Результатов: 10

2

Из воспоминаний дважды Героя Советского Союза, генерал майора морской авиации Василия Ивановича Ракова.
Раков учился в летной школе в конце 20-х годов.

У самолета, предназначенного для обучения рулежке, часть матерчатой обшивки была снята, чтобы он не мог подняться в воздух. Крыло предстало перед нами как скелет в анатомическом кабинете. Я был страшно разочарован. В комсомольских песнях говорилось о птицах со стальными крыльями. Мы думали, что могучие машины отливаются из металла и обтачиваются на станках. А тут перед нами открылись деревянные ребра, обтянутые какой-то тонкой тканью, ее можно было проткнуть пальцем. Увидеть такое было горько. Подобное разочарование испытал, к слову сказать, не только я. Припоминаю случай, относящийся, кажется, к 1932 году. Однажды при заводке самолетов в ангары мы увидели, как часовой начал протыкать штыком крыло одного из самолетов. Для летчиков и техников это было так неожиданно, что мы остановили его окликом: «Ты что?» — лишь когда он успел проделать уже с полдесятка дырок. Красноармеец ответил нам с явным разочарованием:
— Думал, он железный, не протыкается...
Я же, впервые увидев самолет так близко, недоуменно спросил инструктора:
— А на каких машинах летают?
Инструктор Костин был потрясен таким диким вопросом. После довольно продолжительной паузы он терпеливо, но сухо ответил, что на таких вот и летают, только крыло должно быть полностью обшито. Наверно, тогда он и махнул на меня рукой, считая, что столь невежественный человек, конечно, летать не сможет. За моими успехами он уже не следил.

***************

Инструктора в летной школе были скупы на похвалу.
Но курсант Савинков, попал в «именинники». Одно из непреложных требований при обучении полетам сводилось к тому, чтобы ручку управления держать как можно мягче, почти неощутимо. Это говорило и об отсутствии напряжения, и о плавности движений, что так необходимо при пилотировании. В перерыве между полетами инструктор Анисимов громко, чтобы слышно было всем, похвалил Савинкова за то, как он управлял самолетом.
— Молодец! — сказал инструктор. — Так и надо держать ручку: чтобы совсем не чувствовалось, что вы за нее держитесь.
Савинков и сиял, и конфузился. Последнее все отнесли за счет его скромности.
— Расскажи все-таки, как ты управлял? — наседали на него курсанты.
— Даже не знаю...
Большинство разочарованно отошло. Остались лишь два ближайших приятеля.
— Ну?.. — торопили они.
Оглянувшись по сторонам, Савинков неожиданно раскрыл секрет:
— Да я совсем за ручку и не держался...

****************

— Контакт! Контакт! — беспокойно закричал инструктор Костин.
С употреблением слова «контакт» в то время, мне кажется, даже перебарщивали. Правда, тогда редко какой мотор заводился сразу, и перекличка летчика с техником: «Контакт!» — «Есть контакт!» — повторялась до одурения. После нескольких безуспешных попыток начиналось другое.
— Засосем! — кричал летчик из кабины или, наоборот» получал такую рекомендацию от техника.
Летчик открывал сектор газа, техник проворачивал винт. В цилиндры засасывалась горючая смесь, которой, по мнению экипажа, могло недоставать. Безуспешно.
— Продуем! — следовало другое решение. Винт проворачивался в обратную сторону, из открытых клапанов звездообразного мотора струйками стекал бензин, которого после предыдущей операции оказался излишек. И снова:
— Контакт!
— Есть контакт!
Все это по нескольку раз. Измученный техник с размаху, ожесточенно бросал оземь шапку, затем куртку, «разряжался», успокаивая свою душу многословной тирадой, плевал на руки и опять принимался дергать за пропеллер.
И вдруг мотор оглушительно «чихал», из патрубков с треском вылетал огромнейший клуб темного дыма, точно тут был не маленький самолет, а волжский пароход наподобие известной «Севрюги» из фильма «Волга-Волга». Летчик остервенело крутил ручку магнето, техник торопливо отбегал в сторону — мотор начинал работать. Нередко, правда, случалось, что, поработав немного, он опять останавливался. В этом случае летчик вылезал из кабины, отходил в сторону покурить, давая тем самым возможность остыть мотору, а еще больше себе.
В обыденной обстановке, на досуге мы любили произносить слово «контакт», как моряки слово «полундра».

3

Восхищаюсь некоторыми биографиями. 7 августа 1812 года великий полководец Наполеон был на волосок от успешной реализации своего плана - рассечь русскую армию на две части и отправить ее бродить по проселкам вокруг Смоленской дороги с потерей артиллерии. А самому продолжить легкую прогулку в Москву по этой дороге, уже никем не защищаемой.

Ничего не мешало завершению реализации этого гениального плана. Кабы не маленький отряд под предводительством Павла Алексеевича Тучкова. Он оказался в нужном месте в нужное время в общем-то случайно. Его отправили вообще не туда. Но заметив, что появились дела посерьезнее, чем выполнение прямого приказа начальника Генерального штаба, он занял позицию там, где посчитал нужным. Приглянулся ему этот холм. Тщательно окопался и стал ждать противника.

Мог и не дождаться - у французов были и альтернативные маршруты. Кончилось бы тогда наверно срыванием эполет и высылкой в Сибирь за нарушение приказа главнокомандования. Позором своего рода стал бы Павел Алексеевич. И думаю, он прекрасно это понимал.

