Результатов: 627

1

Про спасение на водах 5.
Беги Вова, беги.... 2.(суровое)
В начале 90х мы занимались поставками в Казахстан всякой всячины для нужд нефтянки и железной дороги.Со временем бизнес стал сдуваться. Кризис неплатежей и прочие неприятности. Для поддержки на плаву, решили ввести в деятельность взаимозачёты.Проще всего, как тогда показалось, было забирать оплату зерном.
Нашли надёжного посредника и схема заработала.Пару раз всё прошло неплохо, а потом случилась эта история.
Стояла поздняя осень, уже частенько шёл снег. Я жил в одной из гостиниц Петропавловска и ждал начала очередной отгрузки.
Ближе к вечеру приехал, уже немного знакомый казах и предложил собираться. К утру ж.д. обещала поставить на элеватор вагоны под погрузку и нам надо было там присутствовать. Дорога предстояла, по казахским понятиям, недалёкая, около 300 км.
Как только выехали из города, пошёл сильный снег. Ничего особенного, мы с Урала, нам не привыкать.Чуть позже задул сильный боковой ветер, видимость резко упала. Когда проехали первую сотню, стало совсем невыносимо, не видно было ничего. Снег с бешенной скоростью летел параллельно земле и где находится дорога было непонятно. Попутчика эта ситуация не смутила и он дал дельный, по его мнению, совет. Сказав, что они-казахи в такую погоду ездят без проблем, только на слух.Если застучало слева- ты на встречной обочине, если справа то наоборот.
Так мы дальше и поехали, чутко прислушиваясь к поведению автомобиля.Через некоторое время я приноровился и мы смогли увеличить скорость.Через полчаса мой "штурман" соизволил меня похвалить.Мол парень, ты ездишь почти как настоящий казах, чем польстил моему самолюбию. Но недолго "музыка играла". Спустя пять минут после лестного замечания, мы застряли. Вышли наружу вытолкать машину и поняли, что находимся не на дороге. Далеко отходить было страшно, был риск потеряться. Было ясно одно, в радиусе 100 метров дороги нет. Мы решили дожидаться утра. Погрузку мы прое.....это было понятно и простой вагонов придётся оплачивать из собственного кармана. Склоки не случилось-никто виноват не был.
Утро встретило нас ярким солнцем и полным отсутствием ветра. Но выйдя из автомобиля, мы впали в полный ступор. Вокруг нас лежала белая пустыня. До самого горизонта была только степь. Где находится дорога или человеческое жильё, было непонятно. Ничего не решив мы залезли обратно в машину и решили ждать развития событий. К обеду стало ясно, что надо что-то предпринимать. Мы вышли наружу и разошлись в разные стороны в надежде найти дорогу или следы цивилизации. Вернулись ни с чем.
Наступил вечер. Бензина оставалось меньше четверти бака. Было понятно, что до утра нам горючего хватит. А как быть дальше? Решили сжечь для сохранения тепла "запаску". Не верьте тем, кто говорит,что резина хорошо горит. Мы извели два литра бензина и проковыряли в колесе с десяток приличных дыр, пока смогли его запалить. Наступило второе утро нашего "плена". Мы встретили его хмурыми. Кончились сигареты и терпение. Удручало отсутствие на почти новой машине 3 колёс и нездоровый цвет наших лиц. Мулаты могли запросто принять нас за своих.
Стало понятно, что экстрим закончился и начинается пиз....
Мы молча стояли у смрадного костровища и печально смотрели в даль. Гордо "отъехать" через суицид не было ни желания , ни технической возможности. Мы просто тупо ждали чего-нибудь, чуда , знака....
И дождались. На горизонте появилось искрящиеся на солнце облако и оно двигалось! Скоро мы поняли-это трактор, который что-то огромное волок по степи. Оказалось он тащил здоровенный зарод сена.
О, как я рванул ему наперерез. Летел как спринтер, коим не являюсь. Не хватило выскочить перед ним чуть-чуть, жалких 300 метров.Попробовал догнать, но он ехал быстрей меня.
Трактор уехал, но его след остался! Я вернулся к машине, мы быстро собрались и пошли по следу. Идти пришлось почти 4 часа.
Добравшись до селения мы ткнулись в первый попавшийся на пути дом. Вышел хозяин и .....заговорил с нами на немецком.
Языками владели мы не очень и вежливо попрощавшись побрели дальше по улице.
Как потом выяснилось, хозяин дома был поволжским немцем переселённым в Казахстан. Человек он был добрый и вежливый. Просто увидев наши незнакомые и закопчённые рожи, он от нервного потрясения забыл на время русский язык.
В следующем доме дверь нам открыл "Тарас Бульба"(внешность один в один), здесь жила украинская семья приехавшая, во время оно, на целину. Он тоже был несколько обескуражен нашим визитом, но сумел собраться и рассказать где мы находимся.
Мы оказались в одном из отделений, бывшего зерносовхоза-гиганта.
Не успели дойти до центра посёлка, как около нас остановились "Жигули". Оказалось-это немец позвонил председателю и тот приехал на нас посмотреть.
Урал Нуралович-никогда не забуду это святое имя. Он как человек поживший приехал не с вопросами, а сразу с ответами. Ответами были солёные огурцы, шмат сала и трёхлитровая банка самогона. Казахи вообще замечательный и добрый народ, но этот......
Он молча раставил снедь на капоте и налил по стакану. Молча выпили и закурили.
Подтянулись немец и украинец. Выпили с ними. И только после этого председатель спросил: "А вы чумазенькие откуда и надолго к нам?". Выслушал наш рассказ, посмеялся и позвал в гости. Предложил баню, кров и телефон.
Ближе к утру за нами прислали машину и мы уехали грузиться.
Через 2 дня я вернулся. Моя машина уже стояла во дворе у нового приятеля. Все 4 колеса были на месте. Местные мужики выделили от щедрот (от денег категорически отказались). И пусть все колёса отличались рисунком протектора и размерностью, а шипованное было только одно(моё). Это уже был полноценный автомобиль и я мог уехать домой. Селяне с уважением к высоким спортивным показателям, сообщили, что я пробежал без малого 3 км. Жаль время некому было засечь.
С первым теплом, мы с попутчиком, вернулись в этот совхоз на нескольких машинах, набитых ништяками и отблагодарили за радушный приём. Пьянка продолжалась 3 дня. После "целины" очень многие люди остались там жить и я видел почти весь интернационал.
И вот сидели мы за общим столом, в хрен знает какой казахской глуши, представители почти всех национальностей и народностей, единой когда-то для нас всех страны. Кто-то любил эту страну,кто-то гордился ей, кто-то ненавидел. Это было неважно. И было нам вместе хорошо, тепло и уютно. Не было ни разногласий, ни споров. Мы все были родом оттуда, где прошло наше детство и юность. Это время увы, уже не вернуть.
После этой истории, у меня с братьями-казахами установились настолько тёплые и доверительные отношения, что дружим и доверяем друг другу абсолютно. По сию пору.
P.S. Снег-одно из агрегатных состояний воды.
Владимир.
05.11.2022.

2

Повар с другой планеты

Я встретил его в Японии. Просто в одном из знаменитых местных ресторанов в меню увидел моё любимое блюдо, а попробовав его, понял, что приготовил его явно не японец…
На мою просьбу к официанту вызвать повара, чтобы я лично мог засвидетельствовать ему моё почтение, появился он. Высокий, улыбчивый европеец. А увидев моё изумление, он согласился дать мне интервью о своей жизни и о том, как ему удалось стать одним из самых известных шеф-поваров Японии. Дело, почти невероятное для иностранца.
Вечером я поджидал его на скамейке в парке недалеко от ресторана. И он пришел. Мы немного посидели, поговорили о том, о сём… И он начал:
Случилось это очень давно… Так много лет назад, что я уже и не упомню, сколько. Сразу после окончания училища. Меня тогда направили на практику помощником шеф-повара в один из наших городских ресторанов.
И через месяц, примерно, когда я перестал пугаться всего вокруг, стал слегка помогать и разбираться, шефа уволили. А я страшно к нему привязался. Он мне так помогал, как никогда и никто больше в жизни. Ну, вот…
Расстроился я страшно. Поскандалил с хозяином ресторана и сказал, что, если моего шефа уволят, то и я тоже уйду!
А слухи о его увольнении ходили какие-то глупые и невероятные. И вот он, мой учитель, решил рассказать мне… Вот точно так же, как вы сейчас, он поджидал меня на скамейке в парке, возле ресторана.
Я присел рядом, а он говорит мне: Ты мол, не смей уходить из-за меня. Потому что, моя причина не является причиной для тебя. Это очень личное основание. Тем более, что для хозяина ресторана это действительно причина для увольнения.
Он похлопал меня по плечу и улыбнулся. Я, говорит, уже из третьего ресторана в вашем городе вылетаю. И всё по одной и той же причине. Но это меня не огорчает. Тот, кто умеет работать, всегда найдёт для себя место, а ты, сынок, учись работать и будь настойчив, но... И тут заглянул он мне в глаза и добавил, улыбнувшись: Мы с тобой, сынок, с разных планет…
Лет десять назад работал я в одном месте. Не то, чтобы ресторан, а скорее, зал для торжеств. И там тоже терпеть не могли меня за мою одну страсть. Кормлю я, видишь ли, отходами всех бездомных людей, собак, кошек и даже крыс. Не выбрасываю я еду в баки, а раздаю.
Раз десять меня предупреждали, что уволят. И обязательно бы уволили, если бы заменить могли. А работал я быстро и четко. И коллектив меня уважал.
А животных я с детства кормлю. И чего же не покормить, если еды после свадьбы полно осталось…
- И крыс кормите? - спросил я его.
- И крыс, - согласился он. И посмотрел на меня так… Пристально. - Умнейшие существа, знаешь ли, - говорит. - И чрезвычайно преданные.
А я, естественно, удивился очень. Ну где это видано, чтобы шеф-повар такое о крысах? И не только говорил, но и кормил. А он продолжает:
И длились это несколько лет. Приблудились к залу три кота, две собачки и крысы. Не лазили больше по залу ночью, а ждали меня снаружи, метрах в пятидесяти, на маленькой площадке, где я всех их и кормил.
А был среди этих крыс, один особенный. Огромный, как кот. И он не столько ел, сколько смотрел на меня всё время. И подходил всё ближе и ближе, пока через несколько месяцев не стал брать еду у меня из рук. А любил он…
И учитель мой замолчал. Было видно, что ему тяжело это вспоминать. Он закурил и продолжил:
- Любил он ласку. Забирался он ко мне на руки, и я гладил его. Он ложился, как кот. Прижимал к себе передними лапками мою левую руку, пока я гладил его правой, и засыпал, а во сне…
И учитель посмотрел мне в глаза.
- Он улыбался. Не веришь, наверное?
Я стал убеждать его, что верю, но… Сам стал принюхиваться, не выпил ли он. Разумеется, кто поверит в то, что крыса огромного размера забирается на руки к человеку, прижимается, засыпает и улыбается во сне. Ну, всё ясно. Не в порядке дела с психикой.
А он только улыбнулся и продолжил:
- Кормил я их каждый день. И так они привыкли ко мне, да и я к ним, что представить себе уже не мог свою жизнь без этих котов, собак и крыс. А меня, естественно, все считали ненормальным, и естественно, собирались уволить при первой возможности. Когда найдут замену. Нервничал я, само собой. Думал, куда дальше идти? И, наверное, поэтому так и случилось.
Однажды вечером, после работы, когда официанты и уборщики убирали зал после очередной свадьбы, я собрал отходы и пошел на свою заветную площадку, где меня уже все ждали. Три кота, две собачки и компания крыс со своим предводителем. Которого я называл Котей.
Разложил я им еду. И Котя, как всегда, поев, забрался ко мне на колени за очередной порцией ласки, и тут... Всё вокруг вдруг покачнулось. Словно, ударило меня что-то в грудь, а воздух в горло, как раскалённый комок, проходил. И боль за грудиной…
Очнулся я уже в больнице. А вокруг меня стояли несколько человек с работы. Они мне и рассказали, что случилось. Ворвались, говорят, в зал три кота, две собаки, и стали такое вытворять…
Выли, лаяли, рычали и всё к дверям на выход бросались. Ну, мы и поняли, что с вами что-то случилось. По дороге вызвали скорую. А куда точно бежать, никто не знал. Ведь, кроме меня, их никто не кормил. Откуда же им знать, где площадка-то? Пока они меня нашли, скорая тоже подъехала.
И видят они - у меня на груди огромная крыса лежит. Ну, они конечно испугались, но подошли и столкнули её. Она уже мёртвая была. А вот я живой оказался. А ведь не меньше получаса прошло. Говорят, что такого быть не может при обширном инфаркте. По всему, я уже должен был быть мёртв. А оказался жив.
И все месяцы, пока я в больнице лежал, видел я перед собой моего Котю. Глаза его, спинку, маленькие лапки и улыбку. И во сне я всё время гладил его. А он прижимал к себе мою левую руку.
Ночью вскакивал я и искал его во тьме палаты. И быстро выздоровел. Врачи очень удивлялись. Говорят - не может такого быть. Ни одного рубца на сердце. И всё идеально. Будто, и не было инфаркта. Да…
Вот такая история. А когда меня выписали, первым делом поехал я к залу тому. И нашел площадку, где я кормил моих питомцев. Все были в сборе. Три кота и две собачки. А крыса Коти я не нашел. Думал, может тело его отыщу. Но нет. Надеялся, а вдруг…
А вдруг он жив остался? Я потом туда ещё долго ходил. На это место. Несколько лет, пока из города этого не уехал. А котов тех и собак забрал к себе домой.
Приходил на площадку и оставлял еду для бездомных собак, котов и крыс. И сидел, курил. И разговаривал. С Котей. Всё мне казалось, что он смотрит на меня. И снился он мне часто. Будто сидит он рядом со мной и смотрит прямо мне в глаза. А я всё пытаюсь ему объяснить, что я люблю его и помню, а он... Улыбается мне и пытается успокоить.
Учитель мой закончил свой рассказ и замолчал. Я сидел, совершенно потрясённый его историей.
- Так что, сынок, - продолжил он, - ты брось это, с увольнением. Тебе учиться надо и работать. А не увольняться из-за дурацкого принципа. Ведь для тебя - не главное кормить бездомных, а это и значит, что мы с тобой с разных планет.
Высокий седой шеф-повар японского ресторана улыбнулся:
- Мы с ним ещё много раз встречались, пока он не уехал. И передал он мне свою заветную тетрадку с рецептами, так что… Гуляш, который вы ели, не мой. Это его рецепт. А мне…
Мне до смерти стало обидно, что учитель мой считал, что я будто с другой планеты. И стал я подкармливать всех бездомных. Ну, вы конечно понимаете. Меня начали увольнять отовсюду. Где это видано, чтобы повар крыс кормил? Всё им непонятно было, почему я, кроме собак, кошек и бомжей, крыс кормлю?
Так я и оказался здесь, в Японии. Проездом, что ли… А потом выяснилось, что у меня деньги закончились. И устроился я уборщиком в этот ресторан, а спал в пустом доме. Пока менеджер не обратил внимание на то, что я кое в чем разбираюсь, и не поставил меня на салаты. Так и пошло…
А потом выяснилось, что кормлю я бездомных и крыс. Тут все кошки и собаки присмотрены. Ну и менеджер, естественно, решил меня уволить, о чем и предупредил. Но хозяин ресторана узнал об этом и пришел сам посмотреть на то, что я делаю. Весь день он стоял на кухне, но не подходил. И мне кажется, даже не смотрел в мою сторону. А когда всё закончилось, пошел я кормить крыс и бомжей. А он за мной.
Думаю, всё одно - уволят ведь, так чего уж прятаться? А он не уволил, а на следующий вечер опять пошел со мной. А когда я стал кормить крыс, он поставил какие-то чашечки, а в них палочки с благовониями и стал кланяться крысам. И говорить что-то по-японски, быстро-быстро. И, не поверите...
Высокий седой повар посмотрел на меня посветлевшим взглядом:
- Вы не поверите мне, но… Они стали отвечать ему! Они становились на задние лапки и кланялись ему в ответ!
И я понял - он точно не с моей планеты. Он с другой. И стало мне страшно обидно. Захотелось быть с его. Чтобы мы, значит, были с одной планеты. Так я и остался здесь, навсегда.
И он теперь меня учит понимать животных. А я учусь готовить национальную кухню. И мне все помогают. Даже менеджер теперь смотрит на меня иначе. Вроде как, я для них своим становлюсь.
Так я и нашел свое место под солнцем. Купил здесь небольшой домик неподалёку. Одну хорошую женщину встретил...
И высокий шеф-повар улыбнулся.
- Даже имя они мне дали. Иоши Сан. О, как!
И он ушел, попрощавшись. А я задумался. Шестьсот репортажей я написал, а вот эту историю - не могу. Тяжелая и невероятная одновременно. Как ни приступал, всё не то получается.
Видимо, это потому, что мы с разных планет. И пока я не стану с их планеты, мне никогда не написать этот репортаж.
Но я стараюсь. Кормлю бездомных и всё ищу… Ищу того самого крыса, Котю. Мне кажется почему-то, что я обязательно его встречу. Не может быть, что это все просто так. Не может.
А если вы не с нашей планеты, то... Вам сложно будет понять.
А если — с нашей, то и объяснять вам ничего не надо.

