. П***ЕЦ!

269

Кого бы здесь обидеть.

Двадцать лет назад в деревне Афанасьево проживало больше пятисот человек. И скотины тогда по всем дворам было предостаточно. Со временем молодёжь разъехалась по городам, а старики доживали свой век, не надеясь на помощь уехавших в заготовке кормов для животных. Коров в деревне не стало, зато козы почувствовали себя полноправными хозяевами.

Их и не пасли толком, как прежде, – выпускали за околицу и не заморачивались с присмотром. Да его и не надо было: в стаде имелся свой сторож, лучше овчарки, – молодой козёл по кличке Борюха.

Сначала-то он был Борькой, как все козлы в округе, но за любовь к дракам и потасовкам со всеми подряд его как-то незаметно переименовали. Родился Борюха в другой деревне, но в двухлетнем возрасте его привезли в Афанасьево для улучшения породы местных коз. С обязанностями «мужа стада» он справлялся отменно, на досуге же любил похулиганить и подраться.

Поначалу деревенские собаки пытались осадить новичка, но тот быстро разобрался с несколькими из них так, что у остальных отпало всякое желание его задирать. Козлу было всё равно, с кем драться, – не обижал он только своих хозяев. Когда стадо возвращались в деревню, население предупреждало друг друга о приближении Борюхи выкриками:

– Козы пришли!

Вечером козёл всегда шёл позади стада с самым невинным выражением морды, но хитрые глаза зорко высматривали на улице очередную жертву. Ребятня и взрослые прятались за калитками и воротами, пережидая, пока боец прошествует к своему двору. Но Борюха не спешил, доводил до ворот двух коз, которые жили с ним под одной крышей, а сам шёл искать приключений.

По заслугам он получил только однажды, когда со всего маху боднул тракториста из соседнего села, приехавшего к тёще по делам. Мужик то ли не знал про козла, то ли забыл, но без опаски вышел из кабины трактора и уже двинулся к калитке, как получил под зад удар козлиным лбом. Правда, на ногах удержался. А в руках у мужика был моток провода – им-то он с размаху и врезал козлу по шее. Борюха издал боевой клич, принял свою любимую бойцовскую позу – на задних копытах, стал ростом с человека и направил на противника рога.

Напасть повторно не получилось: мужик шустро запрыгнул в кабину трактора. Почти час ему пришлось ждать, пока Борюха соизволит уйти. Но на следующий день трактористу просто так уехать не удалось. Козёл проводил стадо за деревню, вернулся к трактору, лёг неподалёку и уставился на калитку палисадника. Пришлось мужику откупаться сыроежками. Он бросил за забор несколько грибов, подальше от техники, Борюха побежал подбирать, а тракторист в этот момент успел заскочить в кабину.

С грибниками у козла были особые отношения. Топать полтора километра в березняк он ленился, но своим козлиным чутьём угадывал, что в лесу появились грибы. В эти дни Борюха промышлял мелким грабежом.

Ближе к полудню выходил на тропинку, ведущую к березняку, ложился и ждал «тихих охотников», которые возвращались домой с полными вёдрами и корзинами. Дойти до деревни живым-здоровым можно было, только откупившись от козла пятью-шестью грибами. В нужную минуту люди бросали грибы в сторону от тропинки, и пока разбойник их поедал, быстро прошмыгивали мимо.

Был у козла и свой любимый «мальчик для битья» (правда, бил его Борюха как-то без усердия) – 50-летний Паша Мухин, грузчик из магазина в соседнем селе, любитель выпить в большие и малые праздники. Трезвым Паша совершенно не интересовал козла; боец провожал его взглядом, но не двигался с места. Однако стоило грузчику принять на грудь, как Борюха начинал забавляться от души. Он издавал громкое «ме-ме», подбегал к мужику, валил на землю и вставал на него передними копытами. Постояв немного, отходил в сторону, а когда грузчик поднимался и делал несколько шагов, снова валил его. От околицы и до ворот дома Павел успевал кувыркнуться не меньше двадцати раз. Сильных побоев мужчина не получал, но рабочая спецовка впитывала всю дорожную грязь. По доброте душевной грузчик прощал козлу это безобразие.

Всё Афанасьево ругало рогатого бандита за его поведение, но жил на краю деревни старик, у которого с козлом сложились приятельские отношения. Борюха не ленился пройти с одного конца деревни на другой, минуя свой двор, к дому Василия Кондратьевича. Никто не мог понять, почему козёл его не трогает, а как-то затихает и смирно лежит возле скамейки, на которую старик вечером выходил посидеть.

А объяснение простое: Василий Кондратьевич курил исключительно табак-самосад. Одну самокрутку делал себе, а другую – козлу, свою раскуривал, Борюхе же отдавал просто так. Тот мгновенно её съедал, будто ему сладкой капусты дали. Слопает и лежит рядом с дедом. Отдохнув, Василий Кондратьевич возвращался в дом, а хулиган перед сном отправлялся прогуляться по деревне.

Но однажды с козлом случилась беда: наступил в поле на гадюку, и та его укусила за ногу. Вечером козы не вернулось в деревню, хозяева заволновались, пошли искать. А стадо за околицей стоит полукругом над лежащим Борюхой – и ни с места. Козёл пытается подняться, но боль сковывает. Кто-то побежали к его хозяевам, рассказал про беду, они привезли садовую тачку, погрузили страдальца – и бегом в деревню, вызывать ветеринара. Тот сделал Борюхе уколы, велел три дня держать бойца дома и почаще поить водой.

Вот тут вся деревня и поняла, что значит козёл – хозяин стада. Выходят поутру козы и стоят, ждут своего поводыря. Их отгонят за околицу, а они через час снова в деревне и всем стадом у ворот Борюхиного дома.

Намаялись деревенские со своими козами, пока козёл отлёживался «на больничном», вспомнили, что никакой пастух не нужен, если он при стаде. Да и приплода с его появлением стало намного больше: ни разу ни одна коза не принесла одного козлёнка – на свет появлялись только двойни и тройни.

Много хорошего говорили о Борюхе, как-то сразу позабыв о его тычках в спину, развороченных поленницах и обо всём, за что прежде ругали. А Паша Мухин даже набрал для козла в березняке полное ведро сыроежек.

На четвёртый день Борюха окончательно выздоровел, вышел за ворота, призывно мекнул козам и повёл свой гарем за околицу – утром он всегда шагал впереди стада.

Из окошек, из-за калиток жители деревни Афанасьево смотрели на незаменимого козла Бориса, а тот спокойно шествовал в сторону луга, не забывая примечать новые кладки полениц вдоль заборов.

270

Доктор Масюлис - хирург. Старый и опытный. Очень строгий и педантичный. Никогда не улыбается. Преподаватель он хороший, говорит ясно, по делу, объясняет без лишних сложностей, не зацикливается на деталях, конспектировать его лекции - одно удовольствие.

Но мы - двадцать пятикурсниц иняза - давно устали и от доктора Масюлиса, и от его лекций по хирургии, и вообще от четырёх лет военной кафедры. По идее, студентам-иностранникам - прямая дорога в военные переводчики. И кто это выдумал готовить из нас "медсестёр ГО?" И кого можно подготовить, когда так много предметов, так мало времени и даже нет учебников? Анатомией нас уже мучили, фармакологией морочили, строевой подготовкой изводили, гражданской обороной голову дурили... так, а теперь главный предмет - "госпитальная хирургия". Оно и понятно - что должна уметь такая никудышная медсестра? Сделать перевязку. Ассистировать хирургу при очень примитивных операциях. Во всяком случае, доктор Масюлис так думает. И гоняет нас в хвост и в гриву.

Я у доктора Масюлиса хожу в любимчиках. Я почему-то не падаю в обморок ни в операционной, где положено простоять несколько операций (молча, тихонько, в угoлочке, но простоять), ни в перевязочной. И крови не боюсь. Однокурсницы мне завидуют - многим делается дурно от одного взгляда на хирургические инструменты. Наверное, у меня железный желудок. Или у них воображение лучше развито. В обморок почему-то валятся самые высокие и крупные, а во мне еле-еле полтора метра, и самой маленькой однокурснице я с трудом достаю до плеча. Литовцы - люди рослые.

(Одна фобия у меня всё-таки есть - я не могу научиться делать уколы. Ну, не могу я уколоть живого человека иголкой! Не могу. Но нас много, удаётся спрятаться за спинами более храбрых, а зачёт я благополучно сдаю на манекене с резиновой заплаткой.)

Ещё я хорошо запоминаю термины и названия. Доктор Масюлис принимает это за интерес к предмету, а я просто люблю слова - филолог же! А слова здесь красивые: корнцанг, троакар, шпатель... А ещё мне нравится, что в названиях инструментов сохраняются фамилии изобретателей - этакая историческая преемственность, принадлежность к старинному ордену: Лю-эр, Ко-хер, Биль-рот, Холь-стед, Лан-ген-бек... "Лангенбек" меня смешит - "длинный клюв".

Ну, и конечно, сказывается домашнее еврейское воспитание: учат тебя - учись, чёрт бы тебя побрал! Учись! Лишних знаний не бывает!

Оно, конечно, лишних не бывает, но всей учёбы нам осталось два месяца, на носу защита диплома и государственные экзамены, продохнуть некогда. А у меня ещё одна беда - конспект по марксизму-ленинизму оказывается слишком короткий. А надо, чтобы был "развёрнутый". То есть, просто исписанная общая тетрадка - читать же это никто не будет. Но без этого конспекта не допустят к экзамену. Я нахожу выход - беру в библиотеке "Хрестоматию классиков марксизма-ленинизма" и переписываю всё подряд, пока не наберётся нужный объём.

Идея хорошая, но вот делать этого на лекции доктора Масюлиса всё же не следовало. Потому что хирурги - люди весьма наблюдательные, а чтобы от его предмета отвлекались - такого доктор Масюлис не потерпит. Я попадаюсь, как первоклассница с "посторонней" книжкой на коленях. Доктор просто в бешенстве. Вы знаете, как выглядит литовское бешенство? Оно никак не выглядит. Но почему-то всё понятно.
Но я ещё не успела оценить размеров бедствия. Доктор Масюлис останавливается надо мной и говорит очень медленно, почти по слогам:"Послед-няя практи-ка в боль-нице вам не за-считывается. Будете от-рабатывать заново."

А вот это уже катастрофа. Двадцать пять часов - в другое время я бы их как-нибудь нашла. Но недописанная дипломная работа! Но госэкзамены! А выхода нет - диплом можно получить только вместе с военным билетом. Значит, придётся отработать по ночам.
Однокурсницы посмеиваются - это же надо умудриться пострадать за марксизм-ленинизм! Я вяло огрызаюсь. Они правы. Действительно - особое везение.

Вечером после длиннейшего учебного дня я притаскиваюсь в больницу и докладываюсь. Меня отправляют не в хирургию (где, правда, ночью тоже не сахар - раны болят по ночам), а в лёгочное отделение. Там заболела медсестра, и любой паре рук будут рады. Даже таких неумелых рук, как мои.

Нормально. Шестьдесят больных. Две или три медсестры. А что надо делать? Конечно же, уколы. В огромном количестве. Но я же не умею! "Научишься."

И начинается очень долгий вечер. Я, вообще-то, не так уж и плохо справляюсь. Всё, как учили. И стерилизатор открываю правильно - крышкой к себе, чтобы паром не обожгло, и шприцы собираю, соблюдая стерильность... и, короче, тяну время, как могу. Но этот момент всё равно наступает. Сестричка Ванда собирает для меня всё нужное в эмалированный тазик, разворачивает меня за плечи и отправляет в палату с указаниями, что кому. Руки у меня дрожат, в тазике всё дребезжит. Я подбадриваю себя тем, что больным ещё хуже - потом мне становится стыдно...

И тут - потрясаюшее везение. Первая же больная, которую мне надо уколоть, оказывается бывшей медсестрой на пенсии. Она оценивает ситуацию мгновенно - и начинает вполголоса меня подбадривать:"Вот, молодец, ты же всё правильно делаешь, так, воздух выпустила, держи шприц под таким-то углом, теперь плавно... умница, видишь, и мне даже совсем не больно." (Ага... Не больно ей. На ней уже живого места нет, а тут такая криворукая неумеха...) Вся палата наблюдает за нами с любопытством, и вдруг остальные женщины тоже включаются:"...колите, сестричка, не бойтесь, у вас лёгкая рука..." "...не боги горшки обжигают..." "...давай, дочка, ты же умная, студентка, небось..." Все, как одна, убеждают меня, что им совсем не больно. Я понимаю, что они меня просто успокаивают, мне хочется плакать, но после пятого укола дело уже идёт веселее. На публике плакать - это абсолютно исключено. (Плакать я буду потом, когда oкончится смена, от пережитого страха, от напряжения - и от облегчения.)

Практика укладывается в четыре ночи. Уколы делать я научилась. Фобия побеждена. Я приношу доктору Масюлису подписанную бумажку из больницы. Теперь ещё зачёт и экзамен. Доктор на бумажку не смотрит. Он молча берёт мою зачётку и - автоматом! - ставит мне пятёрку по своему предмету. Неожиданно. И, честно говоря, неслыханно! Но очень по-литовски: наказан - прощён - всё забыто.

И от этой истории остаются у меня два воспоминания. Больные женщины - целая палата! - которые изо всех сил хотят подбодрить робкую неумелую девчонку. И как красиво и медленно восходит солнце, когда идёшь домой с ночной смены, а все страхи уже позади.

271

Пару недель назад тут была отличная история https://www.anekdot.ru/id/948021 и она заставила вспомнить нечто издалека похожее из истории моей семьи. Хотя финал, хвала Всевышнему, был другой, и всё же. Сначала этот текст я писал для себя, может когда нибудь дети прочтут. Потом подумал, решил поделиться. Будет очень длинно, так что тем кто осилит буду благодарен.

"Судьба играет человеком..."

Война искарёжила миллионы судеб, но иногда она создавала такие сюжеты, которые просто изложи на бумаге и сценарий для фильма готов. Не надо выдумывать ничего, ни мучиться в творческих потугах. Итак, история как мой дедушка свою семью искал.

Деда моего призвали в армию в сентябре 1940-го, сразу после первого курса Пушкинского сельскохозяйственного института. Обычно студентов не брали, но после того как финны показали Советской армии где раки зимуют в Зимней Войне, то начали призывать в армию и недоучившихся студентов. Впрочем... наверное я неправильно историю начал. Отмотаем всё на 19 лет назад, в далёкий 1921-й год.

Часть Первая - Маленькая Небрежность

Началось всё с того что мой дед свой день рождения не знал. Дело было простое, буквально через неделю-полторы после того как он родился, деревня выгорела. Лето, сухо, крыши из соломы, и ветер. Кто-то что-то где-то как-то не досмотрел, полыхнуло, и глянь, почти вся деревня в огне. Дом, постройки, всё погибло, лишь кузня осталась. Повезло, дело утром было, сами спаслись. Малыша регистрировать, это в город надо ехать. Летом, в горячую пору, можно сказать потерянное время. В себя придём, время будет, тогда и зарегистриуем. Если мелкий выживет конечно, а это в те годы было далеко не факт.

Отстроились с горем пополам. В следующий раз в город прадед выбрался лишь в конце зимы. И сына записал, что родился мол Мордух Юдович, 23-го февраля, 1922-го года. А что, день хороший, запомнить легко, не объяснять же очередному "Ипполиту Матвеевичу" что времени ранее не было. Дед сам об этом даже и не знал долгие годы, прадед лишь потом поделился. На дальнейшие дедовы распросы, "а какая же настоящая дата моего рождения?" отец с матерью отвечали просто, "Ну какая теперь разница? Да и не помним мы, где-то в конце июля."

Действительно, разница всего 7 месяцев, но они как раз и оказались весьма ключевыми. Был бы малец записан как положено, в сентябре 1939-го шёл бы в армию, а там война с финнами, и кто знает как бы судьба сложилась. А так, на момент окончания школы, ему официально 17 с половиной лет. Поехал в Ленинград в институт поступать. Конечно можно было и поближе, как сестра старшая, Рая, что в Минск в пединститут подалась. Но в Ленинграде дядька проживает, когда летом в деревню приезжает родню навестить, такие чудеса про этот город рассказывает.

На кого учиться? Да какая по большому счёту разница. Подал документы в Военно-Механический. Место престижное конечно, желающих немало, но думал повезёт. Но не поступил, одного балла не хватило. Возвращаться домой не поступивши стыдно, даже невозможно, ведь там ждут будущего студента. Что делать? Поступать в другой институт? Так уже пожалуй поздно. Впервые в жизни сгустились тучи.

Но подфартило, как в сказке. Оказывается бывали институты куда был недобор. А посему "охотники за головами" ходили по другим ВУЗам и искали себе студентов из "отверженных." Так расстроеного абитуриента обнаружил "охотник" из Пушкинского сельскохозяйственного института.
- "Чего кислый такой?"
- "Не поступил, что я дома скажу?"
- "Эка беда. К нам пойдёшь?"
- "А на кого учиться?"
- "Агрономом станешь. Вся страна перед тобой открыта будет. Агроном в колхозе большая фигура. Давай, не пожалеешь. А экзаменов сдавать тебе не надо, твоих баллов из Военмеха вполне достаточно. Ну что, договорились?"
Тучи развеялись и засияло солнце. Теперь он не постыдно провалившийся неудачник, а студент в почти Ленинграде. И серьёзную профессию в руки возьмёт, не хухры мухры какие-то.
- "Конечно согласен."

Год пролетел незаметно. Помимо учёбы есть чем себя занять. На выходных выбирался в город, помогал тётушке пивом из бочки и пироженными торговать супротив Мюзик-Холла. Когда время свободное было ходил по музеям и театрам, благо места на галерке копейки стоили. Бывал сыт, пьян, и в общагу бидон с пивом после выходных приносил, что конечно способствовало его популярности.

Учёба давлась легко... почти. По математике, физике, химии, и гуманитарным предметам - везде или пять или твёрдая четвёрка. Единственный предмет который упрямо не лез в голову - биология. Там, не смотря на все старания, красовалась жирная двойка.

Казалось бы, фи - биология. Фи то оно, конечно, фи, но для будущего агронома это предмет наиважнейший, ключевой. Проучился год, и из всего курса запомнил лишь бесовские заклинания "betula nana" и "triticum durum", что для непосвящённых означало "берёза карликовая" и "пшеница твёрдая." Это конечно немало, но для заветной тройки явно недостаточно. Будущее снова окрасилось мрачными тонами, собрались грозовые тучи и запахло если не отчислением, то пересдачей. Но кто-то сверху улыбнулся, снова повезло - спас призыв.

Биологичке, уже занёсшей длань дабы поставить заслуженную двойку за год, студент хитро заявил:
- "Пересдавать мне некогда. Я в армию ухожу, Родину защищать буду. А потом конечно вернусь в любимый институт. Может поставите солдату тройку?"
- "Ладно, чёрт с тобой, держи трояк авансом. Только служи на совесть."
И тучи снова рассеялись и засияло солнце.

В армию пошёл с удовольствием. Это дело серьёзное, не книжки листать и нудные лекции слушать. Кругом враги точат зуб на социалистическое государство, а значит армия это главное.
- "Кем служить хочешь?" насмешливо поинтересовался военком.
- "Всегда хотел быть инженером. Может есть инженерные войска?" робко спросил призывник.
- "Как не быть, есть конечно. Да ты из Беларусии, вот как раз там для тебя есть местечко. Гродно, слышал такой город?"

Перед самой армией побывал чуток дома, родных повидал. При расставании бабушка подарила ему вещмешок, сама сшила. Сказала "храни, принесёт удачу. Ты вернёшься, а я чую что тебя уже больше не увижу." Ну и мать с отцом обняли "Ты там служи достойно, письма писать не забывай."

Попал призывник в тяжёлый понтонный парк под Гродно. Романтика о службе в армии вылетела очень быстро, а учёба в институте вспоминалась с умилением и тоской. Даже гнусная биология перестала казаться такой отвратной. Гоняли солдатиков нещадно, и в хвост и в гриву, уж очень хорош недавний урок от финнов был. Учения, марши, наряды, и снова марши, и снова учения. Понтоны штуки тяжёлые, таскать их радости мало. Вроде кормили неплохо, но для таких нагрузок калорий не хватало. Одно спасало, изредка приходили посылки из дома, там был кусковой сахар. На долгих маршах кусочек потихоньку посасывал, помогало.

Полгода пролетело. Хотя и присвоили звание ефрейтора, но радости было мало. На горизонте было весьма сумрачно, но как обычно появился очередной лучик солнца. Пришёла сверху разнарядка "Предоставьте солдат и сержантов в количестве 20 штук из тех у кого есть неоконченное высшее образование для прохождения курсов младшего комсостава. Окончившим курсы будет присвоено воинское звание младший лейтенант."

Это шанс. Однозначно по службе послабление будет. Неоконченное высшее, так оно есть. А самое главное, курсы то будут в ставшем таким родным Ленинграде. "Хочу, возьмите." И снова лучик солнца сквозь тучи пробился. Повезло, приняли, стал солдат курсантом. Родителям написал, "гордитесь, сын ваш скоро будет красным командиром." Дядьке с тётушкой тоже весточку послал "ждите, скоро буду в Ленинграде."

В апреле 1941-го курсантов со всей страны собрали в Инженерном Замке. Сердце пело и жизнь сверкала всеми цветами радуги. Учиться в Ленинграде на краскома это вам ребята не понтоны таскать. Так сказать, две больших разницы. А главное, от Инженерного Замка до Кировского Проспекта, 6 где дядюшка с тётушкой обитают, чуть ли не рукой подать. "Лепота. Это я удачно на хвост упал." рассуждал курсант. И почти сразу же мечты были разбиты.

