Результатов: 103

2

Моя сестра выходила замуж. Ну и свадьба, конечно. Наш небольшой городок, частный сектор, и частный дом ее будущего свекра, лет тридцать пять назад. Я приехал на торжественное мероприятие из другого города, взял с собой местного друга детства Серегу, и мы быстро накидавшись праздничным настроением за одним из длиннющих столов, стоящих во дворе, свалили со свадьбы на городскую танцплощадку. В то время, пока мы с Серым пытались ловко танцуя, наклеить местных телок, свадьба пела и плясала.
Другой Серега, который в этот день становился моим зятем, в это самое время охранял мою сестру и ее туфельки от всяческих посягательств весьма многочисленных, и не совсем трезвых гостей. Чтобы представить себе нашего зятя, можете мысленно расположить Челентано за сильно выпуклой, ростовой лупой. Внешнее сходство в молодости у них конечно было, за что Серега и получил это погоняло от своих учеников с уроков физкультуры, ну уж очень гипертрофированное. Пятидесяти килограммовый мешок цемента Серега брал своими полутораметровыми, вытянутыми вперед клешнями, даже не задерживая дыхание.
Одна из подпитых родственниц, пытавшаяся злонамеренно подкрасться к невестиной туфельке, попала под Серегин зацеп, и была вытащена за шкварник из смородинного куста, под общее одобрение, и Серегино разочарование.
Разочаровался Серега от того, что нагибаясь в момент спасения туфельки он, излишне для свадебных штанов, напряг ягодицы, которые воспользовавшись моментом, разорвали эти самые штаны прямо между собой.
Заканчивать такой знаменательный в жизни день, в разорванных жопой штанах, жениху не захотелось, и они с невестой незаметно скрылись в темноте, по дороге к ближайшей швейной машинке.
Если вернуться к началу повествования, можно догадаться, что мобильной связи еще не существовало, а вероятность поймать такси в нашем городе, была еще меньше той вероятности, что это такси тебя вдруг собьет. Они пошли пешком.
Пока жених с невестой в свадебных нарядах путешествовали по ночному городу, мы с моим другом бездарно натанцевавшись, расстались, и я двинул в сторону угасающей свадьбы. Темень была такая, что казалось если выколоть глаза, стало бы немного светлее. Дезориентированный свадебным алкоголем молодой организм, завел меня в дебри частного сектора, и напрочь заплутав на полпути, остановился. Свадьбы уже не было слышно. Если бы не случайные фары скорой помощи, которая подсказала мне название улицы, я наверняка бродил бы до утра, но неожиданно обнаружив себя в десяти метрах от бабушкиного дома, в котором я вырос, легко сориентировался и через несколько кварталов по диагонали и десяток минут, был уже на месте.
Не яркие лампы, развешанные над двором, освещали опустевшее застолье, и часть примыкающей к дому улицы. Перед домом еще стояла пара автомобилей свадебных гостей, и возле одного из них возвышался двухметровой глыбой незнакомый мужик. Я бы и не придал этому значения, если бы в следующее мгновение из двора на этого мужика вдруг не напрыгнул дядя Валентин, и не начал его душить. Для того чтобы представить как это выглядело, представьте себе ротвейлера и прыгнувшего на него кота. Понимая что с дядей Валей через секунду будет покончено, я запрыгнул сверху на них обоих, и мы все вместе рухнули в сухую канаву. Что в эти мгновения творил с гигантом дядя Валя я не видел, потому что был сосредоточен на руке великана. Я ухватился за нее обеими руками, и всеми своими худыми шестьюдесятью четырьмя килограммами прижал ее к земле. Рука оказалась толщиной с мою ногу. Сначала она немного приподняла меня над землей, потом опустилась и сказала, что она инвалид и у нее нет ноги. Ноги не оказалось. Оказалось, что на обратном пути жениха и невесты к свадьбе, возле них остановилась инвалидка с инвалидом за рулем, который с добрыми намерениями и подбросил их обратно к месту празднования. А еще одно доброе намерение великана-инвалида, пытавшегося успокоить малолетнего сына дяди Вали Костю, проснувшегося и орущего в машине, на корню пресек дядя Валя, принявший доброго гиганта за педоразбойника. Ну а как я пришел на помощь в нужную минуту, вы уже знаете. В окончание этого крайне неудобного эпизода, мы удобно усадили доброго мужика за стол и накормили, и немного напоили.

3

Пояс затянул покрепче,
Макарошки с хлебом ем,
Лишь бы Вове было легче
Поднимать страну с колен,

Лишь бы наши депутаты
Были сыты и богаты.
Помогу им чем смогу,
Чтоб не в ВУЗе МГУ

Дети их гранит науки,
Как какие-то бастрюки,
Грызли, с плебсом наравне,
Пусть уж учатся в стране

Той, которой нас стращают,
Бары, клубы посещают,
Нюхают, глатают, пьют,
И на родину плюют.

Я последние трусы
Вам готов отдать во имя
Мира в Сирии, и Крыма.
Я готов ходить босым,

Надо - протяну и ноги,
Чтобы только вы могли
Жить - как раньше короли,
Что там короли, как боги.

Я продам хоть почку с глазом,
Чтобы только жопы ваши
В золотые унитазы
Срать могли, а не в параши.

А захочется клубнички,
Ставьте раком и насилуйте,
Я же свой, не заграничный,
Чем я хуже всей России-то?

Я шутил, теперь по делу:
Если честно, заебали
Вы конкретным беспределом.
Вижу будущего дали

Я сквозь божию росу,
Что глаза мои застила:
На руках вас понесут
В пиздобратскую могилу.

© Дмитрий Торчинов

4

Про службу. Служил я той роте в должности мастера тех средств охраны. Военсклад рота сторожила. И стояли по периметру там 2 вышки караульных ,диагонально. Периметр-будь здоров что-то около 4 с лихуем километров. Главный забор к которому примыкала вышка был высотой 4,5 метра. А вышка соответственно чуть выше. Запретная зона носила скорее декоративное название и не являлось таковой. И мы со старшим прапором ну никак вдвоём её восстановить не могли. Мы телефонную линию вышка-караул обслуживали. Пульт в карауле и сигнализацию караула. А большего от нас и не требовали-через 3 года территория склада вырастала вчетверо. И сторожить его уже должна была не рота-недомерок-36 рыл а целый батальон. В один прекрасный летний вечер заступила на службу очередная смена. Начкар сменил одного чекиста на другого, и почапали они в караул. А надо сказать что с противоположной караулу стороны склада вдоль запретки шла тропа,-по ней работники ходили. А так как весь Котлас знал что такое запретная зона,-то в неё никто не лазил. Пока .Заступивший на вышку чекист был армянином. Жидкого телосложения и ростом не вышел-метр с кепкой. Над ограждением вышки торчала только его пилотка. Прискорбно но факт. В часов 9 вечера по тропе едет белая копейка-ВАЗ-2101. И не доезжает до вышки метров 10(по следам это было хорошо видно).И судя по всему ехали в ней азербайджанцы-шла война в Карабахе, и нас предупреждали нападениях на часового, с целью завладения оружием. Копейка затормозила. Из неё вышел человек и чего-то сказал часовому. На запретку он не заходил. Пока.
Армянин его не расслышал. Тот громче проорал. Армянин на цыпочках приподнялся и послал айзера на хуй Тому это не понравилось и он позвал остальных из машины. Вышли трое, включая водителя. Они вчетвером начали что-то объяснять чекисту-армянину хором (с соседнего холодильника их слышали грузчики). А тому по барабану. Он в синее небо смотрит .Айзеров не видит, как и они его. Восточная кровь, горячая вскипела от гнева от бестолкового чекиста, в жилах айзербайджанцев -один подошёл к багажнику и вынул из него длинный свёрток. Развернули его-А там РУЖЬЁ! Тряпка осталась на земле. Достал их армян-они к нему на хреновом русском. А он с гор за солью спустился. А тут призыв в армию. По русски с грехом понимал. Часа 2 это продолжалось действо. Наконец один из айзеров с ружьём заряженным(?) Входит в запретную зону. подходит к вышке, чуть потоптался. И... поднимается на вышку к чекисту! А тут из-за угла очередная смена идёт!Карр !Что видят они?Нападение на часового !Отражается всеми средствами и силой оружия!Ахъ! О чём это Вы? Смена стоит выпучив глаза. Все трое- 3 автомата 60 патронов(по 10шт в магазине)Заряжай да бей! Как в тире .Где там, кто-то увидел чекистов на тропе караула. Атас!Ломая ноги тот с ружом кувыркнулся вниз. К нему подбежали. подхватили. поволокли в машину. Завели и смылись. Этим случаем целый месяц занимался военный дознаватель из Архангельской конвойной дивизии. Он всё не мог взять в толк-почему чекист не позвонил в караул. С айзерами было ясно- хотели типа морду набить, автомат отобрать а деньги положить в условном месте. Его нашли(место без денег).

5

Пионер и нищий.

Сцена маслом. На проспекте нищий
С долей малой к нищенству таланта
Зашибает шальные деньжищи
На глазах постового сержанта.
Он без ног ( не сержант, попрошайка)
Вечно пьян ( правда тут скорей оба )
Жизнь-игра, инструмент - балалайка
На пути от проспекта до гроба.

Сцена два. Пионер. Ас по пряткам.
Городские пороки находит.
Ибо тот, кто следит за порядком
И в себе сам порядок наводит.
Режет глаз пионеру картина
Ведь на фоне подъёма и роста
Покрывает безногий детина
Тело родины словно короста.

И сказал пионер нищеброду,
Перед носом махая газетой:
"Тут потоп, а ты писаешь в воду!
Всё горит, а ты тут с сигаретой!
На тебе целину пахать надо!
Мог бы норму давать по забоям!
Занимаешься тут клоунадой,
А в стране недобор по героям!

Балалайкой служи культпросвету!
Сделай курс по вождению "трехтонок"!
А иначе... У стенки!... К ответу!
Талифа, блин, куми! Ну, подонок!?"
И восстал двухметровый калека
И схватив активиста за стопы
Вырвал то, что в любом человеке
Вниз растет, часто прямо из жопы.

Сцена три. Постовой и убогий.
Те же, там же, на той же дороге.
Лишь в канаве плывут как миноги
Пионерские бледные ноги.

6

Всепобеждающий Армейский Язык ---------------------------------- А теперь закрой рот и скажи, где ты был. Я вас не спрашиваю, где вы были! Я спрашиваю, откуда идете! По команде "Бегом-марш" руки сгинаются в коленях! Что, машина не заводится? Поехали, потом заведешь. Ставлю вопрос ребром: или мы будем или не без этого! Осмотрите дыру в заборе и доложите мне, с какой она стороны, с той или с этой? Отпечатать в трех экземплярах, но чтоб первый был готов к обеду. К днищу аппарата приварено отверстие. Товарищи бойцы! Спите быстрее! До подъема осталось пять минут. Чья шинель подписана "Сидоров"? Лицо на фотографии должно быть квадратным. Вы что думаете -вы все дураки, а я один умный? ! Что это над нами завис вертолет? Горючее что-ли кончилось? Товарищи курсанты, поставьте дипломаты на пол, а у кого не стоит, зажмите между ног. Пора, товарищи, брать коня за рога. И спать хочется, и Родину жалко. . . Рота! Шире шаг! Почему зад не поет? Белье вы получите такое же белое, только синее. Что вы на меня свое лицо вытаращили? Кто не умеет плавать, тот должен хорошо нырять. Расстояние между ногами -один шаг. Температура кипения воды в танке -90 градусов+ Нет, 90 градусов -это прямой угол. Искать смысла нет, даже если найдем. Зимой, то есть, ночью, караул сменяется два раза в день. Гонору-то у вас много, мама откормила на сосисках и сметане! Займитесь личной самодисциплиной, иначе завтра ей займусь я. Замаскировать так, чтоб ни одна собака не нашла. Даже я! Я китель снял, значит, холодно не будет. Неужели нельзя это сказать более русским языком? Вы что делаете? Ничего? Тогда давайте быстрее! Р-р-равняйсь! Не слышу единого щелчка при повороте голов! В ином смысле много ума хуже, чем если бы его не было вообще. Что вас больше занимает: то, что я говорю, или дохлый голубь, который летает над столовой? ! Уставы пригодятся вам в жизни! Как же вы будете воспитывать своих детей? Что ты, как девица, красный? Через месяц офицером станешь! В течении 6 часов мы будем прививать вам любовь к строевой подготовке. Не надо мыть полы ежедневно, но хотя бы каждый день надо! Ты что со штативом делаешь? А если тебе все три ноги раздвинуть? У кого склонности к математике? Бери лопату и извлекай корни! Когда сделаете в жизни столько бесполезного, сколько я, тогда и будете меня критиковать! Давайте без "давайте"! Замполит, выгнать этого придурка из комсомола! Как не комсомолец? Принять и выгнать! Вопрос понял, ответ думаю. Товарищ курсант, вы хотите что-то сказать? Встаньте! Закройте рот! Садитесь! Не хотите жить как люди, будете жить по уставу! Кто давал команду смеяться? С майорами, учти, сначала говори: "Шучу", потом шути. Подстригитесь, глядишь, и служба лучше пойдет. Заряженному танку в дуло не смотрят! Где вы были? В туалете? Вы бы еще в театр сходили! Копать здесь и здесь. А я пока схожу узнаю где надо. Если нет ответа, то давайте подумаем. . . Солдат должен подчиняться слепому инстинкту командира. Основное выражение лица -широко открытый от удивления рот. Голова болит? Читайте устав. . . Если у вас вместо головы -задница, информацию надо в записных книжках иметь! Вот как у меня! Голова у солдата -чтоб думать, а мозги -чтобы соображать! Услышав лай караульной собаки, часовой дублирует его голосом. Танки не моют. Их красят! Что вы галдите, как в муравейнике? ! На большой глубине гордой походкой шла подводная лодка. Вы, товарищ курсант, не курсант, а настоящий неандерталец, и, я бы даже сказал, антрополог. Что вы спите стоя на ходу? Едем ночью, идеальные условия, луна светит, солнце. . . Привыкли, чуть что, как страусы, голову в снег. Надо полы так тереть, чтобы вода скрипела. Закрывайте дверь, вы же не к любовнице пришли! Живете, как свиньи в берлоге. Офицер без мечты, что собака без крыльев. Он даже погиб! Что вы так стоите, как будто радикулит скрючился. Что за свинья здесь прошла? ! Корова, что ли? ! Сурка образ жизни ведете, товарищи курсанты! Отравляющие вещества -это когда один раз вдохнешь, и больше не надо. Стратегия -это пожелание того, как должен действовать вероятный противник. Миллиард -это огромная сумма, как сто миллионов. Коpова -это такое большое животное с четырьмя ногами по углам. . . Снег должен быть белый и квадратный. Вход -это отверстие извне во внутрь, в обратном направлении, именуемое выходом. Лучшее средство от любви -бег в противогазе. Походная лопатка служит для копки окопов, а не для ковыряния в носу. Для солдата субботник -это дело добровольное, а не так, что хочешь участвуешь, а хочешь -нет. Солдат -самое мелкое живое существо. Каждый курсант должен быть либо поощрен, либо наказан. У каждого человека свой собственный организм. Любая кривая, обходящая начальника, короче прямой, проходящей мимо него. Я решаю только вечные вопросы. Временные решает сержант. Когда встречаются два странных человека, один из них всегда неправ. Мы будем изучать каждый раз новое, но почти одно и то же. Мосты через реки, как правило, строятся поперек течения. Чем больше солдат спит, тем меньше от него вреда. В философии можно как в двух пальцах заблудиться. Вы что, первый раз на свет родились? Товарищ студент, да, вы, у которого крестообразные руки на яйцах!

7

Супружеская пара у сексопатолога. Муж: - Как-то уже ничего не радует, всё уже перепробовали - А попробуйте позу "тачка"! - Это как? - Вы что, тачку никогда не видели? Жена становится на руки, а вы её за ноги и вперёд Жена: - У меня только два замечания: я надену на руки перчатки - маникюр всё же, и по той улице, где мама живёт, я - не поеду!

8

Смотрел сегодня ролик про самооборону, смеялся до слез. https://www.youtube.com/watch?v=H5wrCRkUqrQ и заодно вспомнил историю рассказанную мне одним воином-срочником. Так как я ее слышал из первых уст расскажу от своего лица.
К тому времени как меня поощрили краткосрочным отпуском, некоторые азы рукопашного боя я уже изучил. Но больше всего мне запомнились слова инструктора — толпы бояться не надо, толпу бить легко! На наши удивленные выкрикивания — как, почему? Он добавил — в толпе промазать тяжело, куда не ткни, в кого нибудь да попадешь! На нас его слова произвели впечатление, возможно он эту толпу и бил, но кое что он оказывается не договорил. Хотя и правильно, ведь он нас готовил стать бойцами, а не жертвами.
В общем домой я не поехал, скоро все равно дембель и рванул в ближайший городок, где и снял в общаге комнатушку за рубль в сутки, а вечером метнулся в местный ресторан. И после второго стакана, увидел ее, свою мечту. Жаркую, пылкую, грациозную! В душе моей вскипела страсть. Страсть эта рвалась наружу всеми частями тела, некоторыми особо. Я хотел ей с нею поделиться, но она была не сговорчива. Хотя я сделал несколько попыток и при медленном танце и при быстром, а потом даже закинул ей в декольте какую-то съедобную хрень, в надежде, что она разрешит мне вытащить ее оттуда губами. Страсть кипела, а дело не шло и я решил ее взять измором.
- Я вас провожу, мадмуазель! - галантно произнес я, ближе к закрытию.
- Не стоит, у нас ребята не любят когда девушек с их двора провожают чужие! - урезонила она меня.
- Да ладно не ссы! - вскипел я всей страстью и тем, что влил в себя из графина. Хотя сказать то я хотел — не переживайте, мадмуазель, все будет хорошо! - но она меня и так поняла и согласилась.
Я шел смело, в надежде на то, что про ребят она все же пошутила зажав для меня чаю. Нихрена, она видимо шутить вообще не умела, потому что уже на подходе я увидел пятерых, не очень доброжелательных типков.
- Давай беги! - оттолкнула она меня в сторону, - может они тебя еще не заметили! - я хотел ей верить, но было уже поздно. Надо было принимать бой и я начал с разминки. Не стал отходить от регламента установленного инструктором, а он нас перед каждой тренировкой гонял как ишаков по спортзалу. Поэтому я перешел сначала на рысь, а потом и в галоп. Ребята тоже разминались, это было понятно по топоту ног сзади. Когда передо мной возникла двухметровая бетонная стена я перемахнул ее не заметив. Помню, что взбежал по ней легко, наверху сделал стойку на руках, а вот приземление с той стороны сорвалось и я рухнул плашмя. Это меня и подвело. Потому что за забором тоже стояли какие-то ребята и я упал почти им под ноги.
- Кто это? - опешил один из них, - что он тут делает?
- Хрен его знает! - поддержал его второй, - но раз бежал значит в чем то виноват! - и пнул меня ногой в голову. Блин, походу остальным это тоже понравилось - в футбол что ли в свое время не наигрались! А было их человек восемь. В смысле — толпа. И вот эту ситуацию инструктор нам видимо и не договорил, потому что они тоже не мазали, хотя я был один. Но куда они сука не ткнут, все равно попадали. Хорошо хоть я в кабаке принял почти литр, это действовало как наркоз и обезболивающие. А еще помогло то, что они все же били, а я лежал, поэтому устали они первыми. Запыхались, повернулись и ушли. Я полежал еще немного, потому что меня душила обида. Обида на самого себя, я не понимал, на кой хрен я столько бежал, чтобы огрести здесь. Тем более там у дома и ребят на трое было меньше и может попадали бы они не так точно. В общем обида меня терзала весь оставшийся отпуск, пока я лежа в общаге втирал бодягу, йод и еще какую-то хрень. До конца все равно все не прошло и когда я вернулся в часть и на плацу меня встретил замполит, он присмотрелся и произнес:
- Нихрена себе, воин, тебе дома рады были!!!

10

Мухомор как средство коммуникации

Видит бог, что-то неладное творится в нашем любимом государстве. То понос то золотуха, то пенсионная реформа то наводнение, новости хоть совсем не смотри, и, самое главное, - куда-то делись все опята. Опят нет. Прошлый год было - хоть мешками носи, в этом - раз пять ездил, и всё в молоко. Ни одного не то что опёнка, гнилой срезанной ножки даже не видел. И что особо подозрительно, кого в лесу ни встретишь, все путаются, суки, в показаниях. То опята вот только что были, но уже кончились, то не было, но вот-вот должны пойти. Самые малодушные, те просто сразу ныть начинают, - дяденька, отпусти, мы больше так не будем.

А тут на днях, погода хорошая, поехал, уже не за грибами даже, просто прокатиться. Еду по лесу, смотрю, прямо на дороге два велосипеда. Ну, дорога в лесу понятие условное, но всё равно не объедешь. Возле велосипедов, спиной, девушка. Девушка, девочка, ну, лет шестнадцать может. И волосы такие, по спине, до попы. Блондинка. Причем натуральная. Почему уверен? Потому что только городские сумасшедшие и натуральные блондинки ходят в лес с распущенными волосами.

Услышала меня, оборачивается.
- Ой, мы тут прямо на дороге раскорячились!
- Ничего, - говорю, - объеду.

И объезжаю.
Смотрю, шагах в пяти - вторая, постарше. Сидит в кустах, за деревом, на корточках.
Прохожу мимо, твёрдо не глядя в её сторону, а она вдруг голову поднимает и говорит:
- А мы тут мухомор фотографируем!
С некоторым даже вызовом.
А кто бы сомневался? Что ещё делать приличной даме в кустах на корточках, кроме как фотографировать мухомор?
Остановился, смотрю, - в самом деле мухомор. Эка невидаль. Мухомор, честно говоря, так себе. Круглая бледно-красная бобышка с тремя невразумительными белыми пятнышками, как будто птичка покакала.

- Ну, честно говоря, так себе мухомор-то. - просто из вежливости говорю я.
Я всегда говорю то что думаю, за это меня люди ценят и любят.
- Ну почему же так себе! - говорит дама, поднимаясь и протягивая мне экран смартфона, - Вполне себе симпатичный!

И действительно, на экране мухомор выглядит немного презентабельней, чем в натуре. Мне бы согласиться, и поехать дальше. Не знаю, кой черт меня дёрнул за язык, наверное просто дамочка эта мне очень понравилась. Милая такая, симпатичная, и трогательная. Просто захотелось сказать ей что-то приятное. И я говорю.
- Знаете, - говорю, - может с вашей точки зрения он и симпатичный. Но если вас интересует моё мнение, то с моей точки зрения вы гораздо, гораздо симпатичнее.
- Серьёзно? - говорит она, слегка засмущавшись.
- Абсолютно! - говорю я без всякой тени даже иронии, уверенно как на совещании. - Вот к примеру если бы у меня был выбор, что фотографировать, вас или мухомор, я бы на мухомор даже не посмотрел, тьфу на него, а фотографировал бы исключительно вас!
- Ох! - сказала она. - Мне сто лет никто таких комплиментов не говорил!
Только я хотел развить инициативу в этом направлении, как из-за спины раздался скрипучий противный голос.
- Мама, какой комплимент, ты в своём уме?!!! Он же тебя с мухомором сравнил!

Согласен, комплимент получился не очень. Просто я комплиментов никогда не говорю, и говорить не умею. Но с мухомором, надо отдать пигалице за спиной должное, получился лёгкий перебор.

"Вот же ты мерзкая козявка! - подумал я, - И кто тебя за язык тянет?!"
Однако к счастью дама на её слова даже не обратила никакого внимания.
- А вы за грибами?
- Да так, поехал прокатиться, хотел опят посмотреть.
- А вы знаете, опят нет! Вот на той неделе много было, а сегодня ни одного не встретили.
На той неделе я ездил два раза, и опят было ещё меньше чем сегодня, но на этот раз я решил тактично промолчать. Мы ещё немножко поболтали про грибы, про то про сё, мы болтали бы и дольше, но неприятное созданье за спиной начало недовольно сопеть, и мы стали прощаться.
- Может быть дадите телефончик? - спросил я напоследок.
- Зачем? - хлопнула она ресницами так, что даже дятел наверху напрягся и замолчал.
- Ну, как? Вот я сейчас поеду, увижу к примеру красивый мухомор. Сфотографирую, и сброшу вам на ватцап. Или вы в другой раз поедете, встретите опят, позвоните мне, и я тут как тут, с двумя мешками...
Повисла неловкая пауза. Из головы у дамы раздался лёгкий скрип. Это она напряженно искала какой нибудь подходящий повод чтобы отказать, но при этом не обидеть. Я вообще заметил, некоторые дамочки с девственностью расстаются гораздо легче, чем с телефоном.
- Ну, нет так нет, - помог я ей выйти из неловкого положения. - Тогда я поеду пожалуй.
- Да и нам пора.
Мы мило попрощались, и каждый поехал своей дорогой.

Не прошло и минуты, за спиной раздался треск и знакомое сопение.
- Мужчина! Мужчина, стойте!!!
Я остановился. Козявка с длинными волосами подъехала и сказала
- Телефон запишите!
Я записал цифры, которые она продиктовала.
- Это мамин?
- Мой! У мамы ватцапа нет.
- Что ж ты, отвратительная девочка, маме ватцап не установишь?
- Тогда и мамин запишите. - буркнула она.
Потом развернулась, и умчалась обратно, собирая по дороге на свою роскошную гриву всех жучков, паучков, и клещей с окрестных кустов.

Часа два ещё я болтался по лесу, но так и не встретил ни одного достойного внимания мухомора. Когда не надо, вечно они лезут под ноги, а когда надо - ни единого.
Пожалуйста, если может быть у кого-то есть фотография приличного мухомора, только не из интернета, а своя, буду признателен. Просто так, или в обмен на хорошую фотографию бледной поганки.
Спасибо.

© Ракетчик

12

Про зайца.

В общем, это был прирученный дядькой заяц. К тому моменту, когда я его увидел, он был уже взрослый двухлетний зайчара. А поймал его дядька в лесу руками совсем маленьким. Заяц вырос вместе с котятами, но кормили его отдельно. Так и жил среди домашних животных в крытом дворе. Спал в соломе у коровьего стойла. Сам выходил на улицу, кормился только в избе. Причем сырые овощи-пресловутую морковку он на дух не переносил. А ел только щи.
Я пытался его покормить. Той же морковкой. Но он на меня так косанул глазом. Приподнял верхнюю (заячью) губу и оскалил резцы. Улыбнулся, гад. Так что близко я к нему не подходил.
К нему и собаки близко не подходили. Только петух иногда налетит, поклююет и на насест взлетает. Ибо заяц был мстителен. Я сам видел, как он лапами бил по ноге овцу. Она то ли наступила на него, то ли чего не то сказала, но он гонял ее по всему двору, пока бабка хворостиной его не отшлепала.
А в лес он не ходил. Только до речки, до бани. Он считал хозяином, другом, отцом и вожаком всей стаи дядьку. С которым он ходил в баню. В саму баню не заходил, но всегда ждал у дверей.
Дядька, напарившись, отдавал ему веник. Видимо это было очень вкусно. Минут за двадцать заяц сьедал этот веник без остатком, вместе с лыковой веревочкой.
А прославился заяц тогда, когда однажды ночью насмерть забил в курятнике хорька. Просто утром валялся почти разодраный хорек рядом с его жертвой-курицей. А заяц сидел рядом и нервно дышал. И задние лапы его были окровавлены. Жаль, что я этого не видел. Это было зимой, а я приезжал в деревню летом.
Кличка у него была Артамон или Степан. Забыл.
Когда дядька зимой принес пару зайцев с капканов,и стал в сенях снимать с них шкурки, этот Степан заболел. Вот тогда он ушел жить к корове. А раньше он жил в сенях на половике. Он в коровнике долго лежал в соломе, корова его лизала языком, бабка ему туда щи носила. А куры около него стали яйца откладывать. Но заяц яиц есть не стал.
До весны он от дядьки шарахался. А весной дядька принес ему из леса свежих ольховых веток с распустившимися почками. И заяц смирился с такими парадоксами жизни, когда его лучший друг сьел каких-то его же родственников.
Еще он любил грызть доску от забора. Причем грыз только одну доску. Изгрыз ее до того, что дядька отодрал эту доску и отдал ему. Заяц утащил доску в коровник, где она и исчезла постепенно.
Дядька пару раз пытался его отпустить и носил в лес в рюкзаке. Но, как только его сажал на землю, заяц прижимал уши, закрывал глаза и застывал, думая, что он сливается с этим ужасом. А когда дядька начинал уходить, заяц панически верещал и бросался ему в ноги, требуя посадить обратно в рюкзак, где и затихал успокоенно.
А вы слышали, как верещат зайцы? Ну и не надо. Как младенец плачет. Похоже. Но понятно, что крик нечеловеческий.
Ну ладно.
А если б я хотел наврать, то написал бы такую историю, как дядька соорудил зайчику бронежилет из алюминиевой кастрюльки и старого ватника и как они вдвоем ходили на охоту. На рысь, например.
И еще. Заяц не курил и водки не пил. Пусть вам даже такие мысли в голову не приходят.

