Результатов: 335

1

Первый мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая на лоб) все плохо. Это был Моисей. Второй мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая на сердце) все плохо. Это был Христос. Третий мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая на карман) все плохо. Это был Маркс. Четвертый мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая ниже пояса) все плохо. Это был Фрейд. А пятый мудрый еврей сказал, что у людей не все уж так плохо, потому что все относительно. Это был Эйнштейн.

2

Первый мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая на лоб) все плохо. Это был Моисей. Второй мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая на сердце) все плохо. Это был Христос. Третий мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая на карман) все плохо. Это был Маркс. Четвертый мудрый еврей говорил, что у людей все плохо, потому что у них вот тут (показывая ниже пояса) все плохо. Это был Фрейд. А пятый мудрый еврей сказал, что у людей не все уж так плохо, потому что все относительно. Это был Эйнштейн.

3

megumi_ikeda:
Хе, у меня на прошлом месте работы народ два дня в панике принюхивался и спорил, утечка или нет. Газовых плит в офисе, естественно, не было, но за стеной находился автосервис, и на второй день соседей уже всерьез заподозрили в хранении неисправных газовых баллонов и собрались звонить в службу газа. Но тут обнаружили у одной сотрудницы конфеты с дурианом, которые она второй день мирно поглощала, даже не догадываясь, что является причиной панических и конспирологических настроений в конторе.

lioppa_begemoth:
А вот конфеты мне привозили, да. Контрабандой. В герметичной упаковке. Я ходил кругами, ходил, облизывался, а потом как открыл... Как благоухнул...

allegra_shein:
Я пробовала ириски с дурианом, из Вьетнама. Как по мне — ну, немного пахнет старыми носками, но не ужас-ужас-ужас...

caith_sith:
Носки? Вкус китайских карамелек с дурианом мне напомнил репчатый лук, который чуть подгнил, был обжарен, после чего еще подгнил и был уже замешан в карамель. Их не ел никто, кроме меня — мне, внезапно зашло, потому что это было настолько плохо, что даже уже хорошо.

4

СЕМЕЙНЫЙ НАПИТОК.

Эту историю я услышал от жениха на организованном им мальчишнике по случаю предстоящей свадьбы.

Проснулся я от того, что мой пах смачно и шумно облизывали. Я попытался вытащить из-под головы руку, чтобы придать Машкиной голове правильное направление и нужный ритм, но рука не поддавалась. Ни одна, ни другая. Кроме того, на глазах была какая-то тряпка, которую невозможно было стряхнуть. Вдобавок ко всему, Машка лежала на моих ногах, терлась о них теплой грудью, прикрытой мохнатым джемпером и зачем-то била веником по моим щиколоткам.

В голове промелькнул вчерашний вечер после сдачи проекта Заказчику, когда мы, трое парней и двое наших девчонок завалились в Машкин коттедж, и чуть не с порога принялись выпивать из горлышка «Джек Дэниелс», передавая бутылку по кругу. Потом у нас возник спор - я стал утверждать, что хороший самогон лучше любого вискаря, а Машка «слетала» в подвал и притащила бутылку прозрачной жидкости, в которой плавали симпатичные зеленые водоросли, придававшие напитку изумрудный оттенок.

- Папа с дедом гонят, сто раз фильтруют, настаивают на меду, а трава — это тархун с мятой, их из Абхазии привозят.

- Ты глянь! Похоже, Машка тебе серьезные авансы раздает, - хмыкнула Светка, - имей в виду, она потомственная ведьма, а это священный напиток. По преданию его достойны выпивать только мужчины их семейного клана. Так, что сам напросился, теперь пей, - и Светка противно захихикала.

Напиток оказался божественным, но мужики перемудрили с его крепостью, потому, что после бурного веселья, когда мы угомонились и выключили свет, а Машка стянула с меня джинсы, я отключился. На этом моменте воспоминаний, внизу живота стало щекотно, и я затрепыхался в своих путах. Машкин язык переключился на мой живот, и она быстрее застучала веником по ногам, а я осознал, что безумно хочу писать. Потом Машка надавила мне на пах, и я заорал:

- Машка, убери руку, а то обоссусь.

- На чердаке твоя Машка спит. Обиделась, когда ты не стал играть с ней в лошадку и отключился, - раздался из глубины комнаты голос всезнающей Светки.

Я покрылся холодной испариной и вжался спиной в кровать, потому, что меня по-прежнему облизывали, и это была не Машка и даже не Светка. Я попытался шевельнуть ногами, но лежащая на мне туша плотно припечатал их к кровати. В голове метался безумный рой всполошенных мыслей: «Боже, как хочется ссать. Башка раскалывается. Будь проклят этот семейный самогон. Кто лижет мне яйца? Зачем я позволил Машке привязать себя к кровати. И на черта я притащил из самолета эту повязку для глаз: «А теперь мы наденем на лошадку шоры и пусть она угадает, что с ней сделает наездница». Макс? Это он, козлина! Кроме Машки только он был в свитере».

Так вот, что означают его вечные приглашения вместе покурить или попить кофе. Какой же гад, как мне теперь людям в глаза смотреть? А если Машка узнает? Светка стопудово «заложит», если увидит. Я задергался, но Макс придавил мне ноги, что было не повернуться. Тогда я затряс головой, и как-то особенно удачно задел о плечо повязкой, отчего она слегка сдвинулась с глаз.

В комнате было темно, тяжеленые гардины отгородили её от питерских белых ночей, а мне стало немного легче - вроде бы нас пока никто не видит. Взывать к совести Макса было бесполезно, он шумно сопел и был вне себя от страсти, поэтому я решил, затеять разговор со Светкой, может быть тогда, этот гадёныш втихаря от меня свалит.

- Свет, а Свет, чем ты там чавкаешь? Я тоже жрать хочу.

Со стороны Светки раздался кашель, видать подавилась салатом, а потом двухголосое ржанье. Вот кому надо в лошадок играть.

- Ты это точно есть не будешь, - со всхлипом проговорила Светка и снова заржала, как кобыла на выданье.

- Ты сегодня заткнёшься, наконец? – услышал я со стороны Светки сдавленный голос Макса, - кушай Светочка, кушай, а то этот придурок всю еду у тебя отберёт, - и гады снова заржали, но уже во всю глотку. Я ещё не успел подумать плохо о Владе, как он отозвался из противоположного конца комнаты:

- Так может быть выпьем, раз вы меня разбудили. Где у Машки выключатель?

По комнате пробежал расплывчатый свет смартфона, и ярко вспыхнула люстра. На моих ногах лежал Машкин большой белый пудель, колотил по моим ногам веселым хвостом с кисточкой на конце, и умильно улыбаясь белоснежными зубами, капал слюнями на мою промежность.

Не стану повторять, что говорили бессовестные твари сквозь гомерический хохот, в том момент мне безумно хотелось ссать.

- Развяжите мне руки, суки!

- Ты бы не упоминал собак всуе, - задыхаясь от смеха, пробормотал Макс и первым бросился мне на помощь. Вот не зря я с ним курил и пил кофе, он настоящий мужик. Макс подкрался ко мне с изголовья, и начал было развязывать мудреные Машкины узлы, но пёсик зарычал и злобно оскалил зубы. Похоже, ему не понравилось, что такая замечательная игрушка может от него сбежать, а я заорал:

- Макс, назад!

Макс шарахнулся в сторону, скотина перестала рычать и снова принялась улыбаться. А я в очередной раз облился потом.

- Стряхнуть его пробовал?

- Да, он чуть не откусил мне яйца. Позовите собаку как-нибудь, - прошептал я, - как зовут эту гниду?

- Как-то на «Дж» сквозь слезы просипела Светка.

- Так зовите же, уроды!

- Джек, - заорали парни с разных сторон.

- Дэниелс, - пискнула с дивана Светка, захрюкала и забилась в истерике. Я когда-нибудь прибью эту бессердечную тварь, вот только выполним следующий заказ, и задушу её прямо в офисе.

- Дружок, Джульбарс, Джессика, Джамбул, - надрывались пацаны, но белая псина по-прежнему не хотела слезать с моих ног и капала на яйца слюнями. Все же мужики добрее баб, они реально понимали грозящую мне опасность и старались изо всех сил:

- Джампер, Джингл, Джейран, Дружок, - орали они, хором и по очереди, но собака лишь радостно скалилась над моим хозяйством, виляла хвостом и не двигалась с места.

- Мужики, бросьте ему какую-нибудь жрачку со стола, может быть он отвянет, - простонал я, - а то я здесь всё обоссу.

Пацаны, молодцы, с ними бы я пошел в разведку, даром, что о них вначале нехорошо подумал. Со стола мимо собаки полетели куриные кости, куски копченой и вареной колбасы, сыр, а Влад даже слепил что-то вроде «снежка» из оливье и запустил в самый дальний угол. Собака с интересом следила за пролетающими продуктами и тихо радовалась начавшейся вакханалии, но с места не двигалась.

Внезапно открылась входная дверь и на пороге явилась заспанная Машка. Пока она рассматривала учинённый нами разгром, мы уставились на неё. Машка была абсолютно голой, за исключением наброшенной на плечи мохнатой кофты, которая не скрывала обе её груди, тяжело раскачивающиеся в такт движениям.

Вы ведь знаете, что среди женщин бытует легенда, что все утренние стояки от того, что мужчинам хочется писать. И вообще, как только у мужика начинается позыв к мочеиспусканию, то мгновенно возникает непроизвольная эрекция. Попытки объяснить, женщинам, что эти вещи мало связаны друг с другом, всегда разбиваются о железную логику семейных преданий из серии: «А вот мама рассказывала, что, когда водила моего братика по утрам в туалет, у него всегда стоял писюн». Если бы женская фантазия на эту тему получила развитие, хотел бы я знать, как с их точки зрения должна выглядеть очередь в мужской туалет пивного бара.

И сейчас я увидел эту гипотетическую очередь в полной красе - мы, втроем не отрывая глаз, смотрели на Машку, и было очевидным, что каждый из нас занял своё место на пути к мифическому пивному туалету. Правда, кроме меня все парни были хоть чуточку прикрыты, но Машка все прекрасно поняла, быстро сложила в голове целостную картину и крикнула Максу:

- Возьми в углу резиновую уточку. Видишь такая обгрызенная, кидай! - а сама заорала,- Джокер, взять!

Собака спрыгнула с моего мочевого пузыря, ломанулась в угол комнаты, треснулась башкой о сервант, вцепилась зубами в резиновое изделие китайских мастеров и принялась его трепать изо всей собачьей дури. Я же подхватил джинсы и, не одеваясь, высочил на улицу, пробежал над водой по деревянным мосткам, остановился в самом конце у камышей и с огромным облегчением направил струю в лёгкий туман, покрывавший зеркальную гладь утренней речки.

Мне показалось, что прошло не менее получаса, от возникшей легкости из глаз вытекли две горячие слезинки, а из воды показалась голова огромной щуки, разевающей зубастую пасть. Она тупо смотрела на меня, открывала и закрывала рот, чавкала совсем как Светка на диване.

Я устало опустился на доски настила, прилег, и слегка отключился. Пришёл в себя от того, что моё лицо шумно нюхали, чей-то мокрый нос сопел и тыкался то в щёку, то в нос, то в лоб. Я приоткрыл глаза, и увидел мертвенно-бледное лицо покойника с горящими красными глазами. Оно непрерывно гримасничало, показывало вампирские клыки, надувало щёки и фыркало, а по его щекам хлопали концы белого пухового платка. Похоже, что в дедушкином самогоне была совсем другая трава, чем та, о которой знала Машка.

- Ты кто? – спросил я покойника.

- Это Мурзик. Мурзик, отвали! - раздался Машкин голос, и после несильного пинка ногой, лицо мертвеца отлетело в сторону.

Я приподнялся и с трудом уселся на деревянном настиле: передо мной стояла Машка и размахивала сиськами, а вокруг сидело человек двадцать белых кроликов, они громко сопели, непрерывно жевали и шептались друг с другом.

- Это дедовы. Когда он уезжает, выпускает их попастись на газонах, заодно и траву подстригают, а Мурзик среди них самый наглый. Так мы будем жениться?

- В каком смысле?

- Ну, ты же слышал, что Светка сказала. Только мужчины нашего клана могут пить этот напиток.

Я откинулся на мостки и обреченно уставился в небо, где далеко вверху, там, где кончались Машкины ноги, сияло ослепительное утреннее солнце и подумал: «развестись я всегда успею» и уныло кивнул головой:

- Будем.

Михаил Грязнов.

6

Гарри Хиппо - последний хиппи.

В шестидесятые годы европейские хиппи повадились бродить по миру, кто в Индию с Непалом, кто в Африку. Садились в свои раскрашенные цветами Фольксвагенбусы, и на спущенных шинах (чтоб не провалиться) пилили через Сахару. Терялись, допивали последнюю воду, а потом поджигали машины - в надежде, что их заметят и спасут. Наивные дети любви. Спасали их редко.
В Сахаре сухо, как в пустыне, потому что... Ну, вы поняли. Ржавчины нет. Скелеты этих Фольксвагенов до сих пор чернеют в песках.
Ехали они на остров Ламу, магическое место, где прана бьёт тугой струёй, сливаясь с энергией космоса.
Двадцать лет назад я встретил там Гарри Хиппо. Седовласый, черный как сапог, увешанный бусами и фенечками по моде ушедшей эпохи, Гарри Хиппо подошёл ко мне и великосветски пригласил на ужин. Это было честью, как мне потом объяснили, Гарри сам выбирал своих гостей, брал немного - купить еды.
В шестидесятые он был ещё подростком, и влюбился в хиппарей. Дети цветов ушли, став жадными банкирами и продажными политиками, а Гарри остался.
Жил он на окраине Ламу, в доме, напоминающем пещеру - узкие комнаты без окон, с неровными глинобитными стенами.
Гарри любил поесть, о чем говорило его необъятное брюхо. Злые языки утверждали, что Хиппо - это просто сокращение слова гиппопотам. Как многие толстяки, Гарри великолепно готовил.
Но лучшим оказался десерт.
Гарри вывел своих детей, достал игрушечный рояль, и стал исполнять хиты шестидесятых - Doors, Beach Boys, ну и конечно, Beatles.
До сих пор не могу сдержать улыбки.
Горит керосиновая лампа, черный толстяк наяривает на крошечном рояле, а детишки с бубенцами и барабанчиками тонкими голосами выводят - "We all live in the yellow submarine". Лютый сюрр.
В Африке живут плохо, но недолго.
Гарри Хиппо, если ты ещё жив - Peace, bro...
Ну а если нет - надеюсь, ты встретил своих друзей-хиппи, молодых, наивных и весёлых.

7

Одна Даша из Костромы вышла замуж в Америку. «Почтовая невеста», каких миллион. Муж старше лет на 20, то есть ей было 20 с копейками, а ему – 40 с центами. Но не фермер, не лысеющий менеджер в костюмчике, не компьютерный задрот, а здоровенный рестлер, весь в татуировках, по профессии вышибала в баре. Что местные бабы не висели на нем гроздьями – исключительно происки феминизма.

За годы как-то попритерлись друг к другу, стерпелись-слюбились, двух сыновей завели. На зарплату вышибалы особо не пошикуешь, Даша тоже пошла работать. Помощницей у русского мануального терапевта, записать пациента, карточку заполнить, полотенечко принести. Денег немного, зато работа не бей лежачего в буквальном смысле, и ничего, кроме русского, знать не надо. Жили не тужили, не хуже других.

Но тут в последние годы Америка покатилась в сраное говно. Устроили эпидемию ковида, бар потерял клиентов, вышибалу вышибли. Заставили всех носить маски и делать прививки с биллгейтсовскими чипами. Детей отправили на удаленку, они там взбесились, заодно стало слышно, чему их учат в школе: однополому сексу и вине белой расы. Запретили оружие, а погромы BLM наоборот разрешили. Душка Трамп проиграл выборы маразматику Байдену, в правительстве одни толерасты, мэр Чикаго вообще черная лесбиянка, не успеешь оглянуться – такая же и президентом станет. Пропал калабуховский дом.

Когда подобные жалобы высказывают мои друзья-иммигранты, я им обычно говорю: не нравится – возвращайтесь в Россию, там этих проблем нет. Последний оплот, где и толерасты всех мастей сидят под веником пикнуть боятся, и маски никто не носит, и президент никогда в жизни не проиграет выборы. Никто почему-то не соглашается. А вот Даша решилась.

Они продали дом в Чикаго и купили дом в Костроме. Поменяли паршивенький таунхаус сороковых годов постройки на роскошный коттедж с полугектаром земли. Будут выращивать экологически чистые овощи без ГМО и регистрации, может, и экологически чистых кур и свиней заведут. Я, конечно, спросил, на что они собираются жить дальше. Муж по-русски ни бум-бум, Дашу в 40 с гаком и без специальности тоже не ждут на работе с распростертыми объятиями. Оказалось, у них и это продумано. Мужу как раз исполняется 62, в США с 62 лет можно выйти на раннюю пенсию, 70% от полной. В долларах это порядка полутора-двух тысяч, в Чикаго после уплаты всех страховок и сборов останется только лапу сосать, а в Костроме на 100-150 тысяч в месяц можно шикарно жить.

Вот только у сыновей в школе не заладилось. Дразнят пиндосами из-за акцента и гомиками, потому что видели, как отец их поцеловал. И еще как-то, они не все русские слова понимают. Старшего побили – папины приемчики плохо помогают, когда все на одного. Злые какие-то дети, хотя школа хорошая, частная. Ничего, перерастут. А если нет, всегда можно вернуться в толерантную Америку, американское гражданство они предусмотрительно сохранили.

8

- Маш, меня утомил твой мобильник, ну сделай тише звонок! Кто тебе трезвонит весь вечер?
- Мальчики.
- А что им всем надо?
- Ну... по-разному. Спрашивают, что делаю, не выйду ли гулять, предлагают сидеть вместе в автобусе на экскурсии, на технораме со мной в паре быть. Миша спросил, не тяжёлый ли у меня на завтра портфель, хотел зайти за мной перед школой.
- Слушай, а чем ты их цепляешь, а? Расскажи, мне уже самой интересно! Почему к тебе вечно такая очередь стоит, как к телу Ленина в моём детстве?
- Тебе зачем это? У тебя папа!
- Чисто теоретически. Изучаю людей.
- Ну ладно, расскажу. Просто мальчики - это такие люди, что им всё время надо, чтобы их хвалили. Это как по голове погладить, только без рук. Даже самый никому ненужный мальчик что-то делает хорошо. Уравнения решает, например, или на физкультуре дальше всех прыгает, или танки рисует красиво. А ему про это никто никогда не говорит кроме мамы. А я всегда говорю. Мне не жалко, и это же честно. Не все умеют красиво рисовать танки и хорошо прыгать в длину. Я восхищаюсь этим вслух!
- Ну это и с девочками наверное так. И со взрослыми тоже.
- Этого я не знаю. Ты про мальчиков спросила. Ещё нельзя быть круче мальчика - вот прямо во всём. Мальчик должен себя чувствовать крутым всегда.
- Ну и как ты реализуешь этот принцип на таэквондо? У всех твоих пацанов зеленый пояс, у тебя синий. Ну и объективно ты там круче всех в группе.
- Ай... - Маша снисходительно машет рукой - Это же маль-чи-ки!!! Я им сказала, что с поясом мне случайно повезло на аттестации. И когда у меня получается кого-то из них в спаринге забороть, я потом говорю, что мне было так страшно! Говорю - я заранее тебя так боялась, что спаринг выиграла от страха!
- Врешь, иначе говоря?
- Не вру!! Я всегда боюсь: двинешь не туда, промахнешься - сломаешь ещё что-нибудь, они так плохо блоки ставят! Прогуливать не надо потому что тренировки. Ну и ещё кормить мальчиков надо. Они, знаешь, прямо как-то очень зависят от этого. Если мальчик знает, что у него дома будет вкусный суп со сметанкой - зачем ему идти куда-то гулять с другими мальчиками или девочками? Мне кажется, они и женятся для этого на своих женах, когда вырастут. Поэтому я всегда угощаю - на переменке, на прогулке. Вы вот с папой смеётесь, что я таскаю с собой много еды всегда, но мне нужно. Я сама всё время ем и мальчиков кормлю.
- Ну это я уже слышу который год от тебя, что надо муженьку кормить. Это я уяснила. Кормлю на всякий случай всех подряд больших мальчиков, хотя не планирую никого завоевывать.
- Незачем тебе завоевывать. У тебя папа есть. И одно я ещё у тебя подсмотрела, рассказать?
- Конечно. Что именно?
- Нельзя приставать с разговорами, когда мальчик уставший или голодный. Надо, чтоб он поел и помолчал. Ну знаешь, когда они тупо в одну точку смотрят? Это они не тупят, а отдыхают. Мальчики не могут столько разговаривать, сколько девочки. Им иногда надо помолчать, подумать о всякой мальчиковой важной фигне. Ты правильно делаешь, что к папе не лезешь сразу после его работы со всякими там счётчиками воды и репетитором.

Я только что в ленте видела рекламу: 4-дневные курсы, как быть востребованной девушкой и выйти замуж. Стоят дорого. Я им сейчас обломаю весь бизнес, чувствую. Запишите: хвалить, кормить, не трещать без умолку, не быть круче. И все женихи - ваши. Ноги от ушей не обязательны, забейте, у Маши самые обычные ноги, подлиннее видали. Но её 8-10-летние друзья готовы ночевать у нас под дверью.

©Галина Созанчук

10

Не мое (из Интернета)
Конец 1980-х годов. Последние годы существования Советского Союза. Глухая деревня на Дальнем Востоке.
Рассказ учительницы из этой деревни.

" Меня уговорили на год взять классное руководство в восьмом классе. Раньше дети учились десять лет. После восьмого класса из школ уходили те, кого не имело смысла учить дальше. Этот класс состоял из таких почти целиком. Две трети учеников в лучшем случае попадут в ПТУ. В худшем — сразу на грязную работу и в вечерние школы. Мой класс сложный, дети неуправляемы, в сентябре от них отказался очередной классный руководитель. Директриса говорит, что, если за год я их не брошу, в следующем сентябре мне дадут первый класс.

Мне двадцать три. Старшему из моих учеников, Ивану, шестнадцать. Он просидел два года в шестом классе, в перспективе — второй год в восьмом. Когда я первый раз вхожу в их класс, он встречает меня взглядом исподлобья. Парта в дальнем углу класса, широкоплечий большеголовый парень в грязной одежде со сбитыми руками и ледяными глазами. Я его боюсь.

Я боюсь их всех. Они опасаются Ивана. В прошлом году он в кровь избил одноклассника, выматерившего его мать. Они грубы, хамоваты, озлоблены, их не интересуют уроки. Они сожрали четверых классных руководителей, плевать хотели на записи в дневниках и вызовы родителей в школу. У половины класса родители не просыхают от самогона. «Никогда не повышай голос на детей. Если будешь уверена в том, что они тебе подчинятся, они обязательно подчинятся», — я держусь за слова старой учительницы и вхожу в класс как в клетку с тиграми, боясь сомневаться в том, что они подчинятся. Мои тигры грубят и пререкаются. Иван молча сидит на задней парте, опустив глаза в стол. Если ему что-то не нравится, тяжелый волчий взгляд останавливает неосторожного одноклассника.

Районо втемяшилось повысить воспитательную составляющую работы. Мы должны регулярно посещать семьи в воспитательных целях. У меня бездна поводов для визитов к их родителям — половину класса можно оставлять не на второй год, а на пожизненное обучение. Я иду проповедовать важность образования. В первой же семье натыкаюсь на недоумение. Зачем? В леспромхозе работяги получают больше, чем учителя. Я смотрю на пропитое лицо отца семейства, ободранные обои и не знаю, что сказать. Проповеди о высоком с хрустальным звоном рассыпаются в пыль. Действительно, зачем? Они живут так, как привыкли. Им не нужна другая жизнь.
Дома моих учеников раскиданы на двенадцать километров. Общественного транспорта нет. Я таскаюсь по семьям. Визитам никто не рад — учитель в доме к жалобам и порке. Я хожу в один дом за другим. Прогнивший пол. Пьяный отец. Пьяная мать. Сыну стыдно, что мать пьяна. Грязные затхлые комнаты. Немытая посуда. Моим ученикам неловко, они хотели бы, чтобы я не видела их жизни. Я тоже хотела бы их не видеть. Меня накрывает тоска и безысходность. И через пятьдесят лет здесь будут все так же подпирать падающие заборы слегами и жить в грязных, убогих домах. Никому отсюда не вырваться, даже если захотят. И они не хотят. Круг замкнулся.

Иван смотрит на меня исподлобья. Вокруг него на кровати среди грязных одеял и подушек сидят братья и сестры. Постельного белья нет и, судя по одеялам, никогда не было. Дети держатся в стороне от родителей и жмутся к Ивану. Шестеро. Иван старший. Я не могу сказать его родителям ничего хорошего — у него сплошные двойки. Да и зачем что-то говорить? Как только я расскажу, начнется мордобой. Отец пьян и агрессивен. Я говорю, что Иван молодец и очень старается. Все равно ничего не изменить, пусть хотя бы его не будут бить при мне. Мать вспыхивает радостью: «Он же добрый у меня. Никто не верит, а он добрый. Он знаете, как за братьями-сестрами смотрит! Он и по хозяйству, и в тайгу сходить… Все говорят — учится плохо, а когда ему учиться-то? Вы садитесь, садитесь, я вам чаю налью», — она смахивает темной тряпкой крошки с табурета и кидается ставить грязный чайник на огонь.

