Результатов: 363

2

Дважды комсомолец, дважды коммунист.

Эпиграф:
Рабиновича отправляют в разведку. Он заявляет
- "Если я погибну, считайте меня коммунистом."
- "А если нет?"
- "Ну а нет, так нет."

Мой дед просто кладезь занимательнейших истроий. Впрочем, я уверен, если детально поговорить с любым человеком которому почти 96 лет то вполне можно раскопать такие вещи о которых можно смело писать романы и снимать фильмы. Я уже перестал удивляться количеству поразительных событий в его жизни. Вот хотя бы такая штука.

Послевоенные годы, Уссурийск, один из многочисленных военных гарнизонов на 1/6 части суши. Многие офицеры уже носят погоны с дюжину лет и, учитывая что во время войны год считался за три, с нетерпением ждут 20 или 25 летнего срока службы что бы уйти на пенсию. Дед в скромном капитанском чине, правда на майорской должности начальника артиллерийской технической (арттех) службы бригады. Должность и взаправду ключевая, всё таки под его началом склады снарядов, мин, взрывчатых веществ, боеприпасов, и стрелкового оружия. А на дворе 1952-й год, уже убит Михоэлс, раскрученно "Дело Врачей", клеймят "вредителей" и "агентов Джоинта" в газетах и на партсобраниях.

Спустили сверху разнарядку "а посмотрите-ка, не проникают ли щупальца империализма в армию Советскую." Начали изучать личные дела комсостава и естественно очень скоро добрались и до деда. "Как же так?" возмутился кто-то ответственный "у вас офицер на такой должности и... не коммунист. Вы что краёв не видите? Не знаете, партия наш рулевой? Партийный, значит ответственный. Поговорите с товарищем начарттехом по поводу вступления в партию."

Парторг деда вызвал и предложил:
- "Товарищ капитан, а не хотите ли вы добровольно-принудительно примкнуть к партийным рядам?"
- "В смысле примкнуть? Вступить в партию что ли?" удивился дед.
- "Ну да, мы считаем вас достойным кандидатом. Подавайте заявление."
- "Так я уже в партии с 1945-го года..."
- "Чтоооо? Как так? У нас об этом никакой записи нет."
- "Ну таких деталей, я не знаю."
- "Тэк, тэк, тэк... А в комсомол когда вы вступили?"
- "Я дважды вступал."
- "А ну-ка, излагайте подробнее."
И дед рассказал рассказал следующее.

С весны 1942-го служил он в 1-й ШИСБр (штурмовая инженерно-саперная бригада), ещё её называли Комсомольской Бригадой (т.е. все солдаты и офицеры в ней должны были быть как минимум комсомольцами). А в сам комсомол его приняли в конце 1930-х, ещё в школе. Но вот незадачка, в декабре 1941-го, при разгроме Феодосийско-Керченского десанта он попал в плен. Плена-то было всего на один день, но документы он выбросил, уж больно неподходящая национальность для немецкого плена была в них указана.

Когда через день бежал и добрался до своих, то его отправили в Советский фильтрационный лагерь около Керчи. Таких бездокументных, из разгромленных полков и дивизий, были сотни и тысячи людей. Из всех документов лишь кубик на петлице. Впрочем, в том бардаке этого вполне хватило что бы в 19 лет его назначили бригадиром сотни, а это конечно много приятнее чем быть простым заключённым. Не знаю как там проверяли, но через пару месяцев его вызвали и сказали "Поздравляем товарищ младший лейтенант, проверку вы прошли - вас ждёт Кавказкий фронт. Вон машинистка, она направление оформит."

Стал он в длинную очередь, наконец добрался до измученной машинистки. Та спрашивает "Ваши ФИО, год рождения, тыры-пыры?" Дед подумал "Хммм, хрен его знает как ещё служба сложится. Упаси Господи опять плен попасть, второй раз может и не повезти. Вдруг попаду с документами, тогда точно грохнут за милую душу." Фамилию менять не стал, а насчёт ИО сказал "Пиши вот так." "Имена родителей и национальность?" Над этим дед тоже подумал, мать оставил как есть, а ИО и национальность отца поменял. Проверить же никак не смогут, Беларуссия под немцами, Ленинград где училище было в блокаде, документов других нет. Таким образом на свет появился ещё один беларус. Дед посчитал что эдак безопаснее, уж очень ему не хотелось в расстрельной шеренге второй раз стоять.

Когда бригаду на Кавказе формировали оказалось что очень много кавказцев о комсомоле только слышали. А так как бригада названа Комсомольской, спустили разнарядку, всех поголовно принять в комсомол. Дед и решил, "ну что же, как все так и я." И вступил ещё разок, правда уже под другим именем.

В 1943-м пришёл новый указ, "неплохо бы если бы в Комсомольской Бригаде все офицеры были бы коммунистами. Показывали бы живой пример комсомольцам." Всех офицеров в батальоне перед боем вызвали и настойчиво порекомендовали написать заявление о приёме в ВКП(б). "Нам бы до следующего дня дожить бы. Что нам кабанам, хотите напишу." прикинул дед. И стал он аж цельным кандидатом. А потом ранение, госпиталь, формирование, другая часть, поиск своих, перевод в родную Бригаду, и снова взвод, рота, Беларуссия, Польша, закрутился и забыл о "кандидатстве". Но бумага-то дело ведёт.

И в начале 1945-го опять его пред светлые очи парторга вызывают. "Вы товарищ кандидат-с у нас оказывается. Ранены, взодный, ротный, три ордена, короче, принимаем мы Вас. Поздравляем." Дед прикинул, приняли ну и ладно, хрен с вами. "А делать-то я чего должен?" "Как что? Воевать, пример другим показывать. Тем более что мы уже на немецкой земле, в Восточной Пруссии. Вот вы в эту ночь на задание идёте, так пойдёте уже как коммунист. Партия на вас смотрит. А утром мы вам торжественно и партбилет вручим." И руку крепко пожал.

С примером худо получилось. На задание (в минных полях проходы для атаки делать) документы с собой не брали. Это разумно конечно, на минных полях многие навсегда оставались, так что шансы что документы к немцам попадут были большие. Ранило его, ребята вынесли, дотащили до своих позиций. Повезло, как раз там раненых вывозили в тыл, в машине место нашли. О документах и не вспомнил, рука и нога пробиты, до бумажек ли. И снова госпиталь, формирование, и на войну с Японией. Документы личные восстановили, а насчёт партийного билета он даже и не думал, ибо его никогда в руках и не держал.

Парторг подивился, поохал, и телегу повыше накатал. Случай неординарный, вроде бы и коммунист, а с другой стороны и не коммунист. И в комсомоле дважды был. Мутная картинка. Сверху предложение идёт.
-"Так может его из партии исключить?"
-"А как исключить? У него даже партиблета нет?"
-"Хммм. Тяжёлый случай. Так может принять, а потом исключить?"
-"Идея интересная. Но как то некрасиво. Всё таки человек перед боем в партию вступил, с мыслью что он теперь коммунист на минное поле полз."
-"Хорошо, вот компромис. В партию принять уже официально, но из армии выгнать."
-"Так ему до военной пенсии всего полтора года осталось?"
-"Ну и что? Он тут нам имя, отчество, и национальность себе менять будет как захочет, да и в комсомол и в партию как в проходной двор по сто раз заходить будет, а ему ещё и пенсию. Хрена с два. Кто он там у нас по национальности получается по настоящему? Ага, вот вот... Как раз. А жена его кто? Капитан. Ну и что что военврач с 1943-го? Убийца в белом халате. Вы что газет не читаете что ли? На фиг, на фиг."

Написали деду характеристику что он "политически близорук и в моральном отношении не стабилен." И уволили из армии, не дали до пенсии дослужить. Ведь и без него есть чем заняться. Например с "безродными космополитами" бороться.

А дед что? Дед нормально. Партии той уже давно нет, а дед жив и здравствует, дай Господь ему долгие годы. И совет умный даёт "смотри куда вступаешь."

3

вот реальная история.
Когда-то давно неподалёку от нас, в полуподвале жилого дома, был ресторан. Небольшой такой уютный ресторанчик, с живой классической музыкой. Скрипка, рояль, все дела. Ну и публика конечно соответствующая.
У местной братвы ресторан популярностью не пользовался, но иногда в ресторане приземлялась какая-нибудь залётная бригада. Просто перекусить, или отдохнуть после удачного дела, неважно.
Классическая музыка братву начинала быстро раздражать. Тогда они подзывали мэтра, и требовали "поставить нормальный музон, или пусть эти чонить нормальное слабают". На что мэтр, заискивающе глядя братве в глаза, объяснял, что никак не может этого сделать, потому что имеет на сей счёт указания крыши.
"Ну и где эта твоя крыша?!" - спрашивала братва.
На что мэтр закатывал глаза и показывал пальцем в потолок.
"Ну так зови!" - говорили ему.
"Сеймомент!" - изгибаясь в поклоне отвечал мэтр, и удалялся в сторону своего кабинета.
Если бы братва могла проследить его дальнейшие действия, то очень бы удивилась. В кабинете он брал длинную палку и несколько раз стучал в потолок.
Через пять, самое дольшее через десять минут в зал ресторанчика вваливались бойцы СОБРа, и клали отдыхающих меломанов лицом вниз. Без особых впрочем последствий. Стволы изымут, наркоту, и после непродолжительной профилактической беседы удалятся. Но желание и дальше настаивать на смене репертуара у братвы после этого сильно пропадает.

Секрет всех этих декораций заключался в следующем.
Когда ресторанчик только открылся, у хозяина возник конфликт с жильцом, занимающим квартиру ровно над рестораном. Жильцу не нравился шум, но особенно сильно его раздражал музыкальный репертуар. Он терпеть не мог попсу и шансон, зато очень уважал классическую музыку. Жилец оказался с не простой историей, и хоть был давно на пенсии, но среди бывших коллег пользовался большим авторитетом и популярностью. С хозяином ресторана они сошлись на том, что репертуар ресторана будет состоять исключительно из классических произведений, а в случае же каких-либо эксцессов всю ответственность он обязался брать на себя.
И ни разу своих обязательств не нарушил.

скоммунизденно у Плюха

4

конeц 60-хгг.г Харьков.на месте старого кладбища у студ.городка разбивают парк. тут же создают "комсомольский патруль" или что-то похожее.основная задача которого прихватывать пьяных студентов,совокуплявшихся в кустах и просто проституток,которые там "работали"!патрулю выделили несколько "пеналов"в подвальном помещении одного из домов,куда тащили всех пойманных.дальше как обычно.пойманные девицы после собеседования о морали савецкого человека,соглашались обслужить "ловцов" безвозмездно по месту пребывания.НО...но однажды нагрянула неожиданная проверка.самое страшное ,что проверяющим был "старый большевик"(они тогда еще не все вымерли),у которого секса не было со времен коллективизации. увиденное повергло его в шок.в маленьком узком(1,5м)"пенальчике",вся обстановка которого состояла из 2-х лавок вдоль стен с проходом в центре и портретом вождя,2 комсомольца пердолили своих жертв в позе "а ля кальмар" не снимая плащей "болонья"(ну подумаешь делов).но возмутило его больше всего то,что один давал другому прикурить от своей сигареты(растленное влияние запада) НЕ ПРЕРЫВАЯ ПРОЦЕССА!!! продолжение истории мне неизвестно,но думаю что если у "старого большевика" и случилась эрекция,то она была последней в его жизни!

5

Начало 90-х. "Оптимисты изучают английский, а реалисты - автомат Калашникова"

Глубоко под травой сейчас эти реалисты. Кто чудом не спасся. Валя же была оптимисткой. Бросила клич всем подругам - где меня научат за короткий срок свободно говорить по-английски? Казалось бы, mission impossible. Серьезные конторы за такое не брались.

Оставалось надеяться на чудо, и оно случилось. Одна подруга откликнулась - иди к Полине. Автор уникальной методики погружения. Воскрешает мертвых. Сразу после воскрешения они начинают бегло лопотать на незнакомом им ранее языке. Подруга убедилась по собственному опыту. Но предупредила - Полина эта с закидонами. Кого попало в группу не берет, ни за какие бабки. Рекламу не публикует, объявлений не вешает. Ей нужна личная рекомендация, и подруга готова ее дать.

"Секта небось" - пожала плечами Валя и воспользовалась рекомендацией. Она и через секту английский успела до этого поучить. У мунистов, за бесплатно. Авторша уникальной методики работала только за деньги, но вполне умеренные. Валя решила заплатить.

Дальше начался полный сюр. Полина оказалась 20 лет с небольшим, моложе многих своих учеников. И абсолютная хиппи. Прекрасная принцесса, сбежавшая из-под бременских музыкантов. Высокий рост, мини-юбка, бандана через лоб, а уж энергетика - люся в небесах с алмазами перекувыркнулась бы от зависти.

Фундаментальные педагогические теории о четкой грани между Учителем и учеником были ею разбиты напрочь. Она снимала двушку в самом центре Москвы, на Маросейке. Колоритный такой старинный домик в глухом дворе, и даже с мансардой. Где жила, там и принимала учеников. Безнадежно были потеряны даже грани между спальней и учебной аудиторией, между суровым педагогическим трудом и веселой молодежной тусовкой. Свое фирменное погружение в англоязычную среду она исповедовала очень широко. Просмотры зашибись фильмов. Медляки под чувственную музыку. Ободряюще приобнять застенчивого ученика на диване, отчего эрегировали вокруг даже кактусы. В общем, у нее было весело.

Высший приз, по слухам, был овладеть самой училкой. Но не ранее, чем ты выучил все 16 активных и 12 пассивных времен английского языка. Скорее всего, это были враки завистливых учениц. Однако парней эта надежда явно обуревала и способствовала их успехам в учебе.

При таком образе жизни, она вечно опаздывала на свои занятия. Постоянно теряла ключи от собственной квартиры. Щедро раздаривала их ученикам, но и те теряли тоже.

И вот реальный случай: десяток этих учеников собираются у нее под дверью. Долго ждут, училки нет. Наконец один из парней неохотно вынимает мобилу, звонки тогда стоили дорого. Звонит. Она: "ДА ВЫ ЧТО, НЕУЖЕЛИ НИ У КОГО НЕТ КЛЮЧЕЙ ОТ МОЕЙ КВАРТИРЫ? Ладно, слушайте: в мансарде есть лестница. Ставите, пролезаете через окно. Как залезете все, начинайте общаться на английском. Я буду через полчаса".

Что характерно - у нее в этой квартире был весь ее рабочий инструмент. Видак, ценность по тем временам невероятная, телик и обширная коллекция видеокассет. Но ничего не пропадало. Простое требование обязательной рекомендации было - "новый ученик должен быть человеком порядочным и интересным".

6

Давно собирался поделиться, а тут наш бундесколя буквально подтолкнул...

Это был поучительный урок, который мне и моим одноклассникам подарила жизнь, году этак в семьдесят восьмом.

Наш учитель истории внезапно свалил по комсомольской линии (понадобился где-то) прямо среди четверти, и мы, естественно моментально расслабились, ибо тётки исторички в школе были куда мягче Сан Саныча. Однако, директор проявила удивительную расторопность и практически мгновенно вывела на замену нового игрока со стороны.

В класс явился дедок, лет под семьдесят. Внешности он был интеллигентной, что-то типа Басилашвили из "Осеннего марафона", только постарше лет на двадцать.

К огромному сожалению, не вспомню его имени, а потому буду пока именовать дедом.

Итак, дедушка решил прощупать уровень знаний своей новой паствы и начал со страшной педагогической ошибки - сказал, что бояться не надо, т.к. дабы не омрачать знакомства, двоек он ставить не будет. Тут джентльмены с ледями моментально расслабились - к доске выходили, но ответами себя и публику не утруждали, а дружно докладывали новенькому, что таких сложных вещей, о которых он спрашивает, ещё не проходили. Дедок, даже немного расстроился и как бы в поисках выхода из тупика кому-то из вечных двоечников предложил, что если тот напишет на доске столбиками пятнадцать дат и сможет назвать, что же произошло в указанный год, то получит в длинный ряд своих баранок сразу целую четвёрку!

Писать можно абсолютно любые даты, но только в хронологическом порядке!
В воздухе запахло редчайшей шарой! Четыре балла за пятнадцать дат! Предложение было настолько заманчивым, что у стоящего перед доской рука сама за мел схватилась. После строгого Саныча, это было "золотой жилой", тут же ещё пара, наиболее расторопных одноклассников, предложила учителю обменять их столбики с годами на его четвёрки. Дед согласился, работа закипела.

Наш двоечник написал среди полутора десятка дат и 1961 год, в виду он имел полёт Гагарина, но в радостной атмосфере "золотой лихорадки" решил пошутить и добавил к словам о покорении Космоса и сообщение, что и он родился такого-то ...бря того же года. Это "открытие" было встречено взрывом хохота ровесников, но дед неожиданно похвалил его и посоветовал на будущее остальным тоже не стесняться и включать даты рождения родителей, бабушек и дедушек, а так же другие важные личные и семейные даты в общую хронологию. Слово дед сдержал - все участники заезда получили свои четвёрки.

На следующий урок на ту же оценку надо было записать и пояснить уже штук сорок дат, а через пару недель столбиками дат вся доска была покрыта. Хронология сдавалась нам, хоть и с боями, но каждый день.

Тогда я внезапно сделал для себя открытие, что моей бабушке в 1917-м было 8 лет, а поженились они с моим дедом перед самой коллективизацией... Сорок первый - мама во втором классе - немцы в Симферополе, облавы, полицаи запихивают в душегубку рыжего одноклассника вместе со всей семьёй и с грудничком - евреи... История ожила, стала осязаема и превратилась в одно многоликое целое.

Это был простой и гениальный приём Учителя, - каждый смог почувствовать причастность к жизни всей страны и увидел себя в общем строю со своими и соседскими дедами.

Жаль, что такого Учителя нет в Новом Уренгое, да и не только.

7

Среди моих приятелей есть один тип, который за двадцать лет нашего знакомства умудрился практически не измениться. Он даже живот не наел, а отсутствие печали в глазах и морщин на лбу заставляет подозревать, что у него нет нервов, соответственно, совести, и вообще, что он редкая сволочь. Но речь не о том.

Этот человек-консерва портит настроение окружающим, однако оказалось, что и у нашего вечнозеленого кипариса есть проблемы. Обобщая, он назвал их «песком в трусах».

— Понимаешь, — признался он однажды, — я всегда любил море. В детстве я обожал, наплававшись до синевы, выбраться на берег, развалиться на горячих камнях и греться, пропекаться, как рыба-гриль, до тех пор, пока станет совсем невмочь, и тогда, раскаленным снарядом, опять броситься в прохладные морские волны.

Я слушала и кивала, поскольку, как человек, выросший у воды, прекрасно понимала и про «рыбу-гриль», и про «раскаленный снаряд».

— Так вот, недавно я обнаружил, — всхлипнул он, — что валяться на камнях страшно неудобно, а песок, набившийся в мокрые трусы, не дает спокойно валяться в шезлонге. Теперь, для того чтобы расслабиться, мне надо два раза принять душ, вытереться, сменить мокрые плавки на сухие, получить свой Campari, причем, лед в стакане не должен растаять, а апельсин обязан горчить. Мне еще нет 50-ти, а у меня уже полно проблем!

Его нытье меня насторожило. Я прекрасно помню, как в юности сама каждое лето приезжала к родне на море. Я часами не вылезала из воды, и по вечерам няньки проверяли, не выросли ли у меня плавники и жабры.

Я могла загорать, лежа на камнях, на автомобильных покрышках и железнодорожных рельсах, и мне везде было одинаково удобно. Я не сгорала на сорокоградусной жаре, говорила медузам «бу!» и они тонули от страха, наедалась тремя помидорами и спала пятнадцать минут в день.

Этим летом, заметив рыбку-малютку, выпрыгнувшую из волны в полукилометре от меня, я заорала так, что мне в ответ из-за горизонта просигналил итальянский сухогруз. Теперь я смешиваю два крема с пятидесятипроцентными коэффициентами защиты в расчете на то, что в сумме они дадут сотню и защитят мое бледное тело, как куски картона.

Это в прошлом веке мы с друзьями-студентами скопили полторы копейки, навешали лапшу на уши родителям, положили в карманы зубные щетки и укатили на неделю в горы кататься на лыжах.

Курорт был дрянной, еда паршивая, лыжи кривые, а мы нищие и неприхотливые, как воробьи. Мы жили вшестером в двух комнатах, на завтрак ели кашу с хлебом, вечером пили дешевое вино и курили вонючие сигаретки, но были до потери пульса счастливы.

Прошлой зимой я расстроилась, когда обнаружила, что в меню, скажем так, неплохого курортного ресторана закончился зерновой хлеб, и совсем скисла, когда поняла, что забыла дома любимую подушку.

Ок, с годами человек меняется. Накапливает и наращивает не только кругозор и опыт, но и жирок на боку, делается подозрительным, упертым, привередливым, теряет лихой аллюр и любопытство во взгляде. Теперь все всё знают, меньше спрашивают и чаще поучают. Все оборачиваются очкастыми экспертами и прожженными занудами, которым не угодишь, которые уже все видели и с усталым видом обсуждают, какая нефть на вкус слаще.

В результате понты и потребности заводят в тупик, и для многих настоящей катастрофой оборачиваются самые простые вещи - необходимость выбраться из своего кондиционированного бьюика и спуститься в метро или переехать с Тверской улицы в Тверскую область.

Понятное дело, что номер в «Англетере» со всех сторон лучше комнаты в привокзальном приюте «Бардачок», но если вы отказываетесь ехать в другой город только потому, что ваш люкс занят, а полет эконом классом оскорбляет вашу спесь, то плохо ваше дело.

Справедливости ради, надо признать, что привередливость и поганый нрав проявляются независимо от успешности и карьерного роста. Кромешное занудство уравнивает бюджетника и человека с достатком. Но если первый еще вызывает понимание и сочувствие, когда ропщет на судьбу, забросившую его с прожиточным минимумом и хищной тещей в пучину Капотни, то капризы раздобревшей на платиновых карточках личности уже ничего хорошего не вызывают.

Одна такая дамочка как-то раз приползла жаловаться подружкам на скандал, который вышел у нее с мужем из-за размеров ее новой гардеробной. Мужчина самолично измерил шагами помещение, отведенное под ее шубы и лифчики, и заявил, что Георгиевский зал Кремля меньше этой костюмерной. Он зачем-то вспомнил, что пятнадцать лет назад женщина имела всего одну шубу и два вечерних платья, однако была не менее элегантна, экономически выгодна, весела и беззаботна.

Вместе с легкостью на подъем и неприхотливостью сдает и способность удивляться и радоваться жизни. Понятно, что сложно с той же искренностью, что и в первый раз, восхищаться сто сороковой поездкой в Париж или продолжать верить в любовь до гроба, стоя у алтаря с пятым мужчиной. Мало кто сохраняет оптимизм во взгляде на мир, женщину, мировую закулису и перспективу красиво заработать или промотать деньги. А зря.

С возрастом некоторые, так или иначе преуспевшие в жизни товарищи, до такой степени разочаровываются во всем, что начинают увлекаться какими-то неадекватными развлечениями, тонут в пороках или заводят себе юную и смешливую подружку, клокочущую от предвкушений, счастья и надежд. У них самих все предвкушения и надежды давно выгорели дотла. А чтобы заставить их что-то почувствовать, им надо шило втыкать в известное место, и то не факт, что из этого что-то получится.

Хорошо, никто не говорит, что и в сорок надо быть таким же беспечным придурком, как в двадцать. Но одно дело, печаль в глазах и опыт в анамнезе, и совсем другое — свинец в ногах и райдерский список в голове.

Говорят, это неизбежно. Не верю. Мне кажется, даже если человека не наградили нестареющим энтузиазмом, любопытством к жизни, легкостью на подъем и готовностью в одночасье лишиться своих бесценных миллионов или привычек, в процесс остывания души можно успешно вмешаться. Следить за ней, как за своей селезенкой. Одни изменения поддерживать, а другие контролировать. Хотя бы пытаться.

Потому что, когда человеку еще жить да жить, а у него из всех щелей песок сыплется, ему все не то и все не так, кругом одни твари, мир прогнил и от Парижа с души воротит, это как-то совсем печально.

Несправедливо расставаться с огнем в глазах и простыми радостями жизни только потому что вы повзрослели или преуспели. Вон, посмотрите на Мика Джаггера. Чуваку восьмой десяток, а его колбасит, как семнадцатилетнего. Ок, такое не всем дано, но, может, стоит хотя бы попробовать?

8

"Оно..."

Эпиграф - "Если друг оказался вдруг..." (В.С. Высоцкий)

Сейчас весь мир визжит от страха посмотрев фильм "Оно". Хотел бы и я поделиться одной историей, тоже про "Оно."

В 1960-х туризм был очень популярен. Может повлияли песни Визбора, Высоцкого, и Кукина, а может людям хотелось адреналина, но тысячи туристов ходили в зимние и летние пешеходные, горные, велосипедные, водные и другие походы чуть ли не по всему СССР, от Алтая до Надыма, от Архангельска до Спасска. Не стал исключением и мой отец. Он заболел туризмом всерьёз и надолго и записался в секцию при институте. Редкий месяц проходил без того что бы он не сходил в поход, пускай хоть на пару дней. Постепенно он увлёкся водными походами и стал матёрым байдарочником.

После 4-го курса, когда у него было уже немало опыта, он сформировал группу для водного похода в Карелии. Не самый сложный маршрут, но достойный, крепкая 3-я категория. Начал оформлять бумажки в секции и вдруг нарисовался некий Женя. Тот тоже занимался туризмом, но отец с ним в одном походе ни бывал, хотя в общем кругу естественно пересекался. Было это чудо активным, говорило умные слова, бурлило идеями, стреляло фактами, и блескало эрудицией. Заявил "Как славно что вы идёте в Карелию, я тоже группу создаю и как раз тоже туда хотим. Вы когда идёте?" "Вот даты когда планируем." "Ой и мы тогда же, давай-ка вместе, группы объединим и руководство общее будет."

Идти в долгий сложный поход с кем раньше не ходил очень стрёмно, но и отказать веских причин как бы нет. Не по туристски как-то. Отец подумал и сказал "Смотри расклад. Хочешь вместе, давай пойдём. Но двух командиров в походе не бывает и быть не может. Хочешь, отвечай за всю бумажно-бухглатерско-справочную волокиту, но в походе командир я. Или идём раздельно." Этот кадр головой покачал, пофыркал, но согласился.

Начался поход, и начал мой отец и ребята из его группы замечать странности. Женя этот и пару приближённых из присоединившегося отряда свой вес совсем не тянут. Как вещи нести, так они по кулёчку берут, с гордостью несут милостливо дозволяя другим тащить всё тяжёлое. Байдарки из воды вытащить - сделайте за нас. Топливо для костра - "фи", кашеварить - "у вас лучше получится", посуду помыть - "так у вас девушки в отряде есть", палатку разбить - "ой подсобите, а мы колышки забьём", а насчёт вовремя утром собраться и речи нет. А самое противное, что не смотря на пышные слова, создание это с приближёнными оказались байдарочниками совсем слабыми. Чего они в поход 3-й категории полезли, уму не постижимо. Им бы и ПВД (поход выходного дня) за глаза и за уши. Отстают на переходах, сроки сбивают, но зато по оправданиям за различные косяки - твёрдое первое место.

А главное видно без Жени было бы порядку куда больше. Открытого бунта конечно он не поднимал, но на ребят плохое влияние было. Отношения в отряде стали напряжённые, а это хуже некуда, ибо на товарища в походе полагаешься как на себя. Надо было что-то менять и на каждую байдарку отец поставил одного из опытных ребят из своей группы в качестве "капитана" (т.е. сидящего сзади), а Женю и подверженных влиянию рассадил по байдаркам матросами (спереди).

Худо бедно, дошли по реке до Выгозера. Обычно в походах делали так, доходили до озер и на берегу разбивали лагерь, приводили в порядок байдарки, проверяли всё, ужинали, отдыхали, а потом на следующий день уже тратили силы на мощный бросок по озеру до нужной реки. Подошли в хорошее время, часа 4:30-5 вечера, самое время лагерь разбить.

Пристали к берегу и вдруг Женя решил проявить самостоятельность "А давайте-ка ребята сейчас лагерь разбивать не будем. Вот наше направление. До реки конечно мы сегодня не дойдём, но вон островок. До него километра 3, туда то мы дойти успеем. Там и лагерь разобьём, а завтра и поспать подольше сможем или просто полдня выиграем." Отец поначалу возражал, не делается так, всем отдохнуть надо, но тут Женькины друзья в такт запели, "Да чего ты? Тут рукой подать. Ну чего ты командира из себя корчишь? Если не хочешь со своими ребятами идти, дай опять пересядем, мы возьмём несколько байдарок, до островка доплывём и там вас будем ждать утром." Тут отец слабину дал, надо было бунт на корню давить, да уж очень не хотел конфликтовать, ведь только группа начала слаженно работать. "Ладно. Вечереет, так что не отставать. Я пойду первым. Всем держать переднюю лодку на виду, идти в кильватер, если что - подавать голос. Ну вперёд."

Отошли с километра полтора, и осознали, островок куда далее чем прикидывали. А Выгозеро оно весьма коварное, ветер налетел, заштромило, а потом и дождик зарядил. Стало шумно, видимость пропала, да и вечер как-то быстро наступил. А островок тот чёртов ближе не становится. Гребут конечно, но вымотались до нельзя. Не зря советуют что перед броском нужен отдых. Зубы стиснули, весла сжали, и проклиная всё рвали жилы. Еле до островка дошли.

Байдарку вытащили, срочно нужен огонь и палатки надо поставить. Но перед этим надо убедиться что все пришли. Минуты тянутся как часы. Вот одна лодка подошла, потом другая, третья, четвёртая... Блин где же последняя? Кто там замыкающим шёл? Ах мать-перемать. Там же этот Женя.

На лодке той капитаном был Боря, сильный, опытный парень, но байдарки то нету. Нет минут 15, 30, час. Это плохо, очень плохо. Шторм на озере - не шутки. Плюс темень. Фонари конечно есть, но толку от них не много. Отец хватает самого опытного из своей группы и остальным говорит "Лагерь разбить, костёр поддерживать, еду готовить. Из лагеря ни ногой. Мы на поиски уходим." Сели в байдарку, фонари с собой и ушли в шторм.

Часа три плавали, ребят искали. Плавали вдоль острова, уходили чуть ли не на полпути откуда плыли, кричали, ни черта. Еле еле обратно добрались, уже без сил. Плохо дело, прямо сказать отвратительно. Прикорнули на пару часов, хотя какой там сон к чертям собачьим. Мыслей немного и все самые что ни на есть поганые. Еле-еле рассвело, шторм подутих, отец опять с товарищем в байдарку. Остальным снова наказ, "из лагеря ни ногой. Если вдруг Боря с Женей появятся, развести большой костёр, такой что бы издалека было видно."

В этот раз доплыли чуть ли не до устья реки. Ничего, даже щепки на воде. Поплыли обратно, на остров смотрят, но костра нет, а это худо. Надо что-то предпринимать. Решили так, "сейчас плывём обратно, с ребятами ситуёвину ещё раз обсудим. Здесь ненаселёнка, но пожауй какой нибудь леспромхоз найти можно. Надо спасателей и вертолёт вызывать."

Доплыли, и "здрасте я ваша тётя." Вот она пропажа, сидят вместе со всеми. "Чего вы, балбесы, костёр не разожгли, нам седых волос добавили." "Ой закрутились, забыли, извини, прости." Отец их чуть не поубивал, но на сердце отлегло. "Как же всё произошло? Куда вы девались?" Тут Женя и красивую речь выдал "шторм, дождь, потеряли из вида лодку, до острова доплыли, но в сторону снесло. Решили переночевать там, а утром уже остров обойти и вас найти. Разбили палатку, костерок разожгли, всё нормально." "Ну хорошо что всё обошлось. Сегодня отдых, день на острове проведём."

Тут отец видит что Боря хмурится, особенно когда Женю видит. Днём отошли, Боря и рассказал. "Сука этот Женя наш оказался. Ладно что волынщик, хрен с ним. Ты почему думаешь мы отстали? Он гад, как потемнело да штормить начало, струсил и вёсла бросил." "В смысле бросил?" "В прямом. Отказался на остров плыть, хоть до него уже ближе было чем обратно. Кинул вёсла, в борта вцепился, и ноёт. Я его и уговаривал, и матом крыл, сидит и всё. Тведит что "мы потонем, что зря он с нами пошёл", итд. Я в одиночку выгребал (в принципе опытный байдарочник на "капитанском месте" может выгрести, но в шторм это очень тяжело). Чуть не потонули. Пришлось его силком из лодки на берег вытаскивать. Думаешь он мне хоть помог палатку разбить или вещи из лодки достать? Хрена с два? Сидит сволочь и причитает, всех в своих бедах винит. Я сделал всё конечно, костёр разбил, палатку поставил, а с утра, этот тип начал приставать - "мол ни говори никому. Мы же вместе, мы одна команда." и так далее. А потом мы поплыли вокруг острова, и через метров 600-700 вас нашли. Убил бы гадину. Я с ним в походе быть не хочу. Это что за товарищ такой? Это не мужик, это ОНО."

Отец призадумался "вышли вместе, шли вместе, и дойти должны вместе. Говорить никому ничего не будем, дабы команду не ломать. Но как окончим поход, сразу пути врозь, а потом с этим OHO другой разговор будет." У отца и Бори настроение поганое было, но поход закончили без дальнейших инцидентов. Правда Женя сам понял что дело не так, как только поход окончился, сразу заявил что ему срочно надо в Москву и тут же умотал отдельно.

В секции туризма он больше не появлялся. Да и на встречи где после похода собираются и "бойцы вспоминают минувшие дни" тоже не приходил. До конца учебы отец его всего пару раз мельком в институте и видал. Он и Боря хотели с Женей поговорить по душам, да случай так и не выпал. После института отец и другие ребята в армию двухгодичниками пошли, а Женю тот откосил и исчез с поля зрения.

