Результатов: 248

2

Спросил у родителей как они познакомились.
История такова:
Папа только что вышел с поезда, который его доставил из лав доблестной СА, где он покорно сносил все тяготы и невзгоды.
В кармане соответственно фиг да нихрена, зато форма отглажена и воротничок на месте - а это уже пропуск без талона в любом транспорте.
Был 1980год.
Все бы ничего, но кусать охота! В поезде хотя бы чай дали. А то последний раз когда ел - это была солдатская столовка ровно 48 часа назад и ровно за 600 км. Да и то квашеная капуста, непонятное пюре с грязью и глазками, компот из очисток картошки с солью в армейской столовке.
Зато вот он - солдат весь такой из себя красивый! Девчонки смотрят в след, мужики уважительно кивают головами, даже один милициянт под козырёк взял. Дружинники обходят стороной.
Уважуха!
Но пожрать бы чего, ага. Притом срочно.
Проходя мимо открытого окна кухни, где как раз готовила моя будущая мама (ВНИМАНИЕ!) котлетки, он остановился.
Хренасе! КОТЛЕТЫ!
Поймите, тут самое лучшее время в мире при жизни в сырысыры, когда еще благословенный Брежнев не окочурился, а Горбачев не пришел, так что мяса мой будущий папка еще до армии не знал. Сосиски да колбаса в воняющей картонкой бумаге под вермишель. А тут - котлетки!!!КОТЛЕТЫ!
И тут у него в голове щелк:
- достать мясо для жарки в советах невозможно априори. Потому что кости не перекрутить в мясорубке, а на прилавок выбрасывают сухожилья и очередь. если получится урвать нормальное мясо то его не крутят на фарш, а делают другие блюда. А значит семейка из блатных. Девушка крутится за плитой, удивительно что ей доверили готовить. Может сама захотела? если ей доверили кухню, то значит доверяют всецело и в жизни. А вывод какой? Отличница, домашняя девочка, хорошая хозяюшка с очень вполне серьезными приблатнеными родителями.
Это в доле секунду в голове бывшего солдата доблесной СА провернулось.
И кушать охота. Ага.
Четким строевым шагом, печатая сапогом асфальт, мой будущий отец зашел в подьезд, позвонил в звонок.
Пока там судь да дело шебуршали за дверью, он привел себя в порядок. Осмотрел. Форма сидит идеально да и он молодец.
Слышит за дверью:
- Дочка, сходи посмотри, кто там.
Звук замка.
Открывается дверь, а на пороге.... мать чесная!
Растрепа, в извазюканом фартухе, в руке нож, в глазах ненависть. Отец говорил что если бы не оторопь, то дриманул бы оттудава со всех ног. Такую страшилку еще поискать!
Пауза.
Итак на пороге худербецало в мятом виде с сажей во всю моську и кучей распатланых локон во всю сторону. Напомню что в руке нож а на фартуке пятна мокрого батона, лука, масла, и прочего что даются в котлетки.
С другой стороны солдат-юнец, в препоясанной намертво широким ремнем форме, лысый но с усиками, в руке саквояж и кэпочка.
Немая сцена.
В коридор выглядывает отец, он в кресле сидел с курительной трубкой. и это в советах то!
- Наташенька, дочка, кто в гости к нам зашел?
С той стороны коридора за спиной отца с трубкой высовывается голова матери Наташеньки и с любопытсвом смотрит на солдатика.
Солдат доблесной СА должен быть готов к любым невзгодам и дать отпор даже превосходящим силам.... и все это с умением и ловкостью - как и записано в уставе.
Вот мой будущий папа ловкость и проявил.
Набрал в легкие побольше воздуха как перед строевым выкриком и как рявкнет по-командирски громко и оглушительно
- разрешите войти на котттлетки?!?!?!
Дверь в комнату медленно закрывается, отец Наташеньки с трубкой исчезают, и через пару секунд взрывается хохотом комната, где обильно ржут як кони мамань и папань.
Очумачелая моя будущая мама, не понимая что происходит, просто захлопывает дверь....
Бах!

Через три дня мой будущий папик пришел извинятся, совесть заела что вторгся в чужую семью нагло и с претензиями. С гвоздиками (а других цветов тогда вообще небыло) и тортиком (говорит подрался в очереди. но я не верю, разве можно драться за торт? у нас же приходи и покупай на выбор, а там за какойто птьху "киевский" еще очередь была? врет наверно) и шампанским (наилучшим в мире Совецким!)
Уже в цивильном. то есть костюм одолженный у соседа школьного цвета.
Звонок.
Опять же голос:
- Наташенька, дочка, сходи посмотри кто пришел.
Открывает дверь красавица! Совсем другая девушка! из засмальцорваной замухрыжки Золушка превратилась в потрясающего вида Принцессу: платье синенькое отутюжено, складки кругом, белая кофточка, глазки подведены, губки бантиком личико симпапульное.
Вот тут вот мой будущий папик второй раз и завис.
- э..... Вы не поверите, но от вас до сих пор так вкусно пахнет коклетттками! ....
Единственно что он успел из себя выдавить.
После этой фразы в комнате у родителей Наташеньки еще раз раздался нешуточный хохот переходящий в ржачь.

Конечно когда отсмеялись был молодой человек приглашен на кухню, отпоен коньяком (кто эти люди которые пишут что они сидят и пьют на кухне чай?), схаван тортик. И приглашен через пару дней пообщается с Наташенькой еще раз.

Мне ли Вам говорить что через три дня Наташенька приготовила три миски котлеток с горкой?

До сих пор мой отец говорит всем:
- я женился на Наташеньке только ради котттлеток!

пысы: согласен, у моей матери котлеты это реально манна небесная!

3

СТРАШНЫЙ ЧЕЛОВЕК
"Смазку получает то колесо, которое скрипит больше всех"
Генри Уиллер Шоу

С Михаилом я познакомился случайно, поэтому не успел узнать его отчества. Даже фамилию его я не знаю, хотя это и не важно, всё равно фамилия у него не совсем настоящая. Ну, как не настоящая, в каком-то смысле настоящая, конечно, но…
Михаилу семьдесят лет и вот какую историю он рассказал мне о своей несчастной, но такой счастливой жизни:

- Обоих моих дедушек расстреляли ещё до войны, одну бабушку тоже посадили за мужа, про вторую вообще ничего не знаю.
Никого из них я даже на фотографиях не видел.
Родители мои в конце сороковых, от греха подальше уехали из Ленинграда в Казахстан и «потерялись» там в маленьком рабочем посёлочке.
Построили домик – мазанку, комнатка и кухня. Весь дом, наверное, пятнадцать квадратных метров всего, а может и того меньше. Там я и родился.
Папа работал электриком, мама медсестрой в больнице.
Жили бедновато, впрочем, как и все на нашей улице. Правда, наш сосед, мужик лет пятидесяти, жил прямо скажем, роскошно. У него было целое хозяйство: куры гуси, дом кирпичный, велосипед. Хотя, если так подумать, какая там роскошь, только если в сравнении со всеобщей нищетой.
Вся улица завидовала нашему соседу. Завидовала и боялась. Говорили, что он страшный человек и его нужно обходить десятой дорогой. А то себе дороже. Вроде сидел он в тюрьме за убийство, или что-то в этом роде. Кто, когда-то имел с ним какие-то дела, иных уж нет, а тех не ищут... Говорили, что в его доме люди навсегда исчезали. Зашёл человек и всё. Никто, никогда его больше и не видел.
А вот меня всегда почему-то тянуло к этому страшному человеку. Я приходил к нему в гости и можно сказать батрачил на него: рубил траву птицам, убирался в сарае, мыл в доме полы, таскал воду, даже стирал бельё. И что самое странное, сосед никогда и ничего мне за работу не платил, просто иногда рассказывал какие-то удивительные истории из своей нездешней жизни, или просто, одобрительно хлопал меня по плечу:

- Ну, что, Мишаня, устал? Ты сегодня был молодцом, хорошо поработали. Проголодался, наверное?
- Да, немножко.
- Ну, тогда беги домой, поешь, поздно уже. А завтра опять приходи, если захочешь, будем с тобой велосипед ремонтировать.

И я, как ни странно, приходил, ведь даже бесплатно пахать на «страшного» соседа мне было интереснее, чем с пацанами по улицам шляться.
Вот только родители этого не одобряли, кричали, ругались, что сосед наш страшный человек и доведёт он меня до тюрьмы, а может быть куда и похуже. От него можно ожидать чего угодно, убьёт и в степи закопает.
Каждый раз как папа замечал меня рядом с соседским домом, вечером так порол ремнём, что я не то что сидеть, я даже на спине лежать не мог. Но, проходила неделя, другая, я смелел и снова шёл батрачить на страшного соседа и опять попадался папе на глаза. И так по кругу.

И вот, наступило лето 64-го. Когда всё и случилось.
Мои папа и мама вечером, как всегда вместе, возвращались домой с работы. Их сбил пьяный водитель на грузовике.
Оба погибли. Сразу, на месте.

Так я и остался совсем один и никого из родственников на всём белом свете.
Соседи с нашей улицы собрались, помогли с гробами и могилами.
Вернулся я вечером с похорон, ничего не соображаю, сел на табуретку в углу, сижу, плачу. Мне всего тринадцать и как дальше жить, я совсем не представлял.
Тут на пороге появилась какая-то толстая тётя с нашим участковым и сказала:

- Мальчик, ты, давай потихоньку собирай чемодан: трусы, майки, свидетельство о рождении, ну и вообще, все документы что в доме найдёшь, а завтра утром мы за тобой заедем и отвезём в район, в детский дом. До свидания.

Я попрощался и продолжил плакать, сидя на табуретке.
Через некоторое время открылась дверь и в дом вошёл «страшный сосед»
Он не стал долго слушать мои всхлипы и завывания, поднял с табуретки, обнял, встряхнул за плечи и сказал:

- А теперь слушай меня внимательно. Деньги в доме есть?
- Нет. Были, но все потратились на похороны.
- Ну, тем лучше. Значит так, собирай свои вещи, но только те, что надеваются на тебя. Никаких документов не бери и никакого чемодана, руки должны быть свободными. И одевайся потеплее. Через полчаса жду у себя. Времени мало, не опаздывай.

Через полчаса, я, несмотря на лето, завалился к «страшному соседу» укутанный по-зимнему и даже в шапке.
Сосед осмотрел меня со всех сторон, одобрительно кивнул и сказал: - Снимай штаны.
Я снял, он что-то зашил мне в карман и велел одеваться.
Потом посадил меня на багажник велосипеда и мы полночи куда-то ехали. Даже падали пару раз, когда в темноте съезжали с дороги.
Под утро приехали к какому-то казаху-пастуху. Сосед сдал меня с рук на руки и на прощание сказал:

- Тебя будут и дальше передавать друг другу, ничего не бойся и слушайся их – это свои люди. С посторонними не болтай, помалкивай, пусть лучше все думают, что ты дурачок, или глухонемой.
Я тебе зашил в карман немного денег. Только когда останешься совсем один, достань их, но не раньше. И давай там, Мишаня, не поминай лихом.

Больше я его никогда не видел, но нет такого дня, когда бы я не вспоминал его с благодарностью. Оказалось, мой страшный сосед был серьёзным контрабандистом.
С казахом мы несколько дней ехали на лошадях, потом он передал меня другим людям и с ними я уже шёл с караваном верблюдов, потом опять новые люди и опять. Я впервые в жизни увидел города, море и настоящий густой лес. Прошло всего месяца три с начала моего пути, не больше и я на грузовом корабле уже причаливал к огромному порту.
Последний мой провожатый сказал:

- Всё, парень, ты прибыл, дальше сам как-нибудь – это город Нью-Йорк. Нравится? Удачи тебе.

Когда я сошёл на берег и остался совсем один, я распорол карман, в нём были двадцать долларов…

Учился в школе, закончил колледж и всю жизнь проработал на заводе, был сварщиком высшей категории, даже в начальство выбился. Теперь у меня хорошая пенсия, большой дом в Питтсбурге, жена, дети, внучки.
Когда–то я даже собирался приехать хоть на денёк в Казахстан, чтобы просто пройти по своему посёлку, но так и не решился. Внутри до сих пор сидит детский страх, что там меня схватят и больше не отпустят. Глупо конечно.

А, знаешь, каждому человеку иногда снится один и тот же самый страшный кошмар в жизни, или наоборот, самый - самый счастливый сон.
Так вот у меня эти сны, почти ничем не отличаются. Самый страшный кошмар – это когда мне снится, как я от стука в дверь, просыпаюсь в своей кровати в Казахстане и слышу голос той толстой тётки:

- Стучи, посильнее, он, наверное, ещё спит. Что ж такое? Я же ему сказала, что мы утром за ним приедем.

А самый счастливый сон – это когда та самая толстая тётка с участковым, так же стучит в мой маленький домик и тётка говорит:

- Стучи, посильнее, он, наверное, ещё спит. Что ж такое? Я же ему сказала, что мы утром за ним приедем.

Так они стучат не переставая, аж штукатурка сыплется, а я в это время в Питтсбурге гуляю по парку с внучками, улыбаюсь и кормлю в озере уток…

4

Знакомая попросила на неделю приютить ее собаку, мелкого пуделя с гордым именем Генрих, на время пребывания у меня замененным на Тузик.
Я, как говорила моя первая учительница, животину тоже люблю, поэтому согласился.
Но на первые пару дней, для подстраховки, ангажировал свою дочь побыть у меня, приглядеть за Тузиком, пока меня дома нет.
В первый день прихожу и немного офигеваю - дома явно чисто. Полы вымыты, оставленная мной гладильная доска с кучей одежды убрана, одежда поглажена. Проверил - пыли нет, зеркала блестят. В дополнение с кухни доносятся запахи, то есть дочь там что-то готовит!
Я даже успел испугаться чуть-чуть, подумав, что может она как-то крупно накосячила, ибо в обычной жизни от нее подобных телодвижений ожидать было никак невозможно - либо учеба, либо залипание в телефон. И подобным образом готовит плацдарм для сообщения неприятных известий. Ответ ее был таким:
- Я с этой собакой больше оставаться не буду! Сяду в кресло с телефоном - прыгает на меня, пищит, скулит, требует играть, лезет лизнуть в лицо. Прилягу на диван - он встает и начинает лапой меня теребить, преданно глядя в глаза. Отогнать невозможно! В туалете запереть рука не поднялась. Ну, вернее поднялась, но он там так жалобно выл, что выпустила.
После обеда стою мою посуду - сидит молча рядом и наблюдает. Как присела, опять пристал. Вспомнила, что надо помыть ботинки, в которых пришла (по дороге вляпалась в грязь), стала мыть - опять сидит молча смотрит. И так далее: делаю дела, молча наблюдает, бездельничаю - домогается. Ну вот в итоге до твоего возвращения находила себе занятия! Но больше не буду с Тузиком тут сидеть!

5

История от 09.08 о цыганке и разрезанном кармане с крышующими ментами напомнила.

Год был 98-99, не помню точно, я ещё в школе учился, класс 7-8. Жили тогда в Ташкенте, на лето уезжали к бабушке в Бекабад. Там, помимо побегать/полазить/покупаться помогали бабушке с дедушкой, те нам какие то деньги давали, бумажные, но не большие. И вот мне дали 100 сум. В пересчёт на рубли - какие то копейки. Буквально. Я их положил в задний карман, полез собирать вишню, и видимо на вишенку присел - на деньгах появилось красное пятнышко.
По возвращению в город именно эта купюра у меня осталась и я в выходные поехал на Тезиковку (рынок такой был, еще недалеко от вокзала, потом его перенесли). Рыбок хотел купить или корм для них, или всё и вместе. Помню, что купил меченосца, его мне в пакетик посадили и отдали, стою я, в одной руке пакет, в камере остатки денег вместе с той самой купюрой.
И чувствую - не то что то. Сую руку в карман - денег нет. Я даже расстроиться не успел, подошёл человек, "мальчик у тебя ничего не пропало?". Я говорю вот деньги пропали. Он такой, сейчас. Минуты две проходит, подводят дяденьку, в наручниках, просят рядом находящихся взрослых быть понятыми, заполняют какие то бумаги, и аккуратно достают у него из кармана деньги, в том числе мои. Я свою купюру с вишней сразу узнал, вот говорю, у бабушки с дедушкой поместилась она.
Вокруг народ начал ругаться на этого мужика, типа нашёл у кого красть, у школьника!
Потом оформили документы и поехали в какие то кабинеты, там позвонили родителям (мне ж ещё далеко до 18 было, а сотовых, чтоб с Тезиковки позвонить, тогда ещё не было).
Пока ждал пару опера рассказали, что этот вор - только что откинулся и они его целенаправленно "пасли". И им повезло, что я свою купюру узнал, хотя говорят лучше б, конечно, серийный номер запомнил...
Приехал папа, тоже что то подписал, и мы поехали домой. Вместо моих двух сотенных купюр начальник всего вот этого выдал одну двухсотку. Они ещё тогда новенькими были.
Потом ещё два раза из школы вызывали на опознание и в суд.
Человеку дали какой то очень приличный срок - лет 6 или 7.

А я задумался о разнице менталитетов. Мы там тогда ещё жили по инерции, как в союзе - я ходил на бесплатные кружки при школе, милиция ловила и наказывала воров, а учителя учили нас уму-разуму (в середине 11 класса мы переехали в Россию и я смог оценить разность качества образования и отношения к учителям - хотя в Ташкентской школе я учился на точки).
Может быть потом и было "крышевание" щипаяей - но я его не застал.

6

Некоторые особенности московского дождика

"Перед тем, как высунуться наружу, москвичи раздумывают о погоде так, как будто им предстоит пахать целый день в чистом поле" (народная мудрость)

Дорогая одежда и косметика, накладные ресницы и уязвимые к воде туфли тому виной, полагаю. Далеко не у всех они есть, но для массового сумасшествия достаточно маленькой кучки особо буйных крашеных блондинок. У настоящих темперамент не тот. А у крашеной в ливне за минуту может пог/хибнуть всё ее состояние - прическа, платье, сумочка, шпильки, смартфон. Креатива у них не хватает петь и плясать босоногими черноволосыми девчонками под теплым летним дождем, как в детстве. Были бы неотразимы. А так - при виде граждан, мечущихся под солнечными струями дождя, как черти под лучами света, задумчиво распеваю под нос песню: "Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам, лишь бы нафиг свалили с пути..."

В среду 18 августа, около четырех часов дня я покончил с делами, отобедал дома, высунулся в окно и догадался, что несмотря на прекрасную погоду, моим дальнейшим планам, и я бы даже сказал, мечтам искупаться в пруду может помешать некая тучка на горизонте. Мне не понравился ее сизоватый отлив. Вообще было очень тепло, но слишком тихо. Так затихают дети перед тем, как учинить какую-нибудь пакость.

Глянув на карту прогноза погоды, я увидел, что через полтора часа ожидается дождь, сначала сильный, потом слабый, но долгий - до самого утра. Так что, если я намерен купаться, то должен оторвать жопу от кресла немедля и ехать навстречу туче, а искупавшись, успеть вовремя удрать от нее. Велик электрический, прогноз спутниковый, следить за тучей можно в режиме реального времени - я не видел причин, способных помешать моему плану, взял да поехал. Прикинул, что туча уже льется вовсю, а в городе штиль, так что вылиться может этот ливень, до меня не доползя вовсе. Так что на пруду меня может ожидать прекрасный погожий вечер, как собственно и случилось впоследствии.

Уже в пути понял - а чего мне от дождя скрываться вообще? Вода в пруду тоже мокрая, а именно к нему я и еду. Какая мне разница, что происходит на поверхности пруда, если я у него внутри?

Увы, администрация парка думала иначе. Уже за полчаса до предполагаемого дождя она закрыла парк, включая пруды, и выгоняла оттуда прохожих при прекрасной погоде. На главном входе с колоннадой это выглядело как сцена горького исхода одного темпераментного народа из Египта. Массово плакали дети, матери помогали им идти грозными криками прямо в уши.

Вот будь у нас действительно демократическое общество, я знал бы, где сидит человек, издавший такой приказ, как его зовут. Вежливо зашел бы, хоть вживую, хоть в форум к этому человеку, и спросил бы:
- Митрич! Парк понятно, дерево какое свалится может, но вот нахрена ты закрыл пруды?
- Так это, представь - молния как ебанет в пруд, люди же заживо сварятся! - ответил бы Митрич.
- Митрич, ты физику учил?! - возразил бы я - пруд со всех сторон окружен дубами. Случись молния, догадайся с двух раз, куда она ебанет - в пруд или в дуб? Дубам по триста лет, чё им будет с этой молнии?
- Так-то оно так - задумчиво бы ответил руководитель парка - но в этом-то и беда! Старые они, эти дубы. А ну как рухнут на отдыхающих?
- Митрич! Здоровый дуб тыщу лет живет! А то и две. У тебя вокруг пруда трехсотлетний дуб-молодняк. Умные люди садили. В сторонке эти дубы от берега. Молнию перехватят, а вот чтобы ветку у дуба шквалом оторвало, до пруда добросило и точно в пловца попало - это я с трудом себе представляю. В конце концов, увидев такое безобразие, что на него хрень какая падает, он может и нырнуть. Люди для себя и для своих далеких потомков делали, на века, себе во славу и на добрую память. А вы что, Митрич? То тополей понасажаете, а они потом на людей падают и пухом всех душат. То пруд выроете, а он тут же зарастает. То асфальт каждый год на плитку меняете, то обратно приходится, потому что и плитка, и асфальт у вас хреновые, и класть их вы не умеете. Ты не обижайся, Митрич, я не про тебя лично - я про вас всех вместе взятых - рукожопых и лукавых горе-садоводов, паркоустроителей и прудостроителей последнего столетия. Что у вас хорошо получается - это таблички повсюду тыкать - "купаться запрещено!", тут не ходить, там не курить, здесь костер не жечь. Ну и заборы повсюду ставить. Тут вы мастера. Вот чего ты меня сейчас на пруд не пускаешь? Не ты его делал - не тебе и запрещать мне в нем купаться.
- Эка завернул! Мне ради таких извращенцев, как ты, чтобы в дождь купаться, пруд не закрывать что ли? - честно ответил бы Митрич - пара человек в грозу непременно нажрутся и тут же утопнут. Ну их всех нах! И тебя нах! Заколебали! Вон все из парка! И из прудов тож! Разбродились тут. Наконец-то дождик надвигается, как тут всех не разогнать.

Грустно прокрутив в голове этот демократический диалог, я полюбовался на закрытый парк снаружи и поехал домой. Ливень потом в самом деле был, на полчаса примерно у моего дома, и шквал был минут на десять. По климатическим меркам 90% территории нашей страны, это была отличная погода. Через час дождь прекратился, показалось солнышко, и тут вдруг проснулись станции громкого оповещения МЧС, зарокотали аццкими басами с перегудами. Не разобрал ни слова, но вообще такой ужас надобно включать только в случае ядерной атаки, да и то уже бесполезно. То, что дождь уже кончился и возобновляться в этот вечер не собирается, до МЧС дошло еще через час.

Столько суеты, а ведь будь мы обычными крестьянами, как наши предки, вообще бы не обратили внимания на эту тучу. Ну, полило слегка, просохло. Я их достойный наследник - легкая рубашка, шорты, сланцы на голую ногу, никакой косметики. Чего б мне было с этого дождя? А купаться не пустили.

И вот я задумался - сколько же серьезных, деятельных профессионалов внесли свой вклад в эту мою беззаботную часовую прогулку на пруд - все эти бдительные администрации парков, все эти тысячи охранников, добросовестно выполняющие их распоряжения, все эти метеорологи, неспособные правильно предсказать погоду даже на час вперед, все эти мчсовцы, неспособные даже акустику нормальную сделать на своих системах оповещения, задолбавшие меня своими ежедневными смсками, что сегодня опять надвигается природный катаклизм - то дождик, то солнышко слишком яркое. Доверь этим людям парковые репродукторы, они вообще весь день напролет начнут бубнить - если пасмурно, то что возможны шквальные порывы ветра, если ясно - что опасно находиться на солнце. Если пруд - что запрещено нырять и подбрасывать друг друга, чем собственно все нормальные люди на пруду и заняты.

Что объединяет всех этих, столь разных людей? Это люди, в сущности, одной профессии - как бы чего не вышло. Профессионалы предупреждать, предотвращать, бдеть, тащить и не пущать. Им сильно не повезло этим летом в Москве - оно, как назло, отличилось феноменально хорошей погодой. Но работать-то им хочется!

Однако задумаемся, что произошло бы, если бы все эти профи не вышли бы на работу вовсе в роковой вчерашний день, когда в кое веке случился долгожданный ливень. В отношении меня лично - ничего страшного, окромя радости, что не вышли. Приехал бы на пруд, искупался, а завидев тучу, либо успел бы вернуться домой, либо переждал бы дождик в самом пруду. С другой стороны, те, у кого хватает ума во время шквала отдыхать под большими деревьями или лезть в пруд, не умея плавать, всё равно убьются тем или иным способом. Таких хоть из дома не выпускай вовсе - разожрутся и досрочно помрут от ожирения.

С другой стороны, какие же молодцы были люди, которые двести - триста лет посадили эти дубы и устроили эти пруды в таком месте, что вода там до сих пор чистая. Этих профессионалов уже и на свете давно нет, а результат их труда меня до сих пор радует. Вроде простое это дело - вырастить дуб, устроить пруд. Но много ли вы видели широких дубрав и чистых прудов в 15-миллионном мегаполисе под названием Москва? А вот охраняющих, предупреждающих и запрещающих деятелей тут до хрена. Я бы охотно поменял их всех на сотню дубов и пару чистых прудов, мне много не нужно.

7

Посвящается истинно сильным людям ( не смешная история)

Есть люди, в которых ощущается внутренняя сила. Это когда смотришь на человека- и сразу понимаешь, что тот. кто стоит перед тобой - особенный, мощный, прошедший через огонь и пламя, и много, очень много повидавший на своем пути.
Часто ли я вижу таких людей? Нет. К огромному сожалению, я вижу их намного реже, чем хотел бы. Разумеется, эта внутренняя сила бывает очень разной - у кого то она созидательная, у кого-то разрушительная, у кого-то философская.

У людей в этой жизни разные цели - для кого то главной жизненной задачей стоит вырастить двух детей и дать им дорогу в жизнь, кто то всю жизнь занят научной работой, другие воспитывают молодежь, взращивая новые поколения и вкладывая им в головы то, что считают ценным и важным в дальнейшей жизни. Для кого то заработать миллион долларов является главной целью всей жизни, а кто то запросто может заработать миллиард, и не считает это пределом мечтаний. Кто то принципиально честен с окружающими, а для других слово честь и совесть это пустой звук.

Очень часто люди с внутренней силой осознают, что их главная цель в жизни- это служить другим людям. Служить так, как они могут, так, как читают и понимают правильным это служение обществу и его интересам.

Что думаю я, глядя на такого человека? Уголок сознания сразу начинает искать оправдание- чувак, ну мы же с тобой тоже стараемся! Мы же тоже делаем! Вон смотри, семью с тремя детьми от детдома спасли! Операций детям и взрослым сколько профинансировали, а ещё и молодых талантов воспитываем, культурное наследие спасаем! Чувак, да мы с тобой...УХ! Но другая часть сознания говорит: Ты можешь больше. Намного больше. Просто посмотри, сколько успел сделать этот человек в твоем возрасте. Нет, не должность занять - сколько он успел уже сделать для людей. И это только то, что ты о нем знаешь.

К чему это философское рассуждение?

Пару дней назад с другом созванивался. Он служит в подразделении по борьбе с наркотиками. По голосу слышу, что плохо человеку, хотя редко что может выбить из колеи мужчину, у которого застрелился отец, не захотевший пойти против своего долга перед Родиной. Спрашиваю, что и как.
- Вчера друг у меня на руках умер. Вместе 5 лет служили. Операция была, варщиков мета брали, очень крупных. Штурм был удачный, но главный, не желая сдаваться, взорвал гранату, и осколок неудачно вошел. Случай конечно...
Но я о другом - там в доме деньги лежали, некрупными купюрами, но прямо целый штабелем, и видно было, что человек их копил, копил, копил... Денег столько что давно можно было уехать в любую страну мира. Я вот стою над другом, вспоминаю эти деньги и понять пытаюсь - ладно, человек не ценил жизни людей, которые его варевом травились, ладно даже убил нападавшего - но ЗАЧЕМ, ЗАЧЕМ он вообще жил? В чем цель? Просто складывать в углу деньги?
Я не нашел, что ему ответить. Ибо сам тоже не понимаю, не знаю ответа на этот вопрос. Мне просто в этот момент стало стыдно за то, как мало я успел ещё сделать - ведь друг в его возрасте и с его родословной мог бы уже стать генералом и спокойно сидеть в шикарном кресле какой нибудь госкомпании, а он до сих пор майор и лично борется с теми, кто убивает наших близких и детей.

P.S. Накатило, извините...

8

У меня есть друг по фамилии Медведев. Мужик он умный, образованный, даже остепененный. Со своеобразным чувством юмора. Нередко собираясь домой, говорит, что пора в берлогу. Медведица ждет, да и медвежата скучают. Мы в своем коллективе уже привыкли к его условным обозначениям. Как-то купив электрошвабру, в длиной коробке, к тому же обернутую в бумагу, был остановлен полицейским патрулем. Было это недалеко от его дома. До этого он успел принять пару кружек пива. Спрашивают, а что несете. Докладывает, что сложное электронное изделие, полагает, что его медведице понравится. Патруль напрягается. А что за медведица. Да живет в моей берлоге, уже двое медвежат есть. Встречный вопрос был почти гениальным: Мужик, ты что в цирке работаешь? Домой он попал нормально. Показал надпись на коробке.

9

Про чутье ( напомнила история про моего водителя https://www.anekdot.ru/id/741269/ )

Организую для клуба и друзей сплав по речке. Выбрали подмосковье, что бы все успели доехать и после сплава устроить пикник. Как выразилась моя подруга- классический "тюфяк". Что самое сложное в организации? С одной стороны- ничего не забыть с собой, с другой- соблюдение техники безопасности. С третьей - я например, считаю ключевым грамотный подбор команды в каждую лодку. А это- задача не из простых. С кем то из приехавших на сплав я знаком шапочно, хотя сильно наслышан и видел человека в разных делах, с кем- то работал но уже давно, а с кем то просто общаюсь. Поэтому вкупе с организаторскими способностями тут нужна чуйка. Итог - компания поделена на 3 лодки:
в первой- зожники в составе архитектора, чиновника и топ- менеджера международной компании, во второй- женская команда, разбавленная специалистом по недвижимости, и в третьей, самой большой - чисто инвестора и владельцы собственного бизнеса. Половина публики на сплаве в первый раз, вторая половина ходила только в составе группу куда нибудь на рафтинг в турции. Профи- 2 человека. Попасть в точное время - то бишь успеть организовать пикник - весьма сложно, поэтому нужно просчитывать ситуацию заранее.
В итоге:
- Зожники приплыли первыми, проскочили точку окончания маршрута и потратили лишнее время на греблю против течения. Обсуждали политику, выборы и организацию дорожного движения в столице,
- лодка с девушками опоздала на 20 минут, но зато к моменту их прихода все оборудование уже было погружено, и мой риэлтор успел пристроить девушкам пару объектов в новостройках,
- наша лодка - плыла большую часть пути задом наперед, к финишу все были очень "теплые", балагурят, обсуждали ЗОЖ, спорт, марафоны и туризм. Ни слова о бизнесе, политике или инвестициях. При этом лодка пришла к финишу точно по времени.