Но правильно отгадал, куда пойдут главные силы французской армии. И даже оставил потом по этому поводу жалобную объяснительную. Зацените тонкий стеб в адрес начальника Генерального штаба, 37 года на них не было:

"7 августа около 8 часов, вышел я на большую Московскую дорогу, хотя по предписанию, полученному от начальника штаба следовало мне прямо идти на селение Бредихино, но, к удивлению моему, видел я, что Бредихино отстояло от места соединения дорог, где мы вышли на большую Московскую, несколько вёрст далее от Смоленска, так что если бы я выполнил в точности данное мне предписание, то открыл бы неприятелю сей столь важный пункт, и неприятель, придя в оный, отрезал бы всю ту часть войск наших и тяжестей, кои, следуя я по проселкам, не успели бы ещё выйти на большую Московскую дорогу… Пройдя две или три версты, по большой дороге, близ деревни Латышино, я нашел возвышенное местоположение, именуемое Валутина гора, которое показалось мне удобным к занятию позиции".

Французы не разочаровали Павла Алексеевича своим вниманием к занятой им скромной позиции на никому ранее нахрен не нужном холме. Учитывая полное безумие всего далее происшедшего, я догадываюсь, что этой задорной нации просто наскучила перспектива шагать до самой Москвы без всякого сопротивления. Им хотелось побед. Маленький русский отряд в этом смысле был заманчив. Ну, вот хоть кто-то пытается остановить грандиозное шествие Великой Армии Объединенной Европы. Давайте же разберемся наконец, чьи яйца круче.

Для начала на Павла Алексеевича обрушился корпус маршала Нея. Но чё-то не задалась у них легкая победа над русским отрядиком. На помощь подскакал маршал Мюрат со своей конницей, добавил. Опять не вышел каменный цветок - отрядик держался. Каждый час этого полного недоразумения был драгоценен - обе части русской армии выбирались в эти часы на Смоленскую дорогу со всей своей артиллерией и укатывали себе по направлению к Москве.

На помощь растерявшимся коллегам маршалам прибыл наконец третий - Жюно со своим корпусом. Тут уже всё было ясно. Куда там маленькому русскому отряду против трех лучших корпусов французской армии. Но впечатляет сцена пленения Павла Алексеевича. Под ним уже убит конь. Перед его глазами все три крайне недоброжелательно настроенных к нему вражеских корпуса. Просто мечтающих вновь встретиться с ним лично, несмотря на все эти обидные залпы картечью. Кончилась картечь. Дальше могут быть только идеи, как умереть красиво. Он возглавил очередную контратаку с целью подобрать с поля боя раненых. Пошел в штыковую в головном взводе. Штыками и был ранен. Распознав на нем генеральские эполеты, французы охренели и добивать не стали. Видимо, он совпал с их собственными представлениями, где место генерала в бою, и опытом, где генерал обычно.

Павел Алексеевич был немедленно препровожден к Наполеону. Первого русского генерала в плен взяли!

Вот что хорошо с Наполеоном для истории - его окружали стенографисты. Они не записывали разве что звуки из его полевого сортира. Конкретно по поводу Павла Алексеевича известно, что Наполеон принял его с почётом, поклонился ему и сказал: "Так в плен берут только тех, кто впереди, а не позади".

Но у этого хитроумного императора был еще, оказывается, и шкурный интерес. Удивительно, какое впечатление произвел этот бой с маленьким русским отрядом на впечатлительного корсиканца. Именно в этот день он просек всё самое главное в своей дальнейшей жизни. Выдал пакет мирных предложений и попросил Павла Алексеевича их переслать российскому императору. Охренеть, это ведь еще под Смоленском. Задолго до Бородино, сожжения Москвы и так далее. Великий полководец еще в начале похода догадался, как приветливо ему замахал хвостом пушистый северный зверек. Далее он победоносно маршировал, с тоскою ожидая хоть какой-нибудь весточки от императора российского. Не дождался вплоть до 1814. Александр I даже не утрудился предложением ему сдаться наконец и не подвергать прекрасный Париж досадным эксцессам военного времени. Наполеону пришлось додуматься до этой здравой идеи самому.

Почему так произошло? Думаю, оттого, что в июне 1812 российский император потерял к французскому всякое уважение. Не предупредить о войне минимум за месяц? Не сформулировать мирные предложения заранее? Заставить прикрывать сразу три города, Питер, Москву и Киев, и прорываться к одному из них стремительной атакой? То, что в глазах Наполеона было талантом полководца, для нашего императора было обыкновенным плебейством и жульничеством. Три наперстка - кручу, верчу, отгадай, куда напасть хочу? Разумеется, это заслуживало наказания за некоторую доставленную суету с перегруппировкой войск. Прекрасная эпоха.

А в 1812 Павел Алексеевич действительно написал и отправил Александру I письмо с мирными предложениями Наполеона. Оно было незамедлительно доставлено. Шоб так сегодня работала Почта России! Разумеется, письмо это осталось без ответа.

Императоры российские стебались талантливо. Павел Алексеевич закончил свои дни в глубокой старости на должности председателя Комиссии прошений, подаваемых на имя монарха. Еще бы, с таким портфолио. Первое прошение подано непобедимым полководцем в самый разгар его побед.

А еще Александр I оплатил за свой счет саркофаг, в котором ныне покоится великий полководец в Доме инвалидов в Париже. Сами французы оказались скуповаты для такого величественного саркофага в честь своего любимого полководца. На этом свой стеб наш император великодушно закончил. Только после таких маленьких фактов можно хотя бы отдаленно понять классика:
"Да, были люди в наше время. Богатыри, не вы".

4

Лошадь, кошки и корова. Сказка.

Как-то в субботу, я купил чая, молока и сушек и поехал на дачу. С тех пор, как мне стало лет гораздо больше, чем было раньше, я так каждую неделю делаю. Каждую, каждую, можете не сомневаться. А с очередного своего дня рождения даже прогуливать перестал и езжу туда без всяких пропусков, как трамвай по правительственному маршруту.