15

Истории у меня традиционно длинные, кого напрягает - пролистайте.

Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте.
Уильям Шекспир.

Нет, никто не умер, слава богу. Но когда это происходит с тобой лично, все намного острее, чувствительнее и больнее, чем чужие истории в самом талантливом фильме или книжке. Случалось, ли вам любить? Да так, чтобы «крышу срывало» полностью и ни о чем другом даже думать невозможно? Когда сознание, как бы раздваивается и когда ты не с ней, не можешь ее видеть и любоваться, все становится тусклым, неважным, незначительным и неинтересным, словно это и не ты вовсе. Вроде повезло, любовь взаимная была, но кончилось все очень нехорошо. Попробую рассказать, коротко не получится.

Давно это было, когда СССР вполне существовал, а город Алма-Атой еще назывался. Я в армии, но так получилось, что через несколько недель после месячного учебного пункта (курс молодого бойца и присяга), случился у меня острейший приступ аппендицита. Страшные рези, хоть на стенку лезь, терпел сколько мог, сержанту доложил и до медпункта еле дошел, пару раз даже присел приступ пережидая. Воскресенье, вечер, скоро отбой, в части только фельдшер из солдат, но молодец – настоял перед дежурным по полку, чтобы скорую вызвали, поэтому попал не в военный госпиталь, а в гражданскую больницу. Через час-два уже прооперировали, чуть до перитонита не дотерпел, но обошлось.

Казалось бы, что там, всего-то шовчик десятисантиметровый, но даже просто сесть, с кровати ноги спустив, целая проблема, семь потов сойдет. Одежду перед операцией всю забрали, включая трусы, утром выдали больничные штаны, застиранные до потери цвета, с множеством мелких дырочек, минимум на пять размеров больше, сползающие из-за слабой резинки, а курточку наоборот маленькую, очень тесную в плечах и с короткими рукавами (почти по локоть), еще вдобавок худой и с коротким ежиком подросших волос, выгоревших до белобрысости вокруг пилотки. Вот такое скрюченное чучело и выползло утром в коридор (туалета в палате не было). На обратном пути присел в холле на диване передохнуть. Из ближайшей палаты, тоже мелкими шажками, вышла полусогнутая подруга по несчастью, молодая девчонка, в домашнем, цветастом халате, примерно моих лет, присела недалеко в кресле.

Сказать, что я сразу влюбился, это не сказать ничего. Сидел, потел и любовался. Достаточно миниатюрная, красивая до безумия, той особой, немного кукольной, восточной, азиатской женской красотой. Мама у нее кореянка, а отец казах. Из южных казахов (верхний джус или старший жуз, кто понимает), ничего общего с тем привычным типажом северных казахов с их плоскими лицами, щекастыми и узкоглазыми, больше на узбека похож. Славная у них дочка получилась. Чтобы было понятней: когда я через много лет, первый раз в Тае побывал и увидел, листая каналы, их дикторш по телевизору, то сразу вспомнил свою Айгуль. Еще мама ей загорать запрещала, на улице даже в шляпке ходила, отсюда и молочно-белая кожа с очень нежным девичьим румянцем на щечках, крупные, почти черные, искрящиеся глаза… Короче, я запал-попал-пропал…, сразу и бесповоротно.

В общении с женским полом у меня никогда проблем не было, легко мог на контакт пойти, а тут еле смог разговор начать, чуть ли не заикаясь и еще сильнее потея:
- У вас то-тоже аппендицит? – кашлянул, дернулся от боли и покраснел до кончиков ушей. Вроде и не заинтересовал особо, но скучно ей в палате с бабками лежать. Разболтались. Даже скоро смеяться пытались, одной рукой держа живот, другой зажимая рот. И больно и смешно, от этого веселились еще больше.

Заживало все как на собаке, через пару дней уже на улицу вышли, придерживая бок и подволакивая правые ноги. Тихонько ходили по аллеям в небольшом парке на территории городской больницы, иногда держась за руки. Или на лавочке сидели под могучими платанами. Со стороны, наверное, комично смотрелись, куколка и чувырла в нелепой курточке, с обвисшими штанами, которые приходилось постоянно подтягивать.
Ах, это алма-атинское лето, благословенный край!
Смеялись, болтали, как это бывает, обо всем и ни о чем. Умненькая, начитанная.
Бытовые проблемы почти сразу решил, зубную щетку, мыло и станки одноразовые однопалатника жена принесла, подарила, подкармливали меня мужики в палате охотно, даже женщины с других палат приносили «солдатику», кто пирог, кто абрикосы с первыми яблоками. И Айгуль…
Словно в рай попал, особенно по контрасту после двух первых месяцев в армии. Плыл я, как будто в невесомости, немножко оглушенный, свалившимся счастьем, а армия где-то в другой галактике находилась…

Обычно после аппендицита выписывают на 5-7 день, но у Айгуль шов немного нагноился, а про меня словно забыли. Потеряли, как потом сказали, по всем больницам искали, как-то записали при приемке неправильно. В итоге получилось у нас почти две недели вместе. Ее выписали на день раньше:
- Первое увольнение и я приду. Обязательно жди… - она летом подрабатывала после сессии, мороженым торговала в определенном месте. Отупел я от любви и от расстройства, что все вдруг неожиданно закончилось, нет, чтобы адрес взять…

В первое свое увольнение попал только больше через месяц, который провел, как в дурном сне. Шел и молился. Только бы была, только бы была… А если не будет? Паника захлестывала, что же я за придурок. Ну, почему я адрес не взял? – многотысячный раз за этот месяц себя спрашивал. В больницу пойду, всех на уши поставлю, но адрес найду - решил я для себя.
- Девушка, пломбир продайте… – радостью полыхнули ее глаза, у меня аж душа запела.
- Какая ты красивая… – в кокетливой летней шляпке и белом халатике, глаза боялся отвести.
- Ты тоже красавчик! – с удовольствием оглядела она меня. В фуражке, начищенных до зеркального блеска ботинках и жестко отглаженной, уже подогнанной, новенькой форме, я себя намного уверенней и соответственней чувствовал, чем в больничной робе.
Смену быстро закрыла, пошли гулять по летнему городу.
- Мороженного хочешь? – показал я на летнее кафе «Мороженное» - нет, ну действительно от любви мужчины глупеют и абсолютно тупеют. Как она смеялась… Это был мой лучший анекдот за всю жизнь. Проводил ее до частного дома на окраине города, почти в предгорьях, прямо до потайной калитки. Там овраг рядом проходил, поэтому участок неправильной формы был и часть забора получалась, как бы на другой улице. Первый раз поцеловались… Спугнула нас проезжающая машина, мягко высвободилась, ускользнула… Еще придешь? Да, конечно, я не могу без тебя…

Полк недавно из командировки, поэтому проблем с увольнениями особых не было, но вот для молодых… Хорошо, что было правило, что в увольнения ходят только те, кто на «отлично», без промахов отстрелялся на последних еженедельных стрельбах. Как-то рассказывал я здесь историю: https://www.anekdot.ru/id/912659/
Проблем со стрельбой у меня точно не предвиделось, как-никак первый взрослый разряд был, пусть и в школе еще полученный, до КМС немного недотянул. Тут автомат АКС-74, не винтовка, но тоже не теорема Ферма, пристрелял нормально.
Положил я шестью патронами три мишени, грамотно отсекая очередь на два выстрела (ростовая 100 метров, пулеметное гнездо 200, ростовая 300, поднимаются по очереди, при попадании падают), и еще деду соседнему помог положить его последнюю фигуру, по которой он высадил уже все оставшиеся, из двенадцати выдаваемых на упражнение патронов. Ротный заметил, погрозил кулаком, но увольнительные потом писал не чинясь.
Так и жил от воскресенья до воскресенья (только в этот день увольнительные были), часы буквально считая.

А потом, как обрезало, то наряд, то караул, то залет… Месяц никак вырваться не получалось. Хорошо, что я на такой случай предупредил, что могу и в самоход поздно прийти. Дом у нее от части недалеко был, пяти километров не было точно. Ну и рванул. Отбой в 22-00, дождался, когда дежурный по полку с обходом пройдет и дежурный по роте сержант спать завалится, оставив на тумбочке молодого дневального моего призыва. По стеночке в густой тени от фонарей до курилки, там трехметровый с лишним забор бетонный, но в метре дерево без веток внизу и с гладкой, словно кожей облитой корой, а это вообще не проблема (по столбам я не лазил, что ли?). Прыжок c дерева на забор, подтянулся, перевалился, мягко спрыгнул. Обратно будет проще, большое дерево, значительно подальше от забора, но с толстенной, перпендикулярной стволу веткой почти до него. Летел, как на крыльях, словно по воздуху, земли не касаясь, по дворам, чтобы на проезжих улицах не светиться, еще и загиб сделал, цветов с клумбы нарвать. Что для меня эти 4-5 километров, не заметил даже. Возле заветной калиточки тихонько несколько раз посвистел. Открыла, на шее повисла. Опасался, что запах пота от меня будет, пусть и баня вчера. Что ты милый, от тебя всегда так хорошо пахнет… Может лукавила, но где-то потом прочитал, что некоторым женщинам запах свежего пота любимого мужчины даже приятен или вообще не замечают. Правда ли? Не знаю. Не путать с носками…)))

В саду беседка остекленная, с высоким полом, пышный ковер, расшитые подушки, низенький стол (порядка 30 см.). Сидим по-турецки, угощает она меня чаем, так и крутится в голове картинка с японским чайным домиком. Папа на сутках, мама ничего не скажет, не думай ничего, родной... Разговариваем, за руки держимся, целуемся, легонько друг друга касаясь…, но события не форсирую, опасаюсь даже чуть-чуть обидеть, напугать излишней настойчивостью и так хватает для «седьмого неба» … Было у меня до армии несколько подружек, но это больше физиология, а легкие школьные влюбленности вообще упоминать не стоит. По накалу, это как ночник с большим зенитным прожектором сравнивать…

Так и бегал (Форест Гамп, бля), под отцовский график подстраиваясь. Только вот, есть такое в армии гадкое слово «не положено». Не положено бойцу первого года службы в СОЧи летать (самовольное оставление части). НЕ ПОЛОЖЕНО, от слова совсем. Естественно, замечали и серьезные разборы с дедами случались. Били конечно, но не так чтобы убийственно, по «фанере» (грудь) в основном, чтобы следов не оставлять и за дело, впрочем. Сине-желтая постоянно была и хрустела местами, но неважно это было, у меня Айгуль…, поэтому терпел, дерзил и огрызался. У других моих одногодков задачи гораздо приземленнее: Пожрать, поспать и загаситься. Может поэтому один дед проникся и даже поддержку кидал, только прикалывался постоянно с извечным мужским цинизмом и дебильными вопросами: Вдул, не вдул… Все равно по-тихому старался все делать. И еще недосып страшный был, подъем то в шесть, на политзанятиях глаза закрывались, хоть спички вставляй, просмотр программы «Время» в ленинской комнате сидя в полумраке - пусть 20 минут, но мои. А один раз не смог дождаться отбоя дежурного по роте, все колобродил тот чего-то, а сам после наряда, глаза на миг закрыл… и проснулся только уже утром, от крика дневального: «Рота подъем!», в той же позе. Как я себя корил, Айгуль же ждала, а я дрых…

Сколько раз я так сбегал, шесть или семь, не помню уже, да и неважно это. В очередной раз увидел я в беседке свернутый матрас с бельем. Заметила мой взгляд, покраснела, глаза опустила:
- В доме так душно, здесь спать буду… - не надо слов, милая, все я понимаю. Решилась, так решилась… Первый я у нее был. Семнадцать лет, восемнадцать только осенью исполнится, я на год старше, дни рождения с разницей в три дня (оба Весы). Но ведь не имеет значения, когда, главное по любви… Хорошо и нежно получилось, и без какой-либо скабрёзности. Я словно в невесомости качался, где-то за гранью земного счастья.
Но вот же скотина, вырубился сразу после этого, сам не понял, как. Очнулся, как от толчка, на часы – твою ж дивизию! До подъема бы успеть.
- Я поскакал, надо уже… - быстро оделся, поцеловал, слабо рукой махнула, проснулась, не проснулась так и не понял.

Еще подбегая к части заметил неладное, плац освещен, моторы машин гудят… Что там такое? С опаской с ветки заглянул в курилку, разговор слышен и похоже офицеры сидят, подождал несколько минут. Нет, не уходят. Ждать больше нельзя, в полку тусня активная вовсю, на плацу машины-доставки стоят. Похоже по тревоге подкинули. Есть у меня запасной вариант, щель под пожарными воротами. Лечу вдоль забора туда, место неудачное, прямо у штаба, с окон можно увидеть, но что делать? Щель узкая, но худощавые товарищи пролазят. Похоже я свою стройность переоценил, застрял, в панике задергался, вырвался наконец, до крови ободрав ухо и оторвав пуговицу на груди. Да пофиг. Бегом под роту, а на плацу уже построение, народ с оружием, вещмешками и прочими причиндалами. Фу, слава богу, оружейка открыта, дневальный там пол моет под присмотром дежурного по роте. Была б закрыта (под сигнализацией) пошел бы сдаваться с потрохами ротному. А что еще делать?
- Ты где шаришься? – сержант подозрительно на меня посмотрел.
- Что случилось, что берем? – влетел я в оружейку, игнорируя вопрос.
- ХЗ, тревога боевая, все бери…, ёбарь-террорист… , только в темпе, дежурный по полку уже звонил… – хотел еще, что-то сказать, но махнул рукой. Автомат, штык-нож, подсумки, два магазина, бронежилет, противогаз, лопатка… – вроде ничего не забыл. А-а, еще каска под ротой на шкафу и мыльно-рыльное из тумбочки. Быстро-быстро. Теперь в каптерку, прапор уже закрывать собрался.
- Товарищ старший прапорщик, меня с наряда по парку сняли, то не еду, то еду… - врал я напропалую. Оказывается, и бушлат, и шинель берем, несмотря на раннюю осень.
- Куда нас, в Якутию что ли? – пытался я шутить, судорожно пихая все в вещмешок, блин, еще шинель скатывать, аккуратно надо, а то будет потом, как из одного места. Шутка не удалась, прапор лишь хмуро смотрел, а до меня дошло, что командировка то может длинная оказаться, аж в груди защемило. Выскочил уже на лестницу, пытаясь ничего не уронить, прапор вдогонку крикнул:
- Еще сухпай в столовой получи… - хрен там, уже команда: «По машинам!», ладно обойдусь, как-нибудь. Бочком, бочком, по краешку, стараясь не попадаться на глаза офицерам доскочил до машины, где уже сидел мой взвод. Получил несколько тычков, от сидящих с краю дедов:
- Да ты припух совсем! - приземлился на лавку в середине. Фу-у, успел…

Если бы я знал тогда! Командир взвода, молодой лейтенант, при перекличке не обнаружив меня, бучу поднимать не стал, резонно решив, что самоход там или еще что-то, сейчас разбираться не будет, пусть этим занимаются те, кто в полку из офицеров останется - и внес меня в списки не выезжающих. Всегда в полку бойцов пятьдесят со всех рот остается, наряды, караул и прочее. Бардак при таких массовых выездах всегда определенный присутствует. А вот я баран, куда торопился, счет уже на минуты, если не на секунды шел…

Командировка получилась не просто длинная, а длиннющая, растянувшаяся почти на пять месяцев. Степанакерт, Ереван, Баку и в конце Ленинакан после землетрясения. Про Ленинакан я как-то писал, почитать можно здесь: https://www.anekdot.ru/id/921079/
И опять на те же грабли с адресом, ни улицы не знаю, ни номера дома, с тылу только подходил, даже письмо не напишешь. Месяца через два затосковал я совсем уж сильно, хоть волком вой на ереванскую луну, даже мысль о дезертирстве мелькнула, но куда я в чужом краю без гражданской одежды, документов, денег, да и позор неслабый на оба дома, мой отец бы точно не понял. Потом, как-то притупилось, особенно в Ленинакане. Что мои страдания по сравнению с той катастрофой и с тем горем. Ничего не оставалось делать, только терпеть и ждать, ждать и терпеть…

В конце января прилетели наконец в Алма-Ату. Недели через три вышел первый раз в город, раньше не получалось, а самоход смысла не имел, ну походил бы я ночью по сугробам вокруг дома… Рванул сразу туда и к центральному входу. Позвонил в звонок на калитке в высоких деревянных воротах. Самого аж трясет. Открыл отец, серьезный дядька, между прочим, майор милиции:
- Ас-саляму алейкум, Айгуль дома? – ничего не ответил, вышел на улицу, прикрыл калитку. Пауза затянулась, оглядел меня всего, наконец посмотрел в глаза:
- Явился засранец, вот ты какой… Нет ее, в Чимкент к родителям жениха поехала – какой нахрен жених, порву, как грелку…
- А ты чего приперся? – начал я ему объяснять, что так получилось, про командировку длинную…, хорошо говорил, горячо…
- Ну, хорошо, не виноват ты, а сейчас чего хочешь?
- Увидеться, я ей все объясню…
- Нет тебя для нее больше, считай, что умер. И встречи не ищи больше, чтобы я еще раз из комы ее вытаскивал…
- К-какая кома? – ошарашен я был, не то слово.
- Таблеток она наглоталась, еле спасли, и аборт пришлось делать, потом по психологам возил… – тяжело вздохнул, немного помолчал, как бы вспоминая.
- Мальчик, я тебе жизнь могу реально попортить или из табельного пристрелю. Не приходи больше, не надо, я очень серьезно говорю, оставь ее в покое, забыла она тебя, не береди… - этот пристрелит, ничуть не засомневался, но больше обалдевший я был от таких чумовых новостей. Что тут говорить, все мои слова лишь жалким лепетом получатся.
Бедная моя девочка! Что же мы с тобой натворили? И ведь потом серьезно меня подлецом посчитала, мужланом и коварным соблазнителем. Добился и исчез, даже не попрощавшись. И все слова мои про любовь, ложью до последней буквы оказались, только средством достижения… Представил себе, что она сперва долго ждет-надеется, потом страдает-плачет… В часть сходить, узнать - гордость не позволила, а когда надежды не осталось, а еще и беременность, таблетки глотает… То-то мне тогда так хреново было. Ой, мамочка! Я вдруг себя действительно последним подлецом и конченным негодяем ощутил. Чтобы не разрыдаться тут же при отце, развернулся и ушел, даже не попрощавшись. Что же мне теперь делать?

Стал я письма ей длинные писать. Прощения просил, про любовь свою, что отслужу и замуж возьму, пусть не сомневается и так по кругу. Все новые и новые слова находил, убедительные на мой взгляд… Много писем написал, больше десятка точно, но скорее всего не доходи они до нее, отец, наверное, перехватывал и не показывал. Тетке позвонил (в Алма-Ате жила), чтобы приехала и заявление на длительное увольнение написала (до трех дней давали). Думал в учебное время в ее институт схожу, найду и поговорю все-таки. Домой не ходил, не то, чтобы угроз отца сильно боялся, но для откровенного разговора наедине, без давления на нее со стороны родственников, неподходящим место казалось. Но не получилось ничего…

Лихорадило тогда Советский Союз, трясло, как в лихоманке, то тут, то там… Бесконечные командировки, не такие длинные, но много. Практически всё Закавказье и Среднюю Азию с полком объездил, пожалуй, только в Туркмении не был. Центр ослаб и откуда вдруг столько разнообразных и жестоких националистов повылазило? Вот аналогия пришла: Как гиены нападают на старого, некогда грозного льва. Он еще рычит и когти выпускает, в виде, подобных нашему полку, частей, но уже все понимают, что вопрос больше остающегося времени… Горбачев слабаком оказался, по стратегическому мышлению выше секретаря обкома так и не поднялся, ну, и не везло ему конечно. Сперва Чернобыль с его финансовой огромной черной дырой и неприятными политическими последствиями, через два года землетрясение в Армении, по количеству разрушений и жертв беспрецедентное для СССР, за всю историю. Я уже не говорю, про менее значительные события, мало освещаемые в той прессе, но тоже весьма дорогостоящие. Например, полная эвакуация и расселение более 20 тысяч турок-месхитинцев из Узбекистана, где вроде бы мирные узбеки, им настоящий кровавый геноцид неожиданно вдруг устроили, с массовыми убийствами, невзирая на пол и возраст.
Сбегал я еще раз в самоход, как раз из Узбекистана приехали, июнь к концу подбирался. Посвистел минут пятнадцать тихонько на мотив «Сулико» возле калитки. Залезть во двор? Неправильно будет после всего, как вор пробираться, еще слова отца ее, про жениха покоя не давали… Все равно подпрыгнул, ухватился пальцами за край забора, подтянулся и посмотрел несколько секунд. Темно и в беседке, и в доме.
А про увольнения никто и не вспоминал, да еще и мои залёты… Мой длинный язык без костей и далеко ведущие приколы и дела, например, почитать можно здесь: https://www.anekdot.ru/id/880754/ Как я командира полка умудрился перед генералом подставить, не прямо и не специально, конечно.
За всей этой суетой, душевная рана моя, как бы подзатянулась, но все равно саднила постоянно и неотвязно. А время шло…

Чик чирик, пиздык, ку-ку, скоро дембель старику… - послушав последний раз незамысловатый дембельский стишок, двинулись мы впятером навсегда из расположения полка, только кто-то в сердцах сказал молодому:
- Дурак ты Батон, сегодня надо говорить не «скоро», а «уже», но пусть теперь тебя другие учат…
За воротами части прицепили неуставные аксельбанты и прочую хрень. Народ двинулся в кабак, поезд только вечером, а я по знакомому маршруту. Присел напротив за два дома на лавочке, жду. Представлял, что выйдет она, а я на колени упаду, прощения попрощу, скажу, что жить без нее не могу, замуж позову… А если отец не захочет ее замуж за не мусульманина отдавать, украду-увезу… Наивный сибирский мальчик…
Вечером съездил на вокзал, поменял билеты, проводил сослуживцев. Переночевал у тетки и с утра снова на посту, на надоевшей лавочке. Дождался…
Вышла из калитки, обернулась, сердце ударило, где-то в горле. Беременна, уже месяце на седьмом-восьмом, но точно по срокам не от меня, все равно подошел на словно ватных ногах.
- О, привет… – почти не удивилась, словно вчера расстались.
- Я вот демобилизовался… – слов не было, голова словно пустая бочка, только и смог руки в стороны развести, как бы извиняясь за свой парадный вид. Смотрел на милое, родное лицо и не мог никак сообразить, что говорить.
- А мы к родителям в гости приезжали… - спокойный, умиротворенный взгляд, как бы смотрящий немного вовнутрь, словно прислушиваясь, какой бывает только у счастливо беременных женщин.
- У меня все хорошо, я замужем, мужа очень люблю…, вот мальчик у нас будет… - все таким же спокойным и безмятежным голосом, нежно погладив живот.
Открылись ворота, начала выезжать машина с молодым, мордатым казахом за рулем.
- Это мой муж – пояснила она.
- А ты как? – опять без какого-то всплеска эмоций и особого интереса, словно поддерживая вежливый разговор со старым знакомым.
А я никак… - только и смог выдавить из себя от сжавшего горла спазма. Собрался силами и сказал почти нормально:
- Прости меня и будь счастлива… - отвернулся и пошел по улице, сдерживая подступающие слезы, не видя ничего вокруг. Бог ты мой! Как я умудрился просрать такую любовь и потерять навсегда свою Айгуль… Кто я, мудак конченный или жертва обстоятельств? Ромео, бля, казахстанского разлива…

Приехав в родной город, пустился я во все тяжкие, но постепенно, кое как, вошел в колею, как там в песне у Сплина:
Она хотела даже повеситься,
Но институт, экзамены, сессия…

Были у меня в дальнейшем влюбленности и женился по большой любви, но нет-нет, да бывает - вспоминаю ту, мою Айгуль и то счастливое алма-атинское лето. Боли никакой давно нет, так - легкая, светлая грусть…

P.S. Только не надо мне про «розовые сопли», сам все прекрасно понимаю, большой уже мальчик, но стал вспоминать и остановится не мог, словно все вчера было. Надеюсь, поймете.

16

Разговорился с прикольной парой на соседнем лежаке. Миша - здоровенный, несколько перекачанный и перекормленный чувак под метр девяносто. Маша - тощая симпатичная пигалица весом раза в два его меньше. Оба вид имели застенчивый и сияющий. Рассказали, что познакомились несколько дней назад прямо тут, на курорте. После выпавших на их долю испытаний твердо намерены пожениться.

Особо Мише запомнился первый день их знакомства. Они его весь проплавали и проболтали. Девушка поразила его своей боязливостью. Плавала хорошо, но дальше чем на двадцать метров от берега не осмеливалась. По скалам карабкалась ловко, но выше чем на пару метров вверх ей было страшно. Замужем побывала, но целоваться с Мишей робела. Вещи упаковывала при переходе с пляжа на пляж с такой тщательностью, как будто им предстояло дальнее космическое путешествие. Постоянно намазывалась кремом, опасаясь обгореть.

Наконец Мишу это начало порядком доставать.
- Так вот почему она одинока! - с грустью думал он - а жаль, хорошая девушка!

В отчаянии он хитро попытался ее напоить. Та же фигня вышла - ответила, что любит мохито, но пить его отказалась категорически. Грустно вздохнула при этом. Взор ее явно наполнился печальными воспоминаниями.

Отчего - Мише предстояло вскоре убедиться на собственной шкуре. Солнце уже клонилось к закату, когда он таки уломал Машу. Она стремительно выпила большой бокал мохито и преобразилась. Досадливым широким жестом растрепала прилипшие к вискам волосы и одним махом превратилась в прелестную ведьмочку с прической "враги разорили воронье гнездо". В ее очах отчетливо замелькал чёрт. Молвила лаконично и хрипло: сплаваю-ка я к тем камням! - махнула рукой куда-то в морскую даль и была такова. Через секунды ее тоненькая фигурка уже маячила в волнах.

Миша с трудом разглядел в указанном Машей направлении торчащие из воды каменюки. Расстояние до них его слегка ужаснуло. Но он обрадовался возможности показать ей всю свою мощь и умение плавать. Бросился следом. Яростно замахал всеми своими конечностями, бицепсами и трицепсами, пытаясь нагнать эту бестию. Не получилось. Это напоминало гонку колесного парохода за торпедным катером. Пены много, толку мало.

Миша уже достиг середины пролива и порядком выдохся, когда Маша приветливо замахала ему с этих камней. Ей там быстро наскучило. Нырнула, поплыла обратно к пляжу. Проносясь мимо Миши, радостно попросила: сними меня вооон на той скале, пока солнце не село!

Взглянув на объект съемок, Миша содрогнулся. Скала действительно классно смотрелась, выпирая в море с пляжа. У нее был только один недостаток - вертикальность.
- Маша, стой! - заорал он ей вслед - не вздумай на нее забираться! Убьешься нафиг!

В ответ донеслись задорные бубенцы ее смеха. Миша еще барахтался в волнах, когда при адском освещении разгоравшегося заката он увидел ее фигурку, бодро карабкающуюся вверх. С ловкостью ополоумевшей кошки она хваталась за невидимые выступы.