Друзья по институту разлетелись кто куда. Кое с кем остались близкие отношения, кое кого потерял из вида. Конечно списывались или созванивались когда могли, но не часто, фейсбуков да интернетов тогда не было. На встречу однокурсников что на пять лет окончания института (т.е. через 6 лет после событий) отец не попал, моя сестра родилась. И на десять лет тоже не получилось, я родился. И на пятнадцать не вышло, защита диссертации была. И на двадцать тоже не выбрался, мы уже чемоданы в эммиграцию паковали.

Прошло чуть более 26 лет (почти как в фильме ОНО) и была ещё одна встреча на 25 лет окончания института. Кое-кто не прибыть не смог, кое-то не дожил, но многие приехали, Боря тоже был. Мы уже в США жили, так что отец опять на встрече не был, но те кто были рассказали ему что видели Женьку.

Тот оказывается в 1970-ые пошёл по партийной линии, стал секретарём чего-то и где-то чем-то руководил. Сначала поменьше чин был, потом больше, потом ещё круче, а уж 90-ые он в огромных чинах встретил. Теперь он крупная фигура, с серьёзными политиками ручкается, в Думу избрался. В телевизоре изредка мелькает, правильные вещи говорит, и всё так же фактами стреляет и блещет эрудицией. Совсем большой человек стал.

А Боря сказал, "всё конечно красиво, но всё равно зря мы тогда историю замолчали, может грех на нашей душе есть. Не задушили мы ОНО в зародыше, не разобрались с ним, даже никому не рассказали. Может надо было?" Как знать, может ОНО и на нашу жизнь повлияло.

9

В 2000 году, став военным пенсионером, решил я заняться бизнесом. Начал с риэлтерской деятельности. Особых трудностей не было. Зато было безумно интересно – на работу шёл, действительно, как на праздник, всё получалось легко, душа ликовала от сознания того, какой я……., ну вы поняли. Параллельно занимался политикой, несколько лет был помощником депутата Гос. Думы, решал практически любые вопросы, всегда был окружен людьми, благодарными и теми, кому ещё предстояло раскрутить меня на услугу или деньги, и стать в строй «благодарных». Свой первый предпринимательский юбилей, 10 лет, отмечал с помпой. Пригласил всех своих друзей-товарищей, а их было достаточно много, и среди них выделялись пятеро, кого я считал своими особо близкими. Из этой пятерки двое были на государевой службе. Один директор градообразующего предприятия, второй зам. мэра (пишу не для понтов, а для понимания ситуации по окончании истории), остальные трое – предприниматели, причем очень не мелкие. Общение у нас было на уровне «я везде»: на рыбалку им без меня не интересно, в сауну только со мной, про Дни рождения, обмывание покупок, посидеть в кафешке - вообще молчу. И совсем крутые отношения с «лепшим другом» Игорем – каждую пятницу в загородном доме он резал барана, звал 3–4 ближних, варили шулюм, жарили шашлыки. Причем он обязательно звонил, и каждый раз подчеркивал, что он не притронется к еде, если я не приеду. Конечно, я ценил такое отношение и считал, что мне повезло с друзьями.
В 2011 году наступил новый этап жизни, меня оболгали и подставили. Нюансы здесь не уместны, важен итог – уголовное дело, подписка о невыезде, арест счетов, приостановка деятельности предприятий. И самое обидное, что в первые же дни был снят с должности пом. деп. ГД. Следствие длилось долгие восемь месяцев. Ждать, когда впаяют срок, это ещё то. Но, как бы то ни было, честное имя было возвращено, извинения принесены. Вот только всё это время работникам не платилась зарплата, долг за аренду помещений был астрономический, клиенты были растянуты конкурентами. Летом 2012 года я завидовал нищему, потому, что он просто нищий, никому ничего не должный, а я нищий с лихим долгом. На тот момент спасла семья. Сын, 16 лет, не пошёл в 10 класс учиться, а пошёл работать официантом, жена продала цацки, я целый месяц копал в навозных и мусорных ямах червей и сдавал их в рыбацкие магазины, вышло тысяч пятнадцать с них. Но было понятно, что долго не продержимся. И тогда я пошёл к «друзьям». Нет, не денег клянчить, я просил об одном – взять к себе на предприятие в качестве шофёра, или сторожа, охранника, грузчика, пофиг кем, лишь бы продержаться несколько месяцев, пока я приду в себя после депрессии. Чем закончились разговоры с ними: директор завода переориентировал меня на следующий день и пропал, совсем, не отвечал больше на мои звонки и сам не звонил; Игорь ответил: «Ну, ты понимаааааешь…. ». Да, сказал ему, понимаю, и ушел. Короче, никто, нет НИКТО не помог.
Но я выкарабкался, медленно, сильно рискуя, особенно когда продали квартиру, а потом дом, чтобы было на что крутануться. Сейчас у меня не просто всё хорошо, а даже лучше, чем было. В 2016 г. купили квартиру, а в феврале этого года выкупил назад загородный дом, правда, переплатил процентов 20, но уж очень хотелось именно его. Жене купил авто, сын продолжил учебу, каждый год отдыхает на море в забугорье.
Месяц назад разослал пятнадцати человекам («друзьям») СМС с приглашением на свой ДР (юбилей). Пришли четверо. Попарились в баньке, сели за стол, налили. Первый тост от меня: «Сегодня у меня День рождения, но подарки приготовил я для вас (вручил каждому по дорогому набору – всё для бритья, одеколон). Дорогие друзья! Я пригласил вас в знак особой признательности вам за то, что благодаря вам я имею всё, что вы видите: дом, фирма, и т.д. Спасибо, что в трудное время вы отказали мне в помощи и участии, что оказались самыми настоящими гандонами, ведь возьми меня кто-нибудь к себе грузчиком или дворником, я возможно не стал бы так сильно напрягаться, да так и мёл бы территорию на чьём-то предприятии до сих пор. Выпьем друзья за то, чтобы как бы не было трудно, никто никогда не пришёл вам на помощь, потому, что только находясь в большой заднице, человек раскрывает все скрытые резервы и возможности».
Накрытый стол остался почти не тронутым, как-то у всех образовались дела и в течении часа гости разъехались. Наверное им что-то не понравилось, не знаю, но мой тост был очень и очень искренним, правда.

10

Не спрашивайте, как я оказалась в этом поезде. Это неважно, как и то, что время со вчерашнего вечера течёт для меня совсем идиотски. Важно то, что со станции "Вышний Волочек" в вагон шагнула бабка. Нет, не так: Бабка.
У неё было все, что полагается такой женщине из города с таким названием: свалявшийся мохеровый берет поверх цветастого платка, пухлые баулы и пухлый же внук, недоросль лет двенадцати, обреченно волочащийся за баулами.

Поняв, что, "согласно купленных билетов", родственница будет сидеть не рядом, внук было обрадовался. Но баушка лихо затолкала багаж на верхнюю полку - ответом на предложение помощи было суровое "Не трожь!". Оглядела вагон, выбрала жертву - ею оказался безумец, предложивший помощь с багажом - и сообщила:

- А нук, давай туда.

Жертва как-то сразу поняла, что это было не предложение, и освободила пространство. Утрамбовав внука в кресло у окна, Бабка зловеще сказала:

- Будем кушать.

Внук втянул голову в плечи. И через секунду весь вагон, а также окрестные деревни, которые "сапсан" пролетает со скоростью 200 километров в час, поняли, почему.

Бабка распахнула матерчатую сумку, выбросив в атмосферу запах Котлет. Вслед за ними появились укутанная в полотенчико эмалированная миска варёной картошки и литровая банка соленых огурцов. Конечно, нарезанный хлеб и пучок зеленого лука.
- Щас будет соль в спичечном коробке, - глядя на Бабку с суеверным ужасом, предсказал мой сосед, на вид слишком молодой и модный, чтобы помнить такие детали советских путешествий.

- Шоколадка, что не будет, - также тихо отозвалась я.

Не знаю, чем я думала, делая эту заведомо проигрышную ставку. Разумеется, соль появилась.

- Ба, я не голодный, - безнадежно сказал Внук. - Я вот пить хочу. Где моя кола?

- Компот, - отрезала Бабка. - В дорогу сварила. Нук ешь.

Внук потянулся к котлете, огреб по рукам и спустя мгновение получил ту же самую котлету с картошкой и хлебом. Тоскливо жуя, уставился в окно.

- Нук огурчика, - распорядилась Бабка. - И яйцЫ.

Мы с соседом, который, кстати, благородно разделил со мной выигранную шоколадку, вылупились на Бабку. Та осмотрела гору еды и спросила:

- А где яйцЫ?

В голосе ее слышалась даже растерянность.

- Куда яйцЫ делись?

И хотя спрашивали явно не нас, мы зачем-то развели руками. Не знаем, не брали, вообще ни при чем.
Бабка начала раздражаться.

- Сварила с утра яйцЫ, пять штук, крутые. И где?

Мы тихо захихикали.

- У меня дитё голодное! - рявкнула Бабка.

Следующие десять минут она выворачивала в проход свои баулы, а весь вагон внимал душераздирающей истории пропавших яйцОв, пяти штук, крутых, и обреченного голодать "рябенка", каковой в это время с олимпийским спокойствием жевал котлету.

В проходе появилась женщина с младенцем.

- Потом приходи, - отмахнулась Бабка.

- Нам надо сменить памперс! - возмутилась женщина. - Он покакал!

Бабка поднялась от баулов и, вперив в младенца ястребиный взор, проорала буквально следующее:

- Покакал - значит, жрал! А моему с голоду помирать??? ЯйцЫ-то пропали!

- Да она троллит, - восхитился мой сосед.

- Извините, - забормотала женщина с младенцем, - я не знала, что у вас тоже маленький ребёнок... Я в другой вагон пойду.
И тут "маленький ребёнок" издал звук, который издаёт 100 процентов взрослых мужиков после кружки пива.

Не в силах больше сдерживаться, мы с соседом захохотали в голос.

Появилась проводница:

- Что тут у вас происходит?

- Не твоё дело! - гаркнула Бабка, запихивая баулы обратно. Видимо, смирилась с потерей. Плюхнулась в кресло и отвесила Внуку легкий, но обидный подзатыльник. - А ты ешь давай, а то мать скажет, я тебя голодом морю!

И тогда Внук, который явно устал чувствовать себя бессловесным рождественским гусем, восстал. Он откашлялся и светским тоном обратился к проводнице:

- Простите бабушку. Она потеряла пять своих яиц и немного нервничает.

Если Бабка что и сказала, мы этого не слышали: вагон загоготал так, что, кажется, даже метель за окном прекратилась.

Вы, наверно, думаете, что дальше было так, как у меня часто бывает: мы с Бабкой поговорили, и оказалось, что никакая она не Бабка, а вовсе солист Большого театра, тонкий, интеллигентный и местами скрипач, а я просто не сразу разглядела.

Кхм.

Ну мы поговорили, да. Перехватив мой взгляд, направленный на остатки пиршества, Бабка спросила:
- Что, не собрала в дорогу-то?

- Не собрала, - повинилась я.

- Ну вот и сиди теперь не жрамши, - ответила Бабка. - Овца безрукая.

11

Решили лет 7-8 назад с друзьями вместе отметить 8 Марта. Андрей тогда работал в Москва-Сити и в одной из башен господин Полонский открыл ресторан для себя и своих партнеров, так же там могли обедать и прочие сотрудники этого офисного центра. Фишка ресторана была в том, что он располагался на 76 этаже и был прекрасный вид на гостиницу Украина и Белый дом.
В наших семьях за рулем сидят женщины, Андрей не рулит в принципе, а мне жена не дает, ей не нравится моя манера вождения. Приехали на паркинг, поднялись в ресторан, стали делать заказ, цены высокие, но мы же не есть пришли, а потрепаться с друзьями и насладиться видами. Легкий обед – салат, горячее и нам с Андреем бутылку приличного вина.
В то благословенное время еще не запрещалось курить в помещениях и пока ждали заказ я отошел к бару покурить. Подходит ко мне официантка и спрашивает сколько бокалов под вино, я ей отвечаю, что 2 – мне и Андрею на что получаю замечательный ответ – Ах да, 8 Марта же.

12

СТАРЫЙ ВОР

Психику ребенка решили не травмировать, поэтому никогда не возили его к папе на зону.

Вот выйдет, тогда.

Наконец, месяц назад, старый вор Григорий, отсидев от звонка до звонка одиннадцать лет, откинулся и лично познакомился с родным сыном – шестиклассником Мишей. В первые дни Миша побаивался нового человека, да еще такого разукрашенного нелепыми рисунками. Старый вор это понимал и старался быть помягче и поласковей к мальчику. Много лет Григорий в своих тюремных снах представлял, как будет гулять с Мишаней по парку и говорить: - Смотри, сынок – птичка, она называется ласточка.

В жизни все оказалось совсем не так. Ну, чему он может научить почти взрослого человека? Как ныкать от шмона стиры? Или заделывать мастырки, чтобы загаситься на больничке? Наоборот, Миша объяснял папе, что сильно на экран телефона давить не нужно, он и так понимает, или что у них нет ДиВиДи плеера не от бедности, а просто он не нужен. Старый вор слушал и старался ничему не удивляться, а впитывать, чтобы скорее вернуться к жизни. Однажды вечером Григорию представился случай проявить себя в полной мере. Мишин класс готовился к спектаклю и репетиция затянулась до глубокого вечера, нужно было забрать ребенка. Старый вор, профессионально скрывая дикое волнение, вошел в школьный актовый зал, поздоровался с молоденькой учительницей, другими родителями и сел с краю на лавочке, ну прям как обычный папа. Репетиция закончилась, дети стали переодеваться, учительница давала последние указания, распределяла бумажки с новыми текстами, и вдруг, Григорий отчетливо услышал, как эта очкастая курица, обращаясь к Мише, негромко сказала: - Ну, раз у тебя старый вор, то и рассчитывать на него особо нельзя, мало ли, подведет, а времени в обрез. Ладно, попрошу Танину Маму.

Кровь прилила к голове старого вора. Весь тюремный опыт Григория подтверждал главное правило выживания: «Стерпишь обиду - дождешься вторую» Сам Григорий, может и смолчал бы, но настраивать сына против отца, при этом называя его старым вором? Этого Григорий проглотить никак не мог. Он велел Мише идти, подождать на улице и прямо там, «не отходя от кассы» жестко «предъявил» молодой училке, за «гнилой базар» и за то, что она при всех же «парафинит» незнакомого человека, да еще и перед его родным сыном. В актовом зале воцарилась лютая тишина, никто не ожидал такого. Родители, отведя в ужасе глаза, помалкивали, а дети наоборот, слушали старого вора, разинув рты.

А по дороге домой, Миша рассказывал растерянному папе - что такое word и почему старому word-у не стоит доверять.

Многому еще нужно научиться Григорию, чтобы, наконец выйти из тюрьмы…

13

Традиционно история опять будет длинная, кого это напрягает - просто пролистайте.
Время действия, былинные уже времена, когда СССР еще есть, но Горбачев (еще товарищ), успешно подводит его 70-летнию историю под последнею черту.
Не открою большой секрет, если скажу, что армия держится на солдатах и сержантах. Кто тебя молодого учит, и портянки мотать, и подшиваться, и автомат чистить, и строевой и пр., - только старослужащие и сержанты, офицеров там и близко нет, так, общенаправляющее и мозгоеб…ное действие оказывающие, не более того. По моим оценкам, 90-95% службы проходит вообще без присутствия офицеров. Как ни странно это звучит, но твой взвод — это твоя семья на 2 года, самые близкие тебе люди (какие они бы не были) и вся твоя жизнь, все твои поступки и действия происходят на глазах сослуживцев, и от этих глаз никуда не скроешься и не спрячешься, поэтому очень и очень трудно приходится в армии именно асоциальным интровертам и людям со слабым характером. Главный армейский принцип: Не умеешь – научим, не хочешь – заставим, не можешь – надро.., хм, натренируем то бишь. И будь ты хоть крутым боксером или неимоверно каратным, тебя все равно непременно обломают, и пол ты мыть по молодости будешь, и кровати дедам заправлять, и т.д., ну или покалечат. Не может человек воевать один против всех круглые сутки и длительное время. Понятно, сперва объяснят, обоснуют «табели о рангах»: 1-е полгода ты делаешь абсолютно все для взвода и для себя, и частично за дедов, 2-е полгода заставляешь молодых уже «летать» по уборке и пр. порядку, но себя обслуживаешь полностью самостоятельно, 3-и полгода (деды) обще надзирающие действия за порядком, «строить» всех младше себя, «просить» об мелких услугах, типа кровать заправить, сапоги почистить, постирать форму и т.д. И наконец последние полгода (дембеля) заслуженно отдыхают, редко вмешиваются в происходящее, но могут, конечно, одёрнуть зарвавшегося деда, заставить молодого песенку дембельскую спеть, койку покачать, заказать после отбоя чай и жареную картошку и пр., наверное, это и называется дедовщиной, хотя в других частях, возможно, имелось в виду что-то другое. Были, конечно, отдельные уроды, как без них, но особых «зверств» при мне уже не происходило. Нескольких таких «проводили достойно» на дембель уже оперившиеся бывшие молодые, а теперь новоиспеченные деды, да так, что мало тем явно не показалось, создали, так сказать, прецедент. Уходить из части с синей мордой, отбитыми почками и в грязной и порванной парадке желающих особо больше не было.
Наш специальный, отдельный полк обоснованно гордился, что за всю историю не было ни одного дезертирства, самоубийства и других подобных случаев. Я не знаю почему назывался полк, по составу примерно армейский батальон, общая численность вместе с офицерами не превышала 600 человек, всего пять рот (по 100 чел.), из них четыре строевые роты и одна авторота, в которую входило два взвода, собственно водителей и один хозвзвод.
Вся жизнь полка вращалась вокруг еженедельного (обычно суббота) полевого выезда с марш-броском и стрельбами. Подъем на полчаса раньше (5-30), без зарядки и без уборки, быстрый завтрак и по машинам. От стрельбища при учебном пункте (70 км от г. Алма-ата) вывозили в пустыню на 30-50 км (летом обычно 50, в весенне-осеннюю распутицу 30) и отсечка времени возврата на стрельбище по последнему бойцу из взвода. Таким образом, взвод, приходивший последним, на всю следующую неделю уходил в наряд по полку. Десять человек в караул, десять в наряд по столовой, десять отдыхали (из них четверо в наряд по роте) и так менялись по кругу семь дней с понедельника по воскресенье включительно. Мало того, командир проигравшего взвода, офицер, за неделю ходил три раза начальником караула и один раз (воскресенье, свой законный выходной) дежурным по столовой. Что такое караул для солдата? Будь ты хоть дед или дембель, но будешь все равно сутки жить в режиме два часа на посту через четыре. Напрягало это здорово, естественно все взвода старались не попасть в наряд через не могу. Командиры взводов пытались правдами и неправдами избавиться от откровенных «салабонов», спихнув их в повара, в санчасть, хозвзвод или подхоз (подсобное хозяйство). Да, было у нас свое подсобное хозяйство в предгорьях, где держали свиней, курей и не хилую отару овец, жил там постоянно примерно взвод во главе с прапорщиком и работали бойцы там, как в колхозе, оттого и мясо у нас было на столах постоянно. Кого не получалось спихнуть (считалось «западло», люди 2-го сорта) усиленно дрючили по физике, помимо утреннего пятикилометрового кросса, специально для таких устраивали еще один, каждый день после ужина, тоже пятикилометровый, да и в казарме деды таких в свободные минуты гоняли постоянно, заставляя приседать, качать пресс и отжиматься до изнеможения. А тех, кто курил и отставал, заставляли бросить. Марш-бросок в полной выкладке - это вам ни фига не шуточки. Даже я, имея разряд по биатлону и спортивному ориентированию, первые разы, мягко сказать, реально перенапрягался, не отставал, но было неимоверно тяжело, в конце сил уже не оставалось, двигался чисто на морально-волевых. Автомат АКС-74, штык-нож, каска, бронежилет, противогаз, саперная лопатка (малая пехотная) с чехлом для ношения на ремне, подсумок гранатный с муляжом Ф-1, подсумок магазинный с 2-мя магазинами, армейская фляга с чуть подсоленным чаем без сахара, вещмешок, в котором: паек на один прием пищи, армейский котелок, запасные портянки, подшива, плащ-палатка, а молодые еще обязательно таскали сапожную щетку, крем для обуви, детскую присыпку и иголку с белой и черной нитками, туда же зимой убиралась шапка (под каску надевалась черная вязанная). Не взвешивали, но примерно тянуло всё это хозяйство килограмм 20-25, если не больше. Если кто из взвода начинал «дохнуть», и когда мотивация словесная и физическая уже переставала действовать, тех сперва «разгружали», распределяя снаряжение по другим бойцам, если не помогало, то вдвоем тащили под руки, а пару раз видел, как несли вчетвером на плащ-палатке бойца полностью, окончательно «сдохшего». Такое вот, ни капли не мушкетерское, но очень жизненное: «Один за всех, все за одного» в действии. Ноги по молодости натирали страшно, портянки «с мясом» снимали (для этого присыпка), но потом такую мозолистую кожу на ногах набили, что и ножом при желании не проткнешь. Обычно первые 3-5 км бегом, а потом входили в режим: с километр рысцой, метров 150-200 шагом и опять рысцой. Несколько коротких минутных остановок, попить, перемотать портянки и снова вперед. Научили, что если повторять про себя какие-нибудь короткие рифмованные строки, то можно вогнать себя в состояние подобное трансу и тогда будет значительно легче. Я, например, повторял:
«Раз-два, горе не беда,
Три-четыре, шаг пошире» - и так без конца, главное не думать, как тебе тяжело, как болят ноги, что еще вон сколько до финиша и пр. Первые прибежавшие взвода, коротко отдохнув, повзводно и очередно шли на стрельбище, потом уже не спеша ели полевой паек (обычно банка каши с мясом), с горячим чаем из полевой кухни. К чаю давали 1-2 конфеты, типа карамельки или батончика или банку сгущенки на пятерых. Могли не торопясь почистить оружие после стрельбы и полежать, пока другие еще стреляют. Везли обратно, естественно, всех вместе, в колонне, но последние хавали в сухомятку уже в кузове, и была еще баня, в которую вели тоже в порядке прихода к финишу. Еще вот такая дополнительная мотивация. Последним доставалась почти холодная баня, холодный ужин, чистка оружия и более поздний отбой, иногда в 2 часа ночи. Следующий день выходной, но «салабоны» будут бегать свою каждодневную десятку по-любому, ибо нефиг подводить товарищей. Такая система позволяла буквально за несколько месяцев после призыва подравнять по физической подготовке состав взводов и тогда «забеги» становились уже по-настоящему «увлекательными». К тому же, офицеры полка, «покупатели» в военкоматах старались по возможности брать призывников с хоть каким-нибудь спортивным разрядом.
А где же были во время марш-броска офицеры? - спросите вы. А у офицеров было свое шоу. Высадив личный состав, офицеры сопровождения в «доставках», пересаживались за руль Газ-66 и ЗИЛ-131 (водилы непременно участвуют в марш-броске в составе своего взвода автороты), и устраивали настоящие гонки по разбитым грунтовкам или бездорожью в стиле Париж-Дакар с финишем возле стрельбища. А там уже, из прихваченного с подхоза курдючного барашка, три повара из очень Средней Азии, готовят в большом казане плов, или бешбармак, или прочие чанахи, примерно на 30 человек товарищей офицеров (включая штаб), каждый из которых прихватил с собой строго поллитру. Ибо настоящий советский офицер под такую закуску, и побухает нормально, и с пузыря не напьется в зюзю, и сможет дальше стойко и беззаветно отдавать долг Родине, находясь на боевом посту. И еще знаю, что «бились они об заклад» с немаленькими ставками на кто кого обгонит, дурачились и стреляли в вольную на стрельбище из всех видов оружия.
Авторота в наряды по полку не ходила, но проиграть было большим «западло». Морально пехота бы клевала, да и командир автороты ввел еще правило, что если какой из взводов приходит последним, то всю следующую неделю в вечернем кроссе будет участвовать весь взвод без исключения, во главе со взводным лейтенантом, иногда прихватывая и замполита роты. А если не дай бог придут последними оба взвода из автороты, то вся рота целиком, с хозвзводом, со всеми ротными офицерами и прапорщиками, включая состав нарядов по роте и парку (оставив только по одному дневальному). На моей памяти этого не было ни разу, потому что, во-первых, в автороту попасть ох как непросто, просто прав категории ВС было явно недостаточно, во-вторых, переходили туда только из строевых рот, не ранее чем через два месяца (доп. обучение в полку с экзаменом по мат.части и вождению), а в-третьих, отбирал водителей комроты лично с каждым беседуя, и очень обращая внимание на спортивную форму бойца на марш-бросках. Уж больно проигрывать не любил.
Не знаю кто придумал и внедрил эту систему (и до меня была и после осталась), но сейчас понимаю, что заслуживает она наивысшей похвалы.
И занятия, бесконечные занятия по строевой, рукопашному бою и спец. подготовке. Специализация полка была «Ликвидация массовых беспорядков», такой прообраз современного ОМОНа из солдат срочной службы. С алюминиевыми щитами чуть ниже колена и прорезью для глаз, с резиновыми палками (ПР-73), с щитками в сапогах - многократная отработка действий в составе рот, взводов и отделений. Сейчас уже понимаю, что благодаря всему этому полк имел очень близкую к максимальной боеготовность. И с вооружением все нормально было, у нас только одной «Черемухи» (слезоточивый газ) было шесть видов (от баллончиков и взрывпакетов до гранат к специальным помповым ружьям, которыми были вооружены прапорщики, и снарядам к специальной пушке на БТР, которых было 2 шт.), на полк еще две пожарных машины, затянутые по кругу и сверху стальными сетками на каркасах, с водяными пушками на кабинах, управляемыми изнутри. Водомет, который струей воды на 40-50 метрах играючи сбивает человека с ног, а на 300 может вымочить толпу не хуже грозового ливня. Ага, попробуйте там поджечь бутылку с зажигательной смесью. Про «резиновые» пули баек слышал много, но честно скажу, именно резиновых не видел ни разу, выдавали нам на такой случай (солдатам и сержантам) патроны для АКС-74 (калибр 5,45) с пулей из молочно-белого материала типа пластика. Когда стреляли такими патронами на 50 метров по ростовой фигуре, то пуля фанеру не пробивала, даже вмятины не было, но в бумажной мишени появлялись отверстия диаметром примерно 5-7 см, с краями в мелкий зубчик. Офицеры же, при реальных событиях, имели всегда оружие с боевыми патронами. Во время моей службы полк был нарасхват: Степанакерт, Агдам, Сумгаит (правда, по непонятной причине, ввели нас только на 3-й день беспорядков), Ереван, Баку, Спитак, Ленинакан, Тбилиси, Ош, Душанбе, Фрунзе (теперь Бишкек), Маргилан, Коканд (Ферганская обл.) и везде показали себя в высшей степени достойно. В последнем, например, силами всего 3-х рот (две в охранении оставались), под градом камней, разогнали многотысячную толпу отнюдь не мирных узбеков, вооруженных палками, бутылками с бензином, арматурой, некоторые в мотоциклетных шлемах и с самодельными щитами. И без всяких водометов. Отработанно построились: две роты плотно плечом к плечу, третья за ними чуть сзади, щиты у которой только у половины (задача защищать от перелетающих камней «группу поддержки» - вторую половину третьей роты). Прапора (тоже в группе поддержки, как и офицеры) постреляли по навесной траектории в толпу гранатами с «черемухой» из своих помповушек. По команде, не торопясь, в ногу пошли. На каждый шаг (удар) левой ногой – одновременный удар резиновой палкой по щиту: Бум!,.. Бум!... Бум! Темп неторопливый, но это уже психология, двигается что-то грозное, непоколебимое, неотвратимое. Попробуйте сами постучать в таком темпе, хотя бы рукой по столу, а лучше по ведру. Ну как? Звучит? Звучит!!! То-то и оно. Толпа как-то притихла, но выскочило по центру с десяток-полтора джигитов: Хочешь арматурой ударить или бутылку с бензином кинуть? Сбоку справа и слева раздвинулись щиты – короткие очереди от группы поддержки по нижним конечностям. Знающие люди говорили, что с такого расстояния попадание пластиковой пулей сродни хорошему удару молотка. Упрыгиваешь-уползаешь сердешный? Давай-давай, деморализуй оставшихся, а не можешь уже – добавим резиновой палкой-ногой-перешагнем, а товарищи сзади догасят-приберут. Дважды бабахнуло из толпы охотничье ружье, защелкала дробь по щитам и каскам и почти сразу выстрел сзади из СВД, с крыши автобуса, где разместился временный штаб полка. Толпа шарахнулась в стороны, а на асфальте остался человек с ружьем. Что не так? На войне, как на войне. Если ты стреляешь, то будь готов, что и в тебя будут стрелять-убивать. На каждую роту один снайпер (кроме автороты). Потеснили толпу, а второй взвод 1-й роты в тяжелых бронежилетах (примерно 30 кг), во главе с начальником штаба и еще несколькими офицерами уже пошел на штурм ГОВД, ранее захваченный погромщиками и теперь вооруженных пистолетами, нескольких пристрелили, остальные тогда сдались почти сразу (как штурмовали - отдельная история, может когда расскажу). ВВ-шники уже перекрывали город блокпостами и патрулями, ввели комендантский час. В итоге полком было задержано около 100 особо смелых и никаких потерь, если не считать с десяток гематом на весь полк. На этом всё, то есть совсем и окончательно. И понимаете теперь с каким чувством я смотрел на действия Беркута при известных событиях в Киеве в 2014 году. Глядя на репортажи от BBC и CNN о беспомощных действиях этого спецподразделения, меня аж тошнило, если честно, абсолютный непрофессионализм какой-то. Конечно, основные вопросы к отцам-командирам: Что же вы бойцов выстроили в с щитами в один ряд, где сзади группа поддержки? Кто будет подменять-оттаскивать (гасить и убирать вглубь задержанных)-применять спецсредства и пр.? И чего они у вас просто стоят, ничего не делая, пытаясь просто не пустить дальше беснующуюся толпу? Да и где нормальные спец. средства? Водяные пушки, слезоточивый газ, не летальные пули? А когда увидел, как Беркутовцы отступая, оставляют своего отставшего бойца, которого сразу валят и забивают палками, а никто на выручку даже не дернулся - просто рвать и метать хотелось. Что же вы, парни? У нас бы в таком случае через секунд десять, там был бы весь взвод, а то и вся рота, и через максимум минуту эти хлопцы уже бы лежали и плакали, покачивая ягодицами свои палки. Понятно, утрирую, но то, что своих не бросаем – это было железное правило, вдолбленное на многих тренировках и занятиях. Не открою большой секрет и многие со мной согласятся, что все эти революции начинают в основном маргинальные элементы, молодые хлопцы, не нашедшие себя в жизни, в основной массе холостые и безработные, а тут такая возможность побузить на халяву, посамоутверждаться, иногда помародерничать под шумок, да еще и «печеньками» накормят. Так начинались все цветные революции последнего времени, какую ни возьми, что в Египте, что в Киргизии и т.д. Потом, конечно, подведут национально-освободительную и идеологическую базу, но в начале, если не затягивать, этот малоорганизованный сброд разгоняется спецами на раз-два. Без излишней скромности скажу, что уверен: наш полк образца 1989-90 года разогнал бы Майдан в течение одних суток. Обученная, организованная, дисциплинированная сила легко рассеет неорганизованную в соотношении даже 1:50. Ну понятно, речь про тот Майдан, который был в самом начале, а не потом, когда знающие люди (или под руководством кураторов) навели там армейский порядок, организовали снабжение, поделили на десятки и сотни, подтянули дисциплину, и когда счет пошел уже на многие тысячи. Но это тоже вопрос больше количественный. Было видео в интернете, примерно тогда же, про действия таких подразделений в Германии (Кельн насколько помню) при ликвидации массовых беспорядков, организованных ультраправыми: любо-дорого было посмотреть. Организовано, быстро, целенаправленно, жестко, иногда безжалостно, не стесняясь применять спецсредства. Ты против? – Н-на резиновой дубинкой по башке и по другим европейским ценностям, и ни один правозащитник не вякнул, потому что там все понимают: если ты кинул камень в витрину, поджег или перевернул автомобиль, напал на представителя власти с палкой и пр. – ты поставил себя сразу вне закона и с тобой будут разбираться максимально жестко. Да и бойцов таких подразделений в Европе никто и никогда не подумает в чем-то обвинять – служба у них такая, тоже работа, которую, как и любую другую, надо выполнять добросовестно. В США, насколько знаю, в таких случаях, боевые патроны инструкцией допускается использовать: если ты просто осознаешь (!), что твоей или жизни твоих коллег угрожает опасность от толпы или отдельных граждан. Там из-за этого и летальных жертв от действий спецподразделений и полиции при массовых беспорядках обычно на порядок больше, чем в Европе, но никто не стонет про кровавый режим.
Скорее всего, рулили тогда Беркутом политики или чиновники, не до конца понимающие цели, задачи и тактику действий таких подразделений, да еще и оглядываясь на Европу и США, как бы пальчиком не погрозили. Глупость, также, как в Тбилиси в 1989 году, когда разгон 10-ти тысячного митинга организовывали партийные органы (напрямую ЦК КПСС Грузии). Зачем-то привлекли военных. Вообще, не их задачи, а наш полк, аналогичные подразделения и части ВВ находились уже на подлете к Тбилиси. Были там мотострелки, примерно 700 человек и десантники в составе одной роты. Войска с 3-х(?!) сторон начали выдавливать людей с площади в одну улицу. Логика таких действий мне абсолютно непонятна. Парни срочники без каких-либо спецсредств, ни чем не вооруженные, только каска, бронежилет и малая пехотная лопатка на поясе. Много шума в СМИ потом было про «рубку лопатками» и другие зверства десантников, но этих ребят и учили совсем другому, быстро «налететь» и подавить (уничтожить) противника, и никак иначе. Соответственно, когда в них полетели камни и другие опасные предметы, десантура рванула в размашистую атаку. Результат прискорбный - 19 погибших митингующих, но только один в результате черепно-мозговой травмы, 18 погибли в создавшейся давке, из них 16 женщины. За это, насколько знаю, судить пытались стрелочника, командира роты десантников, хотя фактически виноваты были, понятно другие.
Вывод сделать, вообще-то, хотел про другое, не приплетая сюда ни каким боком политику. Через какое-то время после службы прочитал интересную книгу про стили управления, в частности про «тянущую» и «толкающую» системы. Сразу вспомнилась служба и реализованная там «тянущая» система подготовки, которая оказалась весьма эффективной. В дальнейшем, где бы потом не работал, я везде старался разработать и внедрить именно «тянущую» организацию работы. Многим руководителям очень нравится полностью контролировать работу своих сотрудников, «пинать», орать, вызывать «на ковер», отслеживать чуть ли не каждый бизнес-процесс, требовать чуть ли не поминутных отчетов о проделанной работе и прочим тотальным контролем, самоутверждаясь таким образом, чувствуя себя крутым, незаменимым и очень «эффективным» менеджером. На самом деле такая система весьма порочна и малоэффективна, съедает у руководителя очень много времени, он просто погрязает в рутине, убивает инициативу сотрудников и т.д. Не в пример лучше, если работа и система мотивации организована таким образом, что любой сотрудник попавший в систему, будет вынужден «тянуться», дабы соответствовать - или уходить, потому что не может, тупой или ленивый по жизни. Например, для рядовых сотрудников: выполнение планов, рацпредложения, повышение квалификации (класса, разряда или категории), профессиональная учеба, сдача аттестаций, соблюдение дисциплины и прочие KPI – получается? Значит ты ценный и ценимый специалист с моральным и материальным вознаграждением выше рынка (иногда значительно). Не получается или не хочешь - сиди тогда на «3-х копеечном» окладе или уходи. Безусловно, это очень упрощенная схема, в жизни все посложнее будет. Но когда внедрил и отладил - работает на отлично! И у руководства появляется время и возможность, практически освободившись от текучки, заняться стратегией, отработкой тактики, совершенствованием схем, выявлению проблемных зон, свободному общению с сотрудниками и даже собственным самосовершенствованием, как специалиста. К сожалению, у нас принято работать в основном по «толкающей» схеме, или по-другому: «пиночной», «палочной», «горловой», особенно в гос. учреждениях и даже на высшем уровне, как это не прискорбно, тоже. Не отсюда ли у наших проблем ноги растут?