Этот озлобленный молчаливый переросток может быть добрым? Я ссылаюсь на то, что вечереет, прощаюсь и выхожу на улицу. До моего дома двенадцать километров. Начало зимы. Темнеет рано, нужно дойти до темна.

— Светлана Юрьевна, подождите! — Ванька бежит за мной по улице. — Как же вы одна-то? Темнеет же! Далеко же! — Матерь божья, заговорил. Я не помню, когда последний раз слышала его голос.

— Вань, иди домой, попутку поймаю.

— А если не поймаете? Обидит кто?

Ванька идет рядом со мной километров шесть, пока не случается попутка. Мы говорим всю дорогу. Без него было бы страшно — снег вдоль дороги размечен звериными следами. С ним мне страшно не меньше — перед глазами стоят мутные глаза его отца. Ледяные глаза Ивана не стали теплее. Я говорю, потому что при звуках собственного голоса мне не так страшно идти рядом с ним по сумеркам в тайге.
Наутро на уроке географии кто-то огрызается на мое замечание. «Язык придержи, — негромкий спокойный голос с задней парты. Мы все, замолчав от неожиданности, поворачиваемся в сторону Ивана. Он обводит холодным, угрюмым взглядом всех и говорит в сторону, глядя мне в глаза. — Язык придержи, я сказал, с учителем разговариваешь. Кто не понял, во дворе объясню».

У меня больше нет проблем с дисциплиной. Молчаливый Иван — непререкаемый авторитет в классе. После конфликтов и двусторонних мытарств мы с моими учениками как-то неожиданно умудрились выстроить отношения. Главное быть честной и относиться к ним с уважением. Мне легче, чем другим учителям: я веду у них географию. С одной стороны, предмет никому не нужен, знание географии не проверяет районо, с другой стороны, нет запущенности знаний. Они могут не знать, где находится Китай, но это не мешает им узнавать новое. И я больше не вызываю Ивана к доске. Он делает задания письменно. Я старательно не вижу, как ему передают записки с ответами.

В школе два раза в неделю должна быть политинформация. Они не отличают индийцев от индейцев и Воркуту от Воронежа. От безнадежности я плюю на передовицы и политику партии и два раза в неделю пересказываю им статьи из журнала «Вокруг света». Мы обсуждаем футуристические прогнозы и возможность существования снежного человека, я рассказываю, что русские и славяне не одно и то же, что письменность была до Кирилла и Мефодия.

Я знаю, что им никогда отсюда не вырваться, и вру им о том, что, если они захотят, они изменят свою жизнь. Можно отсюда уехать? Можно. Если очень захотеть. Да, у них ничего не получится, но невозможно смириться с тем, что рождение в неправильном месте, в неправильной семье перекрыло моим открытым, отзывчивым, заброшенным ученикам все дороги. На всю жизнь. Без малейшего шанса что-то изменить. Поэтому я вдохновенно им вру о том, что главное — захотеть изменить.

Весной они набиваются ко мне в гости. Первым приходит Лешка и пристает с вопросами:

— Это что?

— Миксер.

— Зачем?

— Взбивать белок.

— Баловство, можно вилкой сбить. Пылесос-то зачем покупали?

— Пол пылесосить.

— Пустая трата, и веником можно, — он тычет пальцем в фен. — А это зачем?

— Лешка, это фен! Волосы сушить!

Обалдевший Лешка захлебывается возмущением:

— Чего их сушить-то?! Они что, сами не высохнут?!

— Лешка! А прическу сделать?! Чтобы красиво было!

— Баловство это, Светлана Юрьевна! С жиру вы беситесь, деньги тратите! Пододеяльников, вон полный балкон настирали! Порошок переводите!

В доме Лешки, как и в доме Ивана, нет пододеяльников. Баловство это, постельное белье.

Иван не придет. Они будут жалеть, что Иван не пришел, слопают без него домашний торт и прихватят для него безе. Потом найдут еще тысячу поводов, чтобы завалиться в гости, кто по одному, кто компанией. Все, кроме Ивана. Он так и не придет. Они будут без моих просьб ходить в садик за сыном, и я буду спокойна — пока с ним деревенская шпана, ничего не случится, они — лучшая для него защита. Ни до, ни после я не видела такого градуса преданности и взаимности от учеников. Иногда сына приводит из садика Иван. У них молчаливая взаимная симпатия.

На носу выпускные экзамены, я хожу хвостом за учителем английского Еленой — уговариваю не оставлять Ивана на второй год. Затяжной конфликт и взаимная страстная ненависть не оставляют Ваньке шансов выпуститься из школы. Елена колет Ваньку пьющими родителями и брошенными при живых родителях братьями-сестрами. Иван ее люто ненавидит, хамит. Я уговорила всех предметников не оставлять Ваньку на второй год. Елена несгибаема. Уговорить Ваньку извиниться перед Еленой тоже не получается:

— Я перед этой сукой извиняться не буду! Пусть она про моих родителей не говорит, я ей тогда отвечать не буду!

— Вань, нельзя так говорить про учителя, — Иван молча поднимает на меня тяжелые глаза, я замолкаю и снова иду уговаривать Елену:

— Елена Сергеевна, его, конечно же, нужно оставлять на второй год, но английский он все равно не выучит, а вам придется его терпеть еще год. Он будет сидеть с теми, кто на три года моложе, и будет еще злее.
Перспектива терпеть Ваньку еще год оказывается решающим фактором, Елена обвиняет меня в зарабатывании дешевого авторитета у учеников и соглашается нарисовать Ваньке годовую тройку.

Мы принимаем у них экзамены по русскому языку. Всему классу выдали одинаковые ручки. После того как сданы сочинения, мы проверяем работы с двумя ручками в руках. Одна с синей пастой, другая с красной. Чтобы сочинение потянуло на тройку, нужно исправить чертову тучу ошибок, после этого можно браться за красную пасту.

Им объявляют результаты экзамена. Они горды. Все говорили, что мы не сдадим русский, а мы сдали! Вы сдали. Молодцы! Я в вас верю. Я выполнила свое обещание — выдержала год. В сентябре мне дадут первый класс. Те из моих, кто пришел учиться в девятый, во время линейки отдадут мне все свои букеты.

Прошло несколько лет. Начало девяностых. В той же школе линейка на первое сентября.

— Светлана Юрьевна, здравствуйте! — меня окликает ухоженный молодой мужчина. — Вы меня узнали?

Я лихорадочно перебираю в памяти, чей это отец, но не могу вспомнить его ребенка:

— Конечно узнала, — может быть, по ходу разговора отпустит память.

— А я вот сестренку привел. Помните, когда вы к нам приходили, она со мной на кровати сидела?

— Ванька! Это ты?!

— Я, Светлана Юрьевна! Вы меня не узнали, — в голосе обида и укор. Волчонок-переросток, как тебя узнать? Ты совсем другой.

— Я техникум закончил, работаю в Хабаровске, коплю на квартиру. Как куплю, заберу всех своих.

Он легко вошел в девяностые — у него была отличная практика выживания и тяжелый холодный взгляд. Через пару лет он действительно купит большую квартиру, женится, заберет сестер и братьев и разорвет отношения с родителями. Лешка сопьется и сгинет к началу двухтысячных. Несколько человек закончат институты. Кто-то переберется в Москву.

— Вы изменили наши жизни.

— Как?

— Вы много всего рассказывали. У вас были красивые платья. Девчонки всегда ждали, в каком платье вы придете. Нам хотелось жить как вы.

Как я. Когда они хотели жить как я, я жила в одном из трех домов убитого военного городка рядом с поселком леспромхоза. У меня был миксер, фен, пылесос, постельное белье и журналы «Вокруг света». Красивые платья я сама шила вечерами на машинке.

Ключом, открывающим наглухо закрытые двери, могут оказаться фен и красивые платья. Если очень захотеть".

11

xxx:
Про навыки в постели.
Я кошмарно благодарна одному своему бывшему за то, что он озвучил почему ему нравится со мной трахаться. Оказалось, потому что я в курсе что и как мне надо и просто говорю что, как, куда, выше, быстрее, медленнее, я повернусь, да вот так, да, ДА.
Звучит тупо, но оказывается (лол) мужчины не телепаты и понятия не имеют как мне там хорошо или плохо. И большинство девушек в постели ведут себя как на интервью для работы в казино - улыбаются, машут и врут. А мне похуй тонкая душевная организация партнера, если мне не очень, то дам инструкцию как сделать очень, и сама извернусь чтоб мужчине было удобнее делать мне очень. И оказалось что это приводит к обоюдно отличному сексу, если партнер не мудак которому лишь бы потереться гениталиями до 5 минут.
А если мужчина не хочет подстраиваться и делать как мне приятно, то и славно - сразу разошлись на почве половой несовместимости и не ебем друг другу мозги.

12

Помните почти волшебную, сказочную победу сборной Дании на Евро 92. У этой сказки есть и другая сторона, но она не весёлая, более того страшная, но божественная.

В 1992 году по политическим причинам сборная Югославии была отстранена от участия в турнире проходившем в Швеции.
Это событие типичный "Черный лебедь", привело к тому, что не попавшая на турнир и проводящая в отпуске на курортах сборная Дании, была приглашена заменить югославов.

По началу никто в Дании не поверил в эту новость, все думали розыгрыш. Потом не верил в это тренер датчан Рихард Меллер-Нильсон, позже когда уже стало ясно, что это не розыгрыш, стали собирать датских футболистов со всех курортов мира, дело это было очень сложное, хотя бы потому-что и футболисты думали, что это розыгрыш и вешали трубки.
С большим трудом тренеру удалось уговорить футболистов прибыть в расположении сборной. К примеру Михаэль Лаудруп не приехал, он, конфликтовал с тренером, и не хотел прерывать свой отдых, тем более все в мире понимали, что Дания едет на турнир в качестве статистов.

Это понимал и Меллер-Нильсон, поэтому он попросил футболистов не прерывать отдых, так как после трёх игр каждый смог бы продолжить его. У команды не было ни плана тренировок, ни анализа соперников, вообще ничего не было.

Так же от чемпионата первоначально отказался Ким Вильфорт, причина ужасна, его маленькая дочь умирала в больнице для больных раком. Тренер и команда понимали в каком ужасающем положении находится отец Вильфорт. Ему было предложены любые условия, какие он сам выберет. Он отказался.
Но, больной девочке стало лучше, и она вместе с женой Кима, попросили его поехать на чемпионат. Тренер Нильсон, разрешил Вильфорту после турнира сразу возвращаться в Данию.

Первый матч Дания играет вничью с англичанами, во втором проигрывает Швеции, ребенку становится плохо, и в перерыве жена просит Вильфорта срочно вернутся в Копенгаген. Вильфорт собирает чемодан, уезжает и просит товарищей его не ждать, он принял решение покинуть турнир. Все всё понимают, Ким уезжает.

Матч с Францией он смотрит уже в больнице вместе с дочерью. Дания открывает счет, Франция сравнивает, все шло к вылету, но в самом конце Эльструп забивает Франции победный гол.

Вильфорт видит, как вся больница, оглашается счастливыми криками, больные, несчастные люди, которым осталось жить почти ничего, люди стонущие и плачущие от страшных болей, лысые, худые, изнеможённые, и потерявшие блеск в глазах, вдруг оживают, и он видит вокруг счастливых людей. Он видит как во всех палатах ликуют, он видит свою счастливую дочь. Они забыли про свою смертельную болезнь, они счастливы, хотя бы на время матча, они забыли о своих мучениях. Вильфорт запирается в туалете и рыдает. Сердце Вильфорта разрывалось от радости и боли.

В полуфинале Данию ждет непобедимая Голландия, это главный претендент на победу. В составе Ван Бастен, Райкард, Куман, Гуллит, Бергкамп, Блинд, Франк де Бур, Ван Брекелен, они жаждут победы, им нет равных. Вильфорт после прозрения в больнице, просьбы больных и просьбы дочери возвращается в сборную.

Он знает, он помнит, для кого Дания играет, для кого он должен забить, он помнит, что именно сделает смертельно больных людей хоть чуть-чуть счастливее.

После основного времени 2-2 бьют пенальти, Бастен пробивает ужасно. К точке подходит уставший, исхудавший, весь на стрессах, в тяжелом психическом положении Ким Вильфорт...
Он смотрит в небо, смотрит в сторону Копенгагена, бьёт и забивает. На глазах его слёзы, ведь он знает, что дочь и все больные сейчас там в пропитанных смертью палатах, счастливы, и забыли все свои несчастья перед телевизором.
Дания в финале похожем на сказку написанную другим датчанином Г.Х. Андерсеном.

После матча он сразу уезжает в Данию, дочери стало совсем плохо. Семилетняя Лин умирала. Вильфорт отказывается играть в финале, но его родные и все больные клиники буквально выгоняют его из палаты, требуют вернутся и выиграть для них кубок Европы. Этого просит и дочь, когда находит в себе силы говорить.

Вы все помните финал с Германией, датчане рано открывают счёт, потом их прессуют немцы, они уже были близки, чтобы сравнять счёт, но за 11 минут до конца матча Ким Вильфорт забивает свой самый важный мяч в жизни, и делает мечту всей нации реальностью.

Но он думал, только о тех, кто сейчас там, умирая от боли и безысходности в раковых палатах, празднуют успех. Он понимал, что футбол и победа вырывали людей из их мучительного ада. Он, нет, все они, вся команда, сделали это для них, для всех них, и для умирающей Лин.

Гол Кима в финале немцам считается одним из самых эмоциональных и трагических голов в истории футбола.

Летняя сказка сборной Дании войдет в "золотой фонд" истории футбола.
Лин Вильфорт умерла через несколько дней после финала. В последние часы жизни, она сказала, что гордится отцом. Её мечта сбылась Дания выиграла, а папа был сильным. Она мечтала перед смертью увидеть летнюю сказку сборной Дании, и она её увидела. Это была сказка написанная для неё, и для таких же как она. Они были счастливы тем летом.

13

Теперь математика является расистской: педагоги осуждают программу стоимостью 1 миллион долларов «Устранение расизма в математике», финансируемую Биллом Гейтсом, которая говорит учителям НЕ подталкивать учеников к поиску правильного ответа, потому что это способствует превосходству белых.
Педагоги в США выступили с осуждением программы «Устранение расизма в математике». Он основан на учебном пособии, в котором утверждается, что просить учащихся найти правильный ответ на математические задачи по своей сути вредно для меньшинств.
На данный момент учебник используется школьными округами в Джорджии, Огайо, Калифорнии и Орегоне.
«Основная идея учебного пособия ясна: чернокожие дети плохо разбираются в математике, так почему бы нам просто не освободить их от того, чтобы по-настоящему выучить ее», - сказал один критик.
Программа финансировалась за счет гранта в 1 миллион долларов от Фонда Билла и Мелинды Гейтс.
Это часть общенациональной кампании по обучению студентов критической теории рас.

14

Взгляд на пьесу «Дракон» глазами физика.

Как-то на Ютьюбе нашел старый фильм Марка Захарова 1988 года «Убить дракона» по мотивам пьесы Евгения Шварца 1944 года «Дракон». Старшее поколение хорошо знает пьесу и фильм, а для тех, кто не в курсе, чтобы был понятен смысл данного опуса, приведу цитату из Википедии: «За основу взят сказочный сюжет народов Юго-Восточной Азии о драконе, которого нельзя победить, потому что победитель сам обращается в дракона, и только юноша с чистыми помыслами убивает чудовище. Шварц рассматривает тему превращения победителя в тирана с диаметрально противоположной точки зрения. В пьесе люди, спасаемые героем, в большинстве своём полагают жизнь под властью дракона вполне терпимой; с жестокостью и притеснениями они свыклись, каждый надеется, что хуже не будет. Ведь вступать с драконом в бой — верная смерть. Эти люди не особенно хотят, чтобы их спасали, им не нужна свобода, они предпочитают быть в рабстве, лишь бы господин оказался помягче. Лишившись одного тирана, они с удовольствием идут под власть другого. Герой с удивлением обнаруживает — для того, чтобы освободить людей, убить дракона недостаточно».

Основная масса комментариев к фильму состоит в том, что тиран Дракон – чудовище, народ тупой, а Ланцелот – герой. Небольшая часть комментариев посвящена ответственности власти. Причем дискуссия тут же сваливается в политическую плоскость.

В данном опусе, не претендуя на истину в последней инстанции и не прибегая к политическим аллюзиям, хочу поделиться с общественностью удивительными (по крайней мере, для автора) умозаключениями, которые были сделаны им во время подготовки научной статьи по физической тематике.

И так, взгляд на пьесу «Дракон» глазами физика. В пьесе и в фильме Дракон имеет три головы, но когда Дракон общается с людьми, они видят его в образе человека, соответствующего только одной голове. С физической точки зрения это означает, что Дракон квантовый объект, описываемый трехмерным вектором состояний, координаты которого есть вероятности обнаружить Дракона в том или ином состоянии, что собственно и демонстрируется в пьесе и в фильме.

Несомненные, судя по первоисточнику, достоинства Дракона. Во-первых, он обеспечил мир и защиту города от врагов на триста лет. Во-вторых, он вскипятил воду в озере, тем самым спас город от холеры.

Обвинения, которые можно предъявить к Дракону. Во-первых, он не любит цыган. Ксенофобия это конечно плохо, но если посмотреть что вытворяют некоторые арабские эмигранты в некоторых странах Европы, то возможно и можно допустить, что Дракон имеет право иметь такую точку зрения. Во-вторых, каждый год он брал в жены самую красивую девушку и что потом с ней было в пьесе умалчивается, что конечно плохо (не то что умалчивается, а то что с девушкам Дракон делал, по-видимому, что-то плохое). Но, с научной точки зрения, если из общества удалить одну самую красивую девушку, то каждая оставшаяся может считать себя самой красивой, и ее парень, соответственно, может считать, что его девушка самая красивая. После этого в обществе наступает гармония – девушкам незачем интриговать друг с другом, а парням не надо бороться друг с другом за руку и сердце первой красавицы (подобная оптимальная стратегия выбора девушек показана в фильме Рона Ховарда «Игры разума» 2001 года).

Теперь обратимся к Ланцелоту. Он странствующий рыцарь. Но, вспомним историю Средневековья, кто такие странствующие рыцари? Это дети знати, оставшиеся без наследства, то есть бандиты с большой дороги – надо же им было на что-то жить. И что сделал Ланцелот? Он убил Дракона, то есть уничтожил уникальный квантовый объект! Только после гибели Дракона его отрубленные головы смогли одновременно появиться все сразу.

И вот после всего вышеизложенного возникает риторический вопрос – а может народ и прав, что он считает свою жизнь под властью дракона вполне терпимой?

P.S. На том же Ютьюбе есть канал «Свиньи как бизнес», в котором блогер снимает ролики (довольно-таки забавные) про своих свинок. В среднем его свинки проживают два года, но в течение этих лет свинкам обеспечивается сбалансированное питание, блогер следит за их здоровьем, его свинки живут в теплом, просторном и хорошо проветриваемом сарае, в котором играет музыка и проводится два раза в день уборка. Блогер так и говорит, что он должен обеспечить своим свинкам счастливую жизнь. Если же свинкам дать свободу, то имеются большие сомнения, что она их обрадует и вряд ли после этого их основная масса выживет.

P.S.S. По-видимому, жизнь как квантовый объект может проявляться в различных состояниях, однозначно делить которые на плохие и хорошие, на правильные и не правильные и т.п. не есть, в свою очередь, правильно.

15

Знаешь, Собянин, почему люди не хотят вакцинироваться?

Потому что ты перекладываешь плитку каждый год. Но ведь перекладывание плитки — это работа гастарбайтеров, а изготовление вакцины — это другое? Это же офигенно хай-тековый биохакинг, не? Конечно, вакцинация и перекладывание плитки — разные вещи, но ты-то тот же самый. Если ты каждый год меняешь плитку, значит ее кладут плохо. Ты не смог организовать контроль качества при укладке плитки, неужели кто-то поверит, что ты смог организовать контроль качества для вакцинации?

(Если ты не Собянин, а другой глава региона, к тебе это тоже относится. Что у тебя с контролем качества укладки асфальта? Деньги сразу крадут, оставшееся экономят, технологию не выполняют? Вот и разваливается всё на фиг, и портится оплаченный тобой из бюджета асфальт.)

Но ведь эффективность вакцины доказана исследованиями, не? Все мы знаем твои отношения с цифрами, они для тебя как любовницы. Ты регулярно подсчитываешь голоса на выборах. Ты прекрасно знаешь, как подогнать любые цифры под то, что тебе кажется желанием начальства. Но ты не один такой. Такие персонажи находятся на всех ступенях вертикали управления. Если начальник повыше скажет: "Посчитай мне, сколько X на улицах", у начальника пониже первая мысль — "а какой ответ начальнику повыше понравится?". И как бы начальник наверху не просил правды, правды он не получит. Количество X будет или завышено, или занижено. Ну и кто после этого будет верить твоим цифрам? Ты же им сам не очень веришь, если не совсем дурак!

(А ты, который не совсем Собянин, ты тоже читай, это и про тебя тоже.)

Где вообще статистика по случаям тромбоза? Там же, где правда о Фургале? (В смысле, ее достоверно не знает никто.) Известно, что и вирус, и вакцины (в том числе как минимум некоторые западные) вызывают тромбоз. (Это жуткая вещь, пытаясь спасти жизнь пациента, врачи отрезают ему конечности, отмирающие из-за тромбов. Хотя может во время короны просто дадут умереть.) Ну и где данные? (Вот тут ты мне скажешь, что Запад эту статистику тоже не публикует. Но ты на них не кивай, они вообще гомосеков венчают, а ты что, пример с них брать будешь?)

Замалчивание проблем — это вообще давняя российская традиция.

А ещё все мы знаем как у нас везде подбираются кадры. Любой отдел состоит из безмозглых куриц, с которыми начальник или спал, или спит. Ты ей: "Вы прочитайте, у вас в NNN написано", а она в ответ от: "Я для вас не обязана включать мозг!" до: "Да, написано, но мы так делать не умеем". Эти курицы как-то справляются с работой, когда всё идёт по накатанной и не меняются ни обстоятельства, ни технологии. Но эпидемия — это как раз то, из-за чего надо включать мозг, а курицы этого не умеют. (Да, разумеется, обычно еще есть один или два человека, которые не спали с начальником и делают работу за всех остальных, но эти кадры и так работают на все сто, полномочиями не располагают, и не могут включать курицам мозг даже при необходимости.)

Вот и получается, что кредит доверия у тебя был офигенный, но ты его потратил не на то. Прикладываешь карту как обычно, а платёж не проходит. Ты банкрот! Вали прочь с поста! (И ты, который не совсем Собянин, ну ты понял.)

19

Слышал сказку о девочке, которая поехала в мото-кругосветку с мальчиком?.. Нет? Ну так послушай.

Рассказы об этой паре ходят в местной байкерской тусовке уже несколько лет. Мальчика я знал уже довольно давно – паренек 25+ лет, любит путешествовать, позитивный. Из тех, что имеет все шансы стать не крутым, а старым байкером. Девочки-же все время были новые. Имена я и так плохо запоминаю, а тут и не старался. Опять-же оконфузиться потом можно. Так и пошло: Ролик и его девочка.

- Леший, приезжай ко мне на вечеринку через неделю? Мы наш отъезд в кругосветку отмечать будем!
- Никак жениться надумали?

Девочка продемонстрировала обручальное колечко и подтвердила, что да, полгода назад они помолвились и вот, теперь у них последняя проверка – большое приключение! Чтобы получить окончательный ответ на самый важный вопрос: подходят ли они друг другу?

Классная девочка – легкая на подъем, шустрая, симпатичная и бесшабашная. В таких влюбляются с первого взгляда, а потом вспоминают всю жизнь со словами: «эх, знал я одну девчонку…».

Я прикусил свой язык, потому как фраза про совместную поклейку обоев яростно просилась на свободу, широко улыбнулся, всех обнял и сказал, что обязательно приеду.

Тяжело улыбаться и говорить, что все круто, когда ты уже видишь, что поезд сходит с рельс и вот-вот сейчас, уже через секунду, все пойдет кувырком. Маршрут поездки был простой – едем вперед. Европа, Средний Восток, Азия, Америки, обратно Европа.
- А визы?
- Все на месте!
- А TIR-карнеты?
- А зачем?
- Эм… уже неважно. Сколько денег доступно?
- Тысяч 5 евро!
- … гуляй рванина… А? Я говорю: «все будет круто!» Вот, возьми монтажки, пригодятся.

Ожидаемо, кругосветка закончилась на границе Армении и Ирана. Сами понимаете - граждан ЕС в Иране не то чтобы очень ждут. К слову, граждан ЕС побывавших в Иране, тоже очень тепло примут обратно.

Тут бы им развернуться и поехать обратно. Доехать до границы Ирана из пасмурной Латвии само по себе на нормальное путешествие тянет. Как-никак - 10тыс. км туда-обратно. Но, мальчики не отступают, когда на них смотрят девочки. А девочка-то, вот она – рядом! Все время на тебя смотрит! Стресс! Посягательство на мужество, да еще в таком ранимом возрасте, у некоторых мальчиков приводит к обидам, истерикам и прочим эмоциональным секрециям.

Девочка собирает вещи, кидается колечком и… Нет, не едет к маме. Садится на самолет из Баку в Дели, а дальше - продолжает в одиночку на мотороллере. Спустя полгода, уже в Джакарте, она оставляет мотороллер какому-то местному и возвращается обратно. Полагаю, в аэропорту ее багаж историй и рассказов грузили трое грузчиков. А самолет летел с перекосом на одно крыло всю дорогу.

Еще бы ему не лететь – там в салоне сидела девушка с вооооооот такими яй… прошу прощения… вооооот такой смелостью! Ну и мальчика на пригодность проверила.

Умница.