- Сланцы хоть сними! - отчаянно взревел Миша. Скала состояла из гладких плит прочнейшего мезозойского известняка, утоптанного еще динозаврами. Сам Миша на таких плитах поскальзывался в мокрых сланцах и на ровном месте.

Но Маша торопилась успеть забраться на вершину до разгара заката. У нее это получилось. Не снимая сланцев. Когда Миша добежал наконец запыхавшись до этой скалы, Маша уже довольно долго и задумчиво позировала в высях. Весь пляж восхищенно фотографировал ее силуэт заодно с закатом.

- Сними меня! - слабо донеслось до Миши.
- Сиди тихо! Не двигайся! Щас схожу за камерой! - заорал в ответ Миша.
- Да нет, со скалы меня сними! Мне страшно!!!

Похоже, мохито к этому времени из нее выветрилось. Сменила секси-позу коленом вверх на упор лежа. Опасливо высунула голову над обрывом и ужаснулась.

Скорбь о. Федора была на ее лице.
- Не снимай меня, Миша! - горько сказала Маша - а то и ты убьешься! Я сама слезу, пока светло. Подхватывай, когда сорвусь.

Задумалась над нелепостью затеи.

- Миш, а может нам пожарную машину вызвать? Пусть меня снимают профи.

- Тогда и баржу надо вызывать - хмуро ответил Миша - техника посуху сюда не дойдет. Слушай, давай сначала попытаемся сами. Сиди где сидишь, не двигайся!

И начал подъем. По скалам он умел лазать гораздо лучше, чем плавать. Добрался почти до вершины еще быстрее, чем Маша. Тремя метрами ниже нее понял, что дальше - только билетом в один конец. Зацепился мертвой хваткой за пару уступов в позиции, позволявшей принять себе на голову падающую Машу.

Внимательно изучил все возможные зацепки для ее спуска. И принялся командовать, куда ей ставить руки-ноги. В шоке не сразу сообразил, что спускаться Маша начала тоже в сланцах!

- Сбрось их с ног к чертовой бабушке! - заорал он.

Маша покорно и поочередно взмахнула ножками. Оба невольно посмотрели вниз, сообразив, что могут попасть этими тапками кому-то в бошку. С пляжа за спасательной операцией следили уже толпы. Сланцы слегка не долетели до зрителей. Они поочередно рухнули на утес и ... взорвались! Разлетелись на множество ярких цветных осколков. По толпе прошел гул недоуменного восхищения из цикла "глазам своим не верю!" Отдыхающие ловили падавшие на них осколки и тупо их рассматривали. Миша от удивления сам чуть не свалился.
- Маша, что это было? Ты прятала в сланцах взрыватели? Зачем?
- Нет, это мозаика разлетелась! - грустно ответила Маша.

Оказалось, что ее сланцы, скромные снаружи, изнутри были причудливой затеей дизайнера. Пластиковая подошва имела по ободу высокий бортик, внутри которого под давлением были вложены многочисленные разноцветные кусочки упругого материала. Они и разлетелись при ударе тапок об утес.

Когда эта пара наконец спустилась, ее ждала целая депутация с подобранными осколками сланцев. Ребятишки увлеченно рылись по расселинам в поисках затерявшихся кусочков. Маша принялась восстанавливать мозаику на одном из тапков, Миша попытался ей помочь, собирая второй. Но затруднился. Это был реальный пазл.
- Не надо - мягко сказала Маша - тут узор надо помнить. Я быстрее соберу.

Внимательно осмотрела осколки.
- Дети, не хватает еще маленького оранжевого кусочка в форме чайки!

Детвора в восторге рассыпалась по окрестностям и через пару минут чайку нашла. А Маша между тем выкладывала узор, иногда задумчиво хмурясь.

Миша же между тем принялся комментировать:
- Надо же, развивающие тапки! Повышают интеллект. Самоликвидируются при падении IQ владелицы или самой владелицы. Восстанавливаются, если у нее хватает ума собрать их потом обратно.

Маша посмеивалась и продолжала вдавливать цветные кусочки..

17

В одной больнице уволился врач. Апостол Пётр, видя такое дело, решил сам побыть в той больнице врачом, пока нового не найдут. Въезжает к нему на прием больной, у которого ноги отнялись. "Встань и иди!" - говорит ему Пётр. Тот встает и выходит из кабинета. Другие больные в очереди спрашивают: "Ну, как новый доктор- то?". "Да все они одинаковые, - отвечает выздоровевший. - Ни тебе здравствуйте, ни тебе до свидания!"

18

Навеяно недавней историей https://www.anekdot.ru/id/950327/ про ширину дороги.
Ходила в свое время байка про строительство МКАД (Московская кольцевая автодорога) и Лужкова, мэра Московского.
Байка древняя, возможно получится баян, но нигде не нашел и в обсуждалке к той истории тоже никто про нее не вспомнил.

"Дела давно минувших дней,
Преданья старины глубокой."
А.С. Пушкин

Случилась эта быль в те стародавние времена, когда новый МКАД еще только строиться начинал, среди лесов дремучих Лосиноостровских, да речек текучих Московских, да Яузких... А боярин Лужков, который на кормление мэром Москвы был посажен, а злые языки напраслину возводили, что шустрил он еще, так сказать, при очень удачливом и успешном купце Елене Премудрой Батуриной, по совместительству второй любимой его жены, как-то приехал на строительство МКАД, окинул все взором соколиным, да речь пламенную да грозную сказал. Мол смотрите тут у меня, всех карающим органом покараю, да железом каленным..., и тогда падает ему в ноги заглавный зодчий и вещает со слезами горькими:
- Ой ты гой еси, добрый молодец, Юрий Михайлов сын, свет очей наших, рек ты мудрость великую, но позволь слово молвить, не вели казнить, вели миловать... - но перебил его не по-людски, да не по Правде Русской, Лужков:
- Молви уж скорее, а то тянешь, как старого козла за яйца... - и разозлился Юрий Михайлович, почувствовал, что ляпнул опять ерунду какую-то.
- Прости батюшка, но все равно в смету не вкладываемся, давай может тракт стольный, сей великий, да хоть чуть поуже сделаем?
- На хуй поуже - только и ответил ему Лужков, да и уехал сразу вершить свои мудрые мерзкие (ой, винюсь, мэрские) дела.
- Сам ты гой - пробормотал мэр, уже садясь в свою карету иноземную, налаченную да тонированную: - Пес смердячий...
Лживые предания кривду возводят, что молвил он вовсе не "на хуЙ поуже", а очень даже "нАхуй поуже", а зодчий, будучи с украин государев, а то и с порубежья дальнего, такого тонкого нюанса московитской мовы не прочувствовал и передал неверно. Ложь это до последней ижицы, при воеводе были и бояре знатные, московские, и другие мужи честные да родовитые, а они и на дыбе правду не переимут.

Собрали тогда дьяки думные, начальники всех палат казенных, большое вече, да давай думать, да рассуждать, да затылки крепкие чесать, весь кофий и чай выпили, а некоторые уже даже на крепкое вино басурманское дымокуренное перешли, а никак не могут решить насколько поуже то делать.
Только Елена Премудрая Батурина знала, какой длины наиважнейший, оказывается, орган в строительстве у Лужкова Ю.М., хоть и не канонизирован еще сей отросток славный в палате мер и весов. И ведь не спросишь, уж больно грозна боярыня, может осерчав, из гильдии строительной на раз выкинуть, куда уж у самого узнавать...
Мало уберешь, мужа грозного смертельно обидишь, много тракта усечешь, тут уже княжья счетная палата не поймет, начнет вдруг к уважаемому мэру со срамными вопросами подкапываться...

И рёк тогда большой думный дьяк, зодчему - ты мол вопрос задал и тебе градоначальник наш неподсудный ответ дал - вот свой и мерь. А у того, то ли от страха животного, то ли из-за годов немолодых, то ли от болезни какой иноземной, случилось сразу полное мужское бессилие позорное. И дохтурам его показывали, и знахарям-страстотерпцам великим, и даже девок разгульных привозили - не выходит аленький цветок. Посему поступили по строительному сурово, рекли грозно - оттягивай мол из-зо всех сил молодецких, сколько терпежу хватит, да аршин мерный, рулеткой прозванный, приложили. Так и оказался МКАД, на всего чуть больше трех вершков, да поуже, чем в проекте диковинном, знающими, мудрыми мужами начертанным.

Быстро сказка сказывается, да долго дело делается...
И были еще потом разборы страшные и кровавые, заглавный прокуратор ручки потирал и слюну уже пускал, дыбу в разбойном приказе представляя, да сослались строители на авторитета мэрзкого, а тот, не будь дурак, подготовился - картинки живые, тайно снятые, где прокуратор с девками непотребными срамными делами тешился, да при всем народе казывал, в очах князя всея Руси и думы боярской позорил, чтоб ни на полушку веры ему не было...

Так и закончилась эта быль, как принято у нас на Руси - пустым, никчемным и бездельным. Ни в сказке сказать, ни пером описать... А МКАД и поныне там - всего-то на 15 сантиметров иноземных, намерянных, да все же меньше по ширине с каждой стороны.

И я там был, и кофий пил, по усам текло, да ничего не обломилось.

Сказка ложь, да в ней намек - добрым молодцам урок.
Новый князь, как в силушку богатырскую вошел, построил много трактов широких, да мостов великих, и лично приглядывал, чтоб не растащили строители-лиходеи да олигархи-кураторы всё до камушка малого, но повелось с тех пор на Руси, что не можно задавать подобные вопросы, а то лизоблюды теперешные, так подольстят, что и КамАЗ по ширине не проедет...

19

Одесские зарисовки.
Море одиночества.

- Какое прекрасное утро.-Зина сделала ещё один глоток горького густого кофе, жмурясь от яркого солнца, прорывающегося к её глазам через щель в ветвях старинной акации, растущей возле старого кафе на Мясоедовской.
-Что?- оторвался от телефона Толик, пытаясь переключиться от соцсетей на реальность.- Что ты говоришь?
-Я говорю, что утро просто прекрасное. Посмотри какое шикарное солне, сегодня воскресенье, ещё май и впереди минимум четыре месяца тепла.
-Да, утро действительно прекрасное и солнечное,- Толик посмотрел на солнечный диск, зажмурился и улыбнулся Зине и кивнул в сторону тротуара.-Видать не только мы оценили это. Смотри сколько людей. Ты когда нибудь видела столько людей в обычное воскресное утро? Ведь даже туристический сезон не начался! Море людей.
-Одиночества...
-Что? Какого одиночества?- удивился Толик.
-Море одиночества.Миллион людей, море людей. И все одиноки. На каждом лице клеймо, печать одиночества из страха, неуверенности, груза забот, неудовлетворенности собой и окружающим. И чем больше людей, тем явственнее эта печать.В любом селе на десять хат и двадцать старух больше общности, заботы о ближнем, соседе, больше счастья и дорботы, чем в миллионном городе, где от людей не спрятаться, ни скрыться, где над тобой, под тобой и за всеми стенами живут люди. Споткнись, упади сейчас один из этой толпы- остальные пройдут мимо, не заметят, ничего в них не ёкнет, не щелкнет, просто даже не заметят.Все одиноко бегут по своим одиноким делам, чтобы обеспечить и обставить своё одиночество более комфортно.
-Глупости говоришь! Терпеть не могу тебя в такие минуты! Ты не с той ноги встала, Зина? Какое море одиночества? Вот нас возьми, у тебя есть я, Костик уже женат, внук растет. Яшка - богатырь, уже в третий класс перейдет...
-Костик? Когда у нас был Костик в последний раз? На Новый год? А ведь живет через улицу. Ты хоть помнишь как его эту новую жену зовут?
-Новую жену? Он снова разошелся ?-удивившись, Толик положил на столик телефон.
-Так он на Вале и не женат был. Жили вместе. Теперь это гражданским браком зовется. Вот и получается, что разошелся с ней даже не женившись.- усмехнулась Зина.
- Жаль. Вроде неплохая девушка была, хозяйка. Да и готовила вроде не плохо. Помню "селедка под шубой" на Новый год мне понравилась.И вдруг- разошлись! Странно.
-Селедку под шубой делала я,- уколола мужа взглядом Зина.
-Да? А то-то я смотрю, что вкусно было! Ну тогда правильно бросил Костик эту задрыгу! Даже селедку под шубой сделать не может! И с кем он сейчас живет?
-А я знаю? Он разве скажет?-пожала плечами Зина
- И не заходит даже,стервец!Вот придет- всыплю ему "по первое число"! - погрозил кулаком в пустоту Толик.
-Прекрати тут распалять себя, а то опять сердце схватит.- забеспокоилась Зина.
-А я что? Я-ничего.- пожал плечами Толик и снова потянулся к телефону.
- А Яша таки растет,- улыбнулась образу внука в голове Зина.- И если ты не достроишь дом в Приморском под Вилково, я тебе этого не прощу и буду кормить до конца дней одной ненавистной тебе манной кашей на воде и головными болями по ночам.
-И что тебе так приспичил тот дом, Зина?- нерано заерзал на стуле Толик.
-Я не хочу, чтобы Яшенька жил в этом одиночестве в толпе! Толик, я хочу Яше счастья. А его здесь скоро не будет совсем. Со склонов на город идут железо и бетон. Они уже окружили нас, давят, выталкивают нас из города. А что они могут дать человеку, кроме серого безликого холода?
-Не преувеличивай, не всё так мрачно.И к тому-же, с чего ты решила, что там, за двести километров от Одессы, на пустынном берегу моря на краю Бессарабии, где почти нет людей и мало жителей, он не будет одинок?
-Потому что там будет море, там Дунай, впадающий в него, там будет солнце, там ночью есть звезды, наконец! И людей там настолько мало, что они видят и слышат друг друга.....

Андрей Рюриков

20

НАРОДНЫЕ ПРИМЕТЫ

Перешел дорогу кот
Черный весь, как тина,
Почеши ему живот,
Пусть идёт скотина.

Если чешется рука,
А ты ждёшь богатства,
У такого чудака
Где же ему взяться.

Если падает звезда,
Не мечтай, придурок,
Кто-то выше этажом
Выбросил окурок.

Если встал не с той ноги -
Дело поправимо.
Если с бабы встал не с той -
Жизнь проходит мимо.

21

Удачная рыбалка.
Недавно друзья уговорили поехать на рыбалку. В той далекой жизни, когда Лена была жива мы часто вместе ездили на рыбалку, но после ее ухода снасти просто пылились в гараже. Иногда орендовали яхту и ловили рыбу в океане. Помню как Ленка пол часа возилась с рыбиной, пытаясь втащить ее не яхту, но низвестно откуда приплывшая акула оставила ей лишь голову. Ладно, я кажется отвлекся.
Решил с собой дочку на рыбалку взять. Но что делать с домашним зоопарком? У нас две собаки и четыре кошки. Котят взяли из приюта. Пришли с дочкой за одним а ушли с четырмя. Не смогли пройти мимо. Один котенок слепой, мы за него очень боялись но все хорошо и он прижился. Собак с кошками стараемся не оставлять без присмотра, иначе могут перевернуть дом. На семейном совете собак было решено отвезти к друзьям, а кошки будут под присмотром домработницы.
Приехали мы на место. Природа вокруг красивая, но рыба клевать не хотела. От слова совсем. Ловилась только маленькая рыбка. Я вспомнил, как в детстве просил маленькую рыбку привести большую рыбу а затем отпускал ее в воду. Решил попробовать. Чем черт не шутит пока Бог спит. Четыре рыбки меня обманули: уплыли, но никого не привели. Н-да, не задалась рыбалочка. Ладно, думаю, хоть немного мелочи натаскаю, попробуем уху на костре сварить.
Краем глаза замечаю, что дочь с кем-то играет, но с кем не видно. Мало ли каких зверюшек вокруг, решил подойти посмотреть. Какого было мое изумление, когда я увидел кошку. Да-да. Обыкновенную домашнюю кошку. Обычно кошки живут вблизи людей, а тут до ближайшего населенного пункта приличное расстояние. Непонятно как она здесь оказалась. Людей не боится, не убегает. Может бросил кто, отвез подальше от дома и оставил. Но тогда кошка могла вернуться домой... Не понятно...
Дочка пошла к машине, поискать кошачьего корма. Мы подкармливаем уличных кошек,а когда покупаем еду для своих, завозим и в приют где взяли котят. Поэтому в машине часто лежат упаковки с кормом. Корма в машине не оказалось. Предлагаю дочке покормить кошку рыбкой.
После кормешки, кошка ходила и терлась о ноги, мурлыкала. Когда я ее погладил, она легла на спину, давая себя погладить по животу- признак безграничного доверия. А потом кошка ушла. Но через какое-то время вернулась, держа что-то в зубах. Сначала я подумал что это птица и кошка так желает нас отблагодарить за рыбу. Когда кошка подошла поближе, мы были шокированы: кошка несла котенка. Бережно опустив его возле дочки она села и посмотрела ей в глаза. Котенок запищал и дочка взяла его в руки. На вид ему было около двух месяцев от рождения, хотя я могу и ошибаться.
Кошка снова ушла и опять вернулась с котенком в зубах. А потом ушла и принесла еще одного и уже больше не уходила. Все забыли о рыбалке и стали решать чем кормить котят. Молока у нас с собой не было. Приняли решение мелко нарезать рыбку и посмотреть будут ли котята есть. Сказано-сделано. Котята уплетали рыбу а мы пытались понять как сюда попала кошка с котятами. Котят положили на мягкое полотенце, дали им еще рыбки и вернулись к рыбалке. Но рыбы продолжали нас игнорировать и не хотели ловиться ни за что. Посидев так еще некоторое время мы собрались и поехали домой.
P.S: А кошек у нас теперь восемь.
Вряд ли кто-нибудь еще может похвастаться что ездил на рыбалку а вернулся с кошками. Берегите своих усатых и хвостатых. А всем рыбакам удачной рыбалки.

22

Проснувшись в воскресенье Вера прислушалась - тишина. Дети ночевали у мамы, муж Коля вечером отпросился на встречу с друзьями, а значит не стал её ночью будить и лёг в зале.
Поднявшись и пройдя в зал Вера поняла, что встреча явно удалась. Коля, открыв рот и негромко всхрапывая, прямо в одежде спал на диване. Его пальто, что вчера он надел впервые, небрежно скомканное, лежало на кресле. Рядом на полу валялись ботинки и небольшая мужская сумка, под которой торчали выпавшие ключи. Вера подняла её с пола, сунула ключи обратно и вдруг заметила, как внутри что-то блеснуло. Заинтересовавшись, она запустила туда пальцы и вытащила аккуратный полиэтиленовый квадратик, внутри которого отчётливо проглядывался круглый ободок.
Вера так и села в кресло, прямо на новое пальто. Презерватив был серебристый, с незнакомой иностранной надписью, дома у них такие не водились. Она брезгливо бросила его обратно и посмотрела на спящего мужа. Сомнений не было - он ей изменяет.
Вот, только не надо тут сразу осуждать Колю. Мы с вами тоже не девственницы в светлицах. Все мы принадлежим к этому миру и всем похотям его. Давайте, не будем ханжами, такие сюжеты, увы, довольно банальны. Только Вере, конечно, от этого было не легче. У неё предательски защипало в носу и сами собой увлажнились глаза - в один миг их семейная жизнь раскололась на до и после. Она горестно сдвинула брови и задумалась. В голове замелькали страшные картины минувшей ночи – её Коля со стаканом виски в руке, бесстыжие блондинки в красных бусах, пьяно-непристойные танцы, ночное такси мчащее в ночи, разудалая оргия в сауне с пошлым голубым кафелем... - Вера вздрогнула.
Эх, жизнь семейная, кочки-пригорочки... Что ей в этой ситуации делать она совершенно не понимала и поэтому поступила так, как в наше время поступает любая современная женщина – включила ноутбук и, словно алкоголик, бросающийся в горящий дом за бутылкой водки, кинулась за советом во всемирную паутину.
Быстро найдя подходящие женские сайты, она зарегилась и выложила свою проблему, прося уважаемое женское вирт-сообщество подсказать как, собственно говоря, дальше вести себя шикарной женщине, обнаружившей, что супруг завёл полюбовницу?
Сайты синхронно поморгали рекламками и начали советовать. Советы, надо сказать, были самые разные.
В половине из них женщины дружно обзывали Кольку козлиной и рекомендовали ей немедля разойтись, не дожидаясь дальнейшего развития его столь явного кобелизма. Разводиться при этом предлагалось грамотно и продуманно, с беспощадно-асимметричным разделом имущества. Представители другой половины были настроены не столь радикально и советовали ей сперва удостовериться в правоте своих подозрений и отловить этого скунса на месте преступления.
Но все эксперты сходились в одном – главное, не вести себя как стеллерова корова, а что-то срочно предпринимать. Вера вздохнула и задумалась...
О, боги, боги, коварство женщин и вправду не имеет границ! Нет, она не стала устраивать своему неверному мужу скандал и орать как ведьма на костре. Она даже не отрубила ему голову. Она вообще не стала будить Колю. Она лишь дьявольски усмехнулась и ушла краситься. Потом оделась и, решительно вытащив из его бумажника банковскую карточку, вышла из квартиры.
Спустя полчаса Вера, чётко разбив местность на квадраты, начала прочёсывать свой любимый торговый центр. У неё давно был собственный метод покупок – она брала каждую приглянувшуюся вещь, подолгу на неё смотрела, потом прижимала к себе, пытаясь понять сердцем "оно – не оно". Сердце, как правило, не обманывало. Не подвело оно и на этот раз. Практически все понравившиеся ей вещи удивительным образом подошли ей по стилю и размеру. Терминалы весело жужжали, исправно выдавая чеки, количество пакетов у неё в руках быстро увеличивалось и вскоре Вера, несмотря на весь трагизм своего положения, вынуждена была признать, что такого удачного шопинга в её жизни никогда раньше не было. За несколько часов она закупилась буквально с головы до ног - от стильного широкого ободка на голову до модных весенних полусапожек с пряжками.
Но пора было возвращаться домой. Ещё по дороге Вера решила с мужем не разговаривать, а точнее вообще его не замечать.
За время её отсутствия, в квартире ничего не изменилось. Её коварный изменник по-прежнему лежал на диване, мирно сопя и чему-то благодушно улыбаясь во сне.
Именно этой улыбки Вера и не выдержала. И, несмотря на только что принятое решение его игнорировать, она размахнулась и от души влепила своему спящему донжуану оплеуху, которую наверняка зафиксировала ближайшая сейсмическая станция.
Коля с жалобным криком скатился с дивана, а Вера, схватив пояс от его нового пальто, принялась наносить ему удары по корпусу, параллельно высказывая все свои справедливые обвинения. Со стороны происходящее напоминало известную картину "Бичевание святого Иеронима ангелами", с той разницей, что Вера действовала в одиночку.
Коля лишь прикрывался руками, лёжа на спине, как перевёрнутая черепашка и судорожно пытался понять из её криков, когда и как он успел наплевать на их семейную жизнь и наличие двух детей. Самое печальное, что вспомнить хоть что-либо у него получалось плохо, голова после вчерашнего была словно в тисках, а вид собственной супруги вообще вызывал ужас.
Вера стояла над ним тяжело дыша, грозно занеся над головой пояс, готовая к новым атакам. Грудь её воинственно вздымалась, глаза яростно сверкали, а новый ободок на голове приподнимал ей волосы, делая похожей на безжалостного центуриона времен римской империи.
Осознав, что сопротивление бесполезно, Коля закрыл глаза и решил просто умереть. Но тут Вера залезла в его сумочку и с криком – "Забирай свои запчасти и пошёл вон!" – швырнула ему в лицо серебряный квадратик презерватива.
Коля потянулся и подобрал его с пола, глядя на Веру ничего не понимающими глазами. Потом, сел, помял содержимое пакетика пальцами, надорвал с угла и выдавил себе на ладонь... большую чёрную пуговицу. В точности такую же, как и все остальные на его новом пальто. Коля посмотрел на пуговицу, задумчиво потёр лоб, снова перевёл взгляд на супругу и задал резонный с его точки зрения вопрос:
— Чё совсем?!
Вера, издав неопределённый горловой звук, похожий на вскрик морской чайки, медленной лунной походкой начала отступать ко входной двери.
Коля, красный и взъерошенный, неторопливо поднялся с пола и двинулся следом за ней.
— Коля, — робко пикнула Вера неожиданно тонким голосом, — ну, Коля…
Муж, по-прежнему держа пуговицу на ладони, словно пират чёрную метку, молча наступал на неё. Вера, заметно побледнев, отходила спиной назад и, упёршись в конце концов в шкаф прихожей, со страху взвизгнула.
Коля вздохнул, швырнул ей пуговицу под ноги и развернувшись пошёл на кухню. По пути он запнулся о груду Вериных покупок и с криком «Вечно тут валяются эти пакеты!» пнул самый большой из них, с головой Медузы Горгоны на боку.
Из пакета вылетела розовая кожаная сумка, увидев которую Коля нахмурился, настороженно осмотрел гору пакетов, потом повернулся к Вере и задал второй тоже вполне логичный вопрос:
— А это чего?
Женщины. Только женщины должны быть антикризисными управляющими, лично я давно это понял. Каждая из них в той или иной степени умеет гасить конфликты и владеет техникой снятия стресса, хоть ни разу в жизни не посещала для этого какие-то специальные учебные семинары.
Чем ещё объяснить, что спустя час в семье уже царил мир, как на водопое в саванне? Довольный Коля лежал на диване с банкой пива и смотрел по телевизору бокс, а Вера на кухне стряпала любимые его шанежки, размышляя, что из обновок она завтра наденет на работу.
Ведь сдавать обратно купленные вещи она наотрез отказалась, озадачив Колю несколько загадочной фразой:
— Сам виноват...

© robertyumen

23

Чего сидишь ты над водою,
Потупив омуты-глаза?
С какой столкнулся ты бедою?
Какая нА сердце гроза?
Не в настроении, быть может,
Поднялся ты не с той ноги?
Какие дух сомненья гложат?
Себе признаньем помоги!
Толь злопыхателям в угоду
С лица стал белым, словно мел?
Толь кости ломит на погоду?
А может чё плохого съел?
С пищевареньем шутки плохи!
Грядут мученья впереди!
Родни СлышнЫ за дверью охи -
Ну, промывай и выходи!

24

Не моё. Друг пишет, но обо мне...

Я бежал по деревне Видяево и шумно отдувался. Вокруг буйствовала северная весна; будто сорвавшись с цепи, она весело разливалась по дороге ручейками и слепила глаза. Воздух звенел радостью, содержимое моего пакета отвечало ему в той же тональности, но на душе было невесело.

— Куда бежишь, Серёга? — спрашивали меня встречные.
— Бизона провожаем, — отвечал я и мчался дальше.

C Бизоном мы прослужили бок о бок два года. Жили в одной квартире, а когда наступало время идти на службу — вместе ехали на корабль, и мозолили друг другу глаза уже там. Однажды мы с ним три месяца несли вахту через день, и виделись только на корабле: он сменял меня, а на следующий день — я его. Это называлось «через день на ремень». Довольно утомительно, но другого выхода не было — людей не хватало. В море мы друг друга тоже сменяли: я стоял в первой смене, а он во второй. Так и жили.

И вот однажды наступил момент, когда Бизон плюнул, и сказал: «Пошло всё к чёрту, я увольняюсь». И написал рапорт. Такое случалось сплошь и рядом — людям такая жизнь надоедала, и они уходили. Сделать это было трудно, потому что отпускать офицеров никто, конечно же, не хотел. У иных на эту унизительную процедуру уходил год, а то и больше, но я не помню случая, чтоб кто-то махнул рукой и остался. Когда человек перестаёт видеть будущее, — даже умозрительно, внутри своей головы, — заставить его с этим смириться очень трудно. Он топает ногой и пишет рапорта вновь и вновь, добиваясь для себя вожделенной свободы.

Свой к тому времени я уже написал — длинный и высокохудожественный. Написал, что ходим мы на ржавых корытах, которые не ремонтируются, и от постоянного ожидания аварии у нас едет крыша. Что нам не платят денег, и потому едим грибы и ловим рыбу. Что вокруг царят идиотизм, повальное воровство, пьянство, и наплевательское отношение к людям. В общем, как было, так всё и написал. И адресатом на этом рапорте я поставил главкома ВМФ, чтоб уж наверняка. По моей задумке главком должен был испытать шок, и немедленно застрелиться из наградного оружия. Но перед этим, конечно же, слабеющей рукой подписать мою кляузу: «Уволить с вручением Ордена Мужества». Рапорт получился настолько хорошим, что ко мне приходили, переписывали его слово в слово, и подавали уже от своего имени.