14

"Кандидат"

Разговорился я сегодня с моим директором отдела и он поделился со мной таким вот забавным случаем. Не судите строго, за что купил, за то и продаю.

Директор мой индо-американец. То есть родился и окончил школу в Индии, а потом уехал и уже лет 20 живёт в США. Он женат, а у жены 3 сестры есть. Одна из них вышла замуж за человека много старше её, про него и речь пойдёт.

Зовут его Раж. Он из очень родовитой и влиятельной семьи. Один из его старших братьев был крупной фигурой в Индийской федеральной политике, другой был серьёзном политиком на уровне штата, ну а этот третий, Раж то есть, эдакий шалтай-болтай оказался. То есть он не окончательный дятел разумеется, но очень близко к тому. Зато амбиций у него вагон и несколько маленьких тележек.

Старшие братья Ража поддерживали, ставили на разные должности в администрациях (где он благополучно сваливал всё на заместителей, а сам играл роль свадебного генерала), учили, короче тащили младшенького изо всех сил (клановость в Индии очень сильна). Но вот братьев не стало, а гонор-то остался. Денег в семье было много и Раж решил, а займусь-ка я политикой самостоятельно.

Сунулся на федеральный уровень. Ему вежливо сказали, "это твой брат был голова. А ты бездарь. Дверь вон там." Сунулся наш герой на штатный уровень. Ему открытым текстом сказали "Мы умы, а вы увы." Тогда бедняга сунулся на местный уровень, тут он посчитал у него есть шансы, всё таки имя семьи много значило в этом городке. А тут выборы как раз, мэра надо нового выбирать. "Ну где вы найдёте лучшего мэра чем я?" заявил Раж, и выставил свою кандидатуру.

Городок небольшой, все друг друга знают. А глава счётной коммиссии старый друг семьи. Раж с ним перетёр и договорились так: раз, этот глава сразу же поделится с ним результатом, ещё до того как он будет опубликован официально. Ну и два, конечно подлогов никаких глава делать не будет, но считать голоса будет очень лояльно (ну там помарки будут подсчитаны как надо, всякие неясности будут истолкованы в его пользу, итд). Лепота, победа считай в кармане.

И вот настал день выборов, голосование прошло, все ждут результатов. Раж собрал небольшую вечеринку из своих друзей и родственников (всего с сотню человек) дабы оглашение победы происходило торжественно. Каждый гость приходил, обнимал его, поздравлял с ожидаемым результатом и конечно же утверждал что все остальные кандидаты мошенники и чмошники, а он, гость, голосовал конечно за славного парня Ража и искренне ему предан. Музыканты лабают, халявная еда, танцы народов мира, короче славная гулянка (особенно если учесть что она за чужой счёт).

И вот полутайком (тайны конечно в небольшом городе не сделаешь) приехал этот глава счётной комиссии, подозвал Ража и дал ему бумажку с результатами голосования. Тот посмотрел и как выбежит на сцену. Музыкантов растолкал, микрофон вырвал да как заорёт "вы все сволочи, негодяи, вруны. Вас тут пара сотен, а за меня проглосовало всего 6 человек. Все вооооооон..."

Рассорился Раж со всеми знакомыми и друзьями, обиделся на них, и xочет уехать из Индии. Говорит что "нет пророка в своём отечестве, но в другой стране его таланты оценят." Сейчас думает куда податься. Действительно, куда?

15

Зашла тут речь в обсуждениях о русских в Америке. Типа, "не толерантные" и могут "уе@ать", со слов русского камрада, живущего в Штатах. И я вспомнил одну из своих "европейских" историй...

Как-то раз поселился во Франции в небольшом захудалом отельчике. Некогда было на ночь глядя что-то еще искать - уж очень устали тогда всей семьей. Пацан араб, портье той гостинички, долго по-английски зачем-то расспрашивал меня о наших планах, когда будем уезжать и т.п.. Я сначала не понял, почему. Но он успокоился, когда я сказал, что завтра планируем ехать дальше. Даже дал мне поставить машину на своё персональное парковочное место. Дело в том, что там был дефицит парковочных мест - узкая почти средневековая улочка. И у гостинички собственных парковочных мест было всего два. Пацан-портье сказал, что сегодня он, все равно, пешком пришел на работу и я могу поставить машину на его место.

Через некоторое время я пошел вниз, на парковку, забрать кое-что из багажника. И подходя к рецепшну сзади, из-за угла, услышал гул голосов. Арабские постояльцы на все лады "наседали" на беднягу-портье. Он им отвечал по-французски и по-английски. Среди английских фраз я расслышал: "Они не белые, ОНИ - РУССКИЕ! И они завтра уедут!.."

16

Счастливый день.
Стоял август 1957 года. Мы возвращались из отпуска.
Масса народу собралась в тот день на платформе. Солнце раскалило, казалось, все вокруг. В общем, для человека - страсть неблагоприятная. А по мне, так лучше погодки не было. Поезд задерживался, и я по случаю жары и жажды, в первый раз откушала Фанты. А, к слову сказать, у нас в поселке в то время еще даже мороженое не продавали.
Тогда при сильной жаре она мне, прямо, элексиром радости показалась. Без особого волнения реагирую на продолжительную задержку поезда, держа в голове тайную думку: вдруг еще этой живительной влаги купят. Однако, увидев подходящий паровоз, все равно, обрадовалась, так как поезд сулил новое путешествие.
Проводив глазами перрон, я стала осваиваться в вагоне. Но пассажирам было не до меня. "Мы, - ворчали они - хотим отдохнуть, а тут, эвон, детей пораспустили по всему вагону".
Ей-ей-ей, думаю, с такими злюками далеко не уедешь. И стала склонять своего двоюродного брата Вовку на выступление перед этой скандальной публикой, что бы те, хоть немного подобрели.
Лет мне было неполных шесть, брат был на год младше. Вырядившись во что получше, двинулась я по вагону в поисках зрителей. А мама уговаривает: "Да, брось, ты, милая... Охота тебе... Лучше скушай своих любимых огурчиков свежепросольных с молодой картошечкой". Но отец поддержал: "Пусть идет. Атмосфера напряженная, как на фронте, а хороший концерт еще никому не помешал".
При виде одной дамы, признаюсь, молодого огня во мне как-то поубавилось. Но, забегая вперед, скажу, что она все-таки пришла, выкобениваться не стала.
А она, тетка эта, смачно чавкая и засовывая в рот шмат сала прошамкала: "Ходит тут всякая мелюзга пузатая, - наслаждаться мешают". Сжав все свои детские нервы в кулак и набрав побольше воздуха, я громко пропела: "Все хорошо, прекрасная маркиза, вы приходите на концерт!" и удалилась в следующее купе.
Там сидел худой военный: "Пес с вами, хотел отдохнуть, да уж видно придется пойти. А уж как плохо выступать станете, то так освищу, что мало не покажется". Рядом сидел поп: "Грех такое чадо освистывать и злословить по пустому тоже грех. Ехать нам аж четверо суток. Ведь и воевал ты, отрок, небось, за вот это наше будущее поколение".
Потом я увидела спящего дядю и уже хотела прошмыгнуть мимо. Но он чихнул, и нахмурившись, пусть сонным но заинтересованным голосом, спросил "Может вы и меня пригласите, раз уж я изволил проснуться? А я ведь приду, так его за ногу". А дед с верхней полки начал меня учить: "Ты погромче заохачивай, чем взад-вперед мотаться".
Короче, потихоньку пассажиры стали подтягиваться к нашему купе.
Такое мы принялись выкаблучивать, что самой приятно вспомнить. И пели, и плясали, и частушки юморные отчибучивали и стихи читали по ролям, да так, что милые мои, скучно никому не было. Зрители наши подхлопывали, дубасили каблуками в такт, прищелкивали и подпевали, кто на что горазд. В общем, равнодушных не было.
И тут в вагоне появилась красивая девушка с подносом. "А скинемся, что ли. Кто сколько отстегнуть сможет?" - вдруг улыбнулся военный. И нам выкупили целый поднос самых необыкновенных яств, о которых мы в послевоенные годы и слышать не слышали, не то что пробовать.
От обилия вкусностей мозги у нас с братом помутились, и мы стали мутузить друг друга, чтобы отхватить половину побольше. Только в вагоне теперь воцарилось полное благодушие. Нас растащили, а поп разделил творческие трофеи между нами очень даже по-божески. И, устыдившись своей жадности, мы угостили всех детей в вагоне.
Вот такой счастливый день состоялся в моей жизни, что непременно потянуло с хорошими людьми этой радостью поделиться. А воспоминания о щедрости и великодушии наших российских людей я пронесла через всю свою трудную, но такую прекрасную жизнь.

17

Очень много букаф. Ностальгическая. С благодарностью к первому тренеру.

В далеком советском детстве не было компьютеров и плэйстейшн. Но бывали свои маленькие радости. Например, играть во дворе в хоккей весь день напролет. Потому что мороз -46 и по радио объявили, что в школу можно не идти. Но это уже классика. А вот случай, произошедший со мной лично был несколько не типичный.

Была у нас в городе Станция Юных Техников - СЮТ. И среди прочих авиа-судо-моделистов и картингистов была в этой СЮТ парусная секция. Вел это парусную секцию весьма своеобразный и интересный мужик. Ни разу не педагог, но фанат своего дела. Художник, кстати, и весьма неплохой. Одним словом - тренер. Даже не так - Тренер.

Как-то раз, всё жаркое лето мы с пацанами под его руководством днями напролет чинили старую яхту, которую он купил в соседнем городе за... Тадам-с! Две бутылки водки! И еще четыре бутылки у него ушло на доставку этого старого корыта в наш городок на пристань. Когда наконец к 31 августа смогли-таки закончить ремонт, мы все дружно заныли:
" - А поход?? Мы же так мечтали на ней в поход сходить. А завтра уже первое сентября!!.."

Но Тренер успокоил нас - впереди выходные. Успеем в поход сходить. До ближайшего соседнего города и обратно.
Только судьба внесла свои коррективы. В первую же ночь похода, пока наша яхта стояла в закрытом уютном заливчике, разыгрался хороший шторм. Соваться в открытую воду на старенькой яхточке было бы самоубийством. Несколько дней мы провели любуясь большими волнами снаружи заливчика и пожирая гигантскую вкуснющую чернику, до которой в тот год не добрались ничьи алчные лапы, кроме наших. И, после того, как шторм утих, мы не стали возвращаться в наш городок, а продолжили поход по запланированному маршруту. По прибытию в соседний город Тренер, оставив нас караулить яхту, рванул на автобусе в родные пенаты. Там обошел всех родителей и честно огрёб от них по полной программе. Пришлось ему также пройтись по нашим школам и написать объяснительные. А также выслушать в свой адрес от профессиональных и "профессиональных" педагогов всё, что они о нем думают...

В общем, имел он моральное право после такого "строить" нас по своему усмотрению. Никто и пикнуть не смел. Одни только припухшие от удивления лица некоторых одноклассников чего стоили, после невзначай оброненной фразы: "В школу что не ходил? Да так... Мы на яхте с Тренером заштормовали - пришлось несколько дней в бухте отсиживаться, пока не утихнет"... В 9-10 лет это дорогого стоило.

А "строил" нас Тренер порой весьма жестко. На его шестиэтажные маты мы со временем даже реагировать перестали. А косячили, все равно, регулярно. Поэтому в случае особых косяков Тренер ставил нас строем и "прописывал" каждому сма-ачный удар в грудину. Как мы с пацанами тогда говорили "в душу". Что интересно, никому из нас даже в голову не приходило жаловаться. Например, родителям или еще куда-то на сторону. Заслужили - получили. Всё логично.

Как-то раз во время очередного такого прописыванья "в душу" один парнишка из наших, стоявший в середине шеренги, спросил:
- Имярек Имярекович! А можно мне не в "душу", а в живот?
- Э... М-мм... Это еще почему?
- А у меня там пресс!!
Тренер и мы все засмеялись. Тренер тут же остыл. И "прописка" прекратилась. Я стоял в конце шеренги - и мне в тот раз свезло...

Прошло несколько лет. Пацаны в секции были все старше меня на год. И после своего восьмого класса дружно уехали в соседний город поступать в мореходку. У меня же впереди был еще восьмой класс, после которого я умотал в Питер в физматшколу. А пока были летние каникулы. В яхт-клубе было затишье. Местный комбинат купил несколько каютных яхт. Для туризма и гонок. Сотрудники комбината выбирались в поход или погоняться только по выходным. Брали, разумеется, и меня. В том числе и потому, что я был самым опытным в клубе яхтсменом после Тренера на тот момент. На яхте обращаться на "Вы" зачастую некогда. И взрослые мужики - инженеры, начальники отделов, техники и так далее, солидные люди, уже с детьми, сразу сказали мне - "обращайся на ты, не парься". И у меня, тринадцателетнего на тот момент пацана, первое время рвался шаблон от того, что на яхте я командовал и говорил им "ты", а на суше не мог себя перебороть и говорил "Вы". Но мужики быстро всё освоили и сами стали хорошо управляться с яхтами.

В будние же дни того лета я маялся от безделья. И как-то раз, в понедельник, когда до следующего похода оставалась еще целая неделя, по привычке пришел на берег. Проверить, все ли в порядке. Посидеть на причале или в "кают-компании" - этакой гостиной на втором этаже того двух-этажного сарайчика-эллинга, который мы с пацанами построили за год до этого под руководством Тренера. Где лежат ключи я, естественно, знал, на правах одного из "старожилов" яхтклуба. В общем, убить время пришел. Но не удержался. Полез на одну яхту что-то поправить. Попутно заметил, что там было что-то не убрано с палубы внутрь каюты. Непорядок - могут украсть. Пошел в эллинг взять в тайнике ключи от каюты. Вернулся на яхту. Всё убрал. И тут как сорвало меня. Не стал запирать, а напротив - вытащил и поставил паруса, отдал швартов, запрыгнул на яхту выбрал якорь и почесал прокатиться. Катался часа два. Потом спохватился, что скоро конец рабочего дня и с завода по берегу пойдут мужики - запалят за этой самодеятельностью...

Через какое-то время я уже регулярно приходил на берег по будним дням ровно к восьми часам - когда на заводе уже шел рабочий день. Ставил паруса и ходил вокруг ближайших островов - километрах в пятнадцати от яхтклуба. Благо погода установилась такая, что после утреннего штиля ветер всегда был хороший - туда и обратно занимало часов пять-шесть. Но... Как-то раз вдруг попал в штиль у островов. Проторчал часа три-четыре. После начался хороший попутный ветер. Я обрадовался было - быстро до причала "доеду" как на трамвае. Поставил паруса на "бабочку" и полетел. Навстречу звиздюлям, вообще-то. Но я немного забегаю вперед...

Ветер потихоньку перешел в шторм. Пришлось встать в левентик и убрать грот. Пилил дальше под одним стакселем. Попутно аж ногами приходилось упираться в стенку кокпита, чтобы удержать руль - яхту то и дело пыталось кинуть в так называемый "брочинг". Подъемное перо руля на вертлюге повернулось аж из вертикального в горизонтальное состояние. Под напором воды от скорости. Зато скорость была - на загляденье. Особенно, когда на волну сядешь и едешь со скоростью волны...

Сейчас-то я понимаю - если бы я узнал, что мой ребенок в тринадцать лет такое вытворяет, наверное, прибил бы собственноручно. Попутно стал понимать и соглашаться с тем тезисом, что "мужчины - это случайно выжившие мальчики".

Уже издалека заметил на причале одинокую фигурку. В воздухе ощутимо запахло люлями. Как сказали бы Ильф и Петров, "Он понял, что сейчас его будут бить и возможно ногами". Но деваться было некуда - в первую очередь надо было побеспокоиться об яхте. Рассчитал траекторию, учтя что в этом месте илистый грунт, а ветер попутный, встал носом к ветру, отдал с носа якорь, вытравил достаточно якорного каната и выждал, чтобы якорь "встал". Убедился, что яхту не несет. Убрал стаксель. Стравил якорный канат так, чтобы корма яхты оказалась в метре-полутора от причала.
Тренер крикнул через порывы ветра - "Кидай конец!" Даже не добавил своих привычных "этажей" в тот раз. Но я сам, поймав момент, когда корма подпрыгнула на волне, выпрыгнул на причал, заложил швартов. После запрыгнул обратно на яхту. Аккуратно сложил паруса и все "концы". Убрал всё, что нужно в каюту и запер. Хозяйским взглядом окинул яхту - все в порядке. И запрыгнул обратно на причал, понимая, что тут мне и "маленькая беленькая лисичка" пришел...

На моё удивление, Тренер не был суров, а стоял и улыбался. В какой-то момент он даже рассмеялся. Сейчас бы я даже сказал, что он заржал. Я, весь в непонятках, стоял и ждал. Наконец, он стал серьезным и спросил:
- Знаешь, почему ты до сих жив?
- Неа...
- Потому что меня гордость взяла. Как хорошо, оказывается, я вас, оболтусов, обучил...

Через некоторое время тренер привел двух четвероклашек из поселка, который был неподалеку от нашего городка. Одного посадил на яхту вместе с собой. Второго "вручил" мне. И мы гонялись в режиме матчевых гонок в акватории нашего городка на тех каютных яхточках, попутно обучая новеньких пацанов. К островам тоже ходили. И в одной из таких гонок, до островов и обратно, я выиграл у Тренера его коллекцию из нескольких десятков журналов "Катера и Яхты", которые он поставил на то, что я не смогу обогнать его ни в одной из этих гонок. Целое сокровище для юного яхтсмена в те доинтернетовские времена! Да и не только для юного, вообще-то, в те времена. Люди тогда за этими журналами буквально охотились. Перерисовывали с них чертежи и, исправляя погрешности самостоятельно, строили по ним собственные яхты...

Сейчас я подозреваю, что он, похоже, специально один раз проиграл, чтобы меня поощрить. Все-таки, Тренер. Но тогда мне было 13. И я принял всё за чистую монету. Видя как он "сокрушается"...

18

Вонь вояж.
Я тогда торговал. Вернее мы, вдвоем с Толяном. Конец девяностых. К тому времени мы, уже порядочно подуставшие от этого бизнеса, имели две-три торговые точки, магазинчик и возили парфюм и прочую шнягу в свой городишко из Владика и Хабары. Ездили всегда в ночь, чтобы к утру быть на месте и, загрузившись, вернуться назад к следующему вечеру. В очередной раз жду Толика дома к полуночи, он задерживается часа на полтора, я психую (сотовых не было) и наконец он появляется на нашем микрике, за рулем и подшофе. Я психую сильнее и, садясь за руль, обнаруживаю в темноте салона двух человеков. Спрашиваю вежливо Толю: - Че за хуйня, мол, Толя? Толя начинает бормотать про своих друзей, которым с нами почти по пути, до Владика. Ну и чтобы стало совсем по пути, нужно заехать в какую-то деревню, которая нам совсем не по пути и забрать с собой …свинью, …блядь:
- Че, БЛЯДЬ, забрать? Свинью, говорит, ночью во Владивосток по пути за парфюмом,…пообещал. Я оторопевший от неожиданности даже не орал, воткнул рычаг и медленно осознавая происходящее, молча порулил на выезд из города. Между тем мутные тени за спиной ожили и одна из них молвит:
– Здорово Леха! Это ж я, Паха!
- Какой Паха?
- Сосед твой сверху, бля. Над родителями твоими жили с мамкой, по Пушкинской, мы ж бля даже какие-то родственники!
Паху я конечно вспомнил, встречал его несколько раз в подъезде в окружении малолетних уркаганов, лет 20 назад, когда учился в школе. Ко мне они не цеплялись, видимо из-за Пахи, который помнил какое-то наше с ним родство и сдержано со мной здоровался. Примерно тогда Паху и загребли по малолетке и на долго. Ну и так случилось, что они были корешами детства с Толиком, моим теперешним компаньоном. Паха оказался разговорчивым. Бодрым прокуренным голосом он продублировал своего негромкого спутника, представив: – Абдулла! И рукой на развилке чуть в сторону перенаправил наш маршрут.
– Ща, Леха, шесть сек, свинью заберем.
Я повернул, еду. - Куда? - спрашиваю.
- Прямо.
Еду, еду, дома заканчиваются.
- Куда? - интересуюсь.
- В Донское.
….? (8 км по грунтовке и возвращаться…)
- Ну ты, Толя, блядь!
Ночь. Начинался дождь. Доехали. Полузабытая деревенька в стороне от проходных трасс. Поздняя осень. Темень. Две улочки с убогими лачугами, во всей деревушке горит одно окно. Наше. Открыли боковую дверь, просигналили, пахнуло навозом и промозглой сыростью. Колхозники не спали. Полученный накануне свиной аванс держал их в тонусе и добром расположении духа. В темноте слышались голоса, хлопала дверь. Я, пытаясь смириться с происходящим, поторопил. Паха с Абдуллой нырнули в темноту. Минут через пятнадцать открылась задняя дверь нашего грузо-пассажира, автобус закачался, голоса, возня, пронзительный визг свиньи, маты и тишина. Выгнанный мною на погрузку Толик вернулся в кабину.
- Че там?
- Сбежала.
- Заебись! А ты хули сидишь? Иди загон строй, а то она тебе на голову насрет!
Толик свалил, где-то нарыл кусок фанеры и кое-как, и не высоко, отгородил задний ряд сидений от грузового пространства. Где и как урки с колхозниками гоняли свинью скрывала темнота, а я философски себя успокоив, настроился на бесконечную ночь. Слабая надежда на свиную смекалку и вероятность ее удачного побега рассеялась, и вскоре беспокойная деревенская жизнь визгом и матом ввалилась мне прямо за спину. Осторожно трогаюсь, прислушиваясь к поведению автобуса. Не закрепленный центнер свиньи визжит и шароебится в корме, стараясь нас перевернуть. Паха за неимением кнута и пряника, перекинув руку через спинку сиденья, херачит со всей природной смекалки по подопечному загривку полторашкой «Ласточки» и на фене убалтывает свинью заткнуться.
Из сельского тупика не спеша въехал обратно в город и повернул в нужную сторону. На часах было около двух. Свинья поутихла, Паха отдышался и уже у самого выезда трогает меня за плечо:
- Лех, здесь еще налево, шесть сек!
- Нахуя?
- Да справку для ментов на свинью нужно взять у председателя, думали со свиньей отдадут, но кресты сказали, что в деревне он днем не появлялся и «гасится» в городе у своей проститутки.
Свернули в частный сектор, и немного проехав, остановились у просторного, чуть освещенного дворика с домом в глубине. Посигналили. Долго никто не появлялся, еще посигналили наконец зажегся свет и минут через десять с крылечка, опираясь на палку, спустилась довольно рослая старушенция.
- А вот и она!- гыкнул Паша.
- Может это его мать? – равнодушно предположил я.
- Неа, - о чем-то своем подумал Паша, - Праститутка.
Паха с проституткой зашли в дом, с ксивой все получилось и вскоре мы тронулись.
Минут сорок, до ближайшего поста ДПС, Паха развернуто и с плохо скрываемым энтузиазмом, отвечал на мой вежливый вопрос, о том чем все-таки вызвана необходимость такой затейливой миграции парнокопытного.
По Пахиному раскладу все оказывалось просто, как все гениальное. Обуреваемые жаждой наживы, Паша с Абдуллой пораскинули кто чем мог и припали своим пунктом быстрого питания к артемовскому аэропорту. Из ассортимента и цен представленной на мясных рынках свинины, так необходимой к столу скучающих трансконтинентальных пассажиров, они имели обоснованные претензии. Во-первых, цена на свинину была явно и необоснованно завышена, во-вторых, отсутствие на рынке некоторых жизненно важных свиных органов наталкивало на мысли о ритейлерском сговоре. Короче весь фокус их предприятия заключался в чрезвычайно глубокой переработке нашего пятого пассажира. Паха на пальцах легко накинул пятикратный подъем от стоимости живого веса, по ходу повествования пробежавшись по широкому ассортименту ожидаемо свиных деликатесов. Не забывая о воспитании подопечной и время от времени с треском просекая темноту салона пластиковой бутылкой, Паша балагурил все первые семьдесят километров. Чушку же радужные Пашины перспективы изрядно пугали. Воняло говном. Про элегантное решение по снижению себестоимости мяса за счет похеренных транспортных расходов, он вежливо упоминать не стал. Кто-то достал черпак, они пару раз пустили его по кругу, и вскоре ебанутая голова Толика начала болтаться.
Толстый мент с палкой наперевес замаячил в свете прожектора и прервал монотонное урчание дизеля. Торможу. Стандартно-неразборчивый бубнеж, и рука потянулась к моему окну за документами. Судя по тому как мент ухватил мои права, изучать документы прямо сейчас он явно не собирался, и поэтому я попытался пояснить:
- Это мои права, вот тех. паспорт, вот хозяин машины. Кивая на Толика: - А вот его паспорт.
- Разберемся, - прошамкал толстый. - Че везем?, и посмотрел в сторону тонированных автобусных стекол. Такого поворота я не ожидал. Скорее не так; за десяток лет еженедельных командировок с товаром и без, на этот вопрос я устал отвечать, но во-первых, не в каждой поездке нас останавливали, во-вторых не всегда задавали вопросы, и в последних ни разу на заданный вопрос я отвечал…
- Свинью, - говорю, как бы между делом. Мент переварил, картинно поднял очи и сделав шаг в сторону салона поднял перст.
- Откройте.
Охотиться на чужую свинью в ночном лесу мне не хотелось, и заднюю дверь я открывать не стал. Я словно театральный занавес сдвинул боковую и показал менту двух уркаганов. Аллюзия с чертом из табакерки к этому случаю - самое то, только с двумя. Служивый от неожиданности чуть присел, словно слегонца захотел по большому. Не детские лица антагонистов ввергли его в ступор. Я напомнил про свинью, махнув рукой в темноту за спинкой сиденья: - Вон там!
- Документы, - прошептал мент. Приняв протянутые паспорта, для вида быстро их пролистнул и возвращая владельцам, уже решительнее позвал за собой.
- Пройдемте.
- Всем? – поинтересовался я, он отозвался эхом. Подмывало уточнить про свинью.
В избушке было людно, большей частью маялись водилы, остановленных на посту фур. Придорожные менты в это время года промышляли чем могли. Пока не застынут таежные зимники, лес - основное богатство здешних мест, по гиблым летним дорогам из тайги почти не вывозят. Это с наступлением холодов они, словно клещи к венам, прилипают к лесовозным трассам, ведущим от отрогов Сихотэ-алиня к большим деньгам, обкладывая данью каждую лесную машину, и по сезону с ними могут сравниться, разве только давно охуевшие от шальных денег таможенники.
За огромным бюро деловито ерзал главный счетовод. Пухляк кинул наши документы на край стола и свалил. Кассир в погонах наметанным глазом просматривал накладные, путевые и прочие, и прикидывал по ходу чем можно поживиться. В голодные месяцы они не брезговали ни чем. Понятное дело, что выгодней было бы задержать партию «паленного» алкоголя, чем запоздалую свинью, но как водится «на безрыбье» однажды, с «нечего взять» у меня отмели даже запасную автомобильную камеру. Прикинув собственные риски, я ждал своей очереди достаточно спокойно. Если не считать пассажиров и подложенной Толиком свиньи, автобус был пустой. Вероятность же «попутного» мешка маньчжурского каннабиса, (пронеслось в мозгу) подложенного внезапными пассажирами стремилась к нулю, сезон давно закончился. Разве только попробуют отжать свинью?
От нечего делать я разглядел своих попутчиков. Абдулла окромя своего имени ничем особым не выделялся и являл полную противоположность известного персонажа и заклятого врага товарища Сухова. Невысокий, щуплый парень лет тридцати с приятной улыбкой и негромким мягким голосом. Паша в отличие от своего немногословного друга, был персонажем сам по себе. Среднего роста, поджарый, с черепом обтянутым кожей традиционных чифирных тонов, заметно уставшей в складках вокруг рта, и венчавшей его снизу выраженной челюстью набитой полудрагоценными металлами, он гипнотическим взглядом оглядывал милицейские декорации. Если мужчинам его подчеркнуто зековская внешность могла внушить только потенциальную опасность, женская психика, чему позднее я бывал свидетелем, на нее сокрушительно западала. А хуле, наверно думали они, такой - по любому выебет, даже если не за что.
Очередь застыла, я немного потоптавшись повернулся к его подошедшему компаньону:
- А Абдулла это погоняло? Он улыбнувшись, протянул паспорт. Я понял почему он улыбнулся когда его открыл. Да, имя Абдулла там было. Но то что было кроме, делало его имя таким же обыденным как например Виталий, и даже для русского. Там были фамилия и отчество. По понятным причинам, даже если бы я их записал или непостижимым образом сейчас вспомнил, то в моем письменном повествовании пришлось бы долго и безуспешно выдумывать немыслимые аналогии, чтобы постараться как-то передать нахлынувшую на меня бурю эмоций от этих нескольких слов. Ну как слов, хорошо известных и филигранно исковерканных матерных сочетаний. В общем, Ракова Стояна с Ебланом Ебланычем там не стояли даже рядом. Пытаясь сдержаться чтобы не заржать, я выронил паспорт в руку Абдуллы:
- Охуенно!
Абдулла это давно знал и уже улыбался вовсю. Вернулся толстый, и почему-то решив побыстрее разобраться с неординарным случаем, а может для того чтобы не мешались, пододвинул наши документы к старшему:
- Посмотри.
Тот, повертев мои права, прочитал фамилию:
- Кто?
- Я, - протиснулся я к бюро.
Он рассмотрел тех.паспорт:
- Доверенность?
- Я с хозяином, вон паспорт, - я показал на стол.
- Где хозяин?
Толик просунул сквозь очередь свою «косую» морду:
- Я.
Мент поднял глаза, сверил Толину голову с паспортом, поморщился - пьяных перевозить пока не запрещено. Он вопрошающе посмотрел на толстого, типа – и хуле?
- Там свинья, - неразборчиво прошептал толстый.
- Че? - старший снова поморщился.
- Свинья в автобусе, - сухо повторил толстый.
Блядь, как все серьезно подумал я. Старший на мгновение «завис». Ну как на мгновение, если бы речь шла о том, чтобы обыденно поинтересоваться документами на перевозимый груз, а не о способах разделки свиной туши хватило бы малой доли того мгновения. Он взял себя в руки:
- Документы на свинью есть?
Я повернулся к Пахе и мне на мгновение показалось, что дальше была его домашняя заготовка. Он мгновенно выхватил у скучающего Абдуллы свиную справку и с нарочито-серьезной мордой протиснувшись сквозь строй, оперся на ограждение.
- Вот! - протянул ее Паха.
Скучавший до этого народ, слегка оживился. Им явно не казалось тривиальным наше ночное путешествие.
Мент, зыркнув на Паху поверх очков, уткнулся в писаное.
- Вы хозяин? - поинтересовался он дочитав.
- Да, - как-то напыщенно кивнул Паха.
- Паспорт, - откинул ладошку мент.
Паха, порывшись в нагрудном кармане, протянул.
Мент внимательно пролистал паспорт до прописки, потом назад, зачем-то снова развернул справку:
- А кто такой?..., - медленно, по слогам мент начал зачитывать загадочное арабско-русское заклинание из справки, включая «Абдулла» и по тексту далее…, и в конце изо-всех сил стараясь не рассмеяться, матерясь при исполнении, наконец выдохнул:
- Где? - добавил он, забыв где было начало предложения.
Я отвернулся – народ улыбался уже во всю. Они, пожалуй, представляли дремучего чужеземного крестьянина в чалме и бурке, выжженный солнцем скалистый аул, отару свиней… или все-таки баранов…
- Я, - неожиданно, словно в сказке про старика Хоттабыча, и еле слышно пропело сзади. Толпа качнулась, и начиная хихихать вслух, повернулась на голос. Абдулла помахал менту рукой. Мент вытянул шею, затем сдерживаясь и стараясь сосредоточится повернул голову к Пахе:
- А вы…? - он медленно придумывал вопрос.
- Я нет, товарищ майор! – Паха заразительно гыгыкнул. Тоненькая ниточка в сознании майора связывающая меня со всем происходящим порвалась.
- Вы водитель? - он обращался к Пахе.
- Не угадали! - прорвало Пашу. Народ развеселился, я заплакал. Мент, ухватывая потерянную ниточку с надеждой посмотрел на Толика. Тому же вряд ли доходил весь смысл происходящего, он скорее платил взаимностью улыбающемуся менту, и как ребенок радовался вместе с ним. Я, привлекая взгляд майора, тыкнул себя в грудь, выдавив:
- Я водитель. Моя физиономия знакомой ему не показалась, скорее случилось дежавю из которого я его вывел показав пальцем на свои документы. Он что-то вспомнил и задумчиво собрав документы в кучу, протянул мне.
Из распахнутой двери автобуса пахнуло большими деньгами, и по кругу весело забулькал черпак. Мы тронулись и под утро добрались до места. Где-то в лабиринтах, накрытых утренним туманом кооперативных гаражей, я высадил пассажиров и наверстывая время, без остановки порулил дальше. А опухший Толик, на ходу постукивая головой по бортам, мокрой тряпкой размазывал по автобусу остатки чужого богатства.