Конечно изредка занятия бывали и в Инженерном Замке, но в основном курсанты базировались в Сапёрном. А где ещё будущих сапёров держать? Там им самое место. А курсы оказались ох не сахар, и уж никак не легче чем обыкновенная служба. Увольнительных почти не давали, да и те кто получал, редко имел возможность добраться до Ленинграда. Настоящее уже не казалось таким замечательным, но в будущем виднелись командирские кубики, и это прибавляло силы. Родителям изредка писал, "учусь, ещё несколько месяцев осталось, всё нормально."

А 22-го июня, 1941-го мир перевенулся. Хотя о войне с возможным противником говорили на политзанятиях и пели песни, была она неожиданной. Курсантов срочно собрали в Инженерном Замке на митинг. Там звучали оптимистичные речи и лозунги: "Дадим жёсткий отпор коварному врагу" твердил первый оратор. "Разобьём врага на его же территории" вторил замполит. "Куда немчура сунулась? Да мы их шапками закидаем." уверенно заявлял комсорг.

"Товарищи курсанты" огласил начальник курсов. "Мы теперь на военнном положении и вы передислоцируетесть под Выборг, будете строить защитные рубежи на случай если гитлеровские подпевалы, белофинны, посмеют нанести там удар. Все по машинам." Отписаться и сообщить семье не было не малейшей возможности. Тучи сгустились и стало мрачно как никогда раньше.

Часть Вторая - Эвакуация

А вот в родной деревне всё было непросто. Рая, старшая сестра, только закончила 4-й курс и была на практике в Минске. Дома оставались отец, мать, две младшие сестры (Оля и Фая), бабушка, и множество дядьёв, тёть, и двоюродных. У всех был один вопрос "Что делать?"

Прадед был мужик разумный и рассуждал логично. Немцев он ещё в Первую Мировую повидал пока их деревню оккупировали. Слово плохое грех сказать. Культурные люди, спокойные. Завсегда платили честную цену. Воровать ни-ни, мародёров сами наказывали. А идиш, так это почти немецкий. Бежать? Так куда? Да и зачем? Да и как уехать, лошади нет, старшая дочка не пойми где. Слухами земля полнится, дескать Минск бомбят, может уже сдали. Не бросать же её. Жива ли она вообще?

Нет, ехать решительно невозможно. Матери 79 лет, хворает. Братья - один в Ленинграде, другой в Ташкенте, а их жёны с детьми тут. Причём Галя, которая ленинградская, на сносях, вот вот родит. Подождём. Недаром народная мудрость гласит "будут бить, будем плакать."

Одна голова хорошо, но посоветоваться не грех. Поговорил со стариками и даже с раввином. Все в один голос твердят. "Ну куда ты помчишься? От кого? А то ты немцев не видал, порядочный народ. Да может колхозы разгонят, житья от них нету. Уехать всегда успеешь." Убедили. Одно волновало, что с дочкой? Хоть и не маленькая уже, 21 год, но всё же спокойнее если рядом.

Так в напряжении прожили 9 дней. А на десятый она пришла. Точнее, доковыляла. Рассказала ужасы. Минск бомбили, город горит, убитых масса. Выбралась в чём была, из вещей лишь личные документы. Чудом поймала попутку что шла на Гомель. Потом шла пешком и заблудилась. Далее крестьяне на подводе добросили до Довска. После опять пешком брела. Туфельки приказали долго жить, сбила все ноги до костей, а это худо. Зато теперь семья вместе, а это очень даже хорошо.

Иллюзий у прадеда поубавилось, но решимости ехать всё равно не было. Конец сомненьям положил квартирант, Василий. Когда сын в Ленинград уехал, его комнатушку решили сдать и пустить жильца. Прабабушка о нём хорошо заботилась, и подкармливала, и обстирывала. Вася был нездешний, откуда-то прислали. Сам мужик партейный, активист, работал в сельсовете. По национальности - беларус, но на идиш говорил не хуже любого аида, а на польском получше поляков.

"Юда" сказал он "ты знаешь как я к тебе и твоей семье отношусь. Скажу как родному, плюнь на речи раввина и этих старых идиотов-советчиков. Поверь мне, будет худо, это не те немцы. И они тут будут скоро, не удержим мы их. Пойми, тех немцев что ты помнишь, их больше нет. Сам не хочешь ехать, поступай как знаешь, но девок отправь куда подальше отсюда. Пожалей их." Удивительно, но прадед послушал его, уж больно хорошо тот умел убеждать (Василий потом ушёл в партизаны, прошёл всю войну, выжил. Потом опять долгие годы в администрации колхоза работал. Больших чинов не нажил, но уважаем был всей деревней, пусть земля ему пухом будет.)

Решили ехать, тем более что стало чуток легче. Одна невестка с двумя детьми в одно прекрасное утро исчезла не сказав никому ни слова. Как после оказалось, деньги у неё были. Она втихую наняла подводу, добралась до станции, и смогла доехать как то до Ташкента и найти мужа (кстати её сын до сих пор здравствует, живёт в Питере). Прадед тоже нанял подводу, и целым кагалом поехал. Жена, 3 дочери, мать, невестка с сыном, сам восьмой. Куда ехать, ясного мало, но все вроде рвутся на станцию.

А там ад кромешный. Народу сотни и тысячи. Поездов мало, куда идут непонятно, время отправки никто не знает, мест нет, вагоны штурмуют, буквально по головам ходят. Кошка не пролезет, не то что семью посадить с бебехами. Тут прадед хитрость придумал. Пошёл к домику где начальство станции, и начал в голос причитать. "На поезд не сесть, уехать невозможно. Осталось одно, лишь с горя напиться." Просильщиков было много, их уже работники станции уже и не слушали, но тут встрепенулись, ведь о водке речь зашла. А водка во все времена самая что ни на есть твёрдая валюта. "Есть что выпить?" "Есть пару бутылок, коли посадите на поезд, вам отдам." "А ну пошли, сейчас место будет."

Места действительно нашлись. Счастье, чудо из чудес. Можно смело сказать - спасение. Но тут, невестка учудила "каприз беременной."
-"Никуда не поеду." вдруг заявила.
-"Ты что, думай что говоришь? Тут место есть, потом и слезами добытое. Уезжать надо." - орал прадед.
- "Нет, я не поеду. Хочу к сестре, она тут недалеко живёт. Вы езжайте, а я с сыном к ней пойду."
А поезд вот-вот отправится. Невестку жалко, племянника тоже, всего 12 лет ему, но своих дочерей и жену жалче не менее.
- "Ты уверена, давай с нами?" уже молит прадед и слышит твёрдое "нет."
Это худо, но стало куда хуже.
- "Я тоже не поеду. С ней остаюсь. Ей рожать скоро. Помогу как могу. Мне помирать скоро, а я вам в дороге дальней обузой буду." - заявила мать.
- "Мама, ты что?"
- "Езжай сынок, вас благославляю. Но я остаюсь, а вам ехать надо. Внучек спасай. Мотика (это мой дед) если доведёт Господь увидеть, поцелуй за меня." и вышла из вагона. Тут и поезд тронулся.

(К истории этот параграф отношения не имеет, но всё же... Что произошло на станции, рассказать некому. Скорее всего невестка и прапрабабушка банально друг друга потеряли в этом Вавилонском столпотворении. После войны прадед много расспрашивал и выяснил:
1) Невестка с племянником добрались до её сестры. Та уезжать не захотела. Их так всех и расстреляли через пару недель около Рогачёва.
2) Прапрабабушка как-то вернулась в деревню. До расстрела она не дожила. Младший сын соседей (старшие два были в РККА), Коршуновых, что при немцах подался в полицаи прадеду рассказал следущее. Мать вернулась и увидела что из её дома соседи барахлишко выносят. Начала возмущаться, потребовала вернуть. Они её и зарубили, прямо во дворе собственного дома.
3) К деревне согнали несколько таборов цыган. Расстреляли 250 человек. Евреев сначала согнали в одну часть деревни и держали там несколько дней. Потом расстреляли и их, почти 500 человек. Среди них и дедовы дядя, тётя, и двое двоюродных.
Долгое время там просто был холмик, только местные знали что под ним лежит. В конце 1960-х на братской могиле поставили памятник. Лет 30+ назад я его видел, хотя и мелким был, но запомнил.)
Самого Коршунова потом судили за службу в полиции. Он 5 лет отсидел, вернулся в деревню и работал трактористом. )

С поезда на поезд, пересадка за пересадкой, и оказался прадед с семьёй около Свердловска. Километров 250 от него есть станция Лопатково, там и осели. Прадед нашёл работу в колхозе кузнецом. Могли изначально хороший дом и корову купить, денег как раз впритык было, но прабабушка возмутилась "Один дом и корову бросили, потом ещё один бросать. А денег не будет, с чем останемся? Да и всё это закончится через месяц-другой." В итоге приобрели какую-то сараюху, только что бы как то летом перекантоваться. Через пару месяцев оставшихся денег еле-еле хватило на несколько буханок хлеба. Но живы, а это главное. Одно беспокоило, а что с сыном. От него ни слуху ни духу.

Страшная весть пришла в январе 1942-го. Она гласила "Командир взвода, 224-й дивизии, 160-го полка, младший лейтенант М.Ю.П. пропал без вести при высадке десанта во время Керченско-Феодосийской операции."

Часть 3. Потеряшка

А курсанта водоворот событий понёс как щепку. Все курсачи рыли окопы, ставили ежи, минировали дороги у Выборга примерно до середины августа 1941-го. А потом внезапно одним утром пришёл приказ, "срочно обратно, в Ленинград. Курсы будут эвакуированны. К завтру вечером что бы были в Ленинграде как штык."

Машин не дали, сказали "транспорта нет. Невелики баре, и пешком доберётесь, вперёд." Это был первый из трёх дедовских "маршей смерти". Август, жара, воды мало, голодные, есть лишь приказ. От Выборга до Ленинграда 100 километров. И шли без остановки, спя на ходу, падая от усталости, солнечных ударов, и обезвоживания. Кто посильнее, тащил на себе ослабевших. Последние километров 15-20 большинство уже шло в полусознательном состоянии, с закатившимися глазами, и хрипя из последних сил. Каждый шаг отдавался болью, но доползли, никого не бросили.

Тут сверкнул небольшой лучик солнца. Объявили, курсы переводят в Кострому, отъезд завтра утром. В этом бардаке, ночью, он чудом смог выбраться к дяде на Петроградку на несколько минут, сказал что их эвакуируют, и попрощался. Повезло однозначно, за неделю-полторы до того как смертельное кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинградов, курсантов вывезли.

В Костроме пробыли совсем недолго. Учить их было некогда, а младшего комсостава на фронте не хватало катастрофически, ведь их выкашивало взводных как косой. Всем курсантам срочно бросили по кубику на петлицу и распределили. Тем кто учился получше дали направление на должность комроты, кто похуже комвзвода, и большинство новоиспечённых краскомов отправились на Кавказ ( https://www.anekdot.ru/id/896475 ).

Хотел с Нового Афона родителям отписаться, что мол жив-здоров, а куда писать? Беларуссия уже давно под немцами. Да и вопрос большой живы ли они? Что фашисты с мирным населением в целом творили, и с евреями в частности он прекрасно осозновал. В сердце теплилась надежда, что "вдруг" и "может быть" ведь батя мужик практичный, может и придумает чего. Но мозг упрямо твердил, чудес не бывает, сгинули родители и сестрички как и сотни тысяч других в этом аду. А когда пару аидов встретил и их рассказы услышал, последние иллюзии пропали, понял - остался он один.

Весь горизонт заволокли грозовые тучи. В душе поселилась ненависть и злоба и... удивительное дело, страх исчез совсем. В одночасье. Раньше боялся что погибнет и мама с папой не узнают где, а теперь неважно. "Выжить шансов нет", решил. В 19 лет себя заранее похоронил. Как оно пойдёт, так и будет. Об одном мечтал, хоть немного отомстить и жил этой мыслью.

А далее был Керченско-Феодосийский десант, был плен, и был побег ( https://www.anekdot.ru/id/863574 ). И снова подфартило как в сказке, выжил, видно кто-то сильно за него молился. И в фильтрационном лагере повезло стал бригадиром сотни. Хоть и завшивел и голодал, но даже не простудился. Более того, проверку прошёл и звание не сняли. Ну и как вишенка на торте, тех кто успел проверку пройти, отправили снова на Кавказкий фронт, вывезли из Крыма за пару недель до того как его во второй раз немцам сдали. Большой удачей назвать приключение трудно, но на этом свете лучше чем на том, так что уже хорошо.

Получил новые документы (https://www.anekdot.ru/id/923478 ) и...еврей Мордух Юдович исчез. Теперь появился на свет совсем новый человек, беларус - Михаил Юрьевич. Документы то конечно новые, но на душе легче не стало. Оставалось одно, стиснуть зубы, воевать и мстить.

За чинами не гнался. Воевал как умел и на Кавказе, и под Спас-Демьянском, и под Смоленском. Когда надо в атаку ходил ( https://www.anekdot.ru/id/884113 ), когда надо на минные поля ползал. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул. И жил как жил. И голове своей руками помогал." Почти два года на передовой, лейтенантом стал, и даже ранен не был.

"Счастливчиком" его солдаты и офицеры называли, ибо везло необычайно. У всех гибло 30-40% состава, а у него по 2-3 бойца за задание. Самые низкие потери из всех взводов в батальоне. А солдаты и командиры же видят кому везёт, так везунчиков почаще на задания посылают, дабы потерь поменьше было. Но про себя знал, не везение это. Злоба и ненависть спасают. "Чуйка" звериная появилась, опасность кожей чувствовал. Если жив до сих пор, то лишь потому что бы кому мстить было.

Однажды, в середине 43-го мысль мелькнула, узнать а как дядька в Ленинграде? То что любимый город в блокаде он осознавал, но удивительное дело, говорят что письма иногда туда доходят. Знал что там худо, голодно и холодно, но город держится. А дядька-то хитрец первостатейный, этот и на Северном Полюсе устроится ( https://www.anekdot.ru/id/898741 ). Чем чёрт, не шутит, послал письмецо. О себе рассказал, что жив-здоров, и спросил, может о родителях и сестричках знает чего? И чудо из чудес, в ответ письмо получил прочитав которое зашатался и в глаза ослепительно ударило солнце.

Часть 4. Сердце матери.

Семья в Лопатково осела, прадед работать начал. Голодно, холодно, но ведь живы. Отписался брату в Ленинград, рассказал и о матери и что его жена с ними эвакуироваться не пожелала. Спрашивал может о Моте весточка какая есть, ведь он в Ленинграде учится. Тот ответил, что курсантов эвакуировали в Кострому, а большего он не знает. Стали переписываться, хоть и не часто, но связь держали. Низкий поклон почтальонам тех времён, не смотря на блокаду доходили письма в осаждённый город и из города на Большую Землю.

Прадед и прабабушка за поиски взялись. О том что сын на Кавказ направлен выяснили, благо на каких курсах сын учился они знали. Запросы слали и вот ответ пришёл о том что "пропал ваш сын без вести." (впрочем каким он ещё мог быть, ведь Мордух Юдович действительно исчез, по документам теперь воевал совсем другой человек). Прадед почернел, но крепился, ведь он один мужик в семье остался. Ну а мать и сёстры белугой ревели, бабы - ясное дело. А потом жинка стала и веско молвила "Мотик жив, сердце матери не обманешь. Не мог он погибнуть. Никак не мог. В беде он сейчас, но жив. Я найду его." Прадед успокаивать её стал, хотя какое тут к чертям собачьим успокоение. А она как заклинание повторят "Не верю. Не верю. Не верю. Живой. Живой. Живой."

С тех пор у неё другая жизнь началась. Надеждой она жила. Хоть семья голодала, мать стала "внутренний налог" с домашних взымать. Экономила на чём могла, сама не ела, но изучила рассписание и к каждому составу с раненными выходила. Приносила когда хлеба мелко нарезанного, когда картошки сваренной, когда кастрюлю с супом. Если совсем туго было, то всё равно на станцию шла, без ничего. Ходила от вагона к вагону, подкармливала ранненых чем могла и спрашивала лишь одно "С Беларусии кто нибудь есть? Из под Гомеля? Сыночка моего не видели? Не слыхали? Младший лейтенант П." Из недели в неделю, из месяца в месяц, в жару, в стужу, всё равно.

Прадед и дочери умом то всё понимали, убеждать пытались что без толку всё это. Самим есть нечего. Но разве её переубедишь? "А вдруг он голодает? Может его чья-то мать подкормит." твердила. Прадед после говорил, что она каждую ночь об одном лишь молилась, сына ещё разок увидать. А потом вдруг неожиданно свезло, солдатик один раненный сказал "В нашем батальоне лейтенант с такой фамилией был. О нём ещё недавно в "Красной Звезде" писали, правда имя и отчество не помню."

Эх лучше бы не говорил этих слов. Обыскались, но тот выпуск газеты нашли. Действительно лейтенант П., отличился, награждён Орденом Красного Знамени (большая награда на 1942-й год), назван молодцом, вот только имя и отчество в заметке не указаны. В газету написали, стали ответа ждать. Пришёл ответ, расстройство одно "данных об имени и отчестве у нас нет. И военкора что ту заметку писал тоже в живых уже нет." На матери лица нет, посерела вся. Ведь нету хуже ничего чем погибшая надежда. (К слову, в "Красной Звезде" та заметка была по дедова троюродного брата. Он погиб в самом конце 1942-го.)

Жизнь тем временем идёт. Даже свезло немного, старшая дочка в колхозе учительницей устроилась, хоть какая-то помощь с едой, ведь она карточки получает. И средняя дочка в Свердловске в мединститут устроилась, там стипендия, хоть и небольшая.

И вдруг как гром среди ясного неба, из блокадного Ленинграда прадедов брательник весточку прислал. "Жив твой сын" говорит. "Недавно письмо от него получил. Я ему отписался и твой адрес и данные сообщил." Прадед тут же ответ написал "Не верю. Ты сызмальства сказки рассказывать любил. Нам извещение пришло, что он пропал без вести. А что это значит, мы знаем. Матери я ничего не скажу, если вдруг неправда, то она просто не переживёт. Перешли нам его письмо."

Часть 5. Найдёныш.

Письмо от дядьки ошарашило. То что тот сам как нибудь выкрутится, тут сомнений мало было ибо дядька был мужик с хитерцой, его за рупь за двадцать не взять. Но что родители и сестры целы, вот чудеса в решете. Первым делом письмо написал в далёкое Лопатково, что дескать жив, здоров, имя-отчество у него теперь другое, по званию он нынче лейтенант, служит сапёром в 1-ой ШИСБр (штурмовая инженерно-сапёрная бригада), взводом командует, даже орден имеется. Воюет не хуже остальных, только скучает сильно. А главное, пускай знают что он аттестат оформит дабы они оклад его могли получать, ибо ему деньги не нужны. Ну а вторым делом, сей же час аттестат оформил. Стал ответа ждать.

Пока ждал, внутри что-то щёлкнуло. Нет, воевал как и прежде, но для себя понял, теперь что-то не так. Не может столько везения одному человеку судьба даровать. И сам целёхонек и семья цела. "Чуйка", она штука верная, должно что-то нехорошее произойти. Просто этого не избежать.

И как накаркал, у деревни Старая Трухиня посылают всю роту проходы перед атакой делать. Проходы смайстрячить, это дело привычное, завсегда ночью ползли, но изначально осмотреться следует. Днём до нейтралки дополз, в бинокль поизучал, понял, коварная эта высота 199.0. Здесь его фарт закончится однозначно, укрепления у немцев такие, что мама не горюй. Других вариантов конечно нет, но обидно, очень обидно погибать в 21 год, особенно ведь только семью нашёл, а повидать их уж не придётся. Написал ещё письмецо, не дождавшись ответа на первое. "Дорогие родители и сёстры. На опасное задание иду. Коли не судьба свидеться, то знайте, что я в родной Беларуссии."

Эх, не подвела "чуйка". До колючки добрались, да задел один солдат что-то, забренчало, загрохотало, и с шипением полетели в небо осветительные ракеты. Стало свето как днём, наши как на ладони и вдарили немцы из пулемётов и миномётов. Вдруг обожгло и рука стала мокрой и тут же онемела. Осколки в плечо и лопатку вошли, боль адская, и что ты сделаешь? Кровь так и хлыщет, сознание помутнилось, одно хорошо, замком Макаров не растерялся и волоком к своим потащил. Нет, не закончилась пруха, доползли до своих. Хоть и ночь, но казалось что солнца лучик сквозь тучи пробивает.

Рану промыли, какие могли осколки вытащили, перевязали и на санитарный поезд погрузили. Ранение тяжёлое, надо в тыл отправлять. Страна большая, госпиталей много. Как знать куда занесёт? В поездах уход плохой, рана загнила, обезболивающих нет, санитарки просто ложкой гной вычерпывают, больно и неприятно до ужаса. Опять тучи сгустились, все шансы есть что гангрена начнётся и до госпиталя просто не дотянет.

Из всех городов огромного Советского Союза, попал в госпиталь ... в Свердловске. "Операцию надо срочно", врач говорит. "Завтра оперировать будем. Осколки удалили не все. Надо и рану хорошенько промыть и зашить. Ты пока с силами соберись, тебе они завтра понадобятся. Если чего надо, ты санитарок зови."

Лежит, чувствует себя весьма погано. Сестричек позвал, попить дали. "Вы откуда?" спросил. "Да мы тут в мединституте учимся. Практика у нас." Вдруг как громом ударло, дядино письмо вспомнил где он о семье писал. "А вы девчонку такую, Оля П. не знаете? На втором курсе у вас думаю учится. Не сочтите за труд, узнайте. Коли найдёте, скажите что её брат тут."