«Несокрушимая и легендарная» уходила в историю. Позади неё шагал предприимчивый Бизон.

И вот, за скудно накрытым столом, в окружении близких друзей, сидел большой и счастливый человек. Он был счастлив тем счастьем, что является после долгого ожидания, — когда кажется, что ничего хорошего уже не будет, — а судьба вдруг дарит то сокровенное, о чём долго и уныло мечталось. Большой счастливый человек по прозвищу Бизон вздохнул, словно сбросив с себя путы, разлил водку по стаканам, и торжественно произнёс:

— Ну, за гражданскую жизнь. Дополз таки, бляха-муха.
— В добрый путь, Димон, давай, удачи тебе, не забывай нас! — загомонили сидящие вокруг приятели, звучно чокаясь и с удовольствием выпивая.
— Я к вам скоро на джипе приеду, — сказал Бизон, жуя, — заработаю денег и приеду вас чмырить, военщину дикую. А вы будете мне заискивающе улыбаться и клянчить деньги на опохмел.
— Какого цвета джипарь будет? — спросили его заинтересованно.
— Ещё не решил, — ответил он.
— Бери красный, — посоветовал я, — кэп от зависти лопнет.
— Не успеет, — оживился Бизон, снова выпив, — я его раньше колёсами перееду.
— Вот это правильно! — согласно кивнули сидящие.
— Не жалко уезжать-то, Димон? — спросил я, — столько вместе придуряли.

Я мог бы не спрашивать, потому что загодя знал, что он мне ответит. И я, и любой другой из нашей компании ответил бы одинаково; это было частью ритуала, кем-то выпестованной, и на подобных мероприятиях повторяемой из раза в раз. Поэтому, услышав ответ, не удивился.

— Пошло всё в жопу, — сказал он и насупился.

Мы сидели, болтая о глупостях, вспоминая случаи из нашего общего боевого пути, и беззастенчиво выпивая. На исходе второго часа кто-то вспомнил, что Бизон вроде как собирался уезжать.
— Точно! — воскликнул тот, — засиделся я у вас, морячки. Пора домой.

Мы оделись и взяли его баулы.
— Когда-нибудь, Димон, вся дрянь забудется, и мы будем вспоминать это время как лучшее, что было в нашей жизни, — сказал я.

Он хмыкнул, обводя взглядом стены, похлопал ладонью по двери, и молча вышел на лестницу.

Автобус уже ждал. Бизон загрузил багажный отсек и обернулся к нам:
— Ну, на ход ноги.
Ему налили в припасённый стакан, он медленно выпил и сказал:
— Ну всё, не поминайте лихом, мужики.
По очереди со всеми обнялся и поднялся на подножку ракеты, которая должна была унести его в прекрасные дали.

— Служить и защищать! — воскликнул он, вскинув сжатый кулак, и пошёл на своё место. Автобус медленно тронулся.

— Знаешь, Гвоздь, — сказал я, глядя ему вслед, — у меня такое чувство, что мы Димона только что похоронили.
— Скорее, наоборот. — ответил тот, — Ладно, пошли, что-ли.

Мы побрели в сторону дома.

В квартире было тихо, сиротливо, и как-то излишне просторно. Рассевшись по своим ещё тёплым местам, мы молча выпили и начали обсуждать текущие проблемы. Их было много, каждый спешил поделиться своей, и выслушать мнение товарищей по несчастью. Так продолжалось до тех пор, пока в дверь не начали истерично трезвонить и барабанить.

— Кого это принесло, интересно? — задумчиво проговорил я, — Муратов, не иначе твоя Светка со сковородкой пришла. Она любит ногами по двери лупить.
— Сейчас узнаем, — сказал Гвоздь и пошёл открывать.

Через несколько секунд из прихожей раздались хохот и дикий рёв вперемешку с руганью, затем в комнату влетел Гвоздь и, задыхаясь от смеха, выдавил:
— Димон приехал!
— Димон, ты, надеюсь, на джипе? — крикнул я в коридор, — денег одолжишь?
— Идите в жопу! — в комнату влетел злой как чёрт Бизон, плюхнулся в кресло, и потребовал водки.
— Погранцы, суки, — выдавил он, немного успокоившись, — не выпустили. Предписание неправильно оформлено, ни в какую не уговаривались. Пешком вернулся, блин. Хорошо хоть вещи у них оставил, обещали присмотреть.
— Это ещё что, — сказал Гвоздь, усаживаясь, — в Лице недавно одного турбиниста провожали, так он так нажрался, что когда автобус тронулся, решил напоследок помахать рукой. И вывалился. А водитель отказался его везти, дескать, нафиг мне это рыгающее тело нужно.
— И что потом? — спросил Бизон.
— Расстроился, конечно. В него прямо там наркоз влили, чтоб не буянил, и отнесли домой. Проспался, да на следующий день и уехал.
— Суки, блин, козлы долбанные, — опять завёлся Бизон, — что за уродство у этой грёбанной военщины?! Дятлы тупорылые!
— Да не бубни ты, — весело сказал Гвоздь, протягивая ему наполненный стакан, — пей. Со свиданьицем, стало быть.

Компания радостно загомонила.

В тот вечер Димон безбожно напился. Он проклинал пограничников и Север, который его не отпускает, говорил, что ни на каком джипе сюда не приедет, потому что его обманут и запрут здесь навсегда. Когда он затих, его бережно уложили на кровать, накрыли одеялом, а затем разошлись по домам.

Уехал он через два дня, выправив себе правильно оформленную бумажку. Показав мне, он бережно убрал её в карман, и уверенно сказал:
— Теперь не отвертятся, уроды.

Провожал его только я. Гвоздь где-то пьянствовал, остальные были на службе. На остановке мы снова обнялись, и я сказал:
— Езжай, Димон, и обратно не возвращайся. А то мы сопьёмся, пока тебя проводим.
— Бывай, Серёга, увидимся на большой земле, — ответил он и торопливо заскочил на подножку газующего автобуса.

* * *

Через полгода уехал и я. Меня тоже провожали, — с застольем и всякими хорошими словами. Было приятно, что обо мне останется хорошая память, и не придётся об этом времени вспоминать со стыдом. Ну а если и придётся, то самую малость.

Был ноябрь; вовсю шёл снег — походя он заносил мои следы и бежал дальше по своим холодным делам. Меня по очереди расцеловали, как и Димон я помахал всем рукой, сел в кресло, и уехал. На повороте я посмотрел в окно, и в последний раз увидел заметаемый снегом посёлок. Едва заметные огоньки его фонарей мигнули мне вслед, и навсегда пропали за сопкой.

«Кто-то всегда едет, а кто-то остаётся, — подумал я, — И хорошо, когда остаёшься не ты, потому что иногда человек должен двигаться вперёд, а не топтаться на месте. Так уж заведено, ничего не поделаешь».

Автобус посигналил, — будто соглашаясь, — и, набирая скорость, помчал меня в Мурманск.

25

И снова о необычных судебных процессах и забавных исторических казусах в США. Предупреждаю, будет очень много букафф.

Вместо предисловия:

История возникновения, развития, и экспансии территории США весьма сложна и запутанна. Сейчас это одна страна состоящая из 46 штатов, 4-х содружеств всеобщего благосостояния (commonwealths), 16-ти территорий, и округа Колумбия, а когда-то это был целый компот из колоний, провинций, и владений Великобритании, Франции, Голландии, Швеции, Испании, России, и индейских земель. Были на территории нынешнего США и независимые признанные государства например Республика Техас, Республика Вермонт, и Королевство Гавайи. Были и непризнанные, но достаточно крупные образования что при определённых обстоятельствах могли бы стать странами сами по себе, например Республика Рио Гранде, Республика Западной Флориды, и Республика Калифорния. Бывали образования и совсем маленькими, но с большими амбициями например Республика Мадаваска или Республика Индейского Ручья. История знавала и совсем экзотические примеры вроде Королевства на Бобровом Острове, Республику Кинни или, моего личного фаворита, Великую Республику Грубых и Готовых (Great Republic of Rough and Ready).

Отношения между различными штатами, государствами, и территориями были очень сложными. Иногда удавалось решать проблемы мирно, но случались и кровавые стычки иногда перерастающие в войны. Ну а чаще всего разногласия решались в судебных процессах которые могли тянуться веками.

"Пядь Земли"

Историческая справка:
Остров Эллис - основной пункт приёма иммигрантов в США в 1892-1954 гг. через который прошло более 12 миллионов человек. С 1976 г. музей и национальный парк. Расположен в штатах Нью Джерси (НД) и Нью Йорк (НЙ).

Эпиграф
1) "Чужой Земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим." (Борис Ласкин, Марш Советских Танкистов).
2) "Это нога, у того у кого надо нога." (из к/ф "Берегись Автомобиля").

Жил да был один мужик по имени Терри Коллинз. На работу он ходил, на английском говорил, и вообщем вел мирное и малопримечательное существование. А вот работал он не абы где и не абы кем. Был он парк ренджером на острове Эллис. Несмотря на звучную должность особых звёзд Терри с неба не хватал, даже пожалуй напротив, функционал у него был весьма прост, уборщик-мусорщик.

Один раз в 1992-м году получил он простое задание, избавиться от очередной кучи мусора (с острова отходы не вывозились, их зарывали в отведённом могильнике). Вот уж совсем не понятно как, но факт штука упрямая, в рабочем рвении наш герой умудрился оттяпать себе ногу. Казалось бы - тьфу нога, тоже мне диво. Парков национальных в США много, а ренджеров в них тьма-тьмущая. А конечностей у ренджеров вообще без счёту. Но это нога оказалось очень и очень не простой, даже роковой в некотором смысле.

Бравый парень Терри рассудил просто, ногу мне отрезала машина, значит она и виновата. Но машина вещь железная и бессловесная, её к ответу привлечь очень даже тяжело, а вот компания что её производит как раз ответственность может нести и посему денежку должна выплатить немалую. Он недолго думая подал в суд на компанию Promark Products, ту самую фирму что машину предоставила.

А вот компания рассуждала совсем по иному и тоже, по своему, здраво. "Мы денежки не печатаем. Ежели мы этому бойцу мусорного фронта компенсацию выплатим то оболтусы со всех сторон начнут ноги себе резать. Эдак никаких средств не напасёшься. А коли ещё и до рук дело дойдёт, то вообще кранты. Тогда легче компанию просто закрыть, на всех денег не хватит. Тут глубже смотреть надо. Вины тут нашей никакой нет, просто дают работать на технике разным долбоёжикам. Не обучают их, а нам отдувайся. Фигушки вам деньги просто так платить, баба Яга против." И Promark Products тоже поступила логично, подала в суд на федеральное правительство что управляет парком, мол не обучили своего сотрудника как следует.

Вот тут-то и загвоздка произошла. Оказывается что законы от штата к штату разнятся и очень сильно. Например НД подобные иски не разрешает (т.е. иски которые как бы перекладывают отвественность), а штат НЙ говорит "пожалуйста". И федеральные чиновники, со своей колокольни, также рассудили здраво, и сказали "Только нам ещё одного иска для полного счастья не хватало. Вы уж извините-подвиньтесь, но судилка у вас не выросла. Ногу мистер Коллинз потерял в НД, так что решайте вопрос как нибудь без нас." Засим оставим несчастного Терри и его ногу и окунёмся в историю.

С начала 17-го века территория около реки Гудзон принадлежала Нидерландам (колония так и называлась, Новые Нидерланды), но в 1664-м году Англия благополучно эту территорию отобрала. Потом на пару лет голландцы смогли её вернуть, но удержать её от алчных англичан было невозможно. В 1674-м Англия захватила эти земли окончательно, а король, Карл Второй, подарил их своему брату (будущему королю Якову Второму). Яков же раздал земли своим фаворитам которые и основали колонии Нью Йорк и Нью Джерси. Казалось бы всё как всегда, весьма даже традиционно, в духе 17-ого века.

Печаль в том что границы между колониями определили весьма условно и неоднозначно. Стараясь привлечь колонистов, знатные вельможи из далёкой Англии раздавали наделы один за другим, даже толком не вникая в тонкости какую землю и кому они выдают. Очень часто на один и тот же участок могли выписать бумаги управленцы обоих колоний. Это привело к неразберихе и массе судебных исков. Но суд был далеко, в Старом Свете, так что от аргументов в правовом поле поселенцы вскоре перешли к практическим действиям и разгорелась самая настоящая война, т.н. Ньюджерсийская Пограничная Война (NJ Border War).

Мало того что граница на суше была спорной, не менее спорной она была и по реке Гудзону. Какой то мудрец в далёком 1664-м году (когда впервые отобрали территорию у Нидерландов) заявил "границу проложим по берегу реки со стороны Нью Джерси", а не по середине как это было обычно принято. Причина проста, вельможа кто получал колонию НЙ имел больший вес при дворе и таким образом приобрел контроль над основной водной артерией и над устричными отмелями на речных островах. Итак остров Эллис (и другие) благополучно оказались у НЙ, хотя по расстоянию они куда ближе к НД.

С усердием заслуживающим лучшего применения колонисты уничтожали друг друга более 60 лет, почти вплоть до Войны за Независимость. Потом они взяли передышку ибо было ещё с кем повоевать. Когда колонии наконец обрели независимость надо было отдышаться, уж слишком много стало погибших. Затихший было конфликт в 1801-м оживил один из отцов-основателей США, сам Александр Гамильтон, построив пирс на Ньюджерсийском берегу реки Гудзон.

- "Отличненько." потёрли потные ладошки Никербокеры (прозвище ньюйоркцев), нашей землицы прибыло. Раз он выступает с берега на территорию реки, значит он принадлежит нашему штату. А посему вся коммерческая деятельность с него будет облагаться нашими налогами. Спасибо, дорогой Шурик."
-"Грабють, без ножа режуть. Ратуйте люди добрые." заорали ньюджерсийцы. "Давно не воевали? Так мы вам устроим сладкую жизнь."

Но для начала они подали в суд дабы пересмотреть границу по реке, тем более что коммерческих судов на реке стало больше и ситуация где весь доход шёл в НЙ была явно несправедливой. Да и торговля устрицами была бы неплохим финансовым подспорьем для небогатого штата. Почти 33 года штаты судили друг друга, но в конце концов ситуация всем приелась и в 1834-м году был заключён компромисный договор.
-"Так уж и быть, уговорили," сказал НЙ, "Мы согласны на границу посередине реки."
- "Ладно." подвинулся и НД. " Пускай остров Эллис и ещё несколько остануться за вами."
- "Отлично. Так и запишем, вся территория островов (то бишь суша) будет у НЙ, а всё что под водой у штата НД. А что бы совсем никому не было обидно, на островах мы построим форты и будут они под нашим управлением и надзором." сказало федеральное правительство.
На том все порешили и успокоились.

Прошло почти 60 лет и на острове Эллис был устроен пункт приёма иммигрантов. Так как остров был маленький (примерно 1.3 гектара) то завезли землю и насыпали ешё примерно 12 гектаров, тем самым его увеличив. Построили бараки, приёмный пункт, пирс, кухню, небольшую электростанцию, госпиталь, и даже несколько домов для сотрудников. И всё было тихо мирно почти 100 лет пока хрупкое равновесие не было опрокинуто отрезанной ногой Терри Коллинза.

Правительство заявило, "ногу отрезало не на острове что был изначально, а на насыпной территории. А так насыпи не было во времена договора 1834-го года, то значит она принадлежит Нью Джерси." Но Федеральный Суд, чьё отделение находится в Манхеттане (т.е. в Нью Йорке), не согласился и заявил "договор ясен как день, читайте на английском по белому вся суша - НЙ, вся подводная часть - НД. А сколько было гектаров в давние времина, это дело десятое и забытое."

Думаете НД съело эту пилюлю молча? Да как бы не так.
- "Жулики." завопило НД. "Так и знали. Стоило всего на 160 лет отвернуться и здрасте, я ваша тётя. Беспардонно отжали недвижку."
- "Мошенники." взвыл обиженный НЙ. "Нет, вы видели эти босяков без шнурков. Договор для них уже не договор."
- "Грабители с большой дороги. Мало того что у них территории в разы больше, так они ещё и последний грош у сиротки отбирают." плакало НД.
- "Прохиндеи и бессовестные хапуги." взбесился НЙ. "Земля была, есть и будет наша. Ясно сказано, ваша территория под водой, вот там и живите. Самое кстати для вас место."
- "Ах так, да мы на вас в суд подадим." пригрозило Нью Джерси.
- "Ой, нам уже таки страшно. Испугали ежа голой задницей. Да у нас в штате юристов и адвокатов десятки тысяч, а у вас лишь одни свалки токсичных отходов." усмехнулся НЙ.
- "Это лишь потому что когда каждый штат получал свою порцию дерьма, мы выбирали свою раньше вас. Будет больно, пеняйте на себя." И подали в суд.

Инстанция за инстанцией и иск быстро добрался до Верховного Суда.
- "Уважаемые Судьи" вкрадчиво начал НЙ. "Вы посмотрите на этих бесстыжих поцев. Они притворяются Кларой Целкин, но вы то знаете за мокрое и за сухое. Суша она и в Африке суша, а вода она и в Китае вода. В договоре всё ясно, суша наша. А на водное пространство мы и не претендуем."
- "Тьфу в ваши бесстыжие глаза. Нам таки стыдно ходить с этим НЙ по одному США. Вы же разумные люди. А что если эти шлемазлы захотят и осушат всю реку? Это что, получится им тепло и мягко, а нам снова кушать кугл? Мы за это не согласны." аргументировало НД.
- "Граждане судьи. Ну посмотрите сами. Неужто вы думаете что хоть кто-либо кто ехал через остов Эллис пёрся в эту ньюджерсийскую дыру. Что бы да, так нет. Когда подплывали корабли все видели перед собой Нью Йорк. И плыли они именно к нам." убеждал НЙ.
- "Ха, а вы их спрашивали? У нас от возмущения стынут волосы. Вы же видите, они просто заговаривают вам зубы." возмутилось НД.

Суд пошёл совещаться.
- "Может пошлём их всех в жопу?" предложил один либеральный судья.
- "Да нет, это место уже занято. Мы же уже обещали туда послать защитников прав лиц нетрадиционной ориентации." напомнил консервативный судья.
- "Блин, как хочется всё решить, ничего не решая." возмечтал третий судья.
- "О, а это идея." подхватил Глава Верховного Суда. "Зовите сюда этих балбесов."

- "Вы делаете нам нервы. Предлагаем ша." сказал Верховный Суд. "Купите себе кота."
- "Зачем кота?" удивились штаты.
- "Затем что ему вы будете крутить бейцы, а нам не надо. Слушать вас одно удовольствие, а не слушать совсем другое. Итак, мы назначаем вам арбитра, умный мальчик из хорошей семьи, его зовут Пол Веркиль. Пускай он предлагает решение. А теперь все вон отсюда."

- "Снова нас разведут как кроликов. Мы слышали за этого Пола. Кто не знает этого унглика из Нью Йорка. Ну что умного он может сказать?" опечалилось НД.
- "Павлуша, наш парень. С ним будет всё чётко." радовался НЙ.

Пол Веркиль действительно старался. Он всех выслушал и предложил так "По понятиям, конечно землю надо отдать НД. Но, тогда эти 1.3 гектара что принадлежат НЙ будут окружены землёй другого штата, а это не комильфо. Посему предлагаю честный пацанский пополам. Из новых 12 гектар, 10 идут НД, а 2 НЙ, дабы у него был выход к воде. Ну как?"

Возмущению обоих штатов не было предела. Впервые они объединились в неприятии предложения.
- "И это называется решение? И это говорит он, наш Павлик, которого мы вскормили и вспоили. Да за такое решение его нужно на той же свалке закопать. И 2-х гектаров нам для этого не понадобится, уж будьте уверены. Вся земля наша и точка." взъярился Нью Йорк.
- "Ну что мы говорили, правды искать у профессионального балабола. Да любой шнорер из Камдена предложил бы что-то получше. Может этого шлемазла просто утопить? Или хотя бы ногу отрезать? Вся новая земля наша, до последнего дюйма." возмущался НД.

Резонанс получился большой и в итоге оба штата отвергли решение арбитра и развернулась газетная шумиха.
- "Может вообще, передать остров какому-нибудь другому штату, ну например Коннектикуту." поступило предложение в Нью Йорк Таймс.
- "Ха, а с этого момента два раза и медленно. Мы кстати совсем не против." обрадовался Коннектикут.
- "Пшёл вон пока цел. Эта наша корова и доить её мы будем сами." опять проявили единство штаты. И снова подали иск в Верховный Суд.

Опять прозвучали те же аргументы что и ранее. Каждый штат тянул несчастный остров на себя и обвинял другого во всех смертных грехах. Наконец Верховный Суд проголосовал и со счётом 6:3, судьи решили отдать всю землю что была добавлена к острову после 1834 года Нью Джерси. А 1.3 гектара ньюйоркской земли оказались окружены со всех сторон. Теперь у НЙ осталось лишь несколько зданий, а границу между штатами пролегла прямо через иммиграционный центр.

У Нью Джерси был праздник. Наконец, после почти 330 лет, земля вернулась в родной штат. Правительство тут же выделило своему новому приобретению почтовый индех, налоговый номер, указало на картах, и под музыку при большом скоплении народа в День Независимости подняло свой флаг на острове. А губернатор напоказ несколько дней щеголяла в новой футболке где жирными буквами было написано, "Остров Эллис, Нью Джерси."

А что же реально получило Нью Джерси как компенсацию за миллиионы долларов потраченных на юристов? Ведь земля как и была так и осталась в федеральном владении. Если исключить несколько тысяч долларов налоговых сборов с продажи сувениров из музейного магазина, то по сути ничего. Кроме конечно чувства глубокого морального удолетворения, что долларами не измерить. Ведь говорили в старину умные люди "понты дороже денег."

26

С чем ассоциируется у нынешнего гражданина России звание полковник? Конечно, с квартирой, набитой баблом! А я знавал полковника бессребреника!
Ну как знавал... Я его сын! Полковник этот был не ментовский, а армейский. Конечно, многие скажут, мол ты его сыночек и папу отбеливаешь. Но, скажу вам честно, сам иногда злился на отца, что он такой принципиальный. Помнится, в Тбилиси, в апреле 1989 года, объявили комендантский час. Случилось это в связи с антисоветскими митингами в центре города. Так вот именно тогда случилась у нас под балконом перестрелка! Ехал БТР по улице, патрулировал в общем, а тут какой-то сторонник свободной и независимой Грузии бахнул из какой-то берданки по нему со своего балкона. Бойцы деликатно не стали палить из крупнокалиберного пулемёта. Ответили шквалом из автоматов. Отец в тот день был дежурным по оперативному управлению штаба Закавказского Военного Округа.
Согнали тогда в Тбилиси, в связи с беспорядками, разных важных генералов. И вот в тот момент, когда моя мама позвонила папе и, заикаясь от страха, сообщила о стрельбе у нас под домом, сидел рядом с папой генерал от десантуры Грачёв. Впоследствии известный как Паша-мерседес. Отец, выслушав маму, по-военному чётко сообщил всем присутствующим на пункте боевого управления, что на улице Будапештской перестрелка! Грачёв-"гений" сказал отцу – «Пусть жена срочно завесит окна солдатскими одеялами». Отец удивился и опустив, что само по себе это предложение попахивает идиотизмом, сообщил что у него дома нет солдатских одеял! На что удивился уже Грачёв - «До полковника дослужился и нет дома солдатских одеял!???»
Отец так ответил, что заржали все кроме Грачёва. Он сказал: «Я не отбираю у солдат одеяла!».
Этот разговор мне пересказал сослуживец отца! И, скажу вам честно, единственное что было у нас дома так сказать на халяву от армии, - это списанные ящики от снарядов! Разный хлам в них хранили на балконе! Отец, конечно, не был святым. Как нормальному мужику, а тем более офицеру, ему присуще было гусарство! И выпить любил, и к дамам лёгкого поведения был не равнодушен. Но всё, что касалось службы, было безупречно! При выходе на пенсию он получил трешку в одном из краевых центров России. Но его сослуживцы умудрились себе по несколько квартир намутить!
Я поступал в училище на общих основаниях, да и поступил в обычное общевойсковое, а не в блатные, которые готовили военных юристов или переводчиков. Единственную блажь, которую он получил от МО, выхлопотал я для него.
Как-то, находясь в отпуске, я выпивал с отцом. И он пожаловался, что скучно ему без меня! Надо сказать, что как я одел офицерские эполеты, мы стали не просто отцом и сыном, но и лучшими друзьями! Я пошёл в полк, расположенный в том городе и взял у командира отношение на себя! Тогда дефицит офицеров был серьёзный и проблем с переводом не возникло. Ну, как не возникло. Командир того полка, из которого я переводился, долго ворчал, но отпустил!
Как-то раз, отправили меня в командировку. Ехать надо было в часть в соседний город. По этому случаю получил я в распоряжение УАЗик, а вот свободного бойца-водителя не нашлось. В общем, надо мне было самому рулить! Да я, собственно, этому только рад был. Это была середина нулевых и такое было в порядке вещей. Перед отъездом из города заскочил домой, и отец решил прокатиться со мной. Мол скучно дома сидеть, а так развеюсь немного. Я этому тоже обрадовался. Отец одел мундир, и мы поехали. По дороге отец попросил порулить. Мол дай-ка вспомнить, как баранка УАЗика на ощупь! Он отлично водил автомобиль, так что я, естественно, согласился. И как-то мы заболтались по дороге, что сами не поняли, как очутились на стоянке перед КПП той воинской части, в которую я ехал. Когда подъезжали, перед КПП курил прапорщик. Как позже выяснилось, дежурный по КПП. Надо сказать, что ходил я тогда в танковом бушлате. Очень удобная штука, но на нём не предусмотрены погоны. Короче, видно по мне, что офицер, но не понятно кто по званию. Вышел я из машины и отец из-за руля вылез ноги размять. Я на КПП предъявляю прапору предписание. А он бегло глянул на него и пристально меня разглядывает. Я ему: «Так пропуск выпишите?» А он мне козыряет и говорит: «Проходите!»
Когда я свои дела оформил, на КПП ко мне этот прапор подошёл и заговорщически, почти шёпотом, спросил: «Простите! А вы кто?»
«Как это кто? Я же вам предписание предъявлял! Капитан Жданов! В/ч такая то». Прапор округлил глаза и, кивая на отца, прогуливающегося около УАЗика, спросил: «А это кто?»
Я конечно объяснил ему, что это мой отец. Что он на пенсии и приехал за компанию!
«Ну вы товарищ капитан даете! А я думаю, кто же он такой, если у него водитель полковник».
П/с. Отца нет уже десять лет! И у меня такое чувство, что я маленький мальчик, потерявшийся в большом городе! Хотя и сам давно отец, и не за горами как стану дедом, (сыну девятнадцать будет). Цените отцов! Наступит момент, когда вам станет невыносимо одиноко без отца!