Вывод отлично сформулировал мой друг:
Получилось все как в российском бизнесе - все бухие, все через жопу, никто не работает - но при этом есть результат, сроки не сорваны и деньги получены (это таки про мой скромный гешефт с продажи квартир)!

10

Когда мне было семь лет, я ходил в гости к Ане Горшковой. Раньше нас водили в один детский сад, иначе говоря, мы знали друг друга полжизни. В школы, однако, пошли в разные. А вот музыкалка была одна. Аня там училась хорошо, играла на фортепьяно и пела. Я учился плохо. Никак не могли решить, к какому инструменту меня прикрепить, всем было жалко инструмент.
Аня жила на втором этаже большого старинного дома по переулку Каховского. От нас недалеко, но надо было перейти улицу с машинами и пройти мимо интерната, где после землетрясения жили странные ташкентские дети. Мне, сегодняшнему, и не представить, как можно семилетнего ребенка отпускать одного. Но меня отпускали.
Аня всегда встречала меня у открытого пианино. Пела песню, чаще всего: "То березка, то рябина". Потом мы играли с шахматными фигурами, резными, диковинными. Доска не требовалась. Из больших книг строилась крепость с подземельями. Надо было освободить принцессу. Принцессой, конечно, была Аня. А я был принцем на белом шахматном коне. В разгар веселья Анина бабушка требовала нас на кухню, где угощала молоком и печеньем. А потом сообщала, что Анечке пора делать уроки.
— Да и тебе, наверное, тоже, — добавляла она с некоторым сомнением.
Аня жила с мамой и бабушкой. Маму её я видел всего пару раз.
— Моя мама самая красивая на свете! — как-то заявила Аня.
— Не, — зачем-то возразил я, — Джина Лоллобриджида самая красивая.
— Нет, мама! — воскликнула Аня обиженно, — Мама, мама, мама!
Это был сильный ход. Проговорить так же быстро имя итальянской актрисы я не мог и сдался, без особого, впрочем, сожаления.
И вот как-то я пришёл, нажал звонок и приготовился ждать. Дверь всегда открывала бабушка и ждать приходилось долго. Но в тот раз дверь распахнулась мгновенно. Я увидел маму Ани, очень взволнованную. Сразу же она стала ещё и растерянной, поскольку никого перед собой не видела. Ведь чтобы заметить меня, надо было смотреть вниз. В её глазах мне показались слёзы.
— Похожа на Джину Лоллобриджиду, — подумал я, а вслух сказал — Аня дома?
— А... Это ты... — женщина, наконец, опустила глаза и увидела меня. — Да, дома, проходи. Скоро мама придёт из булочной, угостит вас чем-нибудь.
Через минуту я уже слушал про берёзку и рябину. А из головы не шло: "А... Это ты...". Где мне было знать, что запомню эти слова на всю жизнь. Я был удивлён случившемся со мной, охватившим меня новым чувством, столь же непонятным, сколь и неизбежным.
С тех пор к Ане Горшковой я больше не приходил. Не помню уже, что было тому виной. Кол, полученный по физкультуре, — я не успел переодеться. Или наступившая зима. А может и что-то более важное...

11

Про одно предложение руки и сердца. Извините за многословие, сокращал как мог. И предупреждение для моих друзей. Если вдруг узнаете здесь свои черты или фрагменты своей биографии – не пугайтесь, это не про вас. Я нарочно всё перемешал, чтобы скрыть настоящих участников.

***

Мой однокурсник Ваня Пинягин был влюблен в красавицу Адочку Айзман. Евреев в вузе было процентов 30, почему – обсуждайте с кем-нибудь другим, мне надоело, но в нашей тесной компании Иван, сын сельского священника, был чуть ли не единственным русским. Он рассказывал:
– Батя спрашивает: «Твои еврейчики хотя бы мацу не вкушают?» А что я скажу? Вкушают, аж за ушами трещит. И я с ними.
Мы легкомысленно отвечали, что маца у нас диетическая, без примеси христианской крови.

Юность и свежесть делают привлекательной почти любую девушку, но Адочка и правда была чудо как хороша. Сохранилось фото с ее восемнадцатилетия – один в один постер к сериалу «Ход королевы», только на столе вместо шахмат разномастные стаканы и кружки. Карточка черно-белая, но цвет только усилил бы сходство с актрисой, подчеркнув рыжие кудри и огромные зеленые глаза.

По-деревенски прямой и наивный Ваня сделал ей предложение уже на третий месяц учебы. По всей форме, при свидетелях, с кольцом и вставанием на колено. Ада покраснела до корней своих рыжих волос и рассмеялась:
– Ванечка, куда ты спешишь? Ты хороший, но мы еле знакомы, и нам ведь еще даже нет восемнадцати. Я обещала родителям, что буду учиться, а не влюбляться. Подожди пару лет хотя бы.

Два года Ваня ждать не стал, к лету они стали парой, насколько это возможно в условиях советского общежития. Потом почему-то разбежались. Сразу после защиты Ада вышла замуж за доцента Мервиса с кафедры матeматики.

***

В перестройку добрая треть нашего курса оказалась за границей. Я сильно подзадержался и через двадцать с чем-то лет после выпуска только распечатал ту бочку дерьма, которую должен потребить всякий эмигрант, прежде чем дойдет до повидла. Жил один (жена ушла, дочки выросли), снимал в Бруклине конуру, единственным достоинством которой была неправдоподобно низкая цена: домовладелец, девяностолетний румынский еврей, давно выжил из ума и забывал повышать квартплату.

Там меня и навестил Иван, приехавший в Нью-Йорк туристом. Он сильно постарел, от густых когда-то волос осталась прическа фасона «внутренний заем» – длинная прядь поперек лысины. Он удачно вписался в новые времена, завел бизнес в провинции, что-то строил, что-то возил. А вот с семьей не повезло: однажды не вовремя вернулся домой и застал жену с финдиректором, по совместительству лучшим другом. Больше длительных связей не заводил, обходится девочками на одну ночь. У дочери своя жизнь, от отца ей нужны только деньги.

Я рассказал о судьбе наших ребят, уехавших в США раньше. Их с полдюжины в разных городах, все успешные айтишники.
– А она? – спросил Ваня. Я не сразу понял, кого он имел в виду.
– В Чикаго. Мервис со своим матанализом работает в страховой компании, считает риски. Сама Ада менеджер в IT. Сыновья в университете. Большой дом в пригороде. Американская мечта во весь рост. Да у меня и фотографии есть.

Ваня долго всматривался в фото, потом вздохнул:
– Красивая...
– Это карточки мелкие, морщин не видно. Ей столько же лет, сколько нам.
– Да какая разница? У тебя осталась та фотокарточка, с восемнадцатилетия? Вот сравни. Это же она? Она. Я смотрю на эту, а вижу ту. И всегда буду видеть. Я ведь делал ей предложение еще раз, на пятом курсе. Сказала, что опоздал. Что любит меня, но у нее уже с Мервисом всё на мази. Не из-за московской прописки или еще чего-то, а потому что еврей. Я говорю: не вопрос, чик-чик и готово. Еще до хрена останется. Засмеялась.
– Вань, ты как будто с нами в бане не был. Из нас половина не обрезанные. Еврейство в голове, а не в головке. Вот он с ней поехал в Америку, а ты?
– Поехал бы. Хоть в Израиль, хоть в Африку, хоть на Марс, лишь бы с ней.
– Как-то ты женщин идеализируешь. Что моя жена, что твоя. Да и Ада нехорошо с тобой поступила.
– То бабы, а то она. Не путай. Да ладно, что уж теперь. Не ждать же, пока Мервис сдохнет.
– Долгонько ждать придется. Это Америка, тут долго живут. Да восьмидесяти как нечего делать. А то и до девяноста.

***

В последующие годы в моем эмигрантском дерьме стало попадаться варенье, странным образом не без участия Ады. С ее подачи я нашел работу в Чикаго, а после переезда завел роман с ее подругой. Мы не поженились, но несколько лет счастливо прожили вместе. Мы близко приятельствовали с Мервисами: бывали друг у друга в гостях, ходили на спектакли, выставки, концерты заезжих бардов (это последнее втроем, Ада терпеть не могла самодеятельность), пару раз даже ездили вчетвером отдыхать.

Однажды я пришел домой и застал у нас заплаканную Аду. Моя подруга пыталась ее утешать, но, судя по почти пустой бутылке ликера, горе было слишком велико. Ада обернулась ко мне:
– Вот скажи, я старая?

Я внимательно ее оглядел, хотя ответ не требовал размышлений. Да, закрашенная седина, подтяжки-перетяжки, ботоксы-шмотоксы, морщин на шее все равно не скрыть. Но если задать себе Ванин вопрос: вижу я перед собой юную Адочку с того фото? Вижу, без малейшего усилия.
– Нет, конечно, – ответил я. – А что случилось?
– Мервис, козел, хочет разводиться. Сказал, что я его больше не возбуждаю. Ну да, мне пятьдесят, но ему-то скоро семьдесят! У него уже лет десять без домкрата не встает. Вот, нашел себе сорокалетний домкрат с третьим размером. Нелегалка, в Штатах без году неделя. И когда только успел, мы же всё время вместе?

***

На самом севере США, на стыке озер Гурон и Мичиган есть остров Макино. Чисто туристское место: природа, отели и рестораны. Там запрещен любой моторный транспорт, ездят только на велосипедах и лошадях. Вот туда мы с подругой отправились на длинные выходные и уговорили Аду поехать с нами, чтобы развеяться после развода.

В первый вечер этой поездки мы сидели за столиком уличного кафе, среди нарядно одетых туристов. Горел закат, звенели цикады. В конце улицы показалсь украшенная цветами двухместная пролетка – местный Гранд-отель сдает ее напрокат новобрачным, свадьбы на острове проходят регулярно. Ада развивала свою любимую тему, про козла Мервиса и козлов-мужчин в целом.
– Смотри, какая красота вокруг, – обратилась она ко мне. – Что ж ты девушку замуж не зовешь? Самое время и место.
– Да звал я десять раз. Она не хочет.
– И правильно. Зачем брак в нашем возрасте? Дети выросли, дом есть, денег хватает. А нужно потрахаться – сошлись-разошлись, и все дела.
– А любовь? – спросила моя подруга.
– Любовь была в двадцать лет. Кончилась. Я и тогда была разумная девушка, выбрала умом, а не сердцем. А теперь что, время назад не вернешь.
– Ада, оглянись, – перебил я.

Пролетка подъехала к нам вплотную. Из нее вышел высокий бритоголовый господин и опустился на колено перед Адой. Туристы за соседними столиками зааплодировали.

Очень интересно было наблюдать за Адиным лицом в этот момент. Сперва она растерялась. Потом узнала его, и я увидел, как тридцать лет слетели с нее в одно мгновение. На самом деле лицо, конечно, не изменилось, только глаза осветили его изнутри зеленым светом.
– Ванечка, – прошептала она, – откуда ты взялся?
– Оттуда, – Иван неопределенно махнул рукой на восток. – Теперь-то я наконец вовремя?

Не дожидаясь ответа, он подхватил Аду на руки, посадил в пролетку, и экипаж покатил вверх по улице, в сторону Гранд-отеля. Там у Ивана был снят номер для новобрачных. Я знаю это наверняка, потому что весь этот спектакль был подготовлен с моим активным участием. Несколько лет я переписывался с Ваней, держа его в курсе всех перипетий Адиной жизни, а на финальном этапе подключилась моя подруга. Именно она придумала остров, пролетку и даже поработала над Ваниным внешним обликом, заставив его сбрить «внутренний заем».

Прошло уже восемь лет. Ваня свой бизнес не бросил, живет на две страны, хотя в последнее время это стало сложно. Судя по регулярно появляющимся в соцсетях фоточкам из разных экзотических мест, времени они зря не теряют, даже во время локдауна ухитрялись куда-то ездить. Золотую свадьбу вряд ли отметят, а вот серебряную – вполне. Это Америка, тут живут долго.

***

На самом деле «домкрат» Мервису подогнал тоже я. Узнав, что случайная знакомая ищет старичка с деньгами и гражданством, посоветовал ей сходить на бардовский концерт и показал, на кого обратить внимание. Вот он оказался пострадавшим в этой истории, потерял на старости лет и старую жену, и новую, и покой, и изрядную сумму денег. Но вины перед ним я не чувствую. В конце концов, он мог бы и отказаться.

12

xxx:
Как-то после окончания первого курса меня на лето устроили "по-знакомству" к какому-то средне-дальнему родственнику в шлакоблочный цех. Подсобой ясен-пень. Мол и деньгу хоть малую, но поимеешь, да и зарабатывать ее своим горбом научишься (то, что я половине группы за деньги писал рефераты - это работой в понимании "РАБОТА" не считалось). Месяц я там отпахал, предвкушая з/п (приблизительную сумм я знал) и планируя что себе купить. Через месяц я получил сумму, равную стоимости проезда туда-сюда на месяц. На вопрос "А где остальное?" было отвечено "Остальные деньги я отдал твоим родителям, они с пользой их потратят, а ты еще маленький для распоряжаться финансами". На следующий день я на работу не вышел.
Дома же мне было отвечено, почти то же самое, мол ты их на всякую фигню потратишь. На мою претензию "Я заработал - я и распоряжаюсь ими (тогда я планировал половину все таки оставить на хозяйство)" ответ был: вот получишь паспорт - тогда и будешь деньгами распоряжаться.

На следующий день я на работу не вышел по причине того, что уехал из дома в соседний город (где учился). Поселился у друга на съёмнике, с его братаном старшим по шабайкам строительным начали ходить, кое-чему я за пару месяцев и научиться успел.
И вот тогда я понял чем отличается "Быстро, дешево, качественно - вычеркни лишнее" (девиз шабаёв) от "Ебашь за копейки до упаду на дядю" (буквально).

13

Бремя любви тяжело, если даже несут его двое.
Нашу с тобою любовь нынче несу я один.
Долю мою и твою берегу я ревниво и свято,
Но для кого и зачем — сам я сказать не могу.
(С. Маршак)

Некто Леша вот тут https://www.anekdot.ru/id/1225754/ подтвердил старую истину: одни заключают брак бегом на коленке и потом счастливо живут до бриллиантовой свадьбы, а другие женятся со всем пафосом, в платье от лучших задрищенских кутюрье, с сотнями гостей, похищением невесты и тысячей дурацких конкурсов, призванных хоть как-то отбить расходы, и потом их любовная лодка, перегруженная всей этой хренью, тонет, едва отплыв от берега. Я повидал и подтверждений этого правила, и исключений, ничего принципиально нового не добавлю, но две истории расскажу.

Первая – о моих родителях. Это 1960 год. Отцу было уже 30, на вид еще больше: он рано поседел, плюс добавляли солидности очки и должность директора сельской школы. Он строго придерживался правила не крутить любовь там, где работаешь. На выходные уезжал на колхозной полуторке в райцентр, где жили родители, и вот там покоренными им девушками можно было мостить улицы. Сохранился фотоальбом, в котором целый разворот занимают фотографии кудрявых красоток с надписями на обороте: «Дорогому ... на вечную память». Мама эти карточки всегда с неодобрением пролистывала, но не выкинула даже после папиной смерти.

Маму прислали в эту школу после института учительницей физики. Ее родители жили в том же райцентре. Стали ездить в город на полуторке вдвоем, так и сдружились. Пару месяцев жили двойной жизнью: по выходным в городе встречались, а в деревне всю рабочую неделю соблюдали конспирацию, чтобы не говорили, что директор развел аморалку на рабочем месте. Когда ехали в город на зимние каникулы, отец вдруг сказал:
– Заедем тут в одно место.

«Одним местом» оказался загс. Паспорта у невесты с собой не было, пришлось взять бланки и зайти к ней домой. Родители невесты знали жениха только как дочкиного начальника, сильно удивились. Родители жениха удивились еще больше, они невесту до того вообще ни разу не видели. Регистраторша в загсе попыталась дать им время на раздумье, но отец сказал:
– Девушка, посмотрите на меня. У меня голова вся седая, о чем мне еще думать?

Пошли вдвоем в ресторан, отец заказал бутылку шампанского и новомодный деликатес – салат оливье. Вот и всё торжество. После каникул вернулись в село, перевезли мамины платья, подушку и две простыни на отцовскую квартиру и стали жить вместе. Не дотянули, к сожалению, ни до бриллиантовой свадьбы, ни даже до золотой, но 45 лет счастливой семейной жизни у них было. Отец умер 16 лет назад. Мама жива, живет за них двоих, дай ей бог еще долгих лет.

Я по части нелюбви к пафосу пошел в отца, может даже его превзошел. Мы с Ленкой подали заявление в августе 1984-го. Тогда, если один из будущих супругов был москвич, а другой нет, полагалось три месяца на раздумье, чтобы не женились ради московской прописки. Запланировали свадьбу на начало ноября, чтобы мои родители могли приехать на осенних каникулах. Заказали столик в ресторане на десяток ближайших родственников, и я уехал дорабатывать по распределению.

В середине октября, накопив пару отгулов, я приехал к Ленке в Москву. Ее родители были в санатории, дома только 86-летний дедушка. Мы предвкушали три дня вдвоем, но получилось иначе. Дедушке стало плохо. Ленка позвонила в скорую и двум дальним родственницам-врачихам, которые приехали даже раньше. Оказалось, микроинсульт, ничего страшного, но за дедушкой надо было следить, дежурить у его постели. Мы решили родителям не сообщать, все равно они раньше приехать не смогут, только переволнуются, подежурим сами. Тетушки обрадовались такому решению и отпустили нас за покупками и пару часов погулять.

Вот во время этой прогулки, на пути из аптеки в булочную, нам попалась на глаза вывеска загса, в котором лежало заявление. И мы поняли, что не можем ждать еще три недели. Ничего не было готово, ее платье еще лежало в ателье, мой костюм висел в магазине, фотографа и тамады не было и не планировалось. Обручальное кольцо (перелитое из прабабушкиного) Ленка вопреки всем правилам носила уже месяц, а я свое так никогда и не стал носить. Казалось бы, три недели ничего не решали, штамп в паспорте ничего не менял в нашем положении, мы даже съехаться не могли, пока меня не отпустят с работы. Но почему-то это стало вдруг очень важным.

Зашли, рассказали регистраторше, сильно сгустив краски, что дедушка при смерти, и если она не распишет нас прямо сейчас, то свадьбы не будет, и на ее совести останется наше несостоявшееся семейное счастье. Она поддалась и нас расписала (паспорта с собой были, мы, видимо, подсознательно что-то такое предвидели). Купили бутылку шампанского и салат оливье в кулинарии (вот она, наследственность!), дома выставили на стол и сказали тетушкам:
– Поздравьте нас, сегодня мы стали мужем и женой.

Тут я по реакции тетушек догадался, что они поняли нас как-то не так, и поспешил уточнить:
– Мы расписались в загсе.
– А то, о чем вы подумали, – добавила Ленка, – случилось еще в прошлом году.

Конечно, этим шампанским празднование не ограничилось. В ноябре мы отметили наше бракосочетание с родителями. Потом пригласили в гости парочку общих друзей, потом Ленкиных одноклассниц, моих однокурсников, еще кого-то... В середине декабря Ленкин трехлетний племянник спросил:
– А что, свадьба у нас уже кончилась? Ленка перестала жениться?

Дедушка вскоре оклемался и прожил еще три года, успел понянчить нашу старшую дочь. Младшую уже не увидел. Брак наш продлился недолго, через восемь лет Ленку сбила машина. Я, можно сказать, тоже с тех пор живу за двоих. Сейчас думаю: если бы не эта трагедия, протянули бы мы до серебряной свадьбы? Не факт. Она была девушка с характером, я тоже не подарок. Мы периодически ссорились, пару раз даже дрались. Но всё равно восемь лет брака, начавшиеся по пути из аптеки в булочную – это были самые счастливые восемь лет.

14

Мои родители поженились в 1961 только потому, что 31 декабря 1960 загс дальней стройки коммунизма оказался закрыт до 3 января.

Пришли третьего числа, выяснилась проблема: нужны свидетели со стороны жениха и невесты. Отец сходил на улицу, за пару минут отловил и привел обоих.

3 января 2021 отпраздновали бриллиантовую свадьбу, более счастливой пары я не знаю, результат - двое детей, весьма им признательных, что они тогда встретились.

Мой первый брак стоил мне практически всех сбережений, привезенных из США. Нам не дали расписаться сразу, выделили на раздумья месяц. Процедура заключения брака заняла дофига времени и рассорила меня с невестой, потому что за этот месяц я успел получить два гранта и вынужден был уехать по ним обратно в США, отложив свадьбу не задумываясь - какое имело значение, что какая-то чужая авторизованная тетка поставит закорючку, если мы и так жили вместе?

Ну, если бы она кадилом махала, была рукоположена и празднично одета, в этом было бы церковное таинство. Знак уважения если не к конкретному попу-представителю церкви, то к святым, которые среди нее попадались неоднократно, и ритуалы которых он в меру сил соблюдает.

А эта загсовая тетка что? Вариант Кисы Воробьянинова, отдел регистрации гражданских состояний смертей и браков. При одном взгляде на нее хотелось переодеть, косметику смыть и нарисовать заново, постричь, помыть, а также весь этот месяц подержать на диете с активными физическими упражнениями и дать нормальное образование на уровне начальной школы, чтобы одним своим видом и речью не позорила нашу свадьбу. Где еще, кроме постсоветского пространства, вы видели бракосочетающий напомаженный торт на коротких ножках? Одним своим видом она намекала, во что может превратиться невеста, если будет много жрать по ночам и сидеть на жопе все остальное время.

Прелестной же невесте моей этот акт представлялся столь важным, что она три часа мужественно просидела на утренней зорьке, пока ей делали свадебную прическу с прикрепленной насмерть фатой, после чего ее даже обнять нельзя было, не рискуя вырвать волосы. А мне пришлось спать эту ночь спать отдельно, у родителей. Рано утром скакать под проливным дождем в лучшем костюме, крепя на авто отвалившиеся декорации.

По прошествии двух десятилетий, мне нас обоих юных просто жалко. Невеста была сногсшибательна - предыдущего жениха, перспективного потомка внезапно разбогатевших комсомольских деятелей, со всеми видами на скорый выезд в США, она отшила из внезапно нахлынувшего омерзения - он к ней прижался во время медленного танца, а в паху оказался мягок, как будто бы и не было там ничего. Говорила об этом с искренним недоумением. Похоже, с ней никто до этого медленных танцев без эрекции не танцевал.

У нас тогда получилась всем свадьбам свадьба: и занятные квесты на сообразительность, устроенные лучшими подругами невесты перед входом в нашу квартиру, от них я промок уже до трусов, и полсотни гостей погуляли вовсю в одном из лучших ресторанов города.

Свадьбу всю эту я организовал сам за три дня после очередного трансатлантического перелета, счета подписывал не глядя - надо, так надо. Но без всякого опыта - это была моя первая свадьба, и я искренне надеялся, что последняя - у нас в роду так принято, чего мелочиться на такое событие, раз деньги есть. Невесту любил, жизнь с ней собирался до гроба, и что я за мужик такой буду, если нашу свадьбу сам организовать не в силах.

Ну и разумеется, чего-то недосмотрел или недолепил по мелочи. Невыспавшаяся невеста впала в истерику и отчитала меня при людях. Мне остро хотелось развестись примерно через полчаса после росписи. Брачная ночь была первой за время знакомства, когда мы не спали вместе. Лучше бы нам сразу поставили эту закорючку, как отцу с мамой, без всех этих свадеб - может, до сих пор счастливо жили бы вместе. Хорошие отношения у нас наладились только после развода и до сих пор сохранились - никому ничего друг от друга уже не нужно, но обоим нравится общаться за треть планеты, родная душа. А когда были вместе - женщины не то чтобы злопамятны, но всё помнят и мстят чисто подсознательно, даже если простили.

А вот другая история, из жизни моих хороших старинных знакомых - девушке парень, случайно встреченный на пляже, понравился настолько, что она пустилась плыть за ним вслед, не умея плавать - на надувном матраце. Разговорились, заплыли далеко за буйки, и тут матрац лопнул. Девушка стала тонуть и застенчиво в этом призналась. Парень был крепок и повлек ее на себе к берегу. К ним бросились спасатели и первым делом оглушили его веслом, чтобы не мешал спасать обоих. Очнулись оба на дне спасательной лодки, лежа носом к носу, телом к телу. Так начиналась любовь. Но потом кто-то из них что-то нечаянно ляпнул. Он решил, что она явно намекает про пора расстаться. А она - что намекает он. Ну, оба скрепя сердцем и расстались.

Встретились потом через год случайно, в кинотеатре, далеком от обоих своих районов. Недавно отпраздновали свою золотую свадьбу. Еще одна счастливая пара из тех, что знаю лично. Они тогда были студенты, свадьбой и ее обычаями особо не заморачивались. У кого что нашлось - на то и выпили, много танцевали и играли под гитару. Невесту никто и не думал похищать, выкупы и квесты не затевали, списком приглашенных не заморачивались. Кто захотел, тот и пришел. Профессиональный тамада им вообще был не нужен - в их кругу друзей каждый тамада.

Благодаря этой паре инженеров ходит сейчас по планете прекрасная девушка, летают многие спутники, стоят от Калининграда до Чукотки электрические вышки, а сама пара отсиживается сейчас на своей даче, где засадила всё цветами и охотно приглашает на шашлыки. А ведь могли бы и не пойти в тот кинотеатр. Или ляпнуть пару слов, из-за которых расстались бы навсегда. Иные жизни бы сложились, иные люди родились бы или не родились.

Когда б вы знали, из какого сора рождаются все наши ссоры.

15

Встречался со знакомым адвокатом по наследным делам, поведал мне историю

Старая московская семья, состоящая из дедушки, его дочери с мужем и двух внуков, один из которых женился, второй собирается. Дедушка живет в просторной двушке на Арбате, у дочери с мужем трешка в спальном районе и дача, один из сыновей снимает квартиру, второй живет с супругой у её родителей. Деду на момент начала истории 89 лет( дочь единственная и поздняя), но он вполне бодр. Далее - первый внук берет ипотеку, и переезжает с супругой в отдельную квартиру в пригороде. Дед попадает в больницу, состояние быстро ухудшается. Второй внук берет ипотеку, переезжает в спальник у МКАДа . Дед пишет завещание, с согласия дочери, передавая квартиру пополам обеим внукам. Врач звонит дочери - дает пару недель пациенту, та собирает семью, прощаются с дедом.

Прошло 10 лет. Деду 99 и он снова попал в больницу. Врач дает неделю от силы- две. Дочь- пенсионерка собирает всю семью. Внуки разумеется, приезжают, но, умудренные опытом ( один из них уже успел за это время выплатить ипотеку и ещё раз переехать, а второй стать дважды папой) - уже на такую херню не ведутся:))))

16

Эта история приключилась в далеком 1974 году. Казахстан. Кустанайская область. Наш батальон помогает убирать хлеб. Одинокий полевой стан. Здесь в единственном доме расположилось руководство автобата.

В первый день, как мы прибыли на это место, пока старшина не успел разгрузить имущество с прицепа, он строго приказал заступающим в наряд не спать ночью, а то, дескать, казахи упрут сапоги и портянки, а заодно и новый зиловский прицеп. Мне же, лично, он сказал, прицеп вряд ли уведут, а вот снять новенькое колесо — как пить дать могут!

Ночью мы как и положено заснули. В часа два я вышел на двор отлить и вижу, что на прицепе нет колеса. Я в ужасе. Разбудил другого дневального и мы быстренько помчались в автопарк (1,5 км), чтобы снять колесо с какой-нибудь машины. В автопарке все спали. Мы лихо скрутили колесо с одного ЗИЛа и покатили его к прицепу. На все у нас ушло 3 часа. Перед самым рассветом мы с чувством глубокого удовлетворения легли спать. Через пару часов я проснулся от какого-то шума, прислушался. Старшина кричал не своим голосом, кому-то доказывая: «Я сам, лично, опасаясь, что дневальные заснут и прицеп утащат — снял одно колесо…»

17

Навеяно, как говорится в народе, темой от 22.05.2010
https://www.anekdot.ru/id/451620/
Синопсис: жадная проводница вознамерилась подзаработать на безбилетных по ТТХ условиям пассажирах, и что из этого ей вышло боком.
Мой случай был другим, но нервов мне это стоило…

Давным-давно, при СССР...
Первый курс ВУЗа, зелёный как 3р. вчерашний школьник решил смотаться на малую Родину, — маму повидать, винишка попить с теми, кто ещё не успел принять присягу. Но это было начало ноября, т.е. праздники и вся суета, с ними связанная.
А так же проблема с билетами.
И ехать-то недалеко, каких-то сраных восемь часов, но билетов не было принципиально. А желающих отъехать — полный вокзал.

Не знаю, на каком уровне власти решали задачу, но дополнительно дали два состава в нужном направлении (Н-ск — Н-цк). Не два поезда, а два состава электричек. Восемь часов на деревянной сидухе — сомнительное удовольствие, но деваться некуда, бо охота пуще неволи. Дело за малым — влезть в эту электричку. Билеты?... Какие билеты! Вы шутите?...
В общем, пробрался кое-как, сидеть, конечно, негде, а дело уже вечером, в сон тянет.
Вышел в тамбур, присел на корточки у стеночки, подрёмываю...

Вдруг хлопок по плечу.
— Ваш билет.
Твою мать...
И повели меня контролёры с собой. Чрез пару-тройку минут остановка на каком-то Богом забытом полустанке. И меня, такого молодого, красивого, в белой кроличьей шапке — из поезда нахуй.

Огляделся — пиздец... Ни домов, ни огней, ничего...
Но если хочешь жить!… Рванул вдоль состава в противоположную от хода контролёров сторону и успел!... Успел влететь в открытую дверь... Вот что страх животворящий с людьми делает!

Зашёл в вагон, отдышался, успокоился. А там уже и места сидячие освобождаться начали. Пристроился, закемарил...
— Ваш билет...
Да ёбаный же ты...