© ОЛЕГ БОНДАРЕНКО

3

Бурение – работа очень грязная, особенно если у тебя обычная отечественная буровая установка, а сам ты не на рычагах, а работаешь с трубами и образцами. Мало того, что землю поднимаешь, так еще и установка обычно подтекает разными маслами. Так что чистым никто не уйдет. Поэтому после экспедиций с бурением вся верхняя рабочая одежда либо ликвидируется, либо сдается в химчистку.
После первой такой экспедиции решил я облагородить свой комбинезон. Он был красного цвета, с мехом внутри – зимний. Точнее, красным он был перед началом работ, а после месяца превратился в грязно-черную меховую ветошь, красный цвет угадывался там с трудом. Нашел возле дома химчистку, раскинул перед приемщецей свой комбез, рассказал о его незавидной судьбе и спросил, могут ли они его облагородить. Тетя снисходительно окинула меня взглядом, мазнула глазами по комбезу и надменно сказала, что еще не видела таких загрязнений, с которыми не справится их суперпуперхимия. Заходи через 3 дня.
Я взял телефон химчистки, оставил свой и успокоенный ушел. Через три дня вечером мне звонят из химчистки и говорят, что работа пока не закончена, нужно еще пару дней. Хорошо, говорю, мне не к спеху. Через 4 дня перезваниваю сам, мне раздраженно говорят, что все заняты и пока еще ждите. Ладно. Еще через 2-3 звонка, спустя две недели, мне говорят заходить.
Захожу в приемную, никого нет. Позвонил в звоночек, откуда-то пришла тетя-приемщица, увидела меня, вспомнила, раскраснелась и начала кричать куда-то в глубину помещения: «Девочки! Идите быстрее сюда, вот он, пришел!». Я нервно подобрался – не люблю, когда меня так подозрительно хотят с кем-нибудь познакомить. К прилавку подбежали 4-5 девчонок чуть младше меня и с каким-то восхищением начали меня есть глазами. При этом тетка тоже на меня смотрит, больше с возмущением, но комбеза своего я что-то не вижу.
«А вот квитанция, можно комбинезончик получить?» - протянул я бумажку. Тетка мотнула головой и мой комбез принесли сразу трое девчонок, раскинули на прилавке. Ну что сказать, он не сильно изменился за время двухнедельной чистки. Пятна побледнели, проступил розовый цвет, пачкаться маслом и отработкой он явно перестал, но до первозданного вида там было еще далеко. На мой вопросительный взгляд (вслух я спросить не успел) тетка начала кричать, что они с такими загрязнениями не принимают вообще, что они испробовали все средства, какие у них были, в разных комбинациях, и то, что я вижу – наилучший результат и большего ждать не нужно. Девочки, которых я вижу – студентки какого-то клинингового ПТУ, посменно они неоднократно тренировались на моем комбезе и лучше не сделает никто! Девчонки кивали головами и поддакивали в том смысле, что наконец-то увидели того свина, который умудрился уделать одежду так, что даже современная всемогущая химия в их лице и в лице тетки-руководителя не смогла справиться с загрязнением. В их глазах плескалось восхищение. Тетка прооралась и ушла, а девчонки засыпали меня вопросами, где ж я такие грязные места нахожу. Пришлось рассказывать, в результате даже несколько раз погулял с одной из них, но недолго – она ни о чем не могла разговаривать, кроме как какую еще химию испытать на комбезе. Зато до сих пор почти никакая грязь к комбезу не пристает, а масло чуть не скатывается с него, с олеофобного…

5

Вчера разговаривали с женой о празднование "почти юбилея" свадьбы (19 лет).
Тут она обронила фразу "А 10.10. это какой день недели? Отпрашиваться с работы надо будет?".
Прекрасная, заботливая жена... только вот свадьба у нас 5.10.
Вот так выяснилось, что это не моя жена! А кто? шпионка, инопланетянка, хз, да и не важно.
А теперь вопрос к знатокам: как ее разоблачить? диктофон забыл включить - доказательств нет. А если я расскажу, что жена забыла день свадьбы - никто ж не поверит!
Меня ж сразу в психбольницу упекут!!!

6

Из нашего канала в Телеграмме:
"В связи с последними событиями вспоминаю Афганистан. Я как раз тогда заканчивала школу, и часть ребят из нашего класса шла в армию. И тут Афган. Его пытались избежать всеми способами. Причем, в моем окружении не столько потому, что боялись фронта, сколько потому, что не хотели воевать в чужой земле, убивать людей, вообще участвовать во всем этом. Никто не верил ни в какую "интернациональную помощь", о которой говорила пропаганда. Тогда не было никакой альтернативной службы или организаций и юристов, которые помогали бы избежать армии. И нельзя было уехать за границу. Или в армию, или в тюрьму. Но можно было поступить в ВУЗ, тогда человек получал отсрочку. Все туда и ринулись, но поступать не у всех получалось. Еще был путь откосить по здоровью. И родители по блату доставали липовые справки для детей. Но не у всех были родители с такими способностями. Тогда приходилось что-то придумывать самим. Один мой знакомый рассказывал, как он притворялся психом. Одел иконку на шею и пошел в военкомат по повестке. Я уже не помню, что он там говорил и делал, но у него получилось. Возможно потому, что это было время, когда диссидентов, здоровых людей, сажали в психбольницы. Но тогда если человек получал психический диагноз, это было клеймо на всю жизнь. Снять его потом было очень трудно. А это сразу влекло за собой запрет на ряд профессий и действий (например, нельзя было водить машину. Хотя машин почти ни у кого и не было). Но люди все-равно шли на это." (Людмила Новикова).

7

"Фантомас"

В 60-х и в 70-х годах прошлого века несовершеннолетних подростков на этот фильм в зал не впускали. Но "Фантомас", снятый французами, стал классикой мирового кино и мало найдется тех, кто не видел его. Большинство посмотрели киноленту не один раз. Потрясающая игра актёров и постановка сюжета - вот что сделало это фильм таким популярным.
Фильму скоро будет шестьдесят лет, ведь первую часть во Франции зрители увидели в 1964 году, в то время как до остальных стран Европы кино дошло лишь год спустя. Что касается СССР, то трилогию решили выменять на "Анну Каренину", и показали спустя время, когда во Франции убедились в успехе картины.
Конечно, сам по себе Фантомас, как герой, довольно старый - ему уже больше 150 лет. Он существовал на страницах мрачного романа и затем в первых фильмах о нём. То, что сделали французы, сильно отличалось от всех предыдущих версий, ведь трилогию 60-х сделали в жанре комедии.
"Союзмультфильм" дублировал немного урезанную копию фильма, при этом снабдив её устрашающим смехом Фантомаса, чего, кстати, не было в оригинале.
Эффект от проката был впечатляющим, ведь зрители посчитали фильм не гротескной комедией, а самым настоящим боевиком. Масса погонь, спецэффекты и трюки! Стоит вспомнить автомобиль злодея, который на ходу превращается в самолёт!
Никто не ожидал такого безумного успеха в СССР. Фильм посмотрели более 45 миллионов зрителей, и он занял одно из лучших мест в прокате среди зарубежных кинокартин.
Если говорить о французском кино, то в то время это была одна из самых широкобюджетных киносъёмок. Старались не экономить. Например, драгоценности, которые похищает Фантомас, были подлинными - их взяли в использование в известном ювелирном доме. А когда снималась серия "Фантомас разбушевался", съёмочная группа во главе с режиссёром Андре Юнебелем поехала в Англию и в Италию.
До тех пор французы ещё никогда не выделяли такой сумасшедший бюджет на пародии. Почти треть бюджета была потрачена на гонорар для звёздного состава, в частности Луи Де Фюнесу и Жану Маре.
Жану Маре не нравилось, что роман урезали и упростили, что портило его образ в кино, а жуткие грим-маски жгли ему кожу. Ко всему прочему, напряжённость в отношениях с Луи Де Фюнесом тоже подпортила впечатление от работы.
Комик обладал весьма едким юмором и постоянно шутил по поводу своего коллеги, принижая при этом его актёрский талант. А Жан Маре называл Де Фюнеса "лысеющим кривлякой" и сетовал на то, что тот участвовал в самых козырных сценах фильма, тогда как сам он всё время ходил в маске.