27

Мистер Эндорфин.
Однажды во время дальнего автопутешествия мы с приятелем остановились перекусить в придорожном кафе. Приятель заказал хот–дог. Я воздержался, хотя страшно проголодался. В рейтинге Мишлена это кафе получило бы минус три звезды, и я опасался, что хот–доги тут понимают буквально и подают разогретых собак.
"Как ты можешь это есть, — пошутил я, — зоозащитников не боишься?”
«Мистера Эндорфина на тебя нет», — ответил приятель.
«Кого — кого?» — переспросил я.
Так я узнал про Мистера Эндорфина.
Приятелю готовили его хот–дог, а он рассказывал. Хот–дог готовили довольно долго, видимо, сначала им все–таки пришлось ловить собаку.
"У меня на первой работе был мужичок. Бухгалтер. Ну, такой, как сказать, в розыск его не объявишь — без особых примет. Моль средних лет. Когда я его впервые увидел, подумал, фу, какой плоский, неинтересный дядька. Пока однажды не услышал его тихий комариный смех. Он сидел перед своим монитором и хихикал. Я проходил мимо и из любопытства заглянул в экран. А там какой–то бухгалтерский отчёт в экселе. И он над ним ржёт. А ты не прост, чувак, сказал я себе тогда. И ещё прикинул, а может, уже пора из той конторы валить, раз бухгалтер хохочет над финансовыми документами.
Короче, персонаж оказался, что надо. У него всегда все было превосходно. Это его фишка. Понимаешь? Всегда. И все. Даже осенью. Когда любому порядочному человеку хочется, чтобы дворник закопал его поглубже в листву. «Превосходно». Не «нормально». Не «хорошо». И даже не «отлично». Именно — «превосходно».
Погода у него — только прекрасная. Иду как–то раз на работу, дождь как из ведра, ветер, зонтик надо мной сложился, отбиваюсь спицами от капель, настроение паршивое. Вижу, перед входом в контору стоит этот перец по колено в воде, смотрит себе под ноги. Сливные стоки забились, вода хлещет по мостовой ручьями по его ботинкам. Гляди, кричит он мне, как будто горная река, и лыбится.
Машина у него — самая лучшая. Однажды он меня подвозил. Едем на его перпетум мобиле. С виду вроде «копейка», но зад подозрительно напоминает Москвич–412. Франкенштейн какой–то. Послушай, как двигатель работает, говорит он мне. Песня, да? Я послушал. Если и песня, то этакий Стас Михайлов в старости — кашель и спорадические попукиванья. А он не унимается: и ведь не скажешь, что девочке тридцать лет. Узнав про возраст девочки, я попросил остановить, так как мне отсюда до дома рукой подать. Вышел на каком–то пустыре и потом час брёл пешком до ближайшего метро.
Курорты у него — все как на подбор невероятные. Я как–то поехал по его наводке в Турцию. Он мне полдня ворковал про лучший отдых в жизни, про космический отель, про вкуснейший шведский стол. У него даже слюна из уголка рта стекала. Я и купился. Из самолета нас выкинули чуть ли не с парашютом над какой–то долиной смерти. Посреди лунного пейзажа — три колючки и один отель (так что про космический — не обманул). До моря можно добраться только в мечтах, отель в кукуево.
Шведский стол — для рабочих и крестьян: сосиски, макароны и таз кетчупа. Я взял у них книгу отзывов. Там после десятка надписей на русском про «горите в аду» и «по возвращении на Родину передам ваши координаты ракетным войскам», выделялась одна, размашистая, на пол–страницы: «ВОСТОРГ!!!» Не с одним, не с двумя, а именно с тремя восклицательными знаками, и всеми большими буквами. И знакомое имя в подписи.
У нас в то время вокруг офиса приличных заведений не было. Приходилось испытывать судьбу в общепите. Я всегда брал его с собой на обед. Какой потрясающий суп, как крупно порезали морковь, сколько отборной картошки, а приправа, приправа, причитал он в гастрономическом полуобмороке, над тарелкой с пойлом из половой тряпки. Ну, что же это за беляш, это же чудо, а не беляш, нежнейшая телятина (каждый раз в ответ на это нежнейшая телятина внутри удивленно мяукала), тесто воздушное, сок, сок ручьями, и так далее. Послушаешь его, послушаешь, и глядь — и суп вроде уже мылом не отдаёт, и беляш провалился и не расцарапал когтями пищевод. А, главное, после обедов с ним я ни разу не отравился — видимо, организм в его присутствии выделял какие–то защитные вещества.
И это была не маска, вот что интересно. Сто процентов — не маска. Все естественно и органично. Его вштыривало от жизни, как годовалого ребёнка. Возможно, в детстве он упал в чан со слезами восторга, наплаканный поклонницами Валерия Ободзинского, как Астерикс — в котёл с волшебным зельем.
Мы в конторе прозвали его «Мистер Эндорфин». В курилке часто можно было услышать: чего–то сегодня хреново, пойду с Эндорфином поговорю. Мистер Эндорфин сверкал лысиной, как маяк.
Знаешь, что самое забавное? У него и семейка такая же, под вечным феназепамом. Он как–то раз пригласил меня в гости. Я впопыхах купил какой–то неприлично дешевый торт, вафельный, ну, с таким ещё первоклашки на свидание к девочкам ходят. Мы сели за стол, с ним, его женой и сыном, разрезали этот деревянный торт, затупив два ножа и погнув один, разложили по тарелкам и понеслась. Какое потрясающее чудо, застонал ребёнок. Какое чудесное потрясение, подхватила жена. Вот суки, издеваются, подумал я. А потом пригляделся: нет, у людей натуральный экстаз. При прощании чуть ли руки мне не целовали, все трое".
В этом месте приятелю принесли хот–дог, и он закончил рассказ.
«Вот ты спросил, как я это буду есть, — сказал он, — очень просто: включу Мистера Эндорфина».
Приятель взял хот–дог, поднёс его ко рту и зашептал:
«Какая румяная сосиска, с пылу с жару, с пряностями. О, да тут не только кетчуп, из отборнейших томатов, да ещё и горчица, пикантная, сладковатая. Пышная, свежайшая булочка…»
«Девушка! — крикнул я через все кафе хозяйке заведения, — можно мне тоже хот–дог!» (C)

29

Насчет "роняния пачки денег перед носом"

Было со мною раза два в 90-х и один раз лет 12 назад.

Случай самый первый. Примерно 1994 год. Иду себе, легко и непринужденно, по Зубовскому бульвару в сторону Комсомольского проспекта, с не очень тяжелой, но объемистой сумкой в руке - там куча проспектов, которые надо было отправить в регион посылкой, сдав ее на почте на том самом Комсомольском проспекте. Мимо меня пробегает (резво обгоняя меня) юноша лет 28, в джинсах и короткой курточке, до пояса, так что мне видны задние карманы его джинсов. Метрах в трех впереди от меня он лезет как раз в задний карман джинсов, вытаскивает оттуда полиэтиленовый пакетик с чем-то зеленым и роняет прямо передо мной. Мне данная мизансцена как-то сразу показалась неправдоподобной - ну вот зачем залезать на ходу себе в задний карман, где заведомо для него лежат типа доллары - И ДАЖЕ НА НИХ НЕ ПОСМОТРЕТЬ, а сразу выронить и НЕ ЗАМЕТИТЬ ЭТОГО? Это неправдоподобие мне сразу в глаза не бросилось, но, видимо, как-то на уровне подсознания я отметил, что что-то было не так.
После чего, уронив к моим ногам пакетик типа с долларами, юноша развивает просто "первую космическую", т.е. его уже не догнать. Я пару раз поорал в пространство: "Молодой человек, деньги упали!" Он перешел на "вторую космическую". Через секунду рядом со мной материализовался еще один дядечка, который ошарашенным тоном произнес: "Эх, е-мае, сколько долларов-то! Давай поделим?" Я ему сразу сказал: "А ты кто такой тут вообще? Это деньги вон того долбо...дятла. Давай лучше ему крикнем погромче, чтоб вернулся. Эй ты, мужик! Забери деньги свои!"
Видимо, данный текст сильно не вписывался в концепцию отводимой мне роли (я должен был купиться, поделить деньги с подошедшим мужиком, потом через 2 минуты появлялся первый мужик-быстроход и обвинял меня в краже из заднего кармана его штанов суммы в 5 тыс долларов и т.п.).
Я просто физически ощутил гигантскую работу мысли мужика, стоящего рядом со мной. Процессор его ощутимо перегревался, пока он стоял, безмолвствуя минуты три. За это время я уже понял, что первого мужика не догоню, денег ему не верну. Обогащение прохожих на Зубовском бульваре меня мало волновало, обогащение себя родимого на жалкие 50-100 долларов - в общем, тоже (у меня в тот момент в нагрудном кармане было порядка 5 тыс долларов "на мелкие расходы", да и вообще я человек не жадный).
Поэтому, не обращая внимания на причитания мужика рядом со мной, я сказал ему "тебе надо, ты и бери" и почапал дальше - до закрытия почты оставалось всего лишь полчаса...
Обратил внимание только на раздававшиеся сзади его матюги в мой адрес, хотя для правдоподобия мужику следовало бы быть мне сильно благодарным - я оставил все "доллары" ему, не взяв себе ничего. И это тоже добавило мне понимания, что я поступил правильно.

Случай второй. Примерно 1998 год. Зима. Где-то в районе станции Петровско-Разумовская, какие-то там были рядом ж-д пути и пешеходный переход через них. Вечер, часов семь-восемь. Темно, снег, ветер. Пара тусклых фонарей освещает дорогу. Сугробы. Мизансцена похожая - мужик идет вперед, что-то роняет мне под нос, я подхожу к оброненному предмету, типа бумажнику (не поднимаю, только смотрю еще). Обронивший развивает "первую космическую", сразу вырисовывается второй - "ой, давай поделим".
Моя реакция - "такую х..ню еще делить?" - запиннываю бумажник в 2-метровый сугроб, причем хорошо так запиннываю. "Убежавший" мужик появляется МОМЕНТАЛЬНО (я, конечно, догадывался, что он уже должен быть рядом, но что он появится через буквально три секунды - такого не ожидал). Оба с матюками в мой адрес лезут в сугроб искать свой "реквизит", я иду дальше.

Ну, это все были времена "ельцинского беспредела". При Путине все стало "изящней".
Году в 2005, на станции метро, переход с "Чеховской" на "Пушкинскую". Все по той же схеме, кроме того, что вокруг довольно много народу и МИЛИЦИОНЕР стоит в 20 метрах от места действия, типа наблюдает за эскалатором. Я к нему - вон этот гад, в шапочке, мне куклу под ноги кинул, а вот тот, в коричневой куртке, предлагал поделиться с ним. Милиционер лениво обернулся: "Эти что ли двое? Этих пи...сов мы знаем".
И со скукой вернулся к наблюдению за эскалатором.
Я пожал плечами и поехал дальше по своим делам.

30

Давно это случилось, но смеемся до сих пор.

Мне было 17 лет, мой будущий муж пригласил меня к себе в гости на Новый год в деревню. Будучи абсолютно городской девушкой, мне всегда хотелось побывать в деревне и воочию увидеть то, что раньше видела только по телевизору, поэтому приглашение в гости (как потом выяснилось — на смотрины) я приняла не задумываясь. А зря, подумать все-таки стоило.
Сказано-сделано, приехали мы ночью, развели нас по разным комнатам и уложили спать. Утром, ни свет ни заря, меня разбудили. Боже, 10 утра — ну, что можно делать в такую рань?!
Вышла я уже к остывшему завтраку и сразу попала на семейный совет, на котором принималось решение послать сына с друзьями в лес за елкой. Обратив внимание на то, как пристально смотрят на меня будущие свекр со свекровью, я решила навязаться с ребятами в лес за елкой. На тот момент мне мое решение показалось правильным — уж лучше погулять в лесу, чем быть насквозь просверленной взглядами будущих родственников. Желание гостьи было признано законом безоговорочно.

Я быстренько оделась в свою шубку, джинсы и короткие зимние ботинки. Будущая свекровь, внимательно посмотрев на меня, выдала: «Так в лес ходить просто неприлично!» — и умчалась вглубь дома. Через 5 минут она радостно принесла что-то непонятное — какой-то мохнатый предмет с рукавами (они называли это тулуп), такую же мохнатую шапку-ушанку, штаны и странную обувь, которую они назвали катанками. По моим небольшим познаниям в деревенской жизни, я сделала вывод, что такую обувь еще называют валенками. При этом необходимо учесть, что рост у меня всего 1,5 метра с кепкой, а размер ноги — 35. Все же родственники моего будущего мужа имели рост под 2 метра и размер ноги от 40.

Сначала на меня одели штаны непонятного размера, причем прямо на джинсы, и подпоясали где-то в районе шеи. Потом на меня напялили ушанку, после чего у меня пропал слух, и обзор снизился до 30 градусов. Затем на меня стали одевать катанки, я так и не поняла, как они отличили правый от левого. Проблему разницы размера катанок решили просто, мне вдобавок выдали 3 пары теплых носок, а вот высоту подрезать напрочь отказались, из-за чего мои ноги потеряли способность сгибаться в коленях.
Вершиной айсберга стал тулуп, который подпоясали, где-то в районе колен, армейским ремнем, руки мои закончились там, где у хозяина тулупа были локти. И вот в таком виде, полностью потерявшую способность видеть, слышать, ходить, практически безрукую, меня выставили за дверь.
Почему валенки называли катанками, я поняла сразу же, как только сделала первый шаг. Да и сделать я его толком не успела, так как сразу же мои ноги раскатились в разные стороны, и я повалилась вперед. Встать самостоятельно я уже не смогла. Добрые руки моего будущего мужа и уже подошедших друзей бережно вернули мне вертикальное положение.

И вот делегация, в составе трех мужиков под два метра ростом с размером катанок не меньше 60 и меня, двинулась в лес, благо идти было недалеко, всего лишь за калитку выйти и еще пройти до кромки леса метров сто.

Для меня эти сто метров показались километрами! Снег там за калиткой почему-то никто не чистил, а зима в тех краях суровая, снежная, сугробы огромные. Впереди бодрым шагом шли бравые ребята, проламывая следы в сугробах на глубину, в которую я, в принципе, могла поместиться во весь рост. Попробовав перекатываться из одного следа снежных людей в другой, я быстро поняла, что такими темпами мы никуда не дойдем, и решила свою тропу проложить рядом. Впрочем, проложить — это громко сказано. Я сразу же провалилась и не смогла вылезти. Пришлось ребятам возвращаться ко мне, вытаскивать из сугроба сначала меня, потом доставать из этого же сугроба катанки. Потом они сбегали за странной конструкцией, отдаленно напоминавшей санки, на которую меня водрузили и покатили.

В принципе, меня все устраивало — еду, любуюсь прекрасными видами. Так мы и доехали до поляны, которая была достаточно утоптана. Меня выгрузили в центре и велели стоять на месте и никуда не уходить, пока они будут искать подходящую елку, и все разбежались в разные стороны.

Через минут пятнадцать стоять на одном месте мне надоело, и я пошла обследовать территорию. Тут мое внимание привлекла достаточно большая пушистая елка, которая находилась метрах в ста от меня. Ну, и двинула я к ней, рассмотреть поближе. Кое-как прорыв траншею в снегу, я прошла метров пятьдесят, после чего меня остановило внезапное препятствие в виде железной сетки. Удивлению моему не было предела: в дремучем лесу — и вдруг забор!

Чисто из любопытства я начала ее дергать и, о чудо, сетка поддалась, видимо, прогнила в месте крепления. Дырка образовалась небольшая — надо было ползти, и тут я поняла, что если упаду на четвереньки, то самостоятельно встать уже не смогу. Но елка была такой красивой и так хотелось удивить всех будущих родственников!

Упав на четвереньки, я преодолела это препятствие и практически сразу же наткнулась на колючую проволоку — чудеса, да и только! Конечно, если бы я была в своей шубке, у меня бы и мысли не возникло пролезать под колючей проволокой, но на мне был тулуп, который было не жалко. С такими мыслями была преодолена и колючая проволока.

И вот, наконец, эта красивая елочка была прямо передо мной. Как же я была рада! Но не долго — топорика-то мне не дали! От досады я толкнула (хотела пнуть, но стояла на четвереньках, а встать не могла) елку, и она свалилась набок.

Не веря своему счастью, я взяла ее за корешок и уже стала разворачиваться, когда рядом со мной вдруг взлетел сноп снега. Поворачиваю голову и вижу, как ко мне бежит мужик — то ли с винтовкой, то ли с ружьем навскидку — машет руками и что-то орет. Но, так как ушанка сидела хорошо, я, конечно же, ничего не расслышала. Но больше всего меня испугала собака, рвущаяся с поводка.

Решив, что это лесник, и, стырив елку, я нарушила кучу лесных законов, я взвизгнула, как поросенок, и со скоростью, которую только могла развить на четвереньках, рванула к лазу, не отпуская из рук елку, которая, конечно, цеплялась за все, за что только могла зацепиться. Но желание выжить и непременно удивить всех красивой елкой придало мне сил, и я, ругаясь на чем свет стоит, протащила таки ее через все препятствия. Доползла до поляны, с помощью ствола дерева приняла вертикальное положение и радостная уселась в сани.

Через минут 5 пришли ребята. Поохали, какую я елку нашла, не задумавшись при этом, как я ее срубила. Затем мы все дружно двинулись домой.

Пришли домой, а там такое оживление! Мой будущий свекр бегает по дому с криками, с выпученными глазами, руками машет. Увидев новых слушателей, он рьяно начал рассказывать о ЧП. Выяснилось, что сегодня на зоне (Мои параллельные вопросы: «Какой зоне?» «А что, в деревне зона есть?» «Ах, тюрьма строго режима для рецидивистов?» «Вот как неожиданно!») произошел прорыв периметра («А что такое периметр?» «Ах, 5 уровней. И целых два были прорваны?» «Колючка трехрядная и забор под напряжением?» (Мысли, уже не вслух: Странно, напряжения не почувствовала, может, забыли включить? А колючка вообще так себе, трех рядов не помню). Некое существо (Ну, как одели так и ползала!), природу которого не смогли определить, ползло по периметру, потом с испугу от трех предупредительных выстрелов и одного прицельного (Каких выстрелов? Ах, вот почему снег рядом взлетел! Вот, сцуки, так ведь и убить можно! А предупредительных, да еще и трех, не слышала… Ах да, эта ушанка…), развернулось, зацепилось копытом (Ну да, похоже издалека на копыта, так как мои руки из рукавов не торчали) за елку, которую срубили для любимого начальника зоны и до вечера поставили в снег, дабы не растеряла иголки, и, не сумев освободиться от елки, визжа, как дикий зверь, непонятно каким образом преодолело два периметра в обратном направлении, издавая при этом такие звуки, что собака побоялась продолжить преследование (Блин, а что, собака все-таки до меня добежала? Ну, если ваши собаки мат понимают, то, ясен перец, почему она побоялась бежать за мной дальше). При этом пять лучших сотрудников предприняли все меры для дальнейшей погони (Да ладно заливать — он один бегал!), все местные охотники были поставлены в ружье и направлены на поиски зверя. По глубине оставленной траншеи выяснили, что зверь на четырех копытах, в холке рост невысокий (Ну, он, в принципе, и не в холке тоже невысокий), добрался до дерева, залез на него, и на этом следы пропадают (Ну да, я же потом на своих двух пошла).

Поняв, что тучи сгустились над моей головой, я вжалась в кресло и старалась не высовываться. И все бы ничего, но на званный ужин пригласили того самого начальника зоны, который, зайдя в дом и увидев елку, потерял дар речи (Ну, вот как, скажите, он запомнил свою елку?! Таких елок в лесу полно!). На вопрос: «Откуда у вас эта елка?» — начальник зоны получил от свекра гордый ответ: «Вот, невестка моя будущая на полянке нашла. Правда, красивая елочка? Такую днем с огнем не сыщешь!»

Раскололи меня за три секунды, пришлось все рассказать.

Прошло 15 лет, а байка про страшного зверя гуляет в той деревне до сих пор.

31

Ребёнком я посещал женскую баню. Не в целях саморазвития, а потому что жил в неблагополучном районе. Из удобств в нашей семье был чайник. Из него мы мылись, пили и отапливались им же. Но раз в неделю хотелось большего. Так я впервые увидел голых работниц механического завода. Художник Рубенс, видимо, мылся в той же бане и страдал теми же визуальными кошмарами. Что бы он потом ни рисовал, получались токарихи и фрезеровщицы, состоящие из бугров, оврагов, складочек и обвислостей. На изготовление каждой уходил центнер дрожжевого теста и немного волос. Прыгнув в такую, можно было утонуть.

Ещё помню горячий кран, другим концом приваренный к центру вулкана. Ручка управления имела два положения – "Выкл." и "Толстая коническая струя жидкой магмы". Каждая его капля прожигала навылет коня. Ради таза воды люди рисковали жизнью. В единственный душ стояла очередь на год вперёд.

После мытья, униженные и обожжённые, мы с мамой шли к коричневой старухе за ключом от шкафчика. На днище таза был намалёван номер, кривой как иероглиф. Старуха внимательно его осматривала, почти нюхала. Я ждал, она поднимет голову и каркнет что-нибудь про дальнюю дорогу и множество на ней брюнетов, но всякий раз звучало только "75" или "54".
Одна женщина получила ключ, открыла шкафчик – а внутри чужая одежда худшего качества. Ей в парилке подменили таз. Голая, зарёванная, сидела потом, писала жалобу на трёх страницах, красиво заложив ногу на ногу. Старуха-ключница лично бегала к ней домой, будила мужа, рылась в шкафу, всё принесла и потом ещё дружила семьями – целая история. Сейчас такое невозможно, телефоны свели банную драматургию к смс-диалогам.

Однажды в бане погас свет. Без окон тьма получилась абсолютной. И не вошёл никто, не осветил телефоном путь к одежде. За стеной мужики заржали, свистнули, построились и вышли. А женщины стали совещаться. Они в армии не служили и в минуту опасности полагаются на разум. Выяснилось, что темнота усиливает топографические сомнения и в ней не работают ни указательный палец, ни слова "направо" и "налево". Купальщицы ползали вдоль каменных лавок, повизгивая при встречах. Наощупь всё казалось или краном с кипятком, или Минотавром, который уже, конечно, пришёл. Я точно знал где выход, но детям велели молчать, потому что не время капризничать.

Потом какая-то ловкачка нащупал дверь. Крик счастья, отражённый от стен, лишь усилил общее чувство безысходности. Проём не засветился, в раздевалке та же темень. Спасённая посоветовала всем идти прямо до стены, потом двигаться вдоль, не меняя направления. Наверное, она была математиком. Вскоре все спаслись. Причём мочалки взяли, а тазики – никто. А это в бане главный документ.

Тут в раздевалку вошёл мужчина с зажигалкой, позвал тихо – Оля! Его поймали, поцеловали, отобрали осветительный прибор. С зажигалкой опасная трагедия превратилась в смешную игру «опознай костюм». Женщины следовали за огоньком как мотыльки. Лица у всех были таинственны и красивы. Добрая коричневая бабка открывала любые шкафчики. Дамы угадывали где чьё. Одевались в темноте, выходили на свет с бирками в самых неожиданных местах. Больше я в женском отделении не мылся. А про фрезеровщиц скажу – не судите по размеру ноги о человечности. Некоторые виды красоты понятны лишь когда их обнимешь.

Мы с Дашей сидели на кухне, мечтали о сауне, о кабинке на две задницы, в которой так приятно пережидать межсезонье. Даша выслушала мою историю, сказала – боже мой, сколько у нас общего. С ней такое же было . Один в один. Однажды к ней в баню вошёл монтёр. Достал лампочку и ну менять. Даша тогда пережила ужас и больше в городскую баню не ходила. Я спросил осторожно, видит ли Даша какие-нибудь различия между нашими историями.
- Ну конечно. Я девочка, а ты мальчик. Мой шок куда тяжелей. Он монтёр, а я голая. Представляешь?
Я легко представил Дашу голой. Вся моя литература построена на умении воображать подобное. Это мой исток, мой чернозём, сор, из которого я расту, не ведая стыда. Вскоре я забыл с чего начался разговор и каким должен быть финал. Поэтому и здесь его не будет. Всех обнимаю, до свидания.

32

Алаверды Лешиной истории про хлеб…

Запах Хлеба.

Когда я родился, мои родители ещё жили с моими бабушкой и дедушкой в небольшой квартирке в очень старом (19й век) доме. Квартира и дом были неказистыми, но расположение было ключевое, самый центр. Был ещё один огромный плюс. Окна одной из комнат выходили прямо в пекарный цех хлебзавода который находился через небольшой дворик.

С детства я помню бесконечный конвеер булок, хлеба, батонов, пирожков, итд. который протекал перед моими глазами. Над ними священнодействовали тётеньки в белых халатах творя чудо. Ах, какое это было зрелище. Мелким я был готов был смотреть на него часами.

А запахи. Какие запахи там были каждый день. Сдобы, шоколада, повидла, теста, тмина, корицы, всего не перечислишь. Они перемешались в один и с этим запахом я пробуждался первые несколько лет моей жизни и с ним ложился спать. В прямом смысле для меня это стал запах детства.

С улицы и со двора были входы в дом, а соседняя с уличным входом дверь была в булочную где продавалась продукция этого хлебзавода. Какие там были пекарные изделия. Я любил и до сих пор люблю мучное и эта витрина завораживала меня. С утра, да что с утра, целый день, толпа нарасхват разбирала горячую выпечку. Народ кушал на месте и нёс домой. Все хвалили мастеров которые пекли такие вкусности.

Но странная вещь, почему-то нам с сестрой мать, отец, бабушка и дедушка строго настрого приказали не покупать там ни одной булки, ни одной печенюшки. Много раз я сжимал монетки в ладошке перед входом в булочную возращаясь из школы, но перед глазами вставали строгие лица и говорили нельзя. И так я ни разу не нарушил запрета.

Потом мы переехали в другую часть города, а ещё чуть позже эмигрировали из СССР. Так я и не попробовал выпечку той пекарни и ни купил ничего из той булочной. Но этот запах... Этот запах преследовал меня годами.

Я побывал во многих странах и городах. Ел во многих ресторанах, столовых, и забегаловках. Покупал выпечку в разных пекарнях. Съел уж не знаю сколько булок, багетов, батонов, буханок, пирогов, рогаликов, баранок, донатсов, бейглов, печений в Риме, Лионе, Женеве, Нью Йорке, Сантьяго, Торонто, Стокгольме, Лондоне, итд. И везде я принюхивался. Да пахло вкусно, заманчиво, обвораживающе, но запах был не тот. Похож, но всё таки не совсем тот. Тот запах детства был неистребим и неповторим.

Прошло почти 20 лет и судьба опять занесла меня в город где я родился. Перед моим отъездом туда мой дед сказал мне, "Не очень хочу что бы ты туда ехал. Там другая жизнь и там тебе не место. Но раз уж там будешь, сходи на кладбище где лежат родственники, в свою школу, шахматный клуб, но лучше в те дома где ты жил не ходи." Но по прибытию ноги сами понесли меня туда, к старенькому дому где я родился.

Тот же вход в дом, так же рядом булочная, хотя конечно по другой вывеской. И всё тот же восхитительный запах. Тот самый запах который я искал и не мог найти почти 20 лет. Ну нет, теперь уж меня никто не остановит. Я зайду и куплю там пирожки которые так аппетитно лежат на витрине. Но сначала... сначала я зайду в тот подъезд, в тот коридор и подойду к дверям моей первой квартиры.

Дверь в подъезд была открыта. Я зашёл, улыбнулся знакомым разбитым ступенкам, поднялся на 2ой этаж и пошёл по длинному корридору к самой последней двери. Так же знакомо скрипели доски деревянного пола, веяло сыростью от вывешенного белья, и тускло мерцала лампочка. В корридоре я встретил людей настороженно смотревших на меня. Я назвался и сказал что жил тут очень много лет назад и назвал фамилию дедушки и бабушки. На моё удивление их вспомили и предложили сами, "может хочешь посмотреть на старую квартиру." Я конечно же согласился.

Всё так же у входа стояла тумбочка и скамеечка которые сделал мой дед десятилетия назад, так же висела карта области, и даже люстры мне показались знакомыми. Я подошёл к окну и посмотрел через двор. Так же как я смотрел сотни раз давным давно. И вот перед мной опять шёл конвеер булок, батонов, и хлеба - прямо как в детстве. Всё так же суетились тётеньки в белых халатах и мне показалось что я даже узнаю их лица.

И вдруг вглядевшись попристальней я увидел то что совсем забыл. И я понял почему мне родители и бабушка с дедушкой запрещали покупать выпечку в той булочной. По медленно двигающейся полосе конвеера, не взирая на санэпидемстанции, тётенек в белых халатах, законы, постановления, лозунги, смены названия страны, режимов, и президентов бегали огромные, отъевшиеся на сдобном тесте, крысы. Прямо по аппетитно лежащим буханкам, батонам, и булкам.

Я попрощался и вышел из квартиры. У булочной я постоял, но во внутрь не зашёл. Покупать что либо расхотелось. Думалось "прав был дед, умный человек. Говорил же мне, уходя - уходи." Я принюхался, пахнуть булочная стала так же как и сотни других которые я встречал по миру, даже хуже. Я развернулся и ушёл. Настроение было испорченно.