Тут народ начал вступаться.
— У нас уже проверяли!... У него уже проверяли!...
— Ага, проверяли... Мы такую толпу зайцев наловили после этих проверяющих… Молодой человек, пройдёмте...

И потащили меня в следующий вагон.
Один контролёр пёр вперёд, а второй проверял билеты сразу в тамбуре. Сходились они примерно в середине. Я, естественно, проходил в вагон, — деваться было некуда. Но и высаживаться ночью незнамо где практически зимой мне тоже не хотелось.
И вот то ли во втором, то ли в третьем вагоне увидел знакомых ребят и тут же пришла идея.
Скинул куртку, шапку, кто-то дал в руки гитару, — сидим, песни мурлычим, никого не трогаем. Контролёры окучили вагон. А где пацан?... Где белая шапка? Ага, щаз, шапку вам.

В общем, побегали, пошумели, да так ни с чем и отвалили. Не считая зайцев. Что с ними было — не знаю, если без денег, то высадили, конечно, даже не сомневаюсь. Но это уже чужая история.

18

Как я писал годовое сочинение на украинском.

Всё началось, когда наша учительница украинского языка и литературы ушла в декретный отпуск в середине года. На замену пришла новая, но с таким ЧСВ (чувство собственной важности), что выше только спутники летают. «Вы все дебилы». «Как вы оказались в нормальной школе». «Школа для умственно отсталых – ваше место». «Закрой рот, ты не самый умный». «Твоё мнение никого не интересует». При этом она себя считала специалистом во всём, в литературе, истории, географии, что по сравнению с ней «Клуб знатоков» - школа для слабоумных. Хотя по манере говорить и одеваться очень сильно напоминала Фросю Бурлакову, за что моментально получила кличку «колхозница». Меня мало интересовали её закидоны, восьмой класс, я собирался поступать в техникум, надо было продержаться последние полгода.

В начале мая наша колхозница решила, «для прояснения глупости и никчемности» необходимо, чтобы каждый ученик написал сочинение на тему, которую она лично ему даст, а потом это всё будет зачитываться в классе с полным разбором. Мне досталась тема довольно простая, о пожертвовании собой ради народа, семьи и т.д. и т.п. Дополнительным требованием было, чтобы действие происходило на территории современной Украины. Время – месяц.

Я не переживал по этому поводу ибо всегда можно было обратиться к теме партизанского движения в ВОВ, благо на территории Украины действовало много отрядов и написано огромное количество книг. Но не зря говорят: «если хочешь рассмешить Бога расскажи ему о своих планах». Всё получилось гораздо веселее и даже удалось сильно опустить ЧСВ нашей колхознице.

На каких-то семейных посиделках, куда меня периодически таскали родители (тебя никто не спрашивает, одевайся, мы идем в гости к дяде/тёте…), я, роясь в шкафу с книгами, наткнулся на распечатку в самиздате. Это была японская новелла, вернее новелла Ситиро Фукадзава «Сказ о горе Нараяма» (1956). Сел читать и обалдел. Вот оно – готовое сочинение. Это то, что мне надо. Прошу несколько листков бумаги и начинаю конспектировать, практически полностью переписывая последние страницы (восхождение на гору).

Дома начинаю готовить сочинение. Так, Япония у нас станет Украиной. А где у нас горы? А у нас есть Карпаты. Нараяма станет «Горой мёртвых». А кто у нас жил в Карпатах? Понятия не имею. Ладно, потом разберёмся. Имена героев. А какие тогда были имена? Тоже на потом. Через несколько часов сочинение готово, но остаются вопросы. Идти в библиотеку? Стоп, что-то я туплю. В библиотеку, идти надо, но только в библиотеку ДК ученых, там же есть отделение общества «Знание». Я туда и сам частенько хожу на разные лекции. А лекции читали преподаватели ВУЗов, пенсионеры – настоящие энтузиасты. Беру тетрадку, пару карандашей и отправляюсь в ДК. В этот день Удача была на моей стороне. Библиотекарь на вопрос, что можно почитать по этнографии Украины показала на пожилого мужчину, сидящего в стороне и листающего какой-то фолиант. Я подошёл, поздоровался, извинился за назойливость, попросил помощи. В течении часа мною была прослушана лекция о племенах и народностях, населяющих Карпаты и Закарпатье от древних времён до наших дней. Старался записывать, как мог, но в голове была каша из даков, бастранов, русинов, гуцулов, бойков и лемков. Их традиции, язык, фольклор и многое другое.

Дома не торопясь закончил сочинение. Получилось даже очень и очень неплохо. Послезавтра – последний срок. Вроде успеваю. На следующий день понимаю, что замечаю за собой признаки слабоумия. Сочинение написано на русском, а надо на украинском. Что делать? Сидеть в библиотеке со словарём? Так не успеваю, а ошибок будет больше, чем слов. Стоп, у меня явно наблюдаются припадки идиотизма. Ведь решение вот, рядом, минут пятнадцать ходьбы от дома. И решение зовут Юлька. Наши мамы были подругами и они часто ходили друг к другу в гости. Юлька была хорошенькой, умненькой, слегка плотной, как сейчас говорят, бодипозитивной девочкой. А самое главное – она училась в единственной в городе украинско-английской школе, где предметы преподавались на украинском языке. Уж чем, а украинским она владела великолепно. Я к ней относился чисто по дружески, но замечал, что она в мою сторону очень неровно дышит.

Иду к телефону.

- Юленька, свет очей моих, позволь поинтересоваться твоими планами на сегодня.
- Ой, Саша, привет, а почему ты не заходишь, совсем меня забыл.
- Как можно, Юленька, я всегда рад тебе, но ты же знаешь, конец года. Контрольные, самостоятельные, готовиться надо. Но сегодня могу зайти.
- Да, вот здорово. А что-то случилось?
- Случилось, радость моя. Случилось годовое сочинение по украинской литературе. По-русски я написал, надо только перевести, ну ошибки проверить, ты же знаешь, у меня всегда ошибок больше, чем слов. И только ты сможешь меня спасти от неминуемой гибели.
- А что мне за это будет?
- Я тебя поцелую.
- Правда?!!
- Так я к тебе зайду?
- Конечно заходи. Я жду.

Язык мой – враг мой. Кто меня тянул за язык ляпать за поцелуи. Ладно, будем выкручиваться. Обшариваю стол и карманы в поисках финансов. А ведь я богат, у меня около трёх рублей. Беру с собой новую тетрадь, ручку, листки с сочинением, захожу по дороге в магазин «Торты», покупаю несколько пирожных и к Юльке.
Не успеваю зайти в квартиру, как Юлька тянется ко мне.

- Юленька! Солнце моё, ты же так подавишь пирожные.
- Пирожные! Пойду поставлю чайник.
- Нет, давай пирожные в холодильник, а мы займёмся сочинением.

Юлька недовольно проходит на кухню. Я раскладываю свои бумаги. Предложение за предложением аккуратным, практическим чертёжным почерком переносятся в тетрадь. Я не намерен дома переписывать, тем более, что могу наляпать ошибок. Через два часа сочинение готово. Юлька опять пытается потянуться ко мне, но приходит её мама. Девушка резко отодвигается от меня.

- Мам, у нас гости. Саша пришёл, пирожные принёс.
- Прекрасно, ставь чайник.

Я сбегаю, обещая навестить их завтра отговариваясь тем, что мне надо ещё сделать математику, что собственно, было правдой. Юлька провожая, берёт с меня честное слово, прийти завтра.

Настал великий день.

- Ну давай, посмотрим, что ты там накарябал.

Передаю тетрадь. Колхозница с брезгливой ухмылкой на лице читает вслух.

- Странно это всё, хотя ошибок нет. (а какие могут быть ошибки, Юлька несколько раз проверяла)
- Хотя это всё глупость и полная чушь. Что это за деревня русинов. Русские там никогда не жили.

Настал мой час. Встаю, неторопливо снимаю очки, достаю носовой платок и начинаю их медленно протирать.

- Ну, я жду объяснений.
- Если вы на досуге обратитесь к книгам и проштудируете труды исследователя – этнографа такого-то, а также труды профессора такого-то, то вы узнаете, что русины являются отдельным этносом восточно-славянского населения, имеющего свою культуру, традиции, язык и фольклор.

И в этот момент я вываливаю на колхозницу всё, что я сумел запомнить из лекции прослушанной в библиотеке ДК ученых. Тетка даже уменьшилась в размерах. Куда только делась надменность и превосходство. Последний гвоздь забивает Таня, сидящая впереди меня.

- Кстати, о русинах упоминает Сенкевич в своих произведениях.

- А причем здесь «Клуб кинопутешествий»?

Подключается Вика, соседка по парте.

- Таня говорит о Генрихе Сенкевиче – польском писателе. Неужели вы не знакомы с его произведениями «Огнём и мечом» о восстании Богдана Хмельницкого и «Потоп» о войне со шведами?
- Ладно, предположим, но это же полная чушь и ерунда, как такое может прийти в голову, чтобы сын относил родную мать на смерть и ещё такую страшную.

Поднимается Толик, по прозвищу «профессор» (сейчас он историк, доктор наук, профессор, зав. кафедрой)

- Почему вы считаете, что такого не может быть? Например, существует эндоканнибализм и если вы об этом не слышали, то это не значит, что его нет.

- А это ещё, что за идиотизм?!

Эх, зря она так. Толик немедленно выплескивает на неё поток информации об эндоканнибализме. Определение, как культурная практика, медицинские последствия, споры и списки известных культур и народов. Не успевает Толик замолчать и сесть, как встает Гена, его сосед по парте. В той же несколько издевательской манере, подражая мне говорит:

- Если вы на досуге обратитесь к книгам, и поинтересуетесь произведениями Джека Лондона, то вы узнаете из рассказа «Закон жизни», что индейские племена на Аляске в голодные времена оставляли своих стариков на съедение волкам. Настоятельно советую прочитать, вы найдёте для себя много нового и интересного.

Следом подключаюсь я:

- Нехватка пищевых ресурсов, не давала возможности племени содержать, «бесполезных» людей, к которым относились старики. Отсюда появлялись такие жестокие традиции.

Колхозница пытается собраться с мыслями. Слишком много информации обрушилось на неё. Её ЧСВ сброшено на землю, растоптано и размазано.

- Ну, ладно, четверку я тебе поставлю.
- А почему не пять? – возмущается Вадик, мой сосед по парте. Но тетка уже начинает приходить в себя.
- Сядь и закрой рот! Твоё мнение никому не интересно! – орёт она.

Я тихонько пинаю Вадика под партой, типа, хрен с ней, меня четвёрка вполне устроит. А мы и так её хорошо спустили на землю.

Послесловие.

Пришел домой, не успел снять обувь, как раздался телефонный звонок. Звонила Юлька.

- Саш, ты когда сегодня придешь? Ты же обещал.
- Юленька, раз обещал, значит приду.

Откупился пирожными.

19

Не успел к 9 мая, но все же хочу поделиться воспоминаниями деда о начале ВОВ.

Дедушка родился в конце ноября 1925 года, летом 1941 ему было 15 лет. Вместе с товарищами поехал копать противотанковые рвы куда то под Смоленск. Работали полный день, под начальством какого-то военного. Правда, ров получался каким то странным - слева от него был высоченный крутой берег реки, на который танки явно не могли забраться, но приказ есть приказ. На третий день в живую увидел сцену, много раз после этого повторявшуюся в кино: возвращались вечером в лагерь с работы, летит самолет. "Наши, наши" - закричали товарищи. Но самолет, снизившись, дал пулеметную очередь, и сын нашего деревенского соседа больше уже никогда не поднялся. Ещё через пару дней посреди рабочего дня приехала машина с парой офицеров, нас построили на 2 шеренги, 1925 год и младше ( была пара 14-ти летних) в одну сторону, остальным раздали винтовки из машины, патроны и начали наспех обучать заряжать и стрелять( базово то большинство умели, тогда были типа ОБЖ нашего курсы в школах). Нам же дали проводника и сказали идти на станцию Вязьма ( около 50 км), где ждать попутного поезда в сторону столицы. Шли полутора суток, спали в лесу, так как летали немецкие самолеты. Дошли до станции, Вязьму уже эвакуировали, с трудом смогли найти буфет в парке, чудом открытый, и купить что то из съестного. На ж/д станции долго ждали поезда, но большинство не останавливалось и шло в сторону фронта. И вот, наконец, один поезд в сторону столицы остановился, ребята пошли по вагонам- теплушкам. Услышал крики "Сюда, тут свои!". Прибегаю - точно свои. Человек 15. Большинство - раненые. ВСЕ, кто остался ЖИВ после боя с немецким десантом, высадившимся в лесу напротив места, где мы копали окопы. Но цель была достигнута- десант уничтожен. С этим поездом добрался до столицы, дальше до родной деревни и пришел домой к матери, уже получившей известие о гибели соседского сына и с тревогой ждавшей моего возвращения.

20

«...за вынос раненого с поля боя...»

Полёт из Москвы во Владивосток/Южно-Сахалинск/Магадан/Петропавловск-Камчатский занимает 7,5 - 9 часов...
Весь рейс не всегда проспишь)), обычно работаю или фильмы смотрю.
Во время последнего перелета посмотрел «Дорогие товарищи» с великолепной Юлией Высоцкой в главной роли.
Фильм о событиях 1962 года в Новочеркасске, но речь не об этом. По фильму главная героиня была на фронте, орденоносец, санитарка, раненых с поля боя вытаскивала.
В связи с этим вспомнилось

В 1983 году, после пятого курса мединститута были у нас военные сборы. Каждый год наш вуз, человек 250 со всех факультетов, отправляли в волжские степи, в какую-то дивизию, что-ли. По рассказам шестикурсников там были «тысячи студентов, солнце печёт, в бак с компотом могут портянку засунуть, влажность высокая, любая царапина начинает гноиться, страшнее месяца не бывает»...
А тут нас, наше базирование, перенесли под Челябинск, в другую дивизию.
Но что-то не срослось, кто-то что-то в дивизии не успел подготовить и нас просто вывезли в башкиро-уральские леса, одних. (На следующий год и далее наш вуз уже ездил под Челябинск).

Квартирьеры поставили повзводные палатки, сарай для кухни, навесы для столовой, грибок для часового.
Приехали, переоделись, поужинали. Готовили наши же студенты, не ресторан, но точно лучше вузовской столовой, и добавка всегда была.
Утром портянки, сапоги, брюки, топлесс - пробежка и зарядка. Завтрак и практические занятия. После обеда, ежедневно, все сборы - дождь, а значит - послеобеденный честный сон. Перед ужином выглядывало солнце. После ужина и мытья личного котелка, кружки, ложки в ближайшем ручье - футбол. Как-то так.

Занятия.

Теория, ОТМС - организация и тактика медицинской службы.
Например:
У вас на поле 5 раненых, перевязать вы можете 2. Кого перевяжете, а кого оставите так? Почему?
У вас в медсанбате 50 раненых. Прооперировать, до прихода подмоги, и спасти вы можете 5 человек. Как будете их сортировать? Почему? Кого будете оперировать, а кого оставите умирать? Почему?
Ну и так далее.

Практика.
Пару дней для разминки мы перевязывали друг другу разные конечности и другие места, делали искусственное дыхание, таскали на носилках из одного угла поля в другой. Жарко, но прикольно.
Затем два дня рыли окопы. (Ну нахрена врачам рыть окопы???). Преподаватели как специально поле чистой глины нашли.
А затем начали «выносить раненых с поля боя» - нас разбили на пары и один радостно развалился на солнышке, а другой должен его ползком дотащить до окопов.
Наш преподаватель майор оказался «афганцем»: стоило приподнять голову пока ты по пластунски ползёшь к своему «раненому», как майор тихонько так подошвой сапога тебе по затылку - треньк! - «ты убит, ползи снова». Стоило отклячить вверх задницу - на четвереньках быстрее и удобнее передвигаться - тебе сразу по заднице уже каблуком сверху - бум! -«ты и сам ранен в жопу и раненого не спас, начинай снова».
Бл..ь, я тогда весил около 75 килограмм, 182 рост, спорт, не качок, но очередной мешок цемента или большой мешок картошки клал на плечо и быстрым шагом вверх по лестнице или сходням в грузовой вагон на очередной шабашке, а тут однокурсник, каких-то 60 кило живого веса вместе с сапогами и автоматом - да я его сейчас каааак вытащу с «поля боя»!
Хрен там.
Расслабленный человек весит как раза в полтора больше, да его ещё надо, перевязав, перекатить на плащ-палатку и тащить волоком по траве. Такую силу трения я себе даже представить не мог.
Передвинешься ползком сантиметров на двадцать, изогнёшься буквой зю, чтобы от майора сапогом по башке не получить, цапнешь за угол плащ-палатки - и ни хрена, не движется он, сука. Рывками, по 5-10 сантиметров, подтянешь его и снова сам вперёд на 20 сантиметров...до окопов недалеко, метров 7-8, солнце жарит, и через пару метров ты уже ничего кроме этих сантиметров не соображаешь.
Но полный писец наступил на упражнении «эвакуирование раненого с поля боя на себе».
Сначала доползти. Затем как-то этого неподъёмного бегемота взвалить себе на спину. А как?? Я лежу на животе, он лежит на спине, стонет, сука, для антуражу, ну как, как я его, не привставая, затащу себе на спину???
Ладно, как-то втащил, с третьей или четвёртой попытки, майор бдит, чтобы и ты не привставал, и чтобы «раненый» тебе не помогал.
И вот тут я вспомнил Высоцкого - «землю тянем зубами за стебли, на себя, под себя, от себя»...
На тебе лежит всего лишь 60 килограмм, но, прижимаясь всей поверхностью тела к земле, ты не можешь двинуться. Вообще. Надо цепляться за что-то и подтягиваться вперёд.
За что цепляться? Правильно, за траву. Она рвётся и режет пальцы. После нескольких минут «ползания на месте» и пары несильных пинков от майора «не спать, товарищ кровью истекает, сейчас твою дергающуюся задницу обнаружит враг и прострелит ее» ты, ломая ногти, скоблишь землю в попытке зацепиться хоть как-то и в прямом смысле зубами цепляешься за траву, чтобы хоть чуть-чуть можно было подтянуться.

Это учеба. Мирное небо. Никто не стреляет. Ты сытый здоровый парень. Кругом «стоны» раненых вперемешку с матом и хохотом.
Просто идиллия.

Как девчонки-санинструкторы ухитрялись вытаскивать на себе под пулями и осколками взрослых мужиков...
Сколько жизней спасли.

Низкий поклон и вечная память всем санинструкторам и медсестричкам.
Вы - ГЕРОИ.

21

Насколько люди похожи на животных

Эту коротенькую курьёзную историю, откровенно говоря, надо смотреть, а не читать. (Видео чуть ниже).

Однажды Эрнест Хемингуэй поспорил, что напишет самый короткий рассказ, способный растрогать любого... В общем, беспечная овечка допрыгалась. Буквально! Животное скакало около траншеи и в конце концов угодило в западню. К счастью, проходивший рядом мальчик заметил попавшую в беду овечку, провалившуюся в узкую траншею возле дороги. Она не могла выбраться сама, поэтому школьник ухватил её за заднюю ногу и начал тащить.

Вскоре овца оказалась на свободе. И, недолго думая, радостно ускакала от своего спасителя, чтобы спустя всего пару мгновений опять провалиться в эту же траншею, к большому изумлению, спавшего её мальчика.

Позднее стало известно, что животное в итоге всё-таки освободили из траншейного плена.

Многие из тех, кто успел посмотреть ролик с этим курьёзным случаем, сошлись во мнении, что "бедная овечка" стала воплощением некоторых не лучших черт человеческой природы. К которым, без всякого сомнения, относится и завидное умение многих людей наступать на одни и те же грабли и попадать регулярно в одни и те же неприятные ситуации.

22

Абонемент на неинтересное кино

Когда-то давно я закончил музыкальную школу города Н-ск. Музыкалка была неотъемлемой частью моей жизни, как уроки вечером, уборка по субботам, подъем в семь, манная каша на завтрак.

Самое страшное для меня было – подвести родителей или кого-то из взрослых, чью роль в своей жизни я считал значимой. Мой учитель по специальности Тамара Александровна безусловно была таким человеком. Я любил и боялся ее одновременно. Любил ее похвалы за хорошо подготовленный урок, и страдал, когда слышал усталый вздох из-за криво выученного аккомпанемента.

Это был один малорадостный день поздней осени. Они там, кстати, все малорадостные, потому что память о теплых летних каникулах еще свежа. До снега и связанных с ним развлечений еще далеко. И каждый путь в школу и обратно – это тоннель из серого неба и мелкого противного дождя. Я стоял и собирал ноты в пакет после не самого успешного урока у Тамары Александровны. На ее учительском столе лежали какие-то буклеты.

- Стас, это абонементы в кино. Пойдешь? – услышал я голос преподавателя.

Кино я очень любил, но в тот момент в моем детском сердце ничего не отозвалось. Я понимал, что в музыкалке вряд ли распространяют билеты на «Робокопа» или «Звездные войны».

Я вяло открыл буклет. Так и есть. Глаз тут же нашел знакомые из музлитературы слова, фамилии, названия – либретто, тенор, Бородин, Моцарт, Пуччини, «Спартак», «Князь Игорь», «Риголетто».

Прочтение буклета радости мне не прибавило. Как и любой подросток я был увлечен лейтенантом Хелен Рипли и рядовым Фредди Крюгером.

- Абонемент стоит десять рублей, можешь потом занести. – сказала Тамара Александровна тоном, который не предполагал обсуждений, поэтому в мой мозг эти фильмы сразу попали в раздел «обязательно к просмотру», – фильмы будут показывать каждое воскресенье в 15.00.

Воскресенье так себе выходной. Осознание приближающегося понедельника отравляет его. Даже традиционный вечерний фильм по первому каналу не мог его исправить. А теперь ближайшие 10 воскресений будут еще и разорваны на две половины просмотром каких-то идиотских музыкальных фильмов.

Сценарий «не ходить» мной даже не рассматривался. И это до сих пор меня удивляет, потому что на просмотре первого фильма в зале я сидел абсолютно один. Я точно знал, что другим ученикам абонементы тоже «продавали». Некоторые даже пытались их перепродать на сольфеджио по дешевке.

Первый фильм был «Амадей» с Томом Халсом в роли Моцарта. Его лицо я где-то уже встречал – в каких-то второсортных боевиках или ужастиках. А может с кем-то путал. Но то, что это художественный фильм меня немного успокоило.

Как вы уже поняли, в зале я сидел в полном одиночестве. Хотя нет. Первые 15 минут на заднем ряду сидели какие-то птушники с пивом. Видимо решили скоротать время в кино. Они шумно комментировали сцены, подкидывали в воздух шапку через луч проектора, чтобы она огромной тенью пронеслась через весь экран, гоготали при каждом удобном моменте. Но они быстро поняли, что фильм не для них, допили пиво и ушли.

Но когда это произошло я не заметил. Мной завладел фильм. За полтора часа перед глазами пронеслась жизнь великого композитора. Моцарт был ровно таким, каким я его себе представлял. И по внешности, и по характеру. Врожденная гениальность композитора, которому всё дается настолько легко, его чувство музыки, которое превосходит все остальные. Музыка распирает его изнутри. Он просто не может держать ее в себе. Он проводник чистого искусства между космосом и бумагой. И в этом трагедия. Он счастлив этой судьбой и даром творить, но это истощает его. Моцарт фактически сгорает в потоке музыки.

Ф. Мюррей Аббрахам, который был мне больше знаком как актер второстепенных ролей в триллерах и боевиках, талантливо сыграл в этом фильме Антонио Сальери. Известно, что Сальери был очень хорошим музыкантом и композитором. Он упорным трудом заслужил свое место придворного капельмейстера и признание в музыкальном сообществе. И вот представьте, что вы тяжелым трудом создаете каждое музыкальное произведение – сонату, симфонию, фугу, оперу. Как ювелир, который годами гранит один и тот же кусок камня, чтобы получить идеальное украшение. А тут врывается какой-то откровенный чудак без манер, без роду и племени, который делает с музыкой всё что ему заблагорассудится. И злая шутка жизни в том, что делает он это гениально. То, на что у вас уходили месяцы и годы, этот щенок левой ногой делает за пару минут.

Фильм накрыл меня с головой – игра актеров, музыка, костюмы и декорации старой Вены. Полтора часа пролетели как одна секунда. После кино я еще минут десять сидел в ярко освещенном зале. В голове гудела Лакримоза. Смерть Моцарта потрясла меня. Я и до этого знал, что он умер молодым, как и Пушкин, но я не осознавал всей трагедии этой смерти такой несправедливой, несвоевременной, ненужной.

Придя домой, я понял, что забыл в кинотеатре шапку. В любой другой день я бы побежал за ней обратно, потому что в нашей семье терять вещи считалось проступком. Но тогда эта потеря меня совершенно не тронула. Я все еще жил в фильме, я рыдал над телом Моцарта, сброшенного в грязном мешке в безымянную могилу для бедных. Что такое шапка по сравнению со смертью гениального творца.

Однако шапку мне вернули. На следующем сеансе.

- Этот Пушкин шапку на Моцарте забыл! - услышал я за спиной женский голос, когда в следующее воскресенье пришел смотреть второй фильм из абонемента. Я обернулся. Старая вахтерша смотрела на меня поверх очков.

- Твоя шапка? – спросила гардеробщица, доставая откуда-то из под стойки мой спортивный «петушок».

- Моя, - ответил я, - спасибо.

- Забирай сейчас. Раздевать тебя не буду. Все равно никого нет. Много чести. Закроюсь и пойду вздремну, - сказала она нарочито строго, но с легкой улыбкой. Большинство взрослых женщин так общались со мной еще много лет после. Им плохо удавалось скрывать свою симпатию к моему образу идеального внука.

В этот раз «давали» «Князя Игоря». Оперу Бородина я прошел буквально пару недель назад и мог свободно напеть хор бояр или арию самого Князя ("О, дайте, дайте мне свободу. Я свой позор сумею искупить!").

В зале опять было пусто. Я скомкал билет и стал придирчиво выбирать место в самой середине.

После «Амадея» я был готов к легкому разочарованию. Я ждал театральной постановки, но по первым кадрам понял, что это снова художественное кино. Еще интереснее стало, когда оказалось, что Князя Игоря играет герой русских боевиков и приключенческих фильмов Борис Хмельницкий. Актер с, пожалуй, самой яркой и характерной внешностью. Капитан Грант, Робин Гуд – ему отлично давались роли матерых авантюристов – благородных и сильных. Князь Игорь из него получился отличный. Фильм был музыкальным, но с добротной приключенческой постановкой и боевыми сценами. Шапку я на этот раз не терял, но удовольствие от просмотра получил.

- Тамара Александровна, вот 10 рублей за абонемент. Я всё забывал вам отдать, - я положил свернутые купюры на стол. Урок по специальности должен был вот-вот начаться.

- Какой абонемент? - немного рассеянно сказала учительница. Она отстраненно посмотрела на меня, а потом ее взгляд вдруг сфокусировался, глаза широко открылись, и она сказала, - ты что, ходишь смотреть это кино?

- Ну да, - немного удивленно сказал я, - вы же сами сказали.

- Да, Стасик, сказала, но тут на последнем собрании директор школы сетовала на то, что зал пустой. Дети не хотят, а родители не настаивают. И преподавателям тоже не до того: воскресенье единственный выходной. Мы даже думали попросить кинотеатр отменить показ. Но администрация сказала, что техника работает, люди заняты. Показ идет в зачет плана.
Я стоял и слушал Тамару Александровну, которая как будто оправдывалась.

- А ты, значит, ходишь! – я встретился с ней глазами. - И что ты уже посмотрел?

Тамара Александровна села за стол

- Ну, - начал я немного неуверенно, - три недели назад был балет «Спартак».

Я решил начать с неинтересного. В моем хит-параде музыкальных жанров балет плелся где-то в конце ТОП-10. Но меня восхитил артист, игравший роль римского полководца Красса. Он был настолько хорош, что я никого больше и не запомнил.

- Ну еще бы, - хмыкнула Тамара Александровна, - это ты попал под магию Мариса Лиепы. Танцор был от бога. Недавно умер. Так жалко.

После балета два воскресенья подряд показывали фильмы по самым известным операм Верди «Риголетто» и «Травиату». Это полноценные художественные фильмы, с натурными съемками в живописных местах, красивыми декорациями и с потрясающими костюмами.

В «Риголетто» роль Герцога исполнял Паваротти. А в «Травиате» играл второй из трех великих теноров – Пласидо Доминго. А буквально за месяц до этого я нашел в школьной библиотеке книжку «Сто либретто», где были собраны самые известные оперы всех времен! Можно не любить оперу, но приключенческие рассказы или страшные сказки любят все. А опера – это всегда закрученный сюжет, интрига, и чаще всего с плохим финалом. И вот представьте себе книгу, в которой таких историй больше ста. И каждая изложена буквально в трех-четырех страницах. Это же клад для непоседы!

Поэтому Верди я посмотрел от начала и до конца. Чуда не ждал. Знал, что все умрут.

Тамара Александровна выслушала меня, покачала головой и негромко сказала что-то вроде «Ну и ученик у меня». По тону я не понял было это похвалой, удивлением или чем-то еще, но обдумать не успел. Начался урок, и я переключился на Кабалевского.

Я не стал рассказывать Тамаре Александровне, что за этот месяц стал практически своим в кинотеатре. Я продолжал ходить на фильмы один, не понимая, что теперь их действительно крутят только ради меня. Один раз я даже опоздал на 20 минут. Вспотевший и запыхавшийся я вбежал в фойе «Родины», сжимая в руках уже изрядно пожульканый с отпечатками компостера абонемент.

- А вот и он! – громко произнесла гардеробщица при моем появлении. – Я говорила, что придет.

Она так искренне улыбнулась, что я остановился в нерешительности.

- Ну, чего встал? Давай сюда куртку, мокрый весь. Зачем так несся, все штаны уделал, - она продолжала причитать, помогая мне снять верхнюю одежду. А потом сказала куда-то вбок, - Миша, заводи! Клиент пришел.

Я проследил за ее взглядом и увидел, как от стены отделилась фигура курящего мужчины в спецовке.

- Пить хочешь? – спросила меня гардеробщица.
Я еще не восстановил дыхание и только помотал головой.

- Ну иди тогда в зал. Смотри своих трубадуров.

Я сам не заметил, как кончилась осень, а вместе с ней и абонемент. В нем оставался один непогашенный фильм. Но в пятницу у меня поднялась температура. В субботу утром меня осмотрел врач и велел остаться на больничном.

- А как же кино? – спросил я маму, когда доктор ушла.

- Какое кино? – мама знала про абонемент, но не отслеживала количество посещенных мной сеансов.

- Завтра последний фильм абонемента! Я же не могу пропустить его.