8

Комиссар

Как то раз заглянул к бывшему одноклашке на работу, он физрук в школе.
Ведет несколько секций среди школяров после уроков.
Увидел интересную картинку:
Пока шла тренировка (баскетбол) среди старших, мы затихарились в тренерской на втором этаже зала, позволяя себе недозволенное в школе, типа пива с рыбкой, но наблюдая за игрой в окошко.
И тут робкий стук в дверь.
Убираем со стола все, что не положено, делаем умные лица,
- Войди! – вдруг металлический голос моего друга
Входит мальчуган, лет 10-11, аккуратно закрывая за собой дверь и встает перед нами с поникшей головой.
Он даже сказать ничего не успел.
- Ну и что ты пришел?! Ты выгнан! ЯСНО?! – вдруг взревел тренер, я аж обмер от неожиданности.
- Пожалуйста… - парень реально плачет, роняя капли слез на пол - я обещаю…
- Который раз?! А?! А ну-ка вспомни?!
- В этот раз честно! Клянусь! Не буду курить и прогуливать!
- Вот тут у меня проверяющий, как раз о тебе говорили, так вот он (кивает на меня) не рекомендует.
Такого пристального и просящего взгляда мальчишки на себе я давно не встречал.
Возникла секундная пауза – мы упорно мерили друг друга взглядами. Какие глазищи!!! Какой взгляд!!! Он не осекся, он честно смотрел на меня, наверно видя во мне последнюю инстанцию в споре с физруком. А я балдел от этих глаз, наполнявшимися слезами , и поверил этому взгляду и хлюпающему носу.
- Вообшем так! – авторитетно подвожу итог, - тебя возьмут обратно. Но если еще раз выпендришься, то самолично выпорю! Вот этим ремнем! – показываю поясной ремень для штангистов на крюке , ПОНЯЛ?!
- УГУ! Вот ОН тебя выпорет! – вторит мне физрук, - И исключит! НАВСЕГДА! Понял?!
- ДА! – громко сияет мальчишка, - значит мне можно вернуться? Можно?!
- Можно, - машет рукой физрук, - иди уже…
- УРРРРРРРРААААААААААА!!!!!!!! – он улетел, лбом выбив нараспашку дверь, скатился по ступеням и убежал, продолжая громко высказывая радость.
- За что ты его так?
- Тебе не понять, это наше. Но тебе спасибо, хорошо подыграл! ))))
- круто у тебя однако!
- Не, вот Ты был действительно крут! Приходи почаще! Буду отдавать тебе неучей! Очень реально получилось! Пять баллов!

Мы обсудили тему, за которой я и зашел, пришли к согласию и договорились встретиться через неделю (ничего криминального, просто о возможности снять спортзал на пару вечеров для проведения матча по волейболу среди моих сотрудников)
А я ведь остался доволен оценкой, что ни говори...

Через неделю я вновь зашел к другу к нему в школу после окончания всех уроков.
Идя к нему по вестибюлю, вдруг встречаю бегущую навстречу стайку мальчишек, и того среди них, который просился обратно в секцию. Меня ему тогда еще «проверяющим» друг представил.
Встретились глазами.
Вот тут я натурально увидел, как веселый взгляд превращается в испуганный, как подкашиваются колени.
Парень буквально отпрянул в сторону от меня, как от чумного.
Прохожу мимо, кивнув улыбчиво.
- Драсстье, - в ответ почти шепотом.
- А кто это? – слышу вопросы его друзей
- Проверяющий, … ща к нашему пойдет… а тот ему все доложит… - в полголоса
- А че доложит то?
- Да про каждого… блин! Кого оставлять, кого слить… это же Комиссар! Наш ему все докладывает, а этот решает, - в пустом вестибюле мне отлично слышен их полушепот
- Мляя… А давай скажем, что это не мы курили. Пусть докажет!
- Ага! Сам доказывай! Говорил же, … - дальше не расслышал, но последнее уловил четко: - А если ебнуть?
Останавливаюсь и оборачиваюсь для разъяснений. Какое там! Едва я остановился, они убежали…
Разговора с ними не получилось, но другу за такие дела высказал.
Он поусмехался, но все же сознался в том, что провел типа воспитательную беседу с наиболее трудными подростками, в которой изобразил меня в виде ооочень важного чиновника от «Росспорта», следящего за работой физруков в городе – типа Комиссара.
Мне хотелось его убить или хотя бы ебнуть! Чем–нить тяжелым по голове…или просто придушить.
- Гад! Ты мной детей пугаешь! Какой я нахрен Комиссар?! Тем паче от спорта! Ты взгляни на меня! И что за должность такая?! Ты сам выдумал? Придушу!
- Не, не! Уже не поможет! – отмахиваясь от тянущихся к его шее моих рук, ржал мой бывший одноклашка, - теперь ты Комиссар! Эт точно! Даже если их построить и объявить…ха-ха, все равно Комиссаром останешься, пока они живы. Из них теперь это не выбить!
- Ну почему? почему именно Комиссар? Издеваешься???
- Ха-ха! А помнишь, кем ты был в Мальчише-Кибальчише? Так как тебя еще назвать? Ты же меня до сих пор Гадом называешь!

И я вспомнил.
Когда то давным-давно, будучи старшеклассниками, ставили в школе спектакль для маленьких по Гайдару. По его бессмертному «Мальчишу-Кибальчешу». Я был одним из режиссеров, отведя себе малюсенькую роль в самом начале и самом конце – роль умудренного жизнью Красного Комиссара, тяжело раненного в руку и в голову, (с перебинтованной рукой и головой).
Это сейчас смешно, а тогда все воспринималось на полном серьезе.
В спектакле я самым трагическим голосом и конечно не сразу соглашался послать в разведку самого маленького в отряде - Мальчиша, а в конце действия так же трагически, но стойко переносил его гибель, произнося знаменитое «Салют Мальчишу!».
Мальчишом был худенький паренек из третьих классов, - хулиган, просто оторва в жизни, но мы его тогда уболтали, пообещав снисхождение учителей, если он сыграет эту роль. Плохишом выбрали кругленького, пухленького тихоню из пятых классов – с ним было проще, гавкнешь на него, покажешь кулак, и он делает все как надо. Еще в спектакле был Главный Буржуин и его два помощника, причем один из них настоящий, буржуинский, а второй – предатель, бывший наш, хорошо знающий Мальчиша, этакий гад. Ну еще была массовка, но это уже не важно.
Так вот этот мой одноклашка играл в спектакле именно предателя, Гада. А во время репетиций, как это обычно бывает, все обращаются друг к другу через персонажей. Таким образом меня звали Комиссаром, а его Вторым Помощником. Однако, уже сработавшись, на площадке стали называть короче – Гадом.
Спектакль был сработан на славу!
При Генеральном прогоне для учителей нас похвалили, но все же внесли некие замечания
– не надо ТАК радоваться Буржуину, когда Мальчиша взяли в плен, и Плохишу, получая конфеты с печеньем, а Мальчишу не стоит при этом сглатывать, жадно разглядывая накрытый стол.
И еще уберите сцену расстрела, не надо такое показывать маленьким. Уведите Мальчиша за кулисы и уже там… Ну типа выстрелы…
***
Ребятня с первого по третий класс смотрела спектакль по настоящему, разинув рты.
Слух о спектакле разлетелся по школе в один день.
Успех был настолько крут, что в течение недели в коридорах школы мелкие играли в Мальчиша по спектаклю. Сам Мальчиш стал звездой школы, чем наслаждался безмерно.
***
Через неделю нас попросили повторить спектакль для всей школы, исключив мелких.
Собрали всех участников, похвалили еще раз и назначили дату. В вестибюле вывесили плакат о нас. Но была одна проблема – Плохиш наотрез отказывался играть еще раз.
Его несчастного загнобили в классе. Пришлось сразу нескольким из нас прийти в класс и провести разъяснительную работу, навешав десяток подзатыльников его одноклашкам, и взяв его под защиту. Потом еще с ним маленько поработали, и он согласился.
На спектакле «для взрослых» Мальчиш был расстрелян прямо на сцене. Мы ввернули это в действие, договорившись заранее, но никого из взрослых не предупредив.
Он стоял возле занавеса, лицом к публике, а два его конвоира по бокам сцены. И вот в момент залпа ружей, с другой стороны занавеса Мальчишу четко влупили доской по ногам на уровне коленей. Его ноги подкосились, и он упал настолько реалистично, что целый зал циничных подростков ахнул.
Другое дело, что никто не подумал что с ним делать дальше. По ходу действия трупа Мальчиша вроде как и не должно быть, но вот он лежит. И че делать?
Пендалем на сцену посылается Главный Буржуин с заданием убрать тело Мальчиша.
- Убрать тело, – командует он своим помощникам, титаническими усилиями стараясь не рассмеяться, - убрать это тело… - и согнувшись убегает за кулисы.
Те недоуменно на него смотрят, но все же въезжают в тему и наконец уносят за руки и за ноги дрыгающегося в беззвучном ржаче Мальчиша.
Далее была пауза наверно с минуту, когда мы уссывались за кулисами, зал ждал продолжения, а на сцене никого не было.
Представляете каких трудов мне стоило серьезно и трагически произносить в конце спектакля свои реплики «Салют Мальчишу!»?

К чему я это так подробно – да вспомнили вместе с физруком все в подробностях…
Уж не стал я душить его, ясное дело.
Теперь я Комиссар для него и его подопечных, хрен с ним.
Ну и ладно, лишь бы не ебнули в самом деле.

А матч по волейболу состоялся )

9

Однажды у подруги в гостях прожгли новый светло-бежевый ковёр (уголёк упал с кальяна). Два часа ночи, мама спит в соседней комнате, дырища на новом ковре, за которую подруга получила бы хороших пиздюлей. Истерика, шёпотом орём друг на друга, перебиваем, потом мне стало пофиг (не мне ж огребать от её темпераментной мамы). Сначала решили ковёр перестелить, чтобы дыра была под диваном (ага, в два часа ночи), потом закрасить черную дыру бежевым лаком, лака не хватило. Потом белым корректором (!). Это было состояние аффекта. Затем она пыталась эту дыру оттереть тряпкой. Ну ё-мое!.. Человек настолько не хотел огребать, что пытался оттереть прожжённую дыру тряпкой! Короче, закончилось всё моей охуенно трезвой и адекватной идеей: мы подбрили немного ковёр по разным сторонам и ворсинки приклеили клеем в эту дыру! Работа была ювелирная, брили ковёр в полной тишине, клеили настолько аккуратно, насколько это было возможно. После проделанной работы сделали вывод, что пылесосить дома будет только она. До сих пор никто не спалил. О том, что ковёр заклеенный почти по середине, знаем только мы.

10

Вчера по неволе попал в неприятное для себя "приключение": возвращался домой в 8 вечера из Новогиреева в Подольск.
Я пенсионер, есть социальная карта, наличных было почти ноль, как и телефона
при себе не было.
В терминал всунул карту, набрал станцию назначения, а в ответ - тишина,
т.е. ни билета, ни карты.
Я к контролерам, а они:
- кассирша ушла, до семи утра карту вынуть никто не сможет.
- а как же я?
- вернитесь к тем, от кого пришли сюда,
- у меня же телефона с собой нет, чтоб дозвониться до них!
- тогда, извините, ничем помочь не сможем.
Правда, через час нашелся сердобольной контролер-пенсионер, предложил свои 200р.,
мол, завтра приедешь за свои деньги обратно и получишь свою соц.карту. Не согласился.
Переночевал на скамейке в парке до утра. Хорошо, что не зима.
На следующее утро после семи кассирша терминалов вернула мою карту.
Я спросил:
- Вы оформляете какие-либо Заявления к вышестоящему начальству по жалобам
пассажиров на работу терминалов?
- нет, зачем? Вам вернули карту и будьте довольны до следующего раза.
Теперь несколько простых вопросов к РЖД:
- почему терминалы РЖД без каких-либо оснований вправе изымать собственность
пенсионера(уже не в первый раз)?
- почему терминалам электричек запрещается выдавать билеты на пересадках
с одной линии на другую, а надо доковылять на больных ногах до кассы с оператором?
- почему невозможно выйти на более ближней станции, чем указано в билете?
- почему РЖД не перенимает опыт метро Москвы для пенсионеров, включая МЦК?

11

Говорить о рекламе – на грани «себя не уважать»…

Среди героев-исполнителей одного из роликов - известный всей стране певец.
Что и говорить - известный, хотя кто-то скажет и больше.
Не обсуждаем…
Как и содержание самого ролика.

Концовка там просто замечательная.
«Кого слушаете?» спрашивает у девушки означенный певец.
«Чайковского» - отвечает та.
«Хм!?» - реагирует певец.
Не иначе - ожидал, что его.

Действительно, КТО в стране,
почти уже окончательно оболваненной сегодняшним образованием,
с выдавленной на обочину культурой,
может знать какого-то Петра Ильича,
всего-то-навсего обогатившего человечество непревзойденными шедеврами,
крупными и малыми,
узнаваемыми с первых звуков,
которые настраивают любую открытую ему душу как никакие другие…

Вот этого певца – знают, видели, слышали.
Да уж, именно «Хм…»

Дерзаю сообщить запредельно богатому культурой сегодняшнему населению,
что великий Петр Ильич Чайковский – не единственный в истории истинный композитор.
Был еще, например, Сергей Рахманинов и много других великих, которые родились и творили в НАШЕЙ с вами стране.
И в других странах, представляете, были – Бетховен, Бах, Григ, Верди…
Послушайте их, просто попробуйте!

Я совсем не против популярных певцов, которых
никто,
никогда
и ни за какие деньги не подпустит к сцене Ла Скала.
У них другое место.

Но хмыкнуть после имени Чайковского – не имеете права,
не имеете, слышите!
Никто!

Реклама – произведение коллективное,
и если никто из этого коллектива производителей не заметил бессовестного обращения исполнителя с великим именем, с памятью о великом композиторе,
то это и есть самое настоящее
безобразие и безответственность.

Никто не задумался о том, какое воздействие будет иметь этот «хмык» на фанатов тик-тока, рэпа и прочих изобретений индустрии зарабатывания денег на массовом невежестве, и ролик вышел и широко тиражируется ежедневно.
Это, конечно, не приговор (увы) индустрии рекламы и телевидению,
это только лишь (???) крепкая кислота на неотягощенные мозги…

12

К истории о потерявшемся чуваке, звонившему среди ночи вызвать ему такси неизвестно куда.