На утро операцию сделали, а когда очнулся около постели сестра Оля с подружкой сидели. Впервые за долгие годы заплакал. На маршах смерти стонал, но слёз не было. В расстрельной шеренге губы до крови кусал, но глаза сухие были. Друзья и товарищи гибли, и то слёзы в себе держал. Даже когда ранило, и то не плакал. А тут разрыдался как маленький.

Тучи окончательно рассеялись, и ослепитально засияло солнце, хоть и хмурый ноябрь на дворе. Выздоровел через пару месяцев, выписали. В Лопатково на целый день съездил (https://www.anekdot.ru/id/876701 ). Через долгих 3.5 года наконец родителей и сестёр обнял. Целый день и целую ночь с мамой, папой, и сестричками под одной крышей провёл. Это ли не настоящее счастье? А как мать расцвела, как будто помолодела лет на 25.

Далее с его слов "А что до конца войны оставалось "всего" полтора года, так и потерпеть можно. Ведь главное что семья жива и в безопасности. Полтора года войны, да разве это срок, можно сказать "на одной ноге отстоял." И хоть опять был фронт, Беларуссия, Польша, Пруссия, Япония, минные поля, атаки, ордена, ещё ранения, но солнце продолжало светить ярко. И "чуйка" громко говорила, "Ты вернёшься. Вернёшься живой. И семья тебя будет ждать. Всё будет хорошо."

Что ещё сказать? Пожалуй больше нечего.

272

Учительская работа по природе своей довольно безнадёжна. Работаем мы почти вслепую. Что именно наши ученики слышат, как и что понимают, что усваивают, что запоминают ненадолго, а что навсегда - всё равно неизвестно. Конечно, контрольные и экзамены немного помогают, но и их результаты, как мы знаем, довольно относительны. В общем, "нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся". Иногда в учительской жизни случаются блестящие победы - их мало, их мы помним всю жизнь, и из-за них многие коллеги и не бросают эту "сладкую каторгу", как сами её и называют. Ещё чаще случаются сокрушительные поражения. А иногда...
Вот вам случай из практики. До сих пор не могу понять - была ли это победа, и моя ли это была победа?...

Маленькая еврейская частная школа для девочек от пятнадцати до восемнадцати лет. Хорошая полудомашняя обстановка, доброжелательные учителя, да и сами девочки милые, воспитанные, уверенные в себе. У меня в этой школе много знакомых, но в моих услугах переводчика или репетитора по английскому языку здесь обычно не нуждаются. Так, от случая к случаю могут попросить что-нибудь девочкам рассказать. Вроде лекции. Ну, и иногда веду кружок вязания или шитья.

A в тот год я вдруг понадобилась. В школу пришли сразу шесть учениц из других стран, и с английским им нужно было помочь.
Прихожу. Садимся все месте за большой длинный стол и начинаем знакомиться. Две девицы из Мексики полны достоинства и хороших манер. Три израильтяночки весело щебечут - ай, подумаешь, правильно, неправильно, какая разница? ведь и так всё понятно? и вообще, они здесь временно, их родителей пригласили поработать.
Так, хорошо. Какой-то английский есть у всех. Где у кого пробелы - тоже более или менее понятно. Можно начинать заниматься.

А в дальнем конце стола сидит Мириам. Девочки быстро-быстро шёпотом сообщают мне какие-то обрывки сведений: "...она из Ирана...", "...известная семья..." , "... выехали с большим трудом....", "...сидели в тюрьме...", "...представляете, самую маленькую сестричку - совсем малышку - забирали у матери, записывали её плач и давали матери слушать...". Точно никто ничего не знает. Но с Мириам явно случилось что-то очень плохое и страшное. Oна не разговаривает. Совсем. Потеряла речь. "Может у неё это пройдёт? Отдохнёт, успокоится и опять заговорит? Не будет же она всю жизнь молчать? Как вы думаете?" - с надеждой спрашивают девочки.
Я ничего не думаю. Не знаю, что и думать. Никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Вдруг вспоминаю женщину с каким-то серым измученным лицом, которая недавно стала приходить ко мне на занятия в вечерную школу. Она появляется редко и всегда с трехлетней дочкой. Ребёнок мёртвой хваткой держится за мамину юбку. Если с малышкой заговорить или улыбнуться, прячет лицо и начинает плакать. Вообще-то, не положено в вечернюю школу приходить с детьми, но я старательно ничего не замечаю. И фамилия... Значит, мать и сестричка Мириам. Ну, что ж...

Уже через несколько минут после начала урока я понимаю, что дело плохо. Мириам не только не может говорить. Она застыла в одной позе, почти не шевелится, смотрит в стол и вздрагивает от громких звуков. Видно, что в группе ей очень и очень некомфортно. После урока я прошу, чтобы с Мириам мне позволили заниматься отдельно. Мне идут навстречу - да, конечно, так будет лучше. Пожалуйста, час в день, если можно...
И начинаются наши страдания. Весь час я говорю сама с собой. "Мириам, посмотри на картинку. Что ты видишь на картинке? Вот мальчик. Вот девочка. Ещё одна девочка. Собачка..." Чёрт, я даже не знаю, понимает она меня или нет. Даже не кивает. Упражнения я тоже делаю сама с собой. И писать (или хотя бы рисовать) у нас почему-то не получается - не хочет? не может? не умеет? Иногда поднимает руку, чтобы взять карандаш - и тут же роняет её на колени. Апатия полная. Приношу смешные игрушки - нет, не улыбается. Не могу пробиться. Через несколько уроков я начинаю понимать, во что влипла.

Я иду к директору: "Миссис Гольдман, пожалуйста, поймите, тут нужна не я. Девочке нужна помощь специалиста, психолога, психиатра. Я ничего не могу для неё сделать." Миссис Гольдман сочувственно меня выслушивает и обещает, что “к специалисту мы обязательно обратимся, но, пожалуйста, дайте ей ещё недельку”. Неделька плавно превращается в две, потом в три.
Правда, к концу второй недели мы начинаем делать некоторые успехи. Мириам уже не сидит как статуя, начинает немного двигаться, меняет позу, ёрзает на стуле. Похоже, я ей смертельно надоела. Но по-прежнему молчит.
Наконец, плюнув на субординацию, я звоню в какую-то контору по делам иранских евреев и прошу помочь. Да, отвечают мне, мы знаем эту семью. Там тяжёлое положение. Об этой проблеме мы не знали. Оставьте ваш номер телефона, мы с вами свяжемся.
Через два дня раздаётся звонок. Да, есть психолог. Да, говорит на фарси и может попробовать заняться этим случаем. Записывайте.
Я опять иду к директору, и она (конечно же) опять просит ещё недельку. Эта уж точно будет последняя, думаю я. Сколько можно мучить девочку? И главное, что совершенно безрезультатно.

И я опять завожу: "Мириам, посмотри на картинку. Что ты видишь?" Мириам вдруг поднимает голову: "Мне кажется", - говорит она, "что вот эта девочка очень нравится этому мальчику. А другая девочка ревнует." Что?!! Господи, что я вообще тут делаю с моими дурацкими картинками? У Мириам прекрасный английский, беглый, свободный, с лёгким британским акцентом. Да её учили лет десять - и хорошо учили! Ах да, конечно, известная небедная семья, хорошее образование...
Минуточку, это что сейчас произошло? Мириам что-то сказала? И кажется, сама этого не заметила? Меня начинает бить дрожь. Хорошо, что мой час уже почти закончился. Я весело и как ни в чём не бывало прощаюсь с Мириам, "увидимся завтра", и бегу к миссис Гольдман.
Объяснять мне ничего не приходится - она всё видит по моему лицу. "Заговорила?" Меня всё ещё колотит, и я всё время повторяю один и тот же вопрос: "Как вы знали? Откуда вы знали? Как вы могли знать?" Она наливает мне воды. "Я уже такое видела. Время нужно. Время. Нужно время..."

Через несколько дней Мириам подходит ко мне и с изысканной восточной вежливостью благодарит за помощь. Мне очень неудобно. (Какая помощь, деточка?! Я же только и делала, что пыталась от тебя избавиться.) Заниматься со мной она уже не приходит, "спасибо, больше не нужно". А конечно не нужно! И с самого начала было не нужно, но кто же знал?
Девочки в восторге от Мириам: "Она такая умная! А вы слышали, как она говорит по-английски? Как настоящая англичанка! И иврит у неё классный! Она в Тегеране тоже ходила в еврейскую школу..." Миссис Гольдман проявляет осторожный оптимизм: "Ей ещё долго надо лечиться. Такие травмы так быстро не проходят. Но начало есть. А там, с Божьей помощью... всё будет хорошо." И опять добавляет:" Я уже такое видела."

А я надеюсь больше никогда такого не увидеть. Я так и не знаю, что это такое было. Но когда мне не хватает терпения, когда что-то не получается, когда хочется чего-то добиться быстрее, я всегда вспоминаю:" Время нужно. Время. Нужно время…"

273

У каждого майора должен быть свой «Витя»

Приятель рассказал о приключениях нашего общего «шапочного» знакомого, прозванного Витя-лётчик, за анекдотичную причастность к ульяновской авиации. Попав под влияние некой барышни с именем Жанна, Витя испытал на собственной шкуре все её гениальные замыслы. Тут и МММ, и торговля спайсами, про биткоины и форумный интернет-троллинг за вознаграждение даже не упоминаю. Жанна в приватных беседах и не скрывала планов по реализации своих меркантильных интересов по захвату всего мира посредством Виктора - должен же был кто-то таскать каштаны из огня. Не в силах справиться с идее-генерацией «дурной бабы» Витя сбежал в Грузию и попросил о смене гражданства. В связи с этим вспомнилась другая история, произошедшая еще в СССР.
Служили мы тогда в забытом богом гарнизоне, по праздникам, получая в подарок от замполита пудовую гирю, коих на складе было завались.
СССР сосредоточенно копал подземелья, сажал туда солдат и грозно называл это увеличением обороноспособности страны. Но каждый бункер всего лишь прочная землянка, если в нем нет электричества. И родное государство это самое электричество подключало без счетчиков, для чего копало траншеи и укладывало в них электрический кабель. Если же с кабелем что-то происходило, то, обычно, не заморачивались с починкой старого, а просто рыли параллельную траншею и клали новый.
Если есть часть, значит в ней должен быть особист - гласит устав. Никто, даже комбат, не знал чем же на самом деле занимался в части секретчик, а спросить боялись, чтобы случайно не узнать эти самые секреты и потом ездить в отпуск только в Якутию. Нет, про то, что дочь замполита безотказна как автомат калашникова и беременна от ефрейтора Мамбетова - это знали все. Но вряд ли беречь именно эти секреты от потенциального противника и был поставлен секретчик. Поэтому в его дела просто не лезли.
У майора же была дача. И дача требовала. Причем строго и безотлагательно. Майору нужен был провод, а лучше кабель ампер на сто. Вот на один из заброшенных кабелей и положил глаз майор, тот самый главный секретчик. Разглядывая старые карты коммуникаций, был обнаружен кабель аж в два кулака в диаметре и молодому лейтенанту, только прибывшему из училища, поставлена задача «выкопать и погрузить». Не знаю, что уж там пообещал майор лейтенанту. Может дать солдатами на плацу после ужина покомандовать или в отпуск в январе отпустить, но молодой офицер бросился рьяно исполнять приказ. Потому что в армии приказы не обсуждают - их исполняют.
Молодой Наполеон, быстренько сориентировавшись на местности по карте, старую траншею раскопал, ну не собственноручно, конечно, а силами приданного взвода солдат. И тут один из солдат задал нескромный вопрос: «а не под нагрузкой ли данный кабелёк, уж слишком он тёплый» Лейтенант здраво рассудил, что кабель вёл куда-то в сторону склада с портянками и если что и питает, то этот временный склад. Временный в том смысле, что лет 20 назад туда временно сложили сто, а может двести тонн портянок и периодически их выдавали. Так вот решил новоиспеченный специалист, если кабель под нагрузкой, то круглосуточно горящая лампочка над входом в склад должна при отключении погаснуть.
Но бойцы почему-то не торопились проверять его гениальную мысль и витьевато предложили вызвать электрика. «Приказы надо исполнять, а не вызывать электрика», хотел было крикнуть бывший отличник тьмутараканского общевойскового училища, но его накрыла новая мысль: «Что может быть проще: если у кабеля есть конец, то должен быть и второй». Раскопки кабеля в обратную сторону быстро привели к металлическому ящику размером с двухэтажный домик. В люке наружной стены нужный кабель был прикручен к пластинам толстенными винтами и уходил куда-то внутрь.
«Делов-то открутить от пластин и всё - кабель без питания» решил кулибин. Желающих крутить почему-то не нашлось. Обесточить можно и замыканием, вспомнил школьный курс физики лейтенант. Не доверив роль замыкателя глупым солдатам-срочникам, офицер собственноручно вбросил лопату в щиток. И… ничего. Очевидно, лейтенант открыл портал в иное измерение, потому что вторая лопата, будучи вброшенной в щиток, испарилась так же, как и предыдущая, оставив лишь маленький тлеющий уголек от рукояти БСЛ. Нужно было что-то более эффективное и его взгляд упал на лом. «Из лома получится очень хороший коротыш», подсказывал бесёнок в ухо лейтенанта.
Коротыш действительно получился хороший. Попав на контакты, он поднапрягся, загудел и, покраснев от стыда, что не справился с возложенной на него миссией, стёк ярким пятном на землю. Лампочка же, висевшая над складским входом, все равно его жертвы не приняла и даже не мигнула.
«Если гора не идёт к Магомету, то… оторвём на хрен кабель от стены» - решил неугомонный исполнитель. То ли водитель уазика что-то подозревал, то ли просто повезло. В общем, он успел выскочить из машины, когда обвязанный тросом кабель, рассыпавшись тысячами искр, отошел от стены и полыхнул как рождественская ёлка. Уазик сгорел полностью, электрощитовая догорала, весело потрескивая лопающимися предохранителями и прочей электрической мишурой, когда комбат, секретчик и даже замполит с тыловиком прибежали на несогласованное сжигание чучела масленицы.
Комбат перешёл на родной почти китайский язык с явным туркменским акцентом. Впрочем, его вопрос и так был понятен: «Почему мне не выдали пригласительные в первый ряд на такой замечательный праздник, я бы и семью привёл».
Выслушав спутанные объяснения лейтенанта про кабель и лампочку, тыловик истерично хохотнул и разъяснил, что лампочка над входом это давний дембельский аккорд замечательного курского парня, прикрутившего 36-вольтовую лампочку к танковому аккумулятору на складе.
Секретчик, осознавая последствия, тут же на месте пошел в отказ от своих секретных планов по экспроприации кабеля и возложил всё на лейтенанта.
На что комбат прикурил от догорающего щитка и печально хмурясь спросил у «Герострата»: как тебя звать-то, лейтенант?!
- Витя, - улыбаясь закопченными зубами, смущенно ответил лейтенант.
- Да уж, пожалуй, у каждого майора должен быть свой Витя, - заключил комбат.

274

КУКЛА (очень грустная история)

Я хочу рассказать вам историю одной маленькой девочки из не самой глухой сибирской деревни. Она была зачата и родилась в законном браке, но своего отца никогда не видела: его увела другая женщина, пока мать с новорожденной были еще в роддоме. Через три года мама девочки опять вышла замуж, и девочка в полной мере испытала, что значит быть неродным ребенком. Родня отчима всегда относилась к ней, как незаконнорождённой. Впрочем, это слово не передает всего презрения, брезгливости, унижения, что пришлись на долю девочки. Есть такое старое слово: ублюдок. Вот оно гораздо лучше описывает отношение окружавших взрослых к маленькой девочке: она была ублюдком.

Когда девочке исполнилось пять лет, в ее обязанность вошло ходить в магазин за хлебом. Ей выдавали 10 рублей «старыми» деньгами для покупки четырех булок хлеба. Вы знаете, что такое сельский магазин в те годы? Одна продавщица торговала всем: кирзовыми сапогами и творогом, лопатами и хлебом, гвоздями и фуфайками. И однажды в магазине появилось чудо. Это была большая красивейшая кукла-школьница Таня. У маленькой девочки захватило дух. С тех пор она всякий раз, придя за хлебом, останавливалась у прилавка с куклой и, затаив дыхание, смотрела на это чудо. Однажды девочка дольше обычного засмотрелась на куклу. Продавщица заметила её и спросила: «Тебе чего, девочка?» И тогда маленькая девочка протянула продавщице зажатую в кулачке «десятку» и почти беззвучно прошептала: «Куклу». По дороге домой девочка несколько раз останавливалась, аккуратно устанавливала коробку на землю, открывала крышку и любовалась своим сокровищем. Мама девочки увидела её из окна и всё поняла. Она вышла из избы, без слов взяла куклу и унесла обратно в магазин. Вот так просто огромное светлое детское счастье в мгновение превратилось в маленькое черное горе, засевшее в сердце маленьким жгучим комочком на всю жизнь.

Жена рассказывала мне эту историю несколько раз. И всякий раз заканчивала её словами: «С тех пор никогда в жизни у меня больше не было куклы».

Я давно хотел исправить несправедливость, но поиск самой красивой куклы растянулся на много лет. Наконец, я нашел ее. Наишкодливейшая, но такая милая физиономия таращилась на меня безневинными глазками с экрана компьютера и, казалось, что она вот-вот скажет: «Это не я училке кнопку на стул подложила». Конечно, эта кукла совсем не похожа на ту куклу Таню из далекого детства, но ведь и мы с того времени несколько изменились. Я подарил жене куклу накануне нашего 40-летнего юбилея – рубиновой свадьбы. Она радовалась, как ребенок, и весь день не выпускала куклу из рук, как будто боялась, что этот сон пройдет, и у маленькой девочки кто-то опять заберет её куклу. Не бойся, родная, эта куколка останется с тобой навсегда.

275

Лошадь, кошки и корова. Сказка.

Как-то в субботу, я купил чая, молока и сушек и поехал на дачу. С тех пор, как мне стало лет гораздо больше, чем было раньше, я так каждую неделю делаю. Каждую, каждую, можете не сомневаться. А с очередного своего дня рождения даже прогуливать перестал и езжу туда без всяких пропусков, как трамвай по правительственному маршруту.

Иначе мне нельзя, у меня теперь на даче лошадь живет в сарае. Она, кстати, сарай конюшней называет и на сарай обижается, так что вы меня не выдавайте, если спросит. Спросит? Спросит, спросит, она такая.

Никогда не думал, что всякие народные домыслы с поверьями в реальности сбыться могут. Когда говорили, что как только человеку четвертую подкову на счастье подарят, так у него сразу лошадь должна завестись. Или конь. Я вообще, с детства был уверен, если человек руки перед едой моет, зубы утром и вечером чистит и душ пару раз в день принимает, то у него даже мелочь какая завестись не может не то что лошадь. А она взяла и пришла вслед за четвертой подковой. И живет. Вместе с кошками в сара… в конюшне то есть. Кошки лошадиное сено от мышей охраняют, а лошадь им чай с молоком готовит на примусе. Чай с молоком я привожу, а на сено лошадь сама себе зарабатывает. Я ей газонокосилку брать разрешаю и тележку. Косилкой она соседям газоны за траву косит, а с тележкой извозом занимается по мелочи. Так и живут.

До дачи я хорошо доехал, долго только. Пешком, на метро, на электричке, на автобусе потом опять пешком. Две сушки съел по дороге. Проголодался потому что. Но чай с молоком целы, все. Подхожу к калитке, а там разорение какое-то. Сирень мою кто-то обглодал, дубок маленький сломал, березку из земли вывернул вместе с колышком, к которому привязана, чтоб от ветра не сломалась. А прям перед калиткой коровья лепешка лежит.

Я-то человек почти деревенский, хотя и из города приехал. А для тех, кто совсем городским жителем является, поясню. Коровьи лепешки несколько отличаются от лепешек, допустим, узбекских. Прежде всего тем, что узбеки свои лепешки пекут и едят, а коровы – нет. Они ими, прямо скажем, совсем наоборот с лепешками поступают. Поступают где ни попадя и прям перед моей калиткой в частности.

Меня, правда, не столько лепешка возмутила, лепешка-то в конце концов – удобрение. Меня поломанные деревья расстроили. Жалко деревья. Сам сажал, поливал, воспитывал практически. Как мог. А их поломали. И кусты еще перед забором тиранил кто-то. Совсем возмутительное дело, потому что там ягоды вкусные в кустах.

Пока я расстраивался и возмущался сзади на дороге белая «Волга» остановилась.

Здравия желаю! – это сосед не выходя из машины здоровается по-военному. Он и есть военный, в отставке только. Зато целый генерал-лейтенант сразу.

- Ты, - это он меня расстроенного и возмущенного строго спрашивает, - корову мою не видел? Пропала корова. Все обыскал, нигде нету. А следы прям к тебе на участок ведут.

- Так вот кто у меня тут разор и беспорядок навел, значит, - я когда расстроенный построже любого генерала буду, - твоя корова? Сирень обглодала, дуб сломала, березку с корнем выворотила, кусты переломанные все, а в калитку мне теперь прыжком входить надо, чтоб не вляпаться в это вот самое. Твоя корова, говоришь, наследила?

- Не, моя корова животное приличное, к дисциплине на ать-два приученное, - генерал сразу на попятную, - не могла она такого натворить, это я в следах ошибся наверное. А это другая корова безобразничала.

Генерал-то на попятную - это понятно: какому генералу охота за коровьи проделки ответственность отвечать. Никакому.

Только никакой другой коровы у нас в деревне нету. Одна она, генеральская. Рыжая с белыми пятнами. И на участке у меня тихо подозрительно. Ни лошадь не ходит, ни кошки не показываются. Кошки-то вообще меня возле калитки встречают. У них на молоко нюх. Лошадь тоже вежливая. Навстречу выходит и первой здоровается. Я все же какой-никакой, а хозяин. Тем более с сушками приезжаю. Солеными.