Иначе мне нельзя, у меня теперь на даче лошадь живет в сарае. Она, кстати, сарай конюшней называет и на сарай обижается, так что вы меня не выдавайте, если спросит. Спросит? Спросит, спросит, она такая.

Никогда не думал, что всякие народные домыслы с поверьями в реальности сбыться могут. Когда говорили, что как только человеку четвертую подкову на счастье подарят, так у него сразу лошадь должна завестись. Или конь. Я вообще, с детства был уверен, если человек руки перед едой моет, зубы утром и вечером чистит и душ пару раз в день принимает, то у него даже мелочь какая завестись не может не то что лошадь. А она взяла и пришла вслед за четвертой подковой. И живет. Вместе с кошками в сара… в конюшне то есть. Кошки лошадиное сено от мышей охраняют, а лошадь им чай с молоком готовит на примусе. Чай с молоком я привожу, а на сено лошадь сама себе зарабатывает. Я ей газонокосилку брать разрешаю и тележку. Косилкой она соседям газоны за траву косит, а с тележкой извозом занимается по мелочи. Так и живут.

До дачи я хорошо доехал, долго только. Пешком, на метро, на электричке, на автобусе потом опять пешком. Две сушки съел по дороге. Проголодался потому что. Но чай с молоком целы, все. Подхожу к калитке, а там разорение какое-то. Сирень мою кто-то обглодал, дубок маленький сломал, березку из земли вывернул вместе с колышком, к которому привязана, чтоб от ветра не сломалась. А прям перед калиткой коровья лепешка лежит.

Я-то человек почти деревенский, хотя и из города приехал. А для тех, кто совсем городским жителем является, поясню. Коровьи лепешки несколько отличаются от лепешек, допустим, узбекских. Прежде всего тем, что узбеки свои лепешки пекут и едят, а коровы – нет. Они ими, прямо скажем, совсем наоборот с лепешками поступают. Поступают где ни попадя и прям перед моей калиткой в частности.

Меня, правда, не столько лепешка возмутила, лепешка-то в конце концов – удобрение. Меня поломанные деревья расстроили. Жалко деревья. Сам сажал, поливал, воспитывал практически. Как мог. А их поломали. И кусты еще перед забором тиранил кто-то. Совсем возмутительное дело, потому что там ягоды вкусные в кустах.

Пока я расстраивался и возмущался сзади на дороге белая «Волга» остановилась.

Здравия желаю! – это сосед не выходя из машины здоровается по-военному. Он и есть военный, в отставке только. Зато целый генерал-лейтенант сразу.

- Ты, - это он меня расстроенного и возмущенного строго спрашивает, - корову мою не видел? Пропала корова. Все обыскал, нигде нету. А следы прям к тебе на участок ведут.

- Так вот кто у меня тут разор и беспорядок навел, значит, - я когда расстроенный построже любого генерала буду, - твоя корова? Сирень обглодала, дуб сломала, березку с корнем выворотила, кусты переломанные все, а в калитку мне теперь прыжком входить надо, чтоб не вляпаться в это вот самое. Твоя корова, говоришь, наследила?

- Не, моя корова животное приличное, к дисциплине на ать-два приученное, - генерал сразу на попятную, - не могла она такого натворить, это я в следах ошибся наверное. А это другая корова безобразничала.

Генерал-то на попятную - это понятно: какому генералу охота за коровьи проделки ответственность отвечать. Никакому.

Только никакой другой коровы у нас в деревне нету. Одна она, генеральская. Рыжая с белыми пятнами. И на участке у меня тихо подозрительно. Ни лошадь не ходит, ни кошки не показываются. Кошки-то вообще меня возле калитки встречают. У них на молоко нюх. Лошадь тоже вежливая. Навстречу выходит и первой здоровается. Я все же какой-никакой, а хозяин. Тем более с сушками приезжаю. Солеными.

Ну я к сараю сразу, к конюшне то есть. Постучал, дверь открыл. Не так все. Сразу чувствуется.

- Здравствуйте, - говорю, - наше вам с кисточкой, чаем, молоком и сушками.

- Мы вас не ждали, а вы приперлися, - это самая старшая кошка мяукнула. Она деревенская у нас полностью. С уличным воспитанием. За словом в карман никогда не лазит. Нет у нее карманов потому что. Зато слов всяких навалом. Есть среди них и приличные, но, в основном, вот такие вот все. Так-то она добрая, мурлыкать даже умеет, но и нагрубить у нее не задержится.

- Как-то ты неожиданно приехал, - лошадь мне навстречу вышла все-таки, - не ждали мы тебя так рано.

- Не ждали? – удивляюсь я, притворно так, а сам слышу, что в сарае за кучей сена пыхтит кто-то. Отдувается и чавкает еще, - Ага. Три года в одно и то же время приезжаю, чего меня ждать-то. Не нужно меня ждать все равно приеду. Вы, кстати, корову тут поблизости не видели? У соседа корова пропала, а следы к нам во двор ведут.

- Не видели мы никакой коровы, рыжей с белыми пятнами и в ошейнике, - это младшие кошки хором почти, - мы молоко все время в магазине покупаем, или ты привозишь, а коров мы только на картинках в энциклопедии Брема видели.

Любая кошка соврет недорого возьмет, это все знают, но наши все границы уже перешли. В углу пыхтят, чавкают, из-за сена один рог высовывается, а они только на картинках видели. В энциклопедии Брема еще. Интересно, правда, откуда они про Жизнь животных знают. Но это мы потом выясним, а сначала с текущей коровой разберемся.

- Ладно, - говорит лошадь, - такое все равно не спрячешь. Выходи знакомиться будем.