19

Россияне, где мы …

Конгресс американский
Вводит много санкций:
Список там уже готов
Наших главных всех воров!

Уж МК глаголет гласно,
Что «элите» нашей страшно:
Выйдет список – всем писец …
Понимает наш «отец», -

Созрел ум в спортивном теле:
Он давно уже при «деле», -
Я не вру и, сукой буду, -
Недовольных ищет всюду …

Ищет рьяно в своей свите,
Ищет в Думе и в «элите»:
Там боятся не спроста, -
«Заморозит» Трамп,

Конфискует яхты, замки.
И в офшорах лопнут банки!
Сон кошмарный многим снится …
Президент уже боится, -

Что «друзья» его сбегут,
И тогда ему – «капут» …
Многие – уж заграницей:
Кто в Майями, а кто в Ницце!

А кому не повезло, -
«Отдыхает» тот в СИЗО:
Хорошавин, Улюкаев
И десятки раздолбаев!

Президент их не услышит.
Он давно «посланья» пишет
И «своих» не выдаёт:
Вновь Чубайс, как патриот,

Тырит в «нано» миллиарды …
Сердюков играет в «нарды»:
Был прощён за плотский грех, -
Вместо нар попал в Ростех!

Шойгу в Сирии бомбит.
Лавров смело говорит:
- Германии и Франции
Всунем в попу санкции!

Наебулина рубль дрочит,
Экономику ДАМ «мочит» –
Там коррупция везде …
Россияне, мы в пизде!

Акындрын – 21.09.2017

20

MYSTERY SHOPPING

Прохладным осенним днем 2007 года мой приятель Валера сидел в приемной комнате автосалона Порше на углу 11-й Авеню и Вест 51-й Стрит в Манхэттене и наслаждался крепким горячим кофе. В Старбаксе такой кофе стоил бы 4 доллара – роскошь, которую он позволить себе не мог. Шел десятый месяц, как Валера потерял работу, и к настоящему моменту он был основательно на мели. Жалких остатков личного суверенного фонда еще хватало, чтобы платить за квартиру и электричество, но со всем остальным был полный швах.

Что же он делал в автосалоне Порше, - спросите вы? И я вам отвечу: - Зарабатывал деньги. Как? А очень просто. В Соединенных Штатах есть множество компаний, которые организуют mystery shopping или секретные покупки, чтобы собирать информацию о различных продуктах и проверять качество обслуживания. Начать работать для такой компании не составляет никакого труда: создаешь счет на их вебсайте и получаешь доступ к списку работ на сегодня. Выбираешь задание, которое тебе нравится, запоминаешь сценарий, выполняешь задание, посылаешь отчет. Через две - три недели получаешь деньги. Задания бывают всякие. Например, пойти в зал для фитнеса, провести там пару часов, а потом ответить на вопросы о приветливости и профессиональности персонала. Деньги за входной билет вернут согласно квитанции, ну и заплатят долларов 20-25 за труды. Немного, конечно, но и фитнес не работа. Занимаются mystery shopping как правило домохозяйки, у которых много свободного времени. И скорее для развлечения, чем для денег.

Валера занимался секретными покупками, чтобы экономить на еде. С утра выхватывал хорошие заявки на рестораны и, таким образом, бесплатно обедал или ужинал. Первое время он пытался брать и другие поручения, но после посещения парикмахерской в Гринич Виллидж зарекся. Тем не менее как выражаются американцы, никогда не говори никогда. В последний месяц Валере на глаза все время лезла заявка на автосалон Порше. По непонятной причине ее никто не брал, несмотря на внушительное вознаграждение в 200 долларов. Валера вчитался в требования, и ему стало понятно почему. Вроде бы все просто: явиться в автосалон, сказать, что хочешь купить базовую модель Порше Бокстер и сделать пробную поездку. Загвоздка была в требованиях к исполнителю. Заявка прямо указывала, что он должен соответствовать: жить в престижном районе, быть одетым в брендовую одежду, иметь на руке дорогие часы и вообще производить впечатление богатого человека. С наиболее трудной позицией (место проживания) у Валеры все было хорошо. После развода он задешево снимал у знакомого супера* крохотную студию в Верхнем Ист-Сайде, в двух шагах от Центрального парка. «Будь что будет» - решил наш герой и подписался на Порше.

Перейдя таким образом Рубикон, Валера осмотрел свежим взглядом свой гардероб и, не найдя ничего подходящего, решил купить все новое на кредитную карту, а потом сдать обратно. Ну и проделать тот же трюк с часами. Оставалось разобраться где именно одевается богатый и солидный народ. Покопался в интернете и выяснил, что президент Буш делает это у Брукс Бразерс. Туда и пошел. У входа его мгновенно подхватили два консультанта и промурыжили почти полдня. Из магазина Валера вышел с большим пакетом и чеком почти на две с половиной тысячи долларов. После этого идти в магазин Ролекса ему расхотелось, и он ограничился качественной подделкой всего за 120 долларов. Дома побрился, причесался, надел обновки, посмотрел в зеркало, полюбовался часами и... впервые с тех пор, как потерял работу, почувствовал уважение к себе.

Итак, стильный и даже где-то шикарный Валера сидел в глубоком кожаном кресле приемной автосалона Порше и наслаждался кофе. Немного поодаль в таком же кресле сидел безукоризненно элегантный пожилой японец и ковырялся в айфоне. Свой старенький телефон Валера достать не решился, а потому смотрел на левую из двух картин на противоположной стене и думал о том, что копировать современное искусство проще, нежели классическое. Разумеется, если имеешь дело с профанами. Тем временем айфон японцу, видимо, надоел. Он перевел взгляд на нашего героя, получил ответную формальную улыбку, и извинившись, заговорил:
- Принято считать, что на абстрактных картинах каждый видит свое. Вы все время смотрите на эту картину. Что вы на ней видите?
- А что здесь видеть? – удивился Валера, - Это паршивая копия картины Пауля Клее. Колорит искажен до неузнаваемости. Оригинал висит в цюрихском Кунстхаусе, называется «Uberschach». Значит, шахматы и изображены. И вообще это не абстракция, а экспрессионизм.
Несколько ошарашенный японец показал на вторую картину:
- А на этой?
- Это тоже Клее, «Пожар при полной луне». И тоже плохая копия. А подлинник, если я не ошибаюсь, - в эссенском музее Фолкванг.
- Господи, откуда вы это знаете?
- Интересуюсь искусством, - коротко ответил Валера.

Это была правда, но не вся правда. Вообще-то в прошлой жизни Валера был искусствоведом. Родился в Харькове. Там же до армии учился в художественном училище. После армии поступил в Ленинградский институт культуры, окончил его и по распределению уехал в Нижний Новгород, который тогда был Горьким. Работал в музее, учился в заочной аспирантуре. Все вроде было хорошо, но наступили 90-е. Волна эмиграции подхватила Валеру и выбросила на берег в Нью-Йорке. Первое время он не мог даже представить, что расстанется с искусством, но скоро понял, что без имени и связей ему не пробиться даже в смотрители музея. Тогда ему стало все равно, и он, как большинство знакомых, пошел на курсы программистов. Спросил у двоюродного брата, какой язык самый легкий. Брат сказал, что COBOL. Валера выучил COBOL и к большому собственному удивлению получил работу на третьем интервью. Появились деньги, но за них приходилось платить изнуряющей работой. Еще несколько лет он тешил себя иллюзией, что произойдет чудо, и он снова будет заниматься русским авангардом. Но чуда не произошло. Поэтому он безжалостно затолкал живопись куда-то в глубину сознания, чтобы не беспокоила. Даже перестал ходить на выставки...

Итак, Валера почти допил кофе, а в это время в проеме появился консультант и позвал японца. Японец жестом попросил его обождать, подошел к Валере, протянул руку, представился Джимом Накамура и пригласил нашего героя на ланч в «Бекко», итальянский ресторан неподалеку. Валера тоже представился и принял приглашение. Договорились на час дня, обменялись бизнес карточками. У мистера Накамуры на карточке было написано «Инвестор», у Валеры – «Эксперт в живописи». Эта карточка завалялась у него с той поры, когда он еще не потерял надежду работать по специальности.

Еще через пять минут появился другой консультант и пригласил Валеру. Он говорил с немецким акцентом и был по-немецки четок и деловит. Снял копию с водительских прав, сделал экскурсию по выставочному залу, принес ключи и дал Валере погонять на новеньком Бокстере по 11-й Авеню и боковым улицам. За полтора часа, которые пролетели как одна минута наш герой впервые в жизни понял, что машина – это не только от точки А к точке Б, а еще много чего. В результате, когда, согласно сценарию, сказал консультанту, что не может принять решение прямо сейчас, неизвестно кто был разочарован больше. К «Бекко» он шагал, как влюбленный после первого свидания: счастливо улыбался и разве что не пел.

В ресторане Валеру неприятно удивил сильный шум, но на втором этаже было гораздо тише. Японец уже ждал его за угловым столиком. После нескольких слов о погоде и прочих незначительных вещах мистер Накамура предельно вежливо перешел к делу:
- Я хотел бы поинтересоваться, если вы не возражаете, какого рода экспертизу вы предлагаете Вашим клиентам.
«Блин, - подумал про себя Валера, - ну не могу же я ему сказать, что пишу коды на COBOLе. Точно же подумает, что я над ним издеваюсь.» После этого рот нашего героя открылся и как бы сам собой уверенно произнес:
- Знаете ли, в Нью-Йорке и вокруг около миллиона русских. Среди них есть довольно состоятельные люди, которые интересуются русской живописью XX-го века. Я стараюсь помочь им сделать правильный выбор. Разумеется, с учетом соотношения цена – качество.
- Судя по всему, ваши русские неплохо вам платят.
- Не жалуюсь, - почти не соврал Валера, потому что жаловаться ему действительно было не на что.
- Знаете ли, - заговорил мистер Накамура после короткой паузы, - мы совершенно незнакомы, и все-таки я хочу рискнуть и попросить вас помочь мне в довольно щепетильном деле. Вы знаете, что такое mystery shopping?
Валера чуть не подавился своим карпаччо, но кое-как справился и киванием головой подтвердил, что, да, знает.
А японец продолжал:
- Я тоже некоторым образом вкладываю деньги в искусство и недавно заинтересовался русским авангардом. Как мне подсказали компетентные друзья, цены на него в Нью-Йорке все еще сравнительно низкие. Другие знакомые подсказали мне русскую галерею в СоХо, где, по их словам, можно приобретать интересные картины по разумной цене. Я там был, но окончательного мнения так и не составил. Поэтому я прошу вас сегодня же посетить эту галерею и поделиться со мной вашими наблюдениями. Почему именно вас? Потому что я никогда не видел вас на аукционах и могу предположить, что вы – лицо незаинтересованное. Конечно, я гарантирую справедливую оплату вашего труда, но ее размер я сейчас сообщить не могу. Она зависит от ряда обстоятельств. Рискнете?
- Рискну!
Новоиспеченные партнеры скрепили договор рукопожатием. Валера получил адрес галереи и приглашение на ужин в «Сасабунэ»** для подведения итогов.

Найти галерею оказалось легко. В ее витрине был установлен здоровенный экран, на котором сменялись самые известные картины, фотографии и плакаты художников русского авангарда. На двери висела табличка: «Только по предварительной записи». Рядом с табличкой наш герой заметил кнопку звонка и позвонил. Через минуту занавеска на двери сдвинулась, и Валера увидел постаревшее лицо своего сокурсника Игоря Хребтова.

На курсе, наверное, не было ни одного человека, который бы любил Игоря. Во-первых, он был заносчив, во-вторых, никогда не отдавал долги, в том числе карточные, а в-третьих, у него водились деньги и, по общему мнению, деньги нечистые. Источник денег был ясен: Игорь продавал иностранцам старые иконы. А вот происхождение икон было темным. Некоторые говорили, что он грабит деревенские церкви, другие – что на него работают несколько художников-иконописцев, специалистов по фальшаку. Никто, однако, не исключал, что он занимается и тем и другим. После выпуска Игорь получил распределение в Москву, и с тех пор Валера ничего о нем не слышал и никогда не вспоминал. Вспомнил, правда, один раз уже в Нью-Йорке, когда увидел магазин с русскими иконами недалеко от 5-й Авеню. А вспомнив, немедленно понял, что торговать Игорь мог только в плотной спайке с КГБ. И сразу стали понятны и терпимость деканата к его бесконечным прогулам, и хорошие оценки при нулевых знаниях, и распределение в Москву...

Постаревшее лицо Игоря Хребтова скрылось за занавеской, зато открылось дверь.
- Заходи! - пригласил Игорь, - Какими судьбами?
И снова, во второй раз за день, рот Валеры открылся и сам собой заговорил:
- Я тут у дантиста на Грин Стрит был. Заодно решил по СоХо пройтись. Увидел в витрине знакомые картинки, захотелось посмотреть на оригиналы.
Игорь улыбнулся ровно настолько, чтобы показать, что шутку он понял и что шутка ему не очень понравилась. А потом повел гостя через большое, похожее на склад помещение. Картины там присутствовали, но большинство из них были прислонены к темной стене и только некоторые стояли на подставках. Валера попытался их рассмотреть, переходя от одной к другой, но уже через несколько минут его попытка была пресечена:
- Ничего ты здесь не увидишь. Здесь у меня копии и недорогие полотна. А топовые вещи хранятся в специальном сейфе. Я их выставляю только во время аукционов. Пошли ко мне в офис.

В офисе стали вспоминать однокурсников, но разговор получился безрадостный: кто-то спился, кто-то умер, в олигархи тоже не выскочил никто. Перешли на актуальные темы.
- Ты каждый день в таком прикиде ходишь? – спросил Игорь.
- Конечно, нет! – засмеялся Валера, - Я работу ищу. Завтра у меня интервью в Чейзе***. Поэтому вчера я купил новый костюм. Сегодня в нем хожу, чтобы выглядел хоть немного ношенным. А послезавтра сдам, пока не стал слишком старым.
- А чем ты конкретно занимаешься?
- Программирую на COBOLе. А ты как сюда попал?
- От скуки. Работал в Министерстве культуры. В один прекрасный день стало обидно, что пять лет учился на искусствоведа, а занимаюсь перекладыванием бумажек. А тут такой тренд сверху пошел: продвигать русскую культуру за рубежом. Ну я через знакомых ребят нашел спонсора и открыл галерею. Уже пятый год в бизнесе.
- Нравится?
- Еще бы! Живу в центре мировой культуры, знакомлюсь с интересными людьми со всего света, путешествую и, что очень важно для меня, делаю полезную для России работу. Между прочим, если хочешь, у меня и для тебя есть работа. С ксивой ЮНЕСКО будешь ездить по небольшим городам на постсоветском пространстве, заходить в местные музеи, смотреть запасники. Если найдешь что-то интересное, дашь знать нам. Выкуп, вывоз – это уже наша работа, а тебе – 10% от финальной продажи. Подходит?
«Ах ты, гнида, – подумал про себя Валера, - в наводчики меня сватает патриот сраный. Залупу тебе на воротник!» А вслух сказал:
- Спасибо! Подумаю после интервью. Как тебя найти я теперь знаю.
Распрощались. Уже на улице наш герой вспомнил, что Игорь не предложил даже воду, но не почувствовал ни удивления, ни огорчения. Впереди был ужин в «Сасабунэ», и нужно было успеть принять душ и переодеться.

В ресторан Валера приехал первым, получил от метрдотеля меню и привыкал к ценам пока не приехал мистер Накамура и не сказал волшебное слово «омакасе»****. Сразу принесли графинчик с холодным саке и крохотные стопочки. Мистер Накамура налил своему гостю, гость налил хозяину, сказали «кампай»*****, пригубили. В ожидании еды обсудили Валерины успехи.
- Вас туда пустили? – поинтересовался мистер Накамура.
- Конечно.
- Почему конечно?
- Потому что мистер Хребтов мой однокурсник, мы вместе учились в течение 5 лет.
- Вы не шутите?
Вместо ответа Валера достал предусмотрительно захваченную дома фотографию и протянул мистеру Накамура. На снимке, сделанном скорее всего во время летней практики, группа студентов стояла на парадной лестнице «Эрмитажа». Мистер Накамура внимательно посмотрел на Валеру, нашел его на фотографии, затем показал на Игоря и продолжил:
- И что же вы можете сказать о мистере Хребтове?
- Все, что вы купите у него, будет или подделкой или краденым.
- Предположим. А картины он вам показывал?
- Скорее старался, чтобы я их не видел. Все что я успел заметить – два отличных полотна туркестанского авангарда: Подковыров и Карахан. Скорее всего подлинники и очень может быть, что из какого-то провинциального музея в Узбекистане. А Филонов почти наверняка подделка. Похоже, что сфотографировали его картину из тех, что в запасниках больших музеев, и по фотографии сделали неплохую в общем-то копию.
- А цены вы с ним обсуждали?
- Нет, не обсуждали. Не станет он со мной обсуждать цены. Он же прекрасно понимает, что меня ему не облапошить...
А тем временем принесли такие суши, что продолжать деловую беседу было бы просто кощунством и она сама собой прекратилась.

По пути домой Валера вновь и вновь перебирал детали прошедшего дня. Он никак не мог поверить, что все эти чудеса произошли с ним; и страстно желал, чтобы они продолжились, и смертельно боялся, что завтра вновь наступят серые будни. Дома вспомнил, что сегодня же нужно отослать отчет по автоцентру Порше, но так и не смог заставить себя работать. Плюнул на отчет и лег спать, но заснул только к двум.

Разбудил его зуммер домофона. Звонил швейцар, сказал, что к нему нарочный. Валера спустился вниз. Нарочный, молодой парень в велосипедном шлеме, вручил ему пакет и уехал. Валера поднялся к себе, посмотрел на часы - было уже около десяти. Открыл пакет. Там оказалась довольно толстая пачка 100-долларовых купюр. Начал считать и бросил после трех тысяч, а в пачке еще оставалось по крайней мере вдвое больше. «Вот так номер шоб я помер» - подумал Валера и одной рукой включил чайник, а другой телевизор. В телевизоре канал ЭйБиСи показывал выпуск последнх нью-йоркских новостей. Вдруг на экране появилось лицо Игоря, вслед заговорила симпатичная диктор:
- Сегодня утром известный русский арт-дилер Игорь Хребтов найден мертвым в своей квартире на Парк-Авеню. Следов насильственной смерти не обнаружено, однако на голове арт-дилера был полиэтиленовый мешок, туго обвязанный галстуком вокруг шеи. Полиция выясняет обстоятельства смерти. Основная версия - самоубийство.

Еврейская мудрость гласит: «В первую очередь человек думает о себе, затем – о своих близких, а после этого – обо всех остальных.» Валера не был исключением. Он заварил кофе, отхлебнул и предался печальным размышлениям на тему зацепят ли при расследовании его и даже есть ли у него алиби. Ясности в этих вопросах не было, что не радовало. Размышления прервал телефон. Звонила рекрутер. Спросила нашел ли он работу и сообщила, что есть контракт в Сити****** на 42 доллара в час. Продолжительность – полгода с перспективой продления, сверхурочные – 50% сверху. Одним словом, все как в прошлый раз. Выходить на работу завтра, интервью сегодня в час дня. Не встретив бурного энтузиазма на другом конце провода, стала извиняться, что не могла позвонить раньше, и добавила: «Да не волнуйтесь, они вас помнят. Интервью будет чисто формальным.» Дождавшись короткого «Спасибо, понял», пожелала удачи и положила трубку.

Уже не зная, радоваться ему или печалиться, наш герой включил компьютер, чтобы распечатать свежую копию резюме, и тут же зацепился взглядом за пакет с деньгами, о котором совершенно забыл. Хотел его спрятать в ящик стола, как вдруг заметил маленькую записку. Развернул. Прочитал короткий текст: - Спасибо! Жду вас в час дня у «Бекко».

Будь у Валеры больше времени, он бы наверняка уподобился буриданову ослу, который умер от голода, выбирая между двумя одинаково зелеными лужайками. Но у нашего героя не было времени даже на то, чтобы бросить монетку, Он уже закрыл дверь квартиры, но, куда поедет, все еще не знал. И только в тесном лифте, пока тот скользил вниз, вдруг вспомнил обитый серой тканью кубикл 2 на 2 метра, вечно недовольного менеджера, бесконечные унылые совещания и его чуть не стошнило. Вышел из подъезда, остановил такси, плюхнулся на заднее сидение и сказал одно слово: «Бекко».

...
Все места в Нью-Йорке, которые упомянуты в этой истории, являются совершенно реальными, как, впрочем, и сама история. Фотографии этих мест можно посмотеть на http://abrp722.livejournal.com в моем Живом Журнале.

...
*Домоуправ, также выполняет мелкие ремонты
**Один из лучших японских ресторанов Манхэттена
***Чейз Манхэттен Банк - крупный нью-йоркский банк
****Заказ на усмотрение повара
*****Универсальный японский тост. Означает «пьем до дна».
******Ситибанк - крупный нью-йоркский банк

21

— Бабушка, а курицу убили? Убили, да?
— Куриц не убивают. Куриц режут. Ешь давай.

Этим летом я неделю провел в санатории, подлечить спину. Санаторий — не больница, конечно, но и тут полно персонажей и диалогов. Например, таких, как выше. Бабушка и двое внуков, лет 10 и 7 на вид. Приехали из далекого северного нефтяного города по путевке. Я сидел с ними за одним столом на завтраках, обедах и ужинах.

Старики и дети — половина обитателей санатория. Вторая половина — работяги физического труда, распределенные по путевкам со своих заводов, семейные пары в районе 40-50 лет и прочие случайные граждане отдыхающие, непонятно как сюда попавшие. Вроде меня.

— Знаешь такую штуку? — пухлый незнакомый малец показывает мне спиннер. Я сижу на лавке возле столовой, читаю электронную книгу, а ко мне подходит пухлый незнакомый малец лет этак 6-ти и с ходу показывает спиннер.
— Спиннер, — говорю.
— Очень дорогой! — малец закручивает спиннер на пальце. Затем передает мне. Я пробую, но у меня ничего не выходит.
— Не так надо! — он отбирает у меня спиннер и снова закручивает. — Тут еще вон, мигает, — он показывает, где на спиннере мигает. Я киваю.
Затем малец достает из кармана телефон:
— Телефон… Хуавей… — как это произнесено! С тягучим и чудовищным безразличием. Вся бесконечная вселенская тоска в этой фразе. Потому что это информация — только из вежливости. Только чтобы поддержать светский разговор. Нечто вроде каноничной беседы о погоде. «Неплохой сегодня денек, не правда ли, телефон Хуавей».
— А у тебя какой? — спрашивает. Все еще Бездна равнодушия. Я сохраняю предельную серьезность, соблюдаю светскость беседы. Достаю айфон. Малец секунду изучает, глаза его делаются круглыми, затем он со вздохом прячет свой обратно в карман. Долго молчит. Затем задумчиво произносит «Жарко…» и уходит.

Через 20 минут я наблюдаю, как на крыльце столовой он хватает за шею какого-то шкета совсем козявочного вида. Тот воет как сирена, рядом немедленно материализуются мамки и няньки и мой пухлый знакомый со спиннером огребает по полной. Следует мучительная лекция на тему «Что дядя милиционер делает с теми, кто душит маленьких шкетов козявочного вида».

После ужина спиннерный малец с Хуавеем видит меня и понимает, что я все видел. Возможно, даже больше, чем нужно было. Сходу говорит:

— Не, а чо он, спиннер чуть не поломал... он же дорогой... — маленький спиннерный магнат уже считает меня другом и надеется найти понимание.

Я говорю, что все равно не надо так, и иду мимо, показывая, что дружбе конец. О том, что я сам в детстве был козявочного вида и частенько становился жертвой вот такой шпаны с разными крутыми гаджетами, тактично молчу.

В другой день сижу с ноутбуком на веранде столовой. Подходит мой сосед по столу, младший из двух братьев.
— Здравствуйте! — говорит. Хотя утром здоровались уже.
— Здравствуйте, — говорю.
— А что вы делаете?
— Да ничего особенного, работаю.
— А зачем?
Пока я задумался — а действительно, зачем? — он торжественно говорит мне:
— До свидания. И удачи! — и удаляется. Это его фирменная фраза при любом прощании.

Видит у меня в рюкзаке книгу.
— Ух ты, книга! Что за книга?
— Фантастика, — говорю.
— Ух ты, фантастика!.. Баб, купи мне такую!
— В Москву поедем, купим. Отвяжись от дяди.
— Если сильно хочешь, скачай электронную, у тебя же есть планшет. — Шкет на любую трапезу приходит с айпадом и смотрит мультики, пока ест.
— Электрон умрет — бумага вечна! — выдает безапелляционно. Я надолго замолкаю. Только молча киваю на его традиционное «До свидания! И удачи!» по окончании обеда.

Его бабушка как-то рассказывает, что внуки дома не читают, потому что не вылезают с тренировок по хоккею и еще чему-то там. Поэтому старший все время сидит в телефоне, а младший, так как у него телефона пока нет, постоянно просит сходить с ним в библиотеку или купить книги. А она запрещает ему, потому что нечего глаза портить и вообще на отдыхе читать. Я молча давлюсь булкой и обжигаюсь чаем.

Вечером мне удается заснять на видео бурундучка, который весело скачет по клумбе. На следующий день показываю его ребятам, они, понятно, в восторге. Но за ужином смотрят на меня обиженно: оказывается, весь день искали бурундучка, но так и не нашли. В утешение скидываю им все видео и фото с бурундучком на их телефон.

В день отъезда за ужином младший шкет просит меня пожертвовать ему шоколадные конфеты, которые положили на десерт. Я жертвую. Вскоре к столу подбегает его козявочного вид друг — тот самый, которого недавно душили на крыльце — и приносит ему еще горсть таких же конфет со своего стола. Тот смотрит на конфеты, затем на меня, торжественно изрекает «Жизнь — такова!», сгребает все конфеты и ретируется вместе с козявочным, не пожелав даже мне удачи на этот раз. Я, впрочем, особо не расстраиваюсь, воспринимая все теперь немного философски. Потому что жизнь — такова.

Массажист, здоровый румяный парень, рассказывает, как кто сейчас отдыхает в санатории. В основном все пускаются во все тяжкие — мужики, например, беспробудно бухают. Благо прямо на территории есть магазинчик, где всего в избытке. А женщины, говорит, водят себе молоденьких мальчиков, «прямо пачками водят, сам видел! Чем старше сама — тем моложе мальчики!» И ржет так заразительно.

В детстве я часто бывал в санатории, точно так же с бабушкой и братом. Планшетов тогда не было, поэтому читали книги и смотрели телек в номере. Тогда это воспринималось этакой тюрьмой вдали от дома и компьютера, мы буквально считали дни до отъезда домой.

А сейчас — ничего так.

22

Знакомая жены рассказывала, еще лет 15 назад ...

Тогда очень много девушек со всей России приехали в Москву , вышли замуж или просто постоянно жили с богатыми мужчинами , и те их первое время баловали : машина, шуба , ежедневно "третьяковка" (крутые бутики в известном месте Москвы)

Но со временем мужчины начинали экономить, давать все меньше денег, спрашивать : на что именно ...
И вот тогда то у девушек возникала "конкретная " тема: "брат в беде"

Типа, родной (или двоюродный) брат (часто несуществующий) у себя на родине что то там натворил, например, поймали с пакетом дури, или сбил кого то на машине, сидит в обезьяннике , все плохо ...
Чтобы "отмазать" его от тюрьмы, нужно передать через адвоката 10000 долларов , "деньги надо срочно, сегодня, я сама в свой уездный город Н. их повезу"...

Обычно все папики беззвучно доставали из сейфа десятку грина и отдавали любимым ... Отчет не требовался, понятно ведь, что чеки за такие операции не выдаются :)

Так вот вот, среди знакомых ее , все практически "отмазывали брата" , некоторые даже по два - три раза...

А мужик ее, богатый еврей, с которым жила та знакомая, тоже был своеобразный , у него было 8 (!) любовниц, причем, он ленился ездить к ним по всей Москве, поэтому , он всем им снял или даже купил квартиры в одном и том же высотном доме, у многих его любовниц были от него дети, а некоторые из его "жен" даже сдружились , и гуляли вместе, с колясками, во дворе ...

Но "брат" в их "семье" попадал в историю только у этой нашей знакомой :)

Один раз мы даже вместе с ними пришли в ночной клуб, отмечать его юбилей , с ним была и его первая жена, его ровесница, она как бабушка на фоне его молодых подружек выглядела ...

А сам он от всех своих жен время от времени отдыхал, то в доме на Рублевке, то у себя в Майами , один, без баб , ну или кто его там знает )) ...

Но это уже совсем другая история ...))

23

Случай в деревне.

Жила-была девушка по имени Наташа в русской деревне в далекой Сибири. Ей было 16 лет. И был парень, который ее знал с 10 лет по имени Саша и было ему всего 17 лет.
Однажды жарким летом, когда все работы уже были сделаны, гуляла она по лесу, собирала ягоды да грибы для дома. И тут, вдруг, появился он, и без особого разрешения надругался над молодой девочкой. Сначала хотел взять ее силой, но он не знал, что в душе, она любила его горячо. И случилась у них любовь сильная. Прошло около недели, когда Саша, услышав наставления своих родителей, далее больше не мог терпеть такого стыда, и пошел он в дом к родителям Наташи, вместе с ней. Далее случились события о которых я хочу вам рассказать...

Придя домой, к родителям Наташи он, не боясь ничего, сказал: Я люблю вашу дочь Наташу, но я поступил неправильно, я взял ее силой, потому что всей душой своей и телом я Люблю ее, и теперь я прошу прощения у вас, у родителей моей любимой Наташи, и готов принять любое наказание от вас...
Отец выслушал его и сказал: Как же ты мог, надругаться над моей единственной и любимой дочерью, нет тебе прощения...
И сказал тогда Саша: если вы, родители, не разрешите нам быть вместе, то я не смогу дальше жить на этом свете, потому что я всегда был честным человеком, а теперь меня будто бес попутал, и я понимаю свою вину перед вами... Без нее мне жизни нет. Без нее мне дорога только в Ад...
И сказал отец, в сердцах: Иди в Ад..., не прощу...
И взял тогда Саша веревку покрепче и пошел на гору, что над речкой. Привязал веревку к высокой ветке сосны, и сделал петлю. Нашел полено и встал на него. Помолился напоследок и всунул голову в петлю. И подкосились ноги под ним...
Долго ли коротко прошло времени, но подоспела Наташа со своим папой, и спасли они Сашу.... не сразу, только поцелуй любимой спас его от смерти...
И сказал тогда отец: Прости меня сын мой... в сердцах я сказал тебе, что дорога тебе в Ад... не желал я тебе смерти такой... вижу любишь ты мою девочку и будьте вы вместе всегда.
И родилась у них девочка по имени Валентина, и жили они долго и счастливо и родили еще двоих ребятишек-парней.
Иркутская область, 1977г.