Ну я к сараю сразу, к конюшне то есть. Постучал, дверь открыл. Не так все. Сразу чувствуется.

- Здравствуйте, - говорю, - наше вам с кисточкой, чаем, молоком и сушками.

- Мы вас не ждали, а вы приперлися, - это самая старшая кошка мяукнула. Она деревенская у нас полностью. С уличным воспитанием. За словом в карман никогда не лазит. Нет у нее карманов потому что. Зато слов всяких навалом. Есть среди них и приличные, но, в основном, вот такие вот все. Так-то она добрая, мурлыкать даже умеет, но и нагрубить у нее не задержится.

- Как-то ты неожиданно приехал, - лошадь мне навстречу вышла все-таки, - не ждали мы тебя так рано.

- Не ждали? – удивляюсь я, притворно так, а сам слышу, что в сарае за кучей сена пыхтит кто-то. Отдувается и чавкает еще, - Ага. Три года в одно и то же время приезжаю, чего меня ждать-то. Не нужно меня ждать все равно приеду. Вы, кстати, корову тут поблизости не видели? У соседа корова пропала, а следы к нам во двор ведут.

- Не видели мы никакой коровы, рыжей с белыми пятнами и в ошейнике, - это младшие кошки хором почти, - мы молоко все время в магазине покупаем, или ты привозишь, а коров мы только на картинках в энциклопедии Брема видели.

Любая кошка соврет недорого возьмет, это все знают, но наши все границы уже перешли. В углу пыхтят, чавкают, из-за сена один рог высовывается, а они только на картинках видели. В энциклопедии Брема еще. Интересно, правда, откуда они про Жизнь животных знают. Но это мы потом выясним, а сначала с текущей коровой разберемся.

- Ладно, - говорит лошадь, - такое все равно не спрячешь. Выходи знакомиться будем.

Это она к корове обращается. Мне-то выходить неоткуда, я и так посредине сара… то есть конюшни стою. С кошками разговариваю.

- Здравия желаю, товарищ хозяин, - выходит корова из-за сена, - старшина первых коровьих статей, Муха, представляюсь по поводу прибытия к новому месту стойла.

Нифига себе заявочки, думаю. А тут лошадь еще:

- Действительно. Мы тут подумали и решили. Пусть с нами живет. Совсем ее генерал замуштровал, сам видишь, как разговаривает. Жалко ее, сил нет.

- Иди отдохни, а мы потрещим пока, - это лошадь уже к корове обращается.

- Слушаюсь! – корова развернулась кругом, по-военному щелкнув копытами, и пошла себе обратно за сено, начав движение с обоих левых ног, как в армии положено.

- Так что мы решили, - продолжала лошадь, а кошки кивали ушастыми головами, - пусть с нами живет и все тут. Корова – животное нежное, к ней с лаской надо, а не по уставу строевой службы шагистикой заниматься. А ее вон и назвали в честь гранатомета и петь на вечерней поверке заставляют и «отбиваться» пока спичка горит.

- Вы-то решили, - говорю, - только получается, что вы корову у генерала свистнули, а отвечать я буду. Генерал, на меня ведь в милицию жаловаться пойдет. На вас-то бесполезно жаловаться. Скажешь, что лошадь с кошками корову со двора свели, так никто никаких мер принимать не будет, а вот если сосед корову украл, то его сразу за воротник и в кутузку потащат.

- Разрешите обратиться, - раздалось из-за сена, - генералу за меня надо денег предложить, он много не возьмет потому что я строевым шагом ходить сбиваюсь и лево с правом путаю. Генерал меня на гауптвахту за это хотел сдать. Вот я и ушла. Равняйсь, смирно, - ни к селу ни к городу добавила корова и замолчала.

- Вот видишь, - продолжала обрабатывать меня лошадь, - на гауптвахту. Это он ей сказал, что на гауптвахту, - лошадь перешла на шепот, - на мясо он ее хотел сдать, честное слово. Так что, как хочешь, - иди к генералу договаривайся.

- Договаривайся, договаривайся, - а я пока примус раскочегарю, поддержала лошадь старшая кошка, будем чай пить с молоком. Нам теперь парное молоко два раза в день выдают. Не чета твоему городскому из холодильника.

- А сирень, а березу? А кусты кто покорежил? Про препятствие возле калитки я не спрашиваю, с препятствием мне и так все ясно.

- Извините, разрешите обратиться, - все еще из-за сена подает голос корова, - но пока я стучала в калитку случилась маленькая неприятность. У вас звонка нету, пока домычишься, чтоб открыли, всякое может случиться. И сирень я нечаянно попробовала, она у вас невкусная. Больше не буду, слушаюсь, так точно.

- Кусты мы отремонтируем, препятствие уберем, - заявляет лошадь, - пока ты с генералом переговоры будешь вести, мы даже березу новую посадим, а препятствие как удобрение используем. Ты иди.

- Иди, иди, - поддерживают лошадь младшие кошки, - тебе ж сплошная выгода выходит: теперь молоко из города возить не нужно, будешь теперь в город молоко возить.

Против такой логики не попрешь ведь. Корова мне и самому нравилась. Она газон очень хорошо стрижет. Почище всякой газонокосилки. И бензина не требует с электричеством. Последний аргумент у меня остался.

- А как же, - спрашиваю я лошадь, - конь? Мне ведь через месяц опять четвертую подкову на счастье подарить должны. Ты же сама говорила, что теперь конь может появиться. А жить он где будет, если мы корову к себе возьмем? Сарай же не резиновый.

- Лучше корова в сарае, чем конь у тебя в квартире, - философски заметила лошадь, - да и будет ли он еще, конь этот? А корова вот она. С ней прям сейчас дружить можно.

И пошел я к генералу. Договариваться насчет коровы. А то получается, что все у меня добрые: лошадь добрая, кошки добрые. Только один я злой и сомневающийся. Не, не выйдет. Коровой больше, коровой меньше – уже без разницы ведь, когда лошадь есть.

Пошел к генералу договариваться. И договорился.

Теперь, когда еду на дачу, я молоко из города не везу. Только чай с сушками. Сушек, правда, в два раза больше приходится покупать, но это не главное. Главное, что меня на даче немного больше ждут, чем раньше. И молоко парное теперь. Со «здравия желаю», правда, но это тоже не главное.

276

Сижу, слушаю новости и тут вдруг: «Президент дал указание правительству – в кратчайшие сроки увеличить продолжительность жизни россиян и в последствие, пенсионный возраст». ЧТО??? Господа-товарищи, это как? Если человек серьёзно болен, здоровье уже не то или еле ноги переставляет, то это он врёт и нагло симулирует? Получается президент и правительство лучше знает наше здоровье и когда нам надо на пенсию? А наше мнение получается им вообще пох? Херачьте, херачтье, господа быдло, пока не сдохните, шнеля! Старый анекдот вспомнил:
- Сестрааа… а может всё-таки в реанимацию?
- Врач сказал в морг, значит в морг!

277

Всем известно, что женщина умеет достать, не раздеваясь. Притом, это умение в них заложено генетически, с рождения. Любой мальчик, еще с детского сада, знает, что девочки это существа с другой планеты. Вот сидишь ты в дальнем углу песочницы, и у тебя там танковое сражение. Наши наступают, фашисты взрываются, дел невпроворот. И тут хоп за твоей спиной появляется девочка! Девочка лет четырех, с куклой подмышкой. Она минуты две молча и неодобрительно смотрит на тебя, а потом спрашивает: А что это ты делаешь? Ты ей, конечно, не отвечаешь. Потому что вопрос глупый. Ты слепая что ли? Ты сама не видишь, что тут танковое сражение и фашисты взрываются? А она видит. Только не то, что видишь ты. Она видит мальчика, который перекопал всю песочницу, у которого песок и в носу, и в ушах, и даже на голове. В одной руке у него пластмассовый танк без гусениц, в другой оловянный солдатик с оторванной ногой, которого он с криком Дыдыщ! подкидывает вверх, и чему-то бурно радуется. Ну не дурак? И сейчас девочка объяснит тебе, что ты идиот. И игры у тебя дурацкие. И вообще ты весь грязный и в песке, и я щас пойду нажалуюсь воспитательнице, и она тебя в угол поставит. Ты терпишь до последнего, в надежде, что это существо с косичками сейчас уйдет и оставит тебя в покое. Но существо с косичками никогда не оставит за тобой последнее слово. Никогда. И она точно знает как привлечь к себе твое внимание. И вот уже маленькая ножка в коричневом сандалике наступает на твои баррикады и окопы. И все. И автоматически рука поднимается сама, и маленькой ведьме прилетает в лоб пластмассовой лопаткой. Ведьма громогласно ревет, на рев прибегает воспитательница, читает тебе лекцию о том, что девочек обижать нельзя, и ты теперь должен попросить у Светы прощения. Ты смотришь на коварную Свету, на то, с каким победным видом она стоит возле воспитательницы, силясь выжать из себя еще пару слезинок, и всем своим мужским нутром чувствуешь: это бабский заговор!!!!! Почему ты должен извиняться за то, что эта гадкая Света сама первая начала? Почему тебя никто не хочет слушать? Почему все твои попытки рассказать о том, что Света наступила на твои окопы никто не слушает? Ты обидел девочку, и неважно как и почему. Ты виноват и давай-ка извиняйся, дружок. Хочешь ты этого, или нет. Иначе сейчас ты пойдешь стоять в угол, а вечером твоей маме на тебя нажалуются, и мама, твой самый родной человек тоже скажет: Коля, как ты мог ударить девочку лопаткой?? Немедленно и при мне извинись перед Светой! Вот так, в четыре года отроду, мальчик становится мужчиной. Мужчиной, который на своей шкуре понял, что с бабами связываться себе дороже. Лучше промолчать. Или терпеливо отвечать на все тупые бабские вопросы. И упаси бог замахнуться на нее лопаткой! Женщины обладают волшебным даром материализовать прям из воздуха еще пару-тройку каких-то баб, которые сисясто над тобой нависнут, и будут взывать к твоей совести и принуждать извиняться ни за что вообще. В садике это воспитательница и твоя собственная мама. В школе это ее подружки и учительница. А лет в двадцать пять вообще все сразу: и твоя мама, и ее мама, и их подружки, и даже жены твоих собственных друзей! Все они обступят тебя как вурдалаки Хому Брута и будут выть, орать, и пугать тебя Вием. А ты всего-то играл в танчики! Ты пришел с работы, уставший как дядя Том и такой же голодный, а жрать дома нечего! Потому что жена твоя на диете. Значит, в этом доме месяц не будет жрать никто, даже кот. И попробуй хоть слово сказать на эту тему! Жена зарыдает в голос, скажет что ты скотина и свинья ведь на диету она села только ради тебя! А ты, вместо того, чтобы оценить ее жертвы- еще и оскорбляешь ее, прося кусок мяса?! Не, ты можешь сколь угодно долго пытаться ее переорать, и кричать о том, что она тебе и так очень нравится, и не надо ей никаких диет, и вообще она очень красивая и худая, но все тщетно. Тебя никто не слышит. Она рыдает в телефонную трубку, жалуясь на тебя своей маме и десятку подружек. И все они очень ей сочувствуют и говорят: А мы тебя предупреждали, что он козел и муд@к! Ты ж не слушала. А может, ты и вовсе никогда не увлекался танчиками. Может, ты с детства любил козявки в микроскоп разглядывать, и делаешь это до сих пор. Может, у тебя вообще уже три ученых степени по микробиологии, но кого это волнует? Ты не заметил, что у нее новая прическа, и модное окрашивание Омбре? Что ж ты за скотина-то такая бессердечная?! Ты вообще замечаешь хоть что-то, кроме своих козявок в микроскопе?! Почему у всех баб мужики как мужики: на рыбалку ходят, в танчики играют как люди один ты как урод, со своими козявками!

278

Ещё история из детства.
Это сейчас костры во дворах МКД жечь запрещено, а в СССР жгли и ещё как, даже листву жгли. Итак, СССР, МКД, двор, кто-то вынес старую мебель. Ура, костёр! И вот с пацанами жгём всё, что горит. Тут смотрю – банка из под краски, ещё воняет, свежая, значит гореть должна, надо проверить. Беру её, ставлю ровненько и сую в банку факелок, ну и смотрю туда – как оно там начнёт загораться. Пламя херакнуло, аки из сопла ракеты. Короче, как потом оказалось, спалил ресницы и брови. А после такой «процедуры» начинают чесаться веки. Стою, чешу. Замечаю, что ещё один чешет глаза. Спрашиваю:
- Чё чешешь?
- Да морду подпалил.
- Как?
- Да за тобой нагнулся посмотреть.
- Нах…я?
- Ну тоже интересно было.
Так вдвоём и чесались весь вечер. Ту банку ещё несколько раз «запускали», но уже с фитилём на длинной палке. Эх, детство. А какие раньше жевачки разнообразные были! Гудрон, лыжная мазь, пробки с колпачков одеколона, с лейкопластыря покрытие, а если на рынок тот мужик приезжал, то ваще круто – из хвойной смолы, серой называли. Эх, детство…
А ресницы быстро отросли, даже длиннее и лучше.

279

Володя сидел на школьном подоконнике и в пол-оборота, с тоской, глядел в окно. Завтра 9 мая. Отец говорил что-то вчера про память поколений, говорил который год уже. Но всегда не это было важно. Вчера он опять пришел пьяный и сейчас, наверное, спит. Утром мама плакала, так, чтоб Володька не видел. Но он всё видел. Мама часто ругала отца, а тот всегда молчал. Потом он уходил, а когда приходил, под руку лучше было не попадаться никому.
Однажды во дворе сосед накричал на отца. Дескать, Володька хулиган, дескать, ударил его единственного сына и разбил тому губу, и за это сосед надерет Володьке уши прямо сейчас у всех на глазах. Орал так, что слюна летела изо рта. Отец и ему ничего не сказал, даже не смотрел в лицо. Только руки из карманов достал. Минут через двадцать приехала скорая и увезла соседа в больницу. Весь двор гудел, много народа собралось, все кричали, что отец у Володи пьяница и моральный урод, а потом милиция забрала отца и пришел домой он только вечером. Снова пьяный, конечно. Позвал Володю на кухню. Володя помнил, как затряслись ноги, как шел он в эту кухню, будто на расстрел. Но отец лишь прижал его к себе, потом взял за плечи и заглянул в глаза своим мутным взглядом… Противно пахло алкоголем.
- Сынок, я тебя прошу. Не позорь меня и мать, не распускай руки. Мы с мамой ведь и живем-то для тебя.
Родители заплатили тому соседу большие деньги. Володю не ругал никто, но он сам себя винил больше всех, а потом взял листок бумаги и написал торжественную клятву. Что никогда никого не обидит.
Это было в первом классе, а сейчас уже третий. Быстрее бы кончилась перемена. Но Володю уже окликнули, и даже не оборачиваясь, он понял, что школьный звонок не успеет его спасти.
Подошло их четверо. Главный – Тоша Панфилов. Тоша бил и одногодок, и тех, кто младше, а сообща, компанией, и четвероклассников. Водил дружбу с хулиганами из пятого «в». Отец Тоши – богатый, даже очень, вроде даже депутат. На его деньги в их школе сделали лучший среди городских школ стадион, купили мячи и лыжи, что-то там еще. Поэтому Тоша чувствовал себя королем, всё ему сходило с рук. Поругают и отпустят. А с Тоши как с гуся вода.
Тоша всем давал клички. Пуля, Сопля, Леший, Кот. Себя он называл Пан. По фамилии – Панфилов. И Володе – из-за фамилии Игнатьев – дал кличку Игнаша.
- Салют, Игнаша! На подоконнике прячешься?
Володя вдохнул, глянул исподлобья на модно подстриженного Тошу, злые глаза которого прицельно щурились. Тихо выдохнул, облизнул губы. Нервничал, конечно. Двое справа, один слева и Тоша – совсем близко. Спрыгнуть с подоконника – подтолкнут, потом подножка, плевки… Никто из пробегающих школьников не обратит на них внимания, и учителей совсем не видно. Володя оставался сидеть.
Тоша подошел ближе.
- Чё такое прицепил?
На груди у Володи была приколота ленточка. Та самая. Оранжево-черная. Георгиевская.
- Ты чё, за Советский Союз, что ли?
- Что ли. – ответил Володя.
- Ну ты бомжик. Советский Союз давно на помойке. Как и друзья твои, бомжи. Пойдем, провожу тебя к ним.
Тоша бесцеремонно дернул Володю за рукав. Трое других мальчиков засмеялись.
- Отойди от него!
Тяжелый ранец с наклеенными сердечками прилетел Тоше прямо в спину. Он развернулся. Перед ним стояла Вера, девочка из Володиного класса. Может, и не самая красивая. Может быть. Она два раза помогла Володе на контрольной. Потом он отогнал от нее бродячую собаку – это было у школы. Потом она даже дразнила Володю и подсмеивалась на переменах. Всегда была боевая. Но сейчас…
- Отойди от него, сказала!
Вера смотрела на Тошу со злой решимостью. Что-то сейчас случится, Володя это понимал.
- Ах ты, тварь! – прошипел Тоша и обеими руками толкнул девочку в грудь. Так сильно, что она, растерявшись, полетела назад, упала, стукнулась головой. Володя спрыгнул с подоконника, глядя только на Веру. Подножку ему, конечно, тут же подставили, и он растянулся на полу. Из нагрудного кармана выпал сложенный много раз и протертый по углам клочок бумаги.
Рядом с Вериным ранцем. Застежка на ранце сломалась, и учебники с тетрадями разлетелись во все стороны. Четверо хулиганов хохотали. Тоша поднял клочок бумаги. Володин клочок бумаги. Развернул.
- Может, чё секретное, Игнаша? Ничё, что почитаю?
Кулаки у Володи сжались. Он лежал, глядя в пол, в коричневую свежую краску, которую для школы, говорили, покупал Тошин отец.
- Я клянусь, - начал читать Тоша, - никогда не драться. Никогда не позорить папу и маму.
Они смеялись. Все четверо. Вера собирала учебники в ранец с сердечками. На коленках. Собирала молча, даже не ревела. Платье на плече порвалось. Мимо ходили школьники, и никому не было дела: кто-то трусил подойти, кому-то было все равно.
- А правду говорят, Игнаша, что папка твой алкаш и сволочь? – сказал Тоша. Потом плюнул в потертый бумажный лист, разорвал, смял его и бросил Вере.
- Держи записки твоего дружка!
Володя встал. Что-то внутри освободилось. Пьяный отец просил его, и он поклялся в ответ. И держал свое слово. Он берег свою клятву, но ее больше нет. Она порвана не им. И он понимал, что клятва больше не имеет силы и сейчас он сделает всё правильно. Так, как надо. Трое снова окружили его, и Тоша, усмехаясь, подошел в упор.
Володя помнил, как отец делал это. Бывало, что даже снился ему тот вечер, и слюна орущего соседа, маленькими каплями попадавшая на лицо отца. Но отец молчал тогда, терпел. А этому Тоше пару слов нужно сказать.
- Панфилов был героем войны. Зря тебе его фамилия досталась.
Трое подошли ближе. Тоша – ближе не бывает.

Потом был кабинет завуча. Отец, которого вызвали в школу, пришел с похмелья, лицо его было опухшим и помятым, но Володя первый раз видел своего отца таким. На красном с прожилками, усталом лице была написана гордость. Девочка Вера, проходя мимо, незаметно для других пожала Володе руку, улыбнулась и убежала. На сердце стало тепло. И ведь понимал Володя, что слово, данное отцу, он всё-таки нарушил, понимал, что вместо помощи ударил человека, что у Тоши Панфилова нет больше переднего зуба, и у друга Тошиного шикарный синяк под глазом, но стал понимать и еще одно. Нарушив клятву, он защитил другого человека – девочку, смелую девочку, защитил и свою честь, и правду, а значит, и отца, и мать, и родину, в каком-то смысле. Тоша к нему еще подойдет, хоть и с дырой во рту вместо зуба. Если это будет возможно – драться Володя не будет. Тоша – не дурак, кое-что понял.
Маленькое дело сделано, маленький мир установлен. Вот бы еще мама перестала ругать папу, вот бы еще папа перестал пить, чтобы мы – потомки тех, в память о которых этот оранжево-черный бант на Володиной груди – мы, в честь хотя бы великой победы наших почти забытых предков, хотя бы попытались жить, как люди.

280

Едет мужик на телеге. Сбоку выезжает "Камаз". Удар, лошадь бьется в предсмертных конвульсиях, а мужик лежит на асфальте правда, целехонький. Подбегает гаишник, выхватывает пистолет, стреляет лошади в ухо (чтобы, значит, не мучилась) и с дымящимся пистолетом в руке к мужику: А вы как себя чувствуете? Мужик очень быстро в ответ: Лучше, чем до аварии!

281

Местный магазинчик продажи спиртных напитков выдумал штуку- они вывесили школьную черную доску снаружи , и каждый день пишут мелом на ней новую шутку про алкоголь. Я у них никогда ничего не покупаю, мне вообще пить по показаниям здоровья нельзя, но... Стала замечать, что свои маршруты по центру города стала планировать таким образом, чтобы мимо их доски нечаянно пройти.Ибо смешно. В смысле рекламы они очень изобретательны.
Сначала было "Лучше пузо от пива, чем горб от работы". Затем, просто так, " In vino veritas. Истина- в вине, веселье- в пиве, а в воде... В воде бактерии." Потом, в разгар нынешней кошмарной эпидемии гриппа "Если вашу болячку не может вылечить виски, значит, ваша болячка неизлечима"( то есть они пытаются быть актуальными), потом, на излете ненормально затянувшейся зимы -"Скажем зиме- шардо-нет".
И наконец-сегодня в честь наступившей наконец-то весны, на знаменитый рэгги-мотив (Боб Марли бы прослезился от радости): "Don't worry, don't cry. Drink vodka and fly".
Вот гады. Так они даже не склонных к пьянству граждан к пагубной привычке юмором склоняют. Но я держусь!