Это она к корове обращается. Мне-то выходить неоткуда, я и так посредине сара… то есть конюшни стою. С кошками разговариваю.

- Здравия желаю, товарищ хозяин, - выходит корова из-за сена, - старшина первых коровьих статей, Муха, представляюсь по поводу прибытия к новому месту стойла.

Нифига себе заявочки, думаю. А тут лошадь еще:

- Действительно. Мы тут подумали и решили. Пусть с нами живет. Совсем ее генерал замуштровал, сам видишь, как разговаривает. Жалко ее, сил нет.

- Иди отдохни, а мы потрещим пока, - это лошадь уже к корове обращается.

- Слушаюсь! – корова развернулась кругом, по-военному щелкнув копытами, и пошла себе обратно за сено, начав движение с обоих левых ног, как в армии положено.

- Так что мы решили, - продолжала лошадь, а кошки кивали ушастыми головами, - пусть с нами живет и все тут. Корова – животное нежное, к ней с лаской надо, а не по уставу строевой службы шагистикой заниматься. А ее вон и назвали в честь гранатомета и петь на вечерней поверке заставляют и «отбиваться» пока спичка горит.

- Вы-то решили, - говорю, - только получается, что вы корову у генерала свистнули, а отвечать я буду. Генерал, на меня ведь в милицию жаловаться пойдет. На вас-то бесполезно жаловаться. Скажешь, что лошадь с кошками корову со двора свели, так никто никаких мер принимать не будет, а вот если сосед корову украл, то его сразу за воротник и в кутузку потащат.

- Разрешите обратиться, - раздалось из-за сена, - генералу за меня надо денег предложить, он много не возьмет потому что я строевым шагом ходить сбиваюсь и лево с правом путаю. Генерал меня на гауптвахту за это хотел сдать. Вот я и ушла. Равняйсь, смирно, - ни к селу ни к городу добавила корова и замолчала.

- Вот видишь, - продолжала обрабатывать меня лошадь, - на гауптвахту. Это он ей сказал, что на гауптвахту, - лошадь перешла на шепот, - на мясо он ее хотел сдать, честное слово. Так что, как хочешь, - иди к генералу договаривайся.

- Договаривайся, договаривайся, - а я пока примус раскочегарю, поддержала лошадь старшая кошка, будем чай пить с молоком. Нам теперь парное молоко два раза в день выдают. Не чета твоему городскому из холодильника.

- А сирень, а березу? А кусты кто покорежил? Про препятствие возле калитки я не спрашиваю, с препятствием мне и так все ясно.

- Извините, разрешите обратиться, - все еще из-за сена подает голос корова, - но пока я стучала в калитку случилась маленькая неприятность. У вас звонка нету, пока домычишься, чтоб открыли, всякое может случиться. И сирень я нечаянно попробовала, она у вас невкусная. Больше не буду, слушаюсь, так точно.

- Кусты мы отремонтируем, препятствие уберем, - заявляет лошадь, - пока ты с генералом переговоры будешь вести, мы даже березу новую посадим, а препятствие как удобрение используем. Ты иди.

- Иди, иди, - поддерживают лошадь младшие кошки, - тебе ж сплошная выгода выходит: теперь молоко из города возить не нужно, будешь теперь в город молоко возить.

Против такой логики не попрешь ведь. Корова мне и самому нравилась. Она газон очень хорошо стрижет. Почище всякой газонокосилки. И бензина не требует с электричеством. Последний аргумент у меня остался.

- А как же, - спрашиваю я лошадь, - конь? Мне ведь через месяц опять четвертую подкову на счастье подарить должны. Ты же сама говорила, что теперь конь может появиться. А жить он где будет, если мы корову к себе возьмем? Сарай же не резиновый.

- Лучше корова в сарае, чем конь у тебя в квартире, - философски заметила лошадь, - да и будет ли он еще, конь этот? А корова вот она. С ней прям сейчас дружить можно.

И пошел я к генералу. Договариваться насчет коровы. А то получается, что все у меня добрые: лошадь добрая, кошки добрые. Только один я злой и сомневающийся. Не, не выйдет. Коровой больше, коровой меньше – уже без разницы ведь, когда лошадь есть.

Пошел к генералу договариваться. И договорился.

Теперь, когда еду на дачу, я молоко из города не везу. Только чай с сушками. Сушек, правда, в два раза больше приходится покупать, но это не главное. Главное, что меня на даче немного больше ждут, чем раньше. И молоко парное теперь. Со «здравия желаю», правда, но это тоже не главное.