Запах который я хранил почти 20 лет исчез. Исчез навсегда.

33

Ода портянкам.
Нет, это не то, о чем вы подумали, а некоторые даже злорадно заухмылялись. Речь пойдет, именно о портянках, в прямом смысле этого слова, о двух прямоугольных кусках плотной хб или байковой ткани, размерами примерно 30х60 см. Впрочем, и не только о них.
Портянки имеют одну замечательную особенность: у каждой четыре угла и две стороны, то есть их можно восемь раз перемотать свежей тканью к ноге. В армии, например, баня у нас была один раз в неделю и портянки выдавались тоже раз в неделю после бани (1988-1990г.). В Российской империи и в СССР, до массового строительства благоустроенного жилья при Хрущеве, подавляющее большинство населения проживало без удобств в виде ванны или душа, и в баню традиционно ходили, также, один раз в неделю. А повседневная обувь, также у подавляющего большинства (кто мог себе их позволить) была сапоги. В сапогах ходили, и солдаты, и офицеры, и купцы, и промышленники, и крепкие крестьяне, и служащие, и даже, любимец Поклонской, император Всея Руси и пр., и пр. Николай II, на всех парадных портретах в полный рост, которые я видел, он обут в сапоги. И думаете он носки с подтяжками под сапоги надевал? Ну не было тогда технологии резинок в ткани. Портянки, их родимых, мотал, и не думаю, что от этого чувствовал себя неуютно или ущербно. В советское время была такая уже ретро загадка: «Почему Сталин ходил в сапогах, а Ленин в ботинках?». Один из вариантов большинства неправильных ответов был: «Потому что портянки наматывать не умел». Правильный ответ – по земле (по чему). На моей памяти, когда я был пацаном у бабушки в деревне, большинство мужиков, особенно старшего поколения (практически 100%) ходило в сапогах, зимой переобуваясь в валенки с калошами, но тоже с портянками.
- Деда, а тебе в сапогах не жарко? – спрашивал я летом, смотря на свои сандалики (обязательно с носочками).
- Я то, в своих сапогах, и по навозу, и по стерне, и по лужам пройду. А ты? – улыбался дед.
- Не-е, не пойду! Баба заругает! – расстраивался я. –Тоже хочу сапоги!
- Вот будешь хорошо кушать, быстро вырастешь и тебе такие же сапоги справим – притопнул ногой довольный дед. Вот такая деревенская педагогика, и замечательно работающая, между прочим.
В армии на КМБ (курс молодого бойца) сержант учил: Подмочил ноги, зашел в помещение – не торопись сразу перематываться, потерпи минут двадцать, дай сапогам чуть подсохнуть, тогда и перемотай, той частью портянки, которая была на лодыжке, и будет ногам снова сухо. Вы представьте, в армии, запасные носки в карманах носить, а после переодевания мокрые и грязные..., как-то не комильфо. По моим прикидкам, мои армейские юфтевые сапоги, выдаваемые на год, без ремонта, при тех нагрузках, и бег, и строевой шаг, практически не снимаемые (только несколько раз, когда надевалась «парадка» с ботинками), проходили 10-15 тыс. км. Какая современная обувь может таким «пробегом» похвастаться? Мать прислала шерстяные носки, лично связанные по продвинутой технологии (дополнительно заводилась капроновая нить в подошву и пятку). И что вы думаете? Протерлись нафиг, хватило, с поддетым простым носком (стирал их каждый вечер), в сапогах ровно на неделю.
Фу, скажут «эстеты», а запах то от недельных портянок? Ну да, не без этого. Но человек такая скотина – ко всему привыкает и перестает замечать. Общеизвестный факт, что в средневековых европейских городах, в частности в Париже, ночные горшки выливались из окон прямо на улицу, прохожие и домашний скот гадили там же. Дерьмо было везде, никто его не убирал, но думаю, никого эти запахи особо не напрягали, это было нормально, к этому привыкли с детства, никто с возгласом «фи» не зажимал носик и не рыгал у стеночки, и не мылись они вообще. В средневековой Японии не выращивали домашний скот и не ели мясо (вообще не ели, об этом можно прочитать в очень достойной книге Джеймса Клавелла «Сёгун», очень помогающей понять менталитет японцев). Так вот, в Японии поля удобряли человеческими экскрементами, растворяли в воде и поливали. Если какой-нибудь самурай присаживался по большому делу на улице (абсолютно нормальное явление), то рядом сразу начинал ошиваться какой-нибудь крестьянин с просьбой о разрешении подобрать по завершению. Прям, как охота наших бомжей за пустой бутылкой. Если бы средневекового жителя привезти в наш мегаполис, то он бы был очень сильно удивлен и возмущен до тошноты, до рвоты, как мы тут дышим, тут же так воняет выхлопными газами. А нам нормально, мы привыкли и уже просто не замечаем. Наверное, наше современное отношение к естественным запахам очень надуманное, наносное, привитое с детства воспитанием и отношением взрослых и других детей. Не секрет, что на некоторых женщин действует, как афродизиак, запах сильного, молодого самца, пропотевшего, нормально так, здорового мужика. Вроде запах, и резкий, и не очень приятный, но почему-то очень возбуждает, видно против матушки природы не попрешь. А что он неприятный – внушено, напето нам с экранов, в рекламе дезодорантов и пр. Маленькие дети (до года) с явным удовольствием "жамкают" ручками и размазывают свои какашки (это я вам, как отец двоих детей, заявляю), а потом включается воспитание: Нельзя, кака, фу гадость, это плохо, насколько, тут же демонстрирует, увидевший это, «счастливый» молодой отец, рыгающий в туалете. В животном мире же никаких внушений, моя собака на прогулке с удовольствием нюхает какашки других собак, а насколько я знаю, новорожденные слоны в месячном возрасте активно начинают поедать навоз родителей, чтобы создать у себя к кишечнике колонию микроорганизмов, позволяющую им переваривать грубую растительную пищу. А если завтра нам всем станут внушать, что, например, запах земли — это плохо, просто ужасно. Что надо с этим запахом бороться специальными дезодорантами и освежителями, закатать в асфальт, закрыть как можно больше поверхности. Выступят медики и ученые, расскажут про гигиену, про вред здоровью, наносимый землей. Скажут нам как это вредно видеть сырую землю, вдыхать ее запах, психологи, что это может привести к серьезным психическим заболеваниям. Мы будем ругать наших детей за землю на ботинках. Дети в садике и школе будут кричать: Фу, ты в земле измазался, уйди, от тебя воняет и т.д., глядишь, уже через пару поколений, у кого-то уже будут возникать рвотные рефлексы от запаха земли после дождя.
Есть у меня знакомый, военный, в конце девяностых попал в международную миссию ООН в одно из центрально-африканских государств, почти на экваторе. Несмотря на кучу предварительных прививок, он, как и вся миссия, постоянно мучился, то кишечными расстройствами, то кожными болячками, неизвестной ему этимологии. То сыпь, то лишай, то просто непонятное покраснение значительных участков кожи со сильнейшим зудом. Сам он по специальности военный медик, но ничего кроме антибиотиков персоналу миссии предложить не мог. Его и самого просто замучил, вроде как, тривиальный фурункулез, который в обычных условиях элементарно лечится курсом из пяти-семи уколов. Далее с его слов. Жара, высокая влажность, весь мокрый ходишь, одежда постоянно влажная, если что из продуктов не убрал сразу или не помыл, плесень махом всякая вылазит. Взял я в помощники одного из местных, помыть чего, убраться, по поручениям сбегать. Черный парень лет двадцати, очень атлетического телосложения, вполне владеющий «пиджин инглиш» (упрощенный английский). Весьма сообразительный, но страшно ленивый. Видя, как я кипячу инструменты, чтобы вскрывать себе очередной фурункул, говорит:
- Ты белый парень-человек болеешь потому, что много моешься. Я Нугу - никогда не болею, потому что моюсь только когда очень сильно грязный, а ты каждый день. Я рассказал ему старый бородатый анекдот: «Как найти негра в темноте? Достаточно просто принюхаться.». Не обиделся.
- Моя мать-женщина мне говорила, вспотеешь - не вытирайся и тем более не мойся, пусть на тебе все останется, тогда болеть не будешь. Вот Анна-женщина (полненькая, лет тридцати пяти, рыжая, довольно симпатичная ирландка) каждый день по три раза моется, а потом к тебе лечиться бегает, вся задница уже в дырках от уколов.
- А ты понятно подглядываешь? – ограждение душа было весьма символическим (удобства на улице, но воду нам в миссию, специально очищенную, привозили каждый день цистерной).
- А ей нравится! Она у себя там пальчиками водит. Только к себе близко не подпускает и трогать себя не дает – сперва заулыбался, потом погрустнел Нугу. Не стал я ему рассказывать, что позавчера, еще не рассвело, ворвалась ко мне в бунгало с диким, истерическим криком Анна. У нее на гениталиях и вокруг за ночь образовалась какая-то плесень. Красивого такого, насыщенного стального цвета с изумрудным отливом, а днем она всего лишь поговорила с Нугу и провела пальцем по одному из ритуальных шрамов на его атлетической груди.
- Я же сразу руки с мылом помыла – рыдала она.
И тут я задумался. Живут же в симбиозе с нашим организмом, в нашем кишечнике лакто и бифидо бактерии, которые подавляют другую патогенную флору, почему же такого не может быть и на нашей коже? Бактерии, к которым у нас «железобетонный» иммунитет с детства, но которые создают среду, не позволяющую развиваться другим микроорганизмам, вызывающим различные заболевания. А мы эти полезные бактерии постоянно и безжалостно смываем мылом и другими средствами. По аналогии, это как бы мы каждый день делали промывание кишечника антибактериальными средствами, а потом жаловались на непрекращающийся понос. А запах – это просто побочный эффект жизнедеятельности наших бактерий, не более того. Далее события «понеслись вскачь», он и думать забыл про этот разговор и свои мысли. Его и еще одного англичанина захватили в заложники воины враждебного правительству племени и держали больше трех недель в яме, типа зиндана, бросая туда один раз в день две пресные кукурузные лепешки и две пластиковые полторашки мутной, солоноватой воды. Естественные надобности вынуждено справляли там же в яме. С его слов, за это время он так привык, что запахи фекалий и немытых тел не вызывали уже никаких отрицательных эмоций. Потом им удалось сбежать и почти неделю по джунглям еще выбираться к «своим» (это отдельная история – как-нибудь расскажу). Самое поразительное, пока суть да дело, его фурункулез полностью прошел и не появилось ничего нового. По приезду домой, он провел ряд исследований, подумывал о диссертации и даже пытался напечатать статью в медицинском журнале. Но коллеги бактериологи только посмеялись, Hygiena semper. Ну да, скажите вы, с помощью гигиены победили многие страшные заболевания, вызывающие пандемии в прошлом. Я с вами, пожалуй, почти соглашусь, холера и дизентерия - да, но вот вопрос: Спасает ли вас от гриппа, передающегося воздушно-капельным путем, то что вы два раза в день принимаете душ и моете руки после посещения туалета и перед едой? Спасла бы гигиена кого-либо от легочной чумы, также передающейся воздушно-капельным путем, и пандемии которой в средние века практически опустошали Европу? Спасает только очень крепкий иммунитет и разумные меры предосторожности. Опять же, медики Японии забили тревогу. Выявилось резкое снижение иммунитета у детей последнего поколения. И обвиняют они в этом, в первую очередь, антибактериальные средства (гели, мыла, салфетки и т.п.), потом пищу с консервантами и пр. добавками, и только потом антибиотики. Потому что применение антибактериальных средств стало повсеместным и бесконтрольным. Как там слоган у известного средства: «Убивает все известные микробы!». А надо ли все?
Мой дед в сибирской деревне, когда ехал в лес, никогда не брал с собой воду.
- Чо я в лесу воды не найду? - и пил, отстоявшуюся воду из луж, зачастую в паре метров от пьющего коня. И хвалился при этом, что у него не разу в жизни не болел живот.
Читал недавно инструкцию для посещающих Индию. Категорически не рекомендовалось, входить в какой-либо контакт с местными вне туристических зон, не посещать трущобы, не покупать уличную еду, не купаться в пресных естественных водоемах, не употреблять и не чистить зубы водопроводной водой, не посещать массовые местные мероприятия, не ездить на местном общественном транспорте, не трогать, не помытыми предварительно руками, глаза и губи и т.д. А местные аборигены прекрасно себя чувствуют и интенсивно при этом размножаются. Вижу недавно молодую мамочку с мальчишкой лет примерно двух, гуляющих в парке. Малыш подобрал с земли небольшую веточку сирени, кем-то оброненную, тут же истерический крик: Брось немедленно! Это кака! И сразу ручки антибактериальной салфеточкой… Какая Индия? Ему скоро за МКАД выезжать будет опасно для здоровья. Я, конечно, весьма утрирую, нет, не подумайте, я никакой-то там вонючий бородач, ратующий за возвращение к «истокам». Каждый день принимаю душ и меняю белье с носками (Noblesse oblige-положение обязывает), и пахнет от меня парфюмом, а не застарелым потом, но в последнее время отчетливо понимаю, что во всем должна быть разумная мера. Ой, как не хватает нам чувства меры. Во всем…
Вернемся все-таки к нашим портянкам. Полностью осознаю, что портянка, как элемент одежды, практически умерла, но кто-то должен был ей пропеть последнюю: «Слава!».
А с сапогами, в лес ли, на рыбалку ли – я по-прежнему наматываю байковые портянки – а ничего так – комфортненько…

34

Пошёл как-то на родительское собрание в школу, так-то обычно жена ходила.
А классная руководительница у сына русский язык преподаёт, ну и после собрания
просит меня задержаться. Почуял недоброе, что, думаю, этот сорванец натворил.

Оказалось, ничего страшного, даже смешно немного. И говорит, проходили они
на той неделе местоимения, причём рассказывает в подробностях:
"- Употребляются вместо имён существительных, прилагательных, числительных,
поэтому часть местоимений соотносится с существительными (я, ты, кто, и др.)
часть - с прилагательными (этот, твой, мой, наш, ваш...)" и просклоняла "нога":
- моя нога, твоя нога, ее нога, его нога, наша нога, их нога."

Смотрю, говорит, а Илья совсем не слушает, и ещё соседку по парте отвлекает.
Спрашиваю его - расскажи нам, Илья, об употреблении местоимений, пожалуйста!
А он знаете что мне ответил?
- Александра Ивановна,
"Их нога" у меня возражений не вызывает, мало ли, общая нога у группы граждан.
Но "наша нога" возмутила, я точно знаю, что у меня ни с кем общей ноги нет!

Урок был сорван, грустно закончила рассказ Александра Ивановна.
Наказывать сына я не стал.

35

Видео - изящная гладкая ножка в ажурной туфельке на высоком каблуке, каждая мышца переливается бликами под разными углами, камера поднимается выше...а там...бородатый ухмыляющийся МУЖИК.
Обсуждение:
ххх: мля, гады, я же уже возбудился, а тут такой облом...
ууу: так вот что значит поговорка "не с той ноги встал")))

36

из отзывов на одном сайте

Ром Закапа Юбилейный ХО

Илья
Замечальный ром. Купил сразу две бутылки. Просто песня. Когда пьешь сразу встают образы из романов Сабатини о Капитане Бладе и пиратах, вспоминаешь Карибское море, песок и пальмы. Волшебство, а не ром!

Петр
Ром замечательный. Прочитал Ваши два отзыва, пошёл и купил сразу 10 бутылок. Пил неделю, плакал о несбывшейся поездке на Карибы и знакомстве с пиратами. Очнулся, ничего не помню, буду побираться по электричкам, чтобы дожить до получки.
Но ром замечательный. Берите, не пожалеете.

Василий
Почитал ваши отзывы и купил весь ром в городе. Прекрасный ром! Полгода пытался различить в нем нотки дерева, фруктов, ванили, миндаля, шоколада, орехов, но потом он закончился, поэтому слетал в Гватемалу и купил завод по производству этого рома. Берите, пока есть, больше привозить не будут, мне самому мало!

Джек Воробей
Прочитав ваши отзывы, я понял что мне нужно в жизни. Уехал в Гватемалу. Устроился на работу к Василию (директору ромкомбината). Платят хорошо, да и ром вкуснейший! Вчера защищали ромкомбинат от Джека Воробья. Василия убили, теперь я тут заправляю. Скоро отправлю фрегат с ромом в Россию.

Denis
Вротмненоги, такого смачного пойла я не пил с момента отплытия на Тортугу, АРРР!
Помниться старина Косильес, владелец борделей на островах Кука выменивал на этот ром лучших рабынь из Алжира и Туниса, меняя по весу, арр, хороши были чертовки. Забрал пару ящиков и затопил свой корабль с командой у острова, попью пару недель - подумаю о жизни.

Костик
Прочитал ваши отзывы, пошёл, наскрёб на одну бутылку. Сразу же куда-то подевалась вся зарплата.
Но Ром замечательный! Действительно стоит своих денег. Разучил песню "йо хохо и бутылка Закапа юбилейный иксо!!"
и цитату "15 человек на одну 0.7". Теперь мои друзья-пираты посылает меня за второй.
Но найти в нашем городе этот Ром больше не могу, так как его скупили предыдущие комментаторы.

Капитан Сережа
Этот Ром изменил мою жизнь, я влачил обыкновенную жизнь офисного планктона, но как только я купил этот прекрасный Ром, я стал пиратом и теперь у меня не жизнь, а сказка, 48 мачтовая шхуна, преданная команда, женщины и куча золота, покупайте этот Ром не пожалеете!

Юююрий
Расскажу вам историю. Когда-то давно я был забитым и никому не нужным сисадмином, работающим в крупной сети аптек. Но однажды, на каком-то корпоративе я хлебнул из чужой рюмки, и моя жизнь изменилась. Я сразу стал директором своей компании, научился играть на ударных и кататься на скейте, нашёл любовь всей своей жизни, и потом ещё одну и ещё одну, и теперь у меня три жены-супермодели. И я долго думал, что же такое было в той рюмке...
и теперь, я понял - это была водка "Дрова". А этот коньяк, наверное, тоже ничего.

Максим
Прочитал ваши отзывы и взял 20 бутылок, нашел в интернете настоящих пиратов, выехал к ним пили 2 дня, похмелялись еще два,очнулся без ноги и без глаза, зато с черной повязкой и деревянным протезом, на плече попугай!!!
в общем берите не пожалеете!

Саранский
Почитал ваши отзывы и действительно захотелось попробовать сей нектар. Но продавец в магазине сказала, что пока поставок не ожидается вовсе,
Василий верните ром, хочу приключений!!!

37

В продолжение истории про паспорт... В лихие девяностые я со своим братом и другом арендовали сауну у богатого еврейского семейства. Я директор, брат и друг банщики. В распоряжении был еще склад с шампанским, конфетами, сигаретами и тушенкой. Хозяева тогда занимались бизнесом и бартер был в почете. Ключи от склада у нас, расчет по реализации, учет тоже наш!)) Да и тогда вагонами и машинами считали, так что чего там сколько осталось, хозяев мало интересовало, главное не пропадало. Рядом находилось училище где девяносто процентов было девушек, а где шампанское рекой и конфет валом? Конечно у нас! Опишу третьего товарища, мастер боевых искусств, полтора года после Балашихинской учебки в Афгане в Герате протрубил, на караваны ходил да колонны сопровождал, ранен в ногу и контужен, вообщем ничего не боялся. Особенно его раздражали менты, которые почему-то всегда к нему добадывались, ну наверное что на внешность он типичный еврейчик или когда зарастет абрек. Мы его называли Мойша. Была у него поговорка "ибу и фамилии не спрашиваю"! Однажды зимой, когда последние клиенты ушли, часов в десять Мойша вызвал девочку по вызову чтобы расслабиться, зашел с нею в разряд а мы с братцем в нардишки играем. На столе шампанское, конфеты, чаек, ну вообщем благодать! В дверь постучали, а дверь была металлическая, выломать невозможно. На вопрос кто? Нам ответили что попариться хотят, ну мы им говорим что после одиннадцати двойной тариф, на что нам ответили что без проблем! Я открываю дверь и получаю хороших удар кулака в лоб, следующую чекуху огребает братец. Ёмоё! Омон и опера в гражданском! Нас ставят к стенке, ноги в раскорячку, обыскивают и тут такой препротивный оперок с ехидной улыбочкой говорит что нас задерживают за сутенерство, якобы мы поставляем клиентам проституток. Ну я решил пошутить и задал вопрос голосом Шварца из "Красной жары" - Какие Ваши доказательства? После чего получил слегка прикладом АКСа. Поняв что омоновцы шуток не понимают мы с братцем отдали паспорта. Оперок попросил вызвать Мойшу и девушку из разряда. Я постучал и сказал чтобы Мойша оделся и вышел с девушкой в предбанник. И тут выходит он, в простыни с торчащим членом и спрашивает у оперка, мол какого х..я его отрывают в самый неподходящий момент? На что оперок говорит что мол нехорошо гражданин трахать проституток за деньги! На что товарищ говорит что шел бы он лесом, жену ипать никто не запретит, тем более у себя на работе! Омоновцы напряглись, но его не тронули, а оперок попросил паспорта. Мы с братцем переглянулись и поняли что нас заберут в обезьянник и в лучшем случае просто отмудохают. Но тут картина резко меняется, оперок отдает им паспорта и с видом человека похоронившего всех родственников просит его извинить! Омоновцы ничего не понимая выходят, а оперок говорит нам, мол не обижайтесь ребята! Работа такая! Извините! И уходит! Мы в непонятках, на Мойшу смешно смотреть, такое было ощущение что вместо масла его накормили ваксой! Он так и стоял с двумя паспортами в руках. На вопрос че за х..ня? Он молча протянул два паспорта, свой и девицы! Он Петров Мойша такой то (фамилия изменена, так как сейчас это заслуженный человек) и Петрова Елена такая то! ))) Сказать то что мы охуели, это ничего не сказать!) Мы тупо рассматривали минут пять паспорта и не могли поверить что такое бывает! И с той поры его присказка про паспорт в нашей компании стала хитом на долгие годы! С Мойшей всегда происходило много историй достойных этого сайта, так что потом опубликую еще!

38

Вспоминаю с ностальгией дальние перелеты своей молодости. Конец 80х и 90е. Обычно Владивосток-Москва и обратно. Потом гораздо дальше. Остаться без красивой девушки после такого полета было мудрено. Какое убожество все эти нынешние сайты знакомств и ночные клубы с оглушительной кислотной музыкой, в достижении их простейшей цели – рассмотреть, выбрать и познакомиться. По сравнению с обычным авиарейсом рейсом тех лет, который предназначался вовсе не для этого. И я летал, разумеется, не для этого. Но самые лучшие штуки в нашей жизни приключаются с нами даром и попутно, при минимальной находчивости.

Не было никакой онлайновой регистрации. То есть из прибывающей толпы в пару-тройку сотен пассажиров можно было не спеша разглядеть девушку или их стайку, тебе наиболее симпатичную. Все видны вживую, натюрель, а не после фотошопа или во тьме клуба. Встать в очередь за ними, разговориться. Если девица выяснится, что не то, как только открыла рот, ОК – я забыл переупаковать чемодан. Отваливаю, через пару минут пристраиваюсь к другим. Редко требовалась третья попытка. Но была возможна хоть двадцатая - очереди были длинны, девушкам без сотовых делать было нечего. Они отчаянно скучали. Если мы оказывались приятны другу другу, регистрировались с местами рядом.

Иногда разговоры в этой очереди заходили так далеко, что я соображал «не то» уже на стойке регистрации. Да без проблем – потом длительное ожидание в накопителе, новое знакомство, легко договаривались потом поменяться местами, чтобы лететь рядом.

Спиртное – было разрешено брать с собой в любом количестве и пить в салоне сколько влезет. Или запрещено, но стюардессы смотрели на это снисходительно. Особо симпатичные по приглашению украдкой присоединялись.

Я обычно брал пару-тройку бутылок коньяка. На случай, если подцеплю стайку. Шож это я, с пустыми руками с ними рядом лететь буду?

Мы особо не напивались, в основном болтали, хохотали, грустили вместе, рассказывали в ухо сокровенные тайны и задорные хотелки. Учили друг друга делать массаж. Дремали друг на друге, шутливо дрались и прочие затеи. Но вы бы знали, что может сделать коньяк с девушкой в эпицентре этих затей, наедине с предприимчивым парнем. После неторопливого отсасывания из очередной бутылки за 8-15 часов перелета.

Какие неизъяснимые прелести таит эконом-класс в сочетании с уже описанными ништяками! Помню попутчицу, не то чтоб высоченного роста, но сразившие меня прекрасные ноги в мини-юбке росли у нее прямо из ушей. Они просто никуда не вмещались. Каждую минуту она невольно сменяла самые развратные позы, от которых у меня ехала крыша.

Тот раз это был Москва-Владивосток. Уже на Волгой она с наслаждением сбросила узкие туфли, легла спиной на кресло и – пошла! Босыми ступнями по переборке напротив. От пола до самого потолка. Гарна дэвица по чисту полю. Я чуть не чокнулся.

А бесконечные задержки рейсов, во время которых неосторожной девушке можно было и забеременеть. Вместе с развалом Союза понемногу разваливались и его самолеты. Наша жизнь до посадки и после стала ничуть не менее рискованной. Плюс всеобщее смягчение нравов, Интердевочка кумир. Удивляюсь, что в условиях нахлынувшей свободы ни одна авиакомпания не запустила тогда спецбордель на крыльях. Под девизом «Один раз живем!»

То, что самолеты ломались теперь часто и шли на вынужденную, было высшей удачей в общении с хорошей девичьей компанией. Именно в надежде на это я брал иногда третью бутылку. Помню ночной сибирский аэропорт, куда мы свалились с неба. Вообще ни души, я бегу вперед по пустынным залам и выбираю место. Позади несутся три мои девушки, ну просто спринтерши. Включился, наверно, рефлекс цыпленка. Сдвигаю все подходящее в кучу для общего спального ложа. Тщательно отгораживаю по периметру какими-то пальмами в кадках. Все надо быстро – позади несутся двести разъяренных пассажиров с той же целью.

А сейчас что? Все тот же вечный мой рейс Москва-Владивосток. Аэробус. Прогулялся по бесконечному проходу. Каждый пассажир опутан проводами, молчалив и бесконечно одинок. Вместе смотрятся как огурцы в грядке. Уставились в экраны, кто от бортовой системы, кто к своему девайсу. У каждого на экранах что-то свое. Выдуманные, вполне реалистично выглядящие миры. Все переживания в них, не замечая соседку. Что-то мне это живо напомнило. Понял, когда дошел до девушки, которая печально уткнулась в фильм «Матрица».