- Никакого кино, Стас. Врач сказала, что у тебя грипп. Лежи в постели. Потом посмотришь.

- Да как я посмотрю? Его же больше не покажут!
Но мама уже вышла из комнаты.

На следующий день, в 14.30 я нашел в городском справочнике телефон кинотеатра и позвонил на вахту.

- Алло, - женский голос на том конце показался мне знакомым.

- Здравствуйте, - сказал я. – я хожу к вам смотреть кино по абонементу от музыкальной школы. Вы меня помните?

- А, Пушкин, привет. Ждем тебя сегодня. – голос в телефоне потеплел.

- Видите ли, так получилось, что я заболел, - затараторил я, - и мне надо сидеть дома.

Больше я не знал, что сказать. Да и на что я рассчитывал? Сказать, чтобы сеанс перенесли? Что за бред. Попросить, чтобы они посмотрели кино вместо меня и потом пересказали? Тоже фантастика. Попросить вахтершу убедить маму отпустить меня завершить абонементный челлендж? Вряд ли на мою маму это подействует.

- Дак что ты хотел попросить, милок? – голос в трубке вернул меня в реальность.

- Я не знаю, - честно сказал я и вдруг заплакал.

- Ну-ну, не плачь, милый, - начала успокаивать меня вахтерша, - давай вот что сделаем. Ты поправляйся. А как выздоровеешь – приходи в кинотеатр. Мы тебе этот фильм отдельно покажем.

Идея была отличная, и я поверил в нее.

- Спасибо, - сказал я и повесил трубку, не попрощавшись.

Но в кино я так и не сходил. И фильм не посмотрел. Болезнь вырвала меня из магического круга абонемента, и волшебство исчезло. Уже в понедельник я оглядывался на прошедшие два месяца и не мог понять, что со мной происходило. Если бы кто-то задал мне вопрос зачем я ходил в кино на эти фильмы – я едва смог бы дать развернутый ответ. Сказка ушла, а вместе с ней ушло какое-то знание, оставив только чувство потери чего-то важного.

Еще через месяц я вспомнил про абонемент, но так и не смог его найти. Я решил позвонить в кинотеатр, чтобы попросить показать мне последний фильм из абонемента. Но вдруг с ужасом понял, что забыл его название. Я вспомнил и выписал в столбик все девять увиденных мной лент, но десятый фильм никак не хотел вспоминаться.

Я положил этот список под стекло письменного стола, чтобы держать его перед глазами на случай, если вдруг память выплеснет из своей глубины нужное название. Но этого так и не произошло.

С тех пор прошло 25 лет. Я посмотрел сотни, а может тысячи кинолент. Я стал настоящим киноманом: легко запоминаю актеров, сюжеты, крылатые фразы и второстепенных героев. Я очень люблю кинематограф, но иногда меня посещает мысль, что это не главное. Перебирая все эти бесчисленные фильмы, я втайне надеюсь наткнуться на тот самый, который так и не посмотрел. Я так и не вспомнил названия, но я обязательно узнаю его, когда увижу. Увижу, посмотрю и волшебство вернется.

23

Был как-то мой друг женат на девушке. А у нее был братец младший – отпетый дегенерат по имени Коля. У него друг был еще – Валера. Они когда в варкрафт играли Валера играл под ником «Лорд Валера». А Коля играл под ником – «Властелин». От так-то оно. Властелина и одного-то терпеть было нельзя, а когда они с Лордом вдвоем были, сердцу стороннего наблюдателя постоянно становилось больно от осознания того, что героев Родина уже не дождется, а обратно запихивать недорослей уже поздно.

Так вот. Надо заметить, что я-то в то время работал в уголовном розыске. Ну как работал – практику проходил. Но опера, к которым меня прикрепили для расширения кругозора, быстро направили мою энергию в нужное русло и по факту я работал, только не официально, бесплатно и без пистолета. И бить людей мне тоже не доверяли. Говорили - молодой еще, можешь ожесточиться прежде времени.

К чему я веду-то. У меня всегда с собой была куча повесток, протоколов и прочих бумаг официального характера, которые я решительно использовал в ходе практики. Еще у меня была папка из кожзаменителя, в которой я все это таскал. Этой папкой я очень гордился, так как считал, что человек с папкой выглядит гораздо более внушительно, чем человек без папки.

И вот как-то я восседал на друговой кухне и поедал котлеты, изготовленные его женой. Папка лежала на столе, а друг сидел рядом и пил чай. В тот момент, когда я выпал из беседы сосредоточенно пережевывая очередную котлетку, он задумчиво спросил по сердцу ли мне стряпня евоной жены и доволен ли я радушным приемом и угощением.

Я в ответ энергично покивал головой и закатил глаза, что выражало высшую степень согласия по всем пунктам. Не откладывая дело в долгий ящик, друг незамедлительно мне предложил в знак благодарности за обед и ради удали молодецкой подарить ему пару бланков повесток для веселого розыгрыша который, безусловно, внесет яркость, и разнообразие в скучную и не веселую жизнь Коли Властелина и Валеры Лорда.

Я внутренне содрогнулся от смеха, но котлеты обязывали и бланки я ему оставил, а сам уехал то-ли в морг то-ли в психушку по уголовнорозысковым делам.

Эффект от шутки превзошел все ожидания.

Папа Коли был бизнесменом, и с семьей не жил, но детей любил, хотя держал в строгости. Колю он любил в частности, и за окончание второго курса без троек сулил отпрыску права и ключи от джипа. За Колиными успехами Папа следил, регулярно проверял его явку в институт, и когда Коли в институте не оказывалось, приезжал и охаживал сынулю ремнем по богатырским ягодицам.

Так вот. Что конкретно намалевал в порыве вдохновения майн либер фройнд в повестках на имя Коли и Валеры я не знаю, но Валера с совершенно не лордским достоинством рыдал и валил на Колю все, чем они занимались в свободное от варкрафта время - от поджога кнопок в лифте, до осквернения памятной стеллы городам – побратимам.

А Коля, в свою очередь, даже не успел как приличный пацан взять все на себя, так как примчавшийся спешно Папа даже не стал браться за ремень, а взялся за гитару. Гм. Знаете – как цыган со словами – «а за меня все скажет гитара». Да. Папа взялся за гитару и нанес Коле несколько воспитательных ударов по хребту, в результате чего благородный инструмент пришел в полную негодность, чего, кстати, нельзя сказать о Колином хребте. После чего, Папа задумчиво отбыл восвояси, а Коля остался и без машины и без гитары.

Когда выяснилось, что повестки были розыгрышем неизвестных лиц, все успокоились, а Коле обещали купить новую гитару, еще лучше прежней.

Надо заметить, что Коля и Валера на поджогах кнопок не остановились. На пятом курсе института их посадили за серию разбойных нападений. Раз в месяц, в день получения пенсий они грабили бабулек. Погорели на шестом или седьмом эпизоде, когда отняли деньги у бывшей учительницы из их школы, которая их и опознала.

От такие дела.

24

Расскажу про «бульбашей». Это два брата-близнеца и совсем не белорусы. Я про них уже рассказывал, но не эту историю. В общем, братья отличались от всех остальных не только своей схожестью, но и здоровыми красными носами, похожими на клубень картошки. За что такое погоняло и получили еще в школе. Что совсем не помешало им по призыву попасть в ВДВ. Служили в одной роте и даже взводе, говорят, что близнецов и двойняшек разлучать нельзя. Помимо всего этого, братья имели не только отменное здоровье, но и весьма острый ум с таким же довольно острым языком.
-Завтра у вас первый прыжок, ВДВшниками вы еще не станете, но парашютистами точно! - объявил им взводный. Отделение братьев было одно из первых. Выпускающий из другой роты, в самолете на автомате прочитал им инструктаж, взвыл двигатель и самолет взмыл в небеса. Загорелась лампочка, выпускающий открыл дверь, выглянул вниз и рявкнул:
-Первый пошел!
Первым был один из братьев, но выпускающий об этом не знал. Для него это был просто воин, которых он выпустил уже сотни. Правда в глаза бросился здоровый красный шнобель и то, что воин как всегда на первом прыжке раскорячился в дверях. Ну, а что, очково ведь. Исходя на крик:
-А парашют точно раскроется, точно!? - крик уже переходил в истерику, но выпускающий знал свое дело туго. Просто выбив с хорошего пинка воина наружу, глянул и крикнул:
-Второй пошел! - потом крикнул третьему и четвертому, - приговаривая — с почином, салабон! - Или что-то в этом роде. Его крик оборвался только на пятом. Нет, он успел выкрикнуть — пятый пош... - и замолчал. Потому что на него смотрел тот же с красным шнобелем, которого он выпустил пару минут назад. Выпускающий сконцентрировался и хотел уже договорить слово, но второй брат-бульбаш не дал ему этого сделать:
-Парашют не раскрылся! Давайте попробуем еще раз! Пинать не надо, я сам! - и шагнул в отрытую дверку.
Остальные из отделения прыгали уже без команд выпускающего.

25

Уже год как засела на истории с анекдот.ру. Истории тут разные, от смешной до негативной, от фантазий озабоченных до историй, в реальности которых не сомневаешься ни на секунду. Кстати, есть тут один бывалый аудитор с ником yls2, с каким же удовольствием читаю его истории и с нетерпением жду продолжения истории мушкетёров. Дело в том, что он описывает ситуации ну прям очень схожие с происходящими в нашей компании. Может потому, что холдинг, в котором я работаю юристом, тоже занимается всякого рода тягачами, сельскохозяйственной и строительной техникой. Ну, там, купля-продажа, ремонт, лизинг, кредит, аренда, прямое использование (строительная компания) и т.д. Но была тут одна история, которую я назвала бы случайностью. Давайте по порядку опишу.

Зашёл в мой кабинет в разгар рабочего дня начальник ремзоны и поздоровавшись еле дыша, плюхнулся в стул напротив. Стул жалостно скрипнул под тяжестью 130 килограммов, но не сломался. «Хороший стул» - подумала я, но вслух произнесла:
- Да что с вами, Владимир Афанасьевич? – если честно, зовут его не так, я меняю имена на всякий случай; кто знает, кто еще из наших заходит в этот сайт, да и читателя лучше не мучить непонятными иностранными именами.
- Лифт… этот… пешком, короче…
- Пешком? – глаза мои стали как советские пять копеек. Ремзона находилась отдельно от нашего корпуса, а с первого этажа до нашего пешком, на это геройство даже я нечасто решаюсь со своими 55 кг.
- Да неее, из отдела кадров.
Еле сдержала хохот. Отдел кадров располагался всего лишь этажом ниже, такая одышка из-за одного этажа, ах ха ха ха :) Ну ладно, грех смеяться, тем более я начальника ремзоны уважаю, в отличие от других «насяльников», человек трудолюбивый, не ввязывается в интриги и готов ради своих работников перегрызть глотку любому. В офисе его явно недолюбливают, особенно отдел кадров, видимо снова какая-то проблема с ними, раз он оттуда прямо ко мне поднялся.

- С Олегом знакомы, Юлия Михайловна? - спросил, отдышавшись.
- Худой, высокий, в очках?
- Да нет, нет, – отмахнулся он – Олег Валентинович, наш новый инженер по охране труда и технической безопасности (ОТ и ТБ).
- А, ну как же, ну как же…
- Так вот эта сволочь – перебил он меня – извините меня за выражение конечно же, но эта сволочь без предупреждения зашёл в ремзону и начал всех без разбора штрафовать! Так вот где написано, скажите мне, где написано, что он может моих работников штрафовать!
- А за что?
- Ну, типо, не в спецодежде, но бл…, сорок градусов жары на улице, конец сентября, а сорок градусов, рабочие же там не под кондиционером сидят, черт возьми, какая спецодежда, будь он проклят!
- Подождите, подождите, Владимир Афанасьевич, давайте по-порядку. Мне конечно же, легко судить, сидя под кондиционером, но правила безопасности, это такая вещь, которая написана кровью. Прошлом году у вашего рабочего отрезало 3 пальца. Было такое, не было? Одевал он в тот день защитные перчатки? Нет. Это раз.
В июне мужик со стройки упал и разбился насмерть, слышали, да? Без троса, без каски. До сих пор прокуратура нас мучает как хочет. Видите это? – показываю ему архивную папку, набитую документами, которая лежала передо мной в открытом виде – это только вторая часть его дела. Да к чёрту нас, у мужика маленькие дети остались без отца – тут я замолчала, боясь, что голос дрогнет. До сих пор трясет, когда вспоминаю этот дом, напуганную молодую женщину с грудным ребенком на руках и пятилетнего пацана. Блин… Всё, всё, не буду.
- Я понимаю, Юлия Михайловна – осторожно начал начальник ремзоны – но вы тоже меня правильно поймите. У работников ремзоны зарплата за месяц составляет 150-200 долларов. 50 долларов штрафа это не шутки. Я понимаю, понимаю – увидев, что я готова возразить, не дал мне открыть рот – понимаю, что жизнь и здоровье важнее, но послушайте. Эти люди фактически не получают даже эту мизерную сумму на руки, половину отбирают по всяким банковским долгам, спросите у кого хотите в бухгалтерии. Выходит, что лучше не работать и пьянствовать, чем вот так. Так же ведь тоже не по-человечески.
Даа, Владимир Афанасьевич был прав. Про это все знали, но никто ничего не делал. Начальник ремзоны и так ругался с отделом кадров и эдак, но повысить зарплату работникам никак не хотели. А ведь все офисные работники, в том числе и я получали как минимум половину своей зарплаты за счет доходов с ремзоны.
- Ладно, я постараюсь что-нибудь сделать, но с одним условием.
- Да, да, не беспокойтесь, Юлия Михайловна, я уже всем там сказал, чтобы в спецодеждах были.
- Больше этого не повторится?
- Если повторится, пенять буду на себя, вас беспокоить не стану.
Я встала, чтобы пойти за ним, но у меня зазвонил телефон.
- Я буду через три минуты.
- Хорошо, я у Нины (кадровичка).

Телефонный разговор затянулся аж на десять минут, а там еще и гендир позвонил, чтоб я зашла. Чертыхаясь про себя, зашла к гендиру, а там, оказывается, все уже в полном составе сидят, Нина Георгиевна – эйчар менеджер (она сама себя так величает, в простонародье - кадровичка), Олег Валентинович - инженер по ОТ и ТБ, Владимир Афанасьевич - начальник ремзоны, который своим басистым голосом в это время спорил с инженером, что у последнего нет никакого права штрафовать его работников.

Увидев меня, Олег Валентинович явно обрадовался и начал описывать мне, как он героически обнаружил исток грехопадения и как теперь его, святого пророка Лута хотят очернить те же грешники, отрицающие свою вину.
- Хорошо – спросила я - А сколько их?
- Восемь. Один сбежал до того, как я успел его оштрафовать и вернулся в спецодежде, так что ему на этот раз, так скажем, повезло. Итого восемь.
- В смысле – успели оштрафовать? Они вам заплатили штраф, что ли?
- Нет, конечно, Юлия Михайловна, штраф взымать будем с зарплаты.
- А на каком основании? Есть у нас документы?
- Да, у нас есть Свод внутренних правил – пока инженер тупил, ответила кадровичка. Да, тот легендарный свод, о котором все слышали, но никто в глаза не видел, подумала я, но вслух сказала:
- Да, но я не только это имела ввиду. Понимаете, если хоть один из рабочих сунется пожаловаться, нам нужно будет предъявить инспектору соответствующие доказательства. Сам факт нарушения техники безопасности как доказывать будем? ... Ну, протокол какой-нибудь…
- А, протокол, протокол, есть у нас протокол – взяв со стола гендира бумажку, инженер радостно потянул его мне. Даже с гордостью, что мол, видишь, сам додумался.

Взяла бумажку. Слава богу, хоть почерк был хороший. Акт, составленный такого-то числа, указывал, что восемь грешников были пойманы за прелюбодеянием, указывались ФИО и грех каждого прелюбодея. Должность, ФИО инженера, подпись. Украдкой бросила взгляд на начальника ремзоны. Он сидел нахмурившийся, красный как рак под кипятком. Даа, чёрт меня дёрнул обещать ему. Придётся выкручиваться. Обратилась к инженеру:
- И всё? Кроме вас никто не подписал акт?
- …
- Ну, чтобы подтвердить факт, нужны свидетели, их ФИО и подписи, что мол, подтверждаем, было такое.
- Эммм, нуу, как бы, а кто из ремзоны подписался бы? Они меня чуть не избили там.
- Ну, тогда вы сами должны были взять с собой кого-то. Так же дела не делаются?
- И что, выходит, протокол не имеет силу?
- Акт. Для инспектора – нет. Кто знает, может вы позже составили этот акт задним числом?
- Но я ведь был там!– с огромными глазами инженер обернулся к гендиру - Я же не вру! Ааа, камеры! Там же есть камеры! – спохватившись, он ударил себе по лбу и спросил у гендира с надеждой: - Ведь там есть камеры, да?
Появившаяся было довольная улыбка сползла с лица Владимира Афанасьевича. Гендир кивнул и позвонил начальнику по безопасности. Что было интересно, за время всего нашего разговора гендир ни разу ни обмолвился словом и просто наблюдал за нами.
- Я был в ремзоне где-то в 09:30 - Олег Валентинович заметил - Пусть покажет 09:45.
На огромном экране телевизора, висевшим на стене, промелькали кадры. Все мы увидели, как Олег Валентинович в своем черном костюме и в начищенной до блеска обуви стоит у бетономешалки и машет руками перед рабочим. Верхняя часть спецодежды у рабочего отсуствовала, точнее, на нем была только серая майка.
- Вот, вот – победно заявил инженер – это Иванов Константин, второй в списке.

И вот тут я улыбнулась. Мне вспомнилась история с анекдот.ру, которая была опубликована, если не ошибаюсь, в мае прошлого года. Там, значит, девушка в платьице и в каблуках, надев только каску, решила, что может штрафовать рабочих за несоблюдение техники безопасности. Блин :) Так тут то же самое.
- Ведь видеозаписи могут служить доказательством, так? - Инженер был доволен. Начальник ремзоны угрюм. Кадровичка осторожничала, готовая к атаке с любой стороны. Гендир молчал и не показывал никакой эмоции на счет происходящего. Только на какую-то долю мне удалось увидеть блеск задора в его глазах, видимо, ситуация его забавляла, хоть он и пытался это скрыть.
- Боюсь, что нет. Если любой мало-мальски соображающий инспектор это увидит, то он вас оштрафует…
- 0_0
- … за несоблюдение правил техники безопасности. Вы сами находились в ремзоне в момент происшествия без спецодежды.
- Да вы о чём, Юлия Михайловна? Меня ведь это не касается! Я ЖЕ ТАМ НЕ РАБОТАЮ!
- Это ничего не меняет. В ремзоне без спецодежды находиться нельзя.
- У нас прям у входа есть табличка «Без спецодежды не заходить» - наконец, подал голос и начальник ремзоны. В этот момент на экране телевизора мы увидели, как один рабочий сбежал, а инженер бросился за ним и спрыгнул через узкую и длинную яму, шириной, ну, не знаю, 1-1,5 метров наверное.
- Ну вот, видите? А если бы упали в яму? Спецодежда, правда, вас не спасла бы, но кому это объяснишь?
Олег Валентинович открыл рот и закрыл. Рука, которую он поднял, чтоб усилить эффект аргумента, застыла на воздухе. Он понял, какую оплошность он допустил и не знал как выкрутится перед гендиром.
- Я думаю, всё понятно – наконец, вмешался гендир – Юлия Михайловна, не будем вас больше задерживать, спасибо.

Через пару дней ко мне снова пожаловал Владимир Афанасьевич, правда, без одышки и плюхнулся в тот самый стул. Стул выдержал и на этот раз. С радостной улыбкой 90 дюймов по диагонали начальник ремзоны прогремел:
- Вы какое вино предпочитаете, Юлия Михайловна? У меня есть отлИчное кахетинское полусухое вино, не вино, а амброзия, ммм… Или может вы белое предпочитаете?
- Эээ, ммм, спасибо большое, Владимир Афанасьевич, но я не пью.
- Как не пьете? – Он таращился на меня так, как будто я призналась, что я не умею читать – Вообще не пьете?
- Вообще не пью. А какая разница между «не пью» и «вообще не пью»?
- Ну, эээ, тогда я не знаю что вам подарить, я в машину положил, думал вам понравится…
- Полно вам, Владимир Афанасьевич, какой еще подарок, вы хотите обидеть меня? Не надо, вы лучше обещайте мне, что постараетесь приглядеть, чтоб проблем не возникало больше, второй раз это у меня не прокатит, сами понимаете.
- Да, да, конечно, Юлия Михайловна, сделаю всё, что от меня зависит – пожав мне руку, начальник ремзоны еще раз поблагодарил меня и вышел.

Вроде бы на этом всё можно было закончить, если бы не одно «но». Мне не было покоя от мысли о «плохом прецеденте». Угрызения совести не давали спать, в конце-концов я решила накапать на мозги инженеру по ОТ и ТБ, чтоб он провёл что-то типа урока по технике безопасности среди рабочих. Не люблю вмешиваться в дела других, когда меня об этом не просят, но раз вмешалась, то нужно было довести дело до конца. Олег Валентинович сперва отмахивался, что мол, некогда, но потом я его уговорила:
- А вы составьте протокол урока, мол, такого-то числа вами был проведён инструктаж, дальше краткое изложение в несколько страниц про то, что вы расскажете на уроке, в конце ФИО и подписи всех участвующих. И если вдруг не дай бог какой инцидент, вы предъявите не только журнал, но и протокол, вот и всё, никто не сможет придраться к вашей работе.

И вы думаете, он не сделал? Сделал. Разбив работников на несколько групп, он уже провёл два урока в январе, да еще и сделал из этого отличную рекламу для себя в линкедине, запостив фотки с уроков.
Ну вот примерно такая история произошла со мной. Не была бы она такая, не прочитай я ту историю с анекдот.ру. Спасибо, что дочитали до конца.

26

«Участковый педиатр.
Три минуты славы - и увольнение».

В один прекрасный зимний день коллега-участковый с пятого участка, Ирина Львова (единственный на миллионный город и трехмиллионную уральскую область участковый педиатр - кандидат медицинских наук, и это в провинции то) спросила у меня, не хочу ли я съездить в Москву на какой-то слёт моржей Советского Союза.
Оказалось, что ее отец, Иосиф Ходорковский (даже не однофамилец ныне звучащего))) возглавляет нашу областную ассоциацию моржей, в одном из клубов которой я и сам плаваю и веду группы здоровых и больных детей.
Более того, мне, возможно, дадут там слово рассказать о нашем клубе.
А чего не поехать-то, интересно же!
Пошёл радостно к завполиклиникой, мол так и так, морж, группы детей, результаты, Москва, рассказ про нас, отгул за свой счёт...

Ага, щаззз, причём три раза...

Сначала меня попросили подготовить и показать «доклад».
Я все понял и сел его писать.
На следующий день, заслушав, вместе с завполиклиникой и заведующей моим вторым поликлиническим отделением, то, что я успел придумать и записать за час до «заслушивания», начмед-замглавврача, взяв брезгливо двумя пальчиками мой «доклад», скривила губки и процедила - и вот с этим (потрясая листиками доклада) Вы собрались выступать на весь Союз? И вот по этому (снова брезгливое потряхивание листиками и кривление губок) вся страна будет судить по нашей работе??

Я все понял и пошёл к главному врачу. Мужик молодой, вполне вменяемый, реально классный детский реаниматолог со «Скорой», был у меня наставником в интернатуре на цикле «детская реанимация», недавно назначенный нашим главным.
Он выслушал меня и так по-простецки по-свойски говорит: слушай, ну вот зачем тебе туда ехать? Ты же только для себя там пользу получишь. И пока я туповато размышлял, при чем здесь польза и что это такое, он задушевно добавил: а вот пусть завполиклиникой поедет в Москву, расскажет там о нас (нас??!)) и, вернувшись, пользу принесёт всему Ленинскому району.

Я снова все понял и пошёл брать билеты на самолёт, в пятницу вечером - в Москву, в воскресенье вечером - обратно, семинар как раз намечен был на субботу и воскресенье, но заезд - в пятницу днем.
По возвращению в поликлинику мне передали в регистратуре, что мне поставили две смены на неотложке, совершенно, конечно, случайно, но - в субботу и в воскресенье, причём «особо просили передать», что невыход - это прогул со всеми последствиями.

В очередной раз решив, что я снова все понял, я пошёл, сдал кровь, и попросил передать взад начальству - что у меня донорские отгулы, и что если нет моей подписи под графиком - всё начальство может ехать на этой неотложке куда считает нужным. Они ведь просто не знали, что административно-бюрократически-партийная машина по мне уже так прошлась ещё в институте, исключив пару раз из партии), что их мелкие гадости - это детский лепет по сравнению с праведным гневом райкома и обкома, есть тут у меня история про это).

Прилетел в Москву, добрался до каких-то Ватутинок, там санаторная общага и обшарпанный актовый зал.
С утра начался семинар. Президиум, как положено, и человек 70-80 в зале сидит, внимает.
Сначала профессора и академики что-то очень интересное и очень непонятное вещали, потом выпустили энтузиаста-моржа, который всех призывал немедленно лезть в прорубь. Потом снова пара профессоров с очень аккуратными рекомендациями и снова морж-энтузиаст с призывом всех и вся лечить только прорубью...
Кстати, тогда я впервые для себя уяснил разницу между фанатом и энтузиастом, про какую бы сферу деятельности речь не шла. Энтузиастам помогаю всегда, фанатов считаю чумными и заразными.
Когда очередь все-таки дошла до меня, я просто вышел на сцену и рассказал что и как мы делаем, кого из больных детей купаем в проруби, как это делаем, какие противопоказания и показания к этому учитываем, какие результаты, кто из врачей и родителей как к этому относится.
Вот тут я и узнал, что, оказывается, в теме «моржевания» бились тогда стенка на стенку консервативные врачи, с одной стороны, и ничего не боящиеся моржи, с другой.
А тут я, такой модный и красивый - и врач, и анализы делаю, карточки веду, - и сам морж, руки от пешни для колки льда как крюки уже.
Спускаюсь со сцены, подошли ко мне пара человек с вопросами, я предложил им в коридор выйти. Выходим, за нами реально ползала вышло, следующий выступающий сильно обиделся, говорят. Час я ещё отвечал на вопросы и рассказывал. Закончил, боевито поглядывая по сторонам, мол, кому ещё чего рассказать надо.
Тут ко мне подходят две женщины, одна из оргкомитета семинара и отводят меня в сторонку. Оказывается, готовится сюжет программы «Здоровье» для Первого канала, мне предложено дать интервью, если я, конечно, не против. Я против не был и меня отвели куда-то за угол, со словами - пойдём отойдём подальше, а то эти е№№натики сюжет не дадут записать.
Корреспондент попросила рожи не корчить, пальцем в носу не ковырять, смотреть на неё, а не в камеру и отвечать покороче, без занудства и по-простому, чтобы все поняли.
Через двадцать минут и три дубля вернулся я греться в зал. Еще сутки, до конца семинара, меня неоднократно ловили то одна сторона, то другая, с требованиями «объясни этим мудакам, что...», «ну ты же наш, врач (морж), скажи ты им, что...».

Вернулся домой, вышел в понедельник на работу, никто никаких предъяв не делает, но завотделением как-то нехорошо так смотрит, не по доброму...

Через пару недель всё взорвалось...

Сначала вышла моя статья в «Комсомольской правде», а это газета ЦК была, 44 млн экземпляров ежедневно, если не ошибаюсь.
Я ещё осенью сдуру туда письмо направил, с рассказом, как мы в институте отряд по работе в детском доме №3 города Уфы организовали. Перезвонила мне корреспондет Комсомолки Инна Руденко, что-то уточнила, съездила в Уфу, все проверила, отредактировала письмо - и вышел очерк на 2/3 полосы с моей подписью и местом работы.
А получить позитивную оценку в Комсомолке в те годы - это как бесплатный пропуск в первые ряды на Пугачеву/Лепса/Брежневу/Тимати/Моргенштолле или как его там, кому кто нравится, короче.
Прямо с утра из обкома партии звонят в горком - «молодцы! хорошо работаете! нас на самом верху заметили!». Радостный горком звонит в райком - «молодцы! нас на самом верху отметили!». Из райкома звонок главному врачу - «молодец! Хорошую смену воспитываешь! Нас аж из Москвы оценили!».
К обеду главный врач позвонил завполиклиникой...я не знаю, что он ей сказал, но любви у неё ко мне не прибавилось, ровно наоборот.
И буквально через десять дней, в воскресенье, по Первому каналу Центрального телевидения Союза Советских Социалистических Республик в самой рейтинговой передаче того времени «Здоровье» с Элеонорой Белянчиковой, сейчас даже сравнивать по смотрибельности близко нет ни передачи такой, ни ведущей, выходит то самое интервью со мной, шмыгающим носом на камеру и восторженно что-то там вещающего...
Обком звонит в горком...горком в райком...райком - главному врачу...тот, совершенно ахеревший - снова завполиклиникой...а её просто рвёт на части - это же о ней должны были сделать сюжет и показать по телевизору, это же она должна была поехать в Москву, это же ей должны были идти сейчас звонки с восторгами и пожеланиями, а не этому непонятно откуда приехавшему кудрявому высокому голубоглазому выскочке-участковому...

То, что меня начали травить не по-детски, я понял далеко не сразу, кроме вызовов-приемов-дежурств ничего вокруг не видя. Просто, когда вдруг на еженедельной оперативке коллега отказалась сесть со мной рядом поболтать, да ещё со словами - я чё, дура с тобой рядом садиться, чтобы меня вместе с тобой оттрахали...я, наконец-то, разул глаза и увидел, что все стулья впереди/сзади и справа/слева от меня пустые, хотя народу много, а зал - маленький.

Но уволится мне пришлось через три-четыре месяца, после истории с пионерским лагерем.
Но это уже другая история, чуть позже напишу, сейчас времени нет.