5

С чем ассоциируется у нынешнего гражданина России звание полковник? Конечно, с квартирой, набитой баблом! А я знавал полковника бессребреника!
Ну как знавал... Я его сын! Полковник этот был не ментовский, а армейский. Конечно, многие скажут, мол ты его сыночек и папу отбеливаешь. Но, скажу вам честно, сам иногда злился на отца, что он такой принципиальный. Помнится, в Тбилиси, в апреле 1989 года, объявили комендантский час. Случилось это в связи с антисоветскими митингами в центре города. Так вот именно тогда случилась у нас под балконом перестрелка! Ехал БТР по улице, патрулировал в общем, а тут какой-то сторонник свободной и независимой Грузии бахнул из какой-то берданки по нему со своего балкона. Бойцы деликатно не стали палить из крупнокалиберного пулемёта. Ответили шквалом из автоматов. Отец в тот день был дежурным по оперативному управлению штаба Закавказского Военного Округа.
Согнали тогда в Тбилиси, в связи с беспорядками, разных важных генералов. И вот в тот момент, когда моя мама позвонила папе и, заикаясь от страха, сообщила о стрельбе у нас под домом, сидел рядом с папой генерал от десантуры Грачёв. Впоследствии известный как Паша-мерседес. Отец, выслушав маму, по-военному чётко сообщил всем присутствующим на пункте боевого управления, что на улице Будапештской перестрелка! Грачёв-"гений" сказал отцу – «Пусть жена срочно завесит окна солдатскими одеялами». Отец удивился и опустив, что само по себе это предложение попахивает идиотизмом, сообщил что у него дома нет солдатских одеял! На что удивился уже Грачёв - «До полковника дослужился и нет дома солдатских одеял!???»
Отец так ответил, что заржали все кроме Грачёва. Он сказал: «Я не отбираю у солдат одеяла!».
Этот разговор мне пересказал сослуживец отца! И, скажу вам честно, единственное что было у нас дома так сказать на халяву от армии, - это списанные ящики от снарядов! Разный хлам в них хранили на балконе! Отец, конечно, не был святым. Как нормальному мужику, а тем более офицеру, ему присуще было гусарство! И выпить любил, и к дамам лёгкого поведения был не равнодушен. Но всё, что касалось службы, было безупречно! При выходе на пенсию он получил трешку в одном из краевых центров России. Но его сослуживцы умудрились себе по несколько квартир намутить!
Я поступал в училище на общих основаниях, да и поступил в обычное общевойсковое, а не в блатные, которые готовили военных юристов или переводчиков. Единственную блажь, которую он получил от МО, выхлопотал я для него.
Как-то, находясь в отпуске, я выпивал с отцом. И он пожаловался, что скучно ему без меня! Надо сказать, что как я одел офицерские эполеты, мы стали не просто отцом и сыном, но и лучшими друзьями! Я пошёл в полк, расположенный в том городе и взял у командира отношение на себя! Тогда дефицит офицеров был серьёзный и проблем с переводом не возникло. Ну, как не возникло. Командир того полка, из которого я переводился, долго ворчал, но отпустил!
Как-то раз, отправили меня в командировку. Ехать надо было в часть в соседний город. По этому случаю получил я в распоряжение УАЗик, а вот свободного бойца-водителя не нашлось. В общем, надо мне было самому рулить! Да я, собственно, этому только рад был. Это была середина нулевых и такое было в порядке вещей. Перед отъездом из города заскочил домой, и отец решил прокатиться со мной. Мол скучно дома сидеть, а так развеюсь немного. Я этому тоже обрадовался. Отец одел мундир, и мы поехали. По дороге отец попросил порулить. Мол дай-ка вспомнить, как баранка УАЗика на ощупь! Он отлично водил автомобиль, так что я, естественно, согласился. И как-то мы заболтались по дороге, что сами не поняли, как очутились на стоянке перед КПП той воинской части, в которую я ехал. Когда подъезжали, перед КПП курил прапорщик. Как позже выяснилось, дежурный по КПП. Надо сказать, что ходил я тогда в танковом бушлате. Очень удобная штука, но на нём не предусмотрены погоны. Короче, видно по мне, что офицер, но не понятно кто по званию. Вышел я из машины и отец из-за руля вылез ноги размять. Я на КПП предъявляю прапору предписание. А он бегло глянул на него и пристально меня разглядывает. Я ему: «Так пропуск выпишите?» А он мне козыряет и говорит: «Проходите!»
Когда я свои дела оформил, на КПП ко мне этот прапор подошёл и заговорщически, почти шёпотом, спросил: «Простите! А вы кто?»
«Как это кто? Я же вам предписание предъявлял! Капитан Жданов! В/ч такая то». Прапор округлил глаза и, кивая на отца, прогуливающегося около УАЗика, спросил: «А это кто?»
Я конечно объяснил ему, что это мой отец. Что он на пенсии и приехал за компанию!
«Ну вы товарищ капитан даете! А я думаю, кто же он такой, если у него водитель полковник».
П/с. Отца нет уже десять лет! И у меня такое чувство, что я маленький мальчик, потерявшийся в большом городе! Хотя и сам давно отец, и не за горами как стану дедом, (сыну девятнадцать будет). Цените отцов! Наступит момент, когда вам станет невыносимо одиноко без отца!

6

Зима. Утро. Трасса строящегося магистрального газопровода. Светает, но еще прожекторы и фары. Напротив неровного строя рабочих и мастеров в новеньких оранжевых касках стоит главный инженер конторы, в напяленной на меховой подшлемник каске белого цвета.

Сзади от него негромко тарахтит маленький, двенадцатитонный трубоукладчик с нарощенной стрелой. Гак трубоукладчика полуопущен и немного раскачивается ветром.

Хриплым от пропитости и постоянного ора голосом, главный, привычно перекрикивает трубоукладчик и свист ветра. Он читает лекцию по промышленной безопасности. Легкий морозец в минус двадцать четыре. До акта не хватает одного градуса. Вылетевшие из главного слова замерзают и инеем падают на еще чистый утренний снег.

В кабине трубоукладчика досапывает плохоразбуженный машинист. Там тепло. Он спит и не замечает, что немного "майнует", мало-помалу травя крюк.

- Сегодня, дорогие мои, на трассе генерал Госгортехнадзора. И если кто-то из вас, сволочей, будет им замечен без каски, то его товарищи будут хоронить в этой вот траншее без всякого экскаватора, пользуясь кайлом и зубилом. А тот, кто считает, что каска на трассе нахуй не нужна, пусть скажет сразу, чтоб не мучить товарищей, я ему все популярно объясню с помощью рук, - главный показывает строю, упрятанный в меховую перчатку кулак, - и покажу очень доходчиво на примерах…

В это время. Гонимый очередным порывом ветра гак трубоукладчика. Аккуратно тюкает главного по белой каске. Сзади. Гак маленький, но тяжелый. Главный падает.