Вспомнился случай из времени, тогда смартфоны и группировки спутников автогеолокации были еще не у всех. Сидели мы глухой ночью во владивостокском клубе, наплясались, глаза уж слипаются, собираемся по домам. И тут у малознакомого мне тогда молчаливого мужика, средних лет без особых примет, звонит сотик. Музыка еще шумит в сторонке, человек досадливо морщится и ставит на громкую связь. Слышим:
- Саныч, выручай! Мы заблудились!
- Где?
- Где-где! В п-е! Или в жопе, я еще не понял.
- Спокойно. Что видишь вокруг себя?
- Так ни хера не вижу! Стемнело уже.
- Фары включи.
- А толку? Вокруг одни заборы, впереди еще один. Стучал - никто не открывает! Реально, как в гандоне - путь только назад. А дальше куда?!

Мужик потягивается на диване, пытается проснутся. Находит свой рюкзачок и вставляет в него йоту, был такой модем. Пока всё это грузится и подсоединяется, смотрит на часы, задумывается, и начинает развлекаться догадками по народным приметам:
- Михалыч, а давно у тебя солнце село?

У нас уже светало.

- А хер его знает! Пасмурно и морось. Тут грунтовка вся в колдобинах, глина одна, это просто пц какой-то. Застряну походу тут на ночь.

- Давно смерклось?

- Давно. Но еще не окончательно.

- Так это вы, эээ, где-то в подмосковье, что ли? Застряли как танки Гудериана? Не беда, прорвемся! Глина какого цвета и глубины приблизительно?

- Саныч, хорош прикалываться, выручай! Ты опять в клубе что ли заснул? Музыку слышу.

- Отвечай на вопросы, если хочешь выбраться.

- Белая глина! С прозеленью! Мелкая, но вязкая!

- Пока одно понимаю - вы в верховьях Волги. Что помнишь последнее из городов и деревень перед тем, как сюда попал?

- А хер его знает! Щас твою бумажку поищу, я по ней ехал.

- Не ищи. Свою бумажку помню. Что последнее ты видел перед тем, как стало темно?

- Свернул с трассы направо за мостом, там был хороший асфальт километров десять. Потом пошла эта гребаная грунтовка.

- Но она была поначалу прочная, каменистая? И тут начались высокие заборы?

- Блин, а ты откуда знаешь?

- Пока ничего почти, но это зона закрытого частного отдыха видимо. Или что угодно еще, но не наша база. Сдавай назад и разворачивайся, где сможешь. Вернись на трассу, перезвоню.

Роется в адресной книге.

- Саша, привет! Извини за поздний звонок, у меня колонна застряла. Примешь на ночь? ... - Десять. Большегрузы, фуры стандартные. Водилам поспать-поесть-помыться, они с Владивостока едут... Да, по цене нормально, заплатят наличкой, через час-другой будут.

- Привет, Димон! Прости, что поздно звоню, сегодня мои не заедут. Хрен их знает как, поворот проскочили. Они уже под Москвой. Сам пока не знаю где, но ты остался сзади.

- Михалыч, жив еще? Бери ручку. Вот номер охранника базы, вы там сегодня ночуете. Если не ответит, звони Александру Павловичу, следующим дам его номер. Но только на крайняк и вежливо, это владелец базы.

Вопрос заблудившейся колонны был решен за время, пока еще звучал прощальный издевательский медляк клуба - советская песенка из передачи "Спокойной ночи, малыши!"

Мужик оказался предприниматель средней руки - без яхт и дворцов, но со своими автоколоннами. Соображать, кто где заблудился на Руси, дело для него было привычное. Однажды его пугали и шведской топонимикой по пути колонны в Петрозаводск. Тоже звонком среди ночи, предварительно убедившись звонком жене, что он опять клюет носом в клубе. Она отошла в сторонку, попросила ди-джея притушить звук и дала отмашку. Это был единственный раз, когда он купился спросонья. Позвонил жене и попросил ее выяснить, как по-тихому вернуться через Финляндию, после чего заснул снова.

13

Эту историю рассказала мне моя подруга, она дизайнер интерьеров.
Она спрашивает меня:
- Оля, знаешь, что такое шлапты?
- Не-а, - мотаю я головой. - Что-то на дизайнерском?
- Ну, смотри. Вот есть условная бригада строителей и ушлый такой бригадир-прораб Семёныч. Они делают все виды работ: и отштукатурят, и электрику проведут, и встроят кухню.
И вот у них заказ: они делают-делают свою работу, квартиру-студию до ума доводят, почти половину сделали, и вдруг хозяйке квартиры посоветовали... меня.
Спрашивают её: "А тебе кто дизайн-проект рисовал?". А ей никто не рисовал. И она ко мне идёт, и я ей отрисовала шикарную студию, многофункциональную. А не вот этот сервант плюс рукомойник-мойдодыр. И всё это в программе специальной отрисовано, объемно, красиво: хозяйке даже не верится, что она может ТАК жить.
И она, счастливая, бежит к Семёнычу, кричит: "Семёныч, погодите сверлить, вот, вот такой ремонт я хочу!".
А тот смотрит на картинку и спрашивает хозяйку: "Ты это где взяла?".
А она, гордо так: "У настоящего дизайнера!".
А Семёныч ей на это говорит:
- Знаешь что, дорогая хозяйка? ШЛАПТЫ знаешь куда? Вместе со своим дизайнером...
В общем, Шлапты - это населённый пункт, которого нет в навигаторе, и в который регулярно посылают дизайнеров.

14

# Кот с приданым

Кате не хватало на проезд, и она застенчиво стояла на остановке, переминаясь с ноги на ногу, и не знала, как начать разговор с взрослыми.

Люди входили в останавливающийся на остановке общественный транспорт и выходили из него, не обращая никакого внимание на девочку.

Екатерина села на скамью под навес и загрустила. С ней

это случилось в первый раз. Музыкальная школа, в которой она училась уже третий год, находилась в пяти остановках от дома. Идти далеко и страшно. А попросить на проезд стыдно.

"Вот права была мама, когда говорила, что с собой всегда нужно брать не только проездной, но и мелочь: где за проезд на коммерческом транспорте рассчитаться, где булочку купить".

Кате показалось, что заурчал живот. Она прислушалась. Есть ей, несомненно, хотелось, но урчало не у неё.

Девочка осмотрелась: на остановке она была одна. Катя обернулась, тоже никого. Потом посмотрела под скамью. Забившись в дальний угол, там сидел кот. Молодой полосатый кот. Грязный, с прилипшим репейником на спине. Он сидел, обернувшись своим шикарным пушистым хвостом и прищурив глаза.

- Так это у тебя урчит в животе? - рассмеялась Катя и полезла в сумку.

В школьной столовой давали сосиски в тесте на обед, и Катя взяла выпечку с собой,

чтобы перекусить в музыкальной школе, но времени совсем не было, и перекус остался в сумке.

Кот сделал вид, что его это не касалось. Екатерина развернула пакет, вынула из теста сосиску и, положив её на салфетку, пододвинула к коту.

- Ешь.

Кот сделал вид, что его не интересует еда, при этом его живот вновь издал звук.

- Кис-кис, - позвала Катя.

Кот округлил глаза, осмотрелся и, не отводя глаз от сосиски, подошёл. Долго нюхал, а потом съел еду так быстро, что, казалось, даже не жевал. Облизнулся и ушёл на прежнее место под скамью.

Ещё несколько автобусов подъехали и отправились в рейс дальше. На остановке никто не вышел и не зашёл.

Катя вздохнула. Посмотрела на кота и сказала:

- Видимо, буду здесь жить с тобой. Никак мне домой не уехать, билет купить не на что.

Кот на слове "билет" встрепенулся, как будто услышал знакомое слово.

- Так тебя зовут Билет? - переспросила девочка, и кот мяукнул. - А я Катя.

- Хоть кто-нибудь пришёл что ли, - Катя осмотрелась. Никого. Обеденный перерыв уже прошёл, а до окончания рабочего дня ещё час-два. - Денег у меня на билет нет, проездной посеяла где-то.

Кот, внимательно слушавший девочку, вдруг ушёл за остановку.

- Ну вот. Теперь и ты ушёл.

Вернулся кот быстро. В зубах у него была денежная купюра. Он положил её на салфетку, где недавно лежала сосиска.

- Пятьдесят рублей! - воскликнула Катя. Девочка подняла бумажку.

"Настоящая".

К остановке тем временем подъехала маршрутка.

- Спасибо, Билет! - крикнула Катя на прощанье и уехала.

***

История с котом не выходила у девочки из головы. Впрочем, больше на остановке она его не видела. Спросила как-то у женщины, не знает ли она, куда делся кот.

Та пожала плечами:

- Жалко котейку. Часто сидел здесь на остановке. Кто-нибудь выходит, выбрасывает билет, а он бежит за бумажкой, думает, что это ему еду кидают.

Катя сейчас поняла, откуда у кота были деньги, видимо кто-то выронил, а он подобрал. Затейливо.

Незаметно наступила зима. Похолодало. Снег уже лёг и больше не таял.

Катя вновь возвращалась с музыкальной школы, она сидела на своей остановке и ждала автобус.

- Мяу, - раздалось рядом.

Катя вскочила и стала осматриваться.

- Билет! - воскликнула она. Кот, увидев, что девочка его заметила, засеменил, иногда останавливаясь и мяукая, и повернул куда-то за остановку. Катя пошла за ним.

Чуть дальше в кустах стояло две коробки, которые, видимо, служили коту домом.

Кот остановился у одной коробки и дождался, когда Катя в неё заглянет.

- Что там, что ты хочешь мне показать?

Катя открыла её. Там были собраны различные бумажки, билеты, пакеты, были и мелкие денежные купюры.

Во второй коробке что-то запищало.

Катя открыла и вторую коробку.

- Котёнок! Билет, ты же вроде кот? - Катя осмотрелась. Кошки нигде не было видно.

Билет сидел рядом и смотрел жалобными глазами.

Катя постояла ещё.

Кот прошёл в коробку и лёг с котёнком рядом, чтобы согреть его.

- Ясно. Одни вы, - вздохнула Катя. - Мама, конечно, будет не очень рада такому коту да ещё и с приданым, но что делать, не оставлять же вас здесь.

Катя взяла котёнка, обернула его в свой шарф и пошла к дороге. Кот позвал её, напомнив о деньгах.

Катя рассмеялась, собрала почти двести рублей и пошла к остановке.

Билет так и остался сидеть на том же самом месте.

- Билет, - Катя повернулась и позвала его, - кис-кис, пошли с нами, кто котёнка воспитывать то будет, у меня учёба.

Кот побежал следом.

Билет и котёнок остались жить у Кати дома.

Конец.

Автор: © Сысойкина Наталья

15

У меня есть такое личное качество - я не умиляюсь чужим детям, от слова совсем. Т.е. когда другие тетки будут биться в конвульсильном припадке мимишности от младенчика и усюсюкать, я отреагирую нейтрально. Я люблю только своих, это не черствость, я честно в этом признаюсь. Но бывают исключения, поясню на конкретном примере.
Забежала сегодня (воскресенье днем - в магазине почти никого - лето, кто в отпусках, кто на дачах) за минералкой, ещё в отделе с бытовой химией заметила даму с собачкой - то ли балонкой, то ли типа того, маленькая ухоженная собачка. На кассе народу немного, передо мной мужчина с сыном лет четырёх - пяти. Мальчишечка субтильного телосложения, в очках, забавный такой и прям в таком восторге от собачки (дама как раз подошла к кассам). И я заразилась эмоциями мальчишки - он так тихо и в то же время непередаваемо нежно их выражал, что слегка повизгивал, видимо от удовольствия. Не удержалась, и подмигнула пацанчику (никогда так не делаю). Мне кажется из всей очереди никто и не заметил этот маленький эпизод, а он "сделал" мой день, зарядил позитивом.
P.S. (На контрасте - папа у мальчика был выше среднего роста, и это ещё больше придавало няшности ребенку).