39

Наверное у каждого в жизни было СОБЛАЗН. Эдакое событие где казалось, вот вот, ещё чуть чуть, и огромные, бешеные деньги свалятся в подставленные ладошки. Бес наживы уже потирал свои потные ручки и вдруг что-то кричало изнутри... "нельзя, остановись, брось". И жизнь поворачивалась туда чей голос был сильнее.
А потом, годы спустя начинаешь понимать... это не СОБЛАЗН был, а проверка на "вшивость". Вот только вопрос от кого?
У меня такое было 3 раза.
Случай 1.
90ые. Мне только исполнилось 16 лет. Мы не так уж давно приехали в ЮСА. Только становились на ноги. Нищими уже не назвать, но до богатства очень и очень далеко. А в повседневых буднях школа, работа посудомойщиком в Boston Market и младшим подай-принеси в пиццерии, и мечты о красивой жизни которые в 16 лет естественно крутится вокруг машины. Хочется чего-то яркого и крутого, и есть грустное понимание что даже развалюху купить не на что. А машина нужна... ну короче сами понимаете зачем. А то не девчонку пригласить, ни на работу доехать быстро, ни в школу с форсом приехать.. :-)
И тут после субботних тренировок подзывает меня один мой друг. Ну вернее даже не друг, а так знакомый хороший. Он на пару лет был старше меня, уже учился в университете. Особо близки мы не были, но общались регулярно. В спарринге работали. Он насчёт университета кое-чего советовал, как старший товарищ. Ну короче хорошие, приятельские отношения. В экономическом плане он был уже на порядок впереди, у него уже был разваливающийся Chevrolet Celebrity. И он тихонько говорит, "денег хочешь заработать?" Я "конечно хочу и очень." "Ну пошли к машине. Есть ШАНС."
Открывает багажник, а там лежат 6 пачек с белым порошочком (как в кино). Я в ахуе. "Ты, Сема чего, дилером заделался." Он говорит, "нет ты что. Это на один раз." И рассказывает такую штуку. Он работает уборщиком в одном мотеле из разряда "Deux personnes sans bagage ". Вчера убирал номер после жильцов и заметил что крышка от кондиционерного отверстия плохо держится. Видно снимали недавно и обратно ставили. Подошел, присмотрелся, что то виднеется за ней. Снял, увидел пачки. Долго сидел и думал, чего делать. И решил взять.
Говорит, ну вот, смотри. "Если их по быстренькому толкнуть (даже не за полную цену) то на всю жизнь обеспечен будешь. В одиночку стрёмно. Партнером будешь?" Где толкнуть, вообще не проблема. В городе есть такая улочка в чёрном районе по кличке “Down the Way”. Не знаю как сейчас, а раньше туда можно было подъехать в любое время дня и ночи и опустив окно в начале улицы попросить у так называемых "официантов" на углу чего угодно (и я имею в виду BCE что угодно). Они отвечали когда подъехать к другому концу улицы. А там можно было купить, продать, получить, отдать, подобрать, договориться обо всём.
Честно скажу, солнце показалось теплее и как то всё стало радужно. И мечта о машине стала очень близкой. И я уже руки протянул взять пачку посмотреть, а потом как что-то дёрнуло изнутри. и я просто захлопнул багажник. Не своим голосом говорю. " Не, Сёма, это не для меня." Он, "ну как хочешь. "Только об этом молчок”. Я тихо кивнул.
Потом я несколько дней его не видел. А в среду я его опять на тренировке увидел. Только на руке у него был Ролекс, а на парковке стояла красная Камарро. Сёмка говорит, "Ну как, не жалеешь?" Я лишь слюну сглотнул. Он говорит, ладно я не жадный, и помощь всё равно нужна. Я лишь 2 пакета двинуть смог. Давай я тебя в субботу на тренировку подберу. Поговорим, и я тебя на машине прокачу. "Ладно" шепчу и внутри что-то ёкнуло.
Родителям сказал что на тренировку сам доберусь в субботу. Сам, так сам. Семка не приехал. Хорошо родители не уехали, довезли. На тренировке его тоже не было. Не появился он и на следующей неделе, и вообще никогда. Я к его дому несколько раз подъезжал, и звонил. Пару раз мать его заставал. Она только плакала. Сёмка исчез. И только красная Камарро пылилась во дворе апартментов. А потом и её не стало...
Случай 2.
Я уже молодой спец. Мы делаем ревизию на одном заводе в глубинке Теннесси. Завод интересный, на таком я ещё не был. Выпускает пластиковые бутылки для разных там Кока-Кол, Пепси-Кол итд. И крышечки соотвественно тоже делает. И делаем мы инвентаризацию готовой продукции, я + старший группы, и местный работник завода.
Палет за палетом, продукция позавчерашняя, вчерашняя, сегодняшнего утра... И стоит один паллет с крышечками (такая огромная коробка из картона). По списку, крышечки для Mountain Dew (Кто не знает такая же дрянь как и все Кока Колы, только жёлткая и вкус другой. Рекламируется как напиток для спортсменов.) А крышка коробки незапечатана. Мы её поднимаем что бы убедиться что за товар там и старший группы берет несколько штучек в руку. Смотрит на них и бледнеет и показывает мне.
Оказывается произошёл совершенно сказочный случай. Если бы не видел своими глазами, не поверил бы никогда в жизни. Если кто помнит, давным давно под крышечками Mountain Dew разыгрывала призы. В основном выгрыша конечно не было, но иногда можно было выграть CD, сумку, футболку, или бесплатную бутылку той же дряни. Но самый главный приз (чуть ли не один на несколько миллионов или сколько там бутылок), $5,000. Он смотрит, и произошёл невероятный сбой в програмульке что отвечает за печатанье призов под крышечками и ВЕСь паллет - это крышечки под которыми указан приз $5,000.
Он хватает несколько штучек и говорит, стой тут, никого не пущай, я к директору завода. А местный работник, тоже несколько штучек хватает, и говорит, я к начальнику производства. И вот я стою около "золотого"... да что там "золотого", "бриллиантового" паллета. Каждая крышечка это же как 2 моих зарплаты (если чистыми считать). И тот же бес мне кричит, "Ну давай... чего же ты ждёшь.... Когда у тебя же будет другой такой шанс..." А вокруг никого... Честно скажу, руки сами тянулись к паллету. И опять... что-то дёрнуло изнутри. "Нельзя, не тронь." И я так стоял наверное минут 5-7 один. А потом прибежало чуть ли не пол-завода.
Производство линии вообще остановили в тот день, паллет вывезли на середину склада. Вокруг него решётки поставили, охрану, камеры. Ну и нас троих естественно заставили и карманы вывернуть и портфели. А у местного который с нами был ещё и рабочий шкафчик проверили. И что же вы думаете, этот дурень несколько штучек там заныкал перед тем как к начальнику производства добежал. Полиция приехала и наш сотрудничек уехал в наручниках.
Потом пересчитывали вручную весь паллет.
Про 3-й случай я пока промолчу ибо он совсем недавний.
Вот сижу и думаю, а когда будет случай номер 4. Может лучше что бы он не появился....

40

РОДНАЯ ДО БОЛИ ПОПСА
Лазарев, Билан, Киркор,
И Турецкий (целый хор),
Нюша, Ксюша, Стеша, Глаша,
Саша, Маша, Даша, Клаша,
Анка, Бьянка и Алина,
Пелагея и Полина,
Ёлка, Палка и Метла,
Тимати, Жасмин, Ветла,
Кэт Топория, Лолита,
«Миражи», «Сны замполита»,
Баста, Каста и Джиган,
«Барышня и Хулиган»,
«Белки», «Стрелки» и «СтрелкИ»,
«Храбрые бурундуки»,
«Чай вдвоём» и «Чайф» один,
«Малолетний господин»,
И Сосо, и Гвердцители,
«Диамант» и «Сыпь на теле»,
«Леший», «Вурдалак», «Кащей»,
«Положение вещей»,
«Звездопад», «Метель», «Пурга»,
«Ведьма», «Бабушка Яга»,
«Шпильки», «Стельки», «Каблуки»,
«Комбидресс» и «Сапоги»,
«Руки вверх», «Не с той ноги»,
«Авеню» и «Кирпичи»,
И «Емеля на печи»,
Перетитько, Непотребко,
«Обелиск», «Король», «Сурепка»,
«Парадокс», «Загадка века»,
Зара, Сара и Даймнеко,
Крид Егор, Григорий Лепс,
И «Патриции», и «Плебс»,
«Звери», «Твари», «Обезьяны»,
«Грёзы», «Ковш небесной манны»,
Розенбаум и Кобзон,
«Ноосфера» и «Озон»,
Чиж, Мальчиш, Майдан, Трофим,
Вилли, Яша и Ефим,
«Миннесота» и «Виагра»,
«Эмболия» и «Подагра»,
«Лунный свет» и «Дрожь волны»,
И «Поющие штаны»,
«Недосып», «Хандра» и «Сплин»,
«Пироги», «Окрошка», «Блин»,
«Звёзды», «Солнце» и «Астрал»,
И «Владимирский централ»,
«Самоцветы» и «Коралл»,
«Генерал» и «Адмирал»,
«Редкий шанс», «Несчастный случай»,
«Вертухай» и «Потрох сучий»,
«Политрук» и «Комиссар»,
«Дюна», «Шхуна», «Балтазар»,
Дорн, Аллегрова, Азиза,
Шнур, Шнурок и Голубь сизый,
Ну, и прочая попсня –
Как достали вы меня!

41

Дело было в Тайланде пару лет назад. На пляже в Пхукете было, как обычно куча зазывал: кто приглашал на катере прокатиться, кто на водном мотоцикле, а один предложил незабываемую поездку на 8-ми местном «банане»...
В общем, решился я прокатиться. Подошел к тайцу, на пальцах спрашиваю, мол, сколько стоит-то услуга? Он мне (также на пальцах) отвечает – столько-то бат (тамошняя денежная единица). Я быстренько пересчитываю в рубли, чтоб приценится – получилось что-то около 1500 рублей.
Ну, думаю, один раз живем – полторы, так полторы. Отдаю деньги, тот радостно берет их и машет рукой в сторону вальяжно покачивающегося на волнах у берега «банана» - внушительного транспортного средства, привязанного на трос к катеру.
Рукой машет, мол, – давай, сынок, садись уже, - поедем кататься! Я ему говорю, - а остальные семеро-то где?
И вот тут выяснился первый пикантный момент – оказалось, что 1500 - это стоимость ВСЕГО банана от носа до кормы!
От это поворот! Ну ладно, думаю, - один, так один. Тайцу жестикулирую, мол, раз уж наe*ал меня, то давай тогда по полной программе катай! Тот понимающе кивнул.
В общем, понеслись мы по волнам, и тут выяснился второй интересный момент – когда ты один, управлять «бананом» гораздо легче, - держась за лямку можно привставать и отклоняться влево-вправо, тем самым смещая центр тяжести (сам банан-то легкий).
Вот одна волна, вот второй гребень, - а я знай себе влево-вправо наклоняюсь, скинуть себя не даю. Если бы ввосьмером ехали, то давно бы уже в воду попадали от нескоординированности действий и языкового барьера. Через 10 минут покатушек осмелел я настолько, что после каждой неудачной попытки тайца опрокинуть меня, отвечал ему улюлюканьем и выкидыванием среднего пальца в строну катера, мол – this is Russia, фиг скинешь!
Было видно, что каждый такой выпад сильно огорчал тайца, задевая самые тонкие струнки его тайской души, - он то влево катер, то вправо - все на водный шлейф меня бросить хотел. И вот уже 20 минут позади, и мы уже далеко от пляжа, описываем круги вокруг живописных столпов-островов (кто там был, тот поймет), а я, распираемый от гордости за себя и за всю Россию в моем лице, продолжаю упрямо сопротивляться опрокидыванию.
И тут смотрю, - таец повернул катер и поплыл обратно к пляжу. Это была абсолютная победа! Он уже не пытался вилять катером из стороны в сторону, а просто дал полный вперед и помчался домой, к маме, - плакаться о своей тяжелой судьбе. Казалось, таец был подавлен, обесчестен и местами надруган моим средним пальцем…
И вот тут подлый таец достал из рукава свой последний козырь… Я вдруг осознал, что мы не просто плывем к берегу, - мы летим к нему на всех парах, причем, - прямо в «лоб» пляжу, под ровным углом в 90 градусов!
В голове судорожно проскочила мысль – нет, он не посмеет! Он же свой катер просто разобьет о пляж! Была еще возможность самому спрыгнуть с банана, но эта мыль проскочила сквозь голову не задерживаясь – скорость была такой, что я просто машинально вцепился в лямку, и намерений отпускать ее у меня не было…
Спустя несколько секунд я узнал два занимательных факта:
1. Катер с двигателем Yamaha очень маневренный. Настолько маневренный, что способен на огромной скорости развернуться на 180 градусов буквально в нескольких метрах от берега.
2. Технически, любой человек способен на непродолжительный бреющий полет, причем без каких-либо вспомогательных устройств.
За секунду до этих познаний я увидел тайца. Он пролетел на своем катере мимо меня. То есть буквально: он уже развернул катер и полетел в обратную сторону от берега. Я же в свою очередь, примерно с той же скоростью продолжал уверенно скользить на волне к берегу, вцепившись в банан. Мы поравнялись. В этот миг время до неприличия замедлило свой ход. Мы встретились взглядами. Таец ухмылялся. Этот миг и его лицо я запомнил навсегда.
Я не знаю как выглядело мое лицо в этот момент, наверное, оно было похоже на лицо oбocравшeгося лемура. Почему? Потому что в этот самый последний миг я вспомнил, что есть кое-что объединяющее меня с этим тайцем … да, все верно, - это был трос между катером и бананом…
Знаете тот старый английский анекдот: что делать благородной леди, если ее ухватили в темном переулке? Сжать зубы и думать об Англии!
Об Англии я не думал, хотя сжал всё, что было дозволено мне природой. Последнее, что я успел крикнуть, - было откуда-то из недр моего тела вырвавшееся «Сука!» Есть мнение, что выкрикнул я это одновременно и ртом и анусом.
И был дьявольский Рывок. И была оторвавшаяся лямка в моих руках. И, наконец, был ОН – Полет имени Гагарина! И я летел. Очень низенько. Над водой, потом над прибрежной волной, нежно набегавшей на берег. Потом над пляжем: первая линия шезлонгов, вторая.
Касание с грешной землей произошло спустя примерно 10 метров бреющего полета. Подвела, кажется, пятка левой ноги, - она первой коснулась песка, что предопределило дальнейший вектор движения. В результате, траектория полета оказалась непоправимо испорчена, и кубарем, сметая по пути пластиковые шезлонги и немногочисленную праздно гуляющую публику (был обед), я торжественно закончил свой полет близь пляжного кафе, в котором, судя по паническим крикам, сидели немцы.
Скорее всего, дотянул бы и до немцев, но слетевшие до колен плавки выступили в роли спонтанного парашюта, и тем самым, спасли отдельно взятую немецкую семью от неминуемого геноцида.
Я до сих пор не пришел к окончательному мнению, от чего слетели трусы - то ли от воздушного потока, то ли от набившегося песка, то ли от иных материалов и консистенций, высвободившихся в результате выброса адреналина.
Я лежал среди зонтов и шезлонгов. Боли я не чувствовал, хотя весь был в синяках и царапинах. Надо мной было ясное, как над Аустерлицом, небо. Откуда-то слева доносились крики чудом выживших немцев. Моя честь была поругана, достоинство посрамлено. И песок. Песок у меня был везде, даже в самых глубоких и нескромных местах. Я понимал, что битва проиграна и теперь важно было уйти красиво, с гордо поднятой головой.
Собрав в кулак остатки сил и гордости я резко встал, откинув в сторону осколки шезлонгов. Крики немцев оборвались. Сделав самое невозмутимое лицо, я легким движением подтянул трусы вместе с песком, илом и прочим содержимым, грациозно перекинул через плечо чье-то полотенце, которое снес до этого вместе с чьим-то шезлонгом, и ровным, уверенным шагом ушел в отель, под очумевшие от ужаса взгляды немцев.
Пусть боятся и помнят – русские не сдаются! ))
* * *
P.S. Это реальная история, случившаяся со мной в Тайланде. Руки, да и все тело болели еще неделю - потянул все мышцы, но знаете что, друзья? Оно того стоило!)

42

Бурятия по рассказам местных, или о том, как я пытался сменить работу.
Вообще, этот эпизод моей жизни тянет как минимум на 3 истории и кучу застольных баек, но сосредоточусь на одной, обозначив остальные в небольшой преамбуле (один абзац ниже - можно пропустить).
Началось все с того, что меня все достало на работе и объявил начальнику, что свалю, как только найду куда, а потому готов начать передавать дела. Коллективу я объяснил, что я вообще-то редкий специалист по редким железкам только вот таких железок в России раз два и обчелся, а потому уходить мне придется долго и скорее всего в смежную специализацию, где я тоже неплох. И тут открывается дверь и с порога задается вопрос, не можем ли мы подсказать специалиста по той самой редкой железке - я решил, что это судьба. Потом было очень веселое трех-этапное собеседование - сначала проверка на адекватность (как оказалось в ФСБ), где все гнули пальцы по общим вопросам, а я скромно сидел в сторонке, потом была проверка фактических навыков, где нас (20 человек) запустили в комнатку, поставили задачу и сказали "Приступайте" - я один из толпы знал с чего начать и как вообще решать задачу, потом уже со мной одним беседовали в кафе и спрашивали, кого бы еще из тех, что были я бы порекомендовал взять, чтобы хоть как-то натаскать - я честно сказал, что никого - лучше я своих стажеров приведу. Потом было небольшое обучение и очень увлекательная командировка, где были и вертолет в качестве личного транспорта и согласование работы трех бригад на трех объектах в промежуток в полчаса, ОМОН, ВОХР - работа моей мечты, если б не длительные командировки. Но... ниже об одном аспекте.
Бурятия, как о ней рассказывают местные, серьезные люди - начальники отделов и управлений ЦБ.
Сидим в головном региональном офисе. Зашла речь о лесных пожарах и способе борьбы с ними - для этого края это существенная проблема - если что - мобилизуют все население, но иногда не справляется и военная техника. Как-то во время такой мобилизации обнаружили в лесу одинокую избушку, к которой уже вот-вот должен был подойти пожар, который никак не могли остановить, а в избушке - бабка божий одуванчик. Говорят ей:
- Бросай все, садись в машину - пожар.
- Ой, милки - никуда я не поеду - у меня еще дел много.
- Как не поедешь? Пожар! Видишь?! Через максимум 20 минут тут пепелище будет.
Бабка глядит на пожар, хватается за голову и причитая уносится в глубь избы. Ну, думают, за вещами или может животное какое. А бабка спустя минуту выходит со стаканам воды, мочит в нем пальцы и брызгает в сторону пожара, а потом и весь стакан себе под ноги выливает. Пламя опадает за пять секунд, как и не было... Вот и не верь после этого в местных шаманов.
На выходные потащили нас на Байкал. По дороге горы, перевалы. На каждом перевале останавливаемся, всем раздают стаканчики, наливают водки - половину нужно выпить, а половину - вылить на землю - Бурхану. Водитель не исключение. В крайнем случае - водителю можно воду вместо водки, но местное ДПС относится с пониманием.
Раз на третий поднадоедает:
- И что, вы русские серьезные люди верите в эти приметы?
- Да знаешь, как-то сначала прикольно, да и местных не хотели обижать. Потом один наш сотрудник как-то торопился, не взял ничего - сказал, что он не суеверный ... как его только не отговаривали, дошло до того, что к нему в машину никто не сел - он один поехал. Машина до сих пор в ущелье валяется - труп подняли, похоронили ... и вроде глупость - водил он просто очень агрессивно и торопился сильно, но вот Бурхана не уважить теперь страшно.
Сидим в кафешке, едим позы (большие такие паровые пельмени типа как манты или хинкали, но вкуснее). Рядом шаман сидит и местные его о чем то расспрашивают. Опять про местные верования заговорили.
- Да знаешь, как-то вроде глупость, но как-то все это не сложно ... да и работает как-бы. Хоть и верю каждый раз, что совпадение. Вот тут например, у этой позной, как-то раз по весеннему распутью КАМАЗ засел. Водитель его раскачать попытался, да только засел больше. На шум вышел русский (славянин в смысле):
- У, крепко засел. Вот тут копать нужно, а вот сюда валежника нарубить, потом руль в лево, потом...
Чуть погодя выходит бурят а то и вовсе монгол:
- Прочно засел - не выберешься. Духов уважить нужно. Ты кинь в грязь три монетки - две белых и одну желтую - и выедешь.
Посмотрел водитель на русского, на грязь по колено, лопату... достал из кармана монетки по 5 и 10 копеек и кинул в грязь. А потом врубил первую, газ в пол ... и вылетел как посуху.
Вот так и живем, что проще суеверным быть, даже если не веришь во все это.
Еще про монголов-торговцев рассказывали. Один из тех, кто нас возил рассказывал:
Решил я колпаки на диски взять. Диаметр дисков знал, пришел к монголам.
- Есть?
- Есть, комплект из четырех - Вы один пока возьмите - примерьте, вдруг не подойдет, а мы назад не примем.
- Размерность такая-то?
- Ну вот, на коробке на писано.
- Значит, беру.
- Как хотите, но назад не примем, если не подойдут.
Стал ставить - размерность не та ... а меня ведь предупреждали.
То, что дальше произошло конечно можно списать на совпадение + мою глупость, но мистикой это объяснить проще:
Заехали на монгольский рыночек и присмотрел я себе тапочки кожаные - сделаны отлично, но размер не мой
- 45 размер есть?
- Сейчас посмотрю.
Берет 43 и уходит. Через пару минут возвращается с такими же тапочками, но с надписью "45"
- Примерь.
Прикидываю, каково будет переобуваться в чистом поле - не хочется.
- Написано же, "45"
- Ну написано.
- Значит, подойдут. Держи деньги.
- Как знаешь, я предупреждал.
Доехал до гостиницы - тапочки 43 размера ... а ведь меня предупреждали.

43

Лешек, тот самый поляк-спецназовец, о котором я уже рассказывал, карьеру свою в Войске Польском уже завершил, выйдя на пенсию. Так что я могу смело рассказать об одной истории с польским генералом, которая приключилась у Лешека во время учений. Послужному списку моего знакомого бравого вояки этот рассказ уже не навредит.
Кстати, фамилия у Лешека – Ковальски. Все ведь знают, что польские Лешеки поголовно носят фамилию Ковальски? Ну вот, собственно, история…
В бригаде, где служил Лешек, сменился командир. На место пузатого вальяжного генерала прислали другого, поджарого, молодого (слегка за 40), амбициозного. С чего начинает любой командир любой армии мира знакомство с вверенными ему войсками? Любой солдат любой армии мира об этом знает. Толковый генерал начинает с проверки боеготовности, чтобы знать, какие задачи вверенное ему подразделение может выполнить, а в выполнении каких задач еще стоит потренироваться. А этот генерал, очевидно, был вояка толковый, что его подчиненные сразу отметили и оценили по достоинству.
Вывел он бригаду на полигон, поселил в палатки, поставил всем учебно-боевые задачи и стал наблюдать за результатами.
В армии, я хочу заметить, как в большой деревне. Любая молва разлетается со скоростью пожара, а потому вскорости всем офицерам и солдатам стал известен случай, после которого генерала зауважали не только за то, что он на перекладине лихо подтягивался, давая фору и молодым и уже послужившим воякам, и бегал со своей бригадой кроссы.
Прибыл пан генерал в расположение своего лагеря. А вокруг красота – снежок чистый, свежий, только что всю землю польскую укрыл. Морозец бодрящий. Бойцы его делом заняты – учебные задачи отрабатывают.
Встречает генерала его заместитель-полковник бодрым рапортом: происшествий нет, задачи отрабатываются, тяжелая жизнь солдатская идет по намеченному вами плану. Панове старшие офицеры все собрались в специально оборудованной палатке за накрытыми столами и ожидают прибытия своего горячо любимого начальника, дабы приступить к совместной трапезе и возлияниям. Водка, шампанское и икра поставлены на лед. На столах присутствует разнообразная дичь, дары польских полей и иных европейских сельхозтоваропроизводителей. Прикажете приступить?
- Прикажу убрать, - коротко ответил генерал.
- Что убрать, пан генерал? Кого убрать? – не понял полковник.
- Палатку офицерскую, дичь, шампанское – все убрать! Панове старшие офицеры должны немедленно вернуться в свои подразделения и заняться делом!
- А как же обед? – не унимался заместитель.
- Обед пусть разделят со своими солдатами. Заодно проверят качество приготовления пищи.
Младшие офицеры и солдаты этот генеральский жест оценили, несмотря на то, что новый командир начал их гонять по всему полигону без какой-либо жалости.
Выполнение учебных задач генерал контролировал лично.
- Вашему подразделению, пан поручник, ставлю такую задачу, - говорил он молодому офицеру: - устроить засаду на дороге, движущуюся легковую автомашину остановить, всех, кто в ней находится – задержать. Выполняйте!
После чего пан генерал садился в ту самую машину, свой персональный джип, ехал по той самой дороге и попадал под беспорядочную стрельбу из засады.
- Вы что, поручик, полагаете, что после такой канонады в этой машине кто-то остался бы в живых! – строго выговаривал он офицеру. – Задача не выполнена!
Генеральский взгляд метал молнии.
- А это что за группа человекообразных там на пригорке? Пялятся на нас и ржут так, что и здесь слышно, – генерал выбрал себе уже новую жертву.
- Пан генерал, позвольте доложить: группа специального назначения. Согласно плана учений, им предписано удерживать данную высоту, - доклад заместителя-полковника как всегда был точен и скор.
- Отставить! Поставьте им ту же задачу: дорога – машина – задержать! На подготовку даю час. Проверю лично. Я в штаб.
Генерал сердито хлопнул дверью и отбыл, а полковник поспешил передать Лешеку, который был старшим в группе спецназа, генеральский приказ: дорога – засада – машина – всех взять живыми.
«Дело нехитрое», - пожал плечами Лешек и кивнул своим бойцам: пошли!
Примерно через час генерал ехал назад по заснеженной дороге и тщетно пытался отыскать своих подчиненных. Только белое поле и пустая дорога. Ни одной живой души.
«Вот разгильдяи! Неужели в лагерь вернулись? Всех мехом внутрь сейчас выверну!» - подумал про себя генерал и сказал водителю:
- Прибавь ходу, Бартек. Едем в расположение.
- Так есть, пан гене… - начал было говорить водитель, но мощный взрыв и взметнувшееся в небо прямо перед капотом генеральского джипа белое облако заставили солдата резко ударить по тормозам.
«Курвамать!» - хотел было подумать самое страшное польское ругательство пан генерал, но успел подумать только «Кур…», потому что дверь джипа с его стороны уже была распахнута, и неведомая сила вырывала его тело из машины, укладывала лицом вниз на обочину, в снег и липкий чернозем, перемешанный с остатками жизнедеятельности местного крота. Сильные руки генерала были больно скручены за спиной, в шею упирался холодный ствол автомата. Громоподобный голос откуда-то сверху отдавал ему, генералу (!), простые приказы:
- Лежать, бл… ! Носом в землю, бл… ! Замри, бл… !
Вообще-то в первую долю секунды, когда после взрыва Лешек рванулся из засады к машине, распахнул пассажирскую дверь и увидел свое высокое начальство, он испытал замешательство. Ему бы следовало сказать:
«Пан генерал, прошу прощения – пшепрашам – позвольте помочь вам выйти из автомобиля, пан генерал! Обопритесь на мою руку, дабы не испачкать форменные брюки о подножку джипа».
Но проклятые рефлексы, отрабатываемые годами и четко поставленная задача: пассажиров автомобиля взять живыми! - сделали свое подлое дело. Опомнился он уже когда обнаружил себя верхом на генерале, который смирно лежал в грязи и пережевывал приправленный белым снежком чернозем. С противоположной стороны то же самое делал генеральский водитель.
- Пан генерал, докладываю! – Лешек помог начальству подняться на ноги. – Поставленная вами задача выполнена! Автомашина и передвигавшиеся в ней люди задержаны! Потерь среди личного состава не имеем! Старший группы специального назначения Ковальски, пан генерал!
Генерал задумчиво сплюнул черной жижей, принял поданную кем-то перепачканную грязью шапку, машинально надел ее и сказал:
- Ковальски, знал бы я, что ты у них старший группы… Я бы сам в этой машине не поехал. А вообще, молодцы!
Стараясь не замечать ехидных ухмылок солдат, генерал сел в джип, взглянул в перепачканное лицо свое водителя, в глазах которого все еще читались страх и непонимание происходящего, и сказал:
- Поехали в казарму, Бартек. Надо отмыться и переодеться…