24

День Победы

Довелось мне как то проходить свою срочную службу в далеком, богом забытом поселке, со странным названием Кураково, что в Тульской области, именно там один старший сержант по секрету поведал мне, что спать без трусов гораздо полезнее чем в трусах - мол резинка кровообращение нарушает, ну и вообще проветривать свое причинное место только на пользу. Поскольку сержант производил впечатление человека разносторонне эрудированного, среди товарищей по службе и командного состава пользовался авторитетом, совет его навсегда врезался в память. Во время службы каждую ночь рядом похрапывали полторы сотни молодых, здоровых сослуживцев и снимать трусы на ночь было как минимум не разумно и я решил отложить данный эксперимент до увольнения в запас из рядов вооруженных сил Российской Федерации
Десять лет спустя. Утро девятого мая.. Две тысячи то ли седьмого, то ли восьмого, не суть.. Просыпаюсь с глубокого похмелья в квартире своего хорошего друга Тимура, на непослушных ногах ковыляю до кухни, потому как со вчерашнего, предвидя свое нынешнее состояние, заначил в холодильнике пару бутылок дешевого шампанского.. Легким хлопком отправляю пробку в дальний угол кухни и делаю несколько больших жадных глотков... Холодная жидкость обжигает рот углекислым газом, скользит по пищеводу, проваливается в желудок и заполняет его приятной теплотой. За несколько минут волшебный, пузырящийся эликсир растворяет головную боль, тошноту и первые признаки послепохмельной депрессии. Сухость во рту, буквально недавно, казавшаяся невыносимой, исчезает мгновенно, туман в голове рассеивается, я начинаю различать звуки, предметы вокруг себя и легкую прохладу на теле. Внезапно приходит осознание что стою я на кухне абсолютно голый, поскольку спать нагишом уже вошло в привычку, плюс ко всему замечаю у самого себя не шуточную эрекцию. Видимо похмельный сидром мозг идентифицировал как угрозу к существованию и могучий инстинкт размножения решил подстраховаться и оставить после себя хоть какое-нибудь потомство.
Так исторически сложилось что на протяжении всей своей жизни я постоянно боролся со своими же вредными привычками и поэтому принимал, как мне казалось, важные решения дабы сделать себя и окружающий мир чуточку прекраснее. Неделю назад я принял решение не дрочить пару месяцев, поэтому возникшую в голове мысль о том, чтобы пойти в ванную и снять напряжение комсомольским онанизмом, переборола другая мысль о том, что через десять минут уважать я себя буду чуточку меньше. Нужно было как-то отвлечься, я плюхнулся в кресло и приложился к горлышку уничтожая добрую половину содержимого. Пока пил подумал о том, что было бы здорово если б вдруг в это уже чудесное утро неожиданно для всех пришла Тимуровская жена Татьяна, было бы чертовски забавно послушать его объяснения, чего делает на ихней кухни, развалившейся в хозяйском кресле, небритый, улыбающийся имбицил с недобитой бутылкой и стоящим членом. Поскольку мы до сих пор ни разу не встречались момент для знакомства по моему мнению был просто идеальным. Я даже представил как подыграл бы в этом чудесном спектакле, возмущенным, истеричным голосом Тимуру:
- Ты что, так про нас ничего не рассказал?! Сволочь! Ты же обещал!!!
И его супруге:
- Он меня любит, поняла?!
Ну, где же тебя носит, Танюша?! И в тот же самый миг, словно по волшебству, я услышал короткие, звонкие, приближающиеся удары каблучков в подъезде и сердце мое радостно забилось. Я уже представил как щелкнет замок входной двери.. Но к моему глубочайшему сожалению каблучки процокали выше и растворились в гулкой тишине подъезда. Ждать в одиночестве больше не хотелось и я пошел будить друга. Мои попытки успехом не увенчались, он никак не хотел просыпаться, не реагировал даже на угрозы прикончить шампанское в одиночку. Я немного начал скучать и вдруг неожиданно вспомнил какой сегодня знаменательный день, а следом родилась просто гениальнейшая идея. Я распахнул настежь балконную дверь, вышел на свежий, весенний воздух и громким, грудным, как мне казалось напоминающим Левитана, голосом начал свою торжественную речь
- Дорогие соотечественники!!!Поздравляю вас с днем Великой Победы. И в очередной раз хочу напомнить вам о великих подвигах, силе духа и нечеловеческой стойкости нашего народа...
Видимых зрителей у меня не было, но мне казалось что меня слушает весь город, даже веселые воробьи перестали чирикать и замерли.
"С каждым годом наших ветеранов становится все меньше и меньше..."
Но закончить мысль мне не позволила грубая нецензурная брань соседа сверху, пообещавшего мне что если я не заткнусь прямо сейчас, то он спустится и совершит со мной насильственный половой акт. На несколько секунд я потерял дар речи, что то подсказывало мне, что хозяин этого сочного, зычного баритона, является человеком сильным и слов на ветер не бросает. Но и промолчать я тоже не мог - я был уверен что в данной ситуации прав, речь моя заслуживает аплодисментов и должна войти в историю. Оскорбленный в своих лучших чувствах, сделав пару больших глотков из волшебной бутылки я вдруг почувствовал себя всесильным и бессмертным и ответил обидчику что если не заткнется он, тогда я сам поднимусь к нему и совершу с ним все то, что обещал совершить со мной он только дважды. На что он неожиданно согласился...
Пулей влетев в комнату я встретился взглядом с Тимуром, который все еще лежал, но уже приподнялся на локте и смотрел на меня с явным любопытством.. По охреневшему выражению его лица понимаю что он слегка удивлен, чтобы не отвечать на бестолковые вопросы типа чего это я голый или чего это я разорался в такую рань, начинаю первым:
- А чо там за скотина редкостная на верху живет?
Слегка помятое лицо Тимура еще шире расплывается в улыбке:
- Даа, это.. Серега-десантник. Ростом два метра, сто двадцать килограммов весом. Ага, скотина редкостная, затопил меня неделю назад, иди что ли дай ему пиздюлей!! - ответил Тимур и громко заливисто расхохотался.
Бессмертие мгновенно улетучивается, также как и всесилие и мне внезапно становится очень грустно, я за долю секунды понимаю все несовершенство нашего мира. Вот ведь блин. Ну почему там не живет например танкист Афанасий, зенитчик Андрюха, Санек из сто двенадцатой мотострелковой дивизии, пожарный Романов или выпускник педагогического университета Елисейка. И стало внезапно понятно почему он так быстро согласился на мое непристойное предложение. Шансов у меня практически не было, единственно верным, логичным решением казалось просто извиниться, желательно прямо с балкона, никуда не поднимаясь и не выходя из безопасной квартиры, но я прекрасно понимал, что в таком случае мне уже никогда не восстановить свою честь, достоинство и высокую нравственность в глазах старого товарища, а что еще страшнее и в собственных. Мое уязвленное, гордое самолюбие к хренам рвало все доводы логики и просто бесновалось - лучше смерть чем позор!!!! Мозг судорожно искал спасительное решение из этой непростой ситуации. Положение неожиданно спас Тимур, казалось бы самым логичным вопросом:
- А чо ты голый то?
За долю секунды в памяти всплыло событие месячной давности, мастер класс по боевой йоге, молодой подтянутый паренек рассказывал интересную теорию о разрыве шаблонов и о том что нестандартная манера поведения в критической ситуации может подарить спасительные три-четыре секунды. Ну вот же!!!
Десантура меня ожидает, но если подняться голым, он явно сконфузится, за это время можно и бутылкой по черепу звездануть. Мама конечно с детства твердила что кулаками никого нельзя бить, но про бутылки вроде ничего не говорила. Параллельно вспоминаю что удар полной бутылкой гораздо мягче чем пустой, давление жидкости делает свое дело, выскакиваю на кухню достаю из холодильника вторую, не початую бутылку игристого полусладкого. Прости мама, все что мог для Сереги я сделал, тем более десантник - голова натренирована должна быть. Запрыгнув в темно синие, китайские сланцы я через полминуты стоял на лестничном пролете этажом выше и скрипя сердцем нажал на дверной звонок.
Дверь распахнулась практически мгновенно и за долю секунды я сообразил как жестко ошибся в расчетах - Серега действительно был под два метра и его коротко стриженная голова почти подпирала собой верхнюю балку дверного косяка. Траектория для удара была просто не реальная. Мы оба замерли...
Мои спасительные секунды, выигранные охренеть каким не стандартным поведением, таяли прямо на глазах..
Где то далеко, в уголках своего затуманенного алкоголем разума я прекрасно понимал что нужно обязательно ударить первым, только в этом случае, у меня могли появится хоть какие то шансы на победу, но меня словно парализовало, я не мог даже моргнуть не то чтобы ударить или даже пошевелиться..
Неожиданно для самого себя моя правая рука с шампанским согнулась в локте и из пересохшего от волнения горла вылетели совершенно, казалось бы не уместное:
- Ты это.. Пить будешь?
Серега грохнулся на пол, схватился руками за живот и засмеялся так что из глаз его практически сразу брызнули слезы:
- ХааХааааХа, уааа ха, уйди, уйди не могууу.. Ха хааа ха ха, ну ты.. Ха ха хааа. Люда, Людааа иди.. Иди сюда. Не, ты чо меня правда трахнуть собирался?! Ха ха ха хааа. Дон Жоун гребаный, шампанское прихватил.. Ой не могу, уйди блять с глаз моих. Уга гааа аа
На его истерический хохот вышла молодая, красивая Люда и тоже согнулась пополам..
Мне почему то было не смешно, а жутко неудобно, я неловко попятился и прикрываясь бутылкой хотел было смыться, но уже совсем не суровый десантник прочитал мои намерения и между приступами хохота скомандовал :
- Люда держи его!
Послушная Люда нежно взяла меня под руку, завела к ним в квартиру и закрыла дверь..Тут истерический смех напал и на меня. Минут десять мы смеялись в коридоре практически не останавливаясь, Серега лежа прямо на полу, а мы с Людмилой на корточках, отсмеявшись гостеприимная хозяйка вынесла мне из ванной махровый халат, за что я был очень признателен. Шампанское мы так и не открыли - хозяин достал из морозильника запотевшую бутылку водки, и тоном, не терпящем возражений пообещал мне:
- Я с тобой сегодня напьюсь..
И обещание свое он сдержал. Минут через пять поднялся Тимур и в этой чудесной компании мы замечательно провели майский праздник. Серега оказался отличным парнем, потом не раз меня спрашивал - а помнишь как мы познакомились? Ты меня еще трахнуть хотел? Я теперь про тебя друзьям рассказываю. Спасибо дружище, я тебя тоже тебя вспоминаю. Девятого мая особенно.

25

История в тему про 30-летних Васяток-сисадминов с опытом игр по сети.

Не буду называть эту компанию, она слишком известна, чтобы говорить о ней вслух. Но было время когда поток щальных денег настолько ее захлестывал, что у ее персонала возникало естественное желание пристроить туда своих отпрысков и деточек. Зарплата большая, требований особенных не было, можно было админить сети и компьютеры даже со своим школьным опытом уроков по информатике и игрулек по сетке. Ну на основном уровне компании лошар-игроманов конечно не держали, а вот во всяких бухгалтериях и секретариатах там было не протолкнуться от Васяток с соплями из носиков. Сейчас все иначе, нет того количества бухгалтерий, нет армии родственничков и бездельников, а заставила все перестроить одна неизвестная никому тетенька аудитор.

Итак. На одной из конференций по компьютерной безопасности (это так называется, а в реале там собираются матерые программеры и математики) за рюмкой чая с бородатыми монстрами я пересказал историю от своей сестры, работавшей бухгалтером в этой самой корпорации. Она жаловалась на аудитора, назовем ее МарьПетровна Кукарекина, которая год за годом приходит к ним и начинает ежегодно пересчитывать остатки блокнотов, ручек, карандашей, скрепок. А в этот раз она стала пересчитывать даже остатки таблеток в офисном мед закутке. Ей говорят - МарьПетровна, ну зачем вы так - вываливаете таблетки на ладошку и считаете их пальцем, кто же их будет пить потом после ваших рук? А она в ответ - Durum patientia frango - типа трудности преодолеваются терпением. На этих словах вся компания монстров замолкла и в тишине кто-то спросил - а этого аудитора зовут случайно не Кукарекин? Кукарекина - поправил я. Аудитор - женщина. Вау, давно у меня не было такой популярности. Все сюда - он знает Кукарекина. Кукарекину, - это его любовница и тд. Легенда ширилась как цунами.
Оказывается у этих монстров недавно появилось такое понятие - назовем его чтобы не светить авторов - фаевол Кукарекина.Суть названия в следующем. Набрав разного рода Васяток на администрирование сетей бухгалтерии и канцелярии кадровые службы корпорации не оценили тогда опасность найма людей, не имеющих опыта работы с современным и очень дорогим корпоративным и не только софтом, средствами защиты и кодирования данных. Для этого надо было учиться, получать сертификаты, работать на очень дорогом оборудовании, а не гонять танчики. И человечек-администратор с опытом игр по сети и установки бухгалтерии 1с - оказался самым слабым звеном с точки зрения информационной безопасности любой компании. Он старательно устанавливает все "обновления" на компьютерах тетенек из бухгалтерии, тупо читает и пересылает почту, запускает игрульки, качает музычку, смотрит порнушку да картинки. В общем еще тот подарок для хакеров. Войти и спрятаться в корпоративной сети через такого вот админа - как два пальца об асфальт. А там можно и себе кое-чего накапать, тем более если обороты миллиардные. Так и было, пока МарьПетровна не начала скандалить, что у нее не совпадают количества и стоимость блокнотиков по разным базам, что у нее не видны колечки резиновые для асбоцементных труб в количестве 23 штук и тп. От нее отмахивались как от мухи и продолжали списывать десятитысячные доли процентов от оборота. А МарьПетровна стояла на своем - караул, воруют. Чтобы отвязаться от нее были приглашены несколько бородатых спецов, которые и вскрыли механизм взлома корпоративных баз как раз через непрофессиональных бухгалтерских и канцелярских админов. Результат положительный. В этой конкретной корпорации мало того, что больше нет ни одного сынули-"айтишного деятеля" со школьным образованием, так даже программы подготовки от бакалавров до магистров сейчас курируются подразделением информационной безопасности. Сейчас сисадмин в этой компании - это человек со степенью, дипломами, сертификатами и стажировками, набором негров и прислуги. Это очень крутой и уважаемый профи. А система учета и контроля до пересчета таблеток в аптечке с тех пор так и называется - фаевол Кукарекина. Приказ генерального - Кукарекину не трогать. Durum patientia frango.

Такая вот история. На самом деле это намек тем, кто еще ловит смысл на лету..

26

Давно было. Я только замуж вышла. Совсем ещё зелёная девчонка. Только 20 исполнилось. Прилетела (впервые на самолёте да на океан !) со своего медового месяца на Мальдивах , даже у мужа спросили если я совершеннолетняя (до сих пор выгляжу младше своих лет) обратно в Москву. Вернулась Сама, так как муж на работу должен был в другую страну вернуться, а мне ещё нужно было визу получить и все документы оформить. Тоскливо. Сама не из Москвы, прожила до замужества сама совсем недолго и не успела обзавестись ни друзьями, ни подругами. Остановиться пришлось у родителей мужа. Хорошие очень люди, но за неделю родными не станешь.

Загорелая, свежая. Дай думаю по Арбату зимнему прогуляюсь. Вышла из метро, а тут девчушка ко мне приклеилась: "помогите чем можете". У меня то деньги были, муж оставил, но по старой привычке начала оглядываться нет ли всего остального цыганского табора поблизости, а то дашь одной, потом не отобьёшься... Повертела головой, нет вроде сама. В глаза заглядывает, ручку тоненькую тянет... Сердце в комок у меня сжалось и екнуло, не скрою. Говорю:" у меня мелочь осталась из долларов, рублей нет (были но крупные) хочешь отдам, но честно скажу, не знаю где ты их поменяешь. ( мятые, потертые до сих пор почти нигде не меняют без комиссии , а тут дело было 16 лет назад). "Нет", говорит, "давайте тетя, у меня тут есть к кому я бегаю менять. Тут на Арбате иностранцев много" . Вывернула я карманы, отдала, а девчушка не отходит , да и мне спешить некуда. Говорю :"есть хочешь? Пошли по пирожкам?" Пока пирожки покупала , продавец успел сказать комментарий какая же я добрая и такая загорелая в Декабре. Ухомячили мы пирожки. Я от нечего делать и одиночества разговорилась. И куда ездила, и откуда я ... Она поделилась. ..И что братья и сестры у неё есть. Меньшие. И что в школу не ходит. Не за что да и кто ещё попрошайничать будет то. Живут недалёко в вагончике... Пока ходили чувствую замёрзла девчушка. Легковато одета:
-"Пойдём в Макдоналс зайдём?" Как раз мимо проходили. Говорю :"заказывай на всех малых сразу, домой отнесёшь ". Замялась малая, набрала полные легкие воздуха и решилась: - " мне деньгами лучше. Мамка ругать будет иначе. Подумает что я сама все деньги потратила. Да вы тетя не тратьтесь на меня, я не сильно голодная".- "Денег тогда тоже дам, говорю, сдача как раз с крупной купюры будет. Домой "добычу" принесёшь. ... Пока говорила, из-за спины Бамц, прямо на поднос с едой для девочки кладут красивую игрушку и детскую книгу. Поворачиваюсь, стоит парень. Говорит вас слушал, не выдержал и побежал тоже что-то от себя купить. Поблагодарили двоем. Вышли из Макдака. Говорю мне уже домой пора, но я тебя ещё увижу. "Правда, правда"??? Загорелись у девчушки глазки даже. "Да говорю, давай завтра около той же станции в ( не помню сколько утра)... Утром проснулась, посмотрела на слякоть за окном и .... Не поехала, подумав что чего вдруг будет меня там ждать, мне на метро по морозу трястись и легла спать дальше ...

До сих пор мучаюсь, что получается обманула. Девчонке могло быть и 6 и все 9. Тонкая, юркая, быстрая как ртуть и очень сообразительная. Речь очень связная , не погодам мудра.

С тех пор даже с поломанной ногой прихожу на встречи, только предупреждаю что могу сильно запоздать. За 16 лет никуда не опоздала ни разу. А вот мысль покоя не даёт: не разрушила ли я у ребёнка последние чистые мысли, доверие и Веру в человечность и так жизнь у неё не сахар, а тут ещё тетя как из сказки... Напиз.... С три короба что придёт ... И не пришла. Пожалуй только один случай в жизни, когда я бы хотела вернуться во времени и придти к той станции метро в (сколько то там утра) может девочка бы и не пришла, но меня бы хоть так не грызло бы уже столько лет.

27

Случилось так, что я недолго (месяц) был писарем в строевой части штаба полка.
И за это время даже успел побывать вершителем человеческих судеб.

Дело было так. Педант прапорщик Ханкишиев поехал в отпуск и в строевой части остались только её начальник капитан (раздолбай каких мало) и я, салага ещё. И вот утром, "рота подъём!", зарядка, развод, насвистывая, иду в штаб.

Капитана ещё нет. Пользуюсь моментом и достаю личное дело командира роты.
Надо же ознакомиться! А он оказывается детдомовский - родители погибли.
Ни фига себе. Слышу шаги в коридоре и торопливо сую дело ротного на место.

Входит начальник строевой части, раздевается:
- А, ты уже здесь... привет.
- Здравия желаю, товарищ капитан.
- Натик в отпуске.. нам вчера личные дела новых сержантов прислали.
В сейфе возьми и посмотри пока в каких ротах сержантов не хватает.

И ушёл завтракать.
Вот это поворот, раньше сортировкой пополнения прапорщик занимался.
Достал дела, смотрю. Двух бывалых старших сержантов из Иркутского батальона командируют, одного из Казани и двух младших ещё, только после учебки.

Моментально созревает план действий. В родной 6-ой роте два деда ефрейтора на сержантских должностях лютуют, один из них и моей крови попил немало. Старших из Иркутска лучше вообще в 1-ый батальон убрать - подальше.

Возвращается с завтрака сытый и довольный капитан:
- Ну что там с сержантами, посмотрел?
- Так точно. В 6-ой роте не хватает и в 1-ом батальоне.
- А чего сидишь? Оформляй приказом, кого куда, помнишь же как Ханкишиев делал.

Примерно через неделю, возвращаюсь вечером из штаба в казарму.
Моё отделение под командой нового молодого младшего сержанта Шпаковского только что закончило плановую чистку оружия и сидят в курилке, ржут чего-то.
Подхожу, а там Шпаковский анекдоты травит один за другим - одессит оказался.

Подсаживаюсь тоже. Он мне с ходу:
- Угости сигареткой, писарь. Какие новости в штабе?
- Да вот, говорят, переизбыток молодых сержантов в нашей роте случился.
Теперь наверное к нам кого-то из этих иркутских зверей, а тебя в 1-ую переведут.

В курилке повисла гнетущая тишина. Шпаковский даже сигарету прикурить забыл.
Первым прочухал ситуацию наш дед Грицо:
- Слушай, Адам, не надо так шутить.
- Ну вы анекдоты травите и я пять копеек внёс. Ты прикуривай, своих не сдадим.

А Шпаковский говорит:
- Ну слушайте тогда как я в массовке "Ассы" снимался...
Служба продолжалась своим чередом.

28

Как-то так получилось, что у меня половина знакомых - врачи и примкнувшие к ним биологи, биохимики, биостатистики, и т.п., вторая половина - инженеры разного пошиба (от радиоинженеров до ... ну вот только разве атомщиков и космонавтов не было). Самому мне вполне комфортно и с теми, и с другими, смею надеяться, им со мной тоже.
Но я зарекся смешивать эти две группы, т.к. это примерно как приглашать на выпускной вечер института благородных девиц, ну, скажем, дембелей-бурятов из стройбата. Я имею в виду именно большие трудности в нахождении общего языка, а не превосходство какой-либо из этих групп в чем бы то ни было.
Когда один раз собрались у меня моем на дне рождения медики и инженеры чисто мужской компанией, я подумал, что разговор рано или поздно должен перейти на баб, и так и случилось, к определенному моему облегчению - вполне "политкорректная" взаимоинтересная тема, где я не ожидал никаких подвохов.
Так поначалу и вышло - но я не учел, что дело было еще лет за 5 до перестройки с ее "СПИД-инфо" и прочими "развивающими изданиями", и один из инженеров (тогда еще будущих, т.е. студент политеха на то время) что-то такое ляпнул про клитор, который, по его версии, находился у дам где-то в районе ануса.
Понятно, что медики столь глубокими познаниями в области анатомии были крайне впечатлены и не преминули вставить десятка полтора ехидных комментариев в его адрес, с демонстрацией ему взятого у меня же атласа Синельникова. Тот товарисч явно после этого запомнил локализацию клитора на всю оставшуюся жизнь, но он еще и запомнил кучу "жутких" картинок с "содранной кожей" из того же атласа. Потом рассказывал мне, что при следующей попытке полового контакта со своей девушкой ему все мерещилась картинка из атласа где мышцы бедра были показаны без кожи. Тот половой контакт приятелю, я так понял, не особо удался...
В итоге он решил мне своеобразно "отомстить", пригласив меня к себе на ДР, где я оказался единственным медиком. Он надеялся, что я буду сидеть скромно в уголочке, а мужики (там и дамы были, получавшие инженерное образование) будут в моем присутствии обсуждать тиристоры, добротность контуров, антенны с изменяющейся диаграммой направленности - т.е. то, в чем я ничего (по его мнению) не понимаю.
Ха! Эти радиоинженеры выстроились ко мне в очередь для обсуждения своих проблем со здоровьем, т.к. тиристоры они друг с другом обсуждали неоднократно по много раз на дню, а "с медиком удается поговорить не каждый день", как сказала мне на том ДР какая-то симпатичная студентка радиофака...

29

ПАСТЬ ГОЛЛУМ И БАРЖА ЗЕЛЁНОГО ЛУННОГО СЫРА НА ЕНИСЕЕ

У Ромы Бурлака, которого в Красноярской ролёвке больше знают под звучным именем - Пасть, возникали иногда довольно сумбурные идеи. Например он мог придти к тебе ночью постучавшись пальцем в окно, и предложить отправиться прямо сейчас в путешествие без какой-то особой определённой цели. Что-то типа пешего паломничества:

"Пошли, говорил он, прямо сейчас пешком до Железногорска сходим".

Причём ещё и босиком. Ну или до Дивногорска. А это что-то около 30 км по трассе. Предпринимал он подобные пешие туры не только со мной, но и ещё с некоторыми моими друзьями. И в них сходить мне по счастью не удалось. По пути он сильно накидывался алкоголем, и по слухам по пути в Дивногорск спровоцировал на мосту глупую драку с гопниками, а в другой раз по-пьяни зачем-то пытался спереть у хачика арбуз, и этим тоже впутал своих попутчиков в весьма глупую и некому не нужную драку.

Но о том как мы с ним ходили пару раз пешком в Железногорск, закрытый режимный город, куда вход до сих пор по пропускам, я расскажу как-нибудь в другой раз...

В этот раз я расскажу лучше как Пасть плавал голым на баржу за зелёным сыром.
В город тогда очередной раз приехала одна томская фрикса - Инь-Яня. Это дивный фрик из уже вымирающего вида эльфиек - автостопщиц с флейтами, одетых в самошитый этнический и довольно экзотичный прикид.

Инь-Яня была вся с ног до головы оранжевой, потому как этот цвет лучше всего бросается в глаза на трассе, ассоциируясь с жилетками дорожных рабочих. Стопщик в таком прикиде имеет гораздо больше шансов уехать. А Инь-Яне с её довольно вредным характером - это было очень нужно. Раза три она приезжала к нам с кем-то в паре, и каждый раз этот кто-то кидал её одну за вредный характер у нас в Красноярске. Два раза я как джентльмен, бросал все свои раздолбайские дела у себя в городе, и увозил обратно в её родной Томск, но на третий раз уже сказал ей "Стоп, хватит! Больше я с тобой никуда не поеду"!

Но это пока был ещё самый первый раз. Встретив её где-то в центре всю такую ярко оранжевую как июльское солнце, мы с Пастью водили её по своему городу, показывая наши местные достопримечательности. Кстати, самым забавным во всём её оранжевом прикиде был шмотник сделанный из детских оранжевых колготок. Те самые детсадовские колготки с грубым швом через всю задницу. В советское время в такие наряжали даже мальчиков до самой школы. На них завязывалась оранжевым шнурком горловина, а сами чулки служили как бы лямками к шмотнику...

По пути что-то выпивали, и Пасть всю дорогу пытался раскрутить её на выпивку, обещая, что "завтра" всё вернёт, тогда как завтра она собиралась уже ехать назад к себе в Томск, а я вроде бы как подписался её туда провожать. При том, что сама она при своих этнических замашках практически с нами не пила... И поэтому взывала к его совести, не ведясь на провокации.

Вечер и алкоголь завели нас ближе к июльскому вечеру, на очень крутой берег Енисея в Академ городке. Там мы подсели к каким-то отдыхающим девушкам, любуясь сверху на Енисей и продолжая что-то там распивать. А с этого очень высокого и крутого берега, где сейчас уже давно стоит храм, нашему праздному взору открылась стоящая посреди Енисея баржа, гружёная чем-то жёлтым как заплесневелый сыр.
И у нас разгорелся горячий спор, о том что может быть на этой барже. Причём Пасть упорно склонялся к версии и том, что там лежит груз из окаменевшего зелёного сыра, из которого по версиям некоторых упоротых мракобесов сделана луна.

И чтобы проверить эту версию, Пасть решился доплыть до баржи вплавь, несмотря, что до неё было метров сто. Её предусмотрительно поставили на якорь чуть ли не посреди Енисея, дабы этот бесценный лунный сыр не расхитили.

Пасть спустился к воде крикнув нам чтоб присмотрели за его шмотками, и рисуясь перед девушками разделся догола. Кстати, те случайные девушки, к которым мы подсели, этого жеста совершенно не оценили, и тут же смутившись ушли. А уже изрядно подвыпивший Пасть нырнул в воду и поплыл вниз по течению к барже...

Если вы не сибиряк, и никогда не пытались купаться в Енисее даже летом, то лучше и не пробуйте. Течение почти везде там очень мощное, а вода даже летом очень холодная. Многие горе самоубийцы, что решаются спрыгнуть с коммунального моста, попав в стремительное течение, тут же внезапно раздумывают топиться, но уже поздно...
Выплыть из стремнины почти никому из них уже не удаётся...
Я всё это прекрасно знал, сбегая вниз по косогору, потому как сам купался в нём довольно часто. Купание в Енисее выглядит примерно таким образом: Метров в пяти от берега где течение не такое сильное, можно ещё окунуться по грудь. Но если ты ныряешь чуть дальше тебя тут же закручивает мощным потоком, и несёт дальше. Тут тебе уже нужно грести что есть силы к берегу, чтобы тебя не слишком сильно далеко унесло от твоих вещей на берегу... Очень бодрит с утра, и моментально снимает практически любое похмелье. Если конечно у вас с сердцем всё в порядке...

Думаю, что Пасть прыгнув в Енисей, тоже довольно быстро протрезвел, но было уже поздно включать обратный ход. Ему довольно легко удалось достичь этой баржи, только благодаря тому что течение само принесло его туда. Там он подтянулся и влез на неё, и начал голый там бегать, ёжась от речного ветра. Попутно он поднял, и показал нам издалека кусок этого самого зелёного сыра. До него наконец-то начало доходить, что при таком сильном течении назад ему уже не приплыть. В отчаянии он начал махать с баржи руками каким-то проплывающим мимо рыбакам. Но те увидав его голожопого как Голлум, лишь посмеялись и проплыли мимо...

Вечерело, на Енисее становилось всё холоднее, и Пасть наконец-то решился плыть в обратный путь. Он оттолкнулся от баржи, и его тут же понесло дальше по направлению к коммунальному мосту. А мы с Инь-Яней бежали вслед по берегу неся его шмотки. Инь-Яня с вещами отстала очень быстро, а я преодолевал бухту за бухтой, ожидая за каждым поворотом не увидеть его головы над поверхностью, и нырять за ним уже самому, чтобы вытащить из воды его ослабевшее тело...

Но метров через двести ослабевшего Пасть таки вынесло к берегу, в побелевшей руке он судорожно сжимал какой-то зеленоватый камень ядовито зелёного цвета. Это был кусок производственной серы...
Так мы узнали что было на той чёртовой барже, ради которой Пасть чуть не утоп. Не лунный зелёный сыр, а зелёная сера, которой черти топят свои котлы в аду.