20

Про дискотеку в деревне, где на одного парня приходилось десять девчонок

Бывает со мной, что вспомнится что-то из юности – как был неправ по отношению к кому-то, несправедлив, незаслуженно обидел кого… и уже не исправить, извиняться поздно, - тот человек сам, может забыл этот случай, а хуже того – уже и нет этого человека. И вот тут вздыхаю и корю себя.

Ну, а как-то выдался свободный вечер, пришел в гараж к своему хорошему другу, с которым очень хорошо общаемся, когда выпадает такая возможность. Он, как мне кажется, не склонен к мнительности, рефлексиям, такому самобичеванию. Но все-таки спросил его: «Слава! У тебя бывает, что вспомнишь что-то из прошлых лет – какую-то ошибку, неправильный поступок – и ты ругаешь себя за это?»

Он ответил:
- Конечно, бывает. Вот, например, когда мы с ребятами поехали на танцы в деревню, в которой на протяжении лет десяти, примерно, рождались только девочки. И в начале девяностых, когда я был студентом техникума, все эти девочки стали уже девушками. А парней в деревне не было совсем!..

Тут я попросил Славу сделать паузу, снял со стены и расставил наши раскладные походные кресла, налил, что надо куда надо, и тогда попросил продолжить.

И он продолжил:
- Земля, - говорят, - слухом полнится. И вот кто-то из старших парней рассказал у нас в поселке, что есть в Орехово-Зуевском районе деревня Вантино, в которой на танцах только девушки. Потому что мальчишек 15-20-25 назад там совсем не рожали. Вот так там случилось. И мы с ребятами решили туда на танцы съездить.
Жили мы все, как уже тебе рассказывал, небогато. Обычным делом для парня было ходить в телогрейке. У меня их было две. На повседневную я пришил цигейковый воротник, а «выходная» телогрейка была с воротником лисьим.

Ехать в это Вантино мы собрались впятером.
Понятно, что перед танцами, да и на танцах надо выпить. А деньги – откуда. Поэтому мы скинулись по килограмму сахара, и заранее отнесли его известной у нас в поселке самогонщице бабе Зине.
В назначенный ею день пришли за продуктом.
А она была одинокая. Скучно жила. И случалось, предлагала получателю товара снять пробу. За свой счет, разумеется. Чтобы самой не в одиночку выпивать.
И, как сейчас помню, пришли мы к вдвоём с Серегой забирать свою пятилитровую канистру, а она предложила: «Ну, что, мальчики, - еб@квакнем?» Это только от неё я такое слово слышал.

Ну, вот суббота. Ждем на остановке у себя в Хорлово автобус до Егорьевска.

Лиаз-сотка пришел битком.

Двое наших втиснулись на переднюю площадку, а мы трое с канистрой – на заднюю.
На Фосфоритном народ вышел – стало чуть свободнее.
Я вынул из кармана два раскладных стаканчика, стали наливать по чуть-чуть из канистры – народ возле нас ещё и расступился.
Эти двое орут с передней площадки: «Вы там что, - без нас пьете?!»
Мы в ответ с оттенком обиды: «Ну, как без вас-то? Обижаете!»
Налили по полстакана, говорим пассажирам: «Передайте, пожалуйста, на переднюю площадку!»
Стаканчики, передаваемые из рук в руки, поплыли на переднюю площадку, потом вернулись к нам.

В Егорьевске на автостанции сели в другой автобус, нормально доехали до Вантино. Точно не помню сейчас, но, судя по дальнейшим событиям, в этом автобусе мы тоже прикладывались к канистре.

Клуб плохо помню. Какой-то деревянный дом. Печь, обложенная плиткой.

Действительно – человек 25 девчонок от 16-ти до 25-ти, и всего два парня, которые занимались музыкой – типа диск-жокеи, и вроде совсем не танцевали.

Что интересно – все эти девушки были, как в униформе – белая блузка и короткая черная юбка.

Вообще-то, - ты знаешь, - я никогда не пьянею. Но тогда случился не мой день.

И вот после дискотеки мы все пятеро стоим там на остановке, ждем автобуса. Сорок минут… Час…
Начало апреля. Ощутимо зябко. Темно.
Допили, что оставалось в канистре.
Идет какой-то мужик – что-то везет на санках. Спрашиваем его: «Мужик! А когда автобус-то?»
Он смотрит на часы и говорит: «Так теперь уже завтра!»
Мы такие: «А как же нам домой?!»
Он спросил – откуда мы, и говорит: «Так тут по прямой до шоссе Егорьевск-Воскресенск всего семь километров. Вначале – через лес, потом – полем… И вы на своей трассе. А тем – либо автобус пойдет, либо попутку поймаете».

И мы, дураки, пошли… Апрель. Снежная каша.
А меня что-то конкретно развезло.

Они вначале останавливались меня подождать. Помогали под руки идти – мне заподло – отказывался. Я же самый здоровый из них… Сами-то они тоже уже еле шли. В конце концов оторвались: «Слава, догоняй!»

Бреду, бреду… Челохово осталось в стороне – вышел на трассу.

Идет машина – поднимаю руку. Не остановилась. Следующая – тоже. И третья…

Разгреб на обочине снег. Нашел булыжник. Взял в руку.

Думаю: «Следующая не снизит скорость – разобью лобовуху. Пусть меня лучше в ментовку сдадут, или побьют – всяко лучше, чем тут замерзнуть».

Но следующий на жигуле остановился. И даже пожалел – довез до самого дома.
Вот такая история…

Он замолчал, а я спросил:
- Погоди! Я же спрашивал – бывает ли, что сожалеешь о своем неправильном поступке.

Слава ответил:
- Конечно! Нафиг я тогда уехал из этой деревни! Нужно было там у какой-нибудь девчонки остаться. Там можно было хоть неделю прожить – переходя от одной к другой.

21

Был я один раз на рыбалке в Узбекистане, посреди Каракумов, на Айдаре. Занесло меня туда ближе к концу 1970-х, на базу отдыха геологов, по знакомству.

Я там удочки свои развернул, ребята на них посмотрели, показали пальцем на поплавок и спросили - а это зачем? Я удивился, ну, сказал, когда рыба клюнет он тонуть будет. Посмеялись.
Я забросил - он утонул. Надо же, подумал, наверное грузило тяжёлое - вытаскиваю, а там на каждом поводке по небольшой плотвице, грам на 100-150. Поплавок действительно не нужен - забрасываешь и тут же вынимаешь плотву по числу крючков.
Плотву эту они за рыбу не считали - резали поперёк на куски у использовали их как наживку на судака.
Как-то вечером на базе варили уху. С ударением на первом «у». Т.е. сначала варили баранину, потом вынули её из котла и там же варили уток. Уток тоже вынули. Потом на этом бульоне сварили тройную уху, добавив в неё всё положенное.
Плов сделали - туда пошла сваренная в ухе баранина и утятина. Водки было... Ночью меня, хорошо датого, разбудили и сказали, что надо срочно с этой базы убираться, потому что туда ехал местный секретарь райкома со своими блядьми. Но сначала надо кабана подстрелить - их кормить.
Про эту охоту можно отдельную историю писать - четверо пьяных в жопу охотников, ночью, на острове, километра два на полтора размером, заросшем какими-то не то кустами, не то небольшими деревьями с жёсткими ветками и шипами, конечно же никакого кабана не завалили. Хорошо ещё друг друга не перестреляли - стреляли в темноте, на звук в зарослях этой колючей дряни, друг друга не видя вообще. А кабан просто в воду сиганул и уплыл - за ним волна как за катером пошла. Красиво было, в лунном свете.
Прямо с этой «охоты» забросили они меня на другой остров, к Щукарю - как этого деда на самом деле звали я так и не узнал.
Жил он там чуть не всё лето, пил не просыхая и промышлял судаков, потом выменивая их в местном рыбхозе на жерехов, икру которых солил на продажу. Вкуснейшая, кстати, икра оказалась. Тёмного сине-фиолетового цвета. Мы там ей, трёхдневной, в основном водку и закусывали.
Условия у деда были спартанские - палатка без пола (видно было, что пол из неё был аккуратно вырезан - как он мне объяснил, а на хера мне палатка где я поссать не могу?). Хорошо хоть раскладушку ему вместе со мной привезли.
Дед меня там тоже всё к охоте приспосабливал - уток настрелять, но я ни в одну так и не попал. Не понимаю почему - дробь всё время ложилась ближе, чем я целился.
Рыбалка у деда была простая - наловить плотвы, нарезать поперёк, как селёдку режут, и потом эти куски наживить с вечера на перемёты на судака.
Утром снять пойманных судаков с перемётов, одного - на уху, за остальными приплывали рыбаки из рыбхоза. Судаки были до 10 килограм веса - я таких ни до, ни после не видел.
Пока я был там, каждое утро плавал с дедом на резиновой лодке судаков с перемётов снимать. Все руки ободрал, пока не научился ладонь им в жабры правильно засовывать - рука должна чётко входить между наружной крышкой жабер и наружной жаберной пластиной, а если попадёшь между жаберных пластин - вся рука в крови. Очень больно и заживает плохо.
Опять же, никогда больше такого не испытывал - сидишь в этой лодке, на живых судаках, сверху ноги тоже судаками завалены почти до кромки бортов.
Промысел, короче, а не рыбалка.

Дед интересный был. Украинец, много мне рассказывал о своих похождениях, перемежая рассказы любимой присказкой "Где хохол прошёл, жиду делать нечего".

Дед этот на фотографии, в той самой палатке.
Года через два знакомый, который меня туда отправил, рассказал, что Щукаря больше нет - его вместе с женой по пьянке расстрелял их сын.
Светлая ему память.

Рассказал Старик

22

Абонемент на неинтересное кино

Когда-то давно я закончил музыкальную школу города Н-ск. Музыкалка была неотъемлемой частью моей жизни, как уроки вечером, уборка по субботам, подъем в семь, манная каша на завтрак.

Самое страшное для меня было – подвести родителей или кого-то из взрослых, чью роль в своей жизни я считал значимой. Мой учитель по специальности Тамара Александровна безусловно была таким человеком. Я любил и боялся ее одновременно. Любил ее похвалы за хорошо подготовленный урок, и страдал, когда слышал усталый вздох из-за криво выученного аккомпанемента.

Это был один малорадостный день поздней осени. Они там, кстати, все малорадостные, потому что память о теплых летних каникулах еще свежа. До снега и связанных с ним развлечений еще далеко. И каждый путь в школу и обратно – это тоннель из серого неба и мелкого противного дождя. Я стоял и собирал ноты в пакет после не самого успешного урока у Тамары Александровны. На ее учительском столе лежали какие-то буклеты.

- Стас, это абонементы в кино. Пойдешь? – услышал я голос преподавателя.

Кино я очень любил, но в тот момент в моем детском сердце ничего не отозвалось. Я понимал, что в музыкалке вряд ли распространяют билеты на «Робокопа» или «Звездные войны».

Я вяло открыл буклет. Так и есть. Глаз тут же нашел знакомые из музлитературы слова, фамилии, названия – либретто, тенор, Бородин, Моцарт, Пуччини, «Спартак», «Князь Игорь», «Риголетто».

Прочтение буклета радости мне не прибавило. Как и любой подросток я был увлечен лейтенантом Хелен Рипли и рядовым Фредди Крюгером.

- Абонемент стоит десять рублей, можешь потом занести. – сказала Тамара Александровна тоном, который не предполагал обсуждений, поэтому в мой мозг эти фильмы сразу попали в раздел «обязательно к просмотру», – фильмы будут показывать каждое воскресенье в 15.00.

Воскресенье так себе выходной. Осознание приближающегося понедельника отравляет его. Даже традиционный вечерний фильм по первому каналу не мог его исправить. А теперь ближайшие 10 воскресений будут еще и разорваны на две половины просмотром каких-то идиотских музыкальных фильмов.

Сценарий «не ходить» мной даже не рассматривался. И это до сих пор меня удивляет, потому что на просмотре первого фильма в зале я сидел абсолютно один. Я точно знал, что другим ученикам абонементы тоже «продавали». Некоторые даже пытались их перепродать на сольфеджио по дешевке.

Первый фильм был «Амадей» с Томом Халсом в роли Моцарта. Его лицо я где-то уже встречал – в каких-то второсортных боевиках или ужастиках. А может с кем-то путал. Но то, что это художественный фильм меня немного успокоило.

Как вы уже поняли, в зале я сидел в полном одиночестве. Хотя нет. Первые 15 минут на заднем ряду сидели какие-то птушники с пивом. Видимо решили скоротать время в кино. Они шумно комментировали сцены, подкидывали в воздух шапку через луч проектора, чтобы она огромной тенью пронеслась через весь экран, гоготали при каждом удобном моменте. Но они быстро поняли, что фильм не для них, допили пиво и ушли.

Но когда это произошло я не заметил. Мной завладел фильм. За полтора часа перед глазами пронеслась жизнь великого композитора. Моцарт был ровно таким, каким я его себе представлял. И по внешности, и по характеру. Врожденная гениальность композитора, которому всё дается настолько легко, его чувство музыки, которое превосходит все остальные. Музыка распирает его изнутри. Он просто не может держать ее в себе. Он проводник чистого искусства между космосом и бумагой. И в этом трагедия. Он счастлив этой судьбой и даром творить, но это истощает его. Моцарт фактически сгорает в потоке музыки.

Ф. Мюррей Аббрахам, который был мне больше знаком как актер второстепенных ролей в триллерах и боевиках, талантливо сыграл в этом фильме Антонио Сальери. Известно, что Сальери был очень хорошим музыкантом и композитором. Он упорным трудом заслужил свое место придворного капельмейстера и признание в музыкальном сообществе. И вот представьте, что вы тяжелым трудом создаете каждое музыкальное произведение – сонату, симфонию, фугу, оперу. Как ювелир, который годами гранит один и тот же кусок камня, чтобы получить идеальное украшение. А тут врывается какой-то откровенный чудак без манер, без роду и племени, который делает с музыкой всё что ему заблагорассудится. И злая шутка жизни в том, что делает он это гениально. То, на что у вас уходили месяцы и годы, этот щенок левой ногой делает за пару минут.

Фильм накрыл меня с головой – игра актеров, музыка, костюмы и декорации старой Вены. Полтора часа пролетели как одна секунда. После кино я еще минут десять сидел в ярко освещенном зале. В голове гудела Лакримоза. Смерть Моцарта потрясла меня. Я и до этого знал, что он умер молодым, как и Пушкин, но я не осознавал всей трагедии этой смерти такой несправедливой, несвоевременной, ненужной.

Придя домой, я понял, что забыл в кинотеатре шапку. В любой другой день я бы побежал за ней обратно, потому что в нашей семье терять вещи считалось проступком. Но тогда эта потеря меня совершенно не тронула. Я все еще жил в фильме, я рыдал над телом Моцарта, сброшенного в грязном мешке в безымянную могилу для бедных. Что такое шапка по сравнению со смертью гениального творца.

Однако шапку мне вернули. На следующем сеансе.

- Этот Пушкин шапку на Моцарте забыл! - услышал я за спиной женский голос, когда в следующее воскресенье пришел смотреть второй фильм из абонемента. Я обернулся. Старая вахтерша смотрела на меня поверх очков.

- Твоя шапка? – спросила гардеробщица, доставая откуда-то из под стойки мой спортивный «петушок».

- Моя, - ответил я, - спасибо.

- Забирай сейчас. Раздевать тебя не буду. Все равно никого нет. Много чести. Закроюсь и пойду вздремну, - сказала она нарочито строго, но с легкой улыбкой. Большинство взрослых женщин так общались со мной еще много лет после. Им плохо удавалось скрывать свою симпатию к моему образу идеального внука.

В этот раз «давали» «Князя Игоря». Оперу Бородина я прошел буквально пару недель назад и мог свободно напеть хор бояр или арию самого Князя ("О, дайте, дайте мне свободу. Я свой позор сумею искупить!").

В зале опять было пусто. Я скомкал билет и стал придирчиво выбирать место в самой середине.

После «Амадея» я был готов к легкому разочарованию. Я ждал театральной постановки, но по первым кадрам понял, что это снова художественное кино. Еще интереснее стало, когда оказалось, что Князя Игоря играет герой русских боевиков и приключенческих фильмов Борис Хмельницкий. Актер с, пожалуй, самой яркой и характерной внешностью. Капитан Грант, Робин Гуд – ему отлично давались роли матерых авантюристов – благородных и сильных. Князь Игорь из него получился отличный. Фильм был музыкальным, но с добротной приключенческой постановкой и боевыми сценами. Шапку я на этот раз не терял, но удовольствие от просмотра получил.

- Тамара Александровна, вот 10 рублей за абонемент. Я всё забывал вам отдать, - я положил свернутые купюры на стол. Урок по специальности должен был вот-вот начаться.

- Какой абонемент? - немного рассеянно сказала учительница. Она отстраненно посмотрела на меня, а потом ее взгляд вдруг сфокусировался, глаза широко открылись, и она сказала, - ты что, ходишь смотреть это кино?

- Ну да, - немного удивленно сказал я, - вы же сами сказали.

- Да, Стасик, сказала, но тут на последнем собрании директор школы сетовала на то, что зал пустой. Дети не хотят, а родители не настаивают. И преподавателям тоже не до того: воскресенье единственный выходной. Мы даже думали попросить кинотеатр отменить показ. Но администрация сказала, что техника работает, люди заняты. Показ идет в зачет плана.
Я стоял и слушал Тамару Александровну, которая как будто оправдывалась.

- А ты, значит, ходишь! – я встретился с ней глазами. - И что ты уже посмотрел?

Тамара Александровна села за стол

- Ну, - начал я немного неуверенно, - три недели назад был балет «Спартак».

Я решил начать с неинтересного. В моем хит-параде музыкальных жанров балет плелся где-то в конце ТОП-10. Но меня восхитил артист, игравший роль римского полководца Красса. Он был настолько хорош, что я никого больше и не запомнил.

- Ну еще бы, - хмыкнула Тамара Александровна, - это ты попал под магию Мариса Лиепы. Танцор был от бога. Недавно умер. Так жалко.

После балета два воскресенья подряд показывали фильмы по самым известным операм Верди «Риголетто» и «Травиату». Это полноценные художественные фильмы, с натурными съемками в живописных местах, красивыми декорациями и с потрясающими костюмами.

В «Риголетто» роль Герцога исполнял Паваротти. А в «Травиате» играл второй из трех великих теноров – Пласидо Доминго. А буквально за месяц до этого я нашел в школьной библиотеке книжку «Сто либретто», где были собраны самые известные оперы всех времен! Можно не любить оперу, но приключенческие рассказы или страшные сказки любят все. А опера – это всегда закрученный сюжет, интрига, и чаще всего с плохим финалом. И вот представьте себе книгу, в которой таких историй больше ста. И каждая изложена буквально в трех-четырех страницах. Это же клад для непоседы!

Поэтому Верди я посмотрел от начала и до конца. Чуда не ждал. Знал, что все умрут.

Тамара Александровна выслушала меня, покачала головой и негромко сказала что-то вроде «Ну и ученик у меня». По тону я не понял было это похвалой, удивлением или чем-то еще, но обдумать не успел. Начался урок, и я переключился на Кабалевского.

Я не стал рассказывать Тамаре Александровне, что за этот месяц стал практически своим в кинотеатре. Я продолжал ходить на фильмы один, не понимая, что теперь их действительно крутят только ради меня. Один раз я даже опоздал на 20 минут. Вспотевший и запыхавшийся я вбежал в фойе «Родины», сжимая в руках уже изрядно пожульканый с отпечатками компостера абонемент.

- А вот и он! – громко произнесла гардеробщица при моем появлении. – Я говорила, что придет.

Она так искренне улыбнулась, что я остановился в нерешительности.

- Ну, чего встал? Давай сюда куртку, мокрый весь. Зачем так несся, все штаны уделал, - она продолжала причитать, помогая мне снять верхнюю одежду. А потом сказала куда-то вбок, - Миша, заводи! Клиент пришел.

Я проследил за ее взглядом и увидел, как от стены отделилась фигура курящего мужчины в спецовке.

- Пить хочешь? – спросила меня гардеробщица.
Я еще не восстановил дыхание и только помотал головой.

- Ну иди тогда в зал. Смотри своих трубадуров.

Я сам не заметил, как кончилась осень, а вместе с ней и абонемент. В нем оставался один непогашенный фильм. Но в пятницу у меня поднялась температура. В субботу утром меня осмотрел врач и велел остаться на больничном.

- А как же кино? – спросил я маму, когда доктор ушла.

- Какое кино? – мама знала про абонемент, но не отслеживала количество посещенных мной сеансов.

- Завтра последний фильм абонемента! Я же не могу пропустить его.

- Никакого кино, Стас. Врач сказала, что у тебя грипп. Лежи в постели. Потом посмотришь.

- Да как я посмотрю? Его же больше не покажут!
Но мама уже вышла из комнаты.

На следующий день, в 14.30 я нашел в городском справочнике телефон кинотеатра и позвонил на вахту.

- Алло, - женский голос на том конце показался мне знакомым.

- Здравствуйте, - сказал я. – я хожу к вам смотреть кино по абонементу от музыкальной школы. Вы меня помните?

- А, Пушкин, привет. Ждем тебя сегодня. – голос в телефоне потеплел.

- Видите ли, так получилось, что я заболел, - затараторил я, - и мне надо сидеть дома.

Больше я не знал, что сказать. Да и на что я рассчитывал? Сказать, чтобы сеанс перенесли? Что за бред. Попросить, чтобы они посмотрели кино вместо меня и потом пересказали? Тоже фантастика. Попросить вахтершу убедить маму отпустить меня завершить абонементный челлендж? Вряд ли на мою маму это подействует.

- Дак что ты хотел попросить, милок? – голос в трубке вернул меня в реальность.

- Я не знаю, - честно сказал я и вдруг заплакал.

- Ну-ну, не плачь, милый, - начала успокаивать меня вахтерша, - давай вот что сделаем. Ты поправляйся. А как выздоровеешь – приходи в кинотеатр. Мы тебе этот фильм отдельно покажем.

Идея была отличная, и я поверил в нее.

- Спасибо, - сказал я и повесил трубку, не попрощавшись.

Но в кино я так и не сходил. И фильм не посмотрел. Болезнь вырвала меня из магического круга абонемента, и волшебство исчезло. Уже в понедельник я оглядывался на прошедшие два месяца и не мог понять, что со мной происходило. Если бы кто-то задал мне вопрос зачем я ходил в кино на эти фильмы – я едва смог бы дать развернутый ответ. Сказка ушла, а вместе с ней ушло какое-то знание, оставив только чувство потери чего-то важного.

Еще через месяц я вспомнил про абонемент, но так и не смог его найти. Я решил позвонить в кинотеатр, чтобы попросить показать мне последний фильм из абонемента. Но вдруг с ужасом понял, что забыл его название. Я вспомнил и выписал в столбик все девять увиденных мной лент, но десятый фильм никак не хотел вспоминаться.

Я положил этот список под стекло письменного стола, чтобы держать его перед глазами на случай, если вдруг память выплеснет из своей глубины нужное название. Но этого так и не произошло.

С тех пор прошло 25 лет. Я посмотрел сотни, а может тысячи кинолент. Я стал настоящим киноманом: легко запоминаю актеров, сюжеты, крылатые фразы и второстепенных героев. Я очень люблю кинематограф, но иногда меня посещает мысль, что это не главное. Перебирая все эти бесчисленные фильмы, я втайне надеюсь наткнуться на тот самый, который так и не посмотрел. Я так и не вспомнил названия, но я обязательно узнаю его, когда увижу. Увижу, посмотрю и волшебство вернется.

23

Писенькины страдания 
Привет, друзья! Долгонько меня не было. Готовилась к свадьбе. То есть, к очередному бракосочетанию...И тут началось де жавю (ну  пока не закончилось — муж допишет). Было когда-то (первая свадьба): Собрались пожениться — купили квартиру, стали  ремонт делать, и во время ремонта поругались насмерть, потому  как не могли выбрать цвет обоев. Расхотели жониться, но многочисленная родня с двух сторон нас убедила. В день подачи заявления в загс мне стало плохо,  ощушение было, что у меня что у меня грипп, еле на ногах стояла.... это были уже маленькие звоночки, что не надо замуж... Следуюшее, все что не надо: Свадебное платье взяли на прокат у разведенки. У мужа костюм с выпускного в школе. Кольца: его- бывшее папино, папа бросил семью и ушел в астрал, мое - опять же тоже от бывшего парня которого я бросила. С  деньгами было плохо ( с учетом ,что были 90е годы и в принципе все так жили).  Все было плохо, но мы упорно шли к успеху! Свадьба была в заводской столовой. Его родня радостно бухала. Про свою не пишу, так как она была немногочисленна. Я выглядела  как баба на чайнике, в своем снятом напрокат  платьишке, под дикие вопли : «горько!» мы изображали радостные слюнавые челомканья на счет «раз-два-три-------45----56 и т.д.» Потом меня «украла» сестра жениха, попутно снеся моим коленом в мясо и кровь какую-то тумбочку. Вместо брачной ночи я  останавливала кровищу на ноге. «Вишенкой на торте» стало брачное утро, когда в самый интимный момент в нашу комнату вошел папа мужа, со словами: «О , здарова, вы уже встали? Я тут на секунду зашел…..»
Поэтому моя вторая свадьба должна быть самая красивая. Самая лучшая. Мой человек, за которого я собираюсь выйти замуж - самый лучший, тот, который заботится обо, мне переживает за меня. И которого я люблю! Пожелайте мне удачи на этот раз!         

24

УЧАСТКОВЫЙ ПЕДИАТР. БУДНИ ПИОНЕРСКОГО ЛАГЕРЯ.