283

Ну вот, еще одна образумилась, а то принцев им подавай Замок стоял на холме. Небольшой, слегка пошарпаный от ветров и дождей, некоторые камни его потемнели и покрылись мхом. На холм перед ним упорно карабкалась девочка лет 12-ти, поскальзываясь и пыхтя. Она глядела прямо на замок и ее упорство было вознаграждено. Забравшись, она увидела ров и опущенный мост к воротам. Во рву плавал крокодил, пузом кверху. Дохлый, что ли пробормотала она, тыкая в него палкой из любопытства. Крокодил открыл один глаз, но никак не отреагировал. Она прошла по мосту и ногой стала долбить в ворота. Открыто! прозвучал хриплый голос откуда то изнутри. Она потянула тяжелую створку и прошла внутрь. Интерьер богатством не блистал. Точнее, блистал, но когда-то. Сейчас все было покрыто пылью. Она чихнула. Проходи на кухню! крикнул все тот же голос. Я здесь! Девчушка бодро протопала в направлении крика, оставляя грязные следы сапог на полу. А... Мне бы принца неуверенно произнесла она. Эммм Волк? от неожиданности она плюхнулась на потемневший табурет, когда силуэт на кухне повернулся лицом к ней. Она шмыгнула носом и вытерла его рукавом, одновременно натягивая помятую юбочку на грязные и исцарапанные коленки. Ну да, Волк. А ты кого ждала? Ну принца хотелось бы Волк приблизился к ней и, улыбнувшись во всю клыкастую пасть, спросил: Давно ли ты принцев видела, милочка? Мне это мама рассказывала, да и я сама в книжках читала она поерзала на табурете, недоверчиво косясь на острые клыки хозяина замка. Принцы, дорогая, там и остались, в книжках да притчах. Хотя, что это я, пойдем, что тебе покажу. Да не бойся ты, не съем! вновь осклабился Волк. Они прошли по коридору в дальнюю комнату, где висели портреты неизвестных и не слишком симпатичных мужчин. Вот, смотри! Принц Альберт Первый! Волк шутливо щелкнул портрет по носу. Умер от обжорства, сожрал все, даже коня не пожалел. Второй Принц Зигмунд Третий, кутила и бабник, в разгар бала выпал с балкона и свернул себе шею. Ну, и, наконец, Принц Уильям Новоземский! Подхватил французский насморк и Хотя, тебе рано об этом знать еще Французский, это как? Соплями захлебнулся шоль? глаза девочки расширились. Ну, вроде того. Подрастешь-узнаешь. ответил Волк. Ты вот представь, вышла ты замуж за такого, и? Думаешь он все бросит и лишь за тобой бегать будет? Ага! вновь шмыгнула носом девчонка. Волк хрипло расхохотался. Вот хренушки! он сложил когтистую фигу у нее под носом. Балы и пьянки продолжатся, он будет таскать девок в покои и развлекаться, пока ты, словно Золушка, будешь занята кухней, детьми и домом. И без права голоса. Оно тебе надо? глаза Волка блеснули зеленым. Мда Капец все сложно задумчиво произнесла девочка в ответ. А то! ответил Волк. Ты сама-то кто хоть? спросил он. Шапка! Красная! ткнула девочка в нечто бесформенное на голове. А Слышал, слышал задумчиво, словно вспоминая что-то, сказал Волк. И кто нынче детей так одевает А худющая-то какая он оглядел ее. Пирожок хочешь? С мясом! рявкнул Волк, подняв палец вверх. Шапка вжалась в стену, снова перепугавшись. Да не бойся ты, не из принцев твоих, они поумирали задолго до нас с тобой! Волк улыбнулся. А из кого мясо? В смысле из чьего? осторожно поинтересовалась девочка. С мясом дракона! похвалился Волк. А дракон-то откуда? изумилась Шапка. Да был тут один. Вредитель-недомерок. Надоедливый, ужас! Размером, что та ворона, а все туда же. То принцессу ему подай, то дев невинных на завтрак Измучил шторы поджигать. Я новые только повешу, а тут снова он. Ну и Будешь? Ну давай, раз не из принцев! рассмеялась девочка. Они прошли на кухню и беседа продолжилась. Ну, а ты-то здесь как оказался? спросила Шапка, уплетая уже третий пирожок. Да как, как Бродил, вот и зашел сюда, замок бесхозный стоит, чего б и не пожить? А крокодил, дохлый там плавает? Да не, это он стервятников так заманивает, притворится мертвым, потом ррраз! И еда у него в кармане. В пасти, то есть. А меня не тронул Уговор у нас с ним: людей не трогать. ответил Волк серьезно. Ну вот, а ты, Волк? Принцы плохие значит, а ты сам-то? Чем ты лучше их? То три поросенка, то семеро козлят, то еще чего Ты сам-то похуже их всех будешь! Не Ты это не наговаривай, то по службе было. ответил Волк, ковыряясь у плиты. А по службе, это как? Да вот так. Три поросенка - бедные милые свинки. На деле - воровство стройматериалов, самозахват земли, незаконное строительство. Ну, с двумя-то я сам справился, а дальше управление дело в свои руки взяло. Мол, уровень, огласка Или козлята. А ты в курсе, что их мать, уходя, одних в доме запирала? Ну да. От тебя же и запирала, чтоб не съел! Правильно и неправильно. От меня. А почему? Почему? спросила Шапка. А потому, что уходила то на неделю, то на две! То к сектантам каким-то, то в кошкин дом кутить. А дети неделями голодные и немытые! Пришлось дверь ломать, в детдом отвозить. Правда, одумалась, работу нашла, вернули мы ей детей. Но поглядываем. Коза еще та, в общем. Так что, меньше слушай, что на улицах болтают. Волк - зверюга такая, зазря не тронет и своих не бросит. И с волчицей своей, и с детьми он до конца! Только вот не каждой дано это волчицей стать. Еще пирожок? Не Хватит мне. Еще и к бабуле топать нужно, засобиралась Шапка. Это та, что за лесом живет? спросил Волк. Ага! Она самая! 90 лет ей уже, помогать старушке надо. Старая знакомая. Были мы помоложе УХХХ!! Что « ух»? Да, неважно. Давай-ка я тебе корзинку для нее соберу, мается старуха на пенсии, крохи подъедает. Вот, пирожков еще и кролик из духовки, Волк засуетился. А кролик-то откуда? удивилась Красная Шапочка. Импортный! Пасхальный! Волк довольно подмигнул. Бродил тут, обворовывал все яйценосное население леса и яйца их химикатами разукрашивал, маньяк. Волк проводил девочку до двери. А мож, Сивку-Бурку тебе вызвать? Так я мигом! он приготовился свистеть. Да не, я сама. отказалась девочка. Ты это, охотников встретишь, скажи, пускай зайдут. Лицензии проверить надо. Поразвелось браконьеров.. И зайца увидишь, так и передай: « Ну, погоди!» Своей самогонкой капустной весь лес мне споил, к медведю белки ходят, взаймы брать. Шапка уходила в непонятках, чавкая резиновыми сапогами по осенней слякоти Плохие принцы. Добрые волки Хрена лысого тут разберет бормотала она себе под нос. Волк смотрел на нее из окна и вздохнул. Ну вот, еще одна образумилась, а то принцев им подавай Где их взять, принцев-то нынче? А в кухне уже раздавался аромат жареной курочки Рябы, попавшейся за подделку ювелирных изделий

285

Железный человек.

В СССР умели делать все! В том числе и классные стиральные машинки.
Простояв год в очереди, наша семья получила это чудо техники. Акции папы и так были высоки, но после покупки, поднялись, в семье, на небывалую высоту. Машинка была техническим совершенством: с таймером на 20 мнут и гибким шлангом для спуска воды. Мне, после стирки, доверяли выпускать грязную воду в тазик и таскать его в туалет. Что за вихри я создавал! Семья души не чаяла в новом механическом друге.

Все бы хорошо, но проклятые вредители - агенты империализма, сделали пару диверсий в любимом друге.
Одна из них касалась позднего "зажигания". Т.е. включаешь таймер - он громко тикает, мотор начинает гудеть, но лопатки не вращаются. Приходилось рукой залезать в кипяток и делать крутящее движение за "лопатки". Так сказать, "ручной стартер". После этого чудо-агрегат заводился и начинал трястись в экстазе свои 20 минут. По окончании программы, щипцами достаем выстиранное белье и опять ручной старт, руки можно было менять:-)

Вторая неприятная особенность - прокладки. Они стали течь буквально через полгода эксплуатации. Батя их теснил изолентой, что-то мудрил, но ничего не помогало. Вода продолжала капать куда-то внутрь машинки и вытекала на пол.

А почему он не пошел и не купил новые прокладки или не сдал такую машинку обратно в магазин по чеку? Эээ... дорогой читатель, если вы спрашиваете, значит вы никогда не жили при лучшем строе на земле - развитом социализме!

В общем, ванна была похожа на небольшое болотце, с островком тряпки, которую надо было периодически отжимать. Но засада крылась не в эстетическом виде. Вода иногда капала куда-то на проводку. Хомо-совектикус наступив в мыльную грязь и коснувшись машинки оказывался проводником светлых идей и его ощутимо било током. Поэтому, даже последний карапуз знал - во время стирки не входи - не убьет, так трахнет!

Но внимательный читатель спросит: а как же "ручной старт"? Ведь надо же подать напряжение, засунуть руку в кипяток и что-то там крутить. В это время, по законам физики, неминуемо же должно ударить током? Всё так! Мало того что горячо, так еще и било током, но нельзя было сдаваться! Ведь напряжение подано и если мотор не стартовал начинало ощутимо вонять горелой изоляцией из под машинки! А если бы сгорел мотор... Не хотелось даже про это думать.

После пыток электрическим током, мама сказала, что она видела в белых тапках такую стирку, лучше уж по-старинке. Батя что-то там пытался философствовать про резиновые шлепанцы и что небольшая встряска - даже полезна, но чуть этими же шлепанцами и не был побит. Ничего ему не осталось, как начать работать "несгибаемым железным человеком" и стартером:-). Позже, он все же сделал в ванне деревянный настил, а дерево (если не намокало) - не проводило ток.

287

Однажды поехали с другом мы гулять, а друг мой бабник ещё тот, ни одной не пропустит))
Вечер.. смотрю, с одной закрутил... думаю поеду домой, а ехать ой как далеко...
тут они подумали, и решили, что едем мы все к ней, у неё двух комнатная, они в одной, я в другой, а утром рванём с другом домой. Приехали, пошли мненя укладывать, а у неё оказывается сын 3 лет, в его комнате, значит, улёгся я на диване, уже под утро часа в четыре.
Утро...чувствую меня что-то тыкает, открываю один глаз, с бодунаааа.. 7 часоооов , смотрю мальчонка стоит, протягивает руку мне, - Сергей,
я - Руслан
- Руслан, мне всё равно что ты тут делаешь, я есть хочу...
думаю... ой блиииин, ладно встал.. пошли на кухню.. в холодильнике пусто, думаю что делать, а он, -я маму пойду будить.
Говорю- не надо маму (мама ж это... ну вы поняли, зачем травмировать ребёнка, мало того что я тут, а ещё и там такое)
Собрались, с бодуна, семь часов, оделись, пошли в магазин, развёл он меня не слабо, купили...
вернулись, он всё сложил в холодильник и сказал что завтракает кашей, которая стоит вот на той полке, да ёёёёёёёёёё...
с бодуна,утро, варю кашу,
поели.. сказал что для первого раза я справился неплохо,
пошли играть, с бодуна, утро, надо сказать что выяснил для себя, что у человека с бодуна, ум, реакция, логика и мышление находятся на ступень ниже трёхлетнеко ребёнка, посмотрели мультики, у меня не в одном глазу, думаю, ну нахрен пора домой рвать, бужу голубков, и тут картина маслом, разговор в коридоре мамы с 3 летним сыном (присутствуют все):
- мама, я завёл себе папу (держит меня за руку), теперь он будет жить с нами...
- Серёж, давай мы лучше собаку заведём..
- нет, уж, кобелей мне твоих и так хватает, так что извини, но с бл(ой!)дством придётся завязать...
3 трёх летний ребёнок одной фразой опустил сразу всех взрослых.

288

Историей от yls2 про мехвода, угнавшего танк на почве неразделённой любви, навеяло.

Израиль, 1994 г.
Некто Амит Нехамия, служивший механиком на базе техобслуживания танков Джулис (к юго-востоку от Большого Тель-Авива), и дослужившийся уже до сержанта, был, тем не менее, своей службой неудовлетворён. Да и вообще, как показали дальнейшие события, был несколько не от мира сего.

В общем, в один не вполне прекрасный день (29 октября, чтоб быть до конца точным) тяготы и лишения армейской службы достали нашего персонажа окончательно. К слову сказать, служба, в его случае, может и была тягостной, но особыми лишениями вряд ли была отмечена - служащие по такого рода специальностям обычно распределяются на базы недалеко от дома, куда почти каждый день и возвращаются вечером как с работы.
Так или иначе, Амита достало окончательно, и он решил, что лучше всего ему поднимет настроение визит к любимой тётушке. Живущей... в Америке. Ага. Не спрашивайте.
А как лучше всего попасть в Америку? Что значит, "как"? Да элементарно! Вот же, полная база доступных транспортных средств! Надо просто сесть в танк и поехать. Куда? Повторяю для тугослышащих: в Америку. The United States of. Сначала доехать до ливанской границы (не о чем говорить, там меньше 100 км, фигня делов), ну и оттуда по суше, по суше... Так до Америки и доехать. А там - тётя. Любимая.
Опять же, не спрашивайте. Уроки географии в школе наш герой, видимо, прогулял.

И что вы думаете?
Этот отличник умственного труда (про боевую, а тем более политическую подготовку не скажу, не знаю) садится-таки в танк ("МАГАХ", израильская версия уже на тот момент древнего "Паттона"), и... "газ до отказа".
Собрал ли он с собой какой-нибудь провиант или, боюсь спросить, пару бутылочек минеральной воды - летописи не сохранили. Но что-то мне подсказывает, что вряд ли.

Поначалу его план осуществлялся идеально. Ворота базы были вынесены танком (да, старым, но поддерживавшимся в полной исправности соратниками Амита) к вящему отваливанию челюстей часовых - которые обычно ожидают неприятностей, проистекающих из внешнего мира, но никак не изнутри базы.
Оттуда наш гонщик бодренько встроился в умеренной плотности движение на ближайшем шоссе. Движение, от такого неожиданного разворота событий дня, моментально снизило свою плотность до нуля. Нет, люди в Израиле к танкам привычные, многие и сами внутри немало времени провели, и на шоссе их регулярно можно увидеть - но, всё же, на тягачах. А тут - бодренько так, своим ходом. Без ансамбля.
Надо отдать Амиту должное, где у Израиля север он представлял чуть лучше, чем где у Израиля США. Поэтому общее направление выбрал к Тель-Авиву.
Тут его нагнала большая группа товарищей в машинах с мигалками, но препятствовать дальнейшему продвижению они не спешили. "Пал смертью храбрых, но глупых" - это в Израиле не очень заведено. Храбрых - да. Глупых - это не по адресу.
Поэтому на протяжении нескольких часов одно из центральных шоссе страны представляло из себя картинку, достойную погони из фильма "Blues Brothers", только наоборот: танк в сопровождении полицейских машин. Практически, почётный караул.

В народе гуляет байка, что прослышав об этом цирковом номере, командир противотанковой роты одной из пехотных бригад поднял по тревоге одну из своих групп, опустошил половину ротного склада ракет "Лау" и отправился занимать позиции на подступах к Гуш Дану (так на иврите называется район Большого Тель-Авива), с твёрдым намерением остановить ренегата любой ценой.
Но это - непроверенные слухи, за правдивость которых я ручаться не берусь, тем более, что до этого дело так и не дошло.

Что происходило у сержанта Нехамии в голове в это время - предположить трудно.
Факт, однако, что в районе перекрёстка Бен-Заккай он остановил боевую машину, и обратился к окружающим, приветливо помахивая дулом пушки. В процессе, правда, нечаянно задел окно случившегося рядом автобуса, разбив стекло и легко ранив 8 человек. От этого огорчился ещё больше, попытался поехать дальше, потерял гусеницу, и врезался в столб. Столб оказался сделанным на славу, а гусеница - потерянной окончательно.
На этом динамическая стадия путешествия в Америку закончилась, и плавно переткла в статическую.
Сначала герой начал стрелять во всё вокруг из предусмотрительно захваченного с собой (в отличие от воды и карты) табельного оружия (к счастью, снарядов в танке не было, а то кто его знает). Но потом подумал-подумал и угомонился. Начались длинные и нудные переговоры, в ходе которых ему задавли вопросы, подразумевающие простые ответы "да-нет", а хитрый Амит отвечал на них горизонтальным или, наоборот, вертикальным покачиванием пушки.

Закончилось всё прозаично.
Путешественник сложил оружие (хотя не совсем ясно, применим ли термин "сложить" к танку) и сдался военной полиции и подоспевшему на помощь антитеррористическому спецназу.
Дальше был суд, присудивший злоумышленнику (я с некоторыми колебаниями использую слово, наводящее на ассоциации с "ум" или "мысль", ну да ладно) 4 года армейской тюрьмы, из которых 2 условно (странно, что не в психушке, но я не специалист). Освобождён через 10 месяцев за примерное поведение.

Удалось ли ему повидать американскую тётушку - история благопристойно умалчивает.

Новостной репортаж (на иврите, но с довольно самоочевидным видеорядом) - тут: https://youtu.be/4KF9oqbEJ-A

289

Про нерентабельных курей.

Тебе лет 12 и ты ещё не совсем понимаешь, что значит заботиться о живой душе, но всё твоё существо требует - хочу цыплят! А почему? А хрен его знает! Вот ты уговорил родителей и бабушку на этот геморрой, и едешь на птичий рынок, с замиранием сердца предвкушая пищание этих пушистых комочков... Вот ты выбираешь их, стараясь украсить стайку красочными (в будущем) и коренастыми голландцами... Вот ты везёшь их к бабушке в дом и теперь это уже часть твоего бытия, несмотря на то, что сам ты живёшь (хотя нет, ночуешь) в панельном бетонном муравейнике...

Вот ты сажаешь их в коробку из под огромного "Рубина", обогреваешь когда-то модной фиолетовой лампой, компенсируя мамку-клушку, но, при этом, под руководством отца следишь за тем, чтобы не перегреть... Вот они подрастают, крепнут и ты переводишь их в сарай, в заботливо приготовленный небольшой загон, который ты сбил из обрезков фанеры, принесённых отцом с завода. Ты сходил к дяде Боре на пилораму, набрал пару мешков фуганочной стружки, перевалил через раму своей ржавой "Велы" и везёшь их к бабушке в сарай, надеясь, что одноклассники (и, особенно, одноклассницы) не увидят тебя и не будут чмырить...

Но как же это здорово! Прийти в этот сарай и просто быть там... Между досок просачиваются засыпные опилки, повисая в паутине тут и там... Плохо закрывающаяся дверь, с которой началась твоя силовая тренировка... И везде история... История твоей семьи. Ведь этот сарай строил твой прадед. На совесть строил, для себя. В углу стоят огромные напольные часы с навеки остановившимся стрелками... Когда-то это была роскошь! Теперь рухлядь... Между досками торчит ржавый зазубренный серп и ты понятия не имеешь, что с ним делать, кроме как сшибать верхушки поросли клёна... Под верстаком стоят механические весы со стрелками-утками, а рядом привалился непонятно откуда взявшийся мельничный жернов. Ты не совсем понимаешь, что это за вещи, откуда они и зачем, но ты ощущаешь, что это твой мир. Этот мир пахнет прелыми опилками и старым деревом, освещён тёплыми тонами сороковатовой лампочки, а теперь ещё и озвучен пищащими цыплятами, которые уже готовы поспорить с тобой о том, кто здесь хозяин...

Но хозяйка здесь овчарка Лайда. Она хоть и на цепи, но зверь грозный. Тем более, что время от времени эта цепь рвётся под её мощным напором. Вот тогда - держитесь цыплята и все незванные гости! Нескольких цыплят погрызла, одного удалось вырвать буквально из зубов. Вот ты смотришь на этот прокушенный зоб, через который вытекает проглоченная вода, и на глаза наворачиваются слёзы... Ты берёшь у бабушки из пропахщей фурацилином коробки йод, бинт и вату... Початую бутылку водки из холодильника, иголку и нитку... Тебе говорят - утопи и не мучай живность. А ты не можешь. Ты промываешь рану водкой, окунываешь нитку туда же, над газовой плитой греешь иголку (ага, насмотрелся фильмов), и зашиваешь порванный зоб, заливая всё это дело поверху йодом. И цыплёнок живёт ещё несколько дней на удивление всех взрослых... Но время летит и жизнь, как и смерть, неумолима.

Они быстро подрастают, превращаются в хорошеньких молодок и уже выходят погулять во двор. Перестают пищать и постепенно превращаются в кур... Это удивительно! Был просто жёлтый пищащий комок, а теперь набрал все цвета радуги и откуда-то даже набрал горделивую стать! Ты радуешься, когда они с шумом ломающихся куриных голосов несутся тебе навстречу и буквально вырывают друг у друга то, что ты им принёс. Ты ощущаешь себя нужным, может быть даже в первый раз в жизни, и это греет душу. Ты понимаешь, что нет для цыплят на свете лучше лакомства, чем дождевые черви, и перелопачиваешь в поисках сего угощения для них всю компостную кучу под плохо скрываемые матюки твоей бабушки, приготовившей этот перегной для драгоценных помидор.