30

Однажды хожу по рынку, выбираю фрукты. Вдруг вижу, прямо на прилавке в щели между выложенными на витрину коробками с фруктами, лежит женский портмоне. Такое ощущение, как будто его кто-то специально так сунул, чтоб он не бросался в глаза. Спрашиваю: кто потерял? Все окружающие отказываются, говорят, не наш. Заглянул внутрь, а там паспорт на имя какой-то Ивановой Марии Ивановны (условно, точно не помню) и справка из обменника о покупке хозяйкой этого паспорта 100 $. Ни самих 100 $, ни других денег, ничего больше нет. Смотрю страницу с пропиской - край самого отдаленного района города, короче, жопа мира. Ехать туда, это значит убить пару часов, не говоря уже про бензин. Да-да, тратить даже 5-6 литров бензина на какую-то совершенно неизвестную мне тетку-растеряху я совершенно не обязан, извините. Можно отнести в ближайший РОВД, но посколько моя жена только недавно потеряла паспорт и я помню, как она мучилась, чтобы его восстановить (в числе необходимых документов ее заставили даже принести справку о переименовании улицы, на которой она проживала), а потом, когда она уже получила новый, оказалось, что ее старый паспорт кто-то давно уже нашел и сдал в милицию, где он все это время преспокойно себе и пролежал, поэтому и решаю сделать все от меня зависящее, чтобы вернуть паспорт лично хозяйке. Приезжаю домой и звоню по телефону 09 (помните, была такая телефонная справочная, тогда еще номер любого домашнего телефона, если он есть в квартире, давали без проблем, надо было только назвать ФИО и адрес). Оказалось, что телефон как раз есть, дали номер, звоню. Спрашиваю: можно Иванову Марью Ивановну? Отвечает: да, это я. Говорю: я нашел на рынке кошелек с вашим паспортом внутри, живу там-то (диктую ей свой адрес), когда сможете за ним приехать? Она в ответ: а сколько вы хотите за это вознаграждения, а то мне, может быть, проще новый получить? Понимаю, что женщина с неприятным характером, наверно судит о людях по себе, но сдерживаюсь и говорю: девушка, я разве что-то сказал сейчас о вознаграждении? Просто приезжайте, забирайте, и даже не считайте себя ничем мне обязанной. Она: ох, извините, но приехать я не смогу. А не могли бы вы его сами привезти, а то мне маленького ребенка не с кем оставить, я вам заплачу. Хорошо, -говорю,- хоть и ехать до вас далеко и своих дел у меня хватает, но раз у вас ребенок, да и привык я все дела до конца доводить, короче, выходите через час на такую-то остановку, как раз возле вашего дома. И платить мне не надо. Она мне в ответ: нет-нет, через час не надо, лучше дайте свой номер телефона и подождите, пожалуйста дома, а я вам сама позвоню, когда приехать. Честно говоря, не понял, удивился, но номер назвал. Отложил свои дела, жду. Где-то ближе к пяти вечера звонит: а не могли бы вы прямо сейчас приехать? Говорю: девушка, сейчас как раз вы неудобное время выбрали, все с работы едут, могут быть пробки (тогда они конечно были не такие, как сейчас, но все равно час пик, на хрена мне все это), давайте часа через два? Отвечает: ой, ну пожалуйста, мне паспорт очень срочно нужен, привезите прямо сейчас. Ладно, думаю, сам нашел себе проблему, лучше бы ближайшему менту отдал. А теперь и отказываться как-то неудобно. Ну хорошо, говорю, выезжаю. Где встретимся?
Называет мне ту же автобусную остановку, про которую я раньше ей говорил.
Подъезжаю, выхожу из машины. Вижу, стоит довольно неприятного вида девица с кислой физиономией, а возле нее по бокам два верзилы. Морды у обоих тупые, как пара валенок, похоже, оба грузчики с овощебазы или что-то в этом роде. Один здорово внешне смахивает на эту тетку, очень похоже, что он ее родной брат, видна порода. Второй, как потом оказалось, муж. Так вот, думаю, почему она просила сразу не приезжать? Ей нужно было время, чтобы нашу встречу организовать так, как она сочла для себя удобным. Честно говоря, мне стало не просто неприятно, а даже довольно омерзительно. Захотелось бросить этот портмоне в пыль и уехать подальше от этих отвратительных людей. Но все-таки думаю, мало ли что, женщина может меня опасаться, портмоне-то у нее явно кто-то стянул, достал что в нем было ценного, я остальное выбросил. Да и время было довольно бескойное, середина 90-х. Так что, может быть, это с ее стороны разумная предосторожноть (хотя чего бояться, и телефон и адрес знает). Короче, не стал особо этим заморачиваться, подошел к ним, поздоровался, отдал ей портмоне и даже еще и пошутил: типа, парни, а вы тут зачем, боитесь, что вашу принцессу похитят? В ответ молчание, угрюмое сопение и хмурые взгляды, похоже моя ирония оказалась трудно перевариваемой для их биндюжных мозгов. Разворачиваюсь у машине, тут эта девица неприятным таким голосом, с ехидцей, кидает мне в спину: а между прочим, я не потеряла эту портмоне, а у меня ее на рынке украли, и там еще были 100 долларов и сколько-то рублей (назвала какую-то сумму, не помню). Поздравляю, -говорю,- другой раз меньше ушами хлопать будете в общественных местах, - и продолжаю двигаться в сторону машины.
Тут мне эти два ослоёба перегораживают путь и один из них заявляет: постой, мужик, еще надо разобраться, как у тебя оказался кошелек моей жены.
Вижу, что похоже, нашел на свою задницу приключений из-за своей же доброты, и теперь нормально расстаться с этой отвратительной семейкой мне не удастся. Поэтому решаю идти ва-банк и как можно спокойнее говорю: это каким же образом мы с вами будем разбираться? Для разборок, братаны, умные люди задолго до нас с вами "стрелки" придумали, а сюда я приехал совсем не на "стрелку". Меня попросила приехать вот эта ваша дама. И я только что оказал ей по её же просьбе бесплатную, заметьте, БЕСПЛАТНУЮ услугу. Так мало того, что я нормального "спасибо" не услышал, со мной еще какое-то говно вроде вас разбираться собралось. Да знаете вы вообще, кому вы свою предъяву кидаете? Они так растерянно переглянулись, один спрашивает: а ты кто такой? Отвечаю ему примерно так: представляться вам здесь я не собираюсь. Для начала давайте забьем стрелку, придете - там все и узнаете. Собирайте своих, встретимся и от души пообщаемся. Сегодня в 2 часа ночи возле..(называю место на окраине города, где и днем-то неуютно ходить, не то что ночью), устраивает? Нет возражений? Молчат, сопят, но в глазах мелькает опасение, что они что-то похоже сделали не то. Решаю добить их, пока в себя не пришли: можете приехать с оружием, не бздите, ментам вас никто не сдаст, даю слово. Только учтите, парни, если зассыте и не приедете, тогда уже я вас начну искать, а когда найду, вам вряд ли кто позавидует, срать будете под себя до конца жизни. Все, до встречи.
Эти два дибила стоят, тупо смотрят то на мою машину (наверно прикидывают по марке моего ослика, до какой степени им следует принимать мои слова всерьез), то на свою бабищу. Такое ощущение, что единственное, что до них сейчас дошло - это то, что их родственница их сейчас не слабо подставила.
Сажусь в машину и возвращаюсь домой. Еще из подъезда слышу, как у меня в квартире разрывается телефон. Захожу домой, вытаскиваю телефонную вилку из розетки и иду греть ужин. Через пару часов включаю телефон, сразу же раздается звонок. Очень похоже на то, что звонили все это время, не переставая. На проводе один из этих биндюжников. Судя по голосу, пытается казаться важной персоной. Деловито сообщает мне, что я могу не париться, с их стороны ко мне никаких претензий нет, и поэтому они нашу встречу отменяют. Если до этого я относился ко всему происходящему немного отстраненно, как к какой-то игре, то эти его слова сейчас меня выбесили уже реально. Думаю, как же так, вы же, суки, кругом неправы, вы ни за что обидели человека, который только что бескорыстно сделал для вас доброе дело (кому приходилось в те времена восстанавливать утерянный паспорт, тот знает, какая это была задница, да думаю и сейчас не намного легче), так хоть найдите в себе мужество извиниться! А этому хряку извиняться западло, он, видите ли, лицо хочет сохранить. Хрен, думаю, не дам, чем бы это не закончилось. Стрелка,- говорю,- если вы не знаете — это такая штука, которая в одностороннем порядке не отменяется. Так что вы отменяете, говорю, а я не отменяю, и буду ждать вас в назначенное время в назначенном месте с нетерпением. Кладу трубку и снова вытаскиваю штепсель. Думаю, включу через пару часов, а пока пусть поиграются с телефоном. Но не прошло и часа, как слышу звонок в дверь. Открываю, перед дверью стоит эта бабенция, только вид у нее уже не хамоватый, как в прошлый раз, а плачущий и заискивающий, а под глазом еще и приличных размеров гематома. Начинает оправдываться, просит простить ее и не трогать ее мужа и брата. Ответил ей, что-то вроде: идите вы все в жопу, на хрен они все мне не нужны, живите спокойно, и закрыл дверь.
Конечно, у читателя могут возникнуть вопросы: а что за гусь вообще этот автор и что было бы, если бы эти два урода все-таки пришли на эту стрелку, да еще и привели с собой нескольких таких же. На первый вопрос отвечу, что автор самый обычный человек, такой же как и большинство тех, кто сейчас это читает, и что конечно же, стоя напротив двух безмозглых верзил, я чувствовал себя весьма неуютно, чтобы не сказать, что просто здорово пересрал. На второй же вопрос точного ответа у меня нет. Не знаю, что было бы, знаю одно - раз уж сам назначил, то я бы точно пришел.
Вот, вроде и одержал тогда свою маленькую моральную победу над этими гоблинами, а помню, что радости никакой не было. Все равно целую неделю потом ходил с таким гадким ощущением, как будто наелся говна до отвала. Твердо решил для себя: когда следующий раз на моем пути будут валяться чужие деньги, вещи, документы, да что угодно — я просто пройду мимо.

31

«Зачем опять прерии снятся», часть вторая.

Наш стройотряд квартировал на первом этаже школы, в которой шел ремонт, большая часть - в спортивном зале, девчонки – в кабинете домоводства, а наша «ночная бригада», чтобы не мешать остальным, в кабинете труда, где шкафы–стеллажи были выдвинуты на середину для покраски стен, а в углу кучей лежали фанерные автоматы для «Зарницы» и кривые лопаты для чистки снега. Все помещения выходили в общую рекреацию со столом для настольного тенниса. Джон-каскадёр после конкурса политической песни всю дорогу убеждал здоровенного увальня Вовку в пользе рукоблудия, мол, и фантазию развивает, самому такое в голову не придёт, и знакомиться помогает: так подойти страшно, а когда знаешь, что она вытворять умеет, так уже и ничего, и так увлёкся, что не заметил, как налетел на стоящий напротив входа стул с чьими–то висящими на спинке брюками и лежащими на сидении трусами в цветочек. Ругнувшись, Джон вынул из этих штанов ремень, поставил на бок стоящую рядом Славкину раскладушку и связал им переднюю и заднюю ножки, пропустив ремень под брезентовым полотнищем. Этого ему показалось мало, и, навязав на суровой нитке узелков, он уложил её хитрыми петлями между матрасом и простынёй, выведя конец наружу. Затем со скучающим видом уселся за глядящим в окошко Вовкой. За манипуляциями Джона наблюдал стоявший на испачканной мелом классной доске Чебурашка, выжженный на толстой фанере, с огромными ушами и глазами, его полные губы посылали весьма двусмысленный воздушный поцелуй каждому вошедшему.

Славка пришел последним и, увидев, что его стул занят чьей-то одеждой, уселся на свою раскладушку, ремень натянулся, ножки подогнулись, и он оказался жопой на полу. Решив, что это случайность, Славка расправил дужки и снова сел. С тем же результатом. Тогда он решил действовать более осторожно и, восстановив раскладушку, он навис над ней задницей и осторожно присел, да так и остался в позе орла над рухнувшей койкой. Перевернув её он отвязал ремень и выкинул его в открытое окно, что не вызвало у внимательно наблюдавших за этим зрителей никакой реакции, так как ремень был неизвестно чей. Немного посидев, Славка разделся, взял книжку и полез под одеяло. Джон начал понемногу вытягивать веревку с узелками. Сначала Славка как-то беспокойно заворочался, потом начал чесаться. Затем резко встал и, задрав одеяло, стал рассматривать простыню.

- Наверно, ты от Галки мандавошек подцепил, помнишь, ходил к ней, когда у тебя живот болел? –участливо предположил Джон. Галка была отрядная врачиха и её никто не любил. Злые языки поговаривали, что в её градуснике вместо ртути - кусок проволоки, ровно на 36,6, потому, что получить у неё освобождение от работы было нереально. Славка никак не прореагировал на заботливые слова и снова улёгся. Джон опять потянул за нитку. Славка вскочил и начал рукой отряхивать простыню, снова лег, теперь уже лицом к стене. Нитка у Джона кончилась, и когда все было решили, что "Finita la comedia" , фанера с блудливым Чебурашкой свалилась с классной доски прямо бедолаге на башку. Так как этого никто не ожидал, то давно сдерживаемый смех рёвом вырвался наружу, взбешенный Славка схватил Чебурашку и с размаху, плашмя огрел по спине ни в чем не повинного Вовку. Офигевший Вован сграбастал Славку и «полилась бы чья-то кровь» если бы не крик Аркана: «Ребята, а это что такое? Посмотрите-ка…!»

Славка, вырвавшись из могучих объятий Вована, остался на месте, остальные подошли на крик.
- Что же это делается?! - театрально заламывал руки Аркаха, - мы там за Луиса Карвалана с Анжелой Девис глотки рвём, после работы в песни протеста поём, а он тут харю давит, да ещё в моей кровати!
В самом деле, в Аркановой койке лежал на спине, держа в руках книжку, Колька по кличке Кока, при этом он крепко спал и улыбался. Его не разбудил ни наш хохот, ни Аркашины вопли. Про Коку нужно сказать отдельно, если бы тогда кто читал Толкина, то была бы у Кольки совсем другая кличка: Балин, Бомбур или какой-нибудь Гимли, так как был он очень невысок, коренаст, с высоким лбом, курчавыми волосами и бакенбардами, переходящими в бороду. Он был старше многих в отряде, отслужил в армии (даже получил сержантские лычки) и в институт попал после подготовительного факультета по рабочему направлению. Хотя, по характеру он больше был похож на хоббита: доброжелательный, трудолюбивый, всегда готовый прийти на помощь, по-моему, он был из народов крайнего севера, но могу и ошибиться. Даже дюймовочка–блондинка Таня, за которой он трогательно ухаживал, при всей своей миниатюрности, была на полголовы выше его. Бригада сгрудилась вокруг спящего, все взгляды были устремлены на предательски вздымающуюся над ним простыню.

- Странная штука жисть, одним доской по ебалу, а другим Эммануэль с доставкой на дом показывают – философски произнёс Вован.

- Нужно ребят из спортзала позвать, пусть посмотрят, чем тут наш любимчик занимается, заявил Джон с присущей ему заботой о ближних, и девчонок позвать, пусть тоже посмотрят.

- А чего звать, пошли сами к ним отнесём, и, подхватив раскладушку с Колькой, потащили его к двери. По дороге кто-то вынул у Кольки книжку и вставил ему в руки огарок свечки. У ребят из спортзала заводилой был Костя-Диабет (по названию группы , где он был солистом), сразу принявшим руководство на себя.
- Так, аккуратненько ставим на теннисный стол, тащи сюда фикусы, один справа, другой слева, ставь на тумбочку Чебурашкину нерукотворную икону (тут же зажёг перед ней спиртовку из кабинета химии). Вы двое, быстро надели дорожные жилеты, строительные каски, взяли из угла автоматы и встали в изголовье.

Сам он, на минуту исчезнув в туалете, где уборщица хранила свой инвентарь, появился в чёрном халате, подшлемнике с меловым крестом на лбу и с консервной банкой на веревке, в которой дымилась вата. В руке он держал швабру, пробитую вниз по палке, так что получилось что-то вроде епископского жезла. За ним шел Джон-каскадёр с малярной кистью и ведром с водой. Между фикусами натянули веревку и повесили на неё взятые из тумбочки комиссара презервативы. Сия аллегория должна была означать, что усопшего вусмерть заебала работа. Вован по собственной инициативе облачился в плащ–палатку с капюшоном и, подпоясавшись веревкой, стал похож на странствующего монаха. Ему в помощь Колька дал двух бойцов, пожертвовав одному из них свой жезл, а другому дал деревянную лопату для снега, к которой кнопками приколол портрет то ли Дарвина, то ли Линея с траурной каймой, которую сам нарисовал углем, заодно велел использовать лопату как опахало, что бы Вовке было не жарко. Решив, что предварительная подготовка закончена, пошли звать девчонок. Они стайкой выпорхнули из двери и подошли к столу: «Ой, что это тут у вас? – Ой, а кто это? - Ой, а что это с ним? – Ой, а что это у него?»

На все вопросы Колька отвечал неторопливо, по очереди, на поповский протяжный лад, размахивая своим кадилом:
-Это у нас панихида по усопшему.
– Зовут его раб божий Кока.
– Усоп он от непосильной работы, коей нас здесь мучат, а так же от невоздержанной жизни.
– Это у него хуй!

Последний ответ дамам явно не понравился и, с возмущенным визгом, они удрали к себе в комнату, однако скоро вышли обратно, закутанные в простыни, и, выстроившись вдоль стенки, стали горестно рыдать: «На кого ж ты нас покинул, касатик, как же мы без тебя будем». Сцена очень походила на «Белое солнце пустыни», когда Абдула решил кончать своих жен, если бы не смешки, которые девчонки издавали глядя на покойника.

Итак, диспозиция была следующая: посреди рекреации на теннисном столе стояла раскладушка с покойным, рядом с ним на тумбочке - фанера с Чебурашкой и спиртовой лампадой, в изголовье - почётный караул автоматчиков, справа - монах в капюшоне с требником в руках (а, точнее, с книжкой стихов Пушкина на комяцком языке) в сопровождении держателя жезла и опахальщика. Слева – Костик с кадилом и Джон с помойным ведром и малярной кистью, которой он щедро кропил всех собравшихся. Под раскладушку кто-то поставил белые кеды усопшего.

- Итак, помер раб Божий Кока, - торжественно провозгласил Костик и далее, слегка изменив ежевечернюю процедуру прощания с прошедшим днем, добавил, - да и хуй-то с ним!
- Хуй, хуй, хуй, - следуя непреложному ритуалу, торжественно произнесли бойцы.

Вова открыл книжку и низким басом начал читать отходную :
- Дыр, гыр, быр,
елчердыр!...
Невозможно было понять, о чем были стихи Нашего Всего, то ли про старушку, с которой он так любил выпить, а может и про царя Салтана, но впечатление они производили мощное. В конце молитвы Вован согнулся в поясном поклоне, то же повторил стоящий за ним боец со шваброй, нехило приложившись этой самой шваброй по Вовкиной спине. Вовка резко выпрямился и треснулся репой об лопату с Дарвиным, которой его услужливо обмахивали. Дабы избежать очередного конфликта Костик опять взял инициативу на себя:
- Последней мыслью покойного на земле была (тут он замешкался и, не найдя нужного слова, просто показал рукой на торчавший под простыней стояк), э… …при этом он велел всем нам (Колька сделал руками жест, как будто лепит невидимый снежок), а .., во! Плодиться и размножаться! – произнёс он с облегчением. Как бы в подтверждение его слов, в школьный двор, куда выходили открытые окна рекреации, забежали две дворового вида собачки, воровато оглядевшись по сторонам и решив, что тут им никто не помешает, одна влезла на другую и начала хорошенько наяривть. Мужики одобрительно загукали, дамы возмущенно запищали, а воодушевлённый успехом своей проповеди Колька тут же добавил:
- Душа покинула бренное тело, но пребывает с нами, показывая нам верный путь!
Тут, ко всеобщему изумлению, собачки совершили рокировку: нижняя собачка оказалась сверху и так же бойко стала обхаживать бывшую верхнюю. По рядам мужиков пронесся возмущенный ропот, зато дамы очень обрадовались и тут же заявили, что если это именно то, что завещал нам Колька, то они ничего против не имеют, так как к ним это совершенно не относится, разве что в следующем году они запишутся в другой стройотряд, с нормальными ребятами. Даже Вован из-под капюшона философски заметил, что, похоже, покойный был не так прост, как нам всем казалось. Тут кто-то не выдержал и запустил кединой в нетрадиционных собачек, промазал, и они, от греха подальше, лениво затрусили со двора.

То ли от удушливой вони горелой ваты, то ли от поднявшегося галдежа, но, преждевременно покинувшая тело душа, решила вернуться. Покойный вобрал воздух, сморщил лицо и, громко чихнув, резко сел на раскладушке, как паночка в гробу.

«Чудо, чудо!» - заголосил было Костик, но Кока, не понимая где он находится и что происходит, попытался восстать из домовины. Высунув ногу и не найдя опоры (раскладушка стояла на столе) он как жаба вывалился на пол, тут же вскочил, выхватил у стоявшего рядом бойца швабру, огрел её в очередной скрючившегося от смеха Вовку и помчался в кабинет труда. Оттуда он вышел, поддерживая руками штаны:
- Куда, сволочи, ремень дели?
- Его Славка в окно выкинул, - услужливо сообщил Джон, забыв сказать, что сам этот ремень вынул, - а кедина твоя, вон, во дворе валяется.
- Сейчас вернусь и серьёзно поговорим, - пообещалновоявленный Лазарь, направляясь к выходу, но в этот момент за окном раздались автомобильные гудки, прибыла «вечерняя лошадь» и мы отправились на работу.
( афтырь благодарит коллег из КК за редакторскую работу)

32

В нашей группе студентов-заочников был один креативный бездельник (мы иногда удивлялись, как он вообще в вуз поступил), который частенько приходил на экзамен с совершенно пустой головой, зато для преподавателя сочинял какую-нибудь невероятную трагическую историю, обычно мало правдоподобную и глупейшую. То его перед самым входом в вуз машина сбила, то он девушку от хулиганов защищал, а его за это отметелили, всего и не припомню. Причем большинство преподавателей, как ни странно, ему верили. Уж очень жалобно он эти свои истории рассказывал, сам Станиславский ему бы апплодировал. Правда, преподы не все были такими уж доверчивыми лохами.
Как-то на экзамене по политэкономии профессор после нескольких попыток вытянуть из него хоть что-то, отдаленно имеющее отношение к его предмету, спрашивает его, что же ему помешало выучить если не учебник, так хотя бы тот материал, который он в своих лекциях давал. Да и неплохо было бы, если бы он рассказал, почему ни одну его лекцию не пожаловал своим присутствием. Ну, тот и погнал примерно следующую лабуду:
- Понимаете, вот только я приехал на сессию, устроился в гостиницу, взялся за учебу, как внезапно приезжает из дома моя жена с нашим грудным ребенком. Ребенка бросает на меня, а сама уезжает в Гагры с любовником. А малыша же надо кормить, пеленки стирать (в то время еще не было подгузников), да еще он в номере плачет день и ночь, мешает всем соседям по гостинице. В конце концов они на меня написали жалобу директору, а тот не стал разбираться и выселил нас на улицу. Бомжевали с малышом несколько дней, пока кое-как пристроились на вокзале в комнате матери и ребенка. А это же вокзал, там одни уходят, другие приходят, куча детей, все плачут наперебой. Разве можно в таких условиях что-то выучить?
То что вы сейчас прочитали, это только бледная тень его подлинного рассказа, сам он тогда гораздо живописнее расписывал, просто лет прошло немало, многие детали стерлись в памяти. Если вы читаете и думаете: "какой же придурок этот автор, как можно было вообще придумать такой бред", значит вам будет легко понять, что тогда творилось в головах у всех нас, кому довелось слышать этот бред в оригинале.
Короче, он все это рассказывает, а народ в аудитории давится от смеха, но терпит, чтоб не ухохотаться и не сдать его с потрохами, товарищ все-таки.
Профессор послушал (по его лицу похоже, что он проникся сочувствием), и говорит:
- Ну хорошо, сынок, все я понимаю, семейные проблемы штука серьезная. Но у нас же все-таки экзамен, хотя бы что-то я должен у тебя спросить. Ты хотя бы на самый простой вопрос ответь, определение мне назови, что такое вообще наука политэкономия. Оно прямо на первой странице учебника написано. Открывал хоть учебник-то?
- Конечно открывал, сейчас...Политэкономия это...это...наука такая, экономия, только политическая, ну вроде как на экономику с политической точки зрения посмотреть (не дословно, конечно, но промямлил он что-то в этом роде).
Некоторые из нас уже фыркают, как кони, но мы держимся.
- Молодец! Вижу, старался, учил, вот товарищи, берите пример. Сынок, скажи, а у тебя батя есть?
- Есть, а что?
- А батя твой штаны как носит, на подтяжках или на ремне?
Тот ничего не понимая, тупо отвечает:
- На ремне вроде, а вам зачем?
- А затем, что когда ты домой приедешь, то передашь своему отцу мою просьбу, запоминай: "папа, наш преподаватель политэкономии Иван Сергеевич просит тебя, чтоб ты снял ремень и всыпал мне, бездельнику, как следует по голой жопе, чтобы в следующий раз я не вешал лапшу на уши старому профессору." Запомнил? И это, сынок, тебе еще повезло, что он на ремне носит.
Вся группа уже и так угорает в открытую, а тут еще этот чудила не нашел ничего лучшего, чем спросить:
- А почему повезло?
- А потому, что если бы он носил на подтяжках, то я бы его попросил, чтобы он тебя, афериста, на них просто удавил.

33

Народный врач Дегтярев
О его мастерстве хирурга, универсальности врача, рассказывали легенды, которые оказывались реальностью, и реальные истории, похожие на легенды.
Прокопий Филиппович Дегтярёв возглавлял Барановскую больницу три исторические эпохи – довоенный период, послевоенный и развитого социализма. С 1935 по 1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.
Предоставим слово людям, его знавшим.
Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.
В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.
Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.
Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, - к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, - в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…
Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.
Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.
Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.
В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: «Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти». Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, - работал конюхом. Даже оперировал «волчья пасть» и «заячья губа». Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба «нету» у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.
Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!
Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…
Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: «Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что».
…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры - анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…
Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, - два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.
Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.
Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…
А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.
***
Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.
Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: «С завтрашнего дня вы у меня работаете». Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина - прим. автор).
У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.
Люди сначала не понимали, - зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, - вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал - в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.
Вы понимаете, - что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.
Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, - всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.
Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал - мальчик пошёл.
…На столе у него всегда лежал планшет «Заслуженный врач РСФСР» и он выписывал на нем рецепты, назначения…
Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: «Юрий Алексеевич Гагарин в космосе!» Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.
40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас - они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!
***
Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы
Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.
Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью «За победу над Германией», юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, - Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.
После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.
Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.
Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.
Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.
Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…
Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.
Он был настоящий народный врач.
***
Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П.Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете «Наше слово» была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.
Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.
Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.
И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.
Но, получается, - в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

34

Приехав в Штаты в 98 году, я снял жилье у одного кадра. В Арлингтоне, это дорогой пригород Вашингтона, в пешей дистанции от Джорджтаунского университета. Собственно, даже не у одного кадра, а у малополноценной семьи, состоящей из деда и внука югославского происхождения (точной их национальности я не знаю). Имени деда я не помню, а сына Деннис звали. Владели они чуть ли не целым кварталом доходных домов в районе станции метро Роззлин.

Домики были кирпичные, трехэтажные, вполне приглядные снаружи, но, боже, что было внутри! Комната, которую мне вежливо предоставил Деннис за 395 долларов в месяц, была красиво оформлена надписями "Fuck you Denny" и наскальной графикой. В общей ванной комнате заметно провисал пол. Кухня соответствовала, причем делить ее приходилось с людьми из соседних комнат, с такими, с кем я бы в несумеречном состоянии разума при менее стесненных обстоятельствах не поселился бы никогда. И ведь вроде не маргиналы были - один студент, другая девица, приехавшая из Западной Вирджинии для покорения капитолийского холма. Да, не суть.

Так вот, Деннис со своим дедом по всем прикидкам были не то что миллионеры, они были мультимиллионеры.

При этом они жили в деревянной надстройке над одним из своих доходных домов.

Контракт я подписывал с дедком. Точнее процедура подписи выглядела так - я подписал какие-то бумажки, копию от которых мне дедок категорически отказался дать, а оригинал спрятал в сейф. Сразу сообщил, что платить за ренту я могу только наликом (ну, понятное дело, ему так от налогов уклоняться проще). Взял залог в сумму первой ренты и первую ренту.

И пустил меня наслаждаться. Я насладился в первый же день, по дури включив встроенный в окно кондиционер. Тот радостно заурчал и примерно через пять минут превратил мою комнату в парилку. Я тогда не особо расстроился, один черт все время на работе проводил.

Отдельно я удивился, когда пришел платить в следующий раз за свои хоромы. Деньги принимал дедок. Я ему дал двадцать двадцаток, который тот аккуратно пересчитал и убрал все в тот же сейф. На мой робкий вопрос о сдаче в пять долларов тот буркнул что сдачи у него нет, равно как и не будет расписки в получении денег, поскольку у него закончились бланки.

Ну, за прожитый в Штатах месяц я уже кое чему научился, поэтому вежливо предложил дедку побеседовать с моими коллегами на предмет легальности не выдавания чека. Дед повелся, что-то про обнаглевших понаехавших побубнил, но чек мне все-таки выписал.

Вот так я и жил восемь месяцев.

На втором месяце, правда, наскальная живопись в комнате и парообразующий кондиционер меня достали, и я сделал ремонт. Своими силами, само-собой, это не сложно. А в июне я от этих уродов сбежал в Мэриленд, только залог за комнату обратно попросил.

Думаю, понятно, что удивляться мне было особо нечему, когда я получил ответ, что залог пойдет на санитизацию моей комнаты.

Да и пес с ним, на самом деле.

Но вот через какое-то время я получил новую работу в Сан Франциско, а там народ, сдающий квартиры, ох какой капризный. Вынь им да положь свою жилищную историю, иначе хрен что снимешь.

И пришлось мне к югославам опять на поклон идти.

В этот раз меня принимал Деннис. Он сразу понял, о чем я веду речь, и также моментально выдал, что подпишет любую мою бумажку за 500 долларов.

Я понял.

Бумажку ему прислал по почте, с копиями квитанций всех платежек за то время, что у него жил, и с датированными фотографиями жилья. Само же письмо, собственно, не Деннису предназначалось, а налоговому управлению и еще парочке организаций, где я подробно описывал, как Деннис с дедком уклоняются от налогов, и в каком состоянии содержат сдаваемое жилье. С моей припиской, что пока это только копия для их рассмотрения, но по адресу она уйдет незамедлительно.

И вот тут случилось рождественское чудо, не смотря на то, что до Рождества было еще далеко. Я, буквально в тот же день, получил от Денниса нотариально заверенное подтверждение о том, что был аккуратным плательщиком за жилье на протяжении всех месяцев, что снимал у него комнату, и! - чек на сумму моего залога, о чем я даже не мечтал.

Вот такие вот мультимиллионеры мне в начале моей американской биографии попались.

Кстати, совсем недавно по тому району проезжал, ничего от берлог Денниса и его дедка в этом районе не осталось. Стоят симпатичные, ухоженные домишки, вокруг ходят симпатичные, довольные жизнью люди.

Совершенно очевидно, что не Деннисовой полусемейки эта теперь собственность.

Одно обидно, написать больше там негде: "Fuck you, Denny!"

35

В предчувствии родственного спарринга.

Недавно мой отпрыск от прошлого брака порадовал. Взял первое место в области по ММА среди юниоров. В 15 лет. Тревожно. Мне его на лето выдают для обуздания порока и привития добродетели, а я сии манипуляции с подростковым сознанием умею только мануально производить.
Теперь придется трижды подумать, прежде чем отвесить чаду подзатыльник.
А ведь сам создал себе проблемы. Зачем, спрашивается, я его в спортзал поволок в 7 лет? Думал-раз не могу особо контролировать его порывы-так хоть от наркомании обезопашу. Качок торчку не товарищ.
Теперь есть все шансы напороться на то , за что боролись.

За год до этого евонная маманя поблагодарила меня за заботу о потомстве. Минут 15 ода ее моим педагогическим способностям лилась легко и свободно через годы, через расстоянья. Создавая у слушателя состояние эйфории от неженатости на источнике похвалы.
Когда накал повествования спал до членораздельности звуков-я уяснил, что нежное дитя мое чуть не вынесло глаз старшекласснику.
Родню зазвали на разбор матча и чествование победителя.
Где основной упор делался на спортивные успехи чада маво. Мол, он профи, как смел применить наработки ринга в коридоре?
Против лба кило на 15 потяжелее себя и на три года старше?
Согласно правилам маркиза Куинсберри(в понимании спортивных комментаторов из учительской) дитятя моя была обязана
1. предупредить оппонента о своих успехах (трижды)
2. При невразумлении оного подставить одну щеку.
3. Потом вторую, нос, яйца и все что тому подвернется под руку.
4. Лечь на пол, если у оппонента устанут руки-что бы тому было удобнее пинать бойца ногами.

К этому поведению впредь призывали отрока семья и школа. Причем как семья пострадавшего циклопа-так и собственная.

-Позови его к телефону.
-Алле.
-Ты ему как втащил?
-Бэкфистом.
-Вертушкой с руки?
-Угу.

-И прямо в глаз прислал?
-Угу.
-Красава. Так держать. В следующий раз пробей с ноги-на добивание.
-Там добивать некого было. Ушел вперед челюстью.
-Ай, молодца!

Не, ну а что я ему скажу? Повторю бред с 1 по 5 пункт? Четыре привел сверху, а 5й (итоговый)- мой папа мудак?

Начну учить ученого- типа "ты там поосторожнее"? Выставляя себя сызнова 5м пунктом?

Ибо вертушка очень сложный удар в исполнении. И рискованный. Я его один раз применил и получил таких жизнеутверждающих пиздюлей, что до сих пор от воспоминаний зубы ноют.

И присылается он со всей дури и куда придется.

К тому же чья бы корова мычала, а моя б не пиздела.

Тут в разговор вклинился ангельский глас подруги дней моих суровых. Сыниной мамы то есть. И давай мне проповедовать идеалы непротивления злу насилием. И тыкать меня поганой харею в несоответствие мя этим идеалам. С элементами дьяволизирования моей монады. Запахло жареным еретиком.

-Ты Корнета помнишь?
-Что?!
-Не что, а кого. Байкера. 150 кило, 220 см росту. Дружочка твово питерского. С которым я сцепился на даче лет двадцать тому.
-Ээээ...
-Вот и ладушки. Закрыли разговор. Если бы я тогда по твоим нотациям действовал- на моей могилке уже бы портрет потускнел.

Корнет был настолько здоров, что я рядом с ним сразу почувствовал свою хрупкость и ранимость. Это реально был конь. Судя по всему, человек он был неплохой, но меня сразу невзлюбил.
Хотя почему "но"? Скорее, тут союз "и" более подходит.
Так как виделись мы с ним редко- года полтора эта неприязнь проходила заочно. Что для Корнета было редкостью-сдержанность не входила в число его достоинств. Спасало то, что он из Питера в Москву нечасто наведывался.

Пока как то на даче у будущей мамы нынешнего бесправильного бойца не встретились к ним нос к носу. Корнет прихромал туда с какой-то невзрачной подругой-из тех что закрывают у байкеров надпись на спине косухи: "Если вы читаете эти слова, значит эта сука потерялась по дороге" .Такие любят, что б с ними построже.

Прихромал-потому как перед этим сильно разложился на дороге. С серьезным повреждением колена.

Сели пить. Как то в тот вечер я непривычно быстро окосел. Ослиную долю пиздюлей в своей жизни я получал под газом. Ибо алкоголь делает меня доброжелательным, рассеянным мудрецом. Мудаком то есть. Смазкой для штыка.

Поэтому я пропустил момент начала конфликта. Пока я унимал звон в голове от первой плюхи-через стол, тупая рожа моя продолжала радушно улыбаться.

Вторая пиздюлина привела мозг в более-менее рабочее состояние.
-Так, мне его не свалить...Надо бежать. Но нельзя! Репутация ж... засмеют...Огрести? Он меня искалечит. Что делать? О!
-Слышь, Корнет, пошли на улицу. А то хозяйке тут всю обстановку разнесем.
Хозяйка в этот момент что то невнятно блеяла про "Возьмемся за руки, друзья", подруга оппонента, зная масштабы расправ любимого, выскочила за дверь.
Встаем. Мне бы его до угла дома довести. Там я приметил ухватистый дрын-кладенец в метр длиной. Как раз для Корнета. Лежит, его там дожидается. Пока он за угол поворачивать будет, я ему аккурат в торец заветным дрыном и пришлю.

Что значит нечестно? Так, давайте договоримся сразу- честный бой-это когда я раздаю пиздюля, а нечестный-когда я их получаю.
Точка.

Суха теория, мой друг, но древо жизни пышно зеленеет- я получаю третью плюху уже стоя. Еле удерживаюсь на ногах. Похоже-он меня не хочет сразу завалить, разминается.
Ну тогда план Б.
Главное-Корнет уже стоял. Слету пробиваю ему ногой в больное колено. Есть! И тут же , одним движением-на противоходе, не дав упасть, присылаю в череп бутылкой шампанского, что так удачно стояла на столе.
-Иессс!
Корнет рушился как башни-близнецы. С треском, грохотом, и столбом пыли. И тишина.

Поворачиваюсь- с порога таращит глаза мотоподруга.

На кураже, строго-рявкаю:

-РАЗДЕВАЙСЯ!!!

Пошутить хотел. Похоже, недооценил собственную убедительность в тот момент.
Мадам беспрекословно начинает расстегивать ремень трясущимися руками. Рассупонивается. Я в неком ступоре.

Наконец, критически оглядываю ее стати и так же , командным голосом гаркаю:

-ОДЕВАЙСЯ!!!

Дальше помню смутно. Чего-то я пил. Где-то я валялся. Проснулся с дикой головной болью. Корнета не было. Бабы его тоже.
Порядочный человек-мог бы на части разъять мой бесчувственный труп, как Сальери- музЫку. Но не стал.

Что забавно- полно провалов в памяти. Там же кто-то был еще... И милая моя вроде что-то говорила. Ничего не помню. Как в бреду. Впрочем, я в таком состоянии лет 20 прожил.

Так что, может, еще побарахтаемся. Это я в предчувствии встречи блудного отца с сыном хорохорюсь. Хорошо, хоть одного родил.