16

Хмурая утренняя маршрутка добирается из спального района в центр. Через все пробки, заторы, светофоры Народ спит или пытается дремать. И тут на остановке вваливается мужик, довольный как целое стадо слонов. Плюхается на сидение рядом со строгой женщиной учительского вида, достает из кармана мобилу и, дыша свежим выхлопом, погружается в оживленный диалог. Але, Санька? Скажи мне срочно телефон Наташки. Какая она баба, ух, какая она баба А как она минет делает м-м-м, умереть не встать, моя жена так не умеет Да, повтори еще раз, я записываю Да, спасибо, что познакомил! - и все это минуты на три, с подробностями, эмоциями до потолка и матом через два слова на третье. Маршрутка начинает оживать. Просыпаются те, кто еще пытался досмотреть сны и ошарашенно смотрят на мужика. Учительница на соседнем сидении демонстративно фыркает и отворачивается к окну. Мужик прощается с Санькой и немедленно набирает номер Наташки. Але, Наташка? Привет! Мне так понравилось то, что мы с тобой вытворяли! Я хочу тебя еще! Да мне еще никто так хорошо не делал Да? Ты еще лучше можешь? А ну-ка, расскажи подробнее, проказница моя Учительница на соседнем сиденье поворачивается к мужику и просит его говорить потише, потому что его выражения оскорбляют ее педагогический слух. Мужик нетерпеливо отмахивается от нее и снова погружается в беседу. Меня так возбудило то, что ты побрила Понимаешь, я жене не могу такое сказать, она сразу почувствует, что я ей изменил Ну да, приходится терпеть, а что делать Маршрутка уже полностью проснулась и с интересом прислушивается к подробностям. Водитель огладывается в в зеркальце и тоже внимает, затаив дыхание. Недовольна только учительница, она просто закипает от с трудом сдерживаемого возмущения. И тут на мобилу мужику приходит второй звонок. Он прерывается, победный тон стихает, и он почти шепотом сообщает Наташке Ой, прости, не могу больше разговаривать, мне нужно ответить на звонок Жена! Я тебе попозже перезвоню, лады? Ну, пока! И уже совершенно другим голосом начинает бубнить в трубку: Да, дорогая Ой, мы так вчера пили с Санькой, так пили Ну, ты же его знаешь, а что делать Ой, плохо мне сейчас, голова разламывается Да, приму таблетку. Постараюсь прийти пораньше, да. Хотя работы много. Солнышко, ну прости, хорошо, я точно постараюсь прийти пораньше. И вот тут настает звездный час учительницы. Она поворачивается к мужику и очень внятно говорит прямо в микрофон его мобилы: Ми-илый, ну где ты там копаешься, я уже устала тебя ждаать Мне же холодно, иди ко мне, дорогой! У мужика падает челюсть, он судорожно захлопывает мобилу под дружный гогот пассажиров. Водитель бьет по тормозам и грызет руль. Мужик, поджав хвост шмыгает к дверям и просит выпустить его. Маршрутка содрогается от хохота. Хлопает дверь. Училка отворачивается к окну и довольно улыбается. Занавес

17

В 1927 году немецкий эндокринолог Зельмар Ашгейм обнаружил интересное явление: если белым мышам ввести подкожно немного мочи беременной женщины, животные приходят в неистовое возбуждение. Это связано с действием гонадотропного гормона, который мощно влияет на половую сферу.

В СССР опыт Ашгейма повторил врач Алексей Замков, муж знаменитой Веры Мухиной. Только Замков пошел дальше: начал ставить эксперименты на более крупных животных, а затем и на себе самом. Результаты оказались просто восхитительными: "Будто выпил бутылку шампанского! Длился этот подъём дней 10. А подопытная фауна неистовствовала. Старый рысак, которого готовили к забою, после инъекции показал рекордную резвость. Всякая тварь крепла, плодилась и размножалась, как в раю", – так описал Замков действие препарата, который он назвал красивым словом "Гравидан".

Увидев, как преобразился её муж, Вера Мухина тоже потребовала укол "того же самого" – и начались счастливые дни. На волне первого энтузиазма Замков расширил эксперимент – теперь в клинических исследованиях принимали участие красноармейцы и наркоманы (эти социальные группы пересекались). И да, многие излечивались от наркотической зависимости! Правда, как выяснилось позднее, у них возникала зависимость от Гравидана – но это было, что называется, не в счет.

Однако и завистники не дремали! В 1930 году противники лженауки опубликовали в "Известиях" злую статью, где обвинили Замкова в знахарстве и противозаконных экспериментах на людях. Лабораторию, где проводились эксперименты, закрыли. Замков попытался нелегально выехать за границу, чтобы продолжить исследования вдали от большевиков, но его поймали – и обвинили в попытке продать чудодейственный секрет мочи на запад. К счастью, приговор оказался довольно мягким. Первооткрывателя Гравидана всего лишь сослали на три года в Воронеж, и Вера Мухина, тосковавшая и по мужу, и по препарату, уехала вслед за ним.

Но и ссылка продлилась недолго. Оказалось, что Гравидан уже нашел приверженцев среди "селебретис": его "распробовали" такие непростые люди, как Максим Горький и Семен Будённый, а также многие члены ЦК КПСС, остро нуждавшиеся в стимуляторах. В 1932 году Замкова срочно вернули в Москву и даже назначили директором специально созданной лаборатории. Дело было налажено с государственным размахом – мочу беременных собирали на специальной "ферме", созданной под Москвой, на окраине Хотьково. Это был особый совхоз, где выращивали экологически чистые овощи и фрукты, которыми кормили молодых и здоровых женщин на первых месяцах беременности (в основном, крестьянок, привезённых в Хотьково со всей страны).

С 1934 года совхоз и прилегающие к нему корпуса получили название "Государственный институт урогравиданотерапии", а Замков был назначен директором этого учреждения. Открытый им препарат использовался не только в медицине, но и в ветеринарии, для того чтобы животные прибавляли вес и активнее размножались. Производство набирало обороты, в стране работали сотни пунктов, где хранились пробирки с волшебной янтарной жидкостью.

Уколы мочи получали не только свиньи, коровы и жеребцы (которых никто не спрашивал), но и высокопоставленные партийные чиновники. Молотов, Калинин, Орджоникидзе и примкнувшая к ним Клара Цеткин. У последней, правда, на советскую мочу обнаружилась аллергия, унесшая ее в могилу (вернее, в урну, замурованную между кремлевских кирпичей). Нельзя было с определенностью утверждать, что немецкую коммунистку убил именно Гравидан, но на Сталине врачи решили не экспериментировать.

А вскоре выяснилось, что препарат обладает целым букетом ярчайших "побочек": расстройство сна, ухудшение общего самочувствия, сердцебиение, одышка, появление сыпи. К тому же применять его надо было очень осторожно: каждый пациент реагировал на уколы по-своему, дозы приходилось подбирать индивидуально. В довершение ко всему оказалось, что при отмене Гравидана у многих начинаются настоящие "ломки", и весь его целительный эффект сходит на нет.

То есть это была опасная "игрушка". Даже кони дохли во время экспериментов! И только кавалерист Буденный с его железным здоровьем держался молодцом, требуя новых доз Гравидана.

В 1936 году в прессе опять началась кампания против "врачей-чудотворцев", перед которой Замков оказался почти беззащитен. Благоволивший ему Горький умер, Орджоникидзе вскоре застрелился. Как ни парадоксально, единственной его защитой оказалась супруга, Вера Мухина, которая как раз получила заказ на статую для украшения советского павильона на Всемирной выставке в Париже. Говорят, "Рабочий и колхозница" создавались ею "под Гравиданом", и она использовала по три дозы в день. Что ни говори, а по этой великой скульптуре видно, насколько мощным было вещество!

Тем не менее в 1938 году институт и "гравидановую ферму" закрыли, а Замков, подорвавший здоровье экспериментами с лошадиными дозами препарата, слег с инфарктом миокарда. Ему не удалось дожить даже до 60. Вера Мухина пережила супруга на десятилетие и скончалась от стенокардии в 1953 году, едва дожив до 64 лет…

Так закончилась история "русской Виагры". А впрочем, не совсем закончилась. В 60-е годы XX века СССР накрыла волна интереса к нетрадиционной медицине (мумие, иглоукалывание, лечебное голодание), и многие вспомнили об уринотерапии. Статьи Замкова, опубликованные им в 30-е годы, перепечатывались в "самиздате", переснимались на фотокарточки и расходились по стране. Уринотерапия твердо заняла свое место среди псевдомедицинских безумств, и до сих пор ее сторонники готовы с пеной у рта доказывать благотворное влияние мочи на организм и дух человека. Правда, никаких шедевров, подобных "Рабочему и колхознице", она создать больше не помогла. Похоже, это был единственный случай в истории.

18

Байка старая. Но в Интернетах отчего-то потерялась, не найти.

Итак, тусили мужики по поводу новоселья. Дом для себя достроил глава семьи из тех материалов, что нашлись в начале 00-х. И пригласил слегка отпраздновать тех, кто помогал ему в этом нелёгком деле.

Напитков было много, качество их не очень. И на утро разумеется никто ничего не помнил. Но осталась одна диковинная загадка:

на крыше двухэтажной новостройки стоит Мерседес. Никаких следов или подсказок нет. Стоит себе на доме и голову всем морочит.

Уклон крыши не такой большой и позволяет машине держаться. Но полностью овеяно тайной, как он там оказался.

Никто ничего не помнит. От слова "вообще".

Кто первый просох, начали соображать. Машина-то нужна. По домам разъезжаться надо. А как ее оттуда снять, - работа диковинная.

Решили вызвать кран. Но дом двухэтажный, сервисов немного. День хоть и выходной, но деваться некуда. Покрутили записные книжки, отыскали несколько контактов. Да один лишь номер и ответил. И как-то быстро человек в трубке назвал цену за услугу и даже вопросов не задавал. По рукам. Приехал быстро.

Крановщик залез по лестнице на крышу, зацепил трос, приподнял Мерседес. Почти нормально обцепил и снял авто с крыши.

Когда рассчитались, решили поинтересоваться.
Может хоть крановщик подскажет, как такой тяжёлый автомобиль может на такую высоту взлететь?! Вопрос попал в десятку!

Этого же умельца накануне вызывали, чтобы Мерин на крышу загнать.
Ну спорили мужики, выдержит ли кровля припаркованный автомобиль. И оказалось, что выдержала.

А хозяин авто обещал в таком случае домовладельцу свой транспорт подарить. Если вес автомобиля выдержит.

Чем была накрыта крыша. И какого года выпуска был Мерседес, история умалчивает. Но когда иностранцам её рассказываю, никто в такое не верит.

Не верят, что мужики после выпитого на такие подвиги решались. Не дрались, не буянили. А решали инженерные загадки.

Оказывается кровля может выдержать вес припаркованного автомобиля. Хоть британским учёным идею давай :)

19

РЕЦЕПТЫ УТРЕННИХ БУДИЛОК - 4. ИГРА В СБЕРЕЖЕНИЕ ВРЕМЕНИ

Все мы знаем, как остро не хватает времени и сил на утреннюю зарядку любителям сидячей работы и лежачего отдыха. Им бы только успеть собраться на работу, а в выходной день или в отпуск основательно отоспаться, желательно по полудня. Естественно, что люди в таком состоянии духа и тело вечно спешат и никогда не успевают лечь вовремя, но движутся при этом весь день как зомби с волочащимися ногами, жалобно свисающими руками и одной вечно скрюченной в локте, держа смартфон.

Взглянув однажды на городские толпы именно с точки зрения жизненного тонуса, моторики и физического состояния тел граждан в целом, я заметил, что в эпоху цифровой революции и преобладания сидячих работ эта проблема мало зависит от возраста, пола, уровня благосостояния и бытовых условий. Ей подвержены многие - от нянек с младенцами в парках до разумных с виду чуваков, вяло бредущих на работу с парковки пафосного авто, подолгу застревая столбиком и близоруко щурясь на многочисленные входящие сообщения. Люди предпенсионного и пенсионного возраста тоже щурятся на экраны, но дальнозорко, вся разница. Растет поголовье горожан, близоруких и дальнозорких одновременно. Все слои общества теперь объединяет потеря способности ходить, в экран не пялясь. Будь у них ангел-хранитель, он бы тоже слал им неотложные сообщения, но не текстом, а громовым голосом, прерывая приятную музыку через провода, тянущиеся в уши:
- Чувак, это конечно всё здорово, чем ты занят сейчас, но зачем тебе угробленное за год-другой зрение, просевший слух, растущее пузо, немощное тело и ранняя лысина? Когда ты последний раз занимался сексом так, чтобы с обоих пот катил градом даже на морозе? В каком году восхищенная девушка летала на твоих руках последний раз в зажигательном танце? Когда последний раз ты был ошеломляюще счастлив? Радостен не упав в изнеможении от непосильного труда на огромной жопе, а напротив принимаясь за что-то, спеша к своей мечте быстрым шагом, плывя к ней или карабкаясь?

Лично знаю супружескую пару скалолазов и любителей плавания лет под 60, в прекрасной физической форме, которые именно сейчас этим и наслаждаются в южных горах у моря в свой отпуск. Но и ранним утром в будние рабочие дни в Москве умудряются заниматься примерно тем же самым на каждом рассвете.

И еще лично знаком с сотню человек в том же духе - увлечения и возраст у них разные, работа сидячая или стоячая (это про двух массажисток), но отдых подвижен и встают рано.

Что же касается примерно 90% граждан мегаполиса под названием Москва, и 80% вероятно по прочим большим городам России, вот чисто визуально - как будто какого-то зазевавшегося остолопа с размаху и с разбегу пыльным мешком по башке шарахнул озорной хулиган. Главное после такого удара - присесть, прилечь, направиться к ближайшему сидячему или лежачему месту осторожным шагом. Именно это граждане и делают, оказавшись в общественном месте - уткнувшись в экраны, направляются к ближайшей свободной лавочке, сиденью, лежаку, или на худой конец к ближайшему свободному месту спокойно постоять столбиком, если ничего сидячего поблизости не оказалось.

Я такое наблюдал даже в самых живописных местах планеты в самую восхитительную погоду - например, даже на Дворцовом, Троицком и Литейном мостах Петербурга при ярком летнем солнце, что вообще говоря для этого города редкость. Степень погруженности в вирт такова, что многим людям не приходит в голову даже надеть солнечные очки, оторвавшись на секунду от экрана, или отойти в тень, расположенную в паре метров рядом.