Тебя не напрягает то, что теперь надо чистить за ними каждую неделю, и запах куриного помёта не вызывает сморщенное "фи". Скорее, это запах особенного уюта. Регулярные походы к дяде Боре за стружками - нормально, ведь мужик он весёлый, и хоть подшучивает над тобой - тебе его шутки в радость. Тебе нравится ухаживать за своими новыми питомцами и ты бежишь сюда после школы, несмотря на то, что навёрстывать уроки придётся ночью. Это природа, мать её так. И она тянет тебя к себе, пока ты ещё не огрубел и не покрылся трещинноватыми струпьями урбанизма... А пока ты счастлив.

Наступила зима. Сбросив ранец в сенях у бабушки, натянув дедов поеденный молью видавший виды тулуп, похрустывая отцовскими кирзачами по свежевыпавшему снежку, ты заходишь в этот сарай... Свой сарай. Здороваешься с нахохлившимися на нашесте курами, прижавшимися друг к другу. Тебе пофигу на их интеллект. Тебе кажется, что ты понимаешь их, а они понимают тебя. Берёшь какую-нибудь курУшку (а ведь они бывают нервными!)... Греешь её дыханием, чувствуешь, как бьётся её сердце... Заглядываешь в половинки старого чемодана, где ты устроил им гнездо, роешься в поисках свежеснесённых яиц. А ни фига! Не понравился им чемодан, провонявший не то нафталином, не то формальдегидом. Им сподручнее на сеновале. Ведь там - гора ароматнейшего сена. И ты соглашаешься с курами! В таком сене ты и сам готов нестись, если б смог. Сено правильное, зелёное, высушенное в тени и, обязательно, с клевером, дающим тот особенный сладковатый аромат. Сам бы сжевал! ))

Пережив холода, ты уже не ждёшь ручейки для корабликов. Ты прислушиваешься к своим подопечным курятам - а не заквохчет ли кто? Найдя клушку, ты подкладываешь под неё яйца покрупнее и с ней уже разговариваешь посерьёзнее. А то! Ведь это будущая мать семейства. Строгая, но справедливая. Ты ставишь метки на календаре и с нетерпением ждёшь... И вот оно!!! Счастье! Вылупились! Один, другой, третий!... Ты аккуратно убираешь скорлупки, стараясь не тревожить оставшиеся яйца... И!.. цикл повторяется.

Рентабельность? Чёрта с два. Но простое детское счастье - на 100%. Это те эмоции, за которые стоит платить.

290

Алаверды к истории Michael Ashnin, опубликованной 15 января.

Несколько лет назад волею случая встречал Новый Год в маленьком старинном русском городе Костроме. В компании с местным то ли главным, то ли почти самым главным кардиохирургом. Сам он был из еще более древнего русского города Великого Новгорода. Но, с его слов, реформаторы-бухгалтера медицину в Новгородской области разорили окончательно. Лечить больных стало нечем и не на чем. А Костромские власти как раз медицину решили приподнять и переманили его к себе работать не столько "длинным рублем", сколь обещанием нормально оборудовать кардиоцентр. Обещание вроде выполнили.

Зарисовка первая. Доктор-кардиохирург в праздники подрабатывал бомбилой. Для заокеанских читателей поясню, что "бомбила" - это нелегальный таксист на личном автомобиле. С его слов, как бомбила он зарабатывал вполне сравнимо с доходами от своей основной врачебной деятельности. На эти доходы он мог содержать частный дом почти в центре города, беременную жену с ребенком, собаку и, как выяснилось существенно позже, любовницу. По меркам Костромы - не просто уважаемый, но и очень хорошо финансово обеспеченный мужик.

Зарисовка вторая. Разговорились о страховках и оплате лечения наличными.
Для тех, кто не сталкивался с российскими медицинскими реалиями, наверно полезно будет пояснить, что в России у всех граждан есть (условно бесплатная) обязательная медицинская страховка (ОМС). По этой страховке вам обязаны оказать все необходимые медицинские услуги в любом лечебном учреждении страны. Вот только порядок получения направления на требуемую медицинскую услугу таков (если у вас нет блата), что обычно проще умереть, чем нужную услугу получить. Поэтому некоторые особо зажиточные граждане предпочитают сами оплачивать часть медицинских услуг и почти все лекарства, получая их сразу, здесь и сейчас, пока еще болит, а не ждать, когда уже "отвалится" и своей очереди по ОМС. Есть еще редкий вид под названием добровольная медицинская страховка (ДМС), обслуживание по которой обычно почти также удобно и быстро, как при оплате за наличные. Но штука это дорогая, поэтому сами себе ее граждане покупают редко. Чаще работодатель включает ДМС в так называемый "соц-пакет".

Вернемся к рассказу уважаемого доктора. С его слов:
Лучше всего ОМС. Почему? Потому что в ОМС все четко расписано. Ни с кем ничего не надо обсуждать и согласовывать. Все, что покрывается ОМС, просто делается. Все что не покрывается - не делается. Например, если ОМС покрывает установку китайского стента, значит ставится китайский стент. Без разговоров и обсуждений вариантов.
На втором месте оплата наличными. Почему? Потому что больной, оплачивающий свое лечение, желает знать за что он собственно платит и почему это стоит так дорого. Такому больному приходится объяснять, чем корейский стент отличается от китайского (кроме очевидной разницы в цене), и зачем вообще ему этот стент при его диагнозе нужно устанавливать. Такой больной ожидает к себе особого отношения. Он обычно не понимает, почему медсестры ему хамят, а доктора игнорируют его. Ведь он считает, что оплачивая свое лечение из собственного кармана, он как бы платит зарплату этим докторам и сестрам. Наивный не понимает, что зарплата персонала не зависит от того, лечится ли он по ОМС или за наличные (исключение - конверт в карман лично доктору, а не в кассу учреждения по прейскуранту, но это скорее форма получения блата, чем оплата лечения).
Самый худший вариант - это больной с ДМС. (Я, как многолетний довольный пользователь ДМС (от работодателя, не подумайте плохого), был этим заявлением сильно удивлен.) Потому что по ДМС не просто обладает всеми недостатками варианта с оплатой наличными, но в добавок объясняться приходится не только и не столько с больным, сколько с человеком из страховой компании. А это всегда существенно сложнее и муторнее.

291

Вовка Голод

«Д., чего-то у тебя лицо подозрительно опухшее…» - трагическим голосом произнес Вовка Голод (это, кстати, его настоящая фамилия, а не прозвище), торжественно сверкая позументами охранника железнодорожного вокзала и щурясь одним глазом на лампочку дневного света. «Я просто лицом в подушку сегодня спал, хотя и не точно», - растерянно проведя по небритому лицу левой рукой, словно вспоминая его правильные очертания и формы, ответил я. «Если ты лицом книзу спишь, значит, ты грешен. Я это совершенно точно знаю, к бабке можешь не ходить, по этой самой причине завсегда на спине и сплю рожей кверху. Меня жена, бывает, ночью в бок как лягнет, стерва, мол повернись на бок, скотина, храпишь, как леший, а я один черт на своем стою, ну в смысле лежу, положение не меняю, хоть ты тресни!» Осмотревшись вокруг получше, Вова увидел, что сидит у меня в офисе на черном кожаном диване, и как человек культурный решил немного сбавить тон и перейти от разоблачений сразу к полезным советам.
«Слушай, Д., нечего в прорубь нырять и голодать, это тебе не поможет! - продолжал он заботливо и тут же обосновал свой тезис. - Ерунда это всё на постном масле. У меня вот, к примеру, насморк хронический был, так я его всего за месяц вылечил!» Не страдая таким недугом, я все же решил дослушать гостя, одновременно взяв в руки бумагу и карандаш, дабы ничего не пропустить, потому как в таких делах важна каждая мелочь. Сверкнув мертвым рандолевым зубом и смахнув ладошкой пот с узкого лба, Вова вдохновенно заливал: «Я потеть-то начал после пятидесяти только, это мне от мамаши по наследству передалось, кому красота, кому ум, кому совесть, а мне вон чё, - он словно оправдывался за обильное потоотделение и отсутствие вышеизложенных качеств. - А рецепт от насморка мне в санатории еще в девяносто втором году один мичман подсказал, хороший мужик такой, жилистый...»
Вова на минуту прервался, с тоской посмотрел в сторону воображаемого санатория, загадочно чмокнул, подумав, вероятно, о чем-то своем, и перешел непосредственно к рецептуре, или, я бы лучше сказал, к технологическому процессу. «Утром набираешь полное ведро воды, добавляешь в него кусочек льда по вкусу и выливаешь содержимое прямо на голову. Да, самое главное, чуть не забыл, нужно при этом пожелать всем людям добра, я даже жене своей Нюрке желаю и начальнику нашей охраны Никодиму Евлампиевичу тоже искренне желаю, хотя, чувствую, зря я это делаю, ой зря. И еще! Память девичья - дырявая. Лицом во время процедуры обязательно нужно повернуться на северо-восток. У тебя ведь компас дома есть?» Я зачем-то соврал, что есть.
Вовкины глаза горели каким-то тусклым огнем, лоб совсем перестал потеть, речь - разборчивая и плавная, он продолжал: «Только Христом Богом прошу, не вытирайся. Нужно обсохнуть естественным путем. Можно, конечно, по квартире походить. Только не вытирайся, понял?!» Я понял - не дурак. «Да, вот еще, душ для этих целей совершенно не подходит, связь с космосом теряется. Погоди, Д., а чего ты там пишешь, а? Я тебе рассказывать вообще ничего больше не буду. Всё, молчу! Ты, зараза, мне так книжку свою подписал, - кстати говоря, как оказалось, не имеющую художественной ценности, продать совершенно невозможно, - что от меня теперь на вокзале все шарахаются!» - «А чего я тебе нацарапал на первой странице этого бесценного и одновременно никому не нужного артефакта?» - «Ну тык типа, что человек я хороший, только болею чем-то, а чем именно, я и сам толком не понял». - «Я тоже уже не помню, ну и Бог-то с ним, кто старое поменять тому гл...» - «Ладно, чего у тебя там есть, наливай!» - «Слушай, Вова, давай я лучше тебе полное собрание своих сочинений подарю и подпишу, я ведь по глазам твоим вижу, что хочешь...»

292

a> Не, я сколько можно езжу в кроссовках. Лучше чувствуются педали, газ дозировать удобно.
b> Я когда на права учился, зима была, а у меня ботинки зимние прям не маленькие были, на педали жал, если быстрее поехала, значит, в газ попал, медленнее - в тормоз

293

Про тарантулов в банке.

Действие происходило, когда в телевизоре была одна программа и "когда деревья были очень большими". В том самом телевизоре передачи из серии "В мире животных" и "Клуб путешественников" мы, пацаны, смотрели, бросив все важные дела и неважные уроки. Кроме того, фильмы из разряда "Дерсу Узала" и "Барабаны судьбы" изрядно рихтовали наши представление о фауне и флоре. Сейчас уж не упомню, какой фильм натолкнул нас на идею обогащения. "Змеелов" появился, по-моему, попозже. Но идея была проста и сочетала работу с отдыхом. Если раньше мы выуживали тарантулов из их луговых норок на жёваную колбаску из смолы на ниточке чисто ради удовольствия и спортивного азарта, то теперь было решено использовать улов для наживы. Змеиный яд стоил дороже золота! Нам же об этом в телевизоре рассказали. А ведь надой со змеи по сравнению с пауком - это как с дойной коровы против кошки! Паучий яд - он должно быть бриллиантовый вообще.

Короче, организовал всё Игорь, тот ещё отморозок. Он был на год старше. Решили ловить дойных тарантулов всей бандой, вшестером, ну, чтобы сдать сразу много. Для улова была взята болгарская широкогорлая трёхлитровка. Не из-за удобства, конечно, просто их не принимал стеклотарный. Местом паучьего сафари выбрали ближний пустырь. Не сразу. Два алчных ренегата предложили переключиться на каракуртов. Они смертельнее, а значит и яд дороже. Диспут стоил нам драгоценные полчаса. Отсутствие опыта охоты на каракуртов (а в действительности - просто страх) заставили вернуться к исходному плану.

День был уловистый, так что мы решили брать только самых крупных самок. Лучше с коконом. Телевизор же нам рассказал, что именно такие имеют много яда. Примерно к пяти часам в болгарской банке по углам (если таковые можно найти на её круглом дне) сидели в устрашающих позах с десяток симпатяг с размахом лап сантимеров в семь. И мы отправились воплощать вторую часть плана обогащения.

Ещё при планировании операции, вся наша гоп-компания чуть не передралась, обсуждая потенциального покупателя добычи. Мединститут и больницы отпали. Медпункт тоже. В институте мы никого не знали, а с больницей и медпунктом были связаны не лучшие воспоминания. Выбор пал на аптеку. Кому ж, как не им, сделать из сырого яда, дарящую жизнь и спасение сыворотку! Кроме того, прямо там можно было часть гонорара обратить в аскорбинки, плитки гематогена и даже в минералку.

Вот тут и сказалась потеря времени на споры по проблеме "тарантул-против-каракурта". Мы рассчитывали прибыть в аптеку в безлюдное время, около трёх. А теперь уже шёл шестой час. По опыту мы знали, что в аптеке в это время будет многолюдно.

Дабы избежать завистливых взглядов, упаковали имровизированный террариум в кирзовую хозяйственную сумку. С ней мы и заняли очередь в самое дальнее от двери "окошко".

И тут заводила Игорь подкачал. Он решительно заявлял раньше, что переговоры и торг - это его часть работы. Отчасти поэтому он почти не удил тарантульш, а доверил это нам. А тут вдруг, в многолюдной аптеке, он застеснялся, сник и предложил Серому взять переговоры на себя. Серый конечно классно играл в футбол, но заикался, стеснялся этого, краснел и заикался поверх заикания. Сумку он передал упирающемуся Витьке-очкарику. Витька хотел что-то сказать, но было поздно. Мы стояли у окошка.

Немногословный, увальневатый Витька лучше всех вываживал тарантулов, но общение со взрослыми и ему давалось не очень. И именно ему доставались все тумаки за набеги на соседние вишни и черешни. Ещё он был знаменит тем, что папаша Игоря, застав его на своём абрикосовом дереве, умудрился отвесить ему такого пня, что мячик-Витька перелетел через штакетник не касаясь земли и таким образом спас награбленное от экспроприации...

Но, я отвлекся. Итак, мы стояли у окошка, и наш немногословный Витёк раскрыл сумку и водрузил в окошко банку с уловом. Пойманные "девчата", как по команде, развернулись в сторону яркого света за окошком и приняли угрожающие стойки, поблескивая коричневыми хелицерами в полсантиметра длинной. Мы с гордостью уставились на молодую аптекаршу, подпихивая Витька локтями, чтобы тот наконец сделал коммерческое предложение. И сумму мы с самого начала обговорили, а как же! Первую партию мы готовы были уступить по рублю за голову...

И вот тут все пошло не так. Во-первых, Витька впал в ступор, словно опять получил пинка под зад в полёте. Во-вторых, аптекарша... Вот с ней получилось куда сложнее. Похоже, она просто не ожидала такого заманчивого предложения. Для начала она обесцветилась. Нет, мы знали, что женщины красятся, но что они умеют и сбрасывать окрас до серого мы не знали. А потом глаза. Её глаза стали смотреть куда-то вверх, причём не вместе, а порознь. Создавалось впечатление, что наши тарантульши на задних четырёх лапах тоже смотрят туда, вверх, куда и посеревшая партнёрша по сделке. И тут, не сводя глаз от чего-то там, на потолке, аптекарша стала заваливаться вправо и вниз...

Это был поворотный пункт. Как по команде, мы, все шестеро участничков коммерческой охоты на арахноидов, повернулись нале-во, выскочили из очереди и дёрнули к дверям. Из-за перегородки раздался звон чего-то бьющегося, большого и стеклянного, а потом нам вслед полетел визг, переходящий в ультразвук. И что-то мне подсказало, что отнюдь не чудом освободившиеся тарантулихи это завизжали.

Мы всегда бегали быстро: не первый раз приходилось организованно отступать. Но так быстро мы не бегали ещё никогда.

Ещё месяца два по району потом ходили слухи о какой-то диверсии в дальней аптеке. Кстати, правильно, что мы для коммерции выбрали дальнюю: не ходить туда несколько месяцев было вполне беспроблемно. А вот в ближнюю могли ведь и родители послать за порошками, приготовленными по рецепту.

Рассказал Ост: https://gb.anekdot.ru/profile/?id=334

294

Нет большей ошибки в жизни, чем давать дураку принимать решения для других людей.

Представьте. Московская магистраль. Автобусы снуют один за другим. И отсюда и оттуда.
Едете вы экспрессом и решили пересесть с одного маршрута на другой. Ну не повезло вам.
Живете не там, где дураки считают должны жить люди. И в чем проблема скажете, вышел на остановке, где останавливается ваш автобус и сел на другой маршрут, остановка которого тем более тоже здесь.
Ан нееет, это вы так считает, у вас стандартный мозг есть. Дураки же видят мир иначе, чем вы.
Представьте, что можно придумать, если мозга нет! Ни за что не догадаетесь.
Выходя на этой остановке сесть на проходящий тут же автобус НИЗЗЗЗЯ! Это остановка для высадки!
Только для высадки. А где сесть? А вон там, всего в километрике вон за теми двумя перекрестками со светофорами. Садиться на следующей остановке!! Ну и что, что вы с двумя чемоданами и ребенком. Чо там идти - всего-то километрик. Какие вы непонятливые - эта остановка только для высадки, а вон та следующая только для посадки. Мало ли что вы хотите еще и там выходить - кто вам сказал что вам там ближе. За вас у нас все решили - пойдете туда отсюда, всего два перекрестка. По глазам, читатель, вижу - не верите, что такое бывает. Зря вы не доверяете московским транспортным чиновникам. Они еще и не такое способны. Без мозгов-то мир видится иначе, в другом ракурсе, вам, нормальным, этого не понять.

Вот представьте. Перекресток двух московских проспектов. Как бы вы его организовали? Правильно - поставить светофор. А если вы очень очень умные - еще и стрелку прилепите. Но это вы. Вы нормальные, у вас есть мозг. Но у дураков, организующих движение в Москве, с этим рудиментным органом тяжело. Представьте, как держать вилку если нет рук. Поэтому находится уникальное решение. Надо поставить последовательно на проспектах несколько светофоров. Чтобы за одним сразу шел другой, а лучше если будет и третий. Когда один открыт - другой закрыт. А кишка между ними должна быть такой, чтобы при любом открытии соседнего она тут же переполнялась машинами. И оппа - эти машины тут же перекрывают проезд другому проспекту. Ну не гениально - из ничего мы сразу сделали пробку, всего-то пяток машин и две центральные трассы города стоят! Никто никуда не едет. Гениально. А шо, названия такие у проспектов - Ломоносовкий, Мичуринский, Университетский - а нехрен быть слишком вумными, мы вас научим правильному таймингу, вы у нас попрыгаете, ишь шляпы с очками надели. (Зря я это сказал, слово тайминг не из их лексикона..) На фоне такой гениальности соседние перекрестки, на которых одновременно всем направлениям горит красный или включение зеленого для восьмиполосной трассы устанавливается всего на несколько секунд - уже никого не удивляют. Дурак придумал - дурак сделал. А что вы собственно от него ждете?

Откровенно говоря, в последнее время у меня закрадывается мысля, шо любая ниша человеческой жизни, связанная с городским хозяйством и ЖКХ - это некий заповедник, где живут, размножаются, кушают, какают особи с особенным генетическим строением. Себя они называют по-разному - урбанисты, архитекторы, генпланисты, ГАПы и прочие погонялы. А суть одна - мстить мстить и мстить людям вокруг. Вот представьте маленький российский городок. Тысяч под 100 жителей. Для России это городок-городушечка, а для миллионных агломераций - это микрорайончик. Справа и слева, сверху и снизу городка-городушечки-микрорайончика проложены трассы, по которым мчатся машины, фуры, самосвалы по своим неотложным делам. Как отомстить людям этого городка? Очень просто - туда нет дорог, а только тропинка-тропиночка. Ни одного отвода-отводика в городушечку с этих трасс. Иногда, конечно, если повезет, узенькая дорожка. А что? А зачем вам? А для чего вам? А нехрен выпендриваться. Мы за вас тут между собой решили, шо дороги вам ни к чему. Как ехать? А никак, вон там за болотцем - электричка. А за тем лесом - метро. Ничо, пробежитесь километра 2. Бешеной собаке это не крюк. Да, вы для нас бешеные собаки, которым все чего-то надо. И шо вы нам сделаете?? Москва, Питер, Балашиха, Красногорск, Одинцово- несть числа этим городушечкам, где урбаны мстят людям.

ЗЫ Думал я предложить нашей думе закон, по которому при приеме на работу обязательно ставился бы медицинский штамп - "мозг есть". Или "мозга нет". И тогда - у кого он есть, те имели бы право принимать решения для других людей и отвечать за них, а у кого нет - с удовольствием бы работали ни за что при этом не отвечая. Да вот услышал, что у нас по-закону осудили людей, которые от безвыходности сами себе за свой счет построили дорогу. И закралось у меня сомнение - если такие законы, значит писать туда бесполезно. Или уже поздно.

295

Чем больше проходит времени после окончания школы, тем понятнее становятся тебе твои учителя. Хорошие и плохие. Хороших все-таки было гораздо больше, да и плохие не такими уж плохими и были. Терпели же они наши издевательства, как могли, но терпели же. (я бы себя тогдашнего чем-нибудь бы убил, честное слово). Зачем было над ними издеваться, я не понимаю. Не понимаю сейчас, когда старше большинства своих тогдашних учителей. Причем некоторых из них старше окончательно, потому что они уже стариться перестали, а у меня, я надеюсь, все впереди. Все персонажи случайны, все совпадения вымышлены. Или, как угодно, наоборот.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую. Впереди была большая перемена.