Народ очумело смотрит на устроенный главным цирк с примерами по промышленной безопасности.

- Примерно вот таким образом, - немного контуженный главный поднимается и снимает каску, чтоб почесать ушибленное место, - а не было бы каски…

Он разводит руки в стороны и опускает голову, всем свои видом показывая безысходность бытия, когда без каски. Договорить он не успевает. Чертов гак. Подчиняясь очередному порыву ветра бьет главного точно в лоб. Легко. В этот раз главный даже не падает, а просто шатается.

- А не было бы каски, - заканчивает он лекцию, - было бы гораздо больнее. А кое кто сейчас у меня независимо от каски допрыгается до несчастного случая на производстве.

И под дружное ржание расходящегося по машинам народа лезет в кабину трубоукладчика. Пиздить спящего машиниста.

7

Известный физик-ядерщик Харитон рассказывал, что к нему обратились с вопросом о том, какое у него воинское звание, и состоит ли он на учете в военкомате. Но поскольку тогда воинские звания – а он был к тому времени уже главой Арзамаса-16, то есть советского ядерного центра, и все эти армейские субординационные вещи происходили как-то автоматически, он ничего об этом не знал.

И вот Юлий Борисович Харитон, будучи очень ответственным человеком, с оттопыренными прозрачными ушками, в беретике, такой маленький-маленький, пришел по месту прописки в Москве в военкомат. Он пришел, жмется – там здоровенный какой-то такой капитанище, который в этот момент по телефонной трубке болтает с возлюбленной, обсуждая, значит, ее коленки и задницу, и который при виде маленького Харитона в этом беретике сказал: ты погоди, сиди, дед, сиди.

Харитон подождал 10 минут, наконец снова сказал, что, вот, вы знаете, мне надо было бы узнать, в каком я звании и состою ли я на учете. Ему сказали: ну вам же сказали подождать, да? Харитон терпеливо ждет. Наконец прошло 40 минут, и капитан соблаговолил двинуть свою тушу туда в картотеку и в архив. А дальше, — Харитон рассказывает, — я услышал странные звуки. Я услышал, что что-то упало, потом я услышал топот. Через несколько минут ко мне вышли перекошенные и белые начальник военкомата, совершенно белый капитан – у них у всех были приставлены к вискам руки. Они сообщили, что он находится в звании: «товарищ генерал!». Причем сам Харитон рассказывал это без особенных эмоций, поскольку значения таким мелочам не придавал.

8

Как я угнал солдата.
1997
Атмосфера в строевой части штаба (отдел кадров) сонная — гоняй зайчиков на компе и не попадайся на глаза ненужным полковникам. Только во время призыва «шуршать» много приходится. Тот день был обычным — мухи ползали по стеклу, а я покорял новые земли в «Герои Меча и Магии». В комнату понуро вошел наш майор, подозвал меня и капитана для обрисовки нового боевого задания...
Майор узбек. К нему пришла троюродная тётя его внучатой племянницы и сказала, что ее сынок отлично служит где-то под Н-ском, но она прознала, что его через две недели отправят в Чечню обозревать окрестности. Поскольку майор был самый высокий ранг среди знакомых ее знакомых, то она и пришла сюда. Надо мальчика выручать.
Если б задали вопрос человеку вне системы: чем помочь мальчику в непонятной В/Ч за 800 км от нас, где нет знакомых? То любой скажет, что практически невозможно. Нас тоже оторопь поначалу взяла, но после получаса перекура план стал мутно вырисовываться. И пусть он пестрел кусочками «на авось», это уже было на что-то похоже. После окончательного пересмотра было решено, что на острие атаки буду я — солдат-срочник с высшим образованием. Подготовка заняла оставшийся день. Утром следующего дня я в гражданской одежде выехал в Н-ск.
Добравшись до В/Ч среди Н-ских лесов и пройдя за КПП, перекрестясь, я гордо вошел в строевую часть и сказал, что прибыл для перевода солдата из их части в другую по распоряжению из ГенШтаба. На меня посмотрели глупо моргающими глазами и сказали, что они чуток не в курсе. На что я начал ругаться и просил их сходить к связистам. Связисты показали факс, который пришел (молодцы наши — всё по нотам) ровно в момент моего входа в часть. Факс был немного мутноватый — фамилия бойца читалась хорошо, куда и откуда должен быть доставлен тоже, вот только подпись генерала чуть смазалась. Стали смотреть мои бумаги на парня — командировочное удостоверение, и т. д. Здесь я был спокоен — эти документы были настоящими. Для ускорения процесса я сказал, что поезд назад через 2 часа, а еще на электричке минимум 40 минут. У них было минут 20 для выдачи бойца. Пока делали документы, мне предложили сходить за этим воином.
В казарме меня увидел комбат и исподлобья хмуро спросил, что мне надо. Я бодро отрапортовал, что надо забрать солдата. И тут он задал крайне неудобный для меня вопрос — а кто я сам такой. И попросил документы, но не на своего бойца, а мои. И вертя в руках военник стал что-то догадываться. - А почему тут ничего не написано, а что здесь печати нет? На что я гордо протянул набор липовых справок, по которым я числился где-то как сержант контрактник. Справки я делал сам — потому они были практически настоящими. Я стал подгонять, ссылаясь на фактор времени, и он купился!
Вышел маленький ушастый хлопец с грустным взглядом. Сильно расстроился, что его вместо веселой и насыщенной событиями жизни ожидает тупое прозябание в далёком тылу. Комбат брезгливо посмотрел на него и сказал чтоб снял нашивку (там было что-то клыкасто-зубастое), и пожелал успеха в службе на ниве строительного батальона.
Потом был бег до электрички и я подгонял паренька пинками, а он скулил и просил еще чуток задержаться, потому как ему должны позвонить.
В свою часть мы уже добрались без приключений.
Обманутые вояки стали потихоньку догонять, когда подтверждения не прошло, что где-то они опростоволосились, а мы со своей стороны сделали морду кирпичом и сказали:
Так точно, привез нам от вас солдата какой-то сержант контрактник, а сам ушел. Документы у него не спрашивали. Воин поставлен на довольствие и отлично служит. Приказ вроде какой-то получали, только мутновато дошёл, и непонятно какой генерал его отдал...
Н-ским военным оставалось только замести пыль под ковер — дураком себя выставлять никто не любит. Ну мы им коньяк передали с оказией — вроде они не шибко обиделись.
P.S.
А молодой узбек через 3 месяца в НОРМАЛЬНОЙ части всё понял: здесь-то ему никто мозги не промывал, что надо ехать на край земли и убивать кого-то, защищая этим свой дом родной. А поскольку мохнатая лапа в части у него была, то он раздобрел на харчах, стал вальяжным и, когда я его спросил насчет Чечни, сказал — Чур меня, Чур!