Какой Оруэлл мог додуматься до такого, что люди будущего будут сами платить за то, чтобы им выжигали глаза и мозг, ставили на прослушку, рушили элементарные природные двигательные инстинкты?

Я наблюдаю это в массе даже при возрасте около 18-30 - то есть в самом прекрасном возрасте, когда людям давно бы пора созреть умственно и физически, и явно рановато начать отцветать.

Людей, которым скушен даже вид на парадную набережную Невы, не вернуть уже к жизни и электрошоком. Эмоциональное выгорание, гиподинамия, вегетососудистая дистония, аутизм, цифровая болезнь, депрессия - много придумано на эту тему ученых слов, а вот мой народный диагноз один - эти люди слишком засиделись, залежались, застоялись, занежились или заспались. В ответ на это разумеется пошли болезни, головные боли и хроническая усталость, при которых конечно лучше сидеть, чем ходить, и лежать лучше чем ходить. Образ жизни порождает болезнь, а болезнь порождает образ жизни. Ситуация курицы и яйца, но больных.

В терминах животного мира эти люди добровольно, просто от нечего делать или по вздорным авралам на работе, подписываются на состояние тщедушной немощи или изобильного природного консерванта жиров. Хомо сапиенс стадное существо, а хищник при атаке выбирает самого упитанного и рассеянного члена племени. Так что он и в столь прискорбном состоянии полезен для продолжения рода более подвижных соплеменников. Такова природная реакция нашего организма на обстоятельство, что человек в возрасте хоть 50, хоть 5 лет, вдруг делается малоподвижен, а ему самому скучно. За открытие механизмов самоуничтожения уже и нобелевку выдали, но вряд ли об этом знают всеведующие гуглеведы. Организм решает сам, что в геноме или в жизненных обстоятельствах его носителя что-то пошло не так, этому экземпляру лучше сидеть и лежать в сторонке, пока не понадобиться, и ни в коем случае не влезать в дело воспроизведения потомства. Наш геном написан про сохранение рода и вида, а не бракованных экземпляров, даже если их 99% таких станет.

Первая примета сидячего заболевания - ноги танцоров и танцорш перестают отлипать от пола. То если люди типа пляшут, подмахивают в ритм бедрами и прочими конечностями, но вот в полет прыжком отправить себя избегают. Не хочется им это и не можется.

И эта проблема теперь может начаться даже в старших классах средней школы, когда всё тело казалось бы должно взывать к природным инстинктам брачного танца.

Что же до более поздних возрастов, я застал еще время, когда в танцевальные ночные клубы охотно ходили в большом количестве вполне себе цветущие и жизнерадостные люди пятидесятилетнего и более возраста. Именно потанцевать на сон грядущий, а не подцепить кого-нибудь, нажраться и напиться. Приходили со своей парой и попутной дружеской компанией. А потом эти клубы стали довольно быстро вымирать по всей стране и по всему миру. Странным образом это совпало с успехами цифровой революции, автоматизацией, роботизацией и преобладанием сидячих рабочих мест.

Городской человек может убеждать себя хоть с первого класса до седин, что ему просто негде и некогда разминаться, прогуливаться и делать зарядку. Но... случись чудо типа мировой пандемии, долгого локдауна, перевода на удаленку или даже безработицы, то есть явно экономится пара часов в день на дорогу к работе или учебе и обратно, тут хоть утыкай мэрия весь двор прекрасно оборудованными волейбольными, баскетбольными и футбольными площадками, бесплатные столики для пинг-понга поставить и теннисные корты оборудовать, трос повесить для скоростного спуска в надежном седле - результат будет тот же самый. Прямо из романа Булгакова - пустой костюм в кресле, из которого вынули тело. Продолжает сидеть зачем-то и уверяет себя, что он сильно занят.

Звучит это невероятно наверно для человека со стороны, но я наблюдаю это воочию уже пару лет в одном из самых благополучных жилых районов Москвы.

Между тем, есть простейшие способы выйти из этого очумевшего физического и духовного состояния - мало-помалу, шаг за шагом. Когда-то и я уверял себя, что задача добраться от моего дома до офиса, то есть километров пять по центру мегаполиса - это нечто на час, если едешь на авто, с резервом времени на случай пробок. Если на метро - тут можно без резервов, минут за 50 уложиться можно с учетом шагания к метро и из метро. То есть проблема казалась непреодолимой - не вертолет же мне арендовать, у меня таких денег нет.

Но стоило задуматься именно о подвижности - нашлось идеальное решение пути минут в 15, от двери дома до двери офиса. Электровелик-ассистент, то есть педалями вертишь в полную силу несмотря на наличие мотора. Глухие переулки и парки с прекрасными видами и свежим воздухом, причудливые траектории общей длиной километров до десяти, всегда разные.

Бывало, подъезжал к офису вообще с обратной стороны от дома - со стороны Кремля. Вначале была простая догадка при открытии этого маршрута - главная задержка в пути толпища, скопища, пробки и светофоры. В час пик все хотят быть там, где все и когда все, к 8:00, 9:00 или 10:00. Ну вот и скапливаются в огромную кучу, потому что никакой городской инфраструктуры на такие одновременные хотелки не хватит.

Но мало кто в ранний утренний час едет наружу из Кремля. Мало кто катается в это время по ведущим к нему набережным без единого светофора на многие километры. И главное, почти никто не заказывает велокурьерам пиццу и прочую доставку в 7 утра. Все спят, и это хорошо. Диаметр Москвы в пределах мкад 30 км, скорость электровелика 50 - вот какие общеизвестные факты легли в основу моего маленького открытия. Встав в 5 утра, можно по пути и в дальнем лесном пруду искупаться, и душ принять после этого, побриться и переодеться. В общем, это всё то же самое, как при обычных сборах на работу, но как-то гораздо интереснее.

То есть, я стал делать занятную и регулярную утреннюю зарядку, тратя на нее отрицательное время. Экономя в пути более часа за день в приятных мне занятиях, на свежем воздухе. Оказалось, что за ночь выхлопные газы надежно выдувает ровно до того времени, пока снова не начадили пробудившиеся автограждане. Это веселее, чем вертеть педалями на велотренажере в фитнесе. Тем более в дневное и вечернее время, когда все природные инстинкты подсказывают - лучше затаить дыхание в загазованной атмосфере.

На своих утренних велозарядках я не ставил себе задачу сбросить пузо, изрядно разросшееся от фастфудной жратвы в долгих перелетах, от халявы шведских завтраков в отелях, от любви вкусно готовить у себя дома, от банкетов, фуршетов и пива на сон грядущий. Я считал эту задачу неразрешимой, помимо способов жрать поменьше или глотать какие-нибудь микстуры для похудения, от чего к счастью воздержался.

Вначале я просто хотел тратить меньше времени на дорогу любыми посильными мне способами, успевать на работу и на совещания. И только в процессе реализации этих затей я вдруг понял, что стал счастливее и свежее, куда-то исчезли бронхиты, гаймориты и ОРЗ, перестало быть проблемой дотянуться до шнурков на собственных ботинках, и очень пригодились для лесных прогулок давно забытые джинсы, в которых я когда-то танцевал в разных странах лет десять назад, а потом отложил в самую дальнюю кладовку, потому что перестал в них влезать.

Брюхо исчезло само собой, стоило мне заняться чем-то подвижным и интересным ранним утром. Не сразу и не всё пока, и не столько велик тут помог, сколько многие прочие последующие занятия. Но он был началом, а теперь остается приятным средством быстрого утреннего передвижения к удивительным местам, к которым без него я бы просто поленился добираться ранним утром всеми иными способами.

Виагра вот изначально была изобретена для лечения сердечно-сосудистых заболеваний. И только в процессе испытаний выяснился забавный побочный эффект. Так и с электровеликом у меня вышло. Само наличие транспортного средства, наиболее быстрого и приятного в местах пустынных и в часы безлюдные, привело к поиску людей, которым это тоже интересно. А также возникло любопытство, чем собственно заняты в столь неурочные часы эти люди, почему находятся в столь прекрасном настроении, как сохраняют обаяние, бодрость и долголетие. Вот эти наблюдения, забавные случаи проб на себе и стали источником вдохновения при написании этой серии.

Но чисто попутно, с традиционных для себя в зрелом возрасте 92 кило с весьма тщедушной мускулатурой я перешел к состоянию 83 кило с мускулатурой по меркам моего детства весьма посредственной, по нынешним городским меркам феноменальной. То есть жира убыло не 9 кило, а где-то пуд.

Всё это оказалось полезно для быстрого передвижения, так что моя первоначальная велозарядка с отрицательным временем, на нее уходящим, превратилась в другие, отличающиеся тем же качеством - они экономят мне время без всякого насилия над собственной ленью. Она испаряется сама собой, когда есть дельное занятие.

И тут остается только диву даваться, почему я не понял этого раньше - где-нибудь в 10 лет, когда испортил себе зрение неумеренным чтением, или в 20, когда пошел искать девушек по ночным клубам.
Искать их надо было на рассветных озерах, прудах и реках. Велик считать не детским занятием, а прекрасным транспортным средством на всю жизнь.
Плавание в свежей воде на природе - уделом не ежегодного отпуска, а каждого раннего утра.
Баню на воде - не событием на раз в году, когда все друзья вместе соберутся и смогут выбраться далеко за город, а поводом додуматься, как это сделать на каждое раннее утро.
Файтбол - не причудой вроде онанизма, единоборством с самим собой, как я видел это мельком в детстве и юности, а революцией в плане того, как мне самому надо было разминаться в дальних дорогах, которые общей длиною вышли как несколько раз до Луны и обратно. Всё это время полетов я тупо просидел, уставясь в экран или пытаясь уснуть. А мог бы немного подумать и разминаться себе в кубрике в свое удовольствие, тогда бы засыпал быстро.

Если бы я задумывался над такими вещами с детства, вырос бы из меня совсем другой человек, значительно более здоровый и успешный, чем я сейчас. Не догадавшись вовремя, дарю сейчас другим рецепты, как прожить жизнь более толково и весело, из того, что успел застать лично.

Но с другой стороны, если бы я лет шесть назад не сел на велик в центре Москвы в 50-летнем возрасте и в почтенной должности, возобновив давно оставленную детскую забаву, я бы не увидел множество прекрасных мест по всему миру, где арендовал велики потом при любой возможности.

Если бы не сел однажды на мотобайк во Вьете, не доехал бы и до множества других мест в странах прочих. И в конце концов, если бы я не заговорил однажды с прекрасной девушкой без всякого особого повода черт знает где в Сиэттле, она бы не стала моей женой. Живи я как все, со своими прежними привычками и теми же деньгами, к нынешним 56 годам я сейчас по всей вероятности представлял бы собой вялую и раздраженную тушу весом от 110 до 150, жалующуюся на давление, головные боли, надоевшую супругу, проблемы с парковками, автосервисом и отсутствием смысла жизни в целом.

То, что этого хотя бы частично не произошло - просто цепь случайных совпадений и несколько прикольных увлечений. Наверняка их существует гораздо больше, чем попалось мне на глаза. Так что приветствуются и другие подобные советы. Нечто из серии - с удовольствием делал бы это раньше, но просто в голову не приходило, что можно.

Мне все подсказки были даны смолоду, а я просто не придавал им значения. Вот Саша Чередниченко, в середине 90-х проректор одного дальневосточного вуза. Поджарый, жизнерадостный мужик, в то время чуть за сорок, на работу добирался легким бегом километров за пять, минут за 20. Несмотря на наличие служебного авто с шофером.

- Как это? - удивлялся я - там же вся трасса машинами забита. Выхлопными газами задохнуться можно и тротуаров местами нет, собьют же.
- Так я рано утром выбегаю, воздух свежий, никого нет. А если несется кто, издалека слышно.
- Но ведь вспотеешь же весь! Как потом на работу являться?
- А я в бассейн потом, он тут рядом. И душ там есть конечно.
- А костюм, свежая рубашка?
- Висят в шкафу в кабинете.

То есть, весь мой разум отчаянно искал, почему это плохо и мне лично не нужно. А Саша искал и нашел, как сделать хорошо. На совещания являлся бодрый и свежим как огурчик, всё успевал рано и отбывал с работы ничуть не уставшим. Всё остальное высокое начальство предпочитало по часу торчать в пробках и было обуреваемо авралами до позднего вечера.

Или вот этот мужик из нашей рассветной компании, Вася Жизнелюбов - ему около 60, но здоровьем и весельем пышет так, как многим в молодости не снилось. Лазает сейчас по скалам на южном море, гуглится легко, дикая природа его виртуальному присутствию никак не мешает. Человек пишет как живет:

"1. Обожаю получать результаты лучше, быстрее и/или дешевле узких профессионалов (получалось в медицине, спорте, в образовании от начального до высшего авиа и ж/д и тракторостроении

2 Люблю учиться у гроссмейстеров своего дела

3. Люблю Секс и обнимашки

4. Высшая моя ценность это увеличение количества и качества жизни своей и других людей
ИКР - идеальный конечный результат => создание Рая на Земле для всех людей

5. Люблю научить пользняшкам детей и взрослых"

Или вот это из него же:

"Как меньше спать? Великолепный вопрос, возникающий в голове многих людей, в том числе и в моей. Причинами подобной ситуации могут быть:
1. Любопытство, а что делает мир, когда я сплю?..."