Приблизительно за час до этого, в ближнем к мужскому туалету углу рекреационного зала, к Кольке Зинину подвалили Илюша Мечников и Пашка Яблочков.

- Контрольная по химии сейчас… - многозначительно напомнил Пашка, - твоя очередь…
- Может не надо? – в Колькином голосе звучало сомнение, - Ангелина совсем не вредная тетка вроде? И учительница хорошая.
- А Нина по биологии плохая? – задал Пашка совершенно риторический вопрос, - Отличная даже. Но Илюха-то уговор выполнил? Выполнил. Твоя очередь.
- Ладно, - обреченно согласился Зинин, - уговор есть уговор. Но мне это не нравится.
- А на биологии значит нравилось? – сурово спросил Мечников, - иди давай, и чтоб без фокусов.

- Здравствуйте! Садитесь, - Ангелина Федоровна, вошла в класс, положила на стол журнал и указку, и села сама, окинув учеников привычным взглядом, - сегодня у нас контрольная… Чего стоим, Зинин?! Ты без отдельного приглашения не садишься уже, или у тебя вопрос, не требующий отлагательств?

- Не требующий, Ангелина Федоровна, вопрос у меня, - согласился Колька с предположением учителя и сразу затараторил, - вот везде написано, что фугасность этиленгликольдинитрата выше фугасности нитроглицерина, а на самом деле наоборот… Вот если провести эксперимент, то можно доказать.

- Прямо сейчас доказать? – с деланой невозмутимостью спросила Ангелина Федоровна, - или сначала контрольную напишем?

- А чего откладывать-то? – ответил Зинин вопросом на вопрос, - можно и сейчас.

- Так, - Ангелина Федоровна вспомнила, чем закончились наполовину успешные опыты Зинина и Яблочкова по нитрации глицерина. Наполовину. На ту самую уцелевшую половину лаборантской комнаты школьного кабинета химии, ключи от которой она неосмотрительно доверила вполне успевающему по химии Зинину. Вспомнила, несколько раз демонстративно втянула носом воздух и заявила:

- Так, мне кажется, что кабинет недостаточно проветрен после предыдущего урока. Всем выйти из класса и не шуметь в коридоре. Зинин, останешься, поможешь открыть окна. Не шуметь, я сказала! На цыпочках чтоб мне в коридоре молча! Перерыв на десять минут.

Когда Все вышли, Ангелина подошла к обреченно пыхтящему Зинину с вопросом:
- Где?
- Чего «где»?
- Ты мне дурака не строй тут, - Ангелина Федоровна внимательно осмотрела стол, за которым сидел Зинин, - показывай портфель и иди открывай окна, - сам ведь знаешь, что такие эксперименты в школе проводить нельзя. Предлагаю все выдать добровольно.

- Выдать что? – Колька продолжал валять дурака, открывая окно.
- Этиленгликольдинитрат и нитроглицерин, - осмотр портфеля к вящей тревоге учителя результатов не дал, - или ты хочешь сказать, что просто так свой вопрос задал?
- Просто так, - облегченно согласился Колька, - из чисто теоретического интереса.
- Ладно, после уроков поговорим. Прикрой окно и зови всех. – учительница вернулась на свое место, по дороге осматривая ученические столы. На всякий случай. - Контрольная не отменяется. – Заявила рассевшимся ученикам. - Просто времени вам меньше достанется и все вопросы к Зинину, если у кого будут. Всем ясно? Начали.

- Этот шестой «Б» когда-нибудь доведет меня до цугундера, - вздохнула учитель химии, Ангелина Федоровна, сразу после того, как последний ученик шестого «Б» класса покинул кабинет. Она затолкала под язык таблетку валидола, отметив таким образом завершение наполовину сорванной контрольной работы, взяла классный журнал, любимую стеклопластиковую указку и отправилась в учительскую.

- Что случилось, Ангелина Федоровна? – участливо поинтересовалась, преподаватель биологии, Нина Сергеевна, - я слышала вам пришлось прервать урок…
- Слышали уже? – улыбнулась Ангелина, досасывая валидол, - вопрос они мне задали. Как и вам на прошлой неделе. Теоретический, правда.
- Господи, - всплеснула руками Нина Сергеевна, - и вам тоже? Шестой «Б». С ними надо что-то делать.

- Опять змею в школу притащили? - опасливо поинтересовалась учительница литературы, Клавдия Ивановна, - совсем вы их распустили. Строже с ними надо, гораздо строже. Запись в дневник, двойка по предмету и поведению и родители сразу пусть к директору идут поясняться.

- Может все-таки «объясняться», - поправила учитель химии учителя литературы. Историю про змею знала вся школа. Лучший ученик шестого класса «Б» по биологии, Илья Мечников перед самостоятельной работой по отряду безпозвоночных задал Нине Сергеевне вопрос: как отличить гадюку от ужа.
- Какую гадюку? - спросила вполне себе молодая, черноволосая и красивая Нина Сергеевна.
- Обыкновенную, - уточнил Мечников, - вот у вас под столом змея «сидит». Вроде уж, а пятнышек желтых на голове нету.
- Всем влезть на парты, - спокойно, но уже сидя на своем, учительском столе, скомандовала Нина Сергеевна, - сейчас мы посмотрим, кто там ползает. Издалека желтых пятнышек можно и не заметить.

Учитель заглянула под стол. На голове живой и даже шевелящейся змеи не было никаких желтых пятен. Змею со всеми предосторожностями поймали и посадили в аквариум. А в копне черных волос еще молодой, красивой учительницы биологии на следующий день можно было заметить первые седые волосы.

Кому пришло в голову покрасить голову ужу из школьного живого уголка черной тушью, после чего выпустить его в классе, осталось неизвестным. Вполне мог и сам сбежать и выпачкаться где-нибудь под шкафом, как раз перед самостоятельной работой по беспозвоночным.

- Нет, змею мне не приносили. Меня про фугасные свойства этиленгликольдинитрата спросили. Стоит, мол, проводить эксперименты, или можно верить источникам.
- И что в этом страшного? Я в вашей химии ничего не понимаю, я и без нее в жизни нормально обхожусь, - Клавдия Ивановна достала из сумки домашние пирожки, чтоб перекусить.
- Да вы в жизни и без литературы нормально обходитесь, Клавдия Ивановна, я вас с книжкой в руках ни разу не видел, кроме как на уроке - в разговор влез самый молодой из учителей физкультуры, Сашка, - а из этиленгликольдинитрата динамит делают, я правильно помню, Ангелина Федоровна, да?

- Правильно, Саша, - благожелательно согласилась Ангелина Федоровна и по привычке добавила, - садись, пять.
Саша до поступления в институт физкультуры был учеником этой же самой школы и на «садись, пять» ничуть не обиделся. Зато на него обиделась Клавдия Ивановна.

- Наглец! - Заявила она, - я, между прочим, тебя тоже со шведской стенкой в учительской не видела. А вам, Ангелина Федоровна, не надо позволять ученикам вопросы задавать. Это они должны отвечать на наши вопросы, а не на оборот. Вот мне никаких вопросов никто не задает, только я на уроках спрашиваю.

- Ага, спрашиваете, - не успокаивался Сашка, - вот вы нас в девятом классе спрашивали, чем Владимир Ильич Ленин отличается от командира партизанского отряда из Разгрома Фадеева. Никому не знал, а вы сказали, что Владимир Ильич гораздо "здоровее" Иосифа Абрамыча. Оно, конечно, верно...

- Уймитесь, Саша, - в разговор вступил преподаватель физики Петр Васильевич, - так нельзя с женщинами разговаривать. А с шестым «Б» надо точно что-то делать. Они похоже сговорились чертенята. Вас, Нина Сергеевна, Мечников про змею спрашивал? Лучший в классе по биологии. А вас, Ангелина Федоровна, Зинин? Что у него с вашим предметом?
- Пожалуй, он не в классе, он в школе лучший по химии, хотя и в шестом классе пока - задумчиво сказала, Ангелина Федоровна, - думаете, сговорились?

- Других вариантов быть не может, - отрезал физик, - таких совпадений по теории вероятности не бывает. Это нам Анна Федоровна как учитель математики подтвердит.

- Не подтвержу, - Анна Федоровна отвлеклась от рассматривания памятника Ленину за окном, - теория вероятности говорит нам, что случится может всякое, но с разной долей вероятности. Однако, вы скорее всего правы. У кого следующая контрольная в шестом «Б». У вас, Петр Васильевич? Вот и проверите ваше предположение. Будьте готовы к вопросам. Кто там у них физику лучше всех знает?

- Яблочков! – учитель физики задумался на секунду, - или Попов. Трудно сказать. Они оба неплохо знают предмет. Но ничего – кто предупрежден, тот вооружен. Контрольную мы им сорвать не позволим.

Через три дня в кабинете физики сидевший на второй парте Яблочков поднял руку.
- Я вас слушаю, Павел, - сказал Петр Васильевич, понимающе улыбаясь, - задавайте свой вопрос.
- Можно выйти?
- Выйти? – Удивленно переспросил физик, - ну выйди, только быстро, а то не успеешь решить задачи. Скидок не будет.

Яблочков вышел, учитель облегченно вздохнул и заметил еще одну поднятую руку.
- Что случилось, Александр? Тоже выйти? Вы с Павлом перепили столовского компота перед контрольной?
- Нет, Петр Васильевич, - поднялся Саша Попов со своей третье парты, - у меня есть пара вопросов по расчету критической массы урана 238. Вот смотрите…
Он подал учителю листок, где корявым, ученическим почерком было выведено несколько строк.

- Нет, уран им точно не достать, а критическую массу четные изотопы вообще не образовывают, - подумал предупрежденный и вооруженный учитель физики, пытаясь разобрать каракули и найти ошибку - а значит вопрос чисто теоретический. И интересный. Ну и пусть, что мы по программе до этого не дошли. Будущее за ядерной физикой, а им интересно. Это хорошо. Надо объяснить.

- Ну что же, - все еще вчитываясь в листок, учитель подошел к доске, взялся было за мел, почесал испачканной рукой нос, опять взялся за мел и вывел на доске какую-то букву, - контрольную можно немного и отложить… Необходимым условием для осуществления цепной реакции является наличие достаточно большого количества делящегося вещества, например, урана 235…
Контрольную они писали на следующем уроке физики.

296

Традиционно история опять будет длинная, кого это напрягает - просто пролистайте.
Время действия, былинные уже времена, когда СССР еще есть, но Горбачев (еще товарищ), успешно подводит его 70-летнию историю под последнею черту.
Не открою большой секрет, если скажу, что армия держится на солдатах и сержантах. Кто тебя молодого учит, и портянки мотать, и подшиваться, и автомат чистить, и строевой и пр., - только старослужащие и сержанты, офицеров там и близко нет, так, общенаправляющее и мозгоеб…ное действие оказывающие, не более того. По моим оценкам, 90-95% службы проходит вообще без присутствия офицеров. Как ни странно это звучит, но твой взвод — это твоя семья на 2 года, самые близкие тебе люди (какие они бы не были) и вся твоя жизнь, все твои поступки и действия происходят на глазах сослуживцев, и от этих глаз никуда не скроешься и не спрячешься, поэтому очень и очень трудно приходится в армии именно асоциальным интровертам и людям со слабым характером. Главный армейский принцип: Не умеешь – научим, не хочешь – заставим, не можешь – надро.., хм, натренируем то бишь. И будь ты хоть крутым боксером или неимоверно каратным, тебя все равно непременно обломают, и пол ты мыть по молодости будешь, и кровати дедам заправлять, и т.д., ну или покалечат. Не может человек воевать один против всех круглые сутки и длительное время. Понятно, сперва объяснят, обоснуют «табели о рангах»: 1-е полгода ты делаешь абсолютно все для взвода и для себя, и частично за дедов, 2-е полгода заставляешь молодых уже «летать» по уборке и пр. порядку, но себя обслуживаешь полностью самостоятельно, 3-и полгода (деды) обще надзирающие действия за порядком, «строить» всех младше себя, «просить» об мелких услугах, типа кровать заправить, сапоги почистить, постирать форму и т.д. И наконец последние полгода (дембеля) заслуженно отдыхают, редко вмешиваются в происходящее, но могут, конечно, одёрнуть зарвавшегося деда, заставить молодого песенку дембельскую спеть, койку покачать, заказать после отбоя чай и жареную картошку и пр., наверное, это и называется дедовщиной, хотя в других частях, возможно, имелось в виду что-то другое. Были, конечно, отдельные уроды, как без них, но особых «зверств» при мне уже не происходило. Нескольких таких «проводили достойно» на дембель уже оперившиеся бывшие молодые, а теперь новоиспеченные деды, да так, что мало тем явно не показалось, создали, так сказать, прецедент. Уходить из части с синей мордой, отбитыми почками и в грязной и порванной парадке желающих особо больше не было.
Наш специальный, отдельный полк обоснованно гордился, что за всю историю не было ни одного дезертирства, самоубийства и других подобных случаев. Я не знаю почему назывался полк, по составу примерно армейский батальон, общая численность вместе с офицерами не превышала 600 человек, всего пять рот (по 100 чел.), из них четыре строевые роты и одна авторота, в которую входило два взвода, собственно водителей и один хозвзвод.
Вся жизнь полка вращалась вокруг еженедельного (обычно суббота) полевого выезда с марш-броском и стрельбами. Подъем на полчаса раньше (5-30), без зарядки и без уборки, быстрый завтрак и по машинам. От стрельбища при учебном пункте (70 км от г. Алма-ата) вывозили в пустыню на 30-50 км (летом обычно 50, в весенне-осеннюю распутицу 30) и отсечка времени возврата на стрельбище по последнему бойцу из взвода. Таким образом, взвод, приходивший последним, на всю следующую неделю уходил в наряд по полку. Десять человек в караул, десять в наряд по столовой, десять отдыхали (из них четверо в наряд по роте) и так менялись по кругу семь дней с понедельника по воскресенье включительно. Мало того, командир проигравшего взвода, офицер, за неделю ходил три раза начальником караула и один раз (воскресенье, свой законный выходной) дежурным по столовой. Что такое караул для солдата? Будь ты хоть дед или дембель, но будешь все равно сутки жить в режиме два часа на посту через четыре. Напрягало это здорово, естественно все взвода старались не попасть в наряд через не могу. Командиры взводов пытались правдами и неправдами избавиться от откровенных «салабонов», спихнув их в повара, в санчасть, хозвзвод или подхоз (подсобное хозяйство). Да, было у нас свое подсобное хозяйство в предгорьях, где держали свиней, курей и не хилую отару овец, жил там постоянно примерно взвод во главе с прапорщиком и работали бойцы там, как в колхозе, оттого и мясо у нас было на столах постоянно. Кого не получалось спихнуть (считалось «западло», люди 2-го сорта) усиленно дрючили по физике, помимо утреннего пятикилометрового кросса, специально для таких устраивали еще один, каждый день после ужина, тоже пятикилометровый, да и в казарме деды таких в свободные минуты гоняли постоянно, заставляя приседать, качать пресс и отжиматься до изнеможения. А тех, кто курил и отставал, заставляли бросить. Марш-бросок в полной выкладке - это вам ни фига не шуточки. Даже я, имея разряд по биатлону и спортивному ориентированию, первые разы, мягко сказать, реально перенапрягался, не отставал, но было неимоверно тяжело, в конце сил уже не оставалось, двигался чисто на морально-волевых. Автомат АКС-74, штык-нож, каска, бронежилет, противогаз, саперная лопатка (малая пехотная) с чехлом для ношения на ремне, подсумок гранатный с муляжом Ф-1, подсумок магазинный с 2-мя магазинами, армейская фляга с чуть подсоленным чаем без сахара, вещмешок, в котором: паек на один прием пищи, армейский котелок, запасные портянки, подшива, плащ-палатка, а молодые еще обязательно таскали сапожную щетку, крем для обуви, детскую присыпку и иголку с белой и черной нитками, туда же зимой убиралась шапка (под каску надевалась черная вязанная). Не взвешивали, но примерно тянуло всё это хозяйство килограмм 20-25, если не больше. Если кто из взвода начинал «дохнуть», и когда мотивация словесная и физическая уже переставала действовать, тех сперва «разгружали», распределяя снаряжение по другим бойцам, если не помогало, то вдвоем тащили под руки, а пару раз видел, как несли вчетвером на плащ-палатке бойца полностью, окончательно «сдохшего». Такое вот, ни капли не мушкетерское, но очень жизненное: «Один за всех, все за одного» в действии. Ноги по молодости натирали страшно, портянки «с мясом» снимали (для этого присыпка), но потом такую мозолистую кожу на ногах набили, что и ножом при желании не проткнешь. Обычно первые 3-5 км бегом, а потом входили в режим: с километр рысцой, метров 150-200 шагом и опять рысцой. Несколько коротких минутных остановок, попить, перемотать портянки и снова вперед. Научили, что если повторять про себя какие-нибудь короткие рифмованные строки, то можно вогнать себя в состояние подобное трансу и тогда будет значительно легче. Я, например, повторял:
«Раз-два, горе не беда,
Три-четыре, шаг пошире» - и так без конца, главное не думать, как тебе тяжело, как болят ноги, что еще вон сколько до финиша и пр. Первые прибежавшие взвода, коротко отдохнув, повзводно и очередно шли на стрельбище, потом уже не спеша ели полевой паек (обычно банка каши с мясом), с горячим чаем из полевой кухни. К чаю давали 1-2 конфеты, типа карамельки или батончика или банку сгущенки на пятерых. Могли не торопясь почистить оружие после стрельбы и полежать, пока другие еще стреляют. Везли обратно, естественно, всех вместе, в колонне, но последние хавали в сухомятку уже в кузове, и была еще баня, в которую вели тоже в порядке прихода к финишу. Еще вот такая дополнительная мотивация. Последним доставалась почти холодная баня, холодный ужин, чистка оружия и более поздний отбой, иногда в 2 часа ночи. Следующий день выходной, но «салабоны» будут бегать свою каждодневную десятку по-любому, ибо нефиг подводить товарищей. Такая система позволяла буквально за несколько месяцев после призыва подравнять по физической подготовке состав взводов и тогда «забеги» становились уже по-настоящему «увлекательными». К тому же, офицеры полка, «покупатели» в военкоматах старались по возможности брать призывников с хоть каким-нибудь спортивным разрядом.
А где же были во время марш-броска офицеры? - спросите вы. А у офицеров было свое шоу. Высадив личный состав, офицеры сопровождения в «доставках», пересаживались за руль Газ-66 и ЗИЛ-131 (водилы непременно участвуют в марш-броске в составе своего взвода автороты), и устраивали настоящие гонки по разбитым грунтовкам или бездорожью в стиле Париж-Дакар с финишем возле стрельбища. А там уже, из прихваченного с подхоза курдючного барашка, три повара из очень Средней Азии, готовят в большом казане плов, или бешбармак, или прочие чанахи, примерно на 30 человек товарищей офицеров (включая штаб), каждый из которых прихватил с собой строго поллитру. Ибо настоящий советский офицер под такую закуску, и побухает нормально, и с пузыря не напьется в зюзю, и сможет дальше стойко и беззаветно отдавать долг Родине, находясь на боевом посту. И еще знаю, что «бились они об заклад» с немаленькими ставками на кто кого обгонит, дурачились и стреляли в вольную на стрельбище из всех видов оружия.
Авторота в наряды по полку не ходила, но проиграть было большим «западло». Морально пехота бы клевала, да и командир автороты ввел еще правило, что если какой из взводов приходит последним, то всю следующую неделю в вечернем кроссе будет участвовать весь взвод без исключения, во главе со взводным лейтенантом, иногда прихватывая и замполита роты. А если не дай бог придут последними оба взвода из автороты, то вся рота целиком, с хозвзводом, со всеми ротными офицерами и прапорщиками, включая состав нарядов по роте и парку (оставив только по одному дневальному). На моей памяти этого не было ни разу, потому что, во-первых, в автороту попасть ох как непросто, просто прав категории ВС было явно недостаточно, во-вторых, переходили туда только из строевых рот, не ранее чем через два месяца (доп. обучение в полку с экзаменом по мат.части и вождению), а в-третьих, отбирал водителей комроты лично с каждым беседуя, и очень обращая внимание на спортивную форму бойца на марш-бросках. Уж больно проигрывать не любил.
Не знаю кто придумал и внедрил эту систему (и до меня была и после осталась), но сейчас понимаю, что заслуживает она наивысшей похвалы.
И занятия, бесконечные занятия по строевой, рукопашному бою и спец. подготовке. Специализация полка была «Ликвидация массовых беспорядков», такой прообраз современного ОМОНа из солдат срочной службы. С алюминиевыми щитами чуть ниже колена и прорезью для глаз, с резиновыми палками (ПР-73), с щитками в сапогах - многократная отработка действий в составе рот, взводов и отделений. Сейчас уже понимаю, что благодаря всему этому полк имел очень близкую к максимальной боеготовность. И с вооружением все нормально было, у нас только одной «Черемухи» (слезоточивый газ) было шесть видов (от баллончиков и взрывпакетов до гранат к специальным помповым ружьям, которыми были вооружены прапорщики, и снарядам к специальной пушке на БТР, которых было 2 шт.), на полк еще две пожарных машины, затянутые по кругу и сверху стальными сетками на каркасах, с водяными пушками на кабинах, управляемыми изнутри. Водомет, который струей воды на 40-50 метрах играючи сбивает человека с ног, а на 300 может вымочить толпу не хуже грозового ливня. Ага, попробуйте там поджечь бутылку с зажигательной смесью. Про «резиновые» пули баек слышал много, но честно скажу, именно резиновых не видел ни разу, выдавали нам на такой случай (солдатам и сержантам) патроны для АКС-74 (калибр 5,45) с пулей из молочно-белого материала типа пластика. Когда стреляли такими патронами на 50 метров по ростовой фигуре, то пуля фанеру не пробивала, даже вмятины не было, но в бумажной мишени появлялись отверстия диаметром примерно 5-7 см, с краями в мелкий зубчик. Офицеры же, при реальных событиях, имели всегда оружие с боевыми патронами. Во время моей службы полк был нарасхват: Степанакерт, Агдам, Сумгаит (правда, по непонятной причине, ввели нас только на 3-й день беспорядков), Ереван, Баку, Спитак, Ленинакан, Тбилиси, Ош, Душанбе, Фрунзе (теперь Бишкек), Маргилан, Коканд (Ферганская обл.) и везде показали себя в высшей степени достойно. В последнем, например, силами всего 3-х рот (две в охранении оставались), под градом камней, разогнали многотысячную толпу отнюдь не мирных узбеков, вооруженных палками, бутылками с бензином, арматурой, некоторые в мотоциклетных шлемах и с самодельными щитами. И без всяких водометов. Отработанно построились: две роты плотно плечом к плечу, третья за ними чуть сзади, щиты у которой только у половины (задача защищать от перелетающих камней «группу поддержки» - вторую половину третьей роты). Прапора (тоже в группе поддержки, как и офицеры) постреляли по навесной траектории в толпу гранатами с «черемухой» из своих помповушек. По команде, не торопясь, в ногу пошли. На каждый шаг (удар) левой ногой – одновременный удар резиновой палкой по щиту: Бум!,.. Бум!... Бум! Темп неторопливый, но это уже психология, двигается что-то грозное, непоколебимое, неотвратимое. Попробуйте сами постучать в таком темпе, хотя бы рукой по столу, а лучше по ведру. Ну как? Звучит? Звучит!!! То-то и оно. Толпа как-то притихла, но выскочило по центру с десяток-полтора джигитов: Хочешь арматурой ударить или бутылку с бензином кинуть? Сбоку справа и слева раздвинулись щиты – короткие очереди от группы поддержки по нижним конечностям. Знающие люди говорили, что с такого расстояния попадание пластиковой пулей сродни хорошему удару молотка. Упрыгиваешь-уползаешь сердешный? Давай-давай, деморализуй оставшихся, а не можешь уже – добавим резиновой палкой-ногой-перешагнем, а товарищи сзади догасят-приберут. Дважды бабахнуло из толпы охотничье ружье, защелкала дробь по щитам и каскам и почти сразу выстрел сзади из СВД, с крыши автобуса, где разместился временный штаб полка. Толпа шарахнулась в стороны, а на асфальте остался человек с ружьем. Что не так? На войне, как на войне. Если ты стреляешь, то будь готов, что и в тебя будут стрелять-убивать. На каждую роту один снайпер (кроме автороты). Потеснили толпу, а второй взвод 1-й роты в тяжелых бронежилетах (примерно 30 кг), во главе с начальником штаба и еще несколькими офицерами уже пошел на штурм ГОВД, ранее захваченный погромщиками и теперь вооруженных пистолетами, нескольких пристрелили, остальные тогда сдались почти сразу (как штурмовали - отдельная история, может когда расскажу). ВВ-шники уже перекрывали город блокпостами и патрулями, ввели комендантский час. В итоге полком было задержано около 100 особо смелых и никаких потерь, если не считать с десяток гематом на весь полк. На этом всё, то есть совсем и окончательно. И понимаете теперь с каким чувством я смотрел на действия Беркута при известных событиях в Киеве в 2014 году. Глядя на репортажи от BBC и CNN о беспомощных действиях этого спецподразделения, меня аж тошнило, если честно, абсолютный непрофессионализм какой-то. Конечно, основные вопросы к отцам-командирам: Что же вы бойцов выстроили в с щитами в один ряд, где сзади группа поддержки? Кто будет подменять-оттаскивать (гасить и убирать вглубь задержанных)-применять спецсредства и пр.? И чего они у вас просто стоят, ничего не делая, пытаясь просто не пустить дальше беснующуюся толпу? Да и где нормальные спец. средства? Водяные пушки, слезоточивый газ, не летальные пули? А когда увидел, как Беркутовцы отступая, оставляют своего отставшего бойца, которого сразу валят и забивают палками, а никто на выручку даже не дернулся - просто рвать и метать хотелось. Что же вы, парни? У нас бы в таком случае через секунд десять, там был бы весь взвод, а то и вся рота, и через максимум минуту эти хлопцы уже бы лежали и плакали, покачивая ягодицами свои палки. Понятно, утрирую, но то, что своих не бросаем – это было железное правило, вдолбленное на многих тренировках и занятиях. Не открою большой секрет и многие со мной согласятся, что все эти революции начинают в основном маргинальные элементы, молодые хлопцы, не нашедшие себя в жизни, в основной массе холостые и безработные, а тут такая возможность побузить на халяву, посамоутверждаться, иногда помародерничать под шумок, да еще и «печеньками» накормят. Так начинались все цветные революции последнего времени, какую ни возьми, что в Египте, что в Киргизии и т.д. Потом, конечно, подведут национально-освободительную и идеологическую базу, но в начале, если не затягивать, этот малоорганизованный сброд разгоняется спецами на раз-два. Без излишней скромности скажу, что уверен: наш полк образца 1989-90 года разогнал бы Майдан в течение одних суток. Обученная, организованная, дисциплинированная сила легко рассеет неорганизованную в соотношении даже 1:50. Ну понятно, речь про тот Майдан, который был в самом начале, а не потом, когда знающие люди (или под руководством кураторов) навели там армейский порядок, организовали снабжение, поделили на десятки и сотни, подтянули дисциплину, и когда счет пошел уже на многие тысячи. Но это тоже вопрос больше количественный. Было видео в интернете, примерно тогда же, про действия таких подразделений в Германии (Кельн насколько помню) при ликвидации массовых беспорядков, организованных ультраправыми: любо-дорого было посмотреть. Организовано, быстро, целенаправленно, жестко, иногда безжалостно, не стесняясь применять спецсредства. Ты против? – Н-на резиновой дубинкой по башке и по другим европейским ценностям, и ни один правозащитник не вякнул, потому что там все понимают: если ты кинул камень в витрину, поджег или перевернул автомобиль, напал на представителя власти с палкой и пр. – ты поставил себя сразу вне закона и с тобой будут разбираться максимально жестко. Да и бойцов таких подразделений в Европе никто и никогда не подумает в чем-то обвинять – служба у них такая, тоже работа, которую, как и любую другую, надо выполнять добросовестно. В США, насколько знаю, в таких случаях, боевые патроны инструкцией допускается использовать: если ты просто осознаешь (!), что твоей или жизни твоих коллег угрожает опасность от толпы или отдельных граждан. Там из-за этого и летальных жертв от действий спецподразделений и полиции при массовых беспорядках обычно на порядок больше, чем в Европе, но никто не стонет про кровавый режим.
Скорее всего, рулили тогда Беркутом политики или чиновники, не до конца понимающие цели, задачи и тактику действий таких подразделений, да еще и оглядываясь на Европу и США, как бы пальчиком не погрозили. Глупость, также, как в Тбилиси в 1989 году, когда разгон 10-ти тысячного митинга организовывали партийные органы (напрямую ЦК КПСС Грузии). Зачем-то привлекли военных. Вообще, не их задачи, а наш полк, аналогичные подразделения и части ВВ находились уже на подлете к Тбилиси. Были там мотострелки, примерно 700 человек и десантники в составе одной роты. Войска с 3-х(?!) сторон начали выдавливать людей с площади в одну улицу. Логика таких действий мне абсолютно непонятна. Парни срочники без каких-либо спецсредств, ни чем не вооруженные, только каска, бронежилет и малая пехотная лопатка на поясе. Много шума в СМИ потом было про «рубку лопатками» и другие зверства десантников, но этих ребят и учили совсем другому, быстро «налететь» и подавить (уничтожить) противника, и никак иначе. Соответственно, когда в них полетели камни и другие опасные предметы, десантура рванула в размашистую атаку. Результат прискорбный - 19 погибших митингующих, но только один в результате черепно-мозговой травмы, 18 погибли в создавшейся давке, из них 16 женщины. За это, насколько знаю, судить пытались стрелочника, командира роты десантников, хотя фактически виноваты были, понятно другие.
Вывод сделать, вообще-то, хотел про другое, не приплетая сюда ни каким боком политику. Через какое-то время после службы прочитал интересную книгу про стили управления, в частности про «тянущую» и «толкающую» системы. Сразу вспомнилась служба и реализованная там «тянущая» система подготовки, которая оказалась весьма эффективной. В дальнейшем, где бы потом не работал, я везде старался разработать и внедрить именно «тянущую» организацию работы. Многим руководителям очень нравится полностью контролировать работу своих сотрудников, «пинать», орать, вызывать «на ковер», отслеживать чуть ли не каждый бизнес-процесс, требовать чуть ли не поминутных отчетов о проделанной работе и прочим тотальным контролем, самоутверждаясь таким образом, чувствуя себя крутым, незаменимым и очень «эффективным» менеджером. На самом деле такая система весьма порочна и малоэффективна, съедает у руководителя очень много времени, он просто погрязает в рутине, убивает инициативу сотрудников и т.д. Не в пример лучше, если работа и система мотивации организована таким образом, что любой сотрудник попавший в систему, будет вынужден «тянуться», дабы соответствовать - или уходить, потому что не может, тупой или ленивый по жизни. Например, для рядовых сотрудников: выполнение планов, рацпредложения, повышение квалификации (класса, разряда или категории), профессиональная учеба, сдача аттестаций, соблюдение дисциплины и прочие KPI – получается? Значит ты ценный и ценимый специалист с моральным и материальным вознаграждением выше рынка (иногда значительно). Не получается или не хочешь - сиди тогда на «3-х копеечном» окладе или уходи. Безусловно, это очень упрощенная схема, в жизни все посложнее будет. Но когда внедрил и отладил - работает на отлично! И у руководства появляется время и возможность, практически освободившись от текучки, заняться стратегией, отработкой тактики, совершенствованием схем, выявлению проблемных зон, свободному общению с сотрудниками и даже собственным самосовершенствованием, как специалиста. К сожалению, у нас принято работать в основном по «толкающей» схеме, или по-другому: «пиночной», «палочной», «горловой», особенно в гос. учреждениях и даже на высшем уровне, как это не прискорбно, тоже. Не отсюда ли у наших проблем ноги растут?