Продолжение. Начало, про кухню пионерского лагеря - во вчерашнем выпуске.
https://www.anekdot.ru/id/1201722/

После наведения порядка на кухне пионерского лагеря, ну, порядка с моей точки зрения, но уж никак не с поварской, мне стало скучно и я полез активно участвовать в воспитательно-развлекательном процессе...
Вожатые слегка напряглись...
Но, поскольку детей и самих вожатых теперь кормили значительно лучше, то педколлектив начал меня сдержано терпеть...

Предложенный мной сценарий «Дня Нептуна»; разухабистая роль этого же Нептуна; публичный отбор вожатых на роль русалок; напрашивающийся классический вариант «топлесс» для русалок директриса лагеря почему-то сразу с негодованием отвергла...а радист сказал, что «наконец-то доктор - мужик» и предложил «ключ от радиорубки в любое время» (ха, да у меня самого целый медпункт да ещё с изолятором есть); кружок «Юный санитар»; «а давайте детей сводим в поход, причём с ночёвкой у костра...а чего уж сразу на№хуй, я же от чистого сердца...»; конкурс юного рыболова на самую тяжелую рыбу (грамм на 200 кто-то ухитрился поймать), самую большую (12 сантиметров), самый большой улов (три ёршика и плотвичка); «комический футбол» со связанными руками...
Терпели меня только потому, что все свои идеи я честно воплощал сам, ну уж как получится.

Как то днём после обеда прибежал пионер с криком «Вас там на берегу зовут, там дядя утонул».
Жара, послеобеденный сон, накинул халат, в карман аптечку, на шею фонендоскоп и качающимся галопом поскакал на берег.
Под полутораметровым глинистым обрывом два мужика копошатся, какая-то яркая тряпочка валяется и директор лагеря голосит сверху с берега.
Ищу глазами утопленника - ничего не вижу. Спрыгнул с обрыва (прощай, халат белый чистый) - нет пострадавшего.
Озирался озирался, потом, наконец, сообразил - яркая тряпочка - это плавки на мужике, сам он цвета глины, с пары метров фиг увидишь.
Короче, бригада на машине комбината бытового обслуживания, которому принадлежал лагерь, возвращалась из области. Заехали в «свой лагерь», выпили слегка (это в плюс 30 в тени) и полезли купаться (речка почти горная с холодной водой). У мужика что-то типа приступа астмы прямо в воде случился, он даже не пискнул, дышать перестал и лёг на дно.
Собутыльники его выловили, из воды вытащили, а вверх на берег по глине поднять не могут.
Я сейчас не помню, что у него там с пульсом и другими вещами было.
Нашёл на тыльной стороне кисти хоть какую- то вену, попал сразу, шприц у меня был, и вкатил что было в аптечке - преднизолон с димедролом и какой-то спазмолитик.
Легкие оказались почти чистыми - спазм бронхов не только не дал ему дышать, но и не позволил нахлебаться воды, пока он на дне прохлаждался.
Короче, задышал у меня мужик, закашлял.
Втроём как-то вытащили его на берег, положили в тенёчек от фургона, я пошёл обратно в медпункт, а эта бригада вскоре уехала.

Всеобщее уважение и даже какая-то безотказность окружающих развращают быстро.

После завтрака по распорядку наступало купание в речке.
Час - малыши, час - средние, час - старшие отряды.
Если в начале смены я приходил на берег и, стоя по колено в реке все три часа зорко посматривал на купающихся детей и заставлял бдить вместе со мной физрука, который хотел бдить за вожатыми, то теперь это выглядело так: сытый доктор вальяжно приходил на пляж, придирчиво выбирал место (можно подумать, что со вчерашнего дня река изменила русло или подмыла пляж), глубокомысленно рассчитывал движение тени от единственной ивы, втыкал в песок палку с белой наволочкой и красным крестом на ней из ленточки чьего-то бантика, типа «здесь будет медпункт», разрешающе кивал вожатым головой - «детей можно запускать»; и ложился на песочек в тенёчке от медицинского флага, строго наказав окружающим «не будить без нужды, справляться самим».
Физрук выставлял комфортный мне уровень звука своего кассетного магнитофона «Весна» и каждые минут 20-25 менял сторону единственной кассеты с Розенбаумом, которого я тогда услышал впервые.
До сих пор наизусть знаю «У павильона Пиво-Воды лежал советский постовой. Он вышел родом из народа. Как говорится - парень свой»; «Утки» и все те ранние произведения Розенбаума, что вместились на кассете, а хули, послушай двадцать пять дней подряд ежедневно по три-четыре раза одно и то же, да ещё и во время сладкой дремы - намертво в подкорку зашло.

По окончании смены директор выделила мне УАЗ-«буханку», чтобы отвезти домой, обычно доктор ехал в город в автобусе со всеми, а вот по приезду к подъезду меня ждал сюрприз - водитель достал из машины и затащил в квартиру два здоровых картонных ящика, в которых оказались тушенка, сгущёнка, гречка, пшено и сахар, мало того, что тушенка с гречкой тогда дефицитны были, так ещё и продуктов было столько, что я кормил семью чуть-ли не до Нового Года.

Расплата за пляжно-лагерное барство настигла меня в первое же дежурство - я не помнил НИЧЕГО, ни дозировок, ни схем лечения, ни составов капельниц, мозги как будто салом заплыли; продираться через это пришлось пару-тройку дежурств, пока не восстановились навыки.

Следующей весной я радостно собрался снова в этот же лагерь, на что получил ответ завполиклиникой, что «там место уже занято, они сами нашли себе другого доктора».
Ну, расстроился я, конечно, но, откуда-то узнав о времени и месте отбытия первой смены «своего» лагеря, пришёл повидаться с народом.
И реально ахренел, когда директриса лагеря сдержано процедила, что «очень жаль, что Вы не захотели в этом году работать с нами и плохо отозвались о коллективе, мы к Вам по-честному хорошо относились».

Вот тут то и выяснилось, что профком комбината, оказывается, писал в мою поликлинику письма благодарности, присылал грамоты, запрашивал меня на следующее лето на все три смены...

До меня наконец-то дошло, что происходит (история 1179076 за 21.01.21) и я пошёл писать заявление на увольнение.
Так закончилась моя «карьера участкового педиатра» и началась «карьера реабилитолога».

Об этом позже, сейчас из командировок не вылажу.

25

Периодически встречаются на этом сайте истории про «совковый менталитет» - как правило, в негативном ключе. А я хочу про него написать с другой точки зрения.
Прибегала ко мне туточки сотрудница одна из соседнего отдела с просьбой: «Напиши мне отчетик, точно такой же, как этот, но другой — по другим документам». Терпеть не могу такие просьбы. Поначалу вроде бы всё понятно, но когда начинаешь вдаваться в детали, то возникают вопросы. И по каждому такому вопросу приходится бегать к просителю и уточнять. Хоть и один этаж, но неприятно. И непонятно, почему это я должна бегать.
Встретилась в коридоре с начальницей дамы-просительницы и выяснила, что само начальство того отдела пока не решило, как должен выглядеть этот отчёт и какие данные туда пойдут. То есть техзадание не сформировано.
Кстати, нас в ВУЗе учили (в 90-е годы): «Пока нет техзадания, код не пишем! Потому что всё равно переписывать придётся.» Опыт показал, что так оно и есть. Когда я в небольшой фирме работала, такие матерные слова, как «техзадание», не употреблялись, но зато хотя бы договоры составлялись. А если работать «без бумажки», то есть опасность, что ты угробишь большее или меньшее количество времени на программу, а клиент скажет «да нам, в общем-то, не особо и нужно; а здесь вы не такие данные использовали, а тут вообще по-другому должно считаться, а на выходе таблица должна быть не такая, а этакая; и вообще платить не будем». Ну, это лирика…
Поэтому раньше на заводе с советского времени была принята практика: представители отдела-заказчика садились рядом с программистами и, споря до хрипоты, писали ТЗ. Заказчик хотел побольше детализации, исполнитель хотел поменьше работы, в итоге приходили к консенсусу, как любил говаривать М.С.Горбачёв. А сейчас рулят «эффективные менеджеры» нового поколения. Один из них мне «написал ТЗ». Что-то с чем-то. «В связи с новым курсом развития нашего завода...» бла-бла-бла «...написать программу по учету...» бла-бла-бла ТАБЛИЦА. Всё. Читается как курсовик студента — без какой-либо конкретики. Какие данные использовать, откуда их брать, что с ними делать и куда отправлять — тайна за семью печатями. Понятно, что в итоге программист опять-таки плюхает к заказчику и выбивает из него признание, где брать конкретные данные и как их обрабатывать.
Кстати, я больше люблю работать с людьми, получившими ещё советское образование и воспитание — у них душа горит за дело. Кроме того, они лучше владеют информацией. Они не рявкают мне в ответ: «Вы программист, Вы сами должны знать.» Что я должна знать? Что нужно конкретному человеку? Так я не телепат. Самые классные и интересные, хоть и сложные, задачи мы решали с дамами-начальницами предпенсионного возраста. Мы сидели рядышком и думали, как реализовать то или это, спорили — и на выходе получали удобную для пользователя программу. Почему-то более молодые сотрудники (не все, правда) уверены, что программист владеет телепатией и легко догадается, что именно нужно написать.
Поэтому, когда здесь, на сайте, костерят «совковый менталитет», мне порой становится грустно. Потому что плохо сделать могут и сейчас. И делают. А встреченные мною на заводе (да, кстати, и в прежней фирме) люди предпенсионного и пенсионного возраста работают на совесть.

P.S. Слегка в сторону от темы, но тоже про менталитет, точнее, про воспитание. Меня мой отец учил, что объёмные рюкзаки перед поездкой в общественном транспорте нужно снимать с плеч и в салоне автобуса ставить рядом или держать в руках. Сегодня утром один старичок именно так и поступил. А рядом стоял плечистый молодой человек с хор-рошим таким рюкзаком (не туристическим, а учебным, но очень большим) и совершенно не парился на тему, что при повороте он своим вещмешком сшибает стоящих рядом людей.
Так может, не так уж плох был советский менталитет? По крайней мере, люди думали не только о себе, но и о своём деле, и об окружающих.

26

(декабрь 2020)

Где стол был яств там гроб стоит.
Г.Р.Державин

Я впервые не отмечал день своего приезда в Америку, я не мог, потому что она превратилась из страны моей мечты в Соединённые Штаты политкорректности и жестокой цензуры.
У меня, советского эмигранта, не было здесь ни родственников, ни знакомых, я не знал ни слова по-английски, и всей моей семье пришлось начинать с нуля. Мы поселились в дешёвом районе, рядом со своими бывшими согражданами. Вместе мы обивали пороги биржи труда и дешёвых магазинов, у нас было общее прошлое и одинаковые проблемы в настоящем.
Для нас, выросших в Москве, Миннеаполис казался захолустьем, типичной одноэтажной Америкой. Мы привыкли к большому городу, и моя жена не хотела здесь оставаться. Она уговаривала меня переехать в Нью-Йорк, она боялась, что тут мы быстро скиснем, а наша дочь станет провинциалкой. Я вяло возражал, что здесь гораздо спокойнее, что в Миннеаполисе очень маленькая преступность, особенно зимой, в сорокоградусные морозы, что на периферии для детей гораздо меньше соблазнов и их проще воспитывать.
А дочь слушала нас и молчала, ей предстояли свои трудности: осенью она должна была пойти в школу, а до начала учебного года выучить язык. По-английски она знала только цифры, да и то лишь потому, что с детства любила математику. На первом же уроке, когда учитель попросил перемножить 7 на 8 и все стали искать калькуляторы, она дала ответ. Для ученицы московской школы это было нетрудно, но в Миннеаполисе она поразила своих одноклассников, и они замерли от удивления. С этого момента они стали относиться к ней с большим уважением, но дружбу заводить не торопились. Они были коренными жителями Миннесоты, чувствовали себя хозяевами в школе и не принимали в свой круг чужаков, особенно тех, которые плохо знали язык, были скромны и застенчивы. Чтобы заполнить пустоту, Оля стала учиться гораздо прилежнее, чем её однолетки. Она и аттестат получила на два года раньше их, и университет закончила быстрее. Тогда это ещё было возможно, потому что курсы по межрасовым отношениям были не обязательны, и она брала только предметы, необходимые для приобретения специальности. А она хотела стать актуарием. Мы не знали, что это такое, но полностью доверяли её выбору, и для того, чтобы она не ушла в общежитие, залезли в долги и купили дом.
К тому времени мы немного освоились, и уже не так часто попадали в смешное положение из-за незнания языка, а я даже научился поддерживать разговор об американском футболе.
Миннеаполис оказался культурным городом. В нём были театры, музеи и концертные залы, сюда привозили бродвейские шоу, а вскоре после нашего приезда, в центре даже сделали пешеходную зону. Но при всех своих достоинствах он оставался глубокой провинцией, и непрекращающиеся жалобы моей жены напоминали об этом. Я же полюбил удобства жизни на периферии, мне нравился мой дом и моя машина. Это была Американская мечта, которую мы взяли в кредит и которую должны были выплачивать ещё четверть века. Я с удовольствием стриг траву на своём участке и расчищал снег на драйвее. Мы с женой не стали миллионерами и не раскрутили собственный бизнес, но наша зарплата позволяла нам проводить отпуск в Европе. Тогда её ещё не наводнили мигранты, и она была безопасной. К тому же, старушка была нам ближе и понятнее, чем Америка.
Незаметно я вступил в тот возраст, про который говорят седина в голову, бес в ребро. Но моя седина не очень бросалась в глаза, потому что пришла вместе с лысиной, а бес и вовсе обо мне забыл: все силы ушли на борьбу за выживание.
Перед окончанием университета Оля сказала, что будет искать работу в Нью-Йорке. Жена умоляла её остаться с нами, напоминая, что в Нью-Йорке у неё никого нет, а приобрести друзей в мегаполисе очень трудно, ведь там люди не такие приветливые, как в маленьком городе. Но дочь была непреклонна, она хотела жить в столице, чтобы не скиснуть в глуши и не стать провинциалкой.
Тогда жена заявила, что поедет с ней, потому что без Оли ей в Миннеаполисе делать нечего. Я робко возражал, что в Нью-Йорке жизнь гораздо дороже, что мы не сможем купить квартиру рядом с дочерью, что нам придётся жить у чёрта на рогах, а значит, мы будем встречаться с ней не так часто, как хочется. Устроиться на работу в нашем возрасте тоже непросто, а найти друзей и вовсе невозможно. К тому же, за прошедшие годы мы уже привыкли к размеренной жизни и сельским радостям, так что для нас это будет вторая эмиграция.
Дочь была полностью согласна со мной, и её голос оказался решающим, а чтобы успокоить мою жену, она пообещала, что останется в Нью-Йорке всего на несколько лет, сделает там карьеру, выйдет замуж, а потом вернётся к нам рожать детей, и мы будем помогать их воспитывать. Как актуарий, она точно знала, что бабушки способствуют повышению рождаемости.
Мы не верили её обещаниям, и чтобы скрасить предстоящую разлуку, предложили ей после получения диплома поехать с нами в Москву. Ей эта мысль понравилась, но денег у неё не было, а брать у нас она не хотела. Тогда мы с женой в один голос заявили, что общение с ней, для нас удовольствие, а за удовольствия надо платить.
И вот после длительного перерыва мы опять оказались в стране, где прошла первая часть нашей жизни. Был конец 90-х. Мы ездили на экскурсии, ходили в театры, встречались с друзьями. Мы даже побывали во дворце бракосочетаний, где женились почти четверть века назад, а в конце дочь захотела посмотреть нашу московскую квартиру. Мы пытались её отговорить, ведь теперь там жили совершенно незнакомые люди, но спорить с ней было бесполезно. Она сказала, что сама объяснит им, кто мы такие, подарит бутылку водки и банку солёных огурцов, и нам разрешат увидеть наши херомы. Нам и самим было интересно взглянуть на квартиру, где мы прожили столько лет, и мы согласились.
Дверь нам открыла аккуратно одетая пожилая женщина. Оля, сильно нервничая и, путая русские и английские слова, объяснила, кто мы такие и зачем пришли. Хозяйка зорко взглянула на нас и посторонилась, пропуская в комнату. Осмотр занял не больше двух минут: квартира оказалась гораздо меньше, чем представлялась нам в воспоминаниях. Мы поблагодарили и собрались уходить, но женщина пригласила нас на чай. Когда мы ответили на все её вопросы, она сказала, что преподаёт в университете, и хотя ей пора на пенсию, она работает, чтобы ходить в театры и быть в центре культурной жизни. А затем она целый вечер рассказывала нам о современной России. Там очень многое изменилось, но ещё больше осталось таким же, как раньше.
Последнюю ночь перед вылетом мы с женой долго не могли заснуть. Мы нервничали до тех пор, пока наш самолёт не поднялся в воздух.
А через восемь часов, когда мы ступили на американскую землю, нам хотелось броситься на неё и целовать взасос.
После нашего совместного отпуска дочь вышла на работу, а вскоре мы получили от неё длинное письмо на английском языке. Она благодарила нас за то, что мы уговорили её поехать в Москву, и извинялась за постоянные ссоры, из-за того, что мы заставляли её учить русский. Она обещала впредь практиковаться при каждом удобном случае. Она писала, что путешествие с нами расширило её кругозор и показало, как многообразен мир.
Затем ещё несколько страниц она рассыпалась бисером ничего не значащих, красивых слов, подтвердив давно приходившую мне в голову мысль, что в Американской школе писать витиеватые послания учат гораздо лучше, чем умножать и делить. А в самом конце в Post Scriptum Оля по-русски добавила «Я всегда буду вам бесконечно благодарна за то, что вы вывезли меня оттуда».
Было это давно, ещё до 11 сентября.
А потом она успешно работала, продвигалась по службе, вышла замуж и когда решила, что пришло время заводить детей, вместе с мужем переехала в Миннеаполис. Ещё через год, я стал дедом мальчиков-близнецов, и для меня с женой открылось новое поле деятельности. Мы забирали внуков из школы, возили их на гимнастику и плавание, учили музыке и русскому языку. Мы вникали во все их дела и знали о них гораздо больше, чем в своё время о дочери.
Между тем президентом Америки стал Обама. Въехав в Белый дом, он убрал оттуда бюст Черчилля, а встречаясь с лидерами других стран, извинялся за системный расизм Америки. Он, наверно, забыл, что за него, мулата, проголосовала страна с преимущественно белым населением. Затем он поклонился шейху Саудовской Аравии, отдал американских дипломатов на растерзание толпе фанатиков в Бенгази и заключил договор с Ираном на следующий день после того, как там прошла стотысячная демонстрация под лозунгом «смерть Америке».
Наблюдая за этим, я понял, что демократия не имеет ничего общего с названием его партии. Я старался не думать о происходящем и больше времени посвящал внукам.
Дочь отдала их в ту же школу, где училась сама. Они родились в Америке, говорили без акцента и не страдали от излишней скромности, но они уже не были хозяевами в школе, а день в этой школе не начинался с клятвы верности, и над входом не развевался Американский флаг. Это могло оскорбить чувства беженцев, которые там учились. Их родителей называли «эмигранты без документов», хотя многие считали их преступниками, незаконно перешедшими границу.
Учеников, как и прежде, не очень утруждали домашними заданиями, зато постоянно напоминали о том, что раньше в Америке было рабство, что до сих пор существует имущественное неравенство и белая привилегия. Это привело к тому, что мои внуки стали стесняться цвета своей кожи, также как я в Советском Союзе стеснялся своей национальности. Меня это угнетало, я ведь и уехал из России, потому что был там гражданином второго сорта. Я хотел переубедить внуков, но каждый раз, когда пытался сделать это, они называли меня расистом. Тогда я стал рассказывать им о своей жизни, о Советском Союзе, о том, что мне там не нравилось, и почему я эмигрировал. Я рассказывал им, как работал дворником в Италии, ожидая пока Американские спецслужбы проверят, не являюсь ли я русским шпионом, как потом, уже в Миннеаполисе, устроился мальчиком на побегушках в супермаркет, где моими коллегами были чёрные ребята, которые годились мне в сыновья и которым платили такие же гроши, как мне. Никакой белой привилегии я не чувствовал.
Говорил я с внуками по-английски, поэтому должен был готовиться к каждой встрече, но эти разговоры сблизили нас, и в какой-то момент я увидел, что мне они доверяют больше, чем школьным учителям.
Между тем страна, уставшая от политкорректности, выбрала нового Президента, им стал Дональд Трамп. Демократы бойкотировали его инаугурацию, СМИ поливали его грязью, а в конгрессе все его проекты встречали в штыки. Появился даже специальный термин TDS (Trump derangement syndrome - психическое расстройство на почве ненависти к Трампу).
Кульминация наступила во время пандемии, когда при задержании белым полицейским чёрный бандит-рецидивист испустил дух. Его хоронили, как национального героя, высшие чины демократической партии встали у его гроба на колени. Видно, кланяться и становиться на колени стало у них традицией. Во всех крупных городах Америки толпы протестующих громили, жгли и грабили всё, что встречалось у них на пути. Они действовали, как штурмовики, но пресса называла их преимущественно мирными демонстрантами.
В школе учитель истории предложил сочинение на тему «За что я не люблю Трампа». Мои внуки отказались его писать, а одноклассники стали их бойкотировать. Узнав об этом, я пошёл к директору. Он бесстрастно выслушал меня и сказал, что ничего сделать не может, потому что историка он принял по требованию районного начальства в соответствии с законом об обратной дискриминации (affirmative action). Затем, немного подумав, он также бесстрастно добавил:
- Может, если Трампа переизберут, обратную дискриминацию отменят.
Но Трампа не переизбрали. Выборы были откровенно и нагло подтасованы, и мной овладела депрессия. Мне стало стыдно за Америку, где я добился того, чего не смог бы добиться ни в одной стране мира. Я рвался сюда, потому что хотел жить в свободном государстве, а в Союзе за свободу надо было бороться. Тогда я боялся борьбы, но, видно, Бог наказал меня за трусость. Теперь мне бежать уже некуда, да я и не могу. Здесь живут мои дети и внуки, и я должен сражаться за их будущее. Непонятно лишь, что я могу сделать в моём возрасте и в разгар пандемии. Пожалуй, только одеть свитер с символикой Трампа и ходить по соседним улицам, показывая, что есть люди, которые не боятся открыто его поддерживать. Я, наверно, так и поступлю, мне нечего терять. Большая часть жизни позади, и в конце её я сделаю это для страны, в которой я стал другим человеком.
Совсем другим.
Только вот от социалистического менталитета я в Америке избавиться не смог, поэтому во время прогулки я в каждую руку возьму по гантели - не помешает.

27

xxx:
Самая ржака - это рецепты в исполнении моей свекрови. Сначала обычно ничто не предвещает:
"Мы на работе праздновали ДР, одна тетка принесла блюдо, ну такое вкусное, просто очень вкусное, я записала рецепт!"
Дома на чей-нибудь ДР начинает по нему готовить: "Так, говядины у меня нет и вообще она дорогая, обойдёмся свининой... Она с душком, но это ничего. Нет, майонез - это же вредно! Положу сметаны. Но обжарю на сливочном масле, так вкуснее! Ну и что, что масло плохое, зато по акции. Нужно половину луковицы, а куда я вторую дену? Положу всё. В рецепте тмина нет, но я люблю тмин, добавлю. Сливки у меня просроченные, но они же в холодильнике стояли! Ничего, всё равно термически обработаются."
Потом это ещё и подгорает, потому что она спешила и прибавила газ больше разумного.
Пробует: "Ерунда какая-то получилась... Странно".
Что самое замечательное во всем этом - наши чудесные мужчины начинают её утешать, что всё не так уж плохо :) У меня прекрасная семья ;)

28

x: Кошмары про то, что завтра экзамен, а билеты невыучены, время от времени снились до 39 лет. А вчера впервые(!) приснилось, что не справляюсь на работе и меня выгоняют.
y: Это зрелость пришла. В твоем случае - наконец-то xD Не прогоняй её, она полезная :)
x: Т.е. признаком перехода на следующий уровень будет кошмар про то, что лишают пенсии, потому что плохо варю кашу внукам?

29

У англичан принято состоять одновременно в семи или восьми различных обществах.
Например: гольф-клуб, жокей-клуб, попечительский совет местного цирка, родительский комитет академии подводных танцев, близлежащая церковь спившихся свидетелей трезвой пятницы, круглосуточная вахта помощи полицейским, постоянно страдающим от уличного насилия, национальная ассоциация бесшумной стрельбы из гранатомета с глушителем, общество защиты тропинки Робин Гуда через Шервудский лес, профсоюз работников народных криминальных промыслов, фонд помощи водителю школьного автобуса, сломавшего в ирландском пабе свою руку и чужой табурет о спину детского тренера по спортивному лежанию в гамаках, которому мы тоже соберем денег на слуховой аппарат, потому что он плохо слышит, когда пьет чужое пиво."

30

О датах

Пятнадцать лет назад мы поженились. Свадьба у нас была не совсем нормальная. Конечно, до уровня моих родителей нам все-таки было далеко. Они вообще никаких родственников не звали и расписались, когда мамины родители были в отпуске на юге. Папины жили в нескольких тысячах километров и узнали о браке постфактум. На совместные сбережения по настоянию мамы вместо колец купили приличные брюки папе. Мама убеждала папу, что без колец жениться можно, а без брюк нельзя. Когда они дрогнули и в последний момент на последние деньги попытались купить кольца, то в магазинах не нашли, дефицит оказался. Скоро шестьдесят лет будет, как страдают без колец каждый божий день, и оба ни однажды не усомнились в том, что сделали правильный выбор. Не имею в виду выбор между брюками и кольцами, хотя он, пожалуй, тоже был правильным. Так вот, этого всего им было мало. Мама выходила замуж в желтом платье, а в конце празднования они с друзьями всей компанией отправились в кино на какой-то дурацкий фильм.

Мы все же так не зажигали. Платье я себе купила белое. На нашей свадьбе было несколько человек самых близких родственников - с друзьями мы отпраздновали потом. Правда, сначала мы чуть на собственную свадьбу не опоздали, причем больше всего это волновало наших родственников, а не нас. Потом я потеряла туфлю, выходя из машины. Но нашла. В одной туфле выходить замуж тоже неудобно, не знаю, лучше ли, чем без колец. Я вообще пешком хотела идти на самом-то деле, не люблю я эти машины. Когда мы вошли в зал, гитаристка заиграла прекраснейший этюд Гомеса (Romance de amor). Муж пытался мне надеть свое кольцо, а не мое. Поженила нас не стандартная тетя из ЗАГСа, а одна замечательная женщина, произносившая необычную речь. В ней, в частности, она упомянула о важности равного участия во всех семейных делах, заботы о малых и старых. На что молодожен громко и гордо заявил: "Да! Я уже начал! Регулярно мою посуду!" Когда она спросила о наших планах, мы сообщили ей, что он едет на днях работать в Испанию, а я через неделю на стажировку в Голландию, но мы обязательно будем вместе. Когда-нибудь. Всегда! Потом, уходя, мы забыли все бумаги. На следующий день нам позвонили, чтоб забрали... Заметка о нашей свадьбе вышла в местной газете с развеселым фото и вдохновленным текстом. На фотографии у всех страшно довольные и совершенно не соответствующие важности момента физиономии. Причем, заметим, сначала нас фотографировали, и уже только потом налили шампанского! Потом мы отметили событие с родственниками в замечательном ресторане и сбежали вдвоем в один прекрасный бар, где в романтическом полумраке танцевали до пяти утра под французский шансон, танго, испанские и латиноамериканские мелодии. Дома продолжили праздновать.

Жили мы и до этого вместе, поэтому сакрального значения свадьбе, да и другим датам, не придавали, но мы оба придерживались той точки зрения, что пока живы, надо праздновать, почему бы и нет? Время от времени кто-то из нас вспоминал какой-нибудь счастливый момент, который был вот в эти дни столько-то лет назад, и мы доставали бутылку хорошего вина, ужинали при свечах, разговаривали, танцевали... А нередко и ничего не вспоминали, просто так праздновали!

И вот однажды в годовщину свадьбы мой муж за завтраком делится со мной впечатлениями о прочитанной книге. Знаешь, говорит, Рамон-и-Кахаль (это знаменитый испанский физиолог) пишет, на ком надо жениться ученому. Мол, неплохо жениться на богатой наследнице, тогда ее деньги можно использовать для нужд лаборатории. Но лучше всего, он считает, жениться тоже на ученой. Тогда ценности совпадают, не приходится оправдываться, что не возишь ее на балы, а работаешь с утра до вечера, и все такое. Тут он остановился и задумчиво протянул: "Да... небось не знал Рамон-и-Кахаль, каково это, жениться на ученой!" И ушел на работу.

А я осталась дома с младенцем. Одной рукой держу ребенка, другой мою пол, третьей пишу статью, четвертой обед готовлю. Но мучаюсь ужасно, аж до слез. Обидно! Тут муж звонит узнать, как наши дела. Я наступила на свою женскую гордость и говорю:
- Cкажи, может, что-то тебя не устраивает в нашей совместной жизни, не так что-то? Обижаю чем, или кормлю плохо, или убирать не успеваю, понимания нет, иль еще чего? Ты не терпи, лучше сразу все выяснить!
Муж в недоумении.
- Что это, - говорит,- на тебя нашло? Я полностью счастлив, сам себе завидую!
Я, мол, так и так, Рамон-и-Кахаль, и вот именно сегодня ты сказал такое, такой день хороший, и вот...
- Да шутил я! - отвечает муж. - Не сходи с ума, все прекрасно, и день правда такой замечательный!
Ну я и успокоилась. Приготовила баклажанную икру, салат с авокадо, спаржей и хамоном, вырезку под соусом из виски с лимоном и еще всяких вкусностей его любимых.
Приходит он домой с цветами, весь веселый. Я тоже развеселилась. Уложила детеныша, поставила на стол прекрасный ужин, говорю, давай вино откроем, отпразднуем.
- Давай, конечно, отпразднуем! - отвечает. Нашел хорошую бутылку, открыл.
Сидим, беседуем, пьем за любовь, за каждого в отдельности и за нас вместе. Я еще раз его поздравила. Он смотрит на меня с интересом и сомнением и говорит:
- Слушай, а что мы все-таки празднуем?
И тут я понимаю, что он не осознал, что у нас годовщина свадьбы. А цветы принес просто по движению души. Потому что любой день вместе, пусть самый обычный, тоже можно и нужно отпраздновать. Развеселилась страшно. Отказалась раскрыть секрет. Он стал наводящие вопросы задавать. Через пятнадцать минут все-таки отгадал. Так что мы и годовщину свадьбы тоже отпраздновали, не только просто этот замечательный день.

А однажды я про нее забыла, а он мне напомнил. Теперь не забываю, радуюсь этому дню, хоть и некому напоминать.

31

А если правильно разобраться в ситуации?..

Как-то в наше село Большие Вилы, в котором недавно сгорел сарай, а раньше жили два громилы-тракториста, братья Пров и Николай, прислали нового председателя колхоза.

Из военных моряков, или из маркшейдеров, никто уже не помнит. А он в сельском хозяйстве - ни разу не зоотехник и даже не агроном, хотя на партконференции два раза про севооборот слышал и один раз про пары.

Вслед за председателем пришла разнарядка вспахать 44,45 Га под репу, а 54,46 Га оставить под сурепкой для накопления азота в почве. Посмотрел моряк, а может маркшейдер, на карту, применил курвиметр, использовал секстант и пришел к выводу, что восточное поле по размеру соответствует репе, а западное - сурепке. Вызвал секретаршу и дал задание. Одно вспахать, другое оставить. Секретарша немало удивившись существованию в деревне Западного и Восточного полей, передала задание бригадиру, а он трактористам.

Пров, мужчина огромного роста и еще большей физической силы, в одиночку, без домкрата, менявший два колеса на своем Кировце (мы знаем, что у Кировца всего четыре колеса, просто оставшиеся колеса менял его брат-близнец - Николай) завел трактор и уже тронулся с места, когда понял, что не знает, где в родном селе восточное поле, а где западное.

Это только в иностранных боевиках спецназ в незнакомом здании ориентируется с юго-востока на северо-запад, в нашей же местности все происходит по-другому.

Спроси у Николая, где восходит солнце, так он запросто ответит, что солнце восходит над сельпо, а про восток вы от него вряд ли услышите. Попроси Прова ответить, где солнце садится, так он тут же вспомнит дом самогонщицы Клавдии Ивановны, когда-то в сельской школе преподававшей химию и сменившей профессию на пенсию. Пров с удовольствием вспомнит Клавдию Ивановну, но про Запад - это вы к картографам обращайтесь, или в атласе автомобильных дорог смотрите. В деревне, кстати, атласа отродясь не было, зато дорога была, хотя она не автомобильная, а железная в пятнадцати километрах.

Не определившись с направлением пахоты, братья отправились к секретарше. Маша, секретаршей ставшая из доярок-передовиков, тоже не знала, где в деревне Восточное поле, а где Западное. Она даже не знала, где поля сорок Га, а где пятьдесят Га, ей это было до лампочки. Зато она твердо знала, что репа растет за Коровьем выгоном, а сурепка за Сукиным болотом, где коров пасти нельзя, потому что они в болоте потонут, а если даже не потонут то змеи-гадюки все молоко выпьют, паси не паси.
- Ехать вам за Сукино болото, - посоветовала Маша братьям направление, - это и есть Восточное поле, где растет сурепка.
- Почему за болото? - Пров был въедлив, как и всякий тракторист, - ведь нам же нужно поле вспахать под репу, а сурепку оставить на пары?
- Вот именно, - уверенно парировала бывшая доярка, - если б не надо было сурепку на репу заменить вас бы не посылали.
Путь за сукино болото, лежал мимо дома самогонщицы, Клавдии Ивановны. Именно поэтому братья решили уточнить направление и у нее. А еще потому, что Клавдия Ивановна не только преподавала химию до пенсии, но и умела делать самогон такой степени очистки, что кроме сильного запаха летнего солнца от него разило сибирским разнотравьем со слабым оттенком мексиканского растения Агава.

Выслушав братьев, Клавдия Ивановна всплеснула руками:
- Вот ведь двоечники, что вы, что Машка! - заявила бывшая учительница, - мы же с вами на географии проходили, что мох растет на северной стороне деревьев, а на южной на деревьях ничего не растет кроме яблок. Поэтому если встать лицом к мху то слева будет восток, прямо яблоки, а справа запад. Езжайте дальше, на свое восточное поле и смотрите, не провалитесь в Сукино болото.

Клавдия Ивановна, не только делала самый лучший самогон в округе, до пенсии она преподавала в сельской школе химию, географию и физику из-за чего обладала непререкаемым авторитетом. Несмотря на то, что по специальности являлась учителем русского языка и литературы. А вот на березе у ее дома мох, сволочь такая, рос на южной стороне, а яблок вообще не было.
Дольше эти тонкости рассказывать, чем братьям пахать. Они ж на Кировце, Кировец же вам не хухры-мухры, а нормальный трактор. Такой даже если в болоте застрянет, так его один из братьев спереди возьмет, другой сзади подналяжет и из любого болота запросто все вместе вынутся.

Так председателю и доложили: вспахали частично вместе с болотом. Председатель, не разбиравшийся в сельском хозяйстве, но полностью политически подкованный методикой социалистического строительства коммунизма, вооружился Ленинским принципом «доверяй, но проверяй» и поперся-таки смотреть на пахоту. По карте поперся. А там не вспахано.

Так он братьям и сказал: не вспахано. Николай, разбиравшийся как в сельском хозяйстве, так и в пахоте, от такой неожиданности раздавил в руке малахитовое пресс-папье на председательском столе и потребовал вмешательства партийных органов в лице секретаря парткома, а также закрытия наряда в два человека-дня. Председатель парткома, понимая в людях и не разбираясь в картографии, прежде чем ехать, спросил секретаршу, где пахали. Услышал, что за Сукиным болотом, метнулся посмотреть и увидел, что вспахано.

Так председателю и доложил: вспахано, закрой наряд. А еще попенял нашему моряку, что он председатель, а вспаханное от не вспаханного не отличает. Такую ситуацию решили исправить, совершенно не разобравшись в такой ситуации. В результате в райком отправили телеграмму: задание по пахоте и парам выполнено зпт пришлите срочно агронома вскл.

А вот если бы они лучше бы разбирались в сельском хозяйстве то попросили бы всего-навсего учителя географии, что в дальнейшем плохо бы сказалось на урожайности и надоях.

32

СкАтина...

Через неделю после нас, вернулись последним катером с дачи соседи. И вернулись они без своего кота. Огромного, серого бандита без правого уха. Всё лето мы с ним воевали на даче. То он воровал у меня еду со стола, то копался в огороде. Короче говоря, привык я к нему. И когда увидел пару вернувшуюся без серого, то страшно расстроился и попросил жену пойти и безо всяких околичностей спросить, куда делся их кот. Всё оказалось именно так плохо, как я и предполагал. Кота оставили на даче. Я мучился и переживал до самого вечера. А потом набрал номер телефона начальника и попросил на завтра выходной. Жена тяжело вздохнула и сказала – Осторожно там. Попроси, чтобы лодкой перевезли. Погода не задалась с самого утра. Свинцовые тучи сеяли мелкий противный дождик, и ветер подгонял пожухлую и примёрзшую местами к асфальту листву. Я бродил по лодочной станции надеясь, что кто ни будь всё же соберётся на ту сторону за забытыми вещами. Но кто ни будь не нашелся. Нашелся здоровый мужик в сапогах сорок пятого размера. Он копался в моторе и что-то ворчал. Я объяснил ему что, забыл на даче очень важные, жизненно важные документы, и протянул ему пятьдесят долларов. Он опустил в карман бумажку и объясняя небесам всё про дачников, которые и голову забудут, спустил лодку на воду. Волны были очень приличные. Они плевались отчаянно холодной пеной, и грозились опрокинуть утлое судёнышко. Так что, через пол часа отчаянной борьбы с водной стихией мы оказались на берегу возле наших дач, и сопровождаемый напутствием угрюмого мужика о том, что за такие прелести не мешало бы набавить ещё двадцатку, я помчался к даче. Небо постепенно серело, и мелкий дождик переходил в ледяную крупу. Серый, серый, серый!- кричал я во всё горло, надеясь что он всё ещё жив. И Серый появился. Зябко поёживаясь и прижавшись к моим ногам он жалобно пищал. Я схватил его на руки и бросился к лодке. Подлетев к ней и прыгнув, я посадил кота рядом с собой. Угрюмый мужик вытаращил глаза и открыл рот. Но тут… Но тут Серый выпрыгнул из лодки и как-то стеснительно прижав своё единственное левое ухо к голове просительно и тихонько мяукнул. Потом развернулся и побежал назад. Стой, стой, стой, куда ты, черт возьми!- заорал я. Потом выскочил и не обращая внимания на маты, проклятия и обещания бросить нас к чёртовой матери я побежал за котом. Он нёсся впереди и я за ним, причитая и заламывая руки, и вдруг свернув налево он исчез в кустах. Подбежав и раздвинув ветки я увидел, как серый, одноухий кот прижался к маленькому черному котёнку. Котёнок был мокрый и отчаянно пищал. Серый виновато посмотрел на меня и мяукнул. Я опустился на мокрую землю и собрался взять в руки обоих. Но тут земля сзади загрохотала. Это угрюмый мужик топал своими огромными сапожищами, изрыгая потоки проклятий. Он возник у меня за спиной и вдруг затих. Потом совершенно спокойным и приятным на удивление голосом сказал – Давай, поторапливайся. Потому, что сейчас начнётся метель и всё снегом занесёт. Я поднял Серого и маленького черного котёнка, и мы побежали к лодке. Как мы перебрались на ту сторону реки, я не знаю. Наверное, Богу просто так было угодно, потому что вокруг ничего уже было не видно. Только угрюмый мужик вдруг сказал, перекрывая рёв мотора и воды – Скатина, ты, однако. Я смутился. Почему скатина?- поинтересовался я с опаской поглядывая на воду бурлящую за бортом. Значит, как получается-продолжал мужик. Ты меня обманул за документы и деньги всунул, а сам спасать кота ехал? Ты вроде как человек, а я нечисть какая бездушная получился? Так что ли? Так я же боялся, что вы откажетесь, а больше спасти его было некому объяснил я. Мужик замолчал, хмыкнул и мы пристали к лодочной станции. Потом он долго искал коробку для котёнка и выстилал её тёплым полотенцем. А когда я уже собрался уезжать, поблагодарив его, он сказал. Ты вот, чего. Не бывает так, что бы всё одному, а другому ничего. И подойдя к Серому обратился к нему с речью –Ты вот чего, ты иди ко мне жить. Я на рыбалку хожу. А ты кот справный. Правильный ты кот. Мужик, значит ты. Не бросил малыша. Кот посмотрел на меня, виновато мяукнув подошёл к угрюмому мужику и встав на задние лапы уперся передними ему в огромные сапоги. Мужик поднял его на руки. И большой серый бандит обхватил его шею своими лапами и прижался. Мужик отвернулся в сторону и дрогнувшим голосом целую минуту произносил только – ну, ну, ну… Потом придя в себя повернулся ко мне и сказал строгим, и удивительно мягким голосом – Я приглашаю вас, молодой человек, на следующие выходные на рыбалку. И подмигнул мне. А когда я приехал домой, и мы с женой ухаживали за черным малышом, она нашла под тёплым махровым полотенцем пятьдесят долларов. А на рыбалку мы теперь ездим постоянно, вместе с добрым, здоровым ворчуном. И что, что я иногда приезжаю не совсем трезвым и без рыбы? Рыбалка – она дело такое, житейское, я бы сказал.

(Copyright: ОЛЕГ БОНДАРЕНКО)

33

Я уже писала про прабабушкино село, куда мы ездим в отпуск много лет. В прошлом году собирались поехать в Грузию вина попить, по Кавказу полазить, с Алтаем сравнить, а тут КОВИД. Вот и оказались снова в родных местах на Телецком озере. Красота тут такая, что за две жизни не насмотришься, и люди привычные, одни и те же каждый год.

Как в любом селе, многие из коренных жителей кроме имен и фамилий имеют прозвища. Иногда эти прозвища смешные, иногда малость обидные, но всегда даны по причине. Спросила я как-то у соседки, почему ее свата называют Банан. Оказывается, он в школе на одни двойки учился. Глобус – по животу. Дашка-Патруль, понятно, востроглазастая сплетница. Но есть прозвища сразу непонятные. К примеру, у Федора с другого конца села прозвище Ящик. Я особо не интересовалась: Ящик и Ящик. А тут у нас дымоход в печи забился. Соседка как раз его и присоветовала.

Приехал Федя на мотоцикле. В коляске – сырые осиновые дрова. Протопил, вычистил осыпавшуюся сажу. Говорит: «Принимай работу, хозяйка». Посадили мы его, как водится, за стол, налили. А муж возьми и спроси: «Федя, а почему у тебя прозвище Ящик?» Федя почесал затылок, попросил налить еще, чтобы язык развязался, и начал рассказывать.

«Раньше меня Бобылем звали, а теперь Ящиком зовут. Почему? Все из-за рыбалки. Как-то зимой поехал я с корешами за щукой и налимом. Есть тут на берегу брошенная заимка, в ней и устроились. Поставил я на ночь жерлицы. Место это дикое, никто им ноги не приделает. Утром пошел проверять. Водка, видать, паленая была, похмелье - хуже некуда. Голова мутная, и наизнанку выворачивает. За ночь снег сдуло. На озере лед – чисто городской каток и прозрачный как стекло. Дно видно. Если человек не в курсе, он и трех шагов не пройдет. А у меня наждак к валенкам приклеен. Иду, как по асфальту. Смотрю – косуля на льду лежит. Пробует встать, а у нее копыта разъезжаются. И видно, что силы у нее на исходе. Я подошел, и меня как осенило – стал ее по льду к опушке леса толкать. Вскоре приехали. Встала она на ноги и смотрит мне в глаза своими глазищами. И вдруг у меня в голове голос зазвучал: «Не пугайся, это я с тобою говорю. Спасибо, что спас. Я могу тебя отблагодарить: выполнить одно твое желание. Только одно. Больше тебе не определено. Не спеши, подумай».

Я само собой опешил, но потихоньку мозги стали ворочаться. Только плохо, потому что голова раскалывается. Думаю, может новую машину? Нет, не годится. Я ее точно спьяну разобью. А кто за ремонты платить будет? А за бензин? Мотоцикл у меня хороший. Зачем мне машина? Потом, думаю, новый дом? Так у меня дом – кедровый сруб. Ему сто лет и еще сто простоит. Зимой теплый, летом - ни комаров, ни мух. Не нужен мне новый дом. Может жену попросить? Так зарабатываю я с гулькин &@% и во хмелю буен бываю. Не удержу я ее, уйдет. Может здоровье? Так с богатырским здоровьем мне, чтобы захмелеть, литры не хватит. Не годится. Ну что еще? Может новую учительницу вы@%ать? Молодая, красивая, фигуристая. Так ее сын хозяина птицефабрики @%ет. Понавешают мне люлей – мало не покажется. Надоело мне думать. Одна мысль осталась в голове – опохмелиться. И попросил я у косули бутылку водки, только не паленой. Она копытом снег под сосной разрыла – я горлышко увидел. Вытащил – а там бутылка и этикетка с иностранными буквами. Я крышечку отвинтил, раз хлебнул, потом еще. $#здатая водка, точно не паленая! Смотрю, косули уже нет. Нет – ну и &@% с ней! Пошел я к заимке, по пути прихлебываю. По телу блаженство разливается, голова больше не болит. И тут меня как молнией ударило: что же я, мудила, попросил одну бутылку?! Надо было просить ящик. На все замерзшее озеро я заорал изо всех сил: «Ящик, ящик!» И орал пока шел до заимки и в заимке тоже. Так меня и прозвали Ящиком».

Тут не удержалась я: «Эх, Федя, - говорю, - попросил бы ты бросить пить».
«Как можно, хозяйка, - удивился он, - а жить тогда зачем?» Встал, попросил налить «на посошок», выпил, поблагодарил. Сказал, чтобы мы не волновались, не пьяный, доедет. Попрощался и вышел в дверь.

34

На сайте в последнее время намечаются явно антипутинские настроения. Могу понять украинских друзей - в конце концов, их страна потеряла значительную часть территории, и тут позиции россиян и украинцев никогда не сойдутся до тех пор, пока вместе не сядем за стол переговоров и не решим жить все вместе, одной большой семьей, как уже не раз бывало. Но это произойдет еще очень нескоро - очень много было сказано и сделано за последние годы, причем, откровенно говоря, не только политиками, но и простым народом.
Чего я совершенно не могу понять - это аналогичную реакцию у моих русских знакомых. Как будто люди не помнят девяностых, не помнят унижения, которое было тогда. Может быть, они входили в тот самый 1-2% людей, которых ужасы не коснулись, но как-то слабо верится.
Можно вспомнить очень многое - бандитов, которых вместе с их малиновыми пиджаками закапывали в яме при помощи экскаватора, наркоманов, валяющихся на каждом углу, журналистов, которые пропадали в пограничных странах и в новостях говорилось, что наша страна ничего не может с этим сделать. Можно вспомнить бесконечные рынки, на которых обычные люди пытались продать свой ширпотреб - но ведь все это как будто из другой жизни, не правда ли? Какие-то киношные кадры. А в кино, практически в любом фильме, были и персонажи, у которых наличкой были десятки тысяч долларов - и кажется, что уже не все так плохо...
В девяностые мой отец работал в лаборатории. Работы как таковой почти не было, поэтому, разумеется, подрабатывал еще в двух местах. Из этих двух мест тоже много интересных и поучительных историй, но сейчас о лаборатории. Работы как таковой, как я уже говорил, фактически не было. Однако раз в несколько месяцев в город приезжал Американец. Кто был этот Американец - отец до сих пор не знает, но дальше происходило следующее.
Американец собирал вокруг себя весь состав лаборатории и требовал отчета. Что-то записывал, что-то просто слушал. И все отчитывались. В конце мероприятия Американец вытаскивал из кармана бумажник, кидал несколько сотенных купюр. Иногда привозил компьютер-другой. И всегда он делал это с вальяжностью, мол, "я хозяин этого цирка".
Кто-то из коллег отца не выдерживал всего этого - смешные зарплаты, постоянное унижение - и уходил в торговлю. Не так давно я виделся с одним таким, ушедшим торговать в 90е компакт-дисками. в этой сфере он тоже всякого натерпелся: и бандитов, которые крышевали "от самих себя", и откровенный грабеж всех социальных служб, начиная от ментов, заканчивая санэпиднадзором. Приходилось продавать порнуху детям, потому что никак иначе свести концы с концами не получалось, и так далее.
Самое страшное что было в девяностые - это то, что выхода не было. Пойдешь работать простым работником, например на завод - денег нет и унижения. Пойдешь в торговлю - унижения и риск остаться без головы, да и денег не очень много. Пойдешь в бандиты - очень увеличивается риск остаться без головы, но хоть какие-то надежды на заработки появляются. Я помню своих одноклассников, которые мечтали стать бандитами и проститутками(да, это не страшилки ваших родителей! Так действительно было!), потому что иного способа заработать хоть какие-то деньги они не видели. Разумеется, в разных регионах по разному. Моя жена из Карелии - говорит, было не очень хорошо, но в целом ужасов было поменьше, потому что кругляк гнали в Финляндию. Друзья из Норильска рассказывают, что тоже было не очень, но в целом долларов 500 в городе тогда можно было заработать. Что такое, правда, 500 долларов для северного города, особенно в девяностые, когда схемы поставок тоже непонятно в чьих руках - отдельный вопрос.
Итак, к чему я веду: да, сейчас не идеально, и до той же Западной Европы по уровню развития нам еще далеко. Но это уже гораздо лучше, чем было. И, если мы хотим когда-нибудь добраться до уровня жизни, который там - нужно делать так, как делали они. А именно - годы, десятилетия и века без серьезных потрясений. И думать забудьте о смене власти и революции. Посмотрите примеры революций и переворотов в учебнике: затевают переворот романтики, а пользуются его плодами подонки. Украинцы не дадут соврать: те люди, которые были лидерами революции в 2014 году, не имеют сейчас практически никакого отношения к реальной власти, а возглавляют спектакль и имеют доступ к финансам старая гвардия подонков.

35

Когда я рассказываю, что при испытаниях магистральных трубопроводов на прочность и плотность кто-то очень внимательный должен постоянно, круглосуточно, и неотрывно следить за манометром, меня все время спрашивают - зачем?

- Как зачем? - удивляюсь я. - Это же в нормативных документах написано! Технических регламентах, СНиПах и ВСНах. Все документы оправдывают постоянную слежку за прибором безопасностью, а так же всякими закономерностями поведения газо-жидкостных сред в виде PV=RT.

- Что, правда? - скептически смотрят на меня не верующие в уравнение Менделеева-Клапейрона.

- Да, - отвечаю я, - правда! Но это не главная причина. Главная - это то, что стоит вам на трассе магистралки отвернуться от того, что плохо прикручено ли, приварено ли, так это самое тут же свистнут местные жители.

- А зачем им манометр? Его же в хозяйстве очень трудно применить, у него шкала на слишком высокое давление рассчитана.

- Зачем им манометры – наука пока не открыла. Это для науки белое пятно. Но факт остаётся фактом. Свистнут всенепременно.

- А если вокруг нет местных жителей? Если это пустыня Гоби, Кара-Кум, тундра, или не дай бог непроходимая тайга?

- Местные жители есть везде. Ты их не видишь, а они есть! Как-то в лесу, где до ближайшего жилья в виде нашего строительного городка двадцать километров, а оттуда до ближайшей деревни еще два раза по столько, я сутки протаскивал роспуск с пятью одиннадцатиметровыми хлыстами трубы-пятисотки к крановому узлу по разбитому весной и техникой вдольтрассовому проезду.

Мы там КАМАЗ-вахтовку пополам порвали, когда из грязи тащили экскаватором. Сутки. С несчастного Урала, волочившего трубу, два водителя уволились от такой работы. Вокруг лес на много километров. Другой дороги нет.

Трубу выгрузили, народ на экскаваторе верхом ночевать отвезли, потому что ГТТ тоже увяз.

Утром приходим, а пятисотки как не было. Думали, что чудо явилось. А потом нашли порезанную трубу в ближайшем пункте приёма металла за шестьдесят километров от кранового узла. И двух мужиков нашли, которые ее за ночь автогеном порезали и кусками вывезли.

Мы на тех мужиков заявление писать не стали. Я их просто на работу взял, за организаторские способности, работоспособность, и во избежание дальнейших эксцессов.

Так что если у вас нет вакансий – следите за манометром.

36

Давным-давно, в 90-е годы, когда мне было 17 лет, я попала в больницу с нехорошим диагнозом (были проблемы с сердцем - кстати, потом мы ходили по многим врачам, в том числе и платным, диагноз не подтвердился), провела месяц под капельницей, была выписана под новый год с напутствием, что об учебе в университете не может быть и речи (я была в академическом отпуске, кстати, невзирая на мнение врачей, в ВУЗе я всё же доучилась). После этого месяца я с трудом могла самостоятельно передвигаться - атрофия мышц. Чтобы я могла укрепиться, отец пинками выгонял меня на лыжню и шел со мной. "Пинками" - потому что когда ходишь с трудом; равновесие сохраняешь, расставляя руки в стороны; когда отрезана от привычной молодежной компании раздолбаев и фактически заперта в четырех стенах, - это всё очень портит характер. Отец терпел мои истерики и скандалы и неуклонно гнал меня на лыжи, шаг за шагом заставляя вставать после ежеминутных падений. Кстати, это помогло - мышцы укрепились и координация восстановилась. Когда я смогла пройти подальше в лес, то оценила его зимнюю красоту и торжественную тишину.
А когда отец подарил мне пластиковые лыжи, я вообще была в эйфории. И конечно же, решила их испытать в ближайшие выходные, невзирая на температуру -20'С. И на радостях пошла по малознакомой лыжне, да ещё и решила насладиться видом с обрыва на волжские просторы. Вид был прекрасен! Солнечный морозный зимний день рассыпался искрами по снегу, ощущение полета над рекой восхищало... Насладившись этим, я попыталась вернуться на лыжню. Но здесь меня ждала засада: лыжня не подходила к самому обрыву, до него была поляна с кустами. И чтобы достичь края, я пробралась прямо на лыжах через эти кусты. И не заметила лёгкого уклона поляны в сторону реки. А мои пластиковые лыжи его заметили - на обратном пути они упорно ехали назад, к Волге. Отчаявшись выбраться при помощи палок, я стала цепляться за окружающие кусты, но это тоже слабо помогало. В итоге пришлось снять лыжи, закинуть их на плечи и плюхать с этим грузом сквозь кустарник, проваливаясь где по колено, где по середину бедра в снег. На лыжню я вышла через полчаса, не меньше, уставшая, как собака. Поехала назад в город, но уставшие мышцы плохо слушались, я постоянно падала, да еще малознакомая и малохоженная лыжня подвела - в город я вернулась уже в темноте, чуть ли не наощупь :)
А вспомнила эту эпопею я сегодня, когда второй раз за зиму ходила на лыжах в лес. И не то что не дошла до места своего приключения, а фактически только половину обычного пути прошла, потому что поздно вышла - с детьми занималась, а потом пыталась их на лыжи соблазнить. И возвращалась тоже по темноте (в 17-30), только никакого оправдания в виде ЧП у меня не было. %))) И я завидовала самой себе в молодости, когда могла уйти на лыжах хоть в 12 часов, хоть в 14 - и никаких забот!

37

Буквально на днях был вспомнен армейский случай.:)
Новоиспеченные старлеи обмывали свежие звездочки. По обычаю их опускают в рюмку с водкой, сей напиток выливают в рот, съедобное проглатывают, а остальное отныне считается освещенно-обмытым. Так вот после данной процедуры одним из счастливчиков было обнаружено несоответствие количества положенных в рюмку и оставшихся после процедуры звездочек. Видимо представив последствия, ему сразу стало плохо. Бедолагу сразу понесли в санчасть. Там матерый доктор назвал его симулянтом и отправил домой заканчивать мероприятие. На мольбы о госпитализации (на всякий случай) док сказал, что его уже достали, и он не намерен возиться со старлеями, потому что только вчера благополучно выписал новоиспеченного подполковника с аналогичной проблемой.

38

Вот только не надо мне рассказывать, какая я растяпа! Потому что я это и так знаю. Конечно растяпа! Оставила сумочку в машине и забыла запереть двери. И ворота во двор не закрыла.
Но я ведь только на минуточку - забежать в дом, оставить покупки, сунуть мороженое в морозилку и дальше ехать по делам. И район у нас такой тихий, такой спокойный - ни входные двери, ни машины днём вообще никто не запирает. Десятилетиями ничего плохого не случается...

Но "минуточка" моя нечаянно превратилась в полчасика, а, как говорится, раз в сто лет и веник выстрелить может. Так что украли мою сумочку, да ещё всё в машине вверх дном перевернули... Правда, блокнотик с личными записями из сумочки выкинули, и он у меня остался - и то хлеб, там много важной информации было. А телефон и ключи всегда у меня в кармане.

И что же теперь делать? Ну ладно - один звонок в банк, и все кредитные-дебитные карточки заблокированы. Это первым делом. Но вот то, что пропали мои водительские права... это действительно скверно. Мало того, что в Лос-Анджелесе почти никуда пешком не дойдёшь, так это у нас ещё и основное удостоверение личности. Без прав просто никак.

Значит так - блокнотик и денежку в карман, туда же заграничный паспорт, чтобы хоть как-то мою глупую личность удостоверить. Ай, молодец я, хоть и растяпа, паспорт-то у меня всё-таки есть, и даже не просрочен - большинство людей здесь без него прекрасно обходится, пока не понадобится куда-то ехать. А вот что бы я сейчас без него делала?

Угу, а теперь - бегом в DMV заявить об утере и получить временные права. DMV - Department of Motor Vehicles - это вроде как местная автоинспекция. Далековато, но ничего, дойду. Пешком ходить полезно. А то мы тут уже совсем разленились.

Очередь в этом серьёзном учреждении довольно большая. Сидячая, правда. Все держат в руках бумажные номерки и ждут, когда на экране под потолком появится нужная комбинация букв и цифр. Похоже, что бодяга эта часа на два. Кто-то уткнулся в телефон, кто-то тихо беседует с соседом...

Рядом со мной устроился здоровенный дядька. Лицо знакомое. Где-то я его видела, но никак не вспомню, где именно. Ничего удивительного, живу я в этом районе давно, знакомые лица на каждом шагу.

- Вы школьный учитель? - спрашиваю я наконец. - Мы работали вместе?
- Тренер, - улыбается он. Да, действительно, так и есть - работали когда-то в одной школе, раскланивались в коридорах. Я и имя вспоминаю - Джозеф. А что у него случилось? Да вот - то ли потерял права, то ли их у него тоже украли, то ли засунул куда-то. Вот буквально вчера-позавчера видел, а сегодня всё перерыл - нету!

Я прошу у Джозефа карандаш или ручку - ручка немедленно находится, вынимаю мой чудом спасённый блокнотик и, чтобы не терять времени зря, начинаю составлять список того, что нужно будет положить в новую сумку.

Что ж, подсчитаем потери. Что там было? Да вродe ничего особенного. Кошелёк с мелочью, бумажник и этот самый блокнотик. Вот и всё.

Да уж... Так, да не так. В одном только бумажнике кроме прав... м-да-а... Карточки медицинского страхования (и ещё отдельно дантист, отдельно окулист) - ладно, они уже почти истекли, скоро пришлют новые. Страховка и регистрация на машину - ой! срочно восстановить! Старое рабочее удостоверение - но я в том месте больше не работаю, зачем оно вообще там лежало? Свидетельство о прохождении курсов Красного Креста - зачем? когда-то требовали по работе, уже не нужно... Квитанция от портнихи - ладно, уж как-нибудь она меня и в лицо вспомнит... Фотографии детей и внуков - вот балда, кто их сейчас таскает с собой, когда всё в телефоне? Ох! визитные карточки - свои-то ладно, у меня их много, а вот нескольких коллег, которых я очень редко вижу - обидно, это потеря. Динозавр я, вот я кто, прособиралась - надо было сразу в телефон занести все контакты...

А кроме бумажника? Расчёска. Зеркальце. Ручки-карандаши. Пилка для ногтей. Бумажные салфетки... Чёрт! Внешняя батарея для телефона - жалко, хорошая была и дорогая, надо будет купить такую же...

Список становится всё длиннее.

- Вот это всё было в маленькой дамской сумочке? - удивляется Джозеф, кинув беглый взгляд на мою писанину.

Очереди скучно. Люди понемногу отрываются от телефонов и начинают давать мне советы:

- Запасные чулки, - говорит очень элегантная дама. Все оглядываются на неё с удивлением - она единственная сидит тут в деловом костюме. Белая блузка, воротничок заколот брошкой, волосы уложены в сложную старомодную причёску. Не дама, а просто какой-то анахронизм. Все остальные, включая меня - в джинсах-футболках-свитерочках. Прямо с работы, наверное, пришла, а там строгий дресс-код.

- Иголка с ниткой, - говорит бабушка, сидящая напротив.

Две хорошенькие девицы фыркают, и на личиках у них читается лёгкое презрение к "этому старичью", как будто они думают:"ха! иголка с ниткой! она бы ещё штопальный грибок туда засунула!" Впрочем, это я зря. Вряд ли они когда-нибудь видели этот самый грибок. Наверняка и не подозревают о существовании такого предмета.

- Лекарства, - грустно напоминает совсем старенький дедушка. Да, он прав. Были и лекарства - увы. Ну это легко, только не забыть бы...

- Тушь для ресниц, пудра, помада, глянец для губ, румяна, тени, - перечисляют девушки. (Да уж, это вам не какая-нибудь там "иголка с ниткой".) Хм... а что? это я так плохо выгляжу? Надо подумать. Приду домой - обязательно повнимательнее посмотрюсь в зеркало. А вот интересно - это они с собой столько всего таскают? С них станется...

- Крем для рук, - советует замученная молодая мама с двумя малышами, - обязательно какой-нибудь антисептик. И побольше лейкопластыря.

Я жду, что помятого вида дяденька в уголочке посоветует положить туда ещё и штопор, но он пока помалкивает.

- Отвёртка и гаечный ключ, - шутит молодой человек с мотоциклетным шлемом на коленях.

- Зря смеётесь, - сурово вступает Джозеф, - у меня, например, всегда с собой вот это, - и вынимает из кармана такую интересную штучку... впрочем, она уже и по-русски имеет название - "мультитул". Замечательная вещь - тут тебе и отвёртки, и кусачки и напильник... Самое смешное, что и у меня есть такая же - никогда ведь не знаешь, в какой ситуации окажешься. В сумке её в этот раз не было, правда. Повезло. Обязательно положу в новую.

Советы начинают сыпаться со всех сторон:

- Перочинный ножик!
- Тёмные очки!
- Маникюрные ножницы!
- Пятновыводитель!
- Английские булавки!
- Зубочистки!
- Ворсовый валик!
- Аптечные резинки!
- Влажные салфетки!...

Всё правильно, дорогие мои советчики. Всё это там было. А кроме того, ещё увеличительное стекло, свисток, липкая лента, маленький степлер, крошечный тюбик клея, скрепки, спички, фонарик, диктофон (ещё и с запасными батарейками - не спрашивайте), мешочки-авоськи для покупок (надо же и об экологии подумать). И, конечно, бутылочка с водой - жарко у нас.
Удивительно, что мне ещё удавалось эту "маленькую дамскую сумочку" от земли оторвать...

Помятый дяденька поднимается (на экране наконец появился его номер) и неожиданно резюмирует:

- А вот сказал же какой-то умный человек - на необитаемый остров надо брать с собой женщину. Почему? - он делает драматическую паузу. - Да потому, что у неё в сумочке обязательно найдётся всё необходимое для выживания.

От этого замечания все веселеют, и настроение у меня резко улучшается. Вот я какая! Нигде не пропаду!
Даже на необитаемом острове.

Хоть и растяпа.

39

На память о киногероях. (часть вторая). На встречу герою выходит из-за угла толпа бандитов численностью в сто человек. Том Круз. Купит себе башмаки на высоком каблуке. Потом выяснит у каждого бандита кучу биометрических данных включая длинну большого пальца на левой ноге, занесет это в компьютер и начнет не спеша строить модель стандартного бандита по Цельсию. Бандиты почешутся и решат, что такими темпами они запросто опаздают на 'Санта-Барбару', после чего очень обыденно стукнут Крузу в репу. Том, подняв и отряхнув себя, предложит модель по Фаренгейту. Да. Перечислив Кельвина и Реомюра, и приобретя коллекцию синих пятен на тыкве Круз поймет, что моделями бандитов не проймешь. Затем последуют пальба и взрывы. Последний бандит попробует Тома обмануть, и скажет что он 'Тучка, тучка, тучка, а вовсе не...' где его и разоблачат, в смысле, раскидают кусками по небосводу. Чак Норрис. Ничего особенного и не скажешь про него, но попробуем. Прежде чем выйти из-за угла бандиты посовещаются и решат не стрелять в Чака, так как это плохая примета - он может пораниться. Сложат все оружие в кучу и тогда уже выйдут. Норрис встретит их почти приветливо. Он начнет ходить по рядам и спрашивать нет ли тут ублюдка, который в детстве носил черное кимоно и постоянно норовил ударить его пяткой в нос. Бандиты воспримут слово 'кимоно' очень негативно, и попробуют взять Чака в оборот. Тут и начнется действо - Чак однотипно и без затей будет пинать бандитов в поддых, а затем прикладывать сбоку нунчаками. В него вцепятся, на нем повиснут, но не смогут изменить сюжета. Последнего бандита Чак оденет в то самое кимоно. Потом потыкает в него мечом, потом побьет ногами, потом подожжет и сбросит с обрыва. Да, вот так. А затем снимет кимоно и отдаст его в химчистку. Бэтмэн. Имеет дело только с плохими бандитами (хорошие бандиты, это те, которых в конце фильма арестовывают, а не хоронят). Начнет с того, что познакомиться с высокими полицейскими чинами и через них выбьет себе фальшивое водительское удостоверение для управления своим супер-тарантасом. Потом зайдет в зоомагазин и посмотрит на забавных рыбок, мышек и птичек, но ничего не купит, так как Бэтмэн работает в одиночку и аквариум с рыбками ему не с руки. Когда бандиты выйдут из-за угла Бэтмэн будет толкать речь открывая памятник какой-то важной ерунде. Бандиты подойдут и послушают. Подом поапплодируют. Разрежут ленточку. Снова похлопают. Сбегают за шампанским. Бэтмэн хряпнет шипучего-игристого и снова приготовиться говорить. Здесь старший из бандитов с уважением приблизиться и, склонившись, спросит: 'Простите, а нельзя ли нам уйти на обеденный перерыв?' Бэтмэн махнет рукой и продолжит говорить о том, как плохо было жить без этой ерунды и как хорошо стало жить после того, как упомянутая ерунда вошла в нашу жизнь. Здесь ему скинут сообщение на пэйджер, он прочитает, побледнеет, закутается в плащ и куда-то исчезнет. Выяснится, что бандиты обедали в японском ресторане и вместо оплаты счета продали Бэтмэна в рабство. А самураи в тот же день по бартеру погасили Бэтмэном свой долг за электричество и теперь он принадлежит энерго-холдингу 'Мегавольт' в совет директоров которого входят тов. Джокер, тов. Риддлер, тов. Ту-Фасе и еще много товарищей с нерусскими именами. И следующие пес знает сколько лет Бэтмэн будет пробивать стены, крушить витрины и разбивать машины, отвоевывая свою свободу и горько жалея, что он не купил тогда себе рыбок, а увлекся разговорами о ерунде. В финале - Спайдермэн. Против него бандиты выкатят целую цистерну 'Дихлофоса' в которую он и начнет их складывать. Тут официальные власти обвинят его в политических беспорядках и напечатают о нем плохую статью в газете. Он обидиться и пойдет снимать свой пестрый костюмчик. Бандиты очухаются, воспрянут духом и снова полезут рожон. Но здесь к ним подгребут Спаун, чувак с несколькими щупальцами и еще один чувак, восставший из песочницы, и скажут чтобы Паучка не трогали, потому что он 'ихний'. За что они и получат в наличность. Спайдермэн, воспользовавшись смутой в стане врагов быстренько их всех спеленает в кокон и утопит к лешему в местной речке. А потом пойдет плести фату для своей невесты.

40

- Сенсей, у меня все плохо с будо.
- Поведайте мне, кохай.
- Мне не хватает лёгкости и скорости.
- Так.
- Мне не хватает гибкости и ловкости.
- Так.
- У меня нет тяжести и мощи.
- А поведай мне, кохай. Ты наблюдал, с какой лёгкостью и скоростью парит орёл над скалами?
- Да, сенсей, наблюдал.
- А наблюдал ли ты, с какой гибкостью и ловкостью трепещет тростник на ветру?
- Да, сенсей, наблюдал.
- А смотрел ли на тяжесть и мощь водопада точащего камни и скалы?
- Да, сенсей, тоже.
- Вот потому, кохай, у тебя все и плохо с будо. Ты на всякую херню глазеешь вместо того чтоб тренироваться.

41

Нахера попу гармонь, а мужику свадьба?

Говорят что организм женщины очень зависит от месячных циклов. Типа, она целый месяц пьёт из мужика кровь, а потом пару дней её организм избавляется от излишков.
А вот организм мужчины больше зависит от годовых циклов. На улице осень. Ночью температуры минусовые. Днём - ветер и слякоть. Делать абсолютно нечего. Помидоры и сельдерей убраны, петрушка и базилик прикрыты пластиковыми бутылками. Смородина и малина подрезаны. От нечего делать - малина уже целиком под корень. Посмотрим, сука, как она вырастет. Вот!

Полазил я малёхо по разным сайтам. Названий писать не буду, чтобы дурости не рекламировать. Так вот! Пацаны!!! Шо такое??? Бабы нас захватили!!! Куча историй о том как правильно (раньше писали «хорошо», теперь даже этого нету) быть женатым. Сколько это даёт преимуществ перед холостыми. Типа, ты всегда накормлен, обстиран, обглажен и, если хорошо будешь себя вести, получишь секс. Может быть... Если голова болеть не будет...
Ну а взамен... Да почти ничего. Свой бизнес. Вернее твой, который вы поделите при разводе. Дом, который останется бывшей с детьми. Твоя машина - «копейка» 1975 года и её - новенькая и красненькая. Идеальный порядок в твоём домашнем офисе, где нихера найти нельзя. Перерытый вдоль и в поперёк твой компьютер. Контакты в телефоне под постоянным контролем. Напрочь забытые друзья со всеми футболами, рыбалками и пивом. Ну и МАМА. Её!!. С дачей, подругой с идеальным зятем и с раздвоенным языком.

Ну или второй вариант. Не жениться никогда. Ибо ну её нахер. Не надо волноваться изменяют ли уже тебе или ещё нет. Можно смотреть на других баб и даже, иногда, лапать их руками. Повышенный заработок и это на одной работе, а не на трёх. Да и денег всегда хватает. Хорошее здоровье, ибо свободного времени для себя хоть отбавляй. А самое главное с этим пресловутым стаканом воды. Будешь умирать спокойно и даже пить не захочется. Вот!

Так вот, пацаны! Всё не так! Нет, ребята, всё не так! Всё не так ребята!
Это всё заведомо проиграшные варианты. Это их стиль и их правила. У нас там нету шансов. Вспомните Брюса Ли с Чаком Норрисом в «Пути дракона». Пока не поменяешь стиль - будешь проигрывать.
Поделюсь своим небольшим, но, всё же, опытом.
Во-первых у меня две сестры. Старшая и младшая. Старшая, со своими подружками, вообще меня воспитала. А младшую - я. Так что все эти уловки, ухищрения, ужимки, завлекухи, обманы, глупые обещания я прошёл с малых лет.
Запомните! Никаких браков по любви. Только по расчёту. Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Не! Ну, любовь также может входить в ваш расчёт. Но не так, что она тебе писечку, а ты ей дом, автомобиль и общий счёт в банке с твоими деньгами.

Во-первых, писечек много. Бери и пользуйся. Если не этой, так другой. Особенно замужних. Поверьте на слово. Из моих двух-трёх десятков женщин половина были замужними. Это лучший вариант для секса. Без каких-либо обязательств. Только нужно быть осторожным, чтобы ей, случайно, не захотелось бросить мужа и переехать жить к тебе. Потому что РСПешка - это самый худший вариант. Как бы ты не старался и чтобы не делал, ребёнок у неё всегда будет на первом месте, а ты в роли банкомата. Автоматического.
Поэтому твёрдо усваиваем - секс и женитьба это разные вещи.
А теперь второе и главное. А нахрена тебе на постоянку именно вот эта владелица писечки? Экзотику отбрасываем сразу. Если просто из-за того что поперёк, а не как у всех, так лучше и не надо. Ибо по ступенькам с такой владелицей гулять неудобно. Хлопает.
Тогда что? Что получаешь ты? За свои бессонные ночи в семье и отказ от прежнего образа жизни. Ведь мы все помним ещё, что жизнь нужно прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. За подленькое и мелочное прошлое.

И тут нужно смотреть на её семью и заинтересованность в вашем браке. Моя очень хотела выйти замуж. Её бросил бойфренд, сказав, что никто на такую не позарится. А тут я подвернулся. На пять лет моложе, косая сажень в бёдрах и из хорошей еврейской семьи. Бинго! Если женюсь, девичья честь будет защищена и амбиции удовлетворены. Но мне то нахуа-хуа такая радость? Чтобы жить вечно? Как в том древнем анекдоте:
Ученик пришел к раввину:
— Ребе! У меня есть желание жить вечно! Что делать?
— Женись!
— И что? Я буду жить вечно?
— Нет! Но желание скоро пройдет.
Или из-за грин карты? Так SS number у меня есть. И, если не лезть в госструктуры, все двери открыты.
Из-за того что она будет врачом через несколько лет и будет хорошо зарабатывать? Так это ещё в перспективе. А сегодня я буду вынужден содержать её на свою зарплату, а то и две с такими-то запросами.
Секс без проблем? Ага! Так я и поверил. Если человек учится и на ничто времени нету, а тут вдруг на меня появится. Дзюба вон также так думал и женился!
А за готовку, стирку и т.п. я плАчу, я рыдаю, дорогая! Я сам готовлю достаточно хорошо, чтобы не есть ложкой твой подгоревший чай. Только я ведь не хочу этого делать. И не буду на регулярной основе. А жрать люблю и буду. И зачем мне потом выяснять что было раньше. Мне было плохо и ты приготовила мне суп или ты приготовила суп и мне стало плохо?

Только что говорить о серьёзных вещах с мстящей барышней? Она за шаг к осуществлению всех своих мечт и пообещает что угодно. А завтра эти обещания даже в туалете не расклеишь, потому что они устные. Пришлось всё решать с её родителями. Потому что как постелешь, так и выспишься.
И не бойтесь это делать с позиции силы. Скажем, свадьба. Тоесть, нахуя козе баян? А мне свадьба. Если вам надо (а вам надо), так и делайте. Я могу посидеть за столом и постоять под хупой. Но платить за это я не буду.
Дальше. Я хочу сделать брачный контракт. И не надо делать на меня такие большие глазки. В моих также печаль всего еврейского народа. Потому что я хочу свой дом. За ваш первый взнос в 25%. Который мы поделим поровну в случае развода. И за который я обязуюсь платить после свадьбы из бюджета молодой ячейки капиталистического общества. Так что в ваших же финансовых интересах чтобы она продержалась чем дольше.
Извините, так сказать, мама, но ваша Софочка умеет готовить только два блюда - холодный чай и смузи из цветков душистых прерий. А я, даже возвращаясь со свадьбы, ужинаю дома. Поэтому, в виду этого вашего косяка, ваша обязанность меня кормить. Разогреть я могу и сам, но если разогревать будет нечего, я приду среди ночи кушать к вам. Поэтому, ключ от моего дома всегда будет у вас, а от вашего у меня (Кстати с тёщей мне повезло. Ещё не было случая, чтобы чего то в доме не было. Я похудеть не могу).
И самое главное. В контракте мы запишем, что обучение вашей дочери - это моя инвестиция в семейный бизнес. И когда она вдруг... Ну, вдруг!.. Решит простить бывшего... Или уйти к будущему, я буду получать часть её месячного оклада! А иначе нафига мне хомут на шею. Спать я с ней и так могу. И кушать у вас также.
Этот пункт вызвал наибольшее сопротивление. Но я пообещал что первого внука назовём именем тестя. Так что брачный контракт это прежде всего компромиссы и договорённости.

Вот так и живём. Я мучаюсь дома от безделья. Рыбка моя золотая вкалывает на работе. Но я всё для неё делаю. Чтобы ей жилось тихо и спокойно в нашем уютном семейном гнёздышке. Утром машину прогреваю, кофе готовлю. Вечерами PornHub смотрю, чтобы её не беспокоить. Ей же раненько вставать. Зато в выходные мы где-то отрываемся и голова у неё никогда не болит.
Чего и вам всем желаю. Здоровой головы и спокойной семейной жизни. Вот!

42

Чёрная кошка к добру…

Не сказать, чтобы я была суеверной, но когда тебе перебегает дорогу чёрная кошка, любой человек слегка напрягается. Последуют неприятности, или нет?

А у подъезда соседнего дома, который мне надо проходить, если я спешу на троллейбусную остановку, всегда наготове сидит небольшая чёрная кошечка. Не успею подойти, как она мне радостно перебегает дорогу. Как-будто специально. Потом как дура жду неприятностей, и они часто случаются, как раз потому, что жду…

Но в этот раз всё пошло не по сценарию. Не успела я немного дойти до «опасного» места, как из открытого подъезда выскочила собака и сходу на меня напала. То ли её дома хозяева нажучили, то ли я ей так сильно не понравилась.

Началась моя битва за жизнь. Я орала «Фу!», призывала идиотов-хозяев, отбивалась сумкой, кидала в собаку комки земли и камни с газона. Уличные собаки от камней убегают, а домашняя еще больше разозлилась. Уже были прокушены брюки, сумка превратилась в лохмотья, никто не шёл на помощь, моё дело было плохо…

И вдруг наблюдавшая за битвой чёрная беременная кошка пришла ко мне на помощь. Чёрной молнией маленькая фурия метнулась к собаке и впилась ей в морду. Собака взвыла аки грешная душа в аду, стряхнула кошку, но маленькая чёрная пантера изловчилась и снова вцепилась ей в нос. Собака всё поняла, отступила и позорно бежала с поля боя.

А я, забыв про дела, метнулась в соседний магазинчик за сосисками. Кошка отказываться от угощения не стала. Я гладила её по чёрной головке, по худой шейке и по большому, набитому котятами животику. И благодарила, благодарила за своё спасение...

Теперь, когда прохожу мимо неё, всегда здороваюсь. И если есть чем, угощаю. И совсем не боюсь, когда она мне перебегает дорогу...

43

Тут с утра пацан пришел и спросил тихонько:
-Драка это хорошо или все же плохо?
На этом лирика кончилась и началась проза.
-Есть проблемы? - на всякий случай поинтересовался я, ведь к одиннадцати годам можно и нажить.
-Нет, проблем нет. Просто хочу стать как Халк. Может мне в какую нибудь бойцовскую секцию записаться?
-Понимаешь, Халк, это не плод тренировок, это состояние души. Ну или второе Я.
-Как это? - не понял он, - расскажи.
А я решил написать, ну что же ему в одну харю что ли слушать.

Так случилось, что после того как В.И. Ленин сказал, что важнейшим из искусств для нас является кино, в поселке построили два клуба-ведомственных и один кинотеатр. И ни одного, ни одного казино. А будучи подростками нам так хотелось перекинуться в картишки, в чику, чу, да мало ли азартных. Поэтому «Лас-Вегас» мы сделали сами, использовав для этого здание ж.д. вокзала. Оно подходило по монументальности, красоте и расположению в центре поселка. Сдвинув лавки, мы азартно играли в «козла», покер, тысячу и еще всякую хрень. Благо вокзал не закрывался круглосуточно, а с дежурным у нас была договоренность. Мы вели себя культурно, порядок поддерживали, а на наши азартные крики и нервное курение, не обращали внимания и прощали.
В тот день я выдвинулся на вокзал пораньше. Надо было занять место под себя и напарников. На улице было темно, сыро и я поставив мотоцикл на углу, зашел в здание. Там был бардак. В прямом смысле этого слова. С совхоза уезжали командировочные, было их там человек сорок. Большая часть пьяна, везде валялись бутылки, остатки еды и сами они тоже. Походу поезд который шел в одиннадцать вечера они ждали часов с пяти дня. Пришлось занервничать.
-Слышь, мужики, вы поаккуратней как-то что ли? И вот эти две лавки освободите! - на них кто-то спал.
-А не пошел бы ты на ..!!! - это был вызов.
Я выбрал себе по росту оппонента на лавочке откуда был крик и поинтересовался:
-Выйдем?! - ну то есть сразу начал допускать технические ошибки. Этот оппонент был мне по росту, потому что сидел. Встав, оказался на голову или полторы выше. Я был не против, но как допрыгивать до челюсти своего визави, при таком раскладе? Поэтому я постарался исправить ситуацию, - ты посиди, а вот ты... Ты же меня послал? Ну давай пошли! - второй был явно пониже, наверное потому что рос вширь. Достигая такой же ширины, как первый в высоту. Но я был в каске, это придавало уверенности. По крайней мере за мозги я уже не переживал, что они разлетятся. И выбор сделан. Когда пошли и первый и второй и еще человек шесть или семь, все вместе, я ни особо обращал на это внимание. А зря. В общем били меня так, что собранные в комок под каской мозги, только подсчитывали потери во внутренних органах. Зловеще пробивалась сквозь тучи луна, но я ее уже не видел. Хотя выть хотелось. И тут, все стихло. Боль, удары, все куда-то ушло. Я полежал и поднялся. Везде валялись мои оппоненты, тяжело дыша и постанывая. - Что это? - опешил я, забыв про боль. Вариантов было только два, либо они трындец как устали меня бить и упали обессиленные, либо в помутненном сознании я становлюсь каким-то монстром - Халком. Хотя если честно, я про такого тогда и не слыхивал. Но ситуацией надо было пользоваться, раз масть пошла. Когда такое еще будет. И я рванул в здание вокзала. Народ встретил меня с непониманием и даже как то ошарашено. Видимо их смутил отломанный козырек на моей каске и не вернувшиеся оппоненты. - Ну, кто еще?! - обведя помещение единственным видящим на тот момент глазом, второй заплыл окончательно, вопросил я довольно зловеще. Терминатора тогда еще не крутили, поэтому я хрен знает за кого они меня приняли, но глаза потупили. Желающих, один на один больше не было. Я схватил за грудки ближайшего и настаивал на своем — пойдем выйдем! - С трудом таща его к дверям. Когда до нее остался метр, я вдруг услышал снаружи топот. Топот буйволов, как в мультфильме о Маугли. Я успел подумать — откуда нахрен у нас в деревне буйволы?! - Но это было последнее, что успел. Буйволами оказались мои бывшие оппоненты. Они ворвались в вокзал, попутно сбили меня с ног, пробежали по мне строем и забились в разные углы. С ужасом посматривая то ли на меня, то ли на дверь за моей спиной. В любом случае я наводил на них леденящую жуть. Все больше чувствуя себя монстром. Это была какая-то чертовщина. Вопросов было больше чем ответов и я решил перекурить. Выйдя на улицу.
На уличных лавочках сидели десятка полтора моих друзей и с каждой минутой их все добавлялось и добавлялось. Хотя может и в глазах у меня начало двоиться. Гарантировать, подлинность и правдивость не могу, по причине душевного состояния и сбитой оптики.
-Что не идут? - поинтересовались они. - пойдут, на поезд ведь все равно надо. Вообще оборзели, такой толпой на одного, да еще и лежачего бить! Но мы за тебя посчитались, если что. Каждый получил сполна!
Я если честно расстроился. Нет, друзьям за помощь конечно я благодарен, но где они были когда я превращался в монстра? Зверя! Рвущего своих оппонентов. Где? Когда второе Я, сделало меня Халком? Этот вопрос мучил меня изнутри. Где свидетели?
-Ну ты молодец, сам встал. Мы пока за этими, кого сразу не рубанули, гонялись. Ты сам оклемался.
-Стоп! Дальше не надо! - остановил я их, - итак уже своим базаром всю сказку мне сломали. А так приятно было чувствовать себя Халком.

44

Я пару месяцев назад по какой-то акции выиграла светящиеся презервативы.
Пыталась их использовать — скажу честно — плохо получилось, потому что было жутко смешно. А после фразы, адресованной любимому мужу: "Посвети мне сюда, пожалуйста", он вообще от смеха уполз под кровать.

45

ЧТО ТАКОЕ ХОРОШО...
Юный сын к отцу пришел И сказал, смущаясь:
"Я любовь себе нашел, Часто с ней встречаюсь.
Я дарю ей шоколад, Покупаю кексы,
Но мой опыт маловат, Папа, в плане cекcа"
У меня секретов нет. Слушайте, ребята,
Папы этого ответ не витиеватый.
"Не в подарках дело сын. Глупость И нелепость!
Выход здесь всегда один. Женщина как крепость.
Эту крепость надо брать Нежностью и лаской.
Силу можно применять, Но всегда с опаской.
Ты садись, раз уж пришел,
И послушай, кроха
С cекcом в жизни хорошо!
А без cекcа плохо.
Краткий экскурс в чудный мир-
Мир противоречий
Мы с тобою совершим
В этот чудный вечер.
Если девушка сама Задирает юбку
И глядит на твой карман Это пpocтитутка.
С ними лучше не ходить, Так как, между прочим,
Мне за год не оплатить стоимости ночи.
Если девушка с тобой, А потом с Андрюхой,
А наутро с Мустафой Это просто шлюха.
С нею можно так, разок, Коль совсем тоскливо,
Но не суйся к ней, сынок, Без презерватива.
Если девушка с другой Даже на гулянке,
Помни, сын мой дорогой Это лесбиянки.
Их тебе не возбудить, Здесь, сынок, другое.
Лучше сразу обходить Лесбос стороною.
Если ты ее ласкал, А она молчала.
Если ты его достал, А она убрала,
Участь женщины такой, Друг мой незавидна.
Это подтвердит любой Женщина фригидна.
Если ходит за тобой Мальчик неотвязно,
Этот мальчик голубой, Что весьма опасно.
Прочь гони его скорей Без заездов пробных,
Пусть бежит искать друзей Средь себе подобных.
Если ты, Андрей, Иван С Таней и Варюхой
Бей в зеленый барабан Это групповуха.
В этом есть какой-то смысл, Я не возражаю,
Потому что даже мысль Эта возбуждает.
Об одном тебя прошу, Обойдись без грязи.
Я тебе не разрешу, Блин, случайных связей.
Ты одну себе найди, Девку по приличней
Познакомить приводи. Понял?
Ну отлично!
И, уж раз ты в это влез, Помни сын мой Сема
Самый безопасный cекc Секс по телефону

46

ПАРНИ НАШЕГО ДВОРА

У нас не слишком старый двор, еще в 1920-х это был просто зеленый луг у речки. На них паслись и пили коровы.

В середине 20-х нашлись энергичные люди в пыльных шлемах, вскоре сменив их на кепки, которые принялись восстанавливать одну из близлежащих руин рухнувшей цивилизации - закоптелый и давно брошенный кирпичный заводик царской эпохи. У них получилось, страна соскучилась по толковой работе. Самые работящие хотели в Москву, потому что вокруг них было еще хуже. Откуда ни возьмись, на лугу выросли бараки с многотысячным людом, заводик ожил, на него тут же повесили план, и заводик принялся его гнать. Из его же кирпича к нему стремительно достраивались новые мощности.

Это было время розовых мечт, социальной справедливости и смелых экспериментов.

- Зачем мы живем в бараках? - стали недоумевать прибывшие трудящиеся - гоним кирпич всему городу, а сами живем черт знает в чем. Ну вот, завод мы восстановили и расширили, план выполнили и перевыполнили. А на остатки кирпича может и сами себе чего-нибудь построим?

Как ни странно, они успели это сделать до закручивания гаек в середине 30-х. Строили свои дома своими руками в свободное от работы время, вечерами и в выходные, и им разрешили брать для этого кирпич со своего заводика.
Для этого дирекции пришлось походить по высоким кабинетам. Дело облегчалось тем, что на одних и тех же каторгах сидели.

- Привет, Паша. Ты чего это удумал? Завод - государственная собственность. С какой стати вы будете забирать государственные кирпичи себе на личное строительство?
- Так извини, государственный план мы выполнили?
- Ну да. И что?
- Нас кто-то обязывает работать после выполнения госплана?
- Нет пока. И что?
- Ленинский лозунг "Фабрики рабочим" кто-то отменял?
- Нет, конечно. Но там имелись ввиду все фабрики и заводы в совокупности. Всем рабочим в совокупности. Кто-то же должен и распределять.
- Ну так вот и распределили - госплан. Мы его выполнили. Дальше завод наш? Это же не круглосуточный цикл. В ночное время завод простаивает. Ну вот давай и будем считать, что это нечто вроде спорткомплекса или дома культуры - трудящиеся в свободное время пекут кирпичи на своем заводе для себя самих. Чистая самодеятельность для повышения культуры быта.
- Так вот именно что самодеятельность! Вы там налепите себе черт знает что в ночное и выходное время. А потом эти дома развалятся, погибнут люди.
- Знаешь, люди делятся на тех, кто ищет причины запретить, и тех, кто находит возможность сделать. Вот чертежи. Архитектор - Корбюзье. Знаешь такого? Проезжал мимо, нашим планам восхитился, чертежи подарил, обещал присматривать за строительством. Чего тебе еще нужно? Ты ради этого запрета делал революцию?

Вот это и есть уровень первой самодеятельности моего двора. Захотели - двор построили. В свободное время. Таких людей хоть на Марс выпусти - через пару лет можно будет принимать экскурсии. А ведь могли еще лет пятьдесят жить в бараках, застроив хоть всю Москву кирпичами, и ныть на окружающую их беспросветную действительность.

Но один разговор с недорасстрелянным большевиком и другой с вовремя найденным архитектором - и вот пожалуйста, мой двор окружают дома постройки начала 30-х, по проекту того самого Корбюзье. Сам двор после снесения бараков стал просторен и зелен, дома до сих пор в отличном состоянии. Строили ведь сами и для себя, с дирекцией не во главе, а среди прочих рабочих.

В одной из таких квартир я и живу до сих пор, и счастлив - снаружи всё скромное, внутри квадратное и просторное, особенно кухня. Окна окунаются в высокую зелень, это парк практически. Основатели двора не забыли посадить на лугу саженцы.

Но - не стало самого двора, каким его помнят старожилы. Он пуст. Его жизнь пытаются реанимировать чуть ли не электрошоком городские власти - мы просидели в осаде весь 2019 год, когда уткнувшиеся в смарты выходцы из солнечных республик понаставили нам не торопясь спортивных и детских площадок, столов для пинг-понга, качель, тросов для катания и батутов, все в открытом доступе - обзавидовался не только бы любой фитнес-центр, но и любая столица мира. Двор остался пуст, еще задолго до карантина. И не возродился, когда его отменили.

Что такое этот двор, когда он живой? Старожилы показывали - вот тут сидели шахматисты, там доминошники, здесь преферансисты, там лото, тут у нас одно время была секция игры в го, а тут нарды, и если не хватает скамейки, мужики же не с руками из жопы, соорудят вмиг новую. Вот тут собирались гитаристы, там - баянисты. У каждого подъезда - бабки на лавочках. В кустах сирени целуются.

А тут был турник, вертели солнышки при многолюдной толпе восхищенных зрителей, из которых особенно значимы были юные зрительницы. Здесь гонялись наперегонки на мопедах. Тут, там и там - высоченные качели, от желающих не было отбоя. Вот там была эстрадная площадка для самодеятельности, тщательно подготовленной. Синяки укрывались за гаражами и продержались дольше всех, но и гаражи потом снесли, уже при Собянине. А здесь мы заливали каток на зиму. А тут дети играли в ножики и вечно что-то поджигали. Хотя главное конечно место - это танцевальная площадка. Мы умели не только рок-н-ролл, но и свинг, и фокстрот, и латиноамериканского тьму ритмов (рассказ одной старушки).

Всё это ушло к концу 60-х, по ее воспоминаниям. Первая цифровая революция в России - это когда все уткнулись в телик. Первый результат - двор опустел, и люди перестали знать даже своих соседей по лестничной площадке. Пофиг эти сложные социальные отношения двора, пофиг хобби, и на турнике можно ведь опозориться - пришел с работы усталый, лежи смирно, на диване. Окунись в новую реальность Мосфильма, при скромной помощи Ленфильма и киностудии Довженко. Профи победили самодеятельность, но хорошо ли это было для народа и его счастья?

С начала 70-х после 18:00 стали гаснуть окна окрестных институтов, ранее горевшие всю ночь. К началу 80-х стало неудобно выставлять свое тело во дворе, где прожил всю жизнь, для прощания с соседями перед отъездом на кладбище - а кто тебя вспомнит? Тут такие дела - генсеки очередью туда же отправляются, прилавки пусты, страна рушится. Черта ли вспоминать, что твой сосед или соседка в 60-х жили настоящей жизнью, и кто именно из них усоп сегодня? В высшем смысле он усоп для окружающих, как только купил телевизор и перестал посещать двор.

Нынешних, подозреваю, по дороге на тот свет сопроводит лишь пара лайков весьма двусмысленного значения.

Однако же, за несколько месяцев домашнего ареста в 2020 я стал находить признаки жизни и в нашем дворе. Чуваков оказалось трое.

№1 - был известен мне лишь по звуку. В пятницу вечером, и далеко не всякую, с дальнего конца двора доносилось:
- РУССКИЕ (пауза, как будто войска набирают полную грудь после приветствия главнокомандующего) НИКОГДА НЕ СДАЮТСЯ!
Это повторялось раза три, с концов двора настолько удаленных, что понятно - источник звука перемещается с изрядной скоростью.

№2 - известен лишь по джипу, всегда на виду. Вечно опаздывает ко времени, когда разобраны все нормальные парковки, и торчит в самом соблазнительном для эвакуатора месте. На его правом борту нарисованы 666, демоны и огни аццкого пламени, на левом - какие-то ангелочки и трогательная надпись "Любимая, спасибо за сына!"

№3 - философ, наверно. Высоколоб, дорогие очки. Он привязался ко мне в момент, когда у меня был наверно особо осмысленный вид - за сигаретой я размышлял над самодеятельной универсальной теорией устойчивых информационных систем, в частности над теорией мира как компьютерного симулятора, существенной надстройкой над Илоном Маском. Пазл начинал складываться. Этот чудак попросил зажигалку, задал вопрос, с ходу оказался в теме, наш дебат занял бы страниц сто, но после третьей сигареты я распрощался, ибо мозги вскипели.

Три таких парня для одного двора - это не так уж и плохо. Но к маю я заметил их вместе, всех троих, проезжая мимо - тот самый философ садился в тот самый джип, отчаянно оря:
РУССКИЕ - НИКОГДА НЕ СДАЮТСЯ!

Стало быть, парень нашего двора остался один, и он за 60. Больше нет никого.

В августе я снова встретил его - остановился перекурить с видом на Введенское кладбище по случаю соответствующих мыслей. А тут он такой, бодрый и веселый. Идет быстрым шагом. Дошел, поглядел на часы, грустно замер. И стоит, как сусел какой у норки на страже. Молча. Последний парень нашего двора сдался?

Огляделся - ну да, 7:55. Рядом вход в трэш-магазин под условным названием Пятачок. Новый пазл сложился.
- Привет, Саша. За пивом небось пришел? Что, раньше 8:00 не продают?
- Ну да. Ты за ним же?
- Еще чего. Мне хватит. Но раз стоишь тут в безделье, посоветуй пожалуйста - куда еще в Москве стоит съездить? Мы все вроде объездили, нуждаюсь в советах.
- А какие тут могут быть советы? Я тоже всё давно объездил, осточертело. Всё, что могу посоветовать, ты и так знаешь.
- Давно - это когда?
- В конце нулевых закончил.

И тут я охренел.
- То есть, с тех пор ничего интересного в Москве не появилось и не построилось?
- А что ты можешь предложить такого, что стоит внимания? Заметь, я слежу за новостями и знаю всё из существенного.
- Правда? А что ты знаешь о (длинный перечень пропускаю, при наличии интереса выгружу в комментах)
- Хм. Ничего. Надо же. До сих пор считал, что последние пару десятков лет последний придурок во дворе - это я. Ты принципиальной новый - суешься во дворы окрестные, и вроде бы остался жив. Наверно, там тоже стало пусто, раз не вломили. Согласись, что двор наш мертв. Лет так 40-50.
- Саша, я не считаю, что нужно реанимировать мертвое. Я за то, чтобы сохранить все живое, что там было. Случилось так, что я скромный автор мегасайта самодеятельных историй. Ты - последний островок самодеятельности нашего двора. Тебе 5 минут ждать до пива. Ну вот представь, что через пять минут тебя хватит кондратий или вытолкнут под софиты на обозрение всей стране - что ты успеешь сказать людям? Из всего, что прожил? Ты ж вроде звезда КВН был, а это означало клуб веселых и находчивых.

На таких подначках настоящие мужики находятся сразу. Соображал с чего начать он всего пару секунд.

- О себе ничего, позорище одно. Дед у меня классный был. Рано выучил числа и услышал, что все мы смертны, и что срок нам отмерен максимум сто лет, в сентябре 1897. Подсчитал и расстроился, что жить ему осталось всего 95, и те не гарантированы. Разрыдался, чтобы ему хотя бы эти сто дали. Ну вот чего он 110 не попросил? Дед был интересный человек, мне нравилось с ним общаться. Только отпраздновали его 100-летний юбилей в 1992, как возле Елоховской его сбила машина.

Но самая жуть была, что все его детские мечты осуществились. До Первой мировой весьма патриотическое было время. Он мечтал увидеть Государя, или на худой конец каких-нибудь особ императорской фамилии. Все это осуществилось, но путями непростыми. Был специалист по алмазам, пошел на фронт добровольцем. Сначала их закусали вши. Потом бросили на передний край. Они стали раздумывать, где переночевать, пригляделась глубокая воронка. Нашелся знаток, вспомнил, что в одно место снаряд не падает. Натянули тент сверху и завалились спать. Деда спасло только то, что нашлась медсестра, которая захотела спать с ним в любом, но другом месте.

Потом их траванули газами. Случай деда был сложный, для лечения пришлось отправить в Петербург. Там он и увидел Государя, но не заметил его. Мимо проходила пышная свита, и какой-то невзрачный человек пытался с ним заговорить, но дед чувствовал себя плохо и разговора не поддержал. Потом ему объяснили, что это и был император.

С особами императорской фамилии получилось то же самое. Дед удивился, выходя из беспамятства, что у медсестер необычайно белые руки. Это все, что он об них запомнил. Потом ему объяснили, что это были дочери императора.
Через пару лет они будут расстреляны, а дед так и дошагает до 1992 года, чтобы быть сбитым у церкви.

- Саша, ну это конечно офигенный рассказ для сайта юмора. Еще сигарету хочешь? Расскажи пожалуйста чего-нибудь более веселое.
- Так ведь 8:00 уже. Давай я сначала за пивом сгоняю?
- Гони. Но и мне пора. Допустим, у тебя есть еще пять минут. Стоит ли пива еще одно последнее, что ты можешь рассказать этому миру? Русские не сдаются, не правда ли? Обещаю рассказать в выпуск.

Задумался Саша. Настоящий квнщик реально устойчив. Он продержался до 8:30, не выдержал я. Был потом у него на даче, там оставалось только моргать глазами - парни нашего двора никуда не делись, они просто свалили от Москвы подальше со всею своею находчивостью и оригинальностью. Но рассказ мой делается длинен, я не собираюсь занимать своей простыней весь выпуск. Если интересно, потом продолжу.

Если кто думает, что это городской сумасшедший, предложу простой тест: как использовать такое конкурентное преимущество, как плохие дороги на безлюдье в пространстве между Москвой и Петербургом, в безнадежном для бизнеса 2020 году, для вполне выгодного бизнеса именно в этих условиях? Он смог, и по мне городские сумасшедшие - это те, кто продолжает исправно ходить на работу или тосковать на пенсии в условиях пандемии, в принципе не смея даже абстрактно придумать тот бизнес, который он основал. Расскажу о нем как-нибудь независимо от голосовалки унылых нытиков. Они умеют жать на минус, а он умеет делать дело.

А пока финалка по уже сказанному:

- Саша, вот нафига тебе эти 666 и аццкое пламя на борту?
- Так это ж правый борт. Меня не подрезают.

- А нахрена тебе это "спасибо за сына" с ангелочками на левом? Твоему сыну сороковник скоро будет, сколько помню, народил что ли новых?

- Так это, жена садится с левого борта. И я ей по-прежнему благодарен за сына, ей приятно.

- А зачем эти пьяные вопли, что русские не сдаются, по вечерам?

Насмешливый взгляд поверх очков:
- Самое грустное и забавное, Леша, состоит в том, что я позволяю себе такое орать только в абсолютно трезвом состоянии и не более трех раз. А самое главное - в том, что русские действительно никогда не сдаются.

47

(Миннеаполис, июль 2020)
Когда я приехал в Америку, эмигранты предыдущей волны, уже успевшие здесь обосноваться, часто приглашали нас в гости, расспрашивали, что происходит на их бывшей родине, хвастали своими домами и щедро давали самые разные советы, главным из которых был: «не упускай представившейся возможности, потому что она может и не повториться».
Перед очередными гостями я взял наклейку от винной бутылки, опустошённой в предыдущих гостях, и пошёл в магазин. Там я показал её кассирше, молоденькой девочке лет восемнадцати, сказал «I need the same» (мне нужно то же самое), и выставил вперёд три пальца, уточняя, сколько именно бутылок мне надо. Девочка быстро нашла вино, засунула бутылки в целлофановый пакет, назвала цену и добавила «plus tax» (плюс налог).
Английский я знал очень плохо, но слово plus понял правильно. Что такое tax я понятия не имел, но почему-то решил, что это – целлофановый пакет. В то время в Советском Союзе такие пакеты хоть и не были роскошью, но были ещё редкостью, и за них надо было платить. Мне же платить не хотелось, и, вынув бутылки из пакета, я сказал:
– No tax (нет налогу).
Девочка на несколько секунд потеряла дар речи, а, придя в себя, начала что-то быстро объяснять. Я, разумеется, ничего не понимал, но, не подавая вида, кивал и слушал. Она закончила говорить и вновь засунула бутылки в пакет. Я рассердился, вновь вынул бутылки и уже твёрже сказал:
– No tax.
На шум вышел хозяин. Его заведение находилось в районе, где в то время жило много американских евреев, спиртное большим спросом не пользовалось, и магазин влачил довольно жалкое существование. Но после того как туда стали приезжать эмигранты из Союза, торговля расцвела, а хозяин научился очень хорошо распознавать славянский акцент и даже выучил несколько русских слов.
Узнав, в чём дело, он с помощью этих слов и бурной жестикуляции, рассказал мне о системе налогообложения в Штатах. Я опять ничего не понял, но почувствовал, что спорить бесполезно и платить придётся за всё. Закончив лекцию, он положил бутылки в целлофановый пакет. Я заплатил, вынул бутылки, рассовал их по карманам, бросил ему целлофановый пакет и пошёл домой.
После этого каждый раз, когда я приходил в магазин, девочка-кассирша в ответ на моё приветствие спрашивала меня:
– No tax?
При этом она так многообещающе улыбалась, что я очень хотел пригласить её к себе, но не решался: здесь, в Америке, все друг другу улыбаются, и я боялся ошибиться, потому что очень не любил, когда мне отказывали.
Потом мы купили дом, переехали в другой район и всё забылось. А недавно я вновь оказался в районе моего Американского детства и решил посмотреть, существует ли ещё этот магазин. Он стоял на прежнем месте. Я зашёл и на кассе увидел ту же девочку. Только уже не девочку, а женщину в самом расцвете лет. Она меня узнала, мы разговорились, и опять она стала мне многообещающе улыбаться. И хотя я уже отлично понимал, что значит эта улыбка, я опять не решался пригласить её к себе, теперь я уже боялся, что она согласится. Чтобы выйти из неловкого положения, я купил бутылку вина. Она сказала мне, сколько я должен, положила вино в целлофановый пакет, а потом туда же положила свою визитку. Я спрятал эту визитку, как ностальгическое напоминание о начале своей жизни в Америке.
Так бы, наверно, эта история и закончилась, но вскоре губернатор объявил карантин и самоизоляцию. За последующие шесть недель домашнего ареста я так одичал, что решил позвонить продавщице. Я набрал номер, указанный в визитке, но после второго гудка автомат бесстрастным голосом сообщил, что магазин вышел из бизнеса.
Эмигранты предыдущей волны оказались правы: в Америке нельзя упускать возможность, она может не повториться.

48

Навеяла история "ИСКУССТВО ВОЙНЫ".
Развелся с женой мой старый друг. Сын у него был уже взрослый, так что с детьми проблем нет, просто собрал свои носки-трусы и ушел. Была у него тогда комната в коммуналке, от бабушки осталась, закрытая стояла, там и решил жить, пока все не утрясется. Заходит как-то ко мне, похудевший, осунувшийся, и жалуется.
- Понимаешь, там только одна соседка, женщина лет тридцати, с ребенком - детсадовцем, страшно стервозная баба.
- Ты ж там почти не бываешь, работаешь же посменно, тебе отоспаться и все.
- Вот в том-то и дело. Она мне в первый же день заявила, что если я ей комнату не продам буквально за три копейки, она мне все равно жить тут не даст. Особенно после ночной плохо, врубает металл на полную, заснуть невозможно. И днем то же самое, музыка аж стены трясутся. Убью я ее.
- Зачем убивать? Поживи у меня недели две.
Плохой мир всегда лучше хорошей войны, потому и решил я этот вопрос всего за 230 рублей. 200 руб. банка нитрокраски и 30руб. кисточка. Стали мы с ним вдвоем один раз в два дня красить входную дверь в его комнату со стороны коридора. Ацетончик так славно пахнет, куда там "Шанели". А на дворе зима, окна не откроешь. Соседка и орала, и участкового вызывала - так мы ж ничего не нарушаем. Дней через десять соседка выбросила белый флаг.

49

Не бойтесь развода

Расскажу историю, как я развёлся. Женился я рано, в 21. На очень хорошей девушке, но через некоторое время стало жить с ней как-то не очень, потом родился сын, и жить с ней стало хуже.

Бесконечно пилила по различным поводам, а часто и без повода.
- Вот, у Юльки муж ее возит три раза в год за границу, а мы только раз были и то в Египте.
- Наташкин-то муж подарил ей джип, а ты мне только фиесту какую-то купил.
- Что ты постоянно работаешь, дома то собираешься бывать, надо ведь со мной время проводить больше.

Думал я о разводе как то отстранённо. Что хорошо бы, конечно, но все как-то никак. Что люди подумают, сын опять же маленький. Как же я все брошу. Квартира тут и другая недвижимость уже нажита.

Потом у меня начало шалить давление. Причем конкретно так шалить. А лет шесть назад пошел я в больницу, и мне там прибор такой повесили, чтобы в течении суток измерять пульс, давление и все такое. А когда я прибор сей сдал, на следующий день доктор меня пригласил на беседу:

- Знакомьтесь, это наш психолог.
- Да я вроде не псих - улыбнулся я.
- Все мы своего рода психи - сказал психолог.
- Скажите, у вас дома скандал был вчера?
- Нет, все нормально вроде как, а почему вы спрашиваете?
- Ну вот смотрите, с утра вы поехали на работу, давление и пульс в порядке, а в 18 часов вы поехали домой?
- Да
- И началось. Смотрите график. Пульс зашкаливает, тахикардия, давление 180/120 и так до ночи.

Тогда я все рассказал ему. Что не хочу идти домой, потому что там гнетущая атмосфера, что я самый первый доброволец на длительные командировки, что я предпочитаю выезжать на производство с ночевкой чтобы следить за техпроцессом, хоть и не моя очередь. Потому что там мне хорошо, а дома плохо.

Послушал он меня, покивал и говорит:
- Я буду краток. Если жить хотите, вам надо решить для себя кое-что. Или вы разведетесь или умрете. Я не шучу. Я не буду советовать вам ходить к семейному психологу и все такое. Слишком много лет вы в браке, 14 лет не шутка. Мой вам совет, как мужчина мужчине, и как доктор пациенту. Разводитесь.

Проняло меня изрядно. Шел к машине как потерянный. Смелости никакой разводиться не было. Думал, думал, ничего не придумал, ибо тюфяк несмелый в этом плане. Даже мысли такие были: вот бы здорово было бы, чтобы она мне изменила, а я ее тогда бы уличил и развелся в полном праве. Ну и тому подобный бред. Но никак не мог набраться смелости придти и сказать. Ну и подумал, что такова моя карма, и так и буду дальше жить, а доктор может и ошибается и вообще стерпится - слюбится и все такое. И так было до одного момента.

Купили мебель в квартиру новую. И осталось куча картона, который сложили в коридоре. Я хотел выкинуть, но жена сказала, что приедет ее брат и заберет, что то там в гараже надо на чердаке постелить. Ну лежит этот картон неделю. В понедельник у меня планерка, совещание. Звонок, жена.
- Мне сейчас неудобно я перезвоню, совещание.
- Какое совещание, послушай меня!!! Ты когда уже картон свой уберешь?! Двадцать раз тебе говорила, я сейчас через него упала, ноготь сломала, мужик ты или нет, сколько это терпеть?

Я выключил телефон, внутри меня что-то как будто сломалось. Извинился, сказал, что мне срочно надо уехать. Сел в машину, приехал домой, прошел в спальню, собрал в спортивную сумку трусы, носки, сунул в чехлы карабины, отнес в машину. Вернулся, забрал куртку, еще вещей, снова в машину отнес. Вернулся и сказал, что больше жить с ней не намерен и развожусь. Ушел и больше не вернулся.

В эту ночь ночевал на работе на офисном диване. Потом снял квартиру, была неделя депрессии, с работы отпустили, никто меня не трогал. Потом потихоньку начал жить. И через какое то время понимаю, что я живу! Черт побери, я не существую, я живу полной жизнью! У меня прекрасная работа, отличные перспективы, я еще молод, мне всего 36, я силен и здоров, у меня больше не болит голова! Да офигеть! Я живу!

Потом я начал жить с хорошей девушкой, купил дом. Зажили с ней в новом доме. И что интересно: мне больше не нравятся командировки, я не хочу оставаться после работы поработать еще, я хочу домой. Дом - это то место, где мне хорошо и спокойно, и уютно. Где живет хороший человек, к которому я хочу скорее приехать. Я перестал боятся своего дома, мне стало интересно жить.

А один раз взрослый уже мой сын сказал мне по секрету:
- Батя, такое дело. Не знаю, как тебе и сказать, но я должен. Наверно, это не правильно, но я уважаю твою жену больше чем маму.
Я офигел. И спросил его:
- А чего это так, сына?
- Не знаю. Мне кажется, она меня любит. И тебя. Она никогда не орет ведь на нас с тобой. Верно?
- Верно, сынок...

Не бойтесь изменять свою жизнь. Она у нас одна. Если не хотите всю жизнь прожить с человеком, который вас "убивает", разводитесь, это совсем не больно.

50

Просто Судьба

- Сколько, сколько? - переспросила бабушка. Вернее, прабабушка, но кто будет тратить время на это ненужное "пра". Бабушка, бабуля, ба, там мы все называли ее. И дети и внуки и правнуки. Я больно ущипнул Ленку за пухлый зад. Она взвизгнула, вслед за ней Тимка - любимец, обожаемое чадушко - йоркширский терьер, только что из собачьей парикмахерской.
- Не пугай бабулю ценами, - прошипел я подруге. То, что для нас естественно и не так уж и дорого, для бабули шок и целое состояние.
- А шерсть вам отдали? - тем временем ба не дождалась ответа на вопрос, сколько же мы на самом деле заплатили за то, чтобы собачку искупали, высушили, подстригли, заглянули в пасть, уши и глаза и в очередной раз сказали нам, что это не собака, а золото, в прямом смысле, "если захотите продавать, только позвоните."
- Какую шерсть? - прервала мои мысли Ленка.
- Собачью, конечно, - удивилась ба.
- Зачем?
- Как это зачем?
Ба и Ленка смотрели друг на друга и явно думали, что одна из них выжила из ума, а вторая дурочка с рождения. Бабушка глянула на меня так сочувственно, словно говоря: "Где ж ты ее такую тупенькую сыскал, Даня? Красавица, конечно, но тупа, как пробка! Элементарных вещей не знает!" Ба из вредности находила кучу недостатков у всех избранников или избранниц своих многочисленных отпрысков. Всё волшебным образом менялось сразу после свадьбы. Уже новую родню она защищала с пеной у рта и я был уверен, стоит нам с Леночкой расписаться, она в мгновение ока станет самой лучшей правнучкой на свете. Пока же мы только жили вместе (о чем прабабушка не знала) и именно поэтому недостатков у моей подруги было немеряно. Вот только что прибавилась и глупость.
- Как же ты не знаешь, милая, носочки, пояс можно из шерсти связать, хотя с вашего кобеля, тьфу, а не пояс, не собака, игрушка, - бабушка осторожно погладила Тимку по голове, а тот попытался лизнуть ее руку.
- Глупости, - ответила ему бабушка и брезгливо вытерла ладонь о фартук, - собака должна на цепи сидеть, дом охранять, а эта что? Да ее цепка к земле придавит, любой хороший пинок и подохнет моментально. Баловство.
Ленка вспыхнула и уже хотела что-то сказать, обидное и уничижительное, но я взял ее под руку и сказал, что нам пора. Бабушка тут же засуетилась, пошла в кладовку за пирогами, а я попытался объяснить любимой, что в деревне проще относятся к животным.
- Это не деревня, это просто люди такие, - проговорила Леночка сквозь слезы и еще крепче прижала Тимку к себе. Я хотел его погладить, но стервец зарычал на меня, подумал, это я довел до слез его обожаемую хозяйку, которую он был готов защищать до последнего мгновения своей жизни.
- Эх, ты! А я тебе еду покупаю, лежанку твою любимую тоже я присмотрел, - упрекнул я Тимку и удивился, что он не рычал на бабушку.
- Не нужны нам никакие пироги, поехали, а?
- Ленчик, не дуйся, ба не хотела тебя обидеть, воспитана она так: собака двор охраняет, кошка мышей ловит и все. Ба рассказывала, что в ее детстве кошек почти не кормили, чтобы они не переставали охотиться.
- Это жестоко!
- Да, но так было. И ба не со зла, поверь. Она просто не понимает, как собака может жить в квартире и спать с нами на кровати.
Любимая недовольно пожала плечами и с бабушкой попрощалась сухо и нелюбезно. Я думал, ба тоже обидится, но она и ухом не повела. Ба всегда считала, что пока не венчаны и могут в любой момент разбежаться и внимания особого на избранника или избранницу нечего обращать. Мало ли кого привезли помочь ей с яблоками. Я загрузил Леночку, Тимку и три большие корзины яблок в машину, поцеловал бабушку и мы уехали.
- Куда нам столько яблок? - тихо возмущалась любимая.
- Во-первых, съедим или раздадим, во-вторых, они еще полежат, пирог испечешь, - немного съязвил я. Леночка и кухня не ладили между собой и если я не успевал что-нибудь приготовить, мы ели полуфабрикаты или ходили в кафе. Я надеялся, что став полноправной хозяйкой, Ленчик все-таки научится хотя бы картошку жарить.
- Тебя надо бы к бабушке на стажировку по пирогам, - неудачно пошутил я и тут же пожалел об этой неуместной фразе. Ленка всерьез обиделась и сказала, что если мне нужна повариха, то вон он кулинарный техникум и сотни кухарок на любой вкус, а она никого не держит.
Ругались мы часто и не только по поводу кухни. Я любил ее и думал, что это чувство поможет преодолеть абсолютно любые преграды. Время показало, я сильно ошибался. Но пока я об этом не подозревал, будущее казалось мне сложным, но интересным, я мечтал о детях, о большой и дружной семье, о воскресных пирогах и походах. А сейчас любимая девушка была рядом, Тимка посапывал у нее на коленях и яблоки пахли так сильно и дурманяще, что я остро прочувствовал этот момент. Понял, неизвестно, что там будет в дальнейшем, но здесь и сейчас я абсолютно счастлив. Хвала всем богам! Есть у меня такая способность - остро чувствовать реальность и я за нее действительно благодарен, такое обычно редко с людьми случается, а у меня так постоянно и по ничтожному поводу. Ленка в такие моменты даже злилась на меня, говорила, ну что такого счастливого в том, чтобы пинать ногами опавшие листья или подбирать каштаны или рвать яблоки или сидеть у костра. То ли дело шикарный ресторан, отдых где-нибудь на модном курорте, вон там счастье, а здесь...
- Милая, но это все достаточно редко бывает! - пытался я ее убедить, - ведь и ресторан и курорт - это такие мгновения по сравнению с целой жизнью и выгоднее наслаждаться обычными моментами, они ведь чаще бывают!
- Сказал тоже! Выгоднее! Кому?
- Тебе самой! Представь - счастье вот прямо сейчас оттого, что мы ужинаем пиццей и вином, нам хорошо вместе, мы здоровы и молоды, мы ...
- А я хотела сегодня в ресторан! Я хочу чувствовать счастье там, а не здесь!
- Хорошо, - смеялся я, понимая, что мы немного не на одной волне, - завтра ты будешь счастлива в ресторане.
В любом союзе всегда кто-то должен делать первый шаг во всем, всегда кто-то терпимее, всегда любит немного больше. Немного или очень много? Это как повезет.
С Леной мы расстались ровно через год, она собрала вещи - свои и Тимкины, сказав, что мы не сошлись характерами - удобный и вежливый парафраз слов: "Я тебя больше не люблю." Я унижался перед ней, молил о возвращении, караулил ее, следил, думал, у нее появился кто-то другой и готовился бить ему морду и требовать сатисфакции. Вел себя, как последний дурак, как безнадежно влюбленный дурак. Это все прошло со временем, оно действительно лечит и через два года я с легкой и свободной душой, один снова поехал к бабушке, чтобы помочь ей с яблоками.
- В спаленку не заходи, - так приветствовала меня любящая ба. Спаленка - махонькая комнатка в ее крошечном домике - там стояла бабушкина кровать и комод. Сакральное для меня место, там лежал тяжело больной деда, там же он умер и мне всегда казалось, что он не ушел оттуда, не смог оставить бабулю одну. В спаленку я всегда заходил, чтобы поздороваться с дедом. Мне даже иногда казалось, я чувствую там запах его папирос.
- Почему? - удивился я, сколько себя помню, бабушка редко что-то запрещала так строго.
- Васенька приболел, - бабушка смахнула слезу.
Васенька? У меня мелькнула мысль про абсолютно чужого человека, который прямо сейчас спит на месте деда, возможно даже укрылся его любимым лоскутным одеялом, которое аккуратно свернутое лежало в комоде и никому, абсолютно никому не разрешалось его трогать. Мне стало так больно и неприятно от этого предательства, что я не нашелся, что сказать и только переспросил:
- Васенька?
- Данька, пойдем посмотришь, может чего подскажешь, а? - бабушка потянула меня за рукав. Я хотел сказать, что я не врач и что надо бы вызвать участкового терапевта, а если нужны деньги на лекарства этому незнакомому подлецу, посмевшему влезть в чужую жизнь, то я, конечно, помогу, если бабушка так трясется за этого незнакомого Васеньку. Я хотел все это сказать, но посмотрел на унылую бабулю, расстроенную и несчастную, засунул все свои претензии в карман и вошел в дом.
- Тихо, тихо, Васенька, лежи, не вставай, - проворковала моя бабуля, войдя в спаленку, а мне стало так противно, так мерзко, что сейчас на кровати, на месте любимого деда я увижу...
Большой рыжий кот раззявил пасть в немом мяве. Еще бы он мог что-нибудь мяукнуть при такой огромной ране на горле. Вонь гниющего кота встретила на пороге и постаралась пропитать всего меня.
- Дань, может ему таблеточку какую дать? Я промывала, но не помогает, видишь, как мучается?
Кот, по-моему уже был полудохлым и ему было все равно. Он лежал на клеенке и простыне, из раны сочился гной, а сам кот горел. "Огненный и снаружи и внутри", подумалось мне.
- Когда-то был красавцем, - я погладил кота, тот даже ухом не повел, - у вас ветеринар должен быть, ты ходила к нему?
- Как не быть, есть конечно, бегала к нему, сказал нечего на всякую дрянь лекарства переводить, стукни его бабка поленом, да в лесу выброси, так и посоветовал, изверг, - бабушка вдруг заплакала, как малое дитя, громко, всхлипывая, словно жестокость этого мира вот только сейчас коснулась ее, как и не было долгой и трудной жизни.
- Ба, - осторожно начал я, - ты откуда вообще его взяла?
Она не то, чтобы не любила кошек и собак, они были легко заменяемыми букашками в ее мире: покормить, похоронить, взять другого. Схема была проста и пункта "лечить" в ней не было. Не потому, что бабушка была злой или бесчувственной, просто так было заведено, так ее воспитали.
- Сам пришел, - она вытерла слезы аккуратным платочком и тихо что-то сказала.
- Я не расслышал, ба.
- Дань, не смейся только, я этого Васеньку как увидела, загадала почему-то: вылечу его, дед меня на том свете дождется, не бросит, а не вылечу...
"Деда никуда и не ушел без тебя," чуть не ляпнул я. Сквозь гнойную вонь я почувствовал запах папирос и вдруг мне в голову пришла мысль: "Если спасем кота, бабуля еще долго будет жить и деда здесь вместе с ней останется." Я немедленно заругал себя за это. Никогда нельзя загадывать, ни за что! А уж тем более на умирающего кота и на любимую бабушку. "Нет, нет никакой связи между котом и бабулей!" повторял я про себя, стараясь изменить то, что пришло мне в голову, изменить мысли, не каркать.
- Дань, - она опять заплакала, уже тихо, безнадежно, - Дань, пожалуйста, помоги.
"Тут может помочь только чудо," подумал я и начал чудить: звонок в ветеринарку, куда водили Тима, долгий разговор с администратором, отказ - "мы не лечим по фотографии, привозите", отвечаю, что не довезу, молчат сочувственно. Прошу позвать хоть какого-нибудь врача к телефону, вспоминаю имя Тимкиного терапевта - тезка моей Леночки - Елена Андреевна - милая, приятная девушка, Леночка ее еще даже однажды приревновала ко мне. Чудо чудное! Елена Андреевна помнит Тимку, абсолютно не помнит меня, но из любви к моей бывшей собаке соглашается посмотреть на фотографии. Отсылаю.
- Температура у него есть? - она перезвонила сама, по ее голосу я понял, дело плохо.
- Пылает.
Она вздохнула. Я понял ее без слов - коту не выжить.
- Но надежда же есть? - я ухватился за эту хрупкую соломинку и мы с бабулей, как два ребенка стали ждать чуда от ветеринара, который даже не видел этого рыжего Васеньку.
- Я не знаю, вы же понимаете, что лечить по фотографии - это...
- Да, да, я все понимаю, но что-то можно сделать?
- Записывайте.
На наше счастье в аптеке было все, что нужно и дело оставалось за малым - сделать несколько уколов, промыть рану и надеяться на лучшее. Я читал, животные чувствуют, когда их лечат, этот же рыжий гад не чувствовал ничего и бился как лев, желая сдохнуть с достоинством, без иголок и промываний.
- А прикидывался почти трупом, - сказал я и оценил последствия лечения. Кот поцарапал бабушке щеку, мне достались глубокие царапины на руках, но я вколол все, что было велено и засобирался домой.
- Нет, Данечка, нет, не уезжай, - бабушка испугалась так, словно в ее доме умирал тяжело больной родственник.
- Его же завтра еще колоть? Даня, я не справлюсь и помочь некому.
Я вздохнул и позвонил на работу.
Утром я боялся, что увижу около крыльца тело на старой тряпке, увижу тусклый мех - неживой, блеклый, увижу потерянную бабушку и буду корить себя за дурацкие загадывания и мысли. К счастью, я ошибся. Кот был жив, хотя и выглядел также ужасно. К лечению мы с бабулей подготовились основательно: запеленали кота, как младенца, чтобы лапой не мог пошевелить. Но этот рыжий больной видимо почувствовал себя немного легче и своей башкой додумался до логической связи: уколы и промывания = не так уж паршиво, поэтому не только лежал смирно, но даже пытался мурлыкать. Бабуля опять расплакалась, теперь уже от радости. Мы полечили кота и я пошел рвать яблоки.
Мне пришлось колоть Васеньку еще целую неделю. Он становился сильнее, начал есть и умываться, а когда смог спрыгнуть с кровати и, пошатываясь, выйти во двор, бабушка откупорила бутылку заветной наливки и мы отпраздновали выздоровление кота. Васеньке надоели уколы и когда он не выдержал и снова поцарапал меня, я решил, что ему хватит и пусть уже природа делает свое дело, пусть этот местами неблагодарный, а местами очень благодарный пациент долечивается сам. У бабули он жил, как в санатории и я не сомневался, что скоро всем соседским котам придется плохо: их ждет раздел территории и суровые битвы.
- Ты этой врачице обязательно яблочек передай, - бабушка сама отобрала самые красивые и румяные яблоки в новую корзинку.
- Ба, я ее лучше в ресторан приглашу, цветы подарю, - рассмеялся я.
- Это как знаешь, а от нас с Васенькой яблочек, это же самый витамин!
Если бабуля что-то решила, перечить ей было невозможно и я забрал яблоки.
Елена Андреевна сначала долго отказывалась и от ресторана и от цветов, а вот яблоки взяла сразу.
- Знаете, у них такой аромат, я даже есть их сразу не буду, просто поставлю в своей комнате, сначала попытаюсь насытиться их запахом, - она так смешно и вкусно потянула носом, что я захотел выпросить у нее одно яблочко. Мне показалось, что в ее руках они засветились, стали еще красивее.
- Жизнь настолько мимолетна, я люблю наслаждаться каждым ее моментом, стараюсь наслаждаться, - это она сказала мне уже за ужином в ресторане и что-то в ее словах послышалось такое знакомое и родное, что я неожиданно для себя предложил ей съездить к бабушке, полюбоваться на яблочный сад, на осенние цветы и, конечно же, на Васеньку.
Елена Андреевна, Леночка, была единственным человеком, которого бабушка приняла радостно и безоговорочно сразу же, с первого взгляда, не просто приняла, но полюбила и привязалась всей душой.
- Ты будешь идиотом, если не женишься на это девушке, - сказал мне отец и добавил, что такие, как она крайне редко встречаются, - да и врач в семье не помешает, - посмеялся папа.
- Она ветеринар, - поправил я.
- Какая разница, - ответил отец, - все мы звери-человеки.
Если судьба есть, она приходит именно так: неожиданно и необычно. Ко мне она пришла в лице рыжего, раненого кота и в бабушкиных страхах. Я так и не смог понять, почему она приняла того кота, почему не прогнала и стала лечить. Она потом и сама не смогла ответить на этот вопрос. Просто Судьба.

Автор Оксана Нарейко