27

Не успел я разгрузить на новой ферме партию поросят, как в дверях появилась супруга.
-Ой, какие хорошенькие, какие лапочки! Я себе тоже хочу! - осмотрев похрюкивающее и повизгивающее общество, активно осваивающее новый дом, произнесла она. Женщины бывают сентиментальны, поэтому таким словам я не был удивлен.
-Куда себе? - только не понял я.
-В поселок возьму, пусть там живет, - пресекая мои возражения заявила она, - вместе с коровами. Вон того розовенького хочу! Какой симпатюля!
-Розовенького? А остальные зеленые что ли? - не понял я как она так сделала выбор, - я ловить не буду. Хочешь бери, если коровы там его не затопчут.
Коровник еще не достроился, поэтому все дойные были еще в поселке. Жена, каким то своим неведомым мне взглядом не теряла из вида своего избранника, почти среди сотни таких же. Присела на корточки и позвала — Кеша, Кеша, протянув руку и причмокивая. Это было немыслимо, но из всего стада отделился именно тот, на ком она остановила свой выбор. Немножко настороженно он приблизился к ней, она почесала его за ушком и подхватила на руки. Поросенок даже не взвизгнул, что привело меня в некоторый шок. Судя по полу, это действительно был Кеша. А супруга, держа его на руках проследовала к своей машине.
-Нда... - тяжело вздохнул я, - походу этот поросенок стал членом нашей семьи. - Посмотрев как она усадила его на переднее сиденье, еще раз чертыхнулся, - походу сотни килограмм мяса мы в будущем лишились, он и нас переживет. Ну ладно, мужики, давайте разгоняйте оставшихся по клеткам.
Вечером я приехал как всегда к вечерней дойке. Поросенок весело бегал по импровизированному коровнику, видимо уже перезнакомившись со всеми. Деловито похрюкивал, шебуршал под их кормушками, внимательно осмотрел меня. Видимо поняв, что ничего плохого я против него не имею, продолжил свои дела. Все коровы уже перешли на аппаратную дойку, в привилегиях осталась только первая корова, Венера. Жена всегда доила ее сама и только вручную. Большая часть Венеркиного молока оставалась для семейных нужд. В тот день она пришла не только с ведром, но и с небольшой мисочкой. Отдоив, плеснула в нее из ведра немного молока.
-Кеша, иди я тебя угощу, - просто произнесла она и поросенок как котенок или щенок, подскочил к ней. Она затащила его к себе на колени и подсунула миску с парным молоком. Кеше оно видимо пришлось по вкусу. Ну так ясен перец, член семьи все таки.
Через пару месяцев коровник достроили и все дойные коровы потихоньку перебрались туда. Кеша тоже. На парном молочке, краюшках хлеба и что останется у коров в кормушках, он почти в два раза перегнал по росту своих сестер и братьев. Мы попробовали сначала его определить к ним, но он устроил там дебош и погром. В нервной истерии. Пришлось вновь отправить его к коровам, где он радостно и захрюкал, тыкаясь пятаком в их морды. А еще он сильно скучал по хозяйке. Не увидев ее около Венерки к вечерней дойке, заметался по ферме, начал повизгивать и проявлять активное беспокойство. Но все перекрылось радостью с ее приездом. Она уже не кормила его с мисочки, да и на коленки не затаскивала, вес уже у него был не тот. Но приноровилась остатки молока из вымени Венерки сдаивать ему прямо в рот. Он подходил, открывал его как можно шире, а она направляла туда струйки. Если у свиньи на роже может отражаться блаженство, оно у Кеши было. Он им прямо просто светился.
Пасся он тоже вместе с коровами, не обращая никакого внимания на своих сородичей. Те периодически менялись, а Кеша был неприкосновенен, как я и предполагал. На второй год он наверное уже достиг килограмм двухсот, издали был похож на небольшого теленка, но правда розовенького. Передние зубы превращались в клыки. Но он все так же ходил с коровьим стадом, занимая место предводителя. Все менялось только тогда, когда он слышал звук автомобиля моей супруги. А он его слышал, даже если стадо находилось от фермы за километр и больше. Вот тогда он бросал все и несся к ней. Как двухсоткилограммовая торпеда. И не дай бог кому то было преградить ему путь. Огромная махина подлетала к хозяйке и превращалась в ласкового послушного щенка, только не умеющего подпрыгивать выражая восторг и счастье. Она чесала его за ушком, он падал с ней рядом и его рыло было полно счастья и блаженства.
А однажды я поссорился с супругой. Она подъехала к ферме где я находился и наш разговор с ней по какой-то причине перешел на повышенные тона. В какой-то момент я увидел в ее глазах страх. Нет, она испугалась не меня, потому что смотрела куда то за мою спину. Я инстинктивно оглянулся и вовремя. За моей спиной стоял Кеша. И он был свиреп. Огромная пасть с торчащими клыками похожими на бивни, была открыта явно не в улыбке. Вставшая дыбом щетина на загривке, делала его похожим на льва. А передней ногой он рыл землю. Я понял все сразу и сменил интонацию, а жена чтобы отвлечь позвала его.
-Ну что вырастила защитничка? - как можно ласковей произнес я, когда он от почесывания рухнул у ее ног. - Ну-ну, приходи к трактиру, без Кеши, там и договорим. - И стараясь не нарушать их идиллию, бочком-бочком, а потом все быстрей и быстрей я постарался удалиться. Пока бежал и злость куда то прошла.

28

Не посмотри я в детстве фильм «Всадник без головы», возможно реакция у меня была бы другая. Но я смотрел его раза три, не меньше. Поэтому когда после сытного позднего ужина я вышел из трактира покурить на свежем воздухе, ничего не предвещало плохого. Теплый июльский вечерок, такой же теплый южный ветерок, располагали к философии и... Не успел я чиркнуть зажигалкой и глубоко затянувшись поднять глаза, как сразу охренел. Из надвигающейся темноты в мою сторону двигался всадник - без головы. Его белый саван развевался ветерком, спадая почти до самой земли, покрывая не только всадника, но и лошадь. Нет, у лошади то голова была, она хорошо оттенялась на фоне этого белого савана и была абсолютно черной. А еще меня смутила и нагнала жути тишина, ни цокота копыт, ни тяжелого дыхания, только медленное плавное движение. Они как будто плыли из темноты. Угрожающе плыли, как в тот момент мне казалось. Лошадь вообще была огромной. А всадник, тот вообще без головы. И я как-то поневоле зашевелился, ухватив с земли камень, ведь больше ничего под рукой не было. Выдержать долго такое было невозможно и я размахнувшись зафинтилил камнем что было силы.
-Ай-ай, ой-ей! - заверещал кто-то, но точно не всадник, ведь ему и верещать было нечем, - ты чего кидаешься?! - продолжало нечто чем то. Лошадь тоже оскалилась, сказав Фр-р-ривет! - и голос у нее был явно грубее. Но это было уже лучше чем зловещая тишина и я наклонился за вторым камнем. - слышь, кончай, а если в голову попадешь! - опять раздался крик, какого-то знакомого голоса. Я понял, что это все же всадник, мало того что орет, так еще и издевается. Как я в голову попаду, если ее просто нет, в принципе. Фигура на лошади задергалась, саван ее покрывающий пополз вверх и в сторону и спал с другой стороны на землю. Первой я признал лошадь. Это была Зорька, я купил ее буквально пару недель назад. Поднял взгляд чуть выше и у фигуры тоже появилась голова. Серегина. Работающего пастухом. - Свои, свои! - помахал он мне рукой. И правильно. Второй раз заработать по организму булыжником, наверняка не очень приятно. Тем более, что второй был намного увесистей.
-Серега, я не понял, что за прикол, но мне он явно не нравится! - отбросив ненужный камень, произнес я.
-Да какой прикол, ты сам попробуй попаси когда слепней тучи. Вот и накинул тюль, чтобы хоть немного спасти, себя и Зорьку. - обижено произнес он.
-Ну хорошо, - подивившись такому решению вопроса, произнес я, - но сюда то к трактиру ты в таком виде зачем приперся?! - в тоже время не понимал я.
-Да никуда я не приперся, это все Зорька, меня на ужин привезла. А я чуток кемарнул по дороге, встаю ведь рано, а ложусь поздно. - и все в его словах было как бы логично, кроме моей нервной дрожжи.
Сдружились они с лошадью быстро и сильно. Потомок немецких тяжеловозов и мелкий Серега, составили неплохую ячейку трудового коллектива. За две недели, Серега приноровился даже спать на ее широченной спине, выбросив ненужное седло и постелив одеяльце. Получалось у него это и сидя и лежа. Единственное в чем была проблема, что соскользнув с нее по большой или малой нужде, без стремян он не мог на нее взобраться. Приходилось им бежать по полю к горельнику, где Серега воспользовался одним из обгоревших пней. Но свои ошибки он учел быстро, поэтому в следующий раз когда поджимало, он ехал на Зорьке к удобному для посадки месту. Быки до этого устраивающие полный беспредел сексуального плана и игнорирующие Серегу в принципе, в первый же день увидев Зорьку, присмирели. Ведь Зорька надух не переносила их сексуальные оргии. Стоило им нарушить установленную ей дисциплину, она подходила к нарушителям и огромными зубищами кусала их за хребет или шею. Быки в ужасе вздирали глаза вверх, видели над собой огромную пасть и на какое-то время впадали в глубочайшую импотенцию. В этом у Сереги с Зорькой было полное взаимопонимание, он также ненавидел их оргии. Но из-за своего небольшого роста укусить быка за хребет физически не мог, а вместе с Зорькой они решили эту проблему моментально.
Серега конечно врал, что не высыпается, с таким-то партнером, он только и делал, что спал на ее спине. Лошадь взяла все обязанности на себя. Не знаю, почему она терпела на своем хребту ненужного в общем-то наездника, но Серега видимо решил и эту проблему. Всегда набивая в трактире карманы вкусняшками. Плюс постоянные поглаживания, расчесывание гривы. Внеплановый овес. Да и мало ли еще чего. В общем их чувства можно было бы назвать не только дружбой, но даже взаимной любовью.
-Слышь, Серега, я не против твоих новшеств и тюль, которая я так понимаю была шторами в твоем доме, мне тоже до балды. И даже на слепней которых ты обманул, мне наплевать. Но ты хотя бы должен понимать, что я мог попасть и в Зорьку, а она ведь ни причем. - надавил я на последний и самый весомый аргумент.
-В Зорьку?! - его тщедушная фигурка скользнула вниз и метнулась ко мне, - да если бы ты в нее камнем попал, ты бы нажил огромные проблемы!
И я ему поверил, зачем они мне.

29

В бытность мою начальника отдела сбыта и снабжения, пришлось столкнуться мне с парадоксом. А во всем виновата «катанка». Это проволока такая, 6мм, отожженная для мягкости и увязки пакетов с пиломатериалом идущих для погрузки в жд вагоны. Это был дефицит. Такой дефицит, что даже Докторская колбаса и рядом не стояла. Ну по крайней мере на нашем производстве. А все потому, что нам ее в месяц нужно было тонн двадцать, а по фондам давали только десять. И крутись как хочешь.
В тот день я сидел в кабинете, смотрел в стену и соображал. Насчет этой самой катанки. Магадан запросил почти тысячу кубов пиломатериала, а это морской фрахт, перегрузки, требования в три нитки, рекламации и прочая хрень. Ну где брать эту самую катанку. Где?
Где можно было я уже занял, кому был должен уже простил, но этого все равно не хватало. Я был в панике, но не сдавался. В связи с огромным перенапряжением вдруг пришло озарение.
-Ну где ты ищешь, где ты ищешь? - запульсировала мысль, - ты ищешь там, где ищут все, а надо искать там, где еще никто не искал и искать не будет!
Когда озарение немного поблекло, я дрожащей рукой подтянул к себе телефонный справочник района.
Горком, исполком, трогать не стал, может быть чревато и остановился на детском саде номер один. Была в этом какая то афера, но проверить ведь надо, озарение оно просто так не приходит.
-Алло! Могу я переговорить с завхозом, - набрав номер, как можно серьезней произнес я. Там покричали то ли Валю, то ли Зину и приятный женский голос тоже произнес «алло». - У вас есть проволока? - немного подрагивающим голосом произнес я.
-Есть. - произнесла Валя или Зина и это внушило оптимизм.
-Катанка? - охренев продолжил я.
-Обычная, целая бухточка. Вам сколько нужно?
-Да я только узнать, - не находя больше слов, произнес я и положил трубку. Ведь по идее это была какая-то хрень. Зачем им в детском садике проволока. Вот зачем? Пусть даже не катанка, а обычная. Мысли путались, но и про озарение не надо забывать. И я стал думать, где этой катанки в принципе не может быть, но она там есть. Мне по-любому было тяжелей чем Ивану, который пошел туда не зная куда и принес то, не зная что. Ведь у меня помимо всего этого была еще отгрузка на Магадан. Первое, что пришло на ум, это цементный завод. Предприятие большое, одно из двух на весь Дальний восток. Там, в принципе дохрена чего могло быть. Но можно ли катанку применить как-то в ихнем производстве. Например обвязать рассыпной цемент. Или даже в бумажных мешках. Теоретически это в голове не укладывалось, но ведь помимо теории есть еще и практика. А на практике я такое успел повидать, что впору ехать сдаваться в дурку. Но я опять рискнул. И набрал номер телефона отдела снабжения того самого цементного завода. - Коллеги, у вас катанка есть? - сразу я взял быка за рога.
-Шести или восьми миллиметровая? - деловито поинтересовались на том конце.
-Мне без разницы и та и другая подойдет, могу на что нить поменять, - я тоже сразу перевел разговор в деловое русло. Приятно работать с профессионалами.
-А у вас гвозди есть? - выяснив откуда я звоню и кто я такой, задали мне встречный вопрос.
-Тю, да полно! Вам какие нужны? - процесс пошел. Все сформировалось быстро и наутро я у завгара заказал машину. Бросив в нее краном пару тонных ящиков гвоздей на 70 и 100. Разговаривавший со мной по телефону мужик, увидев две тонны, просто охренел и широко махнул рукой:
-Вон там за складом, забирай сколько влезет! - а за складом был Эверест. Из катанки. До куда ее можно было забросить местным краном.
Я грузил ее в исступлении. Снабженческий зилок прогнулся, не уступая уже по грузоподъемности КраЗу, а я хотел запихать еще. Вплоть до драки с водителем. Тяжело перевел дух, взял у завсклада бумажку с весом и пошел выписывать пропуск. Под тяжелыми взглядами крановщика, водителя и завскладши. Они не могли меня понять, поэтому свернув за угол я начал посвистывать и припрыгивать.
-Слушай, а если не секрет, нахрена вам катанка? - оформив все документы поинтересовался я у коллеги. - Нахрена?!
-Ну мы ей двери завязываем у вагонов, прежде чем пломбу ставить, - пояснил он, - килограмм тридцать в месяц уходит. В заказном листе тридцать приняли за три тонны, вот каждый месяц и шлют. Мы хотели ее на металлолом сдавать, а тут ты.
-А гвозди, зачем? - не прекращал я интересоваться, вдруг они ими мешки с цементом к полу в вагонах прибивают. Можно было бы еще поменяться.
-А гвозди, так у нас же есть свой ведомственный жилой фонд. Мы там обязаны ремонты делать.
-Тогда вам точно нужна краска, олифа, рамы, двери и ДВП с ДСП. Будем меняться?
-Конечно!
На том и договорились. Год с катанкой у меня не было проблем. Но я вот все думаю, если бы тогда та Валя или Зина, сказала, что проволоки у нее нет, позвонил бы я на цементный завод? И вообще, откуда и как наступает озарение?

30

Ещё до армии дело было, работал на фабрике, жил в общаге. И вот как-то мне по большому фарту, и за какие-то совершенно смешные деньги, досталась собачья шапка. Роскошная, огромных размеров, светло-рыжая, они тогда были в моде. Человека в такой шапке было видно с другого конца города.
Ну, если шапку не обмыть, она ведь долго не проносится.
Естественно, сели обмывать.
Общага дело такое, люди тянутся на огонёк, кто-то приходит, кто-то уходит, кто на халяву, кто со своим, все цокают языком, восхищаются шапкой. Потом про шапку забыли, пили уже просто так.
Короче, начинали у себя в комнате, потом пошли к девчонкам на восьмой, потом к Серёге Григоряну, потом покинули пределы общаги, и в конце концов я очнулся среди ночи в каком-то зассаном кошками подъезде, сидя на ступеньках между вторым и третьим этажом.
Естественно без шапки.
Шапке кто-то приделал ноги. Или я её сам благополучно проебал.
Проснувшись утром вспомнил про шапку и расстроился просто незнамо как. Товарищи конечно стали утешать. Мол шапка дело наживное, было бы на что надеть. А то ведь могло бы очень просто получиться и наоборот.
Естественно, сели отмечать проёб шапки.
Тут приходит Серёга. Присаживается, говорит:
- Ну мы вчера и дали! Я вобще не помню как домой пришёл. Утром очнулся в прихожей, шапка ещё на мне какая-то...
Тут мы все как подскочим.
- Где?!!! Где блять шапка?
А он такой.
- Баба в мусорку выкинула. Говорит, - тащишь домой говно всякое, пошла мусор выносить, и выкинула.
Хорошо он успел крикнуть "Я пошутил!" ещё до того, как потерять сознание.
Потом мы его конечно с пола подняли, отряхнули, достали у него из-за пазухи мою шапку, а Олег сказал:
- Бывают такие шутки, очень вредные для здоровья.
P.S. А шапку эту я всё равно через пару месяцев Серёге отдал. Поменял на его лыжную, прям у военкомата, когда они меня провожали.

31

Сколько себя в юношестве помню, столько помню и красивую серую волчью шкуру у дядьки в машине. Она у него на сиденье наподобие чехла была. Нужно машину чинить, лежать на асфальте, шкура - под спиной, нужно ночевать в палатке, шкура - на земле под спальником... Менялись дела, сезоны, шкура была неизменна. Я пару раз спрашивал его откуда шкура такая красивая и большая. Ответы не помню... Это я сейчас понимаю, что он разговор как-то на другую тему переводил...

Случилось так, что я упомянул о шкуре другому человеку из нашего круга и вот что узнал.

90-е... зарплат нет, а тех что есть в деревне едва хватает на электричество, топливо, одежду, гвозди и тетрадки школьникам... Все остальное - натуральным хозяйством, большей частью подсобным...

Вот и мой дядька крутился, как мог. Пара чушек. Бычок, кур штук 20 с зимы остается, цыплят штук 80-120 лупятся в первых числах июня... Пасека, коптильня. В 5 встал, поросят накормил, курей накормил, цыплят в дневной загон сетку из кухни перенес. На ночь не оставляли - крысы пожрут. Бычку свежей травы положил. Что успел с утра по двору мужскую работу сделал. Жена там по огороду дому и за детьми.. На работу поехал. В обед хорошо если к покосу близко оказался, за часок бычку травы на пару дней накосил, в коляску мотоцикла кинул или в кузов служебной машины. Вечером когда на озеро подсакой мелочи наловить цыплятам... Они с кашей если рыбой прикармливать быстро растут... Дело короче всегда есть... такая круговерть бесконечно... И вот приходит осень, первые морозы, с огородом закончено, пчелы в амшанике, бычку стог сена лежит, поросятам тыква, да мелкой картошки центнера 3 в том же амшанике. Помидоров, огурцов, грибов, салатов, компотов банок 700-800 закручено.
Жизнь замедляется. Ждем крепких морозов... Впереди три свежины: два поросенка и бычок, петушков режем 2 раза в неделю, кур - только самых жирных, тех что не несутся... В общем пожинаем плоды летних трудов на износ и без продыху... И тут о Господи ...бычок за 2-3 недели перед запланированным забоем давится картофелиной сантиметров 5 в диаметре из каши. Не растолклась картофелина, когда бычачью кашу толкли.... Проблема явно. Бычок 400 кг почти. Сейчас забить - еще не так морозит... Куда столько мяса деть? Да и вес не добрал... Тянуть худеть будет или сдохнет вообще. Для тех кто не понял: картофелина что то там перекрыла - животное только дышать может. Ни есть ни пить... Все обратно выливается....ветеринары говорят режьте... Дядьке и трудов жалко, и бычка жалко, не только как мясо уже, кто животину годами кормил - поймет... Дядька метался, сказали кореец в соседнем райцентре есть не раз такую проблему свиньям решал... Дядька туда, кое как нашел без интернета и сотовых, кое как сторговался, кое как время выбрал. В общем бычка какой то манипуляцией спасли... Все свежины перемешались. Первым поросенка зарезали... Свежина большое дело... Кто лучше смолил, скоблил, тому ухо... Потроха, кровянка, колбасы, бульоны, гуляши 3 дня....

Пришла очередь и быка... Все в этот раз по плану идет. Бык большой, потрохов целый круглый таз метрового диаметра. А морозяка такой, аж трещит - градусов 38. Что то нужно успеть, не знаю что. Потроха на заснеженную грядку клубники в тазу выставили 3 загона.... Стоят парят... И какое то дело неотложное с тушей делали... Брат мой сказал, только одно запомнил - смолишь ноги, думаешь всю щетину сжег... Скоблишь ножем по саже - вся на месте... И тут крик дядькин: "ах тыж скотина! Фу брысь чу!" И в открытую калитку загона видно, как он бросается куда то в сторону грядок и подхватывает одной рукой топор вбитый в чурку, вместе с чуркой.... огромной сучковатой чуркой - на которой всю зиму дрова рубить будут... И за ручку топора кидает чурку и топор одной рукой куда то вперед. Огромный пес был убит на месте чуркой, за то, что в чужом дворе испоганил огромный таз потрохов, сожрал селезенку,почки и пол печени... никто чурку на вес в тот день не смог за топор поднять даже 2 руками. Ни свидетели происшествия, ни дядька мой. Тяжесть неимоверная... Убивать пса никто не хотел, хотелось исключительно напугать его, чтоб он бросил добычу свою, но так случилось, что пес был не верткий, а дядька уж очень на взводе и меткий как оказалось.... Хозяева не объявились... Со свойственной прагматичностью дядька мой обзавелся шикарной "волчьей шкурой"...

32

"КАК ТОЛЬКО умер Ленин (1924), оказалось, что второй человек в партии, товарищ Троцкий — предатель.
Каменев, Зиновьев, Бухарин и Сталин свергли Троцкого и изгнали из СССР (1927). Но через пару лет оказалось, что Каменев, Зиновьев и Бухарин тоже враги и вредители. Тогда доблестный товарищ Генрих Ягода их арестовал (1936).
Чуть позже Ягоду как вражеского агента арестовал Ежов (1937). Но через пару лет оказалось, что и Ежов не товарищ, а обычный предатель и вражеский агент. И Ежова арестовал Берия (1938).
После смерти Сталина (1953), все поняли, что и Берия тоже предатель. Тогда Жуков арестовал Берию (1953).
Но вскоре Хрущев узнал, что Жуков враг и заговорщик. И сослал Жукова на Урал.
А чуть позже вскрылось что и Сталин–то был врагом, вредителем и предателем (1956). А вместе с ним и большая часть политбюро. Тогда Сталина вынесли из мавзолея, а Политбюро и примкнувшего к ним Шепилова разогнали честные партийцы во главе с Хрущевым (1957).
Прошло несколько лет и выяснилось, что Хрущев был волюнтаристом, проходимцем, авантюристом и врагом.
Тогда Брежнев отправил Хрущева на пенсию (1964). После смерти Брежнева, выяснилось, что и он был вредителем и причиной застоя (1964-82).
Потом было еще двое, которых никто и запомнить-то не успел (1982-85). Но тут пришел к власти молодой, энергичный Горбачев. И оказалось, что вся партия была партией вредителей и врагов, но он–то сейчас все исправит.
Тут–то СССР и развалился (1991). А Горбачев оказался врагом и предателем.
Вы ознакомились с кратким курсом истории КПСС."

33

Совхоз опоздал всего на недельку. Я сидел в вагончике, выторгованным за пару пузырей у каких-то строителей и старательно малевал в блокноте почти диссертацию предрасположенности свиней к общественно-полезному труду. Свиньи были в лесном загоне, глодая стоящие в нем сосенки. Набирали витамин. Я мысленно поделил их на три бригады — косцы, пахари, культиваторщики. Вспоминая как они обрабатывали поле с «зеленкой». Оставалось за малым, как их не путать, ведь на рыло они все одинаковые, как китайцы. Или как мы для китайцев.
В окошко я увидел, как на поле заскочили три комбайна, все разных цветов — синий, красный и зеленый. Я хмыкнул и пришло озарение — надо красить. У каждой бригады должен быть свой цвет. От мыслей отвлекал шум и рокот комбайнов шмурыгающих по полю.
- Что они там ищут? - посмотрев в окно как они гоняют по полю из конца в конец, заинтересовался я. Я не любопытный, но что они могли там найти после моих свиней меня сильно озадачивало. Пока я напяливал сапоги, они уже где то заглохли за перелеском. - Ну что же, может оно и к лучшему, - вздохнул я и снял один сапог. На поле опять чего-то заурчало и засигналило. - Твою ж медь, не день, а какая то катастрофа, - матюгнулся я, думая одевать второй сапог или снимать первый. И то и другое делать было лень и я опять выглянул в окно. К вагончику бежал совхозный агроном, бросив свой уазик.
Пришлось идти на встречу. Противника ведь лучше встречать на его территории. Поэтому сапог я не одел. Не успел. Да и хрен с ним.
Мы встретились почти на середине. Столкнулись две системы — единоличная и общественная. Как Пересвет и Челубей, на поле брани, буравя друг друга испепеляющим взглядом. Но за моей спиной была ощетинившаяся орда, а за ним только три скромных комбайнера, да и те за перелеском. И я был в одном сапоге, что сразу дало мне моральное преимущество, от которого агроном не мог отвести глаз.
- Здесь должна расти «зеленка»! - так и не поняв секрета моей обувки, произнес он.
- Ну если должна, садите! Я не против. - доброжелательно отреагировал я. И свиньи весело захрюкали, потому что не умели аплодировать.
- Она здесь уже росла! Овес и горох здесь должен быть! - агроном попался какой то упертый и туго соображающий.
- Ну если растет, косите! - сзади орда захрюкала еще веселей.
- Ну ладно, хрен с ней, с этой «зеленкой», но почему ты в одном сапоге? - плюнув на общественное, агроном задался личным. Видимо этот вопрос ему был дороже.
- Свиньи сожрали! - чистосердечно со скорбным лицом, наврал я, - еле ногу успел выдернуть.
- »Зеленку» тоже они? - поинтересовался агроном более сочувственно.
- Да хуже волков и русский совсем не понимают. Может закроем нарядик, чтобы на комбикорм хватило. А то ведь до греха недалеко...
- Какой нарядик, - опешил агроном.
- Ну за вспашку поля. Смотри, все вспахано и культивировано. Ни одного комочка. Ручная можно сказать, работа. Ну и за удобрение можно подкинуть...
- Ты еврей что ли? - все больше охреневал агроном. И на мое отрицательное движение головой добавил. - Я и думаю, они же ведь свинину не едят.
- Много не надо, мы ведь готовы и дальше работать. У тебя же еще есть поля со свеклой, да и картофельное пойдет. По рукам? Рублей по триста за гектар и дело в шляпе. - гнул я свою политику, поняв, что на верном пути.
- Ты мне еще за зеленку ответишь, а то наряд ему. Сожрали зеленку, еще и заработать на этом хотят. Ваще в корень обнаглели. Я поехал за участковым.
Участкового он привез довольно быстро. «Анискин», а именно так мы его звали, долго ходил по полю, но я был спокоен. Мои свиньи никогда не оставляют улик. Воспитание и длительные тренировки. Так было и в этот раз. Да и сами свиньи, увидев участкового, неплохо замаскировались в сосенках.
- Нет тут никакой зеленки, даже следа ее нет, - вытерев пот под фуражкой, наконец-то заявил Анискин.
- А должна быть! - взревел агроном.
- Но никогда и не было, - добавил я. - Откуда на пахоте зеленка? Ты ее еще в Сахаре поищи.
- Слышь, - участковый отвел меня в сторонку, - зеленки то нет, а следы есть. Свинячьи. Тебе нужна своя земля, а то до беды недалеко. Резать будешь, не забудь! - и пошел к уазику.
Его слова: «своя земля», мне понравились. Больше конечно первое, но и земля тоже пойдет. Надо брать, решил я и обвел пространство взглядом. До куда его хватило, а зрение тогда у меня было хорошее. Но это уже другая история, об ней чуть позже.