297

Один из случаев (а их было много), когда служил в несокрушимой и легендарной. Но эпизод не из армейской жизни. Проходил службу в небольшом городе недалеко от Ташкента. В Ташкент же наведывались в гости к родителям жены. Часто не получалось, т.к. служба требовала внимания к себе и по выходным. Но уж когда выбирались, то отдыхали по полной. Так было и в тот раз. Стол ломится от еды и напитков. Тёща показывает на одну из бутылок и предупреждает, что это разведённый спирт. По тем временам спирт, даже разведённый, воспринимался лучше водки, т.к. знаешь, что он из себя представляет и разводишь сам. Иногда и не разводишь, а пьёшь в чистом виде. Армия научила. Так вот, наливаю я, значит, гранёную стопку, выдыхаю (вдох только при возлиянии неразведённого) и выпиваю. Естественно, при вдохе происходят осложнения и, наконец, обретя дар речи я соизволил спросить: "Мама, а чем разбавляли?". "Как чем, водкой конечно...", ответила тёща.

298

Есть у меня друг детства, Петя. К сожалению так получилось что мы живём в разных странах (он живёт в одной из бывших братских республик СССР) и посему редко видимся. И вот во время последней встречи он рассказал мне такую штуку.

"Паспорт"

Петя мужик состоятельный, может позволить своей семье достойный отдых. И вот его супружнице, Танюхе, блажь в голову ударила. "А чего это мы каждый год одинаково отдыхаем? Надоели все эти резорты, олл-инклюзивы, гостинцы, перелёты и подобная дребедень. Давай-ка милый супруг организуем вот что. Возьмём в аренду автодом (кемпер) и поедем с детьми по Европе (пацанам по 11 и 8 лет, девочке 3.5 годика). И мама моя с нами поедет, с детьми поможет. Таким образом хоть Европу посмотрим не из окна самолёта. И велосипеды с собой возьмём, совместим отдых со спортом." Особо Петька кочевряжиться не стал, лишь сказал "Ну ты, мать даёшь. Ладно, хочешь сделаем. Только чур, водительские обязанности делить будем. Заметано?" "Хорошо." "Вот и ладушки. Куда хочешь поехать?" "Тут народ насчёт Черногории хорошие вещи говорит." "Ну давай туда."

Взяли отпуск, арендовали кемпер, и тронулись в путь. До Черногории путь не близкий, но оно и хорошо. По пути можно останавливаться в разных странах, дети кое чего повидают. Коли где чего понравилось, так там и задержаться на пару деньков можно. Доехали до места, отдохнули славно. И накупались, и на великах наездились, и по музеям побродили, и на природе побывали, хороший отдых. Но вот срок назад возращаться, и так подзадержались, времени впритык вернуться. Решили так, сделаем мощный бросок. Будем вести автодом всю ночь и каждые несколько часов меняться.

Петя за руль сел, газ вдавил, ну а дети, жена, и тёща спать легли. Дороги пустые, ехать можно достаточно быстро, даже на границе особо задержки нет. "Пожалуйста паспорта, мой, супруги, тёщин, детские". Погранец мельком взгляд кинет, через считыватель проведёт, штампы шлёпнет и снова в путь. Только пересекли границу Словении Петя автодом остановил. Жена проснулась "чего меняемся?" "Нет, спи. Я просто лицо сполоснуть, потягушки сделать, вот заедем в Австрию, ты за руль сядешь". Тут и мелкая проснулась "Папа, а когда мы будем? А где мы сейчас. А посиди со мной. А расскажи сказку?" Еле еле спать обратно загнал.

Вот и граница Словении и Австрии. Паспорта Словенскому погранцу дал, тот полусонный на автомате их отштамповал и Петя отъехал. На обочнину съехал, надо бы жену будить, за рулём меняться. Вдруг взгляд на паспорта упал, что за хрень - паспортов всего 5. Не может быть, вот старшего сына, младшего, дочурки, жены, тёщин, блин, а где же собственный? На полу нету, на сиденье нету, судоржно карман пощупал -нету. А чёрт, наверное погранец паспорт не вернул. Из машины вышел к пропускному пункту подошёл и на ломаном английском, "эй друг хороший, вы мне паспорт забыли вернуть." Пограничник "я вам всё отдал." "Да нет, у меня всего 5 паспортов на руках." Тот смотрит "нет у меня ничего. Ни на столике, ни под столиком. А давайте-ка я проверю, если я ваш паспорт просканировал. Ой нет, 1, 2, 3, 4, 5 - шестого нет. Как же я так пропустил. Вы дальше ехать не можете, нужен ваш паспорт."

Тут и Петька на нервах, е-моё, был же паспорт. "Сейчас иду искать." Бегом обратно в машину, жена уже встала. "Танька, моего паспорта не видала?" "Нет конечно, я спала. Ты же отвественный за все документы." Обыскал ещё раз, бардачок - пусто, на сиденье - нету, под сиденьем - нету, все отделенья в дверях - тоже ничего. Карманы ещё раз вывернул - тоже ни черта. Хорошо, дышим спокойно, думаем. "А... надо пограничника спросить, а точно ли мой паспорт на въезде в Словению сосканировали." Бежит обратно, вопрос задать. Тот в системе посмотрел "Да, границу вы пересекли легально, ваш паспорт был отмечен."

Ну это уже легче, значит документ где то есть. Может погранец что на въезде не вернул? "Дорогой товарищ, а не можете на тот пограничный пункт позвонить?" "Вообще то там уже смена другая, но я попробую." "Алё, будьте добры, тут один турист паспорт посеял, не у вас ли." "Нет, у нас всё чётко, никаких паспортов нету." У Петьки и Таньки нервы на пределе. Ещё раз всё пересмотрели, потом ещё раз. Как корова языком слизнула.

"Чего делать то?" "Давай в наше консульство звонить, наверное горячая линия есть." "Где мы?" "Ну вроде бы ещё в Словении." Еле еле дозвонились.

"Дорогой гражданин, в Словении мы ваш паспорт не можем востановить." "А где можно?" "Звоните либо в наше посольство в Австрии либо в Хорватии." "В Хорватию обратно ехать - это не вариант. Давай в Вену звонить."

И снова горячая линия и полусонный голос "Сочувствуем. Но восстановить паспорт можно лишь в Чехии, вам туда надо." "Петька уже на крик срывается, "а как же я туда попаду? Меня даже от границы не отпускают, и я же и в Австрию въехать то не могу официально, а тут её ещё надо пересечь и в Чехию въехать. Чего делать?" "Извините, позвоните утром, тогда консул будет, может чего и присоветует." "Спасибо, утешили."

Ситуация хуже некуда. Скорее всего, даже в самом лучшем случае, это надо делать хороший крюк. А значит вернутся они домой однозначно позже. Естественно всё это значит что Петьке грядёт очень неприятное объяснение с руководством, ибо человек он на производстве очень ключевой и его уже давно ждут, не дождутся.

Уже в н-цатый раз обыскивают машину. Ясное дело, тона в общении несколько повышенные. Танюха говорит "а ну, отдай ка мне все паспорта, пока ты и их не посеял. Маша растеряша." Он в ответ огрызается "Мать, чем на мозг капать, лучше бы помогла искать." Тёща начала встревать, ситуация накаляется. Одно хорошо, пацаны дрыхнут без задних ног, а вот дочурка встала.

"А что вы делаете? Почему мы не едем?" "Спи Катенька, мы с папой и бабушкой книжечку ищем." "А какую книжечку?" "Ну обыкновенную, вот такую." и Танька девочке паспорт показывает. "Видишь там ещё фотография твоя есть. Ты давай, спи"

И Катенька гордо заявляет "а у меня тоже такая книжечка есть. С папочкиной фотографией." И из под своей подушки достаёт пропавший паспорт.

В автодоме мёртвая тишина, все лишь воздух глотают. Петька хрипло "Катенька, ну зачем, зачем, зачем? Для чего ты мой паспорт взяла?" "Я проснулась, все спят, только ты машину ведёшь. Но я знаю, тебя за рулём отвлекать нельзя, а мне страшно. Я и взяла книжечку потому что захотела с твоей фотографией спать. Ведь если мне страшный сон приснится, а твоя фотография со мной, ты же меня защитишь всегда. Ведь правда папочка?" и смотрит доверчиво.

Петька в ту ночь прибавил себе добрый клок седых волос. Жену спать отправил, а сам вёл автодом всё ночь. На сон совсем не тянуло. Самое удивительное, что настроение было преотличное. Лишь глаза иногда слезились. Oт кондиционера наверное...

299

- И это правда: для большинства удовлетворение низших биологических потребностей - это единственная и конечная цель жизни. А у тебя какие потребности?
- Сделать этот мир лучше.
- Ну, тогда сделай мне минет, мне станет хорошо, а значит, наш мир станет капельку лучше!

300

жена уехала в гости к мамочке на недельку, перед отьездом:
-Вот поживешь один, узнаешь как без нормальных завтраков , обедов, жить, попитаешья всухомятку, но ничего. будешь больше меня ценить, исхудаешь только, мне тебя опять откармливать, так мне надоела эта плита.. отдохну...
прошло не семь, а десять дней:
- Дорогой, я приехала, счас накормлю по-быстрому, бедненький...вот мамины пироги привезла,дай-ка погляжу , худой-небось стал? да нет не худой, вроде даже толще стал и физия блестит!. Ты это где тут питался, такой гладкий стал, лучше чем у меня, а ну рассказывай чем занимался, где питался?
-Дорогая не поверишь, сам не ожидал, так получилось, ты уж не ругайся...
-Вот кобель! так и знала, не успела уехать он у какой-то бабы устроился, ну я этоой Любке!
-Да окстись, какая Любка, вовсе и не Любка.
-А..аа.значит все-таки баба! лучше сознайся подлец кто такая, счас к ней полетишь, вот тебе только хуй узлом завяжу,
-Да ты дай хоть слово сказать.
- А ты уже приговоренный , выметайся и мусор свой прихвати -накопил стока, давай -давай не задерживай-не прощу ни за что! пакеты-то держи, хули у тебя всё высыпалось и тут бестолочь такая...а ну-ка стой, что это ты обратно суешь? дай-ка погляжу, что это, тебя спрашиваю!?
-Дак это сама не видишь что-ли, вот доширак, вот роллтон, вот сухарики, вот хлопья, а это палочки кукурузные, всё хотел вынести к приезду-не успел...
- Ты это что? всё время этим питался что-ли?
-Да нет! крабов жрал и омарами закусывал, ты мне денег сколько оставила?
-васька , ты что сразу-то не сказал, ой прости , а я дура на Любку, ну извини, ну прости, хочешь пирожка?
-Ага , спасибо, накормила, я уж к лапше привыкший, даже знаю где по акции, платишь за две-дают три, а пироги от пресмыкающих душа не принимает.
-Ну васька-котик, ну дура я дура, больше я тебя не буду оставлять надолго, ну прости, а хочешь, мама сама к нам будет ездить...
-Вижу -вижу не то сказала, опять дура.
-Да ладно что уж, дверь открой , раз уж взял пакеты-мусор вынесу, а ты нормальной еды приготовь, только не лапшу..

У мусорки, где тихо и прощально шуршат на ветру пакеты, васька с телефоном:
-МЯУ, да всё нормально, даже отлично, как ты сказала- насобирал пустой посуды от лапши у ларьков, два здоровых пакета ну ещё всякой ерунды и припер домой, сейчас тащу обратно на мусорку...................сейчас не знаю когда получится, омары конечно понравились, пока-пока....

12345678910 дальше →

Партнеры

Реклама