44

Первые десять лет жизни он был просто Кот. Сильная, наглая тварь серо-коричневого окраса, с плотной длинной шерстью, сбившейся на боках в вечные колтуны. Непроходящие глубокие царапины на морде и изодранные в лохмотья уши придавали ему совершенно бандитский вид. На просторах нашей старой и запущенной квартиры он, как гордый и свободный нохча, жил грабежом и разбоем. За ее пределами не брезговал и насилием. Требовал соблюдения прав и клал свой маленький, но изрядно натруженный %уй, на все обязанности. Будучи центровым по району, он немилосердно пи%дил всех окрестных котов, совершенно неадекватно отвечая на малейшие поползновения в свою сторону. Порой казалось, что в него вселился несгибаемый дух великого каратиста Масутацы Оямы, именно с таким неистово-киокушиновским напором бросался он на всех соперников, сметая их, разметая в пух и прах даже мысли о каком-то сопротивлении.
Имя у него появилось лишь тогда, когда подросла дочь, и назвала его для унификации Тима, так же как и тещиного домашнего засюсюканного уйобка, вечно ссущего под диваном. Кот же был суров. Принимая меня за равного, жену и дочь он определенно ставил ниже себя в семейной иерархии и относился к ним со снисходительным презрением. Малая, подрастая приняла такой расклад как есть , жена же, получив в руки штурвал управления мною, попыталась было с наскока подмять под себя и Кота. Однако, %уй.
Натыкаясь в финальной стадии бурного медовомесячного соития на угрюмо насупленный, как у седьмой бэхи, полуприщур, сквозь который Кот брезгливо наблюдал за хозяйской потной возней, она каждый раз смущалась, и прервавшись на полуфрикции запахивалась в простыню, требуя убрать это наглое животное . Добившись нужного результата Кот задрав хвост уходил сам.
Гордость никогда не позволяла ему просить, он всегда или требовал или брал с боем. Заботливо положенная женой в чистую мисочку еда заветривалась и пропадала. Голодный и злой, он снисходил до участия в семейном обеде: усевшись перед столом на свободный табурет клал голову на стол и закрывал глаза, демонстрируя полное безразличие к происходящему. Но стоило отвлечься лишь на секунду – из под стола стремительным хуком вылетала растопыренная, с выпущенными когтями, лапа и неуловимым движением выхватывала с ближайшей тарелки котлету или сосиску. Такую же точно, как в его миске. Заслуженно получив от меня увесистого пинка, он не выпуская добычу пролетал юзом кухню и прихожую и с грохотом врезавшись в дверь ванны как ни в чем не бывало поднимался и гордо задрав хвост шел обратно, чтобы у моих ног спокойно съесть честно заработанный кусок. Мы, несмотря ни на что, уважали друг друга, но и правила тоже надо было соблюдать. Закон есть закон.
Он был из первого помета соседской кошки. Первый помет как говорят всегда самый сильный. Три серых дымчатых и один грязно-коричневый. Наглым он был с рождения – в то время как другие котята ,найдя свободную сиську затихали и насыщались, он возмущенно пищА ползал вокруг мамаши, игнорируя свободные соски, до тех пор, пока не отгонял кого-нибудь из братьев и не занимал его место.
Рыба была его страстью. Любая: жареная, вареная, соленая, мороженная, протухшая. Но особенно живая. Еду он добывал виртуозно. Как опытный футболист при подаче углового, сломя голову летел на звук открываемого холодильника и путаясь под ногами пытался в суматохе реализовать розыгрыш стандарта. Ни один факт изъятия чего-либо съестного не приходил мимо его нарочито безразличного взора. Все забытое или оставленное хоть на минуту становилось его законной добычей. Поэтому мясо и рыба путешествовали по дому в короткий пас, как шарик у базарного наперсточника, не оставаясь неприкрытыми ни минуты.
Рыба же его чуть не сгубила. Спи%див как-то ночью у соседей через открытую форточку отрезанный хвост здоровенного, килограмма на три чебака, он припер его конечно же домой, и попытался съесть на ковре в гостиной. Банкет закончился тем, что одна из костей, застряв в горле, проткнула ему пищевод и трахею. Я нашел его около шести утра в забившимся под кухонный уголок. Изо рта шла пена, и сам он был похож на рыбу-шар. Часть выдыхаемого воздуха через дырку поступала под кожу, и Кот надувался буквально на глазах.
Было утро субботы. Ветеринарка в этот день работала с 12-ти. Нужно было срочно принимать меры.
Роль спасителя была возложена на соседку – 75 летнюю еврейку, гинеколога в отставке. Разбуженное ни свет ни заря, бабушко-божий одуванчик с голубыми волосами немного поворчало, но отказать не смогло. Тщательно, по Спасокукоцкому-Кочергину , вымыв желтые костлявые ручонки, и надев резиновые перчатки, потухшее светило отечественной гинекологии уверенным шагом победителя вошло на кухню.
-Котик, открой-ка ротик.
В руке ее в лучах восходящего солнца блистало полированной нержавейкой нечто, напоминающее формой одновременно утиный клюв, большую прищепку и мужской уд.
Врожденная сметливость подсказала мне, что данный прибор можно смело назвать пи%доскопом. Мои подозрения косвенно подтвердила жена, которая ойкнула, покраснела и стыдливо спряталась в ванну. Удивленный подобной ретирадой Кот небезосновательно решил, что сейчас это устройство, видевшее пи%д больше чем интернет-эксплорер, будут совать ему в рот, и перешел к активной обороне, нанеся несколько глубоких царапин своей потенциальной спасительнице. Бой завершился техническим нокаутом и за явным преимуществом одной из сторон. Пока бабулька, желая Коту различных долгих и мучительных смертей, залечивала боевые раны, я через трипи%дыприятеля нашел таки телефон девченки – ветеринарши. Договорились на девять.
Ветеринарка в нашем городе представляет собой большой кирпичный ангар дореволюционной постройки с бетонным полом. Посреди помещения вмонтирован станок для садомазохистских игрищ с крупным рогатым скотом. За хлипкой ширмочкой стоит обитый металлом стол. Это операционная. Очередная спасительница являет собой полненькую молодую перепуганную девицу, к тому же из моей школы, но лет на пять помладше.
- Меня зовут Лена, и ты мне будешь помогать - заявляет она –Крови не боишься?
- Боюсь конечно, а что делать то…
К этому моменту Кот заполнил собой всю спортивную сумку , в которую был посажен для транспортировки и ее пришлось разрезать. Вколов ему во внутреннюю поверхность бедра какую-то хрень, Лена убежала готовить «операционную».
- Он сейчас отрубится, и заноси.
Кот не отрубался . Через пять минут укол повторили. Потом еще. Наконец через полчаса, когда Лена, по ее словам вкатила уже дозу для теленка, страдалец отправился таки в царство Морфея.
Меня начало подташнивать сразу, как только она стала привязывать кошачьи лапы к столу. Ненавижу медицинские запахи. Распластав кота пузом кверху она заставила меня держать его голову , а зама засунув глубоко в пасть пинцет вытащила оттуда здоровенную зазубренную костомаху.
- Этого мало. Нужно его сдуть и обязательно зашить трахею. Я буду резать, а ты держи шею. Можешь не смотреть.
Легко сказать держи шею – Кот к тому времени стал похожим на надутую резиновую перчатку, и понятие шеи было у него столь же относительно, как понятие талии у Лены. Пфииииить – легонько раздалось из кота в тот момент , когда она сделала первый надрез. Я почувствтовал дующую снизу в лицо тоненькую струю воздуха, почему-то пахнущего свежей рыбой. В тот же миг я добавил к нему густой аромат вчерашнего борща и утренних котлет, веером расплескав их вокруг операционного стола.
-Все? Как ни в чем не бывало поинтересовалась Лена – а теперь сдуваем.
И мы стали в четыре руки сгонять воздух к разрезу на горле, так как будто сдували матрас на пляже. После того, как Кот стал похожим на сдувшийся шарик (или гондон - кому как нравится), началось самое интересное – ОПЕРАЦЫЯ!
По моим ощущениям, когда на преддипломной практике резали котов - у Лены были месячные, ну или там аборт. Тему эту она пропустила. В общем, поиски трахеи превратились в поиски клитора у экипажа подводной лодки. Если б не моя смекалка- искали бы до сих пор. Мылом,- говорю,- помажь! Где пузыри будут, там и дырка.
И блеванул еще раз. Но уже в лоток с инструментами, по культурному. А потом вдруг вспомнил, как у Булгакова про трахеотомию читал. Режь, говорю глубже.
Нашла…
Кот в этот момент не знаю с чего начал приходить в себя и метаться на операционном столе, укусил Лену, умудрился освободить задние лапы и снес ими на пол все инструменты. Затем изодрал мне все руки и попытался встать. Несгибаемая русская женщина, оттолкнув меня, грудью придавила к столу беснующегося и всадила ему еще дури. Или святой воды, не помню, потому что мне стало плохо…
Той же ночью, Кот получил от жены погоняло Черч – в честь приснопамятного котика из кладбища домашних животных Кинга. Часа в три ночи, несущаяся сломя голову и ноги в туалет, супружница была встречена ковыляющим, пошатываясь, на негнущихся ногах шарообразным существом , издающим булькающее- каркающие звуки.
Начался отходняк и кота пробило на хавчик. Пожрав, он забрался к нам на кровать и принялся вылизывать мне руки. Впервые за всю новейшую историю. Подозреваю, что это было проявление благодарности. Немигающие глаза его при этом были широко открыты и на них были видны прилипшие волоски и кусочки мусора. «Каждый человек сеет, что умеет и пожинает плоды»(с)
Надуваться Кот потом конечно постепенно перестал, но мяукать так не научился. А злополучный тот рыбий хвост он на следующий день таки нашел и доел, для него это было делом принципа. Ибо путь воина – это путь смерти.

47

Картинка
Большая городская трехкомнатная квартира . Утро.
Дядя Петя, приехавший из Мухосранска и гостивший вторую неделю в семье у своего брата, ночью решил сходить в туалет. В это время хозяин , куривший на кухне проходя мимо выключил свет и автоматом закрыл дверь на крючок. Кстати о крючке, он был выточен на заводе, где работал брат и выполнен в виде завитушек. Но самое главное он был мощный и больших размеров.
Дядя Петя был еще в легком опьянении после вечера, сделав свои дела он попытался открыть дверь, но ни в какую. Тогда он начал стучать и громко кричать.
И удивительно никто его не услышал, все спали здоровым сном, и даже соседи, чуть что реагировавшие на любой стук в эту ночь не слышали ничего. Однако время шло. Дядя Петя сорвал голос и отбил себе ноги и руки. Кое-как пристроившись на унитазе он задремал. Проснулся он услышав чье-то хождение по коридору. Он попытался закричать, но из горла раздался только хрип. Кулаки уже болели и поэтому собрав все силы дядя Петя ударил ненавистную дверь ногой. А в это время сын Кроля, худой долговязый четырнадцатилетний подросток шел в туалет и открыл крючок. Удар дяди Пети попал ему прямо в пах.
Коля отлетел к противоположной стене и ударившись об нее сел на пол и издал такой звук от которого заложило уши. Со стены на него посыпались горшочки с растениями (гордость мамы). Мама Вера, крупная женщина, килограмм девяносто в это время находилась в этом же коридоре, держа в руках гладильную доску, которую собиралась разобрать, чтобы погладить сыну рубашку. Увидев сына орущего на полу, свои разбитые горшочки и мгновенно вспомнив, что дядя Петя уже больше недели проживает у них и каждый вечер подпаивает ее мужа, с размаху ударила его гладильной доской. Но дядя Петя увернулся и удар пришелся по мужу выскочившему на шум из кухни в семейных трусах. От неожиданности он отлетел к той же стене и сел на пол. Но не просто сел а на любимый кактус жены.
В этот момент открылась входная дверь и вошла шестнадцатилетняя дочь Катя, одетая вся в черном и с металлическими прибамбасами. Она вошла не одна, а с участковым, который и привел ее. Опять раздался крик Коли от которого у всех опять заложила уши. Дядя Петя понял, что ему не сдобровать кинулся в открытую дверь, но налетел на участкового, который был немалого роста и задержал побег. Дядя Петя тщетно пытался пробиться к двери и смешно сучил ногами по полу. Мама Вера озверев от криков сына и мужа вторично ударила дядю Петю гладильной доской.
Но опять промазала и попала по шее участкового. Удар был настолько силен, что участковый отлетел к стене и медленно начал сползать на пол.
Дядя Петя почувствовал свободу и рванулся к двери. Но в этот момент дверь захлопнулась и дядя Петя врезался в нее головой и тоже отключился.
Картина маслом.
Посреди коридора возвышалась мама Вера, с некоторой растерянностью оглядывала побоище, все еще держа в руках гладильную доску, как серфинг. А в стороне стояла безразличная ко всему дочка Катя и жевала жвачку.

48

Сказка о человеческом тщеславии

Воет за окном ветер, несет с Невы беспощадную гиперборейскую стужу, выдувает через древние рассохшиеся рамы слабенькое тепло не менее древнего радиатора. Но благодаря прекрасному девайсу масляная батарея в ординаторской почти тепло.

Немолодой ответственный дежурный хирург настроен благодушно. Все поступившие больные осмотрены, записаны и по необходимости прооперированы, сомнительных нет, а дежурного по приемнику давно не вызывали, и он погружен в просмотр завораживающего своим идиотизмом мексиканского сериала «Просто Мария».

Традиционные пельмени съедены, бригада пьет чай. Молодняк обсуждает рассказ американского писателя Стивена Кинга об успешном хирурге, переквалифицировавшемся в наркодилеры, и оказавшемся после авиакатастрофы на безжизненном каменистом островке среди океана. Герой рассказа последовательно ампутировал себе обе ноги, первую из-за начавшейся гангрены, вторую - как источник белков и незаменимых аминокислот. Мнения ученых по вопросу, возможно ли, имея из инструментария только нож, а из медикаментов - героин, и, не являясь облитерантом, отрезать себе ногу и не помереть непосредственно в ходе операции, разделяются, и ответственного просят высказать его авторитетное, основанное на многолетнем опыте, мнение.

- Да кто же его знает? - загадочно улыбается ответственный, прихлебывая растворимый кофе. - Возможности человека, как известно, безграничны. Давайте я вам лучше сказку расскажу тематическую.
В давние-стародавние времена, когда никого из вас, мои юные друзья, еще не было на свете, в одной обычной городской больнице работал обычный молодой Доктор-хирург. Ничем особенным среди собратьев Доктор не выделялся - работал, дежурил, оперировал, перевязывал и писал, как все. Разве что замечали за ним коллеги нестандартную особенность. Завел Доктор привычку шить по ночам на дежурствах в свободную минуту подушки. Что же в этом удивительного, спросите вы, все мы в разное время увлекались совершенствованием хирургической техники? Все-то все, да только доктор подушки шил не просто так, а перед зеркалом, что, согласитесь, довольно необычно.

А из больнички той проторена была дорожка на самый крайний Юг, южнее не бывает, в экспедиции. Все желающие по очереди вербовались туда врачами. Зарплата хорошая, работы немного, условия хоть и трудные, но в целом интересно. И вот настала очередь нашего Доктора понаблюдать пингвинов в естественных условиях.

Уплыл он на свои юга. А вскоре коллеги прочитали в газетах сенсационный репортаж о Враче-Герое. Заболев внезапно аппендицитом, он не позволил себе помереть, тем самым оставив экспедицию без специально обученного человека, умеющего профессионально мазать царапины зеленкой. Как настоящий Советский Человек, Доктор удалил себе аппендикс сам, не зря же он упорно отрабатывал умение оперировать подушки в зеркальном отражении.

В больнице все всё поняли, а заведующий кафедрой Профессор после возвращения героического Доктора попросил поискать его себе другое место работы.

Народ посмеялся и забыл. Прошло несколько лет, и однажды ночью в больницу прибыла карета скорой помощи с нашим Доктором на борту в качестве пациента. У Доктора болел живот. А как вы все, я надеюсь, усвоили, анамнестические сведения о перенесенной аппендэктомии, равно как и наличие рубца по Мак-Бурнею-Волковичу-Дьяконову, не позволяют нам отказаться от вмешательства, если пациент демонстрирует клиническую картину локального (а нелокального - тем более) воспалительного процесса в брюшной полости. И вот тихо, без всякой помпы, силами дежурной бригады у героя нашей сказки был удален флегмонозно измененный червеобразный отросток. Но в газетах об этом ничего не написали, ведь каждую ночь в нашем немаленьком городе делается не меньше десятка аппендэктомий, и что в этом примечательного?

Молодежь переваривает услышанное.

- Да как же так, свидетели же были, которые ассистировали, я читал, и фотографии есть?!
- Есть, - соглашается рассказчик. - Ну тогда скажи, какой этап аппендэктомии ты на фотографии видишь?
- Там общий план и непонятно.
- Значит, с этим разобрались. Внутреннее устройство телевизора ты знаешь, чинить их умеешь? Нет? Если при тебе будут чинить телевизор, поймешь, что конкретно там ремонтируют? Вот и свидетели не очень поняли.
- Но почему же вы молчали и не рассказали, как дело было на самом деле?
- А что нам, нужно было опровержение в «Комсомольскую правду» написать? Как думаешь, напечатали бы его?
- А если пойти в архив и историю поискать?
- Ну займись, если время есть и желание. Только помни, что срок хранения историй в архиве - 25 лет. Скорей всего, ее там уже нет...
* * *

Хотелось бы, наверное, завершить эту историю каким-нибудь назидательным резюме. Мол, сколько веревочке не виться, правду, как шило, в мешке не утаишь, и вообще, в чем сила, брат.
Однако вся эта вековая народная мудрость здесь ни к селу, ни к городу. Ложь, которую можно красиво назвать мифом, пережила своего фигуранта, свидетелей и очевидцев, и нас с вами переживет тоже. Да и ладно.

Вывод мне придется сделать другой.
Не стоит верить никаким удивительным и впечатляющим сагам и сказаниям, если ты не был их непосредственным участником или наблюдателем, или если не доверяешь рассказчику абсолютно.
Everybody, как известно, lies.
Как один из интернов, слушавших, раскрыв рот, эту сказку 20 лет назад, подтверждаю.

49

Ищу жену!

– Алло! Здравствуйте. Это брачное агентство «Гименейка»?

– Да. Здравствуйте, чем могу помочь?

– Девушка, я ищу жену. Для себя. Меня зовут Николай, мне тридцать пять, и у меня есть несколько обязательных требований к кандидатуре. Вы можете записать?

– Да, уже пишу.

– Мне нужно, чтобы она не умела готовить. Да, совсем. Например, друзья на Новый Год пришли, а на столе блюдо с холодцом и из него лапы куриные с когтями торчат. Или вермишель «Доширак» запаривала мне каждое утро, а она у нее слипалась. А в идеале, просто духовку зажигала, а утварь всю оттуда забывала доставать, чтоб у меня на ужин были только горелые сковородки. Дорого и со вкусом. Со вкусом тефлона.

– Понятно. Записала. Что еще?

– Хочу, чтобы она не брилась. Совсем. Или только одну ногу, а на другой такие жесткие волосы росли, что ею наличники можно было шкурить. А в остальных местах специально отращивала, и я бы зимой руки грел в зоне бикини, как у медведя в паху.

– …в паху. Есть, записала.

– Еще чтобы она косметикой не умела пользоваться. Когда красилась, на Гитлера или на Вуппи Голдберг становилась похожа.

– Да, да, конечно, это без проблем. Записала.

– Очень нужно, чтобы она была нечеловечески тупая. Это одно из основных условий. Чтобы даже читать не умела, точнее, во время учебы в ПТУ разучилась. Чтобы путала правую ногу и левую руку и в театре в ладошку подошвой хлопала. Чтобы грецкие орехи зубами колола и только скорлупу ела. Чтобы думала, что «патиссон» – это такой граммофон, а что такое граммофон, вообще не знала. Чтобы…

– Поняла, поняла… Есть у меня одна такая на примете. Дальше.

– Хочу, чтобы мозг мне выносила с утра и до вечера. Каждые пять минут на мобильный звонила и спрашивала, когда я дома буду. А потом сразу на рабочий перезванивала и проверяла, не спетлял ли я куда.

– Ну, тут тоже никаких проблем нет.

– Чтобы у неё и мать, и мачеха были. А у меня, соответственно, две тещи – одна уезжала, а другая сразу, вот просто немедленно, погостить приезжала и на нашей кровати спала, а я – на кухне на раскладушке поломанной или на полу. Все лето они бы вообще вдвоём у нас жили. И чтобы одна храпела, как Боинг, а другая напивалась и в домашнем караоке шансон орала голосом глухой воровайки до пяти утра. А ровно в пять просыпалась та, что храпела, начинала греметь кастрюлями вокруг моей раскладушки и рассказывать какой я мудак, и обязательно удивлялась при этом, как это мне её дочуру ненаглядную удалось отхватить и загубить ей жизнь.

– Дубль-теща это посложнее будет, конечно, но если поискать…

– Чтобы каждый раз, слышите, каждый раз, без исключения, садясь за руль, она била мою и чужие машины. Желательно, подороже. И хоть разочек Майбах олигарха какого-нибудь в овраг спихнула, так чтобы я от безысходности родного брата Диму на органы сдал.

– Угу. Есть такое дело. В интимных вопросах есть какие-нибудь предпочтения?

– Да. Хочу, чтобы в постели она была настоящей жрицей.

– Хоть одно нормальное желание. Так и пишу – жрица любви.

– Нет. Просто жрица. Постоянно в кровати жрала хлеб с салом, пряники и сухари, а я весь, с ног до головы, в крошках спал, как котлета «по-киевски». Чтобы тут же ела борщ с говяжьими костями, а руки о пододеяльник вытирала. А кости, фантики от конфет, огрызки всякие и грязную посуду под кровать кидала.

– И еще. Если мы будем с ней сексом заниматься, пусть она меня «хухрик» или «писюша» называет. Еще хочу, чтобы она моего члена боялась и, увидев при свете, закрывала лицо руками и кричала так, будто это гадюка. И в постели все время что-то симулировала: преждевременный оргазм, эпилепсию, брюшной тиф, только бы ни в коем случае не доставить мне удовольствие.

– Ну, таких мастериц у нас полно. Еще что-то есть?

– Хочу, чтобы у неё сиськи были такие маленькие, что даже сосков не было видно.

– Это как?

– А так. Вместо сосков – два пупка. Ну, чисто с друзьями поржать. Чтоб они в гости к нам пришли, а я такой – хоп, футболку на ней задрал – смотрите, соски шиворот навыворот, гы-гы. Ну, это не обязательное условие, можете не писать.

– Понятно. Что еще?

– Чтобы она через неделю после свадьбы набрала двадцать килограмм, потом два года их мучительно скидывала, жрать мне из солидарности не давала. Кое-как сбросила пять, потом набрала еще десять, и после всего этого у неё даже нос стал целлюлитный. Это обязательно, подчеркните там у себя.

– Подчеркнула, что дальше?

– Хочу, чтобы она педикюр никогда не делала, и ногти на ковер грызла. И только тогда, когда я обедаю. А еще никогда за собой не смывала унитаз. Прокладки использованные прямо в свое гавно кидала и никогда, запишите, никогда не смывала. Чтобы в раковину мочилась, как в биде, ногу по-собачьи задирала и фонтанировала, брызгаясь на зубные щетки. Запишите, это важно.

– Записала.

– Хочу, чтобы она меня все время воспитывала, переделывала и при этом считала, что я ей по гроб жизни за это обязан. Прям сразу, только я бутылку пива выпью, гнала меня кодироваться и горстями «Эспераль» в суп сыпала, а я потом в красно-сиреневых пятнах сидел и задыхался. За каждую сигарету наказывала рублем и не давала деньги на проезд, чтоб я двадцать километров до работы пешком шел, дышал свежим воздухом автострады, а не вредным табачным дымом.

– Это вообще не вопрос. Так почти все делают.

– Очень важно, чтобы она животных любила. И у нас жили пять кошек, три бродячие лишайные собаки, два диких селезня, попугайчики без счета и сумасшедшая цапля на балконе. Да, и еще рыбки. Полная ванна карасей, чтобы я душ по колено в карасях принимал, а они бы меня за ноги кусали. А цапля мне курить на балконе не давала и клевала в живот.

– В живот?

– Да, да. А еще хочу, чтобы она всё время мне что-то рассказывала.

– Цапля?

– Какая цапля?! Вы тоже не знаете, что такое «патиссон»? Не цапля, жена, конечно. Чтоб ни на секунду рот не закрывался. Открывала дверь из туалета, громко какала и кричала мне про свои невероятные приключения за весь день. О том, как она в маршрутке на переднем сиденье ехала, как три часа чай с очень вкусными вкусняшками на работе пила, как полкило кутикул с себя настригла и как купила себе ушные палочки ровно в семнадцать раз лучше, чем у Людки, но по той же цене.

– Это все?

– Нет. Самое главное. Это должна быть такая стервозная непредсказуемая сука, что все бешеные собаки района захлебывались бы слюной от зависти. Вот теперь все.

– Вы знаете, Николай, такого чудовища, как вы хотите, в природе нет, не то, что у нас в агентстве.

– Как нет?! Я с ним, то есть с ней, пять лет прожил. Неделю назад ушла в неизвестном направлении. Сказала, что я её недостоин.

– Так радоваться надо. Зачем вам еще одна такая?

– Привычка. Соскучился.

– Сейчас посмотрю новые поступления. Вот есть что-то похожее. Тридцать пять лет, зовут Галя, на фото какой-то чернокожий Гитлер. Написано «люблю шашлыки, животных и Шопенгауэр».

– Это она! Моя Галочка! Она думает, что Шопенгауэр – это город в Европе. Куда ехать? Я могу примчаться прямо сейчас!

– Пишите адрес…

50

- Главное в спорте не голы, очки, секунды, а честная спортивная борьба, – неожиданно заявил мой знакомый Игорь и поведал мне такую историю.
В молодые годы занимался я спортом и вот в нашем городе бежал как-то марафон, точнее полумарафон. То ли подготовлен был плохо, то ли темп слишком высокий взял, только силы меня стали быстро оставлять. А надо сказать, бежали дистанцию в той части города, которую я знал, как свои пять пальцев. И тут меня посетила мыслишка, противная такая, прямо скажем, неспортивная - срезать дистанцию. Соревнования-то были местные, не какой-то там Бостонский или Лондонский марафон, словом, никакого судейского контроля. И в конце концов эта мыслишка взяла верх над всеми моими светлыми мыслями. На одном из поворотов свернул я в переулок (благо возможность представилась: ни тебе судей, ни тебе зрителей), потом в другой. И когда уже подумал, что все плохое позади, пробегал я мимо какого-то дома и с балкона первого этажа какая-то женщина приставать начала: мол, такой молодой и красивый, зашел бы на чашечку кофе. А нам спортсменам нельзя: женщины и кофе какой-никакой, а допинг. Словом, отказал я этой дамочке и пробежал мимо соблазна. Как вдруг уже у дверей подъезда столкнулся с каким-то мужиком. Тот видит, бежит какой-то мужик в майке и трусах прямо от его балкона.
- Ах ты сволочь, небось от моей Люськи бежишь. Убью гада.
Я хотел сначала остановиться, объяснить гражданину, как он глубоко заблуждается, но ноги подсказали мне, что надо делать ноги. А мужчина рванул почему-то не за мной, а в подъезд, я думал за ружьем, но все оказалось гораздо хуже. Вновь хлопнула дверь подъезда и на волю выскочило что-то большое и черное, подбадриваемая и направляемая ревнивым мужиком.
- Собаку спустил, – мелькнуло страшная мысль.
И тут во мне проснулось второе дыхание, рванул я что было сил, а собака за мной бежит, не отстает, только клыками сверкает и дистанцию стремительно сокращает. Чую, силы меня покидают и перспектива остаться в столь молодом возрасте без своего мужского достоинства заставила из последних сил забежать в какой-то подъезд. А песик подбежал к подъезду и остановился, видно сторожить до прихода хозяина. Пришлось на самый последний этаж забежать и, для полной безопасности, на чердак пробраться и оттуда за этой собакой Баскервилей наблюдать. Прошло пять минут, десять, полчаса. Еще и дом попался какой-то неправильный: никто не выходит и не заходит. Словом, западня. Да и собака верная попалась, видно хотела угодить своему хозяину. А тут и хозяин подбежал, постояли они, посовещались и разочарованные наконец-то ушли. Прошел час, а может два, пока я все же не решался выбраться из подъезда, а вдруг - засада. Наконец, вышел я из этого проклятого подъезда и осторожно по стеночке, по стеночке стал уходить, а потом как рванул. Долго ли, коротко ли, выбежал я на заветную дистанцию, а тут уже и до финиша рукой подать. Вдруг при виде меня все оживились, засвистели и даже зааплодировали. Оказывается, я прибежал последним и они меня так подбадривали. А какая-то девушка подбежала ко мне, протянула букет и даже поцеловала. Вот она, минута славы, да и девушка оказалась симпатичной, не то, что та Люся.