Прекрасная будилка. В самом деле, первая моя мысль спросонья, глянув на ленту рассветного форума - все уже встали, а я чего лежу?

20

РЕЦЕПТЫ УТРЕННИХ БУДИЛОК - 3 ФАЙТБОЛ

Для тех, кто не знает, что это вообще такое, вот картинка:
https://a.d-cd.net/boAAAgHbTOA-960.jpg

Простейший тренажер, который мог быть изобретен хоть во времена фараонов, хоть ацтеками – повязка для головы, упругий жгут и мячик имелись в наличии с древнейших времен, оставалось только скрепить их воедино и боксировать. Я лично видел парня с такой игрушкой, самодельной, еще в 1970-х.

Но в те далекие времена люди были подвижны по множеству причин, не было недостатка в реальных противниках по дракам. Для настоящего рукопашного боя нужна более серьезная подготовка, на фоне которого возня с файтболом выглядит просто нелепой потерей времени.

Мой опыт тут интересен разве что разнообразием областей применения и новой нишей нашего времени – расшевелить предельно занятых сидячих одиночек. Лучше будят по утрам командные виды спорта, до некоторых необычных я еще доберусь. Но что касается традиционных, то в наше время собрать в городском дворе в ранний час 22 игрока в футбол, или даже найти единственного партнера по бадминтону или теннису – задача нешуточная и ненужная, если речь идет о разминке на 5-10 минут перед отправкой на работу, или о кратком перерыве на работе, или о пути куда-нибудь, если вас долго везут, в поезде или в самолете.

Файтбол - превосходный утренний будильник в дополнение к обычному звуковому. Само сознание того, что в твою заспанную физиономию летит довольно твердый мяч, и вполне может разбить губу, нос, а при особой неосторожности и зуб вышибить, мгновенно приводит в чувство. Однако, при постепенности усилий никаких серьезных повреждений вам не грозит, тут включаются внутренние резервы и приятный адреналин.

У меня от первого пропущенного в лицо мяча слегка распухла губа, а подсознание пришло в такой шок, что я не пропустил потом ни единого болезненного на протяжении года – организм раскрыл в себе сверхъестественные способности уворачиваться и отбивать.

Отражение ежесекундных ударов с разных сторон само по себе требует нешуточной координации многих мышц. Но и для мозга это хорошая разминка – соображать и придумывать на ходу, с какой силой и куда посылать удары.

Мяч может быть послан так, чтобы я четко представлял направление ответного удара и отбивал уверенно, думая вообще о чем-то другом, например планируя дела на день и войдя в любой ритм, заданный мною или музыкой. А можно бить по мячу бешено и наобум. В этом случае он превращается в разъяренного противника, удары которого сыплются со всех сторон.

Если же бить еще и по препятствию – стенке или стволу дерева, особенно по касательной и с силой, мяч выписывает дикие траектории, но как бумеранг всегда прилетает обратно. Это уже суровая схватка, в которой просчитать направление удара «противника» бесполезно, тело раскручивается на десятые доли секунды в своих реакциях.

С боксерской грушей тоже можно проделывать подобные финты, но ее с собой носить неудобно и не везде подвесишь. Да и задача утренней разминки совсем другая, чем у серьезного спорта – надо не вымотать себя физически, а быстро выйти на пике развлечения, минут через 5-10. Это как пращу раскрутить предельно быстро и камень из нее выпустить, а не крутить его часами. Тут задача - выпустить свое тело и мозг в новый день основательно раскрученными, но не усталыми.

Главное развлечение тут в том, чтобы постепенно наращивать сложность ударов, оставаясь в зоне комфорта. Наличие реальной опасности мобилизует, а ее успешное отражение создает бодрый радостный настрой для всех прочих дел.

Вообще это идеальная штуковина для безграничного совершенствования и параллельного любования окружающим ландшафтом. Можно направлять ответные удары так, чтобы мяч атаковал сверху, если облака в лучах утренней зари особенно красивы. Можно бить вниз, если вы остановились у прекрасной клумбы. А можно танцевать под Вальс цветов Чайковского на круговой аллее в рассветном парке. В суровом настроении спросонья мне нравятся Believer и Natural от Imagine Dragons. Под грозовые облака хороши полет валькирий и призрак в опере.

Особенно полюбился мне файтбол в Сапсане – скоростном поезде из Москвы в Питер и обратно. Путь этот занимает почти четыре часа, мимо проносятся лесные пейзажи под живописными кучевыми облаками, но в сидячем положении всё это быстро надоедает. Пассажир, покачиваемый как младенец в колыбели, начинает клевать носом и мечтать только об одном – чтобы путь этот побыстрее закончился.

Большинство откидывает кресла в полулежачее положение и застывает неподвижно, глядя в экраны со скучающими выражениями лиц, или просто засыпает. Вырвать их из кресел на всем пути способны разве что физиологические потребности в самой неотложной форме.

Сидеть четыре часа подряд – это прекрасное занятие, если человек до этого весь день занимался тяжким физическим трудом, мускулы его изнемогли и требуют восстановления в полубессознательном состоянии. Сон лучшее лекарство в таких случаях. Но для людей сидячих профессий такое поведение нелепо. Спать лучше ночью в своей постели, а не днем в Сапсане на хорошей скорости посреди прекрасной природы.

При взгляде на многих пассажиров понимаешь – да, они реально устали физически. От пешего передвижения из одного кресла в другое с катящимся на колесиках чемоданом на дистанциях в пару сотен метров. Причина этой физической усталости – общее состояние дистрофии независимо от веса жировых отложений, они могут быть или отсутствовать из-за суровой диеты, но постоянно сидячий образ жизни на работе и на отдыхе приводит к проблемам движения в обоих случаях. Волочащийся шаг, малосгибаемость суставов. Чем больше у человека этих проблем, тем меньше ему хочется двигаться - вот черная дыра городской цивилизации, засасывающая прибывших сюда здоровых людей из нормальной местности.

Разумеется, это массовое оцепенение хорошо для экономики и безопасности транспортного передвижения в целом. Если бы массы пассажиров принялись заниматься легким бегом или скорым шагом вдоль поезда, где-нибудь обязательно возникла бы давка, кого-то бы сшибли, кто-ьто бы панике убился об стенку, понадобилась бы срочная медицинская помощь. Пришлось бы устраивать более просторные проходы, это привело бы к удорожанию билетов.

Мне самому не нравится, когда пытаешься сосредоточиться за работой на ноутбуке, а мимо несутся массы людей. Если бы такое началось в Сапсане, я предпочел бы летать самолетом, и там бы не потерпел бегающих мимо пассажиров.

Но мы живем в счастливое время Матрицы, когда ничего подобного не происходит. Проходы пусты, и главное – тамбуры свободны. Они просторны, приготовлены для накопления и минутного выхода десятков пассажиров с чемоданами. Можно туда тихо выйти в пути, не беспокоя спящих пассажиров, и уже в тамбуре за закрытой дверью прыгать вовсю, отбивать мяч, а в наушники пустить зажигательную музыку. Пол под ногами слегка покачивается, так что устоять на нем – своего рода аттракцион. Организм быстро входит в тонус, и даже на скорости свыше 200 км/ч кажется, что пейзаж вокруг проплывает медленно. Когда среди полетов мяча замечается особо красивое место или груда облаков при редком освещении, всегда можно остановить игру и приникнуть к окну.

Я не злоупотребляю этим занятием и играю в файтбол в тамбуре не более пяти минут подряд, всего раза четыре за всю поездку. Но за это время успеваю напрыгаться и намахаться вволю, в кресло сажусь с наслаждением, после чего легко работается – мозг переводится этой игрой в положение ВКЛ.

Теми же достоинствами обладает сверхскоростная железнодорожная трасса Москва – Нижний Новгород, московские диаметры и кольцо электричек МЦК. Тамбуры там достаточно обширны для вращения корпуса по полному кругу. Подходят для файтбола и обычные электричек, когда они пусты. Тут никогда не отгадаешь, но мячик с резинкой легки и компактны, умещаются в самом крошечном кармашке моего рюкзака, и поэтому я даже не раздумываю, брать ли их в ту или иную дорогу – они там просто лежат всегда, на самые непредвиденные случаи.

Однажды заехал, например, в банк, а там оказалась очередь минут на десять, по номеркам, и табло снаружи видно через витрину. Ну и вышел, побоксировал среди клумб под Стинга в наушниках. Это лучше, чем портить глаза об смартфон, сидя в кресле.

Если подсчитать мои общие затраты времени на файтбол за прошедший год, то получится что-то жуткое – часов сто. Но – какие это затраты? Если бы не этот мяч, я бы сидел сонный, затекший и унылый. В режиме реального времени я потерял на эту игру 0 часов 0 мин: поезд прибывал к месту назначения и очередь подходила ровно в минуту, назначенную им судьбой, вне всякой зависимости от того, играл ли я при этом в файтбол или был недвижен. А 10-минутный перерыв в конце каждого часа работы на компьютере вообще рекомендуется Минздравом, для отдыха глаз и общей разминки тела.

Столько времени у меня никогда не находилось, но от пяти минут файтбола толку больше. По сути это медицинское упражнение для профилактики и лечения близорукости – активно работают и постоянно переключаются все мышцы глаз при слежении за мячом и пейзажем, то есть именно те, которые хиреют при постоянном взгляде на экран или книжку.

При этом я не сидел сиднем и не стоял столбом, как это делают обыкновенно те, кто выполняет упражнения для глаз по рекомендации врачей, в своем натуральном виде оно нуднейшее. Для меня это был просто побочный результат приятного развлечения с участием почти всех мускулов тела. Включая даже голосовые связки - под грохот поезда в закрытом тамбуре можно еще и петь, никого не беспокоя. Что я и делал при любой возможности – петь я люблю, но лучше меня при этом не слышать.

Транспорт и городские дворы не слишком подходящее место для громкого пения, но под файтбол мне поется особенно хорошо. Однажды поняв это, я стал строить свои дальние маршруты на велосипеде так, чтобы ранним утром хоть раз очутиться в каком-нибудь глухом углу парка и проораться там вволю боксируя.

Когда же замело дороги, и в глухие места стало добираться проблематично, я выбрал для фитнеса большой спорткомплекс с отдельным залом единоборств, расположенным на отшибе здания и с отличной звукоизоляцией. Видимо, чтобы остальные посетители не слышали воплей поверженных противников. Фитнес круглосуточный, в ранние часы он совершенно пуст. Я прихватываю портативную колонку на блютусе от смартфона и устраиваю там нечто вроде караоке под любимые мелодии, каждый раз разные, бегая при этом по замысловатым траекториям среди груш.

Самые унылые занятия типа подъема в горку или быстрой ходьбы проходят незаметно, если при этом отбиваешь мяч. В режиме боя наши тела не замечают усталости. Дополнительная физическая нагрузка при этом минимальна, самой ходьбе никак не мешает, но разминаются плечевые мышцы. Получается своего рода скандинавская ходьба по сумме работающих мускулов, но боксировать по мячу всё-таки интереснее, чем махать палками. Затраты времени на файтбол при этом опять-таки нулевые – я же все равно иду столько же времени, сколько шел бы с руками, свисающими как плети или засунутыми в карманы.

Более трудными были мои разминки в файтбол в самолете – там тесновато и людно. Однако же, в длинном ночном перелете обычно находится время, когда практически все спят или ничего не слышат в наушниках, включая стюардесс, укрывшихся в своих кубриках. В аэробусах есть проходы для загрузки тележек с питанием, а зачастую и задние пустые пассажирские ряды, вполне достаточные для короткой разминки с вращением на 360. Главное – оставаться невидимым, неслышимым и безвредным для окружающих. А как это обеспечить и вовремя поймать подходящие пару минут – тоже своего рода забавная игра, оживляющая полет и разминающая затекшие члены.

Вообще авиация – это пилотный пример того, что происходит с нашим миром, когда люди сидячие начинают проектировать обитаемые помещения и диктовать правила поведения под нужды людей сидячих. Хорошо хоть не слепые для слепых и не глухие для глухих, вообще забыв о существовании людей нормальных.

Год за годом я наблюдаю, как всё меньше пассажиров ощущают естественную потребность хоть раз в полчаса встать с кресла в самолете, пройтись и размяться хоть минуту, дать отдых глазам. Даже если это крупная туша, скорченная в кресле эконом-класса. Всё больше людей, которым разминать просто нечего.

Может, они так мало движутся и так много сидят, потому что не желают тревожить соседа по креслу своим выходом Нет, люди, сидящие у прохода, ведут себя точно так же – предпочитают сидеть неподвижно. Нежелание тревожить салон своей разминкой в проходе? Легко пройти туда, где никто эту разминку не увидит.

Но даже такие закутки, совсем крошечные, обычно пусты. Если человек застрял в очереди в туалет, он так и будет стоять неподвижно. Хотя и для этой скорбной позы есть приятные разминочные упражнения – и для мышц, и для суставов. Но люди в массе их то ли не знают, то ли считают даже разминку стоя неприличным поведением, пугающим окружающих. Хотя меня лично вид человека, застывшего столбом добровольно, пугает больше.