34

Ежели кто помнит "Ну погоди!" 9й выпуск, там Волк бегает по телецентру - коридоры и большие залы-студии. Вот так я себе примерно представлял и киностудию: большое здание, широкие коридоры, съёмочные залы. Потом убедился, что реальность от идеала сильно отличается.
В декабре 1979 года я был по делам в Одессе. В делах образовался перерыв, и я попросил у родича, дяди Миши, показать Одесскую киностудию. Дядя Миша,- коренной одессит, был инвалид, на пенсии, но подрабатывал на Одесской киностудии кем-то в снабжении. Утром нас какой-то киносотрудник подвез к воротам явно не парадного входа. На проходной никого. Но у дядя Миши свой ключ. Между не то сараев, не то павильонов прошли в теплушку, где дядя Миша представил меня типичному "побегуну" Ленчику, пообещавшему показать "все-все".
А надо сказать, что только что - в ноябре, прошла премьера "Место встречи изменить нельзя", снятая Говорухиным именно на Одесской киностудии. А недавно, в 78 г. Юнгвальд-Хилькевич снял там же "Д’Артаньян и три мушкетёра". Вот такое романтической место. Ну я хотел посмотреть на павильоны, в музей зайти, может, на знаменитостей глянуть издали. Но Ленчик как по лбу стукнул: "Хочешь в кино сняться?" А кто в 25 лет не хочет? Я захотел. По каким-то коридорам, катакомбам и проходам довел меня Ленчик до каморки, в которой курили двое: Дама приятной наружности и приличной окружности, типичная "тётя Хая" и дядька в жилетке из кусочков кожи на меху. Хозяйственника из "Операции "Ы" помните - вот буквально он. Ну, или очень похожий. Ленчик сказал: "Смотрите, я Пиню Копмана привел". И дама пророкотала: "А шо, вполне". Тут меня подхватили под руки и, в некотором состоянии ох... обалдения, опять потащили по переходам и катакомбам. Оказались мы в большой комнате или маленьком зале. Видно, там и производились павильонные съёмки. Тут меня представили режиссеру. Ну, я так думаю, что режиссеру, потому что сидел он в таком высоком кресле, метра на полтора от пола. И вид имел значительный, как петух на заборе. На петуха (в хорошем смысле) и был похож: носатый и волосы хохолком. Дама зарокотала: "Это Пиня Копман". Меня по некоторым причинам в родном городе кое-кто так и звал. Сообразить, что так меня звали там, а это как бы Одесса, я не успел. Режиссер (наверно) закричал: "Точно, гримируйте его быстрей, и на пробы! У нас выезд через полчаса!" Меня затащили в каморку рядом со студией, явно гримерку, и "тётя Хая" стала меня гримировать. Наложила на лицо полкило грима, и стал я немного похож на того самого "Пиню" из фильма "Искатели счастья", который, в свою очередь, был весьма похож на Ленина. Потом прибежал забавный персонаж в огромных очках, и вручил мне лист, на котором крупными буквами напечатано: "Скажите, пожалуйста, сколько, приблизительно, может стоить такой пароход?" То есть та самая знаменитая фраза того самого Пини из фильма. Сказал "Выучить наизусть" и убежал. Гримерша вывела меня пред зенки режиссера (ну кого еще?) и тот закричал "Читайте!" Я прочел. Новый крик: "С выражением читайте" Я прочел... ну, как помнил по фильму, со смесью робости и наглости. "Аааа! Закричал режиссер! Пойдет! Какие пробы, времени нет! Все поэхали!" Да-да именно "поэхали"! И мы поехали.
Ребята, у меня мозги отключились как под гипнозом. Я был зомби. Я ехал сниматься в кино! Приехали мы в порт. Не соображал я, то ли в Одесский, то ли в Ильичевский. Зомби, что вы хотите? Высадились на площадке у причальной стенки. Там уже было полно народу, стояли кинокамеры, прожектора и просто большие лампы. Это днем! Правда, погода была слегка пасмурная, и ветер дул холодный. Тут подошла какая-то девица, сняла с меня куртку, надела черный пиджак и потащила к самой стенке, к которой был пришвартован тросами какой-то большой сухогруз. Режиссер, уже взобравшийся на свое высотное кресло, командовал издали, через динамик: "Правее! Левее! Одень котелок! Сними Котелок! Одень шляпу! Сними шляпу! Кепку, кепочку ему! Ленинскую! Аааа! Пиджак! Нет! Поменьше размер! Пойдет" Девица положила на бетон какие-то железные квадратики, и утащила меня поближе к вагончику (там стояла такая прорабская теплушка). Потом к тем квадратикам вышел высокий худой молодой человек. Не был он знаменитым актером. Да и потом в кино я его, вроде, не замечал. Может, из театра? Тут девица мне сообщает: "Вы должны сейчас подойти к нему, и спросить насчет парохода" Сбоку выдвинули удочку с микрофоном на конце. Ну, я подошел, спросил. Тут мимо нас поехала по рельсам камера. Голова оператора накрыта каким-то серым покрывалом. Потом камера остановилась, оператор снял покрывало и что-то закричал. Девица подбежала и переложила квадратики. А мне сказала: "Идите к фургону. Когда начинаем снимать, не быстро подходите к герою (так и сказала, я даже имени героя переспросить не успел). Когда спросите про пароход, сразу отойдите назад на пару шагов". Камера отъехала. Режиссер кого-то обругал матом, и закричал "Давай! Давай! Снимаем!" Зажглись прожектора и лампы. Девица откуда-то взяла знаменитую хлопушку, хлопнула, что-то пропищала, а меня кто-то толкнул в спину. Вот! Знаменитые фразы: "Свет! Мотор! Камера!" сказаны так и не были. Только толчок в спину. Герой встал на квадратики, я подошел и спросил про пароход, отошел, а герой посмотрел на меня и что-то пробормотал себе под нос. Это и был дубль первый! Потом режиссер кричал на кого-то, постоянно повторяя "Аааа!", кого-то ругал матом, потом был дубль второй, и третий, и четвертый... Я, во первых, замерз. Все же декабрь, на ветру в одном пиджачке. Хоть между дублями куртку одевал. Во вторых, грим от прожекторов и ламп начал плавиться, и гримерша после каждого дубля его подправляла.
Что чудесно: после каждого дубля девица (как я понимаю, пом. режиссера), мне наливала в крышечку термоса горячего сладкого чаю, то ли с ромом, то ли с коньяком. Потом меня отправили греться в фургончик, и снимали еще что-то на фоне сухогруза. А мне гримерша дала салфеток, тряпочку и баночку с вазелином - грим с лица снять. Обратно ехали уже когда начало смеркаться. Хорошо, что высадили меня в городе, кстати, даже имени-фамилии не записав. Из лабиринтов киностудии я бы ни в жисть не выбрался.
Ребята! Во-первых кино - это бардак. Во-вторых, мечтать стать королем сцены или кинозвездой не вредно. Но, блин, это же адский труд! Через 10 лет, выступая в разных аудиториях, я только усмехался про себя, вспоминая холодный причал.
Да, кстати, вечером я переспросил у дяди Миши, у какого режиссера и в каком фильме я снялся. И тот ответил, что не знает ни того ни другого, но обещал переспросить у Ленчика. Он, вероятно, забыл, а я постеснялся лезть с тем же вопросом еще раз. Да, и киностудия - это лабиринт, подвалы,катакомбы. И это в третьих.
То ли фильм не пошел, то ли сцена не понравилась режиссеру, но где и у кого я снимался, так и не узнал. Не вышло из меня звезды.
И еще: ощущение тупой марионетки, которую чужой дядя дергает за ниточки, мне очень не понравилось. Потому этот эпизод вспоминать не люблю.

35

Я недавно обзавелся котом, мейн-куном. Здоровым таким котом с кисточками на ушах, прирождённым охотником. Рыжий кот, серьёзный, Шерифом я его назвал. Живу я в частном доме, в достаточно теплом климате, в таком, что тараканы здесь - насекомые уличные.

Тем не менее, домой залетать-заползать тараканы любят. А один раз заползши, они оттуда сами уже не уходят.

Так вот, мой новоприобретённый кот устроил им геноцид.

Тараканы не очень боятся людей, поскольку передвигаются намного нас шустрее. Кстати, при желании они могут и летать, но желание такое у них возникает не часто. И точно не для убегания от людей - им от нас так спасаться просто лень.

А вот с котом другое дело, я это досконально пронаблюдал.

Сначала Шериф был робким и дальше первого этажа никуда не ходил, да и на первом все больше под стиральной машиной прятался. Потом освоился, осмелел и принялся за тараканов. Те не сразу разобрались с кем имеют дело, по-первой пытались убегать. Ха! Когда он их орду проредил раза эдак в три, те стали пытаться от него улетать. Ну да, бог им в помощь. У меня потолки невысокие, два с половиной метра, а мейн-кун подпрыгивает на полтора метра с места.

Закончились тараканы на первом этаже очень быстро, а недобитки поползли спасаться на второй, где спальни. Раньше они туда не забредали, я даже расстроиться от их нашествия успел, но не очень сильно и не очень надолго.

У Шерифа к тараканам явно особенная любовь. Нет, мух он тоже ловит, но без энтузиазма, а вот тараканы - это страсть. Поэтому, убедившись, что на первом этаже тараканы закончились, он прочапал на второй. Тут-то членистоногим почти что окончательный звездец и пришёл.

Тараканы передвигаются бесшумно, ночью вы их не услышите. А вот Шериф такими глупостями не заморачивается. То есть, выйдя на охоту, он шума тоже особенно не производит, зато когда ловит жертву, звучит это так: "шш-шш-шш-бдм, уррр!..." Бдм, это прыжок, а уррр, это уже когда таракан оказывается в лапах.

Извёл он их всех и на втором этаже, потом опять пару дней несчастным ходил, пока не открыл для себя наличие чердака с биллиардным столом. Вот тут настоящая дискотека началась, причём поздней ночью.

Сцена такая - я мирно сплю, вдруг слышу "ба-бам!!!" Просыпаюсь в холодном поту - что? где? - непонятно. И тут снова "ба-бам!!!" сверху. Забегаю на чердак - Шериф на столе, два биллиардных шара по полу катаются, а между шерифовых лап последний усатый. И эдак гордо котяра на меня смотрит, дескать: "видал, хозяин?.."

..А теперь дом стерильный. Шериф опять грустно слоняется по первому этажу, вздыхает и спрашивает на своем мяучьем: "а когда поохотимся-то снова, а?"

36

НАРКОМАНЫ - ПЕДОФИЛЫ

Рассказ моего однополчанина – мастера спорта по боксу в супертяжелом весе:

- Белый день, я иду из магазина, в одной руке сумка, в другой жена.
Вдруг слышу позади какую-то жуткую беготню, детский плач и мужской мат, что-то типа – Стой! Убью! Не уйдёшь!
Оборачиваюсь, прямо на меня, сквозь кусты бежит маленькая, перепуганная девочка лет семи и подвывает на ходу, а за ней метрах в пятнадцати, несутся двое свирепых мужиков. Девочка в жёлтом платьице, в руках ничего, да и вряд ли такая девочка станет что-либо красть у здоровых дядек, тем более, бегают, они явно лучше - расстояние всё сокращается и сокращается, тут уж я сообразил, что – это просто наглухо упоротые наркоманы-педофилы бегут навстречу своей смерти, то есть, прямо на меня. Ну, а кто ещё средь бела дня и при всём народе будет охотиться за маленькими девочками?
Быстро отодвигаю от себя жену, вручаю ей сумку, снимаю очки, приготовился, жду.
Мимо меня пронеслась девочка, наркоманы-педофилы бежали в колону, друг за другом и это было очень мило с их стороны, я ведь как раз успевал встретить первого с левой, уйти в сторону и второго с правой. Но, за пару метров до инвалидности, мужики всё поняли, резко остановились и двумя словами обрисовали ситуацию, а что самое главное, я с моей отбитой в боксе башкой, успел их услышать, сообразить и тоже погнаться за маленькой девочкой в жёлтом платьице.
Втроём мы её быстро настигли, я лично и догнал, как самый свежий, а тут и папаша её нарисовался. Ему вообще не позавидуешь, попал – так уж попал.
Вот такая вот история, прикинь.
А ведь я готов был их убить. Сел бы надолго.
Жуткое дело.
О, а я же не рассказал, зачем они за девочкой бежали. И правда, башка совсем отбитая.
Ситуация вкратце такова: её тупые родители, вообще не следили за ребёнком и ребёнок без всяких пешеходных переходов и светофоров, как сайгак побежала через четырёхполосную дорогу. Первая машина еле успела затормозить и отвернуть, но чуть-чуть вылезла на встречку, там её снесла вторая, а третья догнала сзади.
Итого: три очень недешёвые машины практически под списание. Вот, виновница торжества, живая-невредимая и помчалась с места преступления домой, а двое пострадавших водителей погнались за возмещением ущерба с её законных представителей. Третий вообще не мог бежать, рёбра сломал…

38

У моего друга Александра очень насыщенная жизнь. За одну последнюю неделю он побывал в 8 странах мира, покатался на верблюде внутри садового кольца и лично посадил почти 500 деревьев. Не говоря о множестве других вещей не для печати. Глядя на него я понимаю, что не живу - а просто амебно существую, хотя вроде как не последний человек...

Сегодня он мне набрал и поделился эмоциями:

- Знаешь, я вчера понял, что ЖИВУ
- Это в смысле?
- Ну в прямом смысле, почти как у великих: "Я мыслю значит я существую". Только я понял, что не существую, а именно ЖИВУ
- Интересно, и как же ты это понял.
- Приехал к родителям, ты моих знаешь, оба много чего сделали в свое время для страны. Разговорились, ну я им рассказал свои дела, что успел за пару недель.
А мама ко мне подсела, обняла, по спине гладит и тихо говорит:
- Саша, мы же родители. Ты можешь нам не врать. Тяжело наверно тебе? Может помочь чем? Ты расскажи, как у тебя НА САМОМ ДЕЛЕ дела....
А я сижу, на глазах слезы наворачиваются, и понимаю, что раз родная мать мне не верит- то значит ЖИВУ.

39

Вчера в комментариях спросили меня, видел ли я живого американца.
Случалось. Расскажу о типичном. Большинство встреченных были не совсем стандартным «средним классом», по ним судить сложно ... но этот был просто образцовым. Потом были другие, с менее выраженной симптоматикой, но что есть - то есть.

Застрял давным-давно в хостеле с мексом и California Guy (это он себя сам так, и если бы он писал сюда сам, то заглавными в этом его погоняле были бы не только первые буквы). Как звали в реальности, узнать не успел.
Макс сразу нашёл себе аргентинскую подружку, а californiguy рассказывал мне, какая великая страна Америка и никак не мог поверить, что я там не был: я ведь неплохо говорил по-английски, и даже немного на его сленге, а это невозможно, не побывав там, и очень важно: иначе как мы должны их понимать, когда они приезжают к нам в Европу? Наверное я всё-таки там был, но по мафиозным делам, и поэтому не признаюсь.
Через некоторое время он спросил: да, кстати, напомни: ты из России или из Румынии?
В этом месте те, кто слушал мой рассказ раньше, призывали обидеться, но я не стал. Для меня разница, скажем, между Парагваем и Уругваем или Вануату и Кирибати тоже не велика. Ну, может, пару цифр навскидку: that’s all just some far away stuff, но она есть. А из Калифорнии Россия и Румыния - это те же far way kingdoms.
- Из России.
- А что больше, Россия или Румыния?
- ну ... Румыния - это примерно как половина Калифорнии
- о, большая страна! А Россия?
- где-то два раза сша, если вместе с Аляской. Примерно сша и Канада вместе.

С этого момента он затих и не сказал мне ни слова. Три дня. Вообще не видел меня.
Ну и фиг с ним.

40

Про помощь друзьям

Около года назад ко мне обратился один хороший товарищ, работающий юристом в небольшой фирме, с целью оказания ему финансовой помощи. Свободных денег на тот момент не было, так что пришлось отказать.

Через пару дней после поступления данной просьбы, один из давних клиентов как раз подкинул небольшое дельце, суть которого очень проста: мы поставили, нам не заплатили, претензия уже отправлена. Нужно сделать исковое заявление, срок – до следующей пятницы (почти 2 недели).

Вспоминаю недавний диалог с товарищем и решаю передать ему это небольшое дельце. Задача абсолютно несложная, особенно для него, а деньги платят очень даже неплохие. Даже, если будут какие-то косяки, то смогу достаточно быстро всё исправить. Звоню герою истории:

- Лёш, привет. Помню, ты денег просил, ситуация не изменилась?

- Привет, нет, не изменилась? Можешь помочь?

- Да, могу. Но надо немножко поработать.

- А просто одолжить?

Ответ сразу насторожил, но я решил не придавать этому особого значения.

- К сожалению, только так.

- Понял, рассказывай.

- Слушай. Обратилась организация, которая поставила товар в срок, а ей не заплатили. Договор поставки есть, УПД тоже, даже акт сверки есть подписанный. Претензию им уже писали, ответа не было. С тебя только исковое заявление, как только напишешь и отошлёшь мне – я переведу тебе X денег. Сделать надо будет до следующей пятницы.

- Понял, подумаю.

Поразмышляв неделю, и, соответственно, потеряв половину срока, Алексей согласился на работу и получил по эл. почте копии всех нужных документов.

За пару дней до дедлайна звонит клиент:

- Привет. Как там моё дело продвигается? К пятнице всё будет?

- Здравствуйте Иван Иваныч, всё будет сделано, не переживайте.

- Понял, в пятницу на обеде заеду. Если что - звони, пока.

- Всего доброго.

Сразу набираю Алексея:

- Лёша, привет, звонил клиент и интересовался продвижением составления искового.

- Привет, ты же сказал, что времени еще до пятницы.

- Всё так и есть. Просто звоню тебе напомнить.

- Я всё помню, не надо меня контролировать.

- Хорошо.

В четверг пятая точка полдня чувствовала скорое приближение приключений, но верить в это не хотелось. В 5 часов вечера всё же звоню герою истории, и… Никто не берёт трубку. Ну, думаю, всякое бывает, перезвонит еще.

В 6 часов никто не перезвонил, и в 7, и в 8. Безрезультатно пытаюсь дозвониться около получаса, стучусь во все мессенджеры, результата никакого.

Захожу в профиль одной из соцсетей к его жене и вижу там свеженькие фотографии, на которых красуются она, её родители и сам Алексей, сидящие на даче, и потребляющие шашлындос под горячительные напитки.

Звоню его жене:

- Оля, привет. Ищу твоего мужа, можешь мне с этим помочь?

- Привет, а что случилось?

- Лёша должен сделать к завтрашнему утру кое-какую работу и переслать мне. Хочу узнать о его успехах.

- Так он уехал с тестем на рыбалку, водочки с собой прихватили, будут только в субботу.

- Ты сейчас серьезно?

- Да, конечно.

- Замечательно, привет ему передавай.

Спустя 5 минут приходит смска от Алексея: «Не смогу, давай до понедельника».

Просто великолепно!

С тем клиентом работаем уже не один год, и терять его совсем не хочется. Благо, сканы документов остались на почте и можно не пилить в офис за оригиналами в столь поздний час.

В итоге сделал всё сам и на следующий день передал клиенту. Алексей позвонил в субботу вечером:

- Привет, слушай, не успел всё сделать. Давай до вторника, а то меня совсем тут на даче уработали.

- Привет. А уработали тебя до или после того как ты ухерачил с тестем на рыбалку водку жрать?

- В смысле?

- В прямом, мне Оля рассказала, чем ты занят. А за работу не переживай, я всё сделал, клиенту отдал и деньги тоже получил.

- Ну спасибо тебе, помог другу.

- За что спасибо? Ты там совсем оху…

- (Сбросил звонок)

Угадайте, кто теперь враг народа?

41

История давняя, примерно того времени, когда гласность еще была, но колбаса и мыло в магазинах уже закончились. Начинался этап борьбы с пьянством и алкоголизмом. Времена уже далекие, так что за абсолютную достоверность не ручаюсь.
Был я в ту пору флагспецом эскадры кораблей в Индийском океане. 3 месяца на берегу, а потом кораблем из Севастополя или Владивостока в зону эскадры и 7-8 месяцев солнца, качки и много соленой водички за бортом. С пресной было хуже – танкерам обеспечения перестали продавать воду, даже в долг в ближних портах, а расплачиваться валюты не было.
Время летело быстро - стрельбы, разведка, учения, иногда сопровождение конвоев в Персидском заливе, бытовуха, одним словом. Немного разнообразили быт рыбалка да волейбольные баталии на верхней палубе, с мячом на леске или прибытие писем с каким-нибудь проходящим танкером. Да, в 1989 году еще писали бумажные письма!
Прибыл на смену очередной БПК, смена произведена, за встречу-расставание выпито, пора домой! С группой офицеров штаба эскадры убываем на корабле, отбарабанившим в зоне эскадры свой срок, во Владивосток. Классно на боевом корабле идти пассажиром. Экипаж трудится, несет вахты, а у офицера штаба эскадры уже наступает подготовка к отпуску – он практически не вовлечен в корабельный распорядок (главное не проспать завтрак-обед-ужин), может спать, читать книги. Одним словом прекрасный морской круиз. Конечно, вылезти на верхнюю палубу боевого корабля и лечь позагорать – это уже будет запредельно, но в остальном – именно круиз. Однако на сей раз наше путешествие сразу же было омрачено телеграммой – корабль задерживают на 5 суток и мы должны совершить заход в индийский порт Бомбей (после 1995 года – Мумбаи), где должна состояться встреча министров обороны и главкомов ВМФ Индии и наших. Конечно, еще никогда заход в иностранный порт не считался наказанием, но заход, приуроченный к встрече министров – это ничего хорошего. В телеграмме было указание – находящимся на борту офицерам штаба эскадры обеспечить качественную подготовку корабля к визиту и организацию встречи. Я уже неоднократно наблюдал, как на флотах происходит встреча Главкома – «зачищается» все, чтобы на глаза не попался какой-нибудь полупьяный матрос, мичман или офицер. Прибытие Главкома для корабельных событие, сопоставимое с прилетом марсиан. А для командования корабля оно давало шанс «засветиться», что могло хорошо сказаться при дальнейшем продвижении по службе (или, наоборот, не сказаться!) Размеренная жизнь корабля была безжалостно перечеркнута. Четверо суток непрерывно корабль красился, подкрашивался и перекрашивался, драились до блеска все медяшки. Экипаж практически не спал. На мою долю выпало не так много. Кроме работы по специальности с корабельным специалистом, я должен был составить маршрут возможного прохождения иностранной делегации, так, чтобы он не проходил мимо спец. кают, секретного вооружения и т.д. На всех ненужных «ответвлениях» должен был стоять матрос, задача которого не пропустить никого, направив по «правильному» маршруту. Матросов тщательно проинструктировали, обучили их иностранному слову «ПЛИЗ» и жесту рукой, показывающему нужное направление движения. К исходу 4-го дня корабль сиял, как котовы яйца, а матросы были в белоснежной форме, в кают-компании были накрыты столы с накрахмаленными скатертями. БПК встал на якорь на рейде. Министр обороны и главком должны были подойти на командирском катере, который отдраили до неестественного блеска. На случай его поломки были задействованы еще 2 катера, не столь «помпезные». Утро, как всегда, высветило массу мелких недоделок, которые тут же устранялись. Командир в пятый раз отрепетировал перед зеркалом свой доклад. Прошла информация – министры обороны обеих стран после возложения венков едут сразу в Министерство обороны, а на корабль прибудут только Главкомы ВМФ. Уже проще, только командир быстро репетирует новый доклад. Показалась кавалькада машин на берегу, в командирский катер погрузились несколько военных и гражданских, катер бодро захлопал винтом и двинулся к кораблю. Через несколько секунд доклад сигнальщика – катер потерял ход! Второй экипаж с резервным катером был спущен на воду за 10 секунд и …. Катер не завелся! Еще 10-15 секунд и катер с другого борта спущен и полетел на выручку. Как оказалось впоследствии, командирский катер, намотал на винт рыбацкую сеть. Главком калач тертый, знает о существовании «адмиральского эффекта» - он сразу проинформировал своего коллегу, что на корабле проводятся учения по спуску катера и т.д. На корабле, все затихает и только по палубе мечется матрос, у которого в руках оказался спасательный круг из спущенного катера. Командир грозно глядит на матроса и рявкает – ты ЧЁ? Матрос лопочет, что не знает, куда деть круг. «Куда-куда? да хоть за борт»! отвечает командир. Катер подходит к борту, экипаж выстроен, командир по стойке смирно, пожирает глазами швартующийся катер. Сзади появляется матрос и докладывает: «товарищ командир, ваше приказание выполнено»! Командир удивленно оглядывается – «какое приказание?». Однако уже ясно какое – из-за кормы корабля выплывает ВЫБРОШЕННЫЙ ЗА БОРТ спасательный круг. Полный абзац! Далее следует доклад командира корабля, поздравление экипажа Главкомом, короткая речь. Вместе с главкомом прибыли представители нашего посольства, они по гражданке. И видимо приспичило одного из них очень серьезно. Он бочком к старпому и спрашивает – где «отлить» можно? По палубе, вниз и налево. И посольский бочком-бочком и далее бегом. Добегает до матроса, и говорит, что старпом разрешил ему забежать в гальюн. Однако матроса обучили, две последние ночи он практически не спал и кроме слова «Плиз» и указания рукой он ничего не в состоянии воспринять. Ни шепота посольского, что он русский и бежит по малой нужде, ни русского языка он уже не понимает. ПЛИЗ, Я СКАЗАЛ! и снова жест рукой в направлении движения. А когда посольский пытается проскочить, матрос передергивает затвор автомата и посольскому уже бежать никуда не надо! Хорошо, что речь Главкома была краткой, а то бы сходил посольский не только по малой нужде! Главком поздравил экипаж, вручил несколько заранее подготовленных грамот и подарков (мне, кстати, в тот заход были вручены часы командирские с поздравлением от Главкома. Часы проходили всего лишь 3 дня. Ясно, хорошего не подарят!) и, не спускаясь в кают-компанию, вся делегация грузится снова в катер и видимо на банкет в министерство обороны. Так что в кают-компании мы хорошо посидели с офицерами корабля и штаба эскадры. На следующий день еще были сходы на берег, моряки, наконец-то отоспались. А через 2 дня мы уже держали курс на Владивосток с заходом во вьетнамский порт Камрань.
Заход в Камрань был организован без всякой помпы – мы просто заходили для пополнения запасов топлива и продуктов. В Камрани базировалась одна из наших эскадр. Флагманским специалистом на ней в тот момент был мой однокашник Володя. В Камрани я побывал впервые. Мы пришвартовались к стенке в пятницу в 17.30. На эскадре короткий день. Кроме дежурной службы на пирсе никого не было. Офицеры штаба эскадры в 17.00 уже убыли на автобусе в свой городок, который был километрах в 3-4 от пирса. Я запросил добро у начальника походного штаба на посещение однокашника. Спросил у дежурной службы, как добраться до военного городка – оказалось, что все просто – нужно идти вон по той дороге, уходящей куда-то в джунгли. Уже через 10 минут я широко шагал по раздолбаной асфальтовой извилистой дорожке, слева и справа густой стеной стояли заросли тропической растительности, действительно, настоящие джунгли. Смеркалось и довольно быстро. Когда уже прошел километра полтора-два, после очередного поворота чуть позади меня вышли 2 вьетнамца с автоматами Калашникова и громко спросили у меня: «куришь?». Я ответил отрицательно и для убедительности покрутил головой. Мой ответ им явно не понравился. Они пошептались меж собой и один из них еще раз на своем птичьем наречии спросил «куришь»? Я впервые пожалел, что не курю. У одного из них была дурацкая привычка передергивать затвор автомата. Я обратил внимание, что «Калаши» у них стоят на предохранителе, однако, щелчок затвора оптимизма не добавляет. Я сделал попытку пропустить их вперед. Однако они остановились и ждали, когда я продолжу движение. Так мы и шли, я, не слишком ускоряясь, а когда слышал очередной щелчок затвора и вовсе останавливался и поворачивался лицом к ним, они, следовавшие метрах в 10-15 позади и яркая луна, освещающая узкую дорожку. Наконец джунгли расступились и мы вышли на открытую площадку, слева я увидел огороженный колючей проволокой военный городок, на КПП дежурили морпехи, которым я был рад, как родным. Вьетнамские вояки, убедившись, что я прошел через КПП, исчезли в джунглях. Морпехи подсказали, где проживает мой однокашник, а заодно сообщили, что в последнее время обстановка чуть накалилась, запрещено добираться самостоятельно и всех штабных возят только на автобусе. Через 10 минут я уже обнимался с Володей и его женой Танюшкой, которую хорошо знал еще по училищу. Володя посмеялся моему рассказу и сообщил, что вьетнамцы спрашивали у меня не закурить, а обнаружив незнакомца (всех “местных» русских они хорошо знают), уточняли, друг ли я им – употребляя русское слово «КОРЕШ», а я им отвечал, что я «не кореш», что им явно не нравилось. На следующий день, дорвавшись до прочной земли, вместо гуляющей палубы, я умудрился поломать себе руку, играя в большой теннис и "герой Персидского залива" вернулся домой в гипсе.
Кстати, повезло, что при игре присутствовал местный эскадренный врач. Когда я пытался достать уходящий мяч, то сделал кувырок с опорой на левую руку. Стало больно, поморщился, а через несколько минут стал еще играть в волейбол. Когда принимал мяч, то видимо так "скукожился, что врач сразу сказал – ну-ка, давай посмотрим, что там у тебя с рукой. Посмотрели, сделали снимок - двойной перелом руки чуть выше кисти. Через час я был уже в гипсе. Пока еще пару дней были в Камрани, пока чуть не неделю шли до Владивостока, прячась от шторма, потом еще день провел во Владике и когда прилетел в Москву, понял, что гипс не позволяет настолько приоткрыть пальцы, чтобы туда входила грудь, по которой я за 8 месяцев ну уж очень успел соскучиться, то сразу принял решение - нафиг гипс! и, не смотря на возражение жены (думаю в ней в тот момент все же говорил медик) разломал весь гипс, утверждая, что хорошее настроение - лучший лекарь. И оказался прав!

42

В преддверии грибного сезона хочу поделиться одним опытом или лайфхаком по сегодняшнему.
Вообще я за грибами хожу редко, но бывает. И вот появился в одно время у меня родственник-коллега по сбору дикоросов. Но не профи, не профи. Носится по лесу аки лось. Глаза выпучены, ноздри раздуты, все мои деляны потоптал, а грибов насобирать не может. Выезжает только на моем горбу. Говорит не вижу я их, как ты их находишь? А делится приходится. Я уже ему и объяснял, что грибок поклоны любит. И сказку пересказывал про грибка-лесовичка. Мол, как поклонишься ему, так он тебя и одарит. Нихрена, ноздрями фыркнет и попер, только грязь с хвоей из под копыт. И тут с вечера мне пришла идея, как только он позвонил и сказал, мол, не сходить ли нам за грибами? Дождичек прошел, солнышко припекло, самый раз. Спрашиваю:
-Ты наклоняться то научился?
-Да нахрен нужно, после такой погодки, там их ковер будет! Я с собой лопату возьму.
-Понятно, - думаю, решил на моем горбу грибками пообедать. - Ладно, - говорю, - с утра подходи.
Наступил рассвет, слышу ломится в дверь. Ну я с вечера все приготовил, ножичек, корзинку, баул, ну и морсику пару бутылочек по ноль пять. Приехали на место, растележились.
-Ну давай, - говорю, - морсику хлебнем, да по коням, ты туда, я сюда.
Он к своей бутылочки приложился, потряс, понял, что ничего больше нет, ноздрями фыркнул и попер. А я под деревце прилег. Хорошо. Птички поют, солнышко припекает. Лежу, жду результата. Ждал не долго, слышу орет — нашел, нашел! Ну думаю, значит сработало мое ноу-хау, лайфхак то есть. Смотрю бежит, грибов полкорзинки.
-Да их там немерено! - аж задыхается, - вот только... - договорить он не успел, опять ломанулся в лес.
-Решил наверное корзинку до полна набрать, - подумал я. Точно, минут через двадцать вернулся с полной. Я его корзинку по-быстрому к себе пересыпал, а что — масть пошла! Он только охнул, схватил корзинку и снова в лес. К обеду затарились под завязку и я практически выспался. Сели в машину, едем. Где то у Свято-озера, он как заорет, - стой, стой! Ну я притормозил конечно, вдруг он грибы заметил. Точно, вернулся в руках штуки три, а может пять. В общем работает моя идея, главное в морс слабительного не переборщить. Оно ведь такое свойство имеет, что по-любому наклоняться приходится. Как-то с ним, ни бегом, ни стоя, не очень удобно. А уж там, как грибку поклонишься, так он тебя и одарит...

43

На даче у меня была банька небольшая, больше по габаритам похожая на душ с печкой. Ну и со временем настал торжественный момент разобрать эту помойку нахер. Взял я кувалду и принялся отбивать обшивные доски. Долбанул со всей дури по доске и из-под крыши баньки вылетел РОЙ ОС! Было больно. Три попадания было засчитано в пользу ос: шея, спина и правая полужопица (самое печальное). Кто сталкивался с такой проблемой — те поймут. Но ничо, врагу не сдается наш гордый «Варяг», запасся дихлофосом и пошел их оттуда вытравливать. Результат какбэ не особо успешен. Как-то их там поумирало, но улей гудел с той же силой. К следующим выходным запасся тремя спецовыми дымовыми шашками, двумя фаерами и для пущей убедительности тремя петардами корсар-20 (самые большие которые были в продаже). В субботу я приехал утром на дачу и началась борьба за территорию.