А то гуртом и батька бить сподручней.

36

Ода портянкам.
Нет, это не то, о чем вы подумали, а некоторые даже злорадно заухмылялись. Речь пойдет, именно о портянках, в прямом смысле этого слова, о двух прямоугольных кусках плотной хб или байковой ткани, размерами примерно 30х60 см. Впрочем, и не только о них.
Портянки имеют одну замечательную особенность: у каждой четыре угла и две стороны, то есть их можно восемь раз перемотать свежей тканью к ноге. В армии, например, баня у нас была один раз в неделю и портянки выдавались тоже раз в неделю после бани (1988-1990г.). В Российской империи и в СССР, до массового строительства благоустроенного жилья при Хрущеве, подавляющее большинство населения проживало без удобств в виде ванны или душа, и в баню традиционно ходили, также, один раз в неделю. А повседневная обувь, также у подавляющего большинства (кто мог себе их позволить) была сапоги. В сапогах ходили, и солдаты, и офицеры, и купцы, и промышленники, и крепкие крестьяне, и служащие, и даже, любимец Поклонской, император Всея Руси и пр., и пр. Николай II, на всех парадных портретах в полный рост, которые я видел, он обут в сапоги. И думаете он носки с подтяжками под сапоги надевал? Ну не было тогда технологии резинок в ткани. Портянки, их родимых, мотал, и не думаю, что от этого чувствовал себя неуютно или ущербно. В советское время была такая уже ретро загадка: «Почему Сталин ходил в сапогах, а Ленин в ботинках?». Один из вариантов большинства неправильных ответов был: «Потому что портянки наматывать не умел». Правильный ответ – по земле (по чему). На моей памяти, когда я был пацаном у бабушки в деревне, большинство мужиков, особенно старшего поколения (практически 100%) ходило в сапогах, зимой переобуваясь в валенки с калошами, но тоже с портянками.
- Деда, а тебе в сапогах не жарко? – спрашивал я летом, смотря на свои сандалики (обязательно с носочками).
- Я то, в своих сапогах, и по навозу, и по стерне, и по лужам пройду. А ты? – улыбался дед.
- Не-е, не пойду! Баба заругает! – расстраивался я. –Тоже хочу сапоги!
- Вот будешь хорошо кушать, быстро вырастешь и тебе такие же сапоги справим – притопнул ногой довольный дед. Вот такая деревенская педагогика, и замечательно работающая, между прочим.
В армии на КМБ (курс молодого бойца) сержант учил: Подмочил ноги, зашел в помещение – не торопись сразу перематываться, потерпи минут двадцать, дай сапогам чуть подсохнуть, тогда и перемотай, той частью портянки, которая была на лодыжке, и будет ногам снова сухо. Вы представьте, в армии, запасные носки в карманах носить, а после переодевания мокрые и грязные..., как-то не комильфо. По моим прикидкам, мои армейские юфтевые сапоги, выдаваемые на год, без ремонта, при тех нагрузках, и бег, и строевой шаг, практически не снимаемые (только несколько раз, когда надевалась «парадка» с ботинками), проходили 10-15 тыс. км. Какая современная обувь может таким «пробегом» похвастаться? Мать прислала шерстяные носки, лично связанные по продвинутой технологии (дополнительно заводилась капроновая нить в подошву и пятку). И что вы думаете? Протерлись нафиг, хватило, с поддетым простым носком (стирал их каждый вечер), в сапогах ровно на неделю.
Фу, скажут «эстеты», а запах то от недельных портянок? Ну да, не без этого. Но человек такая скотина – ко всему привыкает и перестает замечать. Общеизвестный факт, что в средневековых европейских городах, в частности в Париже, ночные горшки выливались из окон прямо на улицу, прохожие и домашний скот гадили там же. Дерьмо было везде, никто его не убирал, но думаю, никого эти запахи особо не напрягали, это было нормально, к этому привыкли с детства, никто с возгласом «фи» не зажимал носик и не рыгал у стеночки, и не мылись они вообще. В средневековой Японии не выращивали домашний скот и не ели мясо (вообще не ели, об этом можно прочитать в очень достойной книге Джеймса Клавелла «Сёгун», очень помогающей понять менталитет японцев). Так вот, в Японии поля удобряли человеческими экскрементами, растворяли в воде и поливали. Если какой-нибудь самурай присаживался по большому делу на улице (абсолютно нормальное явление), то рядом сразу начинал ошиваться какой-нибудь крестьянин с просьбой о разрешении подобрать по завершению. Прям, как охота наших бомжей за пустой бутылкой. Если бы средневекового жителя привезти в наш мегаполис, то он бы был очень сильно удивлен и возмущен до тошноты, до рвоты, как мы тут дышим, тут же так воняет выхлопными газами. А нам нормально, мы привыкли и уже просто не замечаем. Наверное, наше современное отношение к естественным запахам очень надуманное, наносное, привитое с детства воспитанием и отношением взрослых и других детей. Не секрет, что на некоторых женщин действует, как афродизиак, запах сильного, молодого самца, пропотевшего, нормально так, здорового мужика. Вроде запах, и резкий, и не очень приятный, но почему-то очень возбуждает, видно против матушки природы не попрешь. А что он неприятный – внушено, напето нам с экранов, в рекламе дезодорантов и пр. Маленькие дети (до года) с явным удовольствием "жамкают" ручками и размазывают свои какашки (это я вам, как отец двоих детей, заявляю), а потом включается воспитание: Нельзя, кака, фу гадость, это плохо, насколько, тут же демонстрирует, увидевший это, «счастливый» молодой отец, рыгающий в туалете. В животном мире же никаких внушений, моя собака на прогулке с удовольствием нюхает какашки других собак, а насколько я знаю, новорожденные слоны в месячном возрасте активно начинают поедать навоз родителей, чтобы создать у себя к кишечнике колонию микроорганизмов, позволяющую им переваривать грубую растительную пищу. А если завтра нам всем станут внушать, что, например, запах земли — это плохо, просто ужасно. Что надо с этим запахом бороться специальными дезодорантами и освежителями, закатать в асфальт, закрыть как можно больше поверхности. Выступят медики и ученые, расскажут про гигиену, про вред здоровью, наносимый землей. Скажут нам как это вредно видеть сырую землю, вдыхать ее запах, психологи, что это может привести к серьезным психическим заболеваниям. Мы будем ругать наших детей за землю на ботинках. Дети в садике и школе будут кричать: Фу, ты в земле измазался, уйди, от тебя воняет и т.д., глядишь, уже через пару поколений, у кого-то уже будут возникать рвотные рефлексы от запаха земли после дождя.
Есть у меня знакомый, военный, в конце девяностых попал в международную миссию ООН в одно из центрально-африканских государств, почти на экваторе. Несмотря на кучу предварительных прививок, он, как и вся миссия, постоянно мучился, то кишечными расстройствами, то кожными болячками, неизвестной ему этимологии. То сыпь, то лишай, то просто непонятное покраснение значительных участков кожи со сильнейшим зудом. Сам он по специальности военный медик, но ничего кроме антибиотиков персоналу миссии предложить не мог. Его и самого просто замучил, вроде как, тривиальный фурункулез, который в обычных условиях элементарно лечится курсом из пяти-семи уколов. Далее с его слов. Жара, высокая влажность, весь мокрый ходишь, одежда постоянно влажная, если что из продуктов не убрал сразу или не помыл, плесень махом всякая вылазит. Взял я в помощники одного из местных, помыть чего, убраться, по поручениям сбегать. Черный парень лет двадцати, очень атлетического телосложения, вполне владеющий «пиджин инглиш» (упрощенный английский). Весьма сообразительный, но страшно ленивый. Видя, как я кипячу инструменты, чтобы вскрывать себе очередной фурункул, говорит:
- Ты белый парень-человек болеешь потому, что много моешься. Я Нугу - никогда не болею, потому что моюсь только когда очень сильно грязный, а ты каждый день. Я рассказал ему старый бородатый анекдот: «Как найти негра в темноте? Достаточно просто принюхаться.». Не обиделся.
- Моя мать-женщина мне говорила, вспотеешь - не вытирайся и тем более не мойся, пусть на тебе все останется, тогда болеть не будешь. Вот Анна-женщина (полненькая, лет тридцати пяти, рыжая, довольно симпатичная ирландка) каждый день по три раза моется, а потом к тебе лечиться бегает, вся задница уже в дырках от уколов.
- А ты понятно подглядываешь? – ограждение душа было весьма символическим (удобства на улице, но воду нам в миссию, специально очищенную, привозили каждый день цистерной).
- А ей нравится! Она у себя там пальчиками водит. Только к себе близко не подпускает и трогать себя не дает – сперва заулыбался, потом погрустнел Нугу. Не стал я ему рассказывать, что позавчера, еще не рассвело, ворвалась ко мне в бунгало с диким, истерическим криком Анна. У нее на гениталиях и вокруг за ночь образовалась какая-то плесень. Красивого такого, насыщенного стального цвета с изумрудным отливом, а днем она всего лишь поговорила с Нугу и провела пальцем по одному из ритуальных шрамов на его атлетической груди.
- Я же сразу руки с мылом помыла – рыдала она.
И тут я задумался. Живут же в симбиозе с нашим организмом, в нашем кишечнике лакто и бифидо бактерии, которые подавляют другую патогенную флору, почему же такого не может быть и на нашей коже? Бактерии, к которым у нас «железобетонный» иммунитет с детства, но которые создают среду, не позволяющую развиваться другим микроорганизмам, вызывающим различные заболевания. А мы эти полезные бактерии постоянно и безжалостно смываем мылом и другими средствами. По аналогии, это как бы мы каждый день делали промывание кишечника антибактериальными средствами, а потом жаловались на непрекращающийся понос. А запах – это просто побочный эффект жизнедеятельности наших бактерий, не более того. Далее события «понеслись вскачь», он и думать забыл про этот разговор и свои мысли. Его и еще одного англичанина захватили в заложники воины враждебного правительству племени и держали больше трех недель в яме, типа зиндана, бросая туда один раз в день две пресные кукурузные лепешки и две пластиковые полторашки мутной, солоноватой воды. Естественные надобности вынуждено справляли там же в яме. С его слов, за это время он так привык, что запахи фекалий и немытых тел не вызывали уже никаких отрицательных эмоций. Потом им удалось сбежать и почти неделю по джунглям еще выбираться к «своим» (это отдельная история – как-нибудь расскажу). Самое поразительное, пока суть да дело, его фурункулез полностью прошел и не появилось ничего нового. По приезду домой, он провел ряд исследований, подумывал о диссертации и даже пытался напечатать статью в медицинском журнале. Но коллеги бактериологи только посмеялись, Hygiena semper. Ну да, скажите вы, с помощью гигиены победили многие страшные заболевания, вызывающие пандемии в прошлом. Я с вами, пожалуй, почти соглашусь, холера и дизентерия - да, но вот вопрос: Спасает ли вас от гриппа, передающегося воздушно-капельным путем, то что вы два раза в день принимаете душ и моете руки после посещения туалета и перед едой? Спасла бы гигиена кого-либо от легочной чумы, также передающейся воздушно-капельным путем, и пандемии которой в средние века практически опустошали Европу? Спасает только очень крепкий иммунитет и разумные меры предосторожности. Опять же, медики Японии забили тревогу. Выявилось резкое снижение иммунитета у детей последнего поколения. И обвиняют они в этом, в первую очередь, антибактериальные средства (гели, мыла, салфетки и т.п.), потом пищу с консервантами и пр. добавками, и только потом антибиотики. Потому что применение антибактериальных средств стало повсеместным и бесконтрольным. Как там слоган у известного средства: «Убивает все известные микробы!». А надо ли все?
Мой дед в сибирской деревне, когда ехал в лес, никогда не брал с собой воду.
- Чо я в лесу воды не найду? - и пил, отстоявшуюся воду из луж, зачастую в паре метров от пьющего коня. И хвалился при этом, что у него не разу в жизни не болел живот.
Читал недавно инструкцию для посещающих Индию. Категорически не рекомендовалось, входить в какой-либо контакт с местными вне туристических зон, не посещать трущобы, не покупать уличную еду, не купаться в пресных естественных водоемах, не употреблять и не чистить зубы водопроводной водой, не посещать массовые местные мероприятия, не ездить на местном общественном транспорте, не трогать, не помытыми предварительно руками, глаза и губи и т.д. А местные аборигены прекрасно себя чувствуют и интенсивно при этом размножаются. Вижу недавно молодую мамочку с мальчишкой лет примерно двух, гуляющих в парке. Малыш подобрал с земли небольшую веточку сирени, кем-то оброненную, тут же истерический крик: Брось немедленно! Это кака! И сразу ручки антибактериальной салфеточкой… Какая Индия? Ему скоро за МКАД выезжать будет опасно для здоровья. Я, конечно, весьма утрирую, нет, не подумайте, я никакой-то там вонючий бородач, ратующий за возвращение к «истокам». Каждый день принимаю душ и меняю белье с носками (Noblesse oblige-положение обязывает), и пахнет от меня парфюмом, а не застарелым потом, но в последнее время отчетливо понимаю, что во всем должна быть разумная мера. Ой, как не хватает нам чувства меры. Во всем…
Вернемся все-таки к нашим портянкам. Полностью осознаю, что портянка, как элемент одежды, практически умерла, но кто-то должен был ей пропеть последнюю: «Слава!».
А с сапогами, в лес ли, на рыбалку ли – я по-прежнему наматываю байковые портянки – а ничего так – комфортненько…

37

Давно забытый год, когда ночью улицы пустели, и поймать такси было нереально трудно, поздняя осень (или ранняя весна, точно не помню, но дубняк был еще тот) Под мою машину практически бросается молодая хорошо одетая женщина. Торможу, спрашиваю, в чем дело, какая необходимость была так рискованно останавливать автомобиль? Вижу, женщина невероятно красивая черноглазая брюнетка, дрожит от холода и очень взволнована, на очаровательном личике неподдельная тревога. Умоляет подвезти, говорит, надо срочно, обещает все рассказать по дороге. Красивой женщине отказать всегда трудно, а в такой ситуации еще труднее, поэтому соглашаюсь. Называет адрес, едем, по дороге она изливает мне душу. Оказывается, сегодня ей на работу позвонила больная мать (а может больной отец, хоть убейте, уже не вспомню, немерено лет прошло, да это и не суть важно). Родительнице (или родителю) внезапно стало плохо и она на всякий случай решила с работы сразу поехать туда и возможно остаться ночевать. Приехала, вызвали скорую, то, сё, поухаживала, вроде самочувствие нормализовалось, и она уже собралась ложиться спать. Перед сном, естественно, позвонила мужу, но он неожиданно не взял трубку. Она звонила так раз за разом - результат ноль, не отвечает. А где ему в такое время еще быть, как не дома? Похоже было, что просто выдернул телефонный провод из розетки. Женским чутьем она сделала вывод, что этому должна быть какая-то причина, причем наверняка весьма неприятная для нее, и побежала на улицу ловить такси. Простояла час на холоде, но ни одна из редких проезжавших мимо машин так и не остановилась, кроме моей, естественно, и то, для этого ей чуть не пришлось повторить подвиг Анны Карениной.
Вот мы подъехали по названному ей адресу. Женщина попросила на всякий случай подождать ее минут десять, пока она на месте выяснит, в чем дело, легко и грациозно забежала в подъезд.
Через минуту из окон одной из квартир послышались женские крики, шум, похожий на драку, и звон разбиваемой посуды. Еще через пару минут из подъезда бегом выскочили две встрепанные девахи, на ходу одергивая юбки и застегивая верхнюю одежду, мухой промелькнули мимо моей машины и свернули за угол. Потом еще пара минут диких женских криков из окна, в ответ какие-то вялые, как бы оправдывающиеся мужские голоса, со всего размаху хлопнувшая дверь, и наконец из подъезда с видом разьяренной пантеры выходит моя пассажирка. Садится в машину, со слезами и с болью в голосе произносит "пожалуйста, поехали обратно, я не могу здесь больше находиться", и по дороге с горечью подробно выкладывает мне, как она только что застала у себя в квартире полный стол выпивки, а своего мужа и с ним еще его начальника с двумя какими-то непотребными женщинами.
- Вы же их только что видели? Согласитесь, это же какие-то вокзальные шлюхи, конченые шалашовки? На кого он меня променял, как он мог, как он мог!
Вообще-то мне они показались обычными девушками без особых примет. Но понимая, какого ответа от меня сейчас ждут, я проявил полное понимание и согласие и кивал, как китайский болванчик..
- Точно, облезлые шушандры какие-то. Не понимаю, как ваш муж, имея такую завидную супругу, такую шикарную женщину, красавицу, мог польститься на этих побирушек (на самом деле я даже не кривил душой, она действительно была даже не просто красива, а я бы сказал, величественно красива, а в своем гневе вдвойне)
- Вот-вот, побирушки, курицы подзаборные, шалавы кривоногие. Вы еще его начальника не знаете. Сам из себя такой солидный, жена, трое детей. Завтра она у меня все узнает про своего любимого, до мельчайших подробностей. Вы только представьте себе, эти два подонка, как только появилась свободная территория, пригодная для блуда, не теряя ни минуты, устроили грязную оргию с какими-то мерзкими проститутками. Да нормальный мужик с такими на одном поле ср*ть не сядет, извините. Вот как такое можно назвать?!
- Конечно беспредел, как же еще, - поддакивал я, проявляя сочувствие, - вот и у меня то же самое, моя-то тоже сукой оказалась, изменила при первом удобном случае.
Если быть точным, то никакой "моей" у меня тогда не было. Просто два раза в неделю я захаживал (чисто покувыркаться) в общагу к одной довольно безмозглой, зато невероятно сисястой медсестричке. Такая у нас с ней была договоренность, встречались по понедельникам и четвергам (впрочем, за давностью это неточно, может по вторникам и пятницам), однажды без предупреждения пришел в среду, и оказалось, что в этот день недели ее посещает совсем другой гражданин. Вообще-то на самом деле мне, по большому счету, эта ее измена была пофиг, как и она сама (кроме обалденных сисек, конечно). Просто перестал к ней заходить и вычеркнул из памяти (лица давно не помню, а вот сисямбы до сих пор вспоминаю). Но в данной ситуации это воспоминание о ней пришлось как нельзя кстати. Можно было, особо не завираясь, поделиться своими как бы переживаниями и таким образом легко предстать перед моей хорошенькой разгневанной пассажиркой товарищем по несчастью.
Так, за разговором, рассказывая друг дружке о своих бедах, мы подъехали к ее родительскому дому. И тут она вдруг предлагает:
- А знаете, мне что-то совсем не хочется спать. Если вы не спешите, может быть давайте посидим в машине, выпьем, поговорим? Я только домой сбегаю, посмотрю, все ли с мамой (или папой) нормально, а вы съездите пока, пожалуйста, до ночного ларька и возьмите чего нибудь покрепче. Такое тяжелое настроение, что очень хочется тупо напиться. Не откажите, составьте даме компанию. Возьмите деньги вот, если нужно.
Брать деньги на выпивку у дамы я, конечно, не стал, но ее предложение показалось мне весьма заманчивым. На редкость красивая женщина, а в гневе обаятельная вдвойне, стройная, глаза как у дикой кошки, по возрасту максимум лет на пять-семь старше меня, около тридцати, то есть в самом прекрасном для женщины возрасте, сама приглашает меня с ней выпить, причем явно не шампанского. Как можно отказаться от такого предложения? Доехать потом до дома пьяным (если кто-то подумал об этом) в те времена для меня проблемой не было абсолютно - меру я знал, машину и в поддатом виде водил достаточно уверенно, а гаишники тех времен были голодные и добрые, всегда отпускали, причем за довольно скромный гонорар. Так что я ответил, что лучше подожду ее здесь, и мы съездим за алкоголем вместе.
Выбрали мы с ней литровую бутылку водки, кажется, Распутин (наверно многие помнят, там еще на этикетке портрет подмигивал), колу, коробку конфет, что-то еще из легкой закуски, и припарковались прямо напротив ее подъезда. Чтобы было понятно, напротив, но вовсе не рядом, там была довольно широкая заасфальтированная площадка и было, куда поставить машину.. Выпили, пообщались, еще выпили, постепенно моя королева капитально подзакосела и уже без стеснения начала лезть ко мне целоваться. Я уже начал подумывать, а не пора ли нам с ней поехать в ближайшую гостиницу и снять уютный номерок, как вдруг, внезапно загоревшись желанием отомстить своему недостойному мужу прямо здесь и сейчас, она решительно расстегнула мне ремень на джинсах, следом молнию, и практически не спросив моего согласия, принялась с яростным энтузиазмом оформлять то самое волшебное действо, которым лет через десять после этого прославилась легендарная Моника Левински. Я при этом хотя немного и растерялся, но в принципе ничего не имел против того, чтобы моя скромная персона таким способом послужила орудием большой и справедливой мести.
В это время прямо к ее подъезду подкатывает такси, из него суетливо выскакивает не очень молодой мужичонка и семенящей походкой забегает в подъезд. Моя прекрасная мстительница, на секунду оторвавшись от своего восхитительного занятия, грациозно подняла голову, презрительно посмотрела в его сторону и ехидно заметила:
- А вот он и наш начальничек, примерный семьянин, любящий папочка трех прыщавых дочек. Мой-то слишком гордый, чтобы сразу после такого позора приехать попросить прощения, а этот урод хитрый, отрезвел, наверно, малость и сразу помчался меня уговаривать, чтоб я его жене все про их подвиги не выложила. Кобель позорный. Хрена лысого ему. Специально с утра заеду сначала к ней на работу, всё об этом подонке расскажу, пусть знает, с каким она мерзавцем живет.
И закончив свою обличительную речь, равную по накалу выступлению советского обвинителя на старых кадрах кинохроники Нюрнбергского процесса, моя обожаемая фурия с таким мстительным остервенением оскорбленной самки продолжила свою святую оральную миссию, что я даже начал всерьез опасаться за безопасность самой важной части своего грешного тела. При этом в исполненных достоинства, ритмичных, взад-вперед, движениях её гордо посаженной головы сквозило какое-то неподдающееся описанию великое праведное торжество победительницы.

P.S. Очень хотелось бы, чтобы эта женщина была сегодня жива и здорова, чтобы она случайно наткнулась на эту скромную заметку и вспомнила того сопливого мальчишку, которому она когда-то столь наглядно преподала урок, насколько опасным делом может оказаться обычная супружеская измена.
Делайте выводы, мужчины.

38

Навеяно историей недавней, как ньюфаундленд за грабителями тапки таскал.

Действительно, иногда собаки воспринимают дрессировку чересчур буквально. Многие даже отказывают им в способности мыслить, сводя всё к рефлексам. Расскажу историю про собаку по кличке Радигунда, свидетелем которой был сам.

На выставке клуба собаководства в Подольске страшная жара стояла в тот год. Перед очередным конкурсным заданием собаки служебных пород сидели по левую руку своих хозяев, свесив языки. Хозяин овчарки немецкой зачем-то рядом с ней положил пакет с родословной. Тут овчарка, видимо обезумев от жары, хватает этот пакет и как задаст дёру! Куда и зачем понеслась она с пакетом этим - никто не понял.

А Ради рядом с ней сидела. Срывается с места, и в несколько прыжков догоняет. Короткая схватка - и вот пакет уже в зубах у Ради. Шагом возвращается к хозяину овчарки, кладёт у него перед носом пакет. Спокойно идёт к своей хозяйке, обходит за спиной как положено, и невозмутимо садится по левую руку.

Среди собачников переполох:
- Женщина, скажите - какую команду вы ей дали??
- Как это какую команду я дала. Сказала ей - Ради, поди отбери документы.

Познакомился я тогда и с хозяйкой, и с собакой её, и даже щеночка выпросил. Весь в мамку пёсик удался. А породу я называть не буду - сами догадаетесь.

39

"Кулибины"
из моего детства

Мы, с товарищем - соседом по подъезду, нам было лет по 10 наверное, решили собрать телефон. В те времена домашний телефон был ещё роскошь, и потому в нашем районе можно было пересчитать по пальцам их счастливых обладателей.

Помню как сейчас: Большая чёрная телефонная трубка, украденная где-то у железнодорожников (каюсь), примотанный изолентой к ручке посередине телефонный диск. Эдакий прообраз мобильников).

Остальных знаний нам хватило лишь на то, чтобы забраться на крышу своей многоэтажки и отыскав толстый телефонный кабель надрезать его и ювелирно подключиться к выбранным наугад проводкам. И о чудо - заработало.

Спустя како-то время, мы разобрались с набором цифр (почему-то номер набирался на одну цифру назад), и протянули провода в квартиру друга, потому как лазить каждый раз на крышу было не очень удобно. Звонить особо было некому, потому, безо всяких угрызений совести, мы просто баловались и гордились своим изобретением.

Гордились, пока на школьной линейке перед всей школой директор не объявил, что устал слушать на своем телефоне чужие детские голоса, и если эти шутники не прекратят свою подпольную деятельность, то придётся сообщить в милицию.

Струхнули мы тогда сильно; замели все следы и надолго забыли о своих увлечениях.

40

О пользе изоленты.

Военрук наш, Николай Семёнович, был предметом насмешек для всего класса.
Бывало показывает как с автоматом обращаться, рожок отстёгивает - и в карман.
А в кармане - дырка! Рожок бряк на землю и все ржут. Орехов фамилия его была.
И постоянно синюю изоленту с собой зачем-то таскал, полезная вещь оказалась.

Особенно Зайцев Олег потешался, на два года старше меня парень учился, в Афган
призвали, сначала на БМП-шке, потом пулемётчиком был. Два ранения, лихорадку
к тому же подцепил, пока перевал двое суток под дождём держали.

И вот, как-то весной, крутим мы брэйк-данс на хоккейной площадке и Заяц идёт..
Аксельбанты, дембель как-никак. А Орех козла забивает во дворе с мужиками.

Заяц подошёл, улыбается:
- Здравия желаю, товарищ подполковник!
- Отставить, Олег, не мешай.
- Николай Семныч, а рожки-то и правда удобно было изолентой сматывать!
- Ну... догадался, Олежик? И слава богу.. ты заходи, чаю попьём.
- Да я с ребятами.

Тут Николай Семёнович вдруг встал и оглядел своих соседей доминошников.
- Ну, тогда строй своих ребят в колонну по одному, и ко мне все шагом марш.
До утра просидели у него, чай пили и не только чай.
Узнали мы тогда, что воевода-то наш оказывается военспецем в Сайгоне служил..
А утром на призывной пункт надо было уходить уже мне, так получилось.

Поколебался я, и изоленту взял с собой зачем-то. Хрен его знает, как обернётся.
ДМБ-90, ЗакКВО.

41

Они говорили - не покупай, ну какой шанс, что попадёшься? Всё равно конец сезона - переобуваться пора, - говорили они. А я - купил, и это лучшие сорок рублей, которые я потратил в жизни.
Но обо всём по порядку. Не так давно одни никчёмные дармоеды приняли закон для того, чтобы другие никчёмные дармоеды могли наживаться за счёт своих кормильцев, то есть народа. Речь о дурацких поправках в ПДД, согласно которым на заднее стекло автомобиля необходимо вешать наклейку "Ш", типа извещая других участников дорожного движения о том, что у тебя шипы. Зачем эта информация другим участникам движения - неизвестно, впрочем, они на то и нужны были поправки в закон, чтобы кто-то поправил своё материальное, ну или служебное положение. На следующий же день после вступления закона в силу, как все помнят, улицы запестрели тёмно-синим и чёрно-белым, нашим милым охранникам порядка не терпелось собрать с несчастных автолюбителей мзду - кто добивал служебные "палки", кто "работал на себя". Статья сладкая - особенно прекрасен в ней пунктик о запрещении ТС к эксплуатации до устранения неисправности, то есть до появления на вашему стекле этого дурацкого знака. Сколько счастливых водительских лиц можно было видеть, проезжая мимо, когда инспектора объявляли бедолагам о новом прекрасном законе! Говорят человеку: или клейте наклейку, или машину вашу - на штрафстоянку. А где её взять, эту наклейку? И нет их нигде (те, что были, расхватали в первый день), и тащиться неизвестно куда. А тут у кого работа, у кого дела, у кого здоровье, у кого дитю из детского садика забирать. И вот инспектор, потупясь робко и заливаясь краской, бормочет, что, дескать, можно отделаться и предупреждением... Продолжение истории известно всем, а кому неизвестно, может прочесть стоны на любом автомобильном форуме и порадоваться за нашу чудесную страну и заботливую власть, которая в неустанных бдениях о нуждах граждан...ну и т.д.
Но вот у меня весёленько вышло. Поехал, значит, на днях за маслом с фильтрами в автомагазин, к ТО готовлюсь, значит, и вспомнил о том, что нужно бы прикупить эту самую шипастую наклейку. В общем-то собрался тогда уже менять резину, но дай, думаю, возьму. Чем чёрт не шутит, авось пригодится. Пригодилась. Сунул я наклейку в бардачок, и забыл о ней. Но в этот же день возвращаюсь вечером с работы - и ап, у дороги - торговец волшебными палочками. Думал, пронесёт, не заметит он мою непереобутую резину, но нет, увидел. Метнулся тут же к заднему стеклу, обнаружил, что нет значка - и понеслась. Глаза разгорелись, что два брильянта три карата, кинулся на меня как чёрт на грешника - дескать, а где значок? А почему нарушаем? А давай номера снимай с машины, сейчас буду вызывать эвакуатор. Ну обычная история. Я-то в первый момент растерялся и вовсе забыл о наклейке в бардачке и как-то даже ошалел, что за такую ерунду останусь без колёс. Ведь машина не в аварийном состоянии, угрозы не представляет, едет нормально, ну и т.д. В голове уже вертится всякое - и девушку не заберу, и мать на дачу не смогу отвезти, и вообще все планы медным тазом накроются. Добрый наш знакомый, конечно, эту знакомую ему реакцию срисовал мгновенно. Срисовал он и то, что в бумажнике у меня было несколько пятитысячных купюр... Обычно наличные с собой не вожу, но вёз старый долг приятелю, и забежал в банкомат. Начались все эти полунамёки и предложения. Дескать, можно и предупреждением обойтись, если вы точно-точно больше так не будете, и могу отпустить, но надо же как-то компенсировать, и т.д. Я с ним говорю, проклиная про себя всю российскую коррупцию и упырей-законодателей, на ровном месте вынуждающих простых и честных людей на такие вот грязненькие и глупые сцены, и пытаюсь сбить цену хотя бы до тысячи-двух. Он же, напротив, задирает планку к пятёрке, а ещё лучше - к десятке... И тут посреди этого гнусного торга у меня как молния блеснула в голове мысль о бардачке и наклейке! Ну уж, думаю, братец, теперь-то моя очередь веселиться пришла!Тут же делаю кислую и усталую мину, как будто только что узнал о гибеле всех родных.
- Ладно, говорю, чёрт с тобой. Хочешь десятку - будет тебе десятка. И даже знаешь что? Бери всё, что у меня есть! (типа отчаяние изображаю).
Достаю из бумажника всю котлету (тысяч тридцать там было - один долг приятелю двадцать пять) и сую инспектору. Вы бы видели его, друзья! Щёки цветут, глаза горят, ручка, тянущаяся к наличке, дрожит. А эмоции! И трусит он, как-то пытаясь от потока собственным тельцем прикрыть и меня и себя, чтобы не видно было взятку, и радуется одновременно, как мартовский кот, добравшийся до породистой кошки.
Но на полдороге вдруг отдёргиваю руку и секунду стою, театрально закатив глаза и как бы о чём-то размышляя. Вдруг радостно вскрикиваю и бегу к машине. Инспектор стоит, ничего не соображая. Наконец, делает в мою сторону робкий шаг, как бы преследуя ускользающее счастье, тянется даже робкой лапкой в мою сторону - один в один Василий Алибабаевич из "Джентльменов удачи", кричащий несмелое "Подожди!" в сторону уходящих Леонова и Крамарова, покидающих цистерну с цементом... И тут появляюсь я - гордый, довольный, сияющий как солнце. В руке у меня как флаг поверженной крепости, как сердце Данко, как драгоценный аленький цветочек - глянцевый треугольник с красной каёмкой по контуру и буквой "Ш" посередине!
И вы не поверите: в этот момент страж дорожного порядка заплакал. Вот натурально заплакал - скупая мужская слеза медленно покатилась по его обветренной щеке!
Конечно, он меня пощипал - выписал штраф за езду без буквы, перевернул машину вверх дном проверяя наличие аптечки, знака аварийной остановки, даже изучил бирку на треклятом огнетушителе на предмет окончания срока годности. В глазах его была такая ненависть, какую я не скоро забуду. Думаю, он обязательно придумал бы, за что меня прищучить, но в этот момент из машины показался его напарник, удивившись тому, что коллега так долго возится с несчастным синим Ланцером. Увидев его, герой наш как-то моментально сдулся. Может быть, тот парень был честным - ведь есть же честные полицейские, на тех же форумах писали, что за отсутствие знака "Шипы" иной раз и прощали, а может мой герой не хотел посвящать коллегу в подробности своего позора. Так или иначе, я получил права и меня отпустили. Но историю с удовольствием вспоминаю и сейчас. Как, однако, мало надо для гордости современному россиянину! Подумать только, всего 70 лет назад наши предки Берлин брали!
Кстати, всех с наступающими! :)

42

Перескажу вам практически реальную историю, друзья. История не моя, но от этого не менее натуралистичная, скорее даже наоборот, этот факт добавляет реальности. Немного приукрашено, но суть остается.

Итак.
Мой дед (по отцу) кондовый хохол, да еще из "кондовых бандер". Старшего брата деда (Андрия) ловили чуть ли не до развала СССР. "Провод", функционер беспеки, зам. Мельника (вроде так) и пр. Что в памяти отложилось по детству.
На 80-й юбилей моего деда в 92-м приехали внуки Андрия. Не лень было во Владивосток переться, но ладно. Тогда еще вся эта хохляцкая слобода (ул. Сибирцева и 1 - 13 ул. Рабочая) фактически были выходцами с Малороссии. Основана была еще "столыпинским призывом", а там уже подтягивались дальше.
К примеру, мои дед с бабкой на 7 ноября соблюдали ритуал: бабушка разливала по чарке своей собственной горилки, они с дедом чокались, дед вставал и толкал речь:
- Ну, Хай жве Радяньска Влада!
А бабушка подхватывала:
- ...и голова Селярада!