9

Дом у нас конечно общий, только квартиры разные. И когда некие новоселы начинают путать их со своим аулом или кишлаком, то приходится вспоминать как поступали в таких случаях наши предки. Которые к слову сказать строили города, университеты, атомные станции, железные дороги и аэропорты, в то время как папы и дедушки новоселов пасли баранов или коз. И инородцев не вырезали или превращали в рабов, как "цивилизованные" народы, а учили, учили, учили. Но это присказка.

Поселилась, как вы догадались, одна такая семейка в большом староархитектурном доме. Поселилась по соцнайму, то есть по властной разнарядке. Почему-то этой власти не нравятся россияне с Калуги и Рязани, которые с радостью бы переехали работать в столицу, а вот наследники степных и горных пастухов почему-то ей очень милы. Прайс лист наверное не секретен для подобной "любви". Можно наверное не рассказывать, что в результате получили жители нашего дома. Особенно не повезло одной старомосковской старушке, на лестничной клетке с которой начались вопли, крики, мешки с барахлом, вонь невыносимого мусора, детской мочи (хорошо что взрослые уже умеют пользоваться туалетом) и тп. На все замечания глава и мамаша семейства сначала делали удивленные глаза, а потом просто начали хамить и обижать старушку, запирая ее дверь своими коробами и баулами с тряпьем. Старушка эта была учительницей музыки и давала частные уроки деткам, ее портфолио зашкаливало от победителей конкурсов. Только вот давать уроки на дому она уже не могла после переезда на ее лестничную клетку новоселов. Выжить на одну только пенсию нереально, так бы и померла старушка, освободив квартиру для других степных и горных креатур местной префектуры, если бы не случай. Один из прошлых учеников бабушки, ставший известным израильским дирижером, дал адрес своей учительницы своему школьному товарищу, ставшему в России малоизвестным генералом одной хорошоизвестной конторы. И тот, взяв за ручку свою внучку, отправился в гости к старушке. Без приглашения, по старой привычке желая предварительно осмотреть окрестности. В общем он все прекрасно понял и буквально на следующий день во дворе появились два микроавтобуса мерседес с завешенными окнами, в которых семейка куда-то уехала, потом вернулась вся задумчивая и тихая, разгребли и выкинули хлам с лестничной клетки. И дом наконец-то вздохнул от тишины. Куда-то пропали эти чумазые и хамовитые дети, почему-то мама и папа начали здороваться с соседями. К старушке опять потянулись ученики. Секрет раскрылся на новогодние длинные праздники - каникулы. Старомосковский дом вдруг увидел наших соседских детей, которые чинно и гордо шли домой кто в форме нахимовца, кто кадета, девочки несли одна футляр скрипки, а у другой "нечаянно" выглядывали из рюкзачка пуанты. Тайна раскрылась просто. Генерал пустил все свои немалые связи на устройство детей шумливого горного семейства в интернаты и училища Питера. А самый маленький пастушонок стал учеником той самой старушки. Причем по ее отзывам - одним из самых даровитых. Бог даст, говорит она, дети эти станут прекрасными музыкантами, военными и балеринами. Такой вот хэппи энд. Жаль, что генералы такие пока исключения из правил.

10

Hа одной площадке жили: лейтенант, капитан и генерал.

Случилось так, что их жены одновременно уехали в отпуск на море и

одновременно присылают телеграммы:

лейтенанту - "ПИВО ЛЕHА"

капитану - "ПИВО СВЕТА"

генералу - "ПИВО ЛЮДА"

Лейтенант думал-думал - взял бутылку водки и пошел за советом к

капитану, а тот сам уже весь задумчивый... Взяли коньяк - стучат

генералу, мол помоги разобраться. Генерал вызывает шифровальщика,

тот краснеет, бледнеет и протягивает три записки:

лейтенанту - "П_рости И_зменила В_ернусь О_бъясню ЛЕHА"

капитану - "Пытались Изнасиловать Все Обезврежены СВЕТА"

генералу - "Пыталась Изменить Все Отказались ЛЮДА"

***

Умер молодой парень и попал в ад.

- Ну почему мне так не повезло. Да, я был не безгрешен,

но за что такое жестокое наказание?

Но тут подходит один из старожилов:

- Не расстраивайся, парень, у нас тут не так плохо.

Например, как ты относишься к выпивке?

- Да, я люблю выпить.

- Ну, тогда тебе понравится у нас в понедельник. В понедельник

у нас любые спиртные напитки: виски, джин, коньяк, водка, все,

что душе угодно. А самое главное, никакого похмелья - потому

что ты уже умер! А ты куришь?