Сначала в ход пошли шашки с дымом. С криками фаэр ин да хоул я бодро позакидывал шашки в баньку и ждал резалта. Потихоньку время двигалось к обеду… Я решил пойти посмотреть че там как и ёбнул от души по баньке кувалдой, хорошо, что успел свалить. Осам было ваще пох, ощущение, что они прибалдели от шашек и раздухарились! Сходил в тачку, взял пару фаеров и вернулся к баньке. Осы вроде стихли… Фаер ин да хоул! Два фаера ушли в баньку) Страха, что она сгорит не было. Сгорит да и йух с ней, так и так разбирать… Прогорели фаеры под гордым названием «Спартак». Толку никакого, подымили и подымили. НО, было выявлено место предполагаемого их расположения. Оказалось, что улей под крышей между самой кровлей и «чистым потолком» баньки. Тут в ход пошла тяжелая артиллерия…

На первый корсар сбежались соседи, испугавшись, что у нас ёбнул баллон с газом и всем стало интересно не поубивало ли кого. Первый снаряд упал на пол баньки, раскурочив пол и снеся половину печки. Тут я понял, что штука мощная =) Встал вопрос доставки этого шайтана к месту предполагаемого расположения улья. Напомню, улей под крышей. Тут пошла в ход инженерная смекалка… Был найден кусок оконной замазки и снаряд был прилеплен ею. Получилось что-то вроде липкой бомбы. Прикрепил, поджег и она сука упала прям перед взрывом на землю. Хуйня война, главное — маневры, где наши не пропадали… Был взят 4-х метровый шест, к нему изолентой прикручена петарда и с помощью шеста я надеялся вогнать им ее прямо в место дислокации так сказать. Дальше было красиво)))

Все подготовлено, поджигаю, сую под крышу петарду с помощью шеста, вылетает рой ос в мою сторону ! SIC! , думаю, что всё, привет больничка… И тут она как ЁБНЕТ! Третий взрыв соседей уже не удивил.

Взрывной волной всех вылетевших ос просто срубило! Кусок кровли улетел метра на три вверх. Ошметки деревях в радиусе 5-7 метров вокруг, одна из щепок прилетела в ногу. Крышу после этого разбирать было уже не надо, так… чуть-чуть только подрасколбасить…
Вообщем встреча закончилась уверенной победой Советских хоккеистов)))
И да… взрыв делает всё лучше!

44

У всех есть мечта. Многие, например, мечтают оказаться в купе вагона СВ с прекрасной незнакомкой. Мечтают ли об этом прекрасные незнакомки я не знаю, знаю только, что некоторые из них храпят и нечаянно воруют зубные щетки из поездных наборов.

Есть люди в министерстве культуры, годами мечтающие, что их номер телефона наконец-то перепутают с номером прачечной.

Мечты очень разнообразны, вы сами знаете.

Мишка был врачом, и у него была мечта о панацее. Мишке было сорок лет, и мечта все еще оставалась мечтой. Да и как ей сбыться, если Мишка работал врачом на горнолыжной базе, где все разнообразие заболеваний сводится к ушибам, переломам, и сотрясениям.

Как ни странно, но сотрясения мозга для такого вида спорта редки. А может и ничего странного, потому что мозг, толкающий своего хозяина спускаться с гор ускоренным способом, с применением палок и веревок, сотрясти трудно. Панацею же обычно изобретают в других местах и другие люди.

Однажды к Мишке на базу заявилась компания друзей. С горными лыжами друзья соотносились только по телевизору, а вот к уральским горам, Мишкиному гостеприимству, башкирской водке и русской бане относились замечательно.

Вечером, после походов по горному зимнему лесу, всяческих обедов и шашлыков на искрящемся солнцем морозном воздухе Урала, компания собралась в сауне, где и произошел трагический несчастный случай, положивший начало исполнению мечты.

Сашка сел на каменку.

Голой, как вы понимаете, задницей. А чем еще можно сесть на каменку в сауне? Ничем другим не получится, можете даже не пробовать.

Сев на раскаленные камни Сашка издал такой рев, что в джакузи перестал подаваться воздух, в котельной отказала автоматика котлов, а в лесной берлоге проснулась и заскучала о несбывшемся большая медведица.

Мишка был наготове. Он мгновенно провел все известные спортивной медицине противоожоговые мероприятия, подув на ожог и обильно намазав место ожога оранжевой пеной с облепихой и левомицетином. Пациенту рекомендовалось до момента полного заживления лежать исключительно на животе, а в остальное время жить стоя.

Пациент при этом вел себя послушно и приняв для обезболивания четыреста водки, сесть даже не пытался, располагаясь за столом в позе древнего грека в ожидании оргии.

Утром компания вышла из банного корпуса, чтоб отправиться на трассу с горными лыжами, горными ботинками и горными палками. И отправилась бы увеличивать количество сломанных рук и ног, но тут опять вмешалась судьба. К корпусу подошли две лошади, и одна симпатичная наездница с предложением прокатиться.

- Да запросто, - воскликнул Сашка, напрочь забыв изречение Семена Михайловича Буденного, о главной части конного всадника.

«Конник!, - неоднократно говорил Семен Михайлович, - пуще всего береги жопу! Если у конника на жопе прыщ, он уже не боец».

Вполне возможно, что это говорил и не Семен Михайлович, но наездница была прекрасна, яркое солнце искрило свежий снежок, легкий тридцатиградусный морозец подталкивал к подвигам. Напрочь забыв про рекомендации врача Сашка вскочил в седло, и поскакал в лес. Потому что кроме леса скакать было некуда. Наездница кинулась следом.

Вернулись они минут через сорок. Девушка ехала впереди, держа в поводу лошадь, на которой поперёк седла лежал Сашка.

У него была перевязана голова.

- Там у нас сук над тропинкой, - пояснила девушка, - а ваш товарищ не успел нагнуться. В лесу же нельзя галопом, можно только рысью. Мы на соседней базе в медпункте пару швов наложили, и сразу к вам приехали. А товарищ ваш странный какой-то – ложиться на спину и садиться на отрез отказался.

- Миша, - позвал Сашка голосом крови на рукаве израненного Щорса, - у тебя обезболивающего нет? А то что-то везде болит.

- Есть как же не быть, - обрадовался Мишка.

Он достал из кармана огромную таблетку, и разломил ее пополам.

- Я мечтал об этом всю жизнь, с тех пор как уволился в запас. Вот тебе обезболивающее. Эта половина таблетки от головы, а эта от наоборот. Смотри не перепутай.

Так в Уральских горах исполняются мечты о панацее. А в вагонах СВ прекрасные незнакомки мало того что храпят, они еще могут воспользоваться вашими тапочками, и даже зубной щеткой. Будьте бдительны с мечтами.

45

Есть у меня старинный ежегодный обычай - помогать соседу по даче ставить бочку. Это не труд, а праздник - офигенно эффектно и толково все организовано, отточено до мелочей за полвека.

Лев Николаевич ветеран космической отрасли, и вся конструкция водоснабжения его дачи живо напоминает ракету на старте - высоченная стальная ферма, на самом верху орбитальный модуль, то бишь сама эта бочка, подключенная к насосу и артезианскому колодцу. Я фотку внизу присобачил, но вся вышка в нее не влезла, только верхушка. Редкий фотограф сможет снять такую вышку целиком, когда вокруг заборы.

Бочку приходится снимать на зиму не только из опасения, что ее спиздят. Наш тихий дачный поселок обходится без подобных происшествий уже четверть века, а когда повесили еще и видеокамеры, Лев Николаевич задумался - не пора ли прервать этот древний обычай, и не трогать бочку. Пусть себе торчит наверху всю зиму.

Но по размышлении понял мудрость предков. Осенью воду из бочки приходится сливать, чтобы не разорвало морозами. Она становится очень легкой, и при этом остается офигенно большой. Серьезно подозреваю в ней титан. Но если не он, то дюраль точно, и довольно тонкий. Сдует с вышки нахрен, первым же шквалом.

В принципе, это был бы неплохой метод автоматического спуска, без всяких усилий. Но может пострадать ценный краник на припое. А также окрестные дома, заборы и деревья, потому что с такой высоты бочка может улететь куда угодно, при добром попутном ветре.

Ее можно было бы опутать стальными тросами и замотать намертво, но смысл? Счастье лазить по этой верхотуре наподобие обезьяны, с тросами наперевес, с риском ебнуться с неописуемой высоты, отнюдь не улыбается Льву Николаевичу. Главное в космической технике - это вовсе не время ее изготовления, а абсолютная надежность.

Поэтому в ход идут отработанные регламенты, часть которых я знаю и активно участвую. Для подъема бочки выбирается погожий весенний день, когда природа шепчет, всё расцветает и распускается, жужжат первые пчелы, кружат первые бабочки, впереди жарка шашлыков - в общем, полный дзен, единственным препятствием к постижению которого является эта гребаная бочка.

Казалось бы мелочь - вся эта лирика. Но на самом деле это мощнейшая психологическая мотивация - упорно трудиться, чтобы бочка поскорее встала на свое законное место, из кранов хлынула вода, женщины принялись нанизывать шампуры, а я мог наконец отправиться растапливать мангал.

Предстоит многое, но все роли заранее расписаны. Я знаю, где лежат огромные лестницы, и как их собрать. Чем и занимаюсь с удовольствием, постукивая кувалдой и соображая детали, куда чё каким концом вставить. Это типа пазла. Тюк-тюк - и вот уже в небо вздымается могучая А-образная конструкция.

Их две - для людей, которые будут держать бочку за оба бока, подымая ее ввысь. В этом участвовали многие поколения, но сейчас это - я и Лев Николаевич.

Есть еще третья лестница, для закатывания самой бочки. Но ее собирать не надо - в сущности, это просто очень длинная доска со вбитыми поперечными опорами, что удобно, когда хочешь передохнуть в процессе подъема бочки. Это типа альпинистского верхнего лагеря, где ночуют перед штурмом вершины.

Отдельная задача - притащить саму бочку. При одном взгляде на нее становится страшно, и хочется позвать еще пятерых. Эта хрень на зиму ставится на попа и высоко громоздится над головой. В общем дурында здоровенная.

Кантуется, однако, удивительно легко, и я дотаскиваю ее до вышки в одиночку, пока Лев Николаевич достает соединительные и поливные шланги с чердака. Не раз у меня возникал соблазн избежать минусов кантовки - поцарапанного пола, снесенных плинтусов, покоцанных ступенек.

Вот взять эдак, присесть, понатужиться, опрокинуть на себя эту бочку, опереть ее себе на голову, встать и выйти из дома охрененным Гераклом, непринужденно приветствуя соседей, вводя в священный трепет родных и близких. Вес-то в общем вполне подъемный - там слегка за 100. Можно и фотосессию устроить, повесить себе на аватарку. Выглядит бочка на 200 минимум. А если фотошопом дорисовать воду, весело брызжущую из краника сверху, народ ваще охренеет.

Меня остановило от этого подвига только то, что размаха рук не хватает, чтобы ухватить бочку за противоположные торцы. Как ни тужься. Это как достать локтем до носа.

А выходить с бочкой, обняв ее за талию, не хочется - придется сильно изогнуться назад для равновесия, и выглядеть это будет, как будто я забеременел этой бочкой. Ну его нафиг, спина дороже. За пару минут спокойно докантую.

И вот приготовления закончены, всё готово к подъему бочки в стратосферу. Придвинуты обе А-образные стремянки неописуемой высоты. Их копыта надежно зафиксированы подставными кирпичами. Поставлена центральная доска для бочки. Сама она вовсю опутана канатами, концы которых дружно держит группа взволнованных женщин по другую сторону бочки. Это для стабилизации, если что-то пойдет не так, и кто-то из нас уронит в высях свой край бочки.

За все полвека никто не уронил. Так что догадываюсь, что вся эта канатная группа - тоже мудрое изобретение наших предков. Может, потому и не уронили, что оттуда исходит мощнейшим лучом самое восхитительное, что есть в подъеме бочки и вообще в жизни - дорогие наши мужики, пожалуйста - останьтесь живы!

Вздохнули, собрались с духом и начали подъем. Но в этот раз он пошел нештатно.

Дикий скрип тормозов на соседнем участке - это прилетел на всех парах Толик. Хороший чувак, и жена у него красавица. Одна у них беда - никак не могут сделать ребенка уже несколько лет. Очень стараются. Это известно всей округе просто потому, что стонут по ночам не на шутку, хотя тщетно пытаются сдерживаться.

Толик в общем-то спокойный, выдержанный парень. Это типично для таких амбалов. Но тут с ним творилось что-то несусветное. Чуть сарай не снес при въезде. Выпрыгнул из машины, сделал крупный глоток из фляжки, покрутил башкой, заметил нас и заорал во все горло:
- Лёва!!!!! У нас сын родился! Александром назвали! Ага, бочку подымаете?! Ща помогу!

После чего разбежался во всю дурь, выхватил у нас из рук бочку, находящуюся уже на двухметровой высоте, триумфально поднял ее у себя над головой и продолжил почти вертикальное движение по крошечным рейкам, набитым на доску, легкой такой походкой, как будто эта доска лежит горизонтально.

Речь Льва Николаевича:
- Поздра... Эй, ты чё удумал?! .. Толик, остановись! .. Отдай бочку! .. Краник береги!!!

С небес гулко:
- Да помню я про этот чертов краник!

Уже близко к цели Толик стал терять равновесие, и в отчаянии - прыгнул! Вверх! В баскетбольной манере сумел забросить мяч в корзину, то есть бочку на верхушку. Бочка тревожно закачалась и загудела, но выстояла.

Спрыгнул он оттуда или просто свалился, я не успел разглядеть. Приземлился грамотно - на все четыре конечности. Глубоко впечатался в грунт. Никаких переломов и растяжений.

Вся операция по подъему бочки в толином исполнении заняла пару секунд. С учетом разбега и падения он уложился в пять. Наша часовая подготовка оказалась в общем-то ненужной. Достаточно было принести Толе доску. И даже краник не пострадал.

Герой после приземления выдал нам чисто гагаринскую улыбку, приветливо помахал рукой и пошел звонить жене. Снимаю шляпу перед столь счастливыми отцами.

46

Искусство легких касаний.

В конце 90х к нам пожаловал Садко, богатый гость. Правда, не Садко. И не особо богатый. Но пожаловал. Майкл его звали. Реэкспортный киевский аид с Брайтоновки.
По приезду они с Кабаном начали мутить дела. Оценив хитрожопие гостя и зная Кабаний нрав, ничего хорошего от этого сотрудничества я не ждал. И немедленно в него включился.
Мое дело было как всегда- клиенты, Алекс обеспечивал привоз запчастей, Кабан вложил денег и решал проблемы с таможней.
Поначалу все шло замечательно. Алекс, правда, оказался мелкой истеричной сукой, но у нас в конторе хороших людей отродясь не было.
Я же наблюдал за Алексом, как за диковинной зверушкой. При росте с сидячую собаку он обладал всеми комплексами мелкого галусного жиденка. Производил впечатление очень нечистолотного и ранимого человека, как изящно охарактеризовала его одна моя подруга. При этом отличался повышенной ебливостью и патриотизмом.
Не было случая, что бы вызванным проституткам не сообщалось "Я - АМЕРИКАНСКИЙ ГРАЖДАНИН!"
Причем с несвойственной обстановке торжественностью.
Бабы пугались.
Тормозили.
Ну действительно. Привезли тебя сношать и тут нате. Стоит какой то мелкий пиздюк в горделивой позе и , спесиво надувшись, заявляет о своем гражданстве.
И что? Какие выводы делать? Петь "О проснувшись с утра, видишь флаг на заре?"
Стонать на английском? Одна мадам на все Алексовы просьбы реагировала ревом "YES,SIR!" и молодцеватой отдачей чести.
После мы сами взяли на себя труд представления.Баня. Алекс в койке. Пыхтит над поселянкой. Открывается дверь. Ой. Зашедший невовремя фальшиво смущается, но торжественно сообщает - "ОН- АМЕРИКАНСКИЙ ГРАЖДАНИН!". За алексом ходила толпа зубоскалов и сообщала о его натурализации в любые моменты жизни.
Пошел поссать -американский гражданин, блюет американский гражданин, под столом валяется американский гражданин. Итд.
В 99м Штаты бомбанули Югославию.
Захожу в контору.
Вижу Алекса. Изображаю удивление.
-Ты еще тут?
-А что?
-Так ваших же интернируют.
-Ккого?-испугался Алекс.
-Известно кого. Американских граждан.
-Ккуда?!
-Известно куда. В фильтрационный лагерь.
-!!!!
Я вообще-то хотел пошутить. Но Алекс повелся по-серьезу. Не воспользоваться такой удачей было глупо.
-Да ты не ссы. И в лагере люди живут. Мы тебе передачки носить будем. Носки теплые. Сушки. Повидло.Бациллу всякую. Чай, курево-это святое. Со временем к лагерному начальству ходы найдем. Устроим тебя на сучью должность. Баландером. Или библиотекарем.
-Ккаким ббиблиотекарем?- Алекс бледнеет.
-А, ну да. Извини. Я ж забыл, что ты в слове "хуй" по три ошибки лепишь. Как ты там написал вчера? Ценна 220 долларов? С дабл-н. За рейку. Она тебе так ценна?
Какой из тебя библиотекарь. Погодь. Ты ж говорил, в детстве в музыкалку ходил. На баяне играл. Будешь на зоне самодеятельность поднимать. Подожди, я сейчас.
-Куда?!
-У моего знакомого баян есть.
Вылетаю, звоню Кабану. Захлебываясь от счастья, сообщаю новость. Кабан моментально приезжает. И добавляет жути.
-Да. Приказ на столе у президента. Бессрочное интернирование. МВД только ждет отмашки. Вы все -на карандаше.
Алекс сползает под стол.
До вечера мотали ему нервы, потом сказали, что решение пока отложено.
К этому времени назрел ожидаемый конфликт между конкистадором и туземцами. Понятно, на предмет дележа презренного металла. Алекс оказался жаден до неприличия. Мы мечтали о его отьезде на Родину. Или в Валгаллу.
-Я договорюсь-ему ногу сломают. На одной до Шереметьева доковыляет.(Кабан)
-Фи. Грубо.
-Что ты предлагаешь?
-Навьем ему жути. Сам сбежит.
-Ну валяй.
Сделать пакость- меня отродясь два раза просить было не надо.
1. Смотрю в окно- Алекс паркуется рядом с офисом. Настраиваюсь. Вхожу в роль. Поднимаю трубку. Встаю по стойке "смирно".
-Да, товарищ майор! Нет! Нет! Да что вы, товарищ майор, какой он шпион?
Алекс замирает за дверью.
-Ручаться? Нет, ручаться не могу. Чужая душа-потемки. Но он же дебил. Да. Полный мудак. Орет о своем гражданстве всем шкурам Замоскворечья. Его теперь каждая проститутка знает. Да! Согласен! Нет. Так точно! Доложу!
Шпион за дверью боится вздохнуть.
Выхожу, натыкаюсь на синего Алекса. Фальшиво смущаюсь.
-Кккто это звонил?
-А сам как думаешь?
-Иии что?
-Майором Прониным представился. Про тебя спрашивал. Слушай, а ты не шпион, часом? А то мне забесплатно Родину с тобой продавать неохота.
-Йа?!
-А кто?
-Ннет!
-Смотри, Алекс! Ты под колпаком!
С Прониным, признаюсь, перебрал. Но, к счастью , Алекс книжки читать не любил.
Дальше-больше. Попросил друзей последить за шпионом. Демонстративно. На языке топтунов это называется "пустить брандера". Без толку. Туповатый Алекс их не заметил. Хотя вот как можно было не заметить четырех дебилов , в плащах, шляпах и черных очках, что бродят за тобой след-в-след? Пришлось указать.
-За тобой "ноги".
-Что?
-Не что, а кто. Следят за тобой. Вон-видишь? И тот. И этот еще. Блядь! Ты чего?!
Алекс сомлел. Ишь, впечатлительный какой. Еле успел подхватить обмякшее тело. Запихнул в машину. Отвез в офис. Долго утешал. Мол, может обойдется.
Обменяют тебя. На Лимонова. Или еще какого пидораса. Во! На Борю Моисеева!
Три дня дружки гоняли Алекса по Москве. Кончилось это тем, что мериканец обосрался у меня в машине. В прямом смысле. Отказался выходить, боясь похищения. И навалил под себя. Вонь страшная. Еле довез его до дома. Со слежкой решил завязать.

Далее на сцену вышел "Майор Пронин". Николаич, отставной КГБшник. За пузырь конины бывший майор с радостью включился в игру.
Поутру он приперся в офис, выставил нас с Кабаном за дверь и заперся с Алексом в кабинете.
Последнее , что помню- жмущийся у стены мерикос наш и майор, оседлавший стул.
По результату беседы Алекс скинул пару кило и заполнил опросный лист из 240 вопросов. Всю ночь сочиняли. Паркинсон помог.
Чего там только не было...
1. ФИО
2. Пол
3. Год рождения.
5. Национальность, само собой.
32. Причина Измены Родине.
42. Вы гомосексуалист? Укажите-почему?
48. Имеете ли вы доступ к государственным секретам?
55. Утюг или паяльник?
62. С какого возраста вы занимаетесь онанизмом?
95. Способны ли вы на самопожертвование?
105. Какие животные вас возбуждают? Укажите в порядке очередности.
112. В исправительных учреждениях какой страны Вы предпочли бы отбывать срок за шпионаж?
116. Каких животных вы представляете, занимаясь онанизмом? Укажите в порядке очередности.
118. Боитесь ли вы боли?
124. Как долго и при каких обстоятельствах Вы занимались проституцией/сводничеством?
Алекс в конце опросника был готов на все. Особенно на бегство. Чемоданы уже упаковал. Но тут случился эксцесс исполнителя.
Петрович его вербанул. Старая конторская лошадь взбрыкнула и закусила удила.
Решил развить сюжет по-своему, идиотина.
Все труды пошли насмарку. Алекс вообразил себя разведчиком. Расправил крылья. Он теперя ж агент. Его спецслужбы защищают.
В общем, пришлось ломать ногу. А жаль. У меня было еще столько идей!

47

Однажды я задал весьма образованной аудитории онлайн-квест:

Случайно наткнулся на поразительную биографию. Кто сможет догадаться, не гугля, о ком речь:

Награды и премии в Российской империи
орден Св. Станислава 2-й ст.
орден Св. Анны 2-й ст.
орден Св. Владимира 4-й ст.
в СССР
Герой Социалистического Труда
Два ордена Ленина, два ордена Трудового Красного Знамени
В его честь был назван город, и до сих пор не переименован.

Образованная аудитория почему-то сразу вспомнила графа Игнатьева. Это ответ неверный. Он был удостоен таких советских наград:
Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» (1945)
Юбилейная медаль «XX лет Рабоче-Крестьянской Красной Армии» (1938)

Обе награды какие-то издевательские, ибо граф Игнатьев не принимал никакого участия в первых ХХ годах деятельности Красной Армии, оставаясь в это время во Франции и растя шампиньоны. А также не участвовал в Великой Отечественной войне по возрасту и недоверию соответствующих органов. Хорошо хоть не замели и дали написать книгу.

Я же писал об абсолютном рекордсмене по комбинации имперских и советских наград. Феномен удивительный. Обладателям орденов Св. Станислава, Св. Анны, и Св. Владимира в СССР было просто противопоказано звание Героев Социалистического труда.

Увы, по результатам опроса он оказался никому не известен. Вот самая прикольная реплика:

*Так, блядь, кто это?!?!
Я всех царских генералов и учёных с дипломатами перелопатил, ночь не спал — кто???????

Желающие могут сами попытаться догадаться, приостановив чтение. Расширяю условие - можете гуглить сколько угодно, если какое-то славное или позорное историческое имя само пришло вам на ум, и вы просто справляетесь о его наградах в России и СССР. Это хороший способ заценить разницу всех остальных с Этим человеком.

Долгое время он жил в доходном доме на одной из красивейших улиц Москвы. Неширока, недлинна, и незнаменита эта улица. Как тихая лесная речка, течет она, скрытая высокими кронами старинных зданий, совсем рядом с просторными долами Чистых прудов. Редкий велосипедист долетит до ее середины, насколько заманчивы уходящие из нее переулки. Сотни раз я пересекал ее поперек, остановившись на пару секунд полюбоваться. Но вдоль улицу Чаплыгина мне так и не удалось проехать никогда. Вчера заплутал проходными дворами и наткнулся на дом с доской "ЗДЕСЬ ЖИЛ ЧАПЛЫГИН". Кто такой этот Чаплыгин? - удивился я. Ну и поискал.

Если верить вики, это "один из основоположников современной аэромеханики и аэродинамики". Советую почитать биографию всю, она потрясающа:
https://ru.wikipedia.org/wiki/Чаплыгин,_Сергей_Алексеевич

Он еще успел и главным женским университетом России поруководить несколько лет, так называемым "Вторым МГУ". И ЦАГИ, из которого выросла советская космонавтика и турбореактивная авиация. Некоторые его лучшие разработки стали актуальны только через полвека. А еще в его честь назван кратер на Луне, но об этом я промолчал в квесте, чтобы не палиться. Где вы еще найдете человека с высшими наградами Российской империи и СССР, да еще и с кратером?

Он не дожил до суперкомпьютеров нашего времени. Но по его формулам, написанным гусиным пером и чернилами, они работают и сейчас.

Его вряд ли можно назвать отцом космонавтики. Он лишь помог решению технической проблемы - как преодолеть сопротивление атмосферы нашей планеты. Со столь же сомнительными основаниями его можно считать отцом современной авиации. Но она выросла на его формулах.

По-настоящему в этой биографии меня поразило совсем другое. Чаплыгин осиротел в 2 года - в возрасте 24 лет от эпидемии холеры скончался его отец, приказчик, весьма небогатый человек. И свирепствовал карантин ничуть не меньше, чем сейчас, с не меньшими жертвами эпидемии, и с не меньшими глупостями власти. Вдова, наверно, была в отчаянии. Не только от потери самого близкого человека в цвете лет, но и от будущего - кому нужна вдова приказчика с младенцем на руках, посреди карантина и холеры, в глухом углу нищей Российской империи? Кому нужен этот малыш?

А его ведь надо было еще и воспитывать. Два года - самый ответственный возраст. Новый человек появился в этом мире. Начинает соображать, задавать вопросы.

Я не знаю, как она это выдержала, но в этом никому не нужном ребенке она смогла воспитать человека, который составит славу и Российской империи, и СССР. Обоих государств уже нет со всеми их наградами. Но от них остались улица Чаплыгина, город Чаплыгина и формулы Чаплыгина.

Всем желаю доброго здравия, стойкости духа и аналогичных педагогических удач в воспитании собственных детей, выброшенных в вирт. Карантин - не самое худшее время, чтобы объяснить им что-то самое главное.

И конечно, с Днем космонавтики!

48

Я был очень близок со своим дедом и думал, что я знал о нём почти всё, но оказалось, это не так. После недавнего разговора с матерью и её двоюродным братом я выявил одну страницу его биографии, которой и делюсь с Вами. Мне кажется, что эта история интересна. Предупреждаю, будет очень длинно.

Все описываемые имена, места, и события подлинные.

"Памятник"

Эпиграф 1: "Делай, что должно, и будь, что будет" (Рыцарский девиз)
Эпиграф 2: "Если не я за себя, то кто за меня? А если я только за себя, то кто я? И если не сейчас, то когда?" (Гилель)
Эпиграф 3: "На чём проверяются люди, если Войны уже нет?" (В.С. Высоцкий)

Есть в Гомельщине недалеко от Рогачёва крупное село, Журавичи. Сейчас там проживает человек девятьсот, а когда-то, ещё до Войны там было почти две с половиной тысячи жителей. Из них процентов 60 - белорусы, с четверть - евреи, а остальные - русские, латыши, литовцы, поляки, и чехи. И цыгане - хоть и в селе не жили, но заходили табором нередко.

Место было живое, торговое. Мельницы, круподёрки, сукновальни, лавки, и, конечно, разные мастерские: портняжные, сапожные, кожевенные, стекольные, даже часовщик был. Так уж издревле повелось, белорусы и русские больше крестьянствовали, латыши и литовцы - молочные хозяйства вели, а поляки и евреи ремесленничали. Мой прадед, например, кузню держал. И прапрадед мой кузнецом был, и прапрапра тоже, а далее я не ведаю.

Кузнецы, народ смекалистый, свои кузни ставили на дорогах у самой окраины села, в отличие от других мастеров, что селились в центре, поближе к торговой площади. Смысл в этом был большой - крестьяне с хуторов, деревень, и фольварков в село направляются, так по пути, перед въездом, коней перекуют. Возвращаются, снова мимо проедут, прикупят треноги, кочерги, да ухваты, ведь таскать их по селу смысла нет.

Но главное - серпы, основной хлеб сельского кузнеца. Лишь кажется, что это вещь простая. Ан нет, хороший серп - работа штучная, сложная, больших денег стоит. Он должен быть и хватким, и острым, и заточку долго держать. Хороший крестьянин первый попавшийся серп никогда не возьмёт. Нет уж, он пойдёт к "своему" кузнецу, в качестве чьей работы уверен. И даже там он с десяток-два серпов пересмотрит и перещупает, пока не выберет.

Всю позднюю осень и зиму кузнец в работе, с утра до поздней ночи, к весне готовится. У крестьян весной часто денег не было, подрастратили за долгую зиму, так они серпы на зерно, на льняную ткань, или ещё на что-либо меняли. К примеру, в начале двадцатых, мой прадед раз за серп наган с тремя патронами заполучил. А коли крестьянин знакомый и надёжный, то и в долг товар отдавали, такое тоже бывало.

Прадед мой сына своего (моего деда) тоже в кузнецы прочил, да не срослось. Не захотел тот ремесло в руки брать, уехал в Ленинград в 1939-м, в институт поступать. Летом 40-го вернулся на пару месяцев, а осенью 1940-го был призван в РККА, 18-летним парнишкой. Ушёл он из родного села на долгие годы, к расстройству прадеда, так и не став кузнецом.

Впрочем, время дед мой зря не терял, следующие пяток лет было, чем заняться. Мотало его по всей стране, Ленинград, Кавказ, Крым, и снова Кавказ, Смоленск, Польша, Пруссия, Маньчжурия, Корея, Уссурийск. Больших чинов не нажил, с 41-го по 45-ый - взводный. Тот самый Ванька-взводный, что днюет и ночует с солдатами. Тот самый, что матерясь взвод в атаку поднимает. Тот самый, что на своём пузе на минное поле ползёт, ведь меньше взвода не пошлют. Тот самый, что на своих двоих километры меряет, ведь невелика шишка лейтенант, ему виллис не по ранжиру.

Попал дед в 1-ую ШИСБр (Штурмовая Инженерно-Сапёрная Бригада). Штурмовики - народ лихой, там слабаков не держат. Где жарко, туда их и посылают. И долго штурмовики не живут, средние потери 25-30% за задание. То, что дед там 2.5 года протянул (с перерывом на ранение) - везение, конечно. Не знаю если он в ШИСБр сильно геройствовал, но по наградным листам свои награды заработал честно. Даже на орден Суворова его представляли, что для лейтенанта-взводного случай наиредчайший. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул, и жил как жил. И голове своей руками помогал."