И вот сопоставим калории, теряемые пассажирами при таком поведении, на длинном перелете типа 8-часового рейса Москва-Владивосток, которым я летал недавно. Затраты на теплообмен нулевые – пассажиры одеты достаточно тепло, с комфортом именно для неподвижного сидения при комнатной температуре. При этом их потчуют высококалорийным фастфудом, который съедается почти подчистую – когда вокруг энергично жуют все, это действует заразительно, вероятно на уровне подсознания – если всё твое племя запасается жировыми запасами, невольно хочется съесть всё, что дали. Ну и делать больше в кресле нечего, все мысли под аромат фастфуда становятся об еде.

Если бы я проектировал мясокомбинат, я бы организовал его именно так – предельная кучность и неподвижность, азартные групповые сеансы прокорма, насыщенные аппетайзеры вкуса и запаха, герметичный салон для лучшего насыщения ароматами пищи в часы кормежки, и общая логика - обеспечить максимальный привес стада, зафиксировав его в неподвижном состоянии.

Конечно, авиакомпании не торгуют мясом своих пассажиров. Но их экономические интересы диктуют целесообразность создания тех же условий с тем же результатом, что и на мясокомбинате.

Кафе быстрого питания тоже заинтересованы в прокорме, а не в откорме своих клиентов. Но обстановка и результаты те же.

Профи от всех этих бизнесов не отвечают за состояние здоровья своих клиентов. А у сидящих потребителей на каких-то степенях ожирения или тщедушия просто мозг не работает в сторону, как бы им это подвигаться. Исчезает у них эта внутренняя потребность тела. Нет запроса клиентов – нет инфраструктуры для подвижности.

И вот зачем например двигаться офисному клерку? С точки зрения работодателя? Клерк должен сидеть, работать. Что с ним будет потом от такой жизни - через год или другой - это вообще не вопрос бизнеса.

Но, возможно будет действовать и обратная спираль? Если появляется хоть небольшой элемент инфраструктуры, привлекательный для подвижного меньшинства, может возникнуть спрос и у других.

Вот чего стоит оборудовать хотя бы один внутренний задний ряд кресел аэробуса как трансформируемое пространство? Облегченные задвигаемые сиденья, свободный пятачок для любой разминки. Нетрудно эти места продать по слегка более дешевой цене, заранее предупредив перед покупкой билета, что это специальные места для спортивных пассажиров, любящих экстремальные удовольствия, и только на случай, когда нормальных свободных мест не окажется. По закону больших чисел из 300-500 пассажиров кто-то не явится на рейс, и пожалуйста - хоть йогой там занимайся на коврике, хоть файтболом. Где всё это? Цель авиакомпании - довезти пассажира, а не грустить о том, что с ним будет дальше от постоянных перелетов.

21

В темы вчерашней истории про халяву.
Я учился ровно в то же время, что и автор оной истории, но на противоположном конце страны в маленьком местном педагогической институте. И был у нас такой странный предмет, как "школоведение". Преподавала его К. - молоденькая девочка, сама недавно закончившая институт, и, видимо, с красным дипломом. Слушать её лекции, а, тем более, что-то делать на семинарах было решительно невозможно, да и сам предмет был редким бредом.
Так получилось, что две наших группы математиков разделились почти поровну по принципу отношения к учёбе. Наша половина не то, чтобы забивала на все, но училась довольно легко, в основном стараясь понять, а не заучить. И были такие "девочки-отличницы", зубрилки, которые ходили на все лекции, семинары, сидели на первых рядах аудиторий, отвечали на все вопросы строго по учебнику и т.д. Не знаю уж, по какой причине, нас они тихо ненавидели.
И вот, конец семестра, близится зачёт по тому самому школоведению, а в нашей половине курса у большинства посещена только одна лекция - первая.
Консультация за день до даты зачёта, в аудиторию набивается куча народу, которого преподаватель тупо не помнит в лицо. К. смотрит на нас, звереет, и обещает, что никто из нас, раздолбаев, зачёт не получит.
Следующее утро, зачёт. Приходим в аудиторию, ждём. Девочки-отличницы злорадно потирают лапки и издевательки интересуются, а чего мы, собственно, приперлись. Но нас "невозможно сбить с пути, нам пофигу, куда идти".
Преподавателя нет, ждём.
Минут через 20 от условленного времени заходит Ч. - завкаф педагогики, единственный мужик в этом царстве.
- 5 курс?
- 5-й
- К. ждёте?
- Да.
- Она заболела. Все зачетки мне на стол, мне некогда...

О, эти лица...

22

Где-то под Ростовом это было. Пока вагоны загружались, один из шоферов принёс нам два ящика, с помидорами и огурцами. «Ребятки, это вам в дорогу». «Перчика бы ещё», - мечтательно сказал Олег. Умильно заглянул мне в глаза: «Перчика бы, а, Посторонний?» Это означало, что следует опять посетить контору совхоза, а мне было лень. Но представил, какие вкусные может приготовить Олежка фаршированные перцы и сдался. На всякий случай заглянул к диспетчеру, мол, рефрижераторный поезд номер такой-то, погрузку заканчиваем, на когда отправка намечена? Получил ответ, что завтра, не раньше шести вечера.
Вернувшись на эстакаду, спросил ближайшего шоферюгу: «До управы добросишь?» «Да без проблем. А возвращаться как будешь? У меня это последний рейс.» «Ну, попутку какую словлю.» «Нет по ночам попуток.» «Тогда в крайнем случае пешком дойду. Тут километров пятнадцать?» «Двадцать три.» «Чепуха, ходили и подальше.» «Садись.»
В конторе пожилой дядька в криво сидящих очках пообещал утром подогнать машину с перцем: «Вам одного ящика хватит? Или лучше два?» «Да куда нам два? И одного – за глаза и за уши. Ладно, спасибо, пошёл я. Может, когда ещё и встретимся.» «Подожди, парень, - дядька встрепенулся, аж вскочил. – Куда ты? Сейчас темнеть начнёт. Переночуй тут, я тебя запру, утром выпущу. С машиной к себе и вернёшься.» Ночевать в конторе не хотелось, неуютно как-то. Да и секцию – мало ли что диспетчер пообещал – могли угнать раньше. Гоняйся потом за ней по всему Советскому Союзу. «Да нет, потопаю. Ещё раз спасибо.» «А как добираться-то будешь? Дурной, что ли?» «Авось попутную тачку найду.» «Нет у нас тут по ночам никаких попутных тачек!» «Ну, пешком пойду, у прохожих дорогу спрашивать буду.» «И прохожих ночью никаких нет! И не откроет тебе никто, заперлись все, боятся!» «Да что здесь творится-то? Чего боятся?» «Так вас должны были проинформировать, ты что, не в курсе?» «Нет…» «Убивают у нас. Всё время убивают. – потухшим голосом сказал дядька. – Вот и боимся.» А, это. Видел я в диспетчерских да в кабинетах начальников станций листочки, мол, найден труп ребёнка, ведутся поиски убийцы, будьте осторожны, товарищи. Видел – и не верил. Нас же приучили ни на букву не верить печатному слову. «Догоним и перегоним… Народы всего мира горячо поддерживают… Выросло благосостояние граждан СССР…» Знали мы, если напечатано, значит враньё. А тут, выходит, в виде исключения и правду сказали. Ладно, если нападут, авось отобьюсь. Жаль, нож с собой не прихватил. «Пойду всё же.»
На юге темнеет быстро. Когда заходил в контору, был день. Сейчас вокруг начиналась ночь. Возле грузовика стоял глыбой давешний шофёр, дымил папиросой. «Матвеич, давай парня добросим до перекрёстка.» «Залазьте.»
На перекрёстке машина остановилась. «Вот, пойдёшь по этой дороге. Потом свернёшь налево. Дальше сам.»
Бесконечная чёрная лента шоссе была абсолютно пуста. Ни единого человека, ни единой машины, лишь фонари бросали вниз жёлтый свет. Добрался до перекрёстка и, как было сказано, свернул налево. Всё то же самое, как и не поворачивал. Шоссе, фонари, абсолютное безлюдье. От следующего перекрёстка отходило сразу несколько дорог. Чуть поколебавшись, выбрал одну из них.
Дороги сменялись перекрёстками, перекрёстки дорогами. Было ясно, что никто на меня не нападёт, нет таких убийц, которые бы поджидали жертв в необитаемой пустыне. И столь же ясно было, что я безнадёжно заблудился. В изредка попадавшихся домах не горело ни одно окно. Ещё было не поздно, жители должны были сидеть за столом, телевизор смотреть, читать – или чем там ещё можно заняться вечером. Но нет, плотно заперлись, электричество выключили, затаились. Стучаться было бы бесполезно, в лучшем случае не откроют, в худшем, рта не дав раскрыть, шарахнут по черепу чем-то тяжёлым.
Шоссе, перекрёсток. Шоссе, перекрёсток. Никого. Никого… Стало казаться, что напали какие-то марсиане. Или американцы. Или неведомые чудища вылезли из-под земли. Напали – и всех истребили. Я один остался, последний человек на вымершей планете. А когда и я умру, один за другим повалятся фонари, и шоссе превратятся в вязкие болота.
Уши уловили впереди некое фырчанье, я кинулся туда. Это был мотоцикл, один милиционер сидел за рулём, второй в кустах, спиной к дороге, мочился. Наконец-то! Может, даже и довезут, мотоцикл с коляской, трое поместятся. «Ребята, как до станции добраться?» - крикнул издалека. Тот, что в кустах, не застёгиваясь, диким прыжком закинул себя в седло. Передний дал газ. «Вот же сволочи», - слабо удивился я им вслед.
Опять перекрёсток. Куда? Предположим, в этом направлении. Меня вывело на автостоянку. Небольшое стадо покинутых легковушек и в стороне громадная фура. К кабине вела лесенка, почти как у меня на секции. В окне кабины почудилось округлое пятно. Лицо? Я замолотил железнодорожным ключом по борту. Пятно мотнулось, значит, действительно лицо. Я замолотил настойчивее. Оконное стекло сползло вниз на пару сантиметров. «Чего тебе? Уходи!» «На станцию как пройти?» «Уходи по-хорошему!» «Уйду! Скажи только, на станцию как дойти?» «На станцию? Прямо иди. Потом свернёшь. Уходи!» Окно закрылось. «Свернуть куда? Куда свернуть-то?», - надрывался я. Ответа не было. Словно воочию я увидел, как он сейчас скорчился в темноте, сжимая в кулаке монтировку, готовясь дорого продать свою жизнь.
Ладно, прямо так прямо, затем посмотрим. Уже почти дошагал до развилки, когда услышал дальний гудок маневрового. Вот оно! Там железная дорога, там люди, там жизнь!
Механики мои безмятежно дрыхли. Нет того, чтобы исходить соплями в волнениях, куда запропал нежно любимый начальник. Хотел было я поставить им на пол в ноги по тазу с водой, приятный сюрприз на утро, но сил уже никаких не осталось. Добрёл до своей койки и провалился в блаженный сон.
Много позже я узнал имя: Чикатило Андрей Романович. Он был убийцей. Убивал – и это было очень плохо. Вместо него сперва расстреляли невиновного – и это было немногим лучше. В конце концов его поймали, что было хорошо. Но одного не мог я понять, как же так получилось, что один свихнувшийся ублюдок держал в жутком страхе целую область? Ладно, раз ситуация такая, пусть дети и женщины выходят на улицу лишь в сопровождении мужчины. Одному боязно? – пусть сопровождают двое, трое. Сами-то мужики чего боялись, почему попрятались? Это же казачий край, люди здоровенные, с прекрасной генетикой. Наконец, если ты уже дома, в своих стенах чего трястись в ужасе, зачем свет гасить, уж дома-то безопасно! Сколько уж лет прошло, а всё не могу понять, как же так получилось?

23

Когда Вячеслав пришёл с работы, жена плакала. Тёща хмуро гремела на кухне кастрюлями.
— Опять поцапались… — Слава устало уселся за обеденный стол и грозно посмотрел на тёщу.
— Она сама виновата! — мгновенно парировала тёща. — Мать уважать надо! И не перечить ей. Я у неё в гостях, между прочим.
— Вы в гостях уже год… — уныло заметил зять. — Не задержались?
— А хоть два! Терпите!
— Нет! Всё! Хватит! — вскипел Вячеслав. — Давно я с вами хотел поговорить как мужчина!
— Кто? — Тёша смерила его уничтожающим взглядом. — Ты? Мужчина? Вот мой Володька — тот был мужчина, царство ему небесное. И в тюрьме посидел, и директором магазина побыл! А ты… И как за тебя только Людка вышла? Мужчина…
— Ну ладно… — Вячеслав тяжело вздохнул, лихорадочно думая, чем же ответить тёще. — Ладно… Скоро всё это закончится… — Он даже погрозил тёще пальчиком. — Закончится…
— Да знаю, знаю! Вы с Людкой давно ждёте, когда я помру! — Тёща громыхнула кастрюлей. — Но смотрите, как бы я вас не пережила!
— Кто ждёт? Мы ждём? Наоборот… — Вячеслав сказал эту фразу, и растерялся — а что, наоборот? Ведь на самом деле, иногда такие мысли его посещали. Тёще было уже почти восемьдесят, но она была бойцом. Своим поганым словом могла унизить любого. — А вот мы вам жениха найдём, ему и будете душу выносить! — Эта фраза из Вячеслава выскочила сама собой. — Только вы уж завтра голову помойте, оденьтесь красиво, и брошку нацепите…
Тёща уставилась на