- Да, я люблю покурить.

- Ну, тогда тебе понравится у нас во вторник. Во вторник у нас

любые табачные изделия: сигары, сигареты, трубочный табак и

многое другое. А самое главное, никакого рака - потому что

ты уже умер! А употребляешь наркотики?

- Да, я пробовал наркотики, когда был в колледже.

- Ну, тогда тебе понравится у нас в среду. В среду у нас любые

наркотики: героин, морфий, марихуана и многое другое. А самое

главное, никакого привыкания - потому что ты уже умер! А ты

любишь азартные игры?

- О да! Я люблю азартные игры.

- Ну, тогда тебе понравится у нас в четверг. В четверг ты можешь

играть весь день: карты, бега, рулетка. А самое главное, ты

не можешь разориться - потому что ты уже умер! А как ты

относишься к гомосексуализму?

- Нет, я не был гомосексуалистом.

- Ну, тогда в пятницу тебе у нас не понравится.

***

Приходит католический пастор к парикмахеру. Постриг тот его,

пастор спрашивает:

- Сколько с меня?

- Нисколько, ваше преподобие, я с католических пасторов денег

за стрижку не беру, - ответил парикмахер.

Приятно удивленный, пастор удалился. На другой день приходит

парикмахер и видит под дверями своей парикмахерской двенадцать

бутылок лучшего монастырского вина.

Через несколько дней приходит православный поп к парикмахеру.

Постриг парикмахер и его. Поп спрашивает:

- Сколько я вам должен, голубчик, за стрижку?

- Да нисколько, батюшка. Православных священников стрижем

бесплатно.

И батюшка тоже удалился, пораженный бескорыстием парикмахера.

На следующее утро парикмахер нашел у дверей своей парикмахерской

двенадцать бутылок водки.

Еще через несколько дней приходит к парикмахеру раввин.

Постриг его парикмахер, а раввин и спрашивает:

- Сколько вам заплатить?

- Да нисколько, уважаемый ребе. Раввинов мы стрижем бесплатно.

Раввин, обрадованный таким оборотом дела, ушел. На следующее утро

парикмахер нашел у дверей своей парикмахерской двенадцать ...

раввинов.

***

Идут генеральные испытания нового специализированного

компьютера для дегустации вин. В специальное входное

устройство заливается бутылка коньяку. Через пару

секунд на дисплей выскакивает результат: ``Коньяк армянский,

пять лет выдержки, Ереван``. Заливают крепленое вино.

В ответ: ``Мускат белый, 16% сахар, 16% алкоголя, 1981 г,

Абхазия``. Заливают розовый молдавский портвейн. Через минуту

напряженного анализа появляется:

- Внимание, нажмите клавишу ``Сброс системы``. Нажали.

- Бэ'аааааа...

***

Прилетают на Марс американец, араб и русский. Тихо, пустынно - только

"Оппротьюнити" невдалеке блестит...

Вдруг - открываются присыпанные пылью люки и на поверхность выскакивает

целая толпа марсиан: "Сюрприз, сюрприз! Мы вас ждали!!! Добро

пожаловать!..." Ну и все такое. Обнимают, качают, подарками заваливают,

тащат вниз, накрывают на стол, наливают, чего Марс послал...

Русский вырывается, убегает в капсулу, через минуту возвращается: "Эх,

какие вы, марсианцы, чумовые ребята... - я тут бутылку водки на черный

день заныкал: ставлю!"

Американец тоже сбегал в капсулу: "Вот... Кхм... Французский коньяк - от

великого американского народа!.."

Араб, про себя: "Ну че ж, классные-то они классные... но пластид я

обратно не потащу..."

***

Ереванский завод коньячных вин объявил о запуске в продажу новых марок

своей продукции. Теперь, наравне со всемирно известной маркой "Арарат",

покупателям будут предложены коньяки марок "Ара очень рад", "Ара рад до

смерти" и "Ара безумно счастлив".

***

Заходит пиво в желудок, там водка лежит.

Пиво: Подвинься

Водка: Не-а

Пиво: Дак подвинься

Водка: Не-а

Пиво: Че, выйдем, поговорим???

***

Как разные народы тушат пожар:

Американцы - приезжает машина размером с футбольное поле и прилетает

вертолет, даже если горит маленький домик.

Немцы - пьют много пива и тушат пожар по-пионерски.

Китайцы - каждый берет стакан воды и бросает в огонь - помогает даже

против больших пожаров.

Негры - они не тушат, а смотрят с удовольстием как белое превращается

в черное.

Русские - берут веники, побольше водки и устраивают баню...

***

Вы настоящая доярка из Мухосранска, если думаете, что:

1. Настоящие петербуржцы носят обноски, купленные в сельпо в вашем

Мухосранске.

2. Пьют пиво, как механизаторы из вашего колхоза в Мухосранске, а не

коньяк, бренди и изредка саке.

3. Как и вы, никогда не бывали в Москве.

4. Как и вы, мучаются комплексом неполноценности по поводу того, где они

живут.

***

Молоко обезжиренное, но зато с витаминами.

Сметана обезжиренная, но зато с кальцием.

Сало обезжиренное, но зато в шоколаде.

Пиво безалкогольное, но зато с пивными дрожжами.

Водка безалкогольная, но зато со вкусом водки.

Орбит без сахара, но зато с ксилитом.

Конфеты без сахара, но зато в двадцать раз слаще (добавили сахарин)

Женщина резиновая - но зато не беременеет.

Природа искуственная - но зато не гибнет.

Рыбки роботы - кормить не надо.

Человек робот - правительству легче.

Виртуальная жизнь - можно перезагрузиться.

 

Абсурд - это по нашему!