Лишь в самом конце, уже на Японской, фартануло, назначили командиром ОЛПП (Отдельного Легкого Переправочного Парка). Своя печать, своё хозяйство, подчинение комбригу, то бишь по должности это как комбат. А вот звание не дали, как был вечный лейтенант, так и остался, хотя замполит у него старлей, а зампотех капитан. И такое бывало. Да и чёрт с ним, со званием, не звёздочки же на погонах главное. Выжил, хоть и штопаный, уже ладно.

Пролетело 6 лет, уже лето 1946-го. Первый отпуск за много лет. Куда ехать? Вопрос даже не стоит. Велика страна, но места нет милей, чем родные Журавичи. От Уссурийска до Гомельщины хоть не близкий свет, но летел как на крыльях. Только ехал домой уже совсем другой человек. Наивный мальчишка давно исчез, а появился матёрый мужик. Небольшого роста, но быстрый как ртуть и опасный как сжатая пружина. Так внешне вроде ничего особого, но вот взгляд говорил о многом без слов.

Ещё в 44-м, когда освобождали Белоруссию, удалось побывать в родном селе пару часов, так что он видел - отчий дом уцелел. Отписался родителям, что в эвакуации были - "немцев мы прогнали навсегда, хата на месте, можете возвращаться." Знал, что его родители и сёстры ждут, и всё же, что-то на душе было не так, а что - и сам понять не мог.

Вернулся в родной дом в конце августа 1946-го, душа пела. Мать и сёстры от радости сами не свои, отец обнял, долго отпускать не хотел, хоть на сантименты был скуп. Подарки раздал, отобедал, чем Господь благословил и пошёл хозяйство осматривать. Село разорено, голодновато, но ничего, прорвёмся, ведь дома и стены помогают.

А работы невпроворот. Отец помаленьку опять кузню развернул, по договору с колхозом стал работать и чуток частным образом. На селе без кузнеца никак, он всей округе нужен. А молотобойца где взять? Подкосила Война, здоровых мужиков мало осталось, все нарасхват. Отцу далеко за 50, в одиночку в кузне очень тяжело. Да и мелких дел вагон и маленькая тележка: ограду починить, стены подлатать, дров наколоть, деревья окопать, и т.д. Пацаном был, так хозяйственных дел чурался, одно шкодство, да гульки на уме, за что был отцом не раз порот. А тут руки, привыкшие за полдюжину лет к автомату и сапёрной лопатке, сами тянулись к инструментам. Целый день готов был работать без устали.

Всё славно, одно лишь плохо. Домой вернулся, слабину дал, и ночью начали одолевать сны. Редко хорошие, чаще тяжёлые. Снилось рытьё окопов и марш-бросок от Выборга до Ленинграда, дабы вырваться из сжимающегося кольца блокады. Снилась раскалённая Военно-Грузинская дорога и неутолимая жажда. Снился освобождённый лагерь смерти у города Прохладный и кучи обуви. Очень большие кучи. Снилась атака на высоту 244.3 у деревни Матвеевщина и оторванная напрочь голова Хорунженко, что бежал рядом. Снилась проклятая высота 199.0 у села Старая Трухиня, осветительные ракеты, свист мин, мокрая от крови гимнастёрка, и вздутые жилы на висках у ординарца Макарова, что шептал прямо в ухо - "не боись, командир, я тебя не брошу." Снились обмороженные чёрно-лиловые ноги с лопнувшей кожей ординарца Мешалкина. Снился орущий от боли ординарец Космачёв, что стоял рядом, когда его подстрелил снайпер. Снился ординарец Юхт, что грёб рядом на понтоне, срывая кожу с ладоней на коварном озере Ханко. Снился вечно улыбающийся ротный Оккерт, с дыркой во лбу. Снился разорванный в клочья ротный Марков, который оступился, показывая дорогу танку-тральщику. Снился лучший друг Танюшин, командир разведвзвода, что погиб в 45-м, возвращаясь с задания.

Снились горящие лодки у переправы через реку Нарев. Снились расстрелянные власовцы в белорусском лесочке, просящие о пощаде. Снился разбомблённый госпиталь у переправы через реку Муданьцзян. Снились три стакана с водкой до краёв, на донышке которых лежали ордена, и крики друзей-взводных "пей до дна".

Иногда снился он, самый жуткий из всех снов. Горящий пароход "Ейск" у мыса Хрони, усыпанный трупами заснеженный берег, немецкие пулемёты смотрящие в упор, и расстрельная шеренга мимо которой медленно едет эсэсовец на лошади и на хорошем русском орёт "коммунисты, командиры, и евреи - три шага вперёд."

И тогда он просыпался от собственного крика. И каждый раз рядом сидела мама. Она целовала ему шевелюру, на щёку капало что-то тёплое, и слышался шёпот "майн зунеле, майн тайер кинд" (мой сыночек, мой дорогой ребёнок).
- Ну что ты, мама. Я что, маленький? - смущённо отстранял он её. - Иди спать.
- Иду, иду, я так...
Она уходила вглубь дома и слышалось как она шептала те же самые слова субботнего благословения детям, что она говорила ему в той, прошлой, почти забытой довоенной жизни.
- Да осветит Его лицо тебя и помилует тебя. Да обратит Г-сподь лицо Своё к тебе и даст тебе мир.

А он потом ещё долго крутился в кровати. Ныло плохо зажившее плечо, зудел шрам на ноге, и саднила рука. Он шёл на улицу и слушал ночь. Потом шёл обратно, с трудом засыпал, и просыпался с первым лучом солнца, под шум цикад.

Днём он работал без устали, но ближе к вечеру шёл гулять по селу. Хотелось повидать друзей и одноклассников, учителей, и просто знакомых.

Многих увидеть не довелось. Из 20 пацанов-одноклассников, к 1946-му осталось трое. Включая его самого. А вот знакомых повстречал немало. Хоть часть домов была порушена или сожжена, и некоторые до сих пор стояли пустыми, жизнь возрождалась. Возвращались люди из армии, эвакуации, и германского рабства. Это было приятно видеть, и на сердце становилось легче.

Но вот одно тяготило, уж очень мало было слышно разговоров на идиш. До войны, на нём говорило большинство жителей села. Все евреи и многие белорусы, русские, поляки, и литовцы свободно говорили на этом языке, а тут как корова языком слизнула. Из более 600 аидов, что жили в Журавичах до войны, к лету 1946-го осталось не более сотни - те, кто вернулись из эвакуации. То же место, то же название, но вот село стало совсем другим, исчез привычный колорит.

Умом-то он понимал происходящее. Что творили немцы, за 4 года на фронте, повидал немало. А вот душа требовала ответа, хотелось знать, что же творилось в родном селе. Но вот удивительное дело, все знакомые, которых он встречал, бродя по селу, напрочь не хотели ничего говорить.

Они радостно встречали его, здоровались, улыбались, сердечно жали руку, даже обнимали. Многие расспрашивали о здоровье, о местах, куда заносила судьба, о полученных наградах, о службе, но вот о себе делились крайне скупо. Как только заходил разговор о событиях недавно минувших, все замыкались и пытались перевести разговор на другую тему. А ежели он продолжал интересоваться, то вдруг вспоминали про неотложные дела, что надо сделать прямо сейчас, вежливо прощались, и неискренне предлагали зайти в другой раз.

После долгих расспросов лишь одно удалось выяснить точно, сын Коршуновых при немцах служил полицаем. Коршуновы были соседи моих прадеда и прабабушки. Отец, мать и трое сыновей. С младшим, Витькой, что был лишь на год моложе, они дружили. Вместе раков ловили, рыбалили, грибы собирали, бегали аж в Довск поглазеть на самого маршала Ворошилова, да и что греха таить, нередко шкодничали - в колхозный сад лазили яблоки воровать. В 44-м, когда удалось на пару часов заглянуть в родное село, мельком он старого Коршунова видал, но поговорить не удалось. Ныне же дом стоял заколоченный.

Раз вечерком он зашёл в сельский клуб, где нередко бывали танцы под граммофон. Там он и повстречал свою бывшую одноклассницу, что стала моей бабушкой. Она тоже вернулась в село после 7-ми лет разлуки. Окончив мединститут, она работала хирургом во фронтовом госпитале. К 46-му раненых осталось в госпитале немного, и она поехала в отпуск. Её тоже, как и его, тянуло к родному дому.

От встречи до предложения три дня. От предложения до свадьбы шесть. Отпуск - он короткий, надо жить сейчас, ведь завтра может и не быть. Он то об этом хорошо знал. Днём работал и готовился к свадьбе, а вечерами встречались. За пару дней до свадьбы и произошло это.

В ту ночь он спал хорошо, тяжких снов не было. Вдруг неожиданно проснулся, кожей ощутив опасность. Сапёрская чуйка - это не хухры-мухры. Не будь её, давно бы сгинул где-нибудь на Кавказе, под Спас-Деменском, в Польше, или Пруссии. Рука сама нащупала парабеллум (какой же офицер вернётся с фронта без трофейного пистолета), обойма мягко встала в рукоятку, тихо лязгнул передёрнутый затвор, и он бесшумно вскочил с кровати.

Не подвела чуйка, буквально через минуту в дверь раздался тихий стук. Сёстры спали, а вот родители тут же вскочили. Мать зажгла керосиновую лампу. Он отошёл чуть в сторонку и отодвинул щеколоду. Дверь распахнулась, в дом зашёл человек, и дед, взглянув на него, аж отпрянул - это был Коршунов, тот самый.

Тот, увидев смотрящее на него дуло, тут же поднял руки.
- Вот и довелось свидеться. Эка ты товарища встречаешь, - сказал он.
- Ты зачем пришёл? - спросил мой прадед.
- Дядь Юдка, я с миром. Вы же меня всю жизнь, почитай с пелёнок, знаете. Можно я присяду?
- Садись. - разрешил прадед. Дед отошёл в сторону, но пистолет не убрал.
- Здрасте, тётя Бейла. - поприветствовал он мою прабабушку. - Рад, что ты выжил, - обратился он к моему деду, - братки мои, оба в Красной Армии сгинули. Дядь Юдка, просьба к Вам имеется. Продайте нашу хату.
- Что? - удивился прадед.
- Мать померла, братьев больше нету, мы с батькой к родне подались. Он болеет. Сюда возвращаться боязно, а денег нет. Продайте, хучь за сколько. И себе возьмите часть за труды. Вот все документы.
- Ты, говорят, у немцев служил? В полицаи подался? - пристально глянул на него дед
- Было дело. - хмуро признал он. - Только, бабушку твою я не трогал. Я что, Дину-Злату не знаю, сколько раз она нас дерунами со сметаной кормила. Это её соседи убили, хоть кого спроси.
- А сестру мою, Мате-Риве? А мужа её и детей? А Файвеля? Тоже не трогал? - тихо спросла прабабушка.
- Я ни в кого не стрелял, мамой клянусь, лишь отвозил туда, на телеге. Я же человек подневольный, мне приказали. Думаете я один такой? Ванька Шкабера, к примеру, тоже в полиции служил.
- Он? - вскипел дед
- Да не только он, батька его, дядя Коля, тоже. Всех перечислять устанешь.
- Сейчас ты мне всё расскажешь, как на духу, - свирепо приказал дед и поднял пистолет.
- Ты что, ты что. Не надо. - взмолился Коршунов. И поведал вещи страшные и немыслимые.

В начале июля 41-го был занят Рогачёв (это городок километров 40 от Журавичей), потом через пару недель его освободили. Примерно месяц было тревожно, но спокойно, хоть и власти, можно сказать, не было. Но в августе пришли немцы и начался ад. Как будто страшный вирус напал на людей, и слетели носимые десятилетиями маски. Казалось, кто-то повернул невидимый кран и стало МОЖНО.

Начали с цыган. По правде, на селе их никогда не жаловали. Бабы гадали и тряпки меняли, мужики коней лечили.. Если что-то плохо лежало, запросто могли украсть. Теперь же охотились за ними, как за зверьми, по всей округе. Спрятаться особо было негде, на севере Гомельской области больших лесов или болот нету. Многих уничтожали на месте. Кое-кого привозили в Журавичи, держали в амбаре и расстреляли чуть позже.

Дальше настало время евреев. В Журавичах, как и в многих других деревнях и сёлах Гомельщины, сначала гетто было открытым. Можно было сравнительно свободно передвигаться, но бежать было некуда. В лучшем случае, друзья, знакомые, и соседи равнодушно смотрели на происходящее. А в худшем, превратились в монстров. О помощи даже речь не шла.

Коршунов рассказал, что соседи моей прапрабабушки решили поживиться. Те самые соседи, которых она знала почти 60 лет, с тех пор как вышла замуж и зажила своим домом. Люди, с которыми, казалось бы, жили душа в душу, и при трёх царях, и в страшные годы Гражданской войны и позже, при большевиках. Когда она вышла из дома по делам, среди бела дня они начали выносить её нехитрый скарб. Цена ему копейка в базарный день, но вернувшись и увидев непотребство, конечно, она возмутилась. Её и зарубили на собственном дворе. И подобных случаев было немало.

В полицаи подались многие, особенно те, кто помоложе. Им обещали еду, деньги и барахлишко. Они-то, в основном, и ловили людей по окрестным деревням и хуторам. Осенью всех пойманных и местных согнали в один конец села, а чуть позже вывезли за село, в Больничный лес. Метров за двести от дороги, на опушке, был небольшой овражек, там и свершилось кровавое дело. Немцам даже возиться особо не пришлось, местных добровольцев хватало.

Коршунов закончил свой рассказ. Дед был хмур, уж слишком много знакомых имён Коршунов упомянул. И убитых и убийц.
- Так чего ты к нам пришёл? Чего к своим дружкам за помощью не подался? - спросил прадед.
- Дядя Юдка, так они же сволочи, меня Советам сдадут на раз-два. А если не сдадут, за дом все деньги заберут себе, а то я их не знаю. А вы человек честный. Помогите, мне не к кому податься.
Прадед не успел ответить, вмешался мой дед.
- Убирайся. У меня так и играет всё шлёпнуть тебя прямо сейчас. Но в память о братьях твоих, что честно сражались, и о былой дружбе, дам тебе уйти. На глаза мне больше не попадайся, а то будет худо. Пшёл вон.
- Эх. Не мы такие, жизнь такая, - понуро ответил Коршунов и исчез в ночи.

(К рассказу это почти не относится, но, чтобы поставить точку, расскажу. Коршунов пошёл к знакомым с той же просьбой. Они его и выдали. Был суд. За службу в полиции и прочие грехи он получил десятку плюс три по рогам. Дом конфисковали. Весь срок он не отсидел, по амнистии вышел раньше. В конце 50-х он вернулся в село и стал работать трактористом в колхозе.)

- Что мне с этим делать? - спросил мой дед у отца. - Как вспомню бабушку, Галю, Эдика, и всех остальных, сердце горит. Я должен что-то предпринять.
- Ты должен жить. Жить и помнить о них. Это и будет наша победа. С мерзавцами власть посчитается, на то она и власть. А у тебя свадьба на носу.

После женитьбы дед уехал обратно служить в далёкий Уссурийск и в родное село вернулся лишь через несколько лет, всё недосуг было. В 47-м пытался в академию поступить, в 48-м бабушка была беременна, в 49-м моя мать только родилась, так что попал он обратно в Журавичи лишь в 50-м.

Ожило село, людьми пополнилось. Почти все отстроились. Послевоенной голодухи уже не было (впрочем, в Белоруссии всегда бульба с огорода спасала). Жизнь пошла своим чередом. Как и прежде пацаны купались в реке, девчонки вязали венки из одуванчиков, ходил по утрам пастух, собирая коров на выпас, и по субботам в клубе крутили кино. Только вот когда собирали ландыши, грибы, и землянику, на окраину Больничного леса старались не заходить.

"Вроде всё как всегда, снова небо, опять голубое. Тот же лес, тот же воздух, и та же вода...", но вот на душе у деда было как то муторно. Нет, конечное дело, навестить село, сестёр, которые к тому времени уже повыходили замуж, посмотреть на племяшей и внучку родителям показать было очень приятно и радостно. Только казалось, про страшные дела, что творились совсем недавно, все или позабыли или упорно делают вид, что не хотят вспоминать.

А так отпуск проходил очень хорошо. Отдыхал, помогал по хозяйству родителям, и с удовольствием нянчился с племянниками и моей мамой, ведь служба в Советской Армии далеко не сахар, времени на игры с ребёнком бывало не хватало. Всё замечательно, если бы не сны. Теперь, помимо всего прочего, ночами снилась бабушка, двое дядьёв, двое тётушек, и 5 двоюродных. Казалось, они старались ему что-то сказать, что-то важное, а он всё силился понять их слова.

В один день осенила мысль, и он отправился в сельсовет. Там работало немало знакомых, в том числе бывший квартирант родителей, Цулыгин, который когда-то, в 1941-м, и убедил моих прадеда и прабабушку эвакуироваться. Сам он, во время Войны был в партизанском отряде.
- Я тут подумал, - смущаясь сказал дед. - Ты же знаешь, сколько в нашем селе аидов и цыган убили. Давай памятник поставим. Чтобы помнили.
- Идея неплохая, - ответил ему Цулыгин. - Сейчас, правда, самая горячая пора. Осенью, когда всё подутихнет, обмозгуем, сделаем всё по-людски.

В 51-м семейство снова поехало в отпуск в Журавичи. Отпуск, можно сказать, проходил так же как и в прошлый раз. И снова дед пришёл в сельсовет.
- Как там насчёт памятника? - поинтересовался он.
- Видишь ли, - убедившись что их никто не слышит, пряча взгляд, ответил Цулыгин, - Момент сейчас не совсем правильный. Вся страна ведёт борьбу с агентами Джойнта. Ты пойми, памятник сейчас как бы ни к месту.
- А когда будет к месту?
- Посмотрим. - уклонился от прямого ответа он. - Ты это. Как его. С такими разговорами, особо ни к кому не подходи. Я то всё понимаю, но с другими будь поосторожнее. Сейчас время такое, сложное.

Время и впрямь стало сложное. В пылу борьбы с безродными космополитами, в армии начали копать личные дела, в итоге дедова пятая графа оказалась не совсем та, и его турнули из СА, так и не дав дослужить всего два года до пенсии. В 1953-м семья вернулась в Белоруссию, правда поехали не в Журавичи, а в другое место.

Надо было строить новую жизнь, погоны остались в прошлом. Работа, садик, магазин, школа, вторая дочка. Обыкновенная жизнь обыкновенного человека, с самыми обыкновенными заботами. Но вот сны, они продолжали беспокоить, когда чаще, когда реже, но вот уходить не желали.

В родное село стали ездить почти каждое лето. И каждый раз терзала мысль о том, что сотни людей погибли страшной смертью, а о них не то что не говорят, даже таблички нету. У деда крепко засела мысль, надо чтобы всё-таки памятник поставили, ведь времена, кажется, поменялись.

И он начал ходить с просьбами и писать письма. В райком, в обком, в сельсовет, в местную газету, и т.д. Регулярно и постоянно. Нет, он, конечно, не был подвижником. Естественно, он не посвящал всю жизнь и силы одной цели. Работа школьного учителя, далеко не легка, и если подходить к делу с душой, то требует немало времени. Да и повседневные семейные заботы никто не отменял. И всё же, когда была возможность и время, писал письмо за письмом в разные инстанции и изредка ходил на приёмы к важным и не важным чинушам.

Возможно, будь он крупным учёным, артистом, музыкантом, певцом, или ещё кем-либо, то его бы услышали. Но он был скромный учитель математики, а голоса простых людей редко доходит то ушей власть имущих. Проходил год за годом, письма не находили ответа, приёмы не давали пользы, и даже в тех же Журавичах о событиях 1941-го почти забыли. Кто постарше, многие умерли, разъехались, или просто, не желали прошлое ворошить. А для многих кто помладше, дела лет давно минувших особого интереса не представляли.

Хотя, безусловно, о Войне помнили, не смотря на то, что День Победы был обыкновенный рабочий день. Иногда проводились митинги, говорились правильные речи, но о никаких парадах с бряцаньем оружия и разгоном облаков даже речи не шло. Бывали и съезды ветеранов, дед и сам несколько раз ездил в Смоленск на такие.

На государственном уровне слагались поэмы о героизме советских солдат, ставились монументы, и снимались кино. Чем больше проходило времени, тем больше становилось героев, а вот о погибших за то что у них была неправильная национальность, практически никто и не вспоминал. Фильмы дед смотрел, книги читал, на встречи ездил и... продолжал просить о памятнике в родном селе. Когда он навещал Журавичи летом, некоторые даже хихикали ему вслед (в глаза опасались - задевать напрямую ШИСБровца, хотя и бывшего, было небезопасно). Наверное, его последний бой - бой за памятник - уже нужен был ему самому, ведь в его глазах это было правильно.

Правду говорят, чудеса редко, но случаются. В 1965-м памятник всё-таки поставили. Может к юбилею Победы, может просто время пришло, может кто-то важный разнарядку сверху дал, кто теперь скажет. Ясное дело, это не было нечто огромное и величественное. Унылый серый бетонный обелиск метра 2.5 высотой и несколько уклончивой надписью "Советским Гражданам, расстрелянным немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной Войны" Это было не совсем то, о чём мечтал дед, без имён, без описания событий, без речей, но главное всё же сбылось. Теперь было нечто, что будет стоять как память для живых о тех, кого нет, и вечный укор тем, кто творил зло. Будет место, куда можно принести букет цветов или положить камешек.

Конечно, я не могу утверждать, что памятник появился именно благодаря его усилиям, но мне хочется верить, что и его толика трудов в этом была. Я видел этот мемориал лет 30 назад, когда был младшеклассником. Не знаю почему, но он мне ярко запомнился. С тех пор, во время разных поездок я побывал в нескольких белорусских деревнях, и нигде подобных памятников не видел. Надеюсь, что они есть. Может, я просто в неправильные деревни заезжал.

Удивительное дело, но после того как обелиск поставили, плохие сны стали сниться деду намного реже, а вскоре почти ушли. В 2015-м в Журавичах поставили новый памятник. Красивый, из красного мрамора, с белыми буквами, со всеми грамотными словами. Хороший памятник. Наверное совпадение, но в том же году деда снова начали одолевать сны, которые он не видел почти 50 лет. Сны, это штука сложная, как их понять???

Вот собственно и всё. Закончу рассказ знаменитым изречением, автора которого я не знаю. Дед никогда не говорил эту фразу, но мне кажется, он ею жил.

"Не бойся врагов - в худшем случае они лишь могут тебя убить. Не бойся друзей - в худшем случае они лишь могут тебя предать. Но бойся равнодушных - они не убивают и не предают, но только с их молчаливого согласия существует на земле предательства и убийства."

49

В последнюю пару недель, помимо приевшихся уже обычных марлевых масок, я успел повидать на лицах неисчерпаемое разнообразие грозных изделий, извлеченных полагаю из подвалов ГО и Осоавиахима. Встречаются бандитские балаклавы, обладатели которых особенно классно смотрятся перед входом в банк.

Теплую волну в эту коллекцию вносят маски рукодельные. По морде любого мужика видно теперь, повезло ли ему с любящей женой-рукодельницей, или она над ним просто издевалась. Ткани, цвета, фасоны, типы старой одежды - всё пестрит. В продуктовый заходишь как на дефиле мод. Главное только не заржать, видя, во что обуты лица сограждан.

Между тем, доктор Миша из далекой Калифорнии не устает повторять, что 90-95% заражений короной по его опыту происходят вовсе не воздушно-капельным путем, от которого частично защищают маски, а через руки. Об этом уже месяц повторяют Минздрав, МЧС и телеканалы, но в более скучной форме, как в садике: "Мойте руки"! Улицы пусты, контакты в лютом карантине происходят преимущественно в продуктовых магазинах и аптеках. Значит, эти 90-95% - оттуда! Но как? Несколько дней назад я решил внимательно проследить за руками.

Двери во всех этих заведениях в шаговой доступности от моего дома имеют хотя бы одну ручку, которую необходимо схватить, чтобы войти или выйти - локтем об стекло не откроешь. То есть ручки - это компактные поверхности, за них берутся все. По моим наблюдениям - практически все эти руки голые. Потом люди хватаются ими за тележки и за продукты, а те попадают потом прямиком на обеденный стол.

На кассе практически все вручают продавщице льготную карту магазина. Уже залапанную своими руками. Она пощупает все эти карточки, чтобы учесть скидку. Самые умные догадались уже не брать карту, а просто щелкнуть по ней ридером, оставив в руках покупателя, но таких единицы! И уж купюры они возьмут руками точно, и руками же отсчитают сдачу. За руками продавщиц проследил отдельно - без перчаток все!

То есть в сущности жители нашего района почти поголовно обмениваются дружескими рукопожатиями. Вернувшись домой, они возможно не забудут помыть руки. Но до того, как проследовать в ванную, они коснутся ключа, наружной ручки двери, потом внутренней, снимут одежду. Грязными руками. И вряд ли они моют свою скидочную карту. То есть разнесут по всей хате.

Эта простая мысль упала мне в голову, когда я протягивал чудесной девушке Айсиран карту сети аптек "Ригла" (за рекламу не благодарить) после заказа всякой мелочи. А она взяла карту голой рукой. Я вдруг понял, что все заболевшие или их ближайшие родственники первым делом тянутся сюда, в аптеку. И все они хватаются голыми руками за ту самую дверную ручку, за которую только что хватался я сам.
- А можно купить у вас еще и медицинских перчаток? - спросил я.
- Сама бы надела! Но их нет в продаже! - грустно ответила она.

Сапожник без сапог. Аптечная сеть без перчаток для собственных аптекарей. Чего уж там с какого-то Пятачка спрашивать или с Магнолии. Туда и пошел. Нашел целые отвалы обычных хозяйственных перчаток. Ну и взял себе пару, чтобы не смешивать их функции с домашними. У меня мама специалист по работе с едкими веществами, так что правила обращения знаю - размер брать побольше, чтобы удобно было надевать и стягивать за внутреннюю поверхность, не касаясь внешней. Самый большой размер на прилавке оказался пронзительно-фиолетового цвета.

Ну и хожу с тех пор по магазинам, их не снимая. Левую рукой назначил ядовитой - ей беру ручки дверей, тележки и скидочную карту. Правой - то, что вряд ли массой ощупывают покупатели, то есть почти все продукты.

Маски тоже небесполезны, вопреки мнению ВОЗ. Но только по причине забавной, побочной - они препятствуют чисто рефлексивному желанию постоянно трогать свое лицо грязными руками. Преимущество моих фиолетовых перчаток перед масками - в них тоже как-то не хочется тереть нос, протирать глаза или сосать палец. И при этом я не задыхаюсь в этой гребаной маске!

Вид прикольный, конечно, с этими утиными лапами из рукавов куртки, и с чудовищно открытым лицом. До сих пор округляются глаза поверх масок у прочих покупателей. Но у некоторых становятся после этого осмысленными. Пару новых утят сегодня встретил.

Ну а то, что люди в масках, смахивающие на мумий, внутренне ржут над нашими ярко-фиолетовыми щупальцами, так это и хорошо. Такой смех способствует иммунитету и привычке ни в коем случае не касаться руками лица на улице.

50

В бытность мою советским офицером проходил я службу в г. Москва . И вот , как-то решил я с некой Очаровательной Дамой провести вечер пятницы в заведении общественного питания высшей категории ( увы, не люкс) . Данное заведение находилось на первом этаже гостиницы Ленинградская на трёх вокзалах и до этого уже посещалось . Для тех, кто в СССРэ не вырос , замечу, что посещение данных мест обходилось недёшево , рубликов так в 20-25 на пару . Ну , я был молодой хорошо обеспеченный человек, так что предприятия общественного питания высшей категории посещал часто . С категорией Люкс было сложнее – их было не так много , но мне не очень то и хотелось.
Зашли мы в ресторан , нам предложили столик , сделали заказ , тем временем к нам подсадили пару . Пара была наших же лет , молодой человек и Дама Приятная с ним . Они тоже сделали заказ . Мы о чём то болтали , пока не принесли наши закуски и водочку в графине , которую я по причине московских холодов и просто, ради милости душевной, заказал.
Как человек воспитанный я предложил выпить по рюмашке новым знакомым , пока они ждут . Новые знакомые согласились , моя Дама решила подождать . Ну тут и горячие принесли . И вот , наливаем мы , выпиваем…А там , скажем так не водка , а некое пойло , градусов 30 , то что бармены готовят из всех, что осталось недопитым , а потом лохам и подают .
Позвали мы , конечно , официанта , который сразу нам сообщил, что водка нормальная , и вообще нечего бухтеть . Пришлось звать администратора зала , которая долго не находилась, потом всё же нашлась – понюхала водку и на наш вопрос “ Водка ли это ? ” гордо ответила – “ Я не алкоголик , водку не пью ”. Сразу указав нам на то кто мы есть , в отличии от неё “ не алкоголички”.
Слово за слово ( вели мы себя крайне прилично – трезвые же !!!! ) , тут прозвучала фраза от администратора – “ Рассчитайтесь за заказ и покиньте помещение , иначе я вызываю милицию ” . Я и глазом не успел мигнуть, не успел прикинуть ничего в мозгах ( ибо милиция на Трёх Вокзалах это даже не шакалы ) , как моя визави , Дама Приятная кивнула и говорит - “ Конечно, вызывайте ! О чём речь ? ”.
Менты нарисовались моментально – чисто трёхвокзально ментовская мразь . “ Хулиганим граждане ? ” , администраторша ехидно лыбилась за их спиною , - “ Предъявите документы ! “.
Дама Приятная опередив всех нас очаровательно улыбнулась и вынула из сумочки, которая уже стояла перед нею на столе некий документ , красную корочку и представилась “ Старший лейтенант милиции , ОБХСС , такая-то ”. Ментовское говно растаяло мгновенно , администраторша резко развернулась , но остановилась, услышав уже совсем не ласковое - “ Стоять !”.
Надо отдать ей должное – администратором в ресторане в Совке работать , это вам не министром в Украине - тут реагировать надо на обстановку. Она вскинула руку , откуда то возникли, как из под земли 2 халдея , встали по разным бокам стола и….. мгновенно собрали –свернули скатерть в один мешок – со всей едой, водкой , напитками , ну со всеми вещдоками .
Мы обалдели ( я с о своей Дамой так точно ). Через секунду , на столе лежала новая скатерть, через две – приборы , через две минуты - всё остальное, включая прекрасную , освежающую холодную водку. И мы провели прекрасный вечер – с прекрасным обслуживанием, с великолепной едой и напиткам.