Они из своих "бубеней" смогли свинтить на ДВ, лишь заплатив за справку (документы на выезд) председателю сельсовета "николаевский червонец" (золотом, приданое бабушки). Иначе вряд ли выжили. Если кто не в курсе, это был аналог загранпаспорта в те времена (конец 20-х начало 30-х). Без него могли и к стенке прислонить без затей. Младший и средний брат перебрались в Приморский край, а старший Андрий остался биться за "нэньку" и все такое. И вот "гарни хлопци" решили повидать свою заблудшую, так сказать, родню...

Я вообще в этих раскладах был не курсе. Никого не помнил, кто кому кем приходится, все эти семиюродные тетушки - троюродный братья - племянники. Полный ПЭ, в общем. С именами - датами, крестины - рождения, ну хоть стреляйте...

Вся диаспора с нашего "аула" (человек 30) собралась у нас, в домике метров так 40 квадратов. Я еще в самый последний момент пришел, когда уже все рассаживались. И эти приезжие незнакомые морды как-то сразу не понравились. Мне тогда в аккурат тридцатник стукнул, а "братья" были по сороковнику точно.

Тут они толкают речь кагбэ за здравницу деду, которая резко сворачивает в тему такого толка:
"...в то время, когда космические корабли бороздили просторы большого театра, свидомые патриоты проливали кровь за «нэньку Украину», НЕКОТОРЫЕ свалили подальше и по тихой плодили кацапов...".
В этом плане и разрезе. И это даже по первой еще не махнули.

Тут до меня стало доходить, что вроде наплодили МЕНЯ, прямо в моем же присутствии, фактически. Народ как-то весь изменился в лице, дед так вообще побелел, а я через стол без затей свистнул в рыло "оратору". Дури в то время было ого (даже ого-го), юшка до потолка долетела.
- Я тоже КРОВЬ пролью! ВАШУ, уродов!

Как там халупу дедов не разнесли, удивительно. Эти беленые стены - потолки были кровякой заляпаны реально. Народ сначала в спальню и на кухню эвакуировался, потом выдвинулись разнимать. Я против двоих, оба старше меня, выше и тяжелее. Тем не менее, разделал я их по-взрослому. Ребро мне сломали, пару зубов вышибли - мелочи. Бабушку почти со смертного одра подняли, меня типо унять. Как-то некрасиво и нелепо все вышло в итоге.

Уезжали родственнички-бандеры, как фашисты из-под Сталинграда, в лубках и повязках. Но надо отдать им должное, без обид. Прониклись, осознали и извинились))):
- НАША кровь, пусть и москалями порченая...
(родня по моей матери сибиряки, великороссы).

Но это уже передали задним числом, иначе могло и продолжение быть. Поломал бы еще чего, у человека больше 200 костей, если не врет учебник анатомии... Есть куда стремиться.

43

Работал я тогда в пионерском лагере , вожатым. И раз в смену каждому из нас приходилось становится дежурным вожатым по лагерю.Это значит снимают тебя с отряда, и отвечаешь за всё – столовка, линейка, привезли продукты – увезли бельё, навестить больных в изоляторе и пр. Начинался день с планерки , все отряды отдавали дежурному расписание на день, ну да там если нет походов – рыбалок и прочих спортивно патриотических зарниц, всё просто :утром в лес, после полдника - на пляж или наоборот.
В мое дежурство зарядил дождь, сполшняком, мелкий, небо без просвета.Все выкручиваются как могут, кто день именниника пишет , кто просит что бы киношку вечером привезли, ну и кружки конечно , от шахматного до мягкой игрушки с утра до вечера.Даже интересно стало, что младший отряд напишет, у них там детишки от 6 лет, ещё дошкольники, в кружки – рано, в спортзал или в актовый на бальные танцы – тем более.И вот подает мне их вожатая план, а там от завтрака до обеда, а потом от полдника до отбоя : «ТИХИЕ ПОЛОВЫЕ ИГРЫ».
Внимательно смотрю на неё, может чё-та раньше на замечал, может не углядел чёрта в тихом омуте, нет, несчастное такое существо , доверчиво и жалобно смотрит ; - типа, что там не так?
Пытаюсь не ржать, строго :
- А вам не кажется, что для детей такого возраста это не совсем подходящее занятие, да ещё целый день?Как Вы себе это представляете?
Ответ убил:
- Да так, сидят на полу , играют….
( эта фраза стала очень популярной)
Кстати, в этом же младшем отряде были 4 «подводника», которых в интервале 12 – 1 ночи нужно было разбудить и отвести в туалет. Сия почетная обязанность тоже возлагалась на дежурного вожатого. А в моё дежурство как раз одной очень хорошей компанией собрались мы ночью посидеть в сауне не без рюмки чая и прочих излишеств. Поэтому, для подстрахуя, я попросил одну из своих напарниц по отряду ( с другой у меня были прескверные отношения) , на всякий случай , если я не успею , отвести писунов.Вернулся я как-раз к часу, и страшно довольный, что не пришлось никого напрягать, пошел будить водолазов.Заспанная мелюзга напрочь не хотела просыпаться, уверяла, что они уже писали и больше не хотят, но я был неумолим.
Утром, на планерке, вторая моя напарница – сцука, нагло заявила, что вчера некоторые безответственные товарисчи пьянствовали водовку , из-за чего, другие ответственные товарисчи не спали всю ночь и водили спецконтингент на спецзадание.Вторая моя напарница ( мысленно выставив перед собой пальцы с заточенным маникюром в сторону моей обидчицы) заявила, что я её обо всем предупредил и спецконтингент был пописан с её, а не какой-то там овцы, помощью.О том, что я их тоже водил отлить, я решил промолчать.

44

- А что делать если они такими и были?
Chaffinch

Недавняя дискуссия сподвигла задуматься, а какими, правда, они были, наши деды?
Чтобы не быть голословным и никого не обижать расскажу о своём втором деде.
Смеха особого тоже не обещаю, хотя и историй типа "все погибли, один выжил" не будет.

Дед рано остался без родителей. С 12ти лет работал на шахте - погонял лошадей, тянувших наверх вагонетки с углём.
Потом срочная в армии, а через несколько лет и война.
Отказавшись от шахтёрской брони ушёл на фронт добровольцем.
Воевал под Москвой, был ранен и по излечении направлен на ускоренные офицерские курсы.
Служил в разведке, первый орден Отечественной войны II получил за рейд и подрыв моста. Тогда из восьми человек вернулось двое.
Ещё раз был ранен.
Потом поставили комендантом штаба корпуса, потом начштаба этого же корпуса взял к себе в адъютанты.
"Адъютант Его Превосходительства", ага.
Пиждак с наградами деда я по малолетству от земли оторвать не мог. Там металла было килограмм на пять.
Войну закончил капитаном.
После войны, до пенсии, снова работал забойщиком на шахте.
Моя мама ходила мимо той шахты в школу. Рассказывала, что на Доске Почёта все фотографии были чёрно-белыми и только батькина - жёлтая, выгоревшая.
Много лет там несменяемо висела.

Это с одной стороны.
А с другой...

Дед всем говорил, что он майор запаса. Всё-таки старший офицер, не то, что какой-то капитан.
В последние годы ордена и боевые медали (без юбилейных) висели над кроватью в рамочке. И туда же были приколоты три картонных ордена Славы, вырезанные из поздравительной открытки к 9 Мая.
Издали смотрелись, как настоящие.
Среди наград были медали и за освобождение Праги и за взятие Берлина. Это при том, что, как я недавно выяснил, его корпус встретил Победу в Остраве (восток Словакии) и никогда ни в Праге ни, тем более в Берлине не был.
Значит при массовой раздаче в конце войны подсуетился и штабные друзья-писари внесли его в списки.
Ещё раз повторюсь СВОИХ наград у деда было предостаточно, Ордена Отечественной войны I и II степени, Красная Звезда, Медали "За Отвагу" и "Оборону Москвы". Получены честно, до перехода в адъютанты и в наградных листах описаны реальные подвиги.
Кстати, всё, что я узнал про его военные дела - из наградных листов. Сам дед на просьбу рассказать о войне тут же переходил на мат.
Да такой, что я, выросший в "неблагополучном" рабочем районе и сам отслуживший два года в армии, а потому материалом, в принципе, владеющий, иногда затруднялся определить что и куда именно они в тот раз фрицам засунули и в какую сторону вертели.
При этом ещё и брехал безбожно.
Жену свою лупил смертным боем. В пьяном буйстве был страшен и успокоить его могла только любимая "доця", моя мать.
Но после любой попойки всё равно вставал в 4 утра, натаскивал воду из колонки, растапливал печку, поливал огород, кормил кабанчиков и шёл на смену.

Вот как к нему относиться? К человеку, который работал, воевал, пил и бил жену с одинаковым остервенением.
Который врал и пел песни одинаково самозабвенно, с душой. Его "Розпрягайте, хлопці, коні" до сих пор в ушах стоит.
Который прожил, в общем-то, трудную и безрадостную жизнь и готов был отдать её и за друга (был случай в шахте) и за Родину не раздумывая.

А вот так. Цельно. Не разделяя.
Вот такими они были. Русские, украинцы, белорусы - какая, нахрен, разница?

Наши деды.

Все те, кто мечтал после Победы всем вместе собраться за одним большим столом.
И грянуть "Смуглянку".

45

Наверное многие застали то время, когда в школах проводили политинформации.
А я не просто застал, а сам политинформатором был, правда очень недолго.

Повесила на меня эту нагрузку классная руководительница. Так и сказала:
- Дети! В этом году вас будут принимать в пионеры, и вы должны быть в курсе
того, что происходит в мире. Поэтому, раз в неделю, каждую среду, будем
проводить политинформацию, а политинформатором предлагаю выбрать Максима.

К своей первой политинформации я готовился очень ответственно.
А именно, решил распросить отца на предмет того что творится в мире.
Отец очень обрадовался моей любознательности и решил подробно меня ввести
в курс дела. Он был членом партии, но слушал BBC, как впрочем и многие тогда.
Всю подноготную мировых событий он мне раскрыл очень тщательно.

Долго рассказывал и про Афганистан, и про бойкот олимпиады (был 80-й год)
и даже высказался в том духе, что если ещё разок осуществить такой ввод
ограниченного контингента куда-либо, то как бы до ядерной войны не дошло.
При этом он не был диссидентом, наоборот, искренне верил в идеалы социализма.

И вот моя первая политинформация. А совпало так, что она проводилась перед
открытым уроком, на котором присутствовали директор школы и члены ГорОНО.

И вот вышел я к доске, повернулся лицом к классу, и начал вдохновенно вещать.
Ощущал себя оракулом, который льёт свет истины и срывает покровы:
- Cчитаю, что нарастание агрессии империализма на Среднем Востоке может
привести к ядерной войне!

Так рассуждал я, и далее приступил к рассказу про устранение Тараки и Амина,
потом про ввод ограниченного контингента на территорию ДРА.
Затем перешел к последующим попыткам сорвать Московскую Олимпиаду.
Одноклассники слушали меня с неподдельным интересом, в полной тишине.
Лица членов комиссии ГорОНО постепенно каменели, директор сидела с глазами,
которые, казалось, вот-вот вылезут из орбит.

Когда закончился открытый урок, ребята на перемене потребовали от меня
продолжения увлекательного рассказа.
На следующий день, пред началом занятий, классная сказала, что Максиму,
(то есть мне) по её мнению больше подходит быть физоргом и предложила
на должность политинформатора избрать кого-нибудь другого.

Но для своих одноклассников в вопросах политики я с тех пор стал авторитетом.

46

СТАРЫЙ МАЯК

Я опять напросился в гости к доктору исторических наук, профессору Марии Сергеевне.
Всегда к ней напрашиваюсь, когда нужна срочная консультация по сложному историческому вопросу, а интернет абсолютно не в курсе дела.
Мария Сергеевна – маленькая семидесятипятилетняя старушка с вечной «беломориной» в зубах, не вынимая папиросу изо рта и умудрившись не обжечь, она поцеловала меня в щёку, взяла тортик и повела в комнату.
Минут через двадцать к нам заглянул старичок – муж Марии Сергеевны. Поздоровался и, картинно заткнув нос, недовольно сказал:

- Маша, ты-то ладно, но зачем же гостя так обкуривать, посмотри, он уже весь зелёный от твоей дымины.

Старушка поднялась с кресла, подошла к мужу, ловко перекатила во рту папиросу, сделала торжественно-грустное лицо и вдруг начала руками изображать небольшие плавательные движения, вроде как брассом.
Старичок посмотрел очень строго, потом неожиданно рассмеялся, поцеловал жену в лоб, сказал: - «Маша, ты - дурында» и вышел из комнаты.
Мы вернулись к нашим Персидским царям, но Мария Сергеевна вдруг перебила меня и говорит:

- А ведь со стороны я действительно выглядела как дурында: мужу не нравится мой табачный дым, а я ему показываю - плыви, мол, отсюда.
На самом деле – это очень древняя история. Однажды, больше сорока лет тому назад, мы с мужем на «Запорожце» поехали дикарями в Крым. Это было наше свадебное путешествие. Скалы, море, палатка, вокруг ни души. Красота. Чего ещё желать?
Незаметно пролетел месяц и наступил последний вечер, утром на рассвете нужно уезжать. Час ночи, луна за облаками, на море лёгкая рябь. Пока я спала, муж решил немного искупаться напоследок, попрощаться с морем. Он и сейчас как рыба плавает, а тогда и вообще был капитаном университетской ватерпольной команды. Заплыл, значит, мой муж метров на триста, полежал на воде, понырял, чувствует – холодновато стало, пора бы и возвращаться.
Но тут он осознал, что после ныряний, не очень-то соображает - где горизонт, а где берег? Куда плыть? В темноте даже собственных рук не видно. Пробовал плавать зигзагами, вдруг берег нащупает, да где там, ориентиров никаких, получались не зигзаги, а неизвестно что. Пробовал кричать, тоже толку никакого, палатка наша за горкой, да еще и ветер свищет. Кричи – не кричи, только силы тратить. А до рассвета ещё очень далеко, продержаться нереально, замёрзнешь. В общем, дело – труба.
И вот, когда мой бедный муж уже начал прощаться с жизнью, вдруг, далеко-далеко, он заметил спасительный огонёк: а это его любимая молодая жена Мария Сергеевна проснулась и попёрлась к морю покурить, подальше от палатки, чтобы не застукал строгий, некурящий муж.
И когда он, полуживой, выполз на берег, отплевался, отдышался, то на радостях клятвенно пообещал, что больше ни разу в жизни, до конца своих дней не упрекнёт меня за курение.
Пока, вроде, держится…

47

Историей от Джокера про лифчики напомнило.

Дело было в начале 50х годов, точного времени не знаю, но однозначно до того как "усатый вождь" лапти откинул. А перед тем как в ад отправиться он с товарищами решил организовать "Дело Врачей", ну и заодно переселить аидов в землю обетованную, только не в Палестину, а куда подальше. И уж 40 лет ему для этого точно бы не понадобилось-бы, благо опыт массового переселения народов уже был. Но это всё так, лирика. А пока, для евреев было полуофициально принято два "Не". Не брать и Не повышать. Ну а по возможности и увольнять с места работы.

И вот один, достаточно скромный аид, учитывая социалистическую реальность, благополучно вылетел с работы. Нет, врачом он не был, иначе бы он не вылетел, а скорее всего ... впрочем не будем фантазировать на эту тему. По профессии он был он простым бухгалтером. А без работы плохо, ведь тезис "тот кто не работает, тот не ест" никто не отменял. Ну и попробуй, устройся в Москве с такой биографией в году 51-52м. Встает отнюдь не риторический вопрос, "что делать?"

И как-то он оказался в одной компании с одним моим дальним родственником. Компания была весёлая, но разговоры велись там очень грустные. Ну а о чём, вы и сами можете представить, ибо в компании врачей было много. А также компании была одна девушка (родственница одного из врачей). Ну как девушка, "молодая была не молода." А точнее женщина, Бальзаковского возраста. А может даже и постарше.

Что-то у неё с семейной жизнью не сложилось, может из за внешности, а скорее из за характера, который как говорят был сложный, очень сложный. И вообще от неё старались бы держаться подальше если бы не одно маленькое, но большое "НО." Она шила. Вы скажете, "ха, мало ли кто шьёт", и будете несомненно правы. Но она не просто шила, она шила нижнее бельё для женщин. Вы наверное опять скептически хмыкните, "что в СССР, который победил Германию и держал в страхе всю Европу не было нижнего белья?" Нет, оно конечно было, но носить его было нельзя. Точнее так, высшие эшелоны власти, а точнее их жёны (в Москве), уж точно Советское бельё массового выпуска не носили.

По заграницам не особо Виссарионыч своих коллег по борьбе отпускал, а жены их с удивительной политической близорукостью хотели носить нормальные, пардон, трусы и нормальные лифчики, а не сшитые чуть ли не из брезента на фабрике Красная Текстильщица и рассчитанные на доярок из села Большие Бодуны. Вот такое несоотвествие политических реалий и нужд собственной задницы.

И это как раз была и ниша той самой девушки пост Бальзаковского возраста. Она обшивала весь Московский бомонд начала 50х. Можно сказать знала она груди и ягодицы всех дам высшего света и полусвета не хуже своих собственных. Без работы однозначно не сидела, чиновные женушки за очередь к ней дрались, плели интриги, да и работу оплачивали очень щедро.

И познакомившись, запала на этого одинокого безработного бухгалтера, тем более что наверное иных вариантов для создания ячейки общества было маловато. Разговорились они, и в лёгком подпитии поделился он своей проблемой, работы нет и не предвидится, а в преспективе... нет преспективы. Она усмехнулась, и сказала, "я всё устрою, где ты хочешь работать?". А он "да не до жиру сейчас, где угодно. Я на всё согласен." "Нет уж, где конкретно?" Он уж пожалел что в разговор ввязался и что бы отвязаться высказал "ну хотя бы в Союзе Писателей."

Она "хорошо, а если я всё устрою, то что?" И тут он ляпнул, "А тогда я на тебе женюсь". И поскорее отбыл из тёплой компании.

А через несколько дней он был вызван, и не куда нибудь, а именно в Союз Писателей. И не смотря на графу в паспорте его взяли, и между прочим сразу на должность Главного Бухгалтера одного из отделов. Пришлось ему как честному человеку жениться. И кстати неплохо то у них получилось всё, жили дружно, дети хоть и поздние. А со временем стал он заведовать выдачей творческих командировок и путёвок в разных санатории. Увлёкся литературой что не мудрено и каждый писатель тех времён норовил ему свое творение всучить с дарственной подписью.

Мой отец когда у него в конце 60х в квартире бывал. Говорит что никогда столько книг вне библиотеки не видел.

А вы говорите на базаре лифчиками торговать.

48

Комсомольское задание

Было это, видимо, в 86 году, я всего год как закончил МАТИ (мальчишка совсем), но уже работал на кафедре, вел лабораторки.
Вызвал меня заведующий и говорит.
- Тебе комсомольское задание.
Я конечно, не сильно обрадовался, начало ничего хорошего не предвещало.
А он продолжает.
- Знаю ты программировать умеешь.
У меня на сердце отлегло. Программирование! Это же мое любимое занятие тогда было. Я собственно этим и жил. Институт для меня арендовал и оплачивал машинное время, я писал программы на фортране, ходил в ВЦ Госкино СССР, считал на ЕС 1032 преимущественно по ночам. Дневное время почти всегда расписано было среди сотрудников Госкино. А ночью - студенты, аспиранты.
Короче – охота пуще неволи - сам по собственной инициативе бегал в машинный зал несколько раз на неделе, а то и по выходным.
На кафедре у нас тоже стала появляться вычислительная техника. Закупили несколько машин ДВК и пару Агатов. В ДВК – накопителями были обычные аудиокассеты, а программы для болгарских Агатов записывали на пятидюймовые флоппи диски, которые мы получали у заведующего лаборатории под расписку и должны были вернуть в случае увольнения, и не в силу секретности информации, а как материальную ценность.
Я писал программы, на Бейсике, которые использовались в учебном процессе. На методичках гордо красовалась моя фамилия и непривычная для кафедры надпись: «Лабораторная работа с применением ЭВМ»
Я как про программирование услышал, сразу отрапортовал
- Я готов.
А заведующий - я так и думал, и продолжает.
- Есть у нас подшефная школа.
Я понял, что рано обрадовался, но не перебиваю, слушаю.
- Школа, сразу тебе скажу - не простая.
Он одну мысль не закончил и сразу перескочил на другую.
- У нас ведь в стране как. Мы ведь не только избранных должны учить, не только тех, кто уже поумнел и готов знания впитывать. У нас для всех обязательное десятилетнее образование и для интеллигенции, и для детей рабочих.
Что-то он издалека заходит - пронеслось у меня в голове.
- Это они сейчас многие не понимают, что без ЭВМ никуда – продолжал Нестеров. А ты сам видишь - программирование, информатика, кибернетика, куда сейчас без кибернетики?
- Сейчас никуда - согласился я.
- Вот - подхватил Нестеров, там рядом с этой нашей подшефной есть специальная английская и в ней для детей все условия - и лучшие учителя, и разные изыски. Но не все успевают в английском, и куда их не на улицу же. Их переводят в нашу подшефную - вводил меня в курс дела Нестеров. Рядом в районе еще школы есть, тоже такие знаешь, для деток способных родителей. И там тоже не всех тянут после восьмого класса. И все эти, так скажем, сложные подростки где-то должны учиться, а не шляться по подворотням. Понимаешь? – спросил меня наконец заведующий.
- Конечно, утвердительно закивал я в ответ.
Вот - говорил Алексей Федорович – скажу тебе честно - учитель информатики там не прижился. Что-то у него со здоровьем кажется пошло не так. И учителя по химии нет. И взять их сейчас неоткуда. А информатика детям необходима.
Короче, школа тут рядом через дорогу, иди тебя сейчас там ждут – девятый класс. Если хотя бы один семестр продержишься, уже засчитаем тебе это как общественную работу за целый год.
- Что же я им преподавать буду?
- Как что, информатику, ведь химия – это не твой профиль.
- И что есть учебник, по которому читать?
- Да какой там учебник...
- Расскажи им, что сам знаешь, введи в курс дела. Я слышал, в других школах язык Бейсик учат, тебе же он знаком.
- Знаком - говорю.
- Вот и замечательно, прямо сейчас и иди, там тебя ждут.
Пришел я в школу – школа как школа. Вполне приличная, вроде.
Я как вошел, меня сразу вычислил и пошел мне на встречу невысокого роста суетливый мужчина с огромной копной курчавых волос.
- Александр Николаевич, поприветствовал он меня – мы вас заждались. Пойдемте я вас в класс отведу – у вас сегодня первый урок информатики.
- Да что вы? - удивляюсь. - Так вот с места в карьер?
- Вы же профессионал, что вам стоит.
Поднимаемся по лестнице - вокруг снует ребятня.
- Макароныч, ты кого нам привел? – интересуются, как я понял, мои потенциальные кибернетики.
Вошли в большой просторный класс. Это было время перемены, а потому дети в классе вели себя раскрепощенно. Часть учеников стояли на подоконнике в полный рост, что-то рассматривали на улице и хлопали ладошками по стеклу. По классу летала мокрая тряпка. В дальнем конце на парте лежала упитанная девочка, и какой-то мальчик ее щекотал двумя руками, прии этом девочка извивалась, визжала и отчаянно брыкалась. Крики девочки тонули в разноголосице перемены.
- Макароныч, ты кого к нам привел? - повторил вопрос какой-то прилежный ученик.
- Это ваш новый преподаватель информатики! - прокричал Макароныч и предательски смылся.
Не буду описывать всех своих мучений. Комсомол бросал молодежь на самые тяжелые участки работы и это не метафора, а сущая правда. Время было не простое. Компьютеров в те времена в школе не было, интереса к языку Бейсик не наблюдалось, обязательное десятилетнее образование и партийная дисциплина свели нас в этой школе на целый семестр и лично я запомнил это испытание на всю жизнь.
Пока я писал на доске операторы изучаемого языка Бейсик в классе происходило разное. Девочки доставали помаду, мазали губки, подводили ресницы. Мальчишки вытаскивали карты. Как только я оборачивался - запрещенные предметы прятались. Особо злостных я выгонял.
Был в классе такой Журкин – мелкий и на редкость шкодливый паршивец. Я все пытался его поймать и никак не мог. Он буквально чувствовал, когда я обернусь и делал какую-нибудь гадость за секунду до этого. Чаще всего он подкидывал чей-нибудь портфель или сумку к потолку. В момент, когда я оборачивался портфель был в воздухе, а Журкин сидел за партой, сложив руки как примерный ученик. Я видел лишь как с потолка падает портфель из него вываливаются учебники, тетради, по полу катится яблоко, разлетаются из пенала карандаши и ручки. Минут пять или десять после этого в классе царило оживление. Ученики ползали под партами, собирали мелкие предметы. Как я ни старался - поймать Журкина я не мог.
И вот прошло лет семь-восемь, я уже 4 года как ассистент, у меня трое детей, вместо проблем с комсомольскими поручениями появились другие. Я иду по родному Тверскому бульвару, и думаю свои горькие думы – надо ехать на конференцию в Тульский Политех и хорошо бы костюм новый купить, в этом уже выступать нельзя. Хочется купить более или менее приличный, а где на такой денег взять - совершенно не ясно?! Жене хотел купить пуховик. Видел в комиссионке импортный пуховик, но денег он стоит каких-то не реальных! Дети буквально моментально из всего вырастают.
И так я глубоко погрузился в свои заботы, не сразу понял, что меня окликает кто-то:
- Алексан Николаич!
Смотрю, лицо знакомое, а где видел его вспомнить не могу.
Парень солидный крепкий. Где ж я его видеть мог.
И тут он мне:
- Не вспоминаете? Журкин моя фамилия.
- Журкин, - говорю - ну надо же, вот так встреча. Вымахал-то как! Как ты? Где? Что?!
Он тоже обрадовался:
– Я нормально. Как вы? Все там же?
- Да, - говорю, - все там же - защитился, преподаю, детей уже трое, забот прибавилось, конечно. Ты-то как? Программистом не стал случайно?
- Какой из меня программист, Алексан Николаич, - застеснялся Журкин, - так мелкий бизнес больше.
- А что за бизнес?
- Даже не знаю, как сказать. Солнцевские, слышали, наверное, вот они сейчас подо мной ходят. Может мой телефон запишите? Мало ли что, если кто вдруг наедет.
- Да нет, спасибо, - сказал я, - кто на меня наедет?!
А про себя подумал: кому придет в голову на меня наезжать?! И вспомнил рассказ Чехова «Толстый и тонкий».

49

Эпиграф:
"Л.Н. Толстой - наше всё"

И ещё один, мне лишнего эпиграфа не жалко:
"Береги честь смолоду, коли рожа крива."
Вроде А.С. Пушкин

Из далеких 80-х... Поступали к нам на филфак ЛГУ им. Аль Капоне одно лицо с Кавказа (именно не оно поступало, а его поступали, Грузия тогда жила богато), прибыло это лицо задолго до начала вступительных экзаменов и начало активно знакомиться с разнообразными достопримечательностями Северной Пальмиры, авторизуясь и вживаясь в реалии белых ночей. И вот наступает день сдачи экзамена "русский язык и литература (устно)", лицо тянут за его уши хотя бы на тройку, оно сопротивляется, понятно не по умыслу, а по незнанию. Очередной вопрос - какой из известных русских полководцев описан в романе Л.Н. Толстого "Война и мир"? Лицо мычит, силясь вспомнить то, чего отродясь не ведало, но договор дороже денег, экзекуция продолжается в виде наводящих вопросов, типа
- Вы давно в Ленинграде?
- Да, уже больше месяца.
- На Невском проспекте были?
- Канэшна!
- Видели Казанский собор?
- Видел, да.
- Так вот, там справа и слева два памятника - один - Барклаю де Толли, второй (экзаменующий произносит это выразительно, с нажимом, делая круглые страшные глаза) - Михаилу Илларионовичу Кутузову... Ну так кто же из них занимает значительное место в "ВиМ" Толстого?
- Слюшай, а памятник к чему ближе? К ресторану "Кавказский" или к пивному бару "Очки"?
(Для тех, кто не в курсе, если стоять к Казанскому собору лицом, то справа от него на Невском располагался ресторан "Кавказский", а слева, соответственно - пивняк, называемый в просторечье по аналогии с расположенным рядом магазином "Оптика").
Лицо с грехом пополам поступили, но скоренько отчислили, ибо договор распространялся лишь на "поступить", но отнюдь "не продолжить обучение".
Да, вот уже про жертв ЕГЭ, одно цепляет другое... Как сказало бы вышеуказанное лицо, я "Мамой клянусь!!!", никогда не звонил на ТВ, но один раз не удержался, слава Б-гу, не дозвонился, ибо у них было занято, а то, говоря, образно "... на его счастье, критика Латунского не было дома, а то, кто знает, какой бы темной уголовщиной ознаменовался бы сегодняшний вечер, ибо у Маргариты, вернувшейся в комнату, в руках был тяжелый молоток." Такие же, тяжелые как подкова матюки я был готов высказать ТВ редакторам, принимающим на службу и выпускающим в эфир юных амбициозных корреспонденточек. Репортаж велся с места события, а именно выпускного бала юных кадетов, круживших в вальсе не менее юных мамзелей в платьях из марли, аккурат посередь колонн из всамделишного мрамора, на не менее всамделишном паркете в самом что ни на есть взаправдашнем дворце, коих, как известно, в Ленинграде - как у дурака фантиков, ну да ладно.
Корреспондентша (взахлеб, экзальтированно)- Как же весь этот праздник, вся эта воздушная атмосфэра, напоминает нам тот волшебный бал, на котором Наташа Ростова танцевала свой первый вальс с поручиком Ржевским!!!" (Я бы ещё понял и простил оговорку по Фрейду - со Штирлицем, но тут?)...
Странно, что ещё не сказала "N'est-ce pas, mes petits amis?".
Ну и хорошо, что не дозвонился, пусть живут безмятежно, ведь они искренни в своих заблуждениях.
Засим прощевайте...

50

Эпиграф:
"Л.Н. Толстой - наше всё"

И ещё один, мне лишнего эпиграфа не жалко:
"Береги честь смолоду, коли рожа крива."
Вроде А.С. Пушкин

Из далеких 80-х... Поступали к нам на филфак ЛГУ им. Аль Капоне одно лицо с Кавказа (именно не оно поступало, а его поступали, Грузия тогда жила богато), прибыло это лицо задолго до начала вступительных экзаменов и начало активно знакомиться с разнообразными достопримечательностями Северной Пальмиры, авторизуясь и вживаясь в реалии белых ночей. И вот наступает день сдачи экзамена "русский язык и литература (устно)", лицо тянут за его уши хотя бы на тройку, оно сопротивляется, понятно не по умыслу, а по незнанию. Очередной вопрос - какой из известных русских полководцев описан в романе Л.Н. Толстого "Война и мир"? Лицо мычит, силясь вспомнить то, чего отродясь не ведало, но договор дороже денег, экзекуция продолжается в виде наводящих вопросов, типа
- Вы давно в Ленинграде?
- Да, уже больше месяца.
- На Невском проспекте были?
- Канэшна!
- Видели Казанский собор?
- Видел, да.
- Так вот, там справа и слева два памятника - один - Барклаю де Толли, второй (экзаменующий произносит это выразительно, с нажимом, делая круглые страшные глаза) - Михаилу Илларионовичу Кутузову... Ну так кто же из них занимает значительное место в "ВиМ" Толстого?
- Слюшай, а памятник к чему ближе? К ресторану "Кавказский" или к пивному бару "Очки"?
(Для тех, кто не в курсе, если стоять к Казанскому собору лицом, то справа от него на Невском располагался ресторан "Кавказский", а слева, соответственно - пивняк, называемый в просторечье по аналогии с расположенным рядом магазином "Оптика").
Лицо с грехом пополам поступили, но скоренько отчислили, ибо договор распространялся лишь на "поступить", но отнюдь "не продолжить обучение".
Да, вот уже про жертв ЕГЭ, одно цепляет другое... Как сказало бы вышеуказанное лицо, я "Мамой клянусь!!!", никогда не звонил на ТВ, но один раз не удержался, слава Б-гу, не дозвонился, ибо у них было занято, а то, говоря, образно "... на его счастье, критика Латунского не было дома, а то, кто знает, какой бы темной уголовщиной ознаменовался бы сегодняшний вечер, ибо у Маргариты, вернувшейся в комнату, в руках был тяжелый молоток." Такие же, тяжелые как подкова матюки я был готов высказать ТВ редакторам, принимающим на службу и выпускающим в эфир юных амбициозных корреспонденточек. Репортаж велся с места события, а именно выпускного бала юных кадетов, круживших в вальсе не менее юных мамзелей в платьях из марли, аккурат посередь колонн из всамделишного мрамора, на не менее всамделишном паркете в самом что ни на есть взаправдашнем дворце, коих, как известно, в Ленинграде - как у дурака фантиков, ну да ладно.
Корреспондентша (взахлеб, экзальтированно)- Как же весь этот праздник, вся эта воздушная атмосфэра, напоминает нам тот волшебный бал, на котором Наташа Ростова танцевала свой первый вальс с поручиком Ржевским!!!" (Я бы ещё понял и простил оговорку по Фрейду - со Штирлицем, но тут?)...
Странно, что ещё не сказала "N'est-ce pas, mes petits amis?".
Ну и хорошо, что не дозвонился, пусть живут безмятежно, ведь они искренни в своих заблуждениях.
Засим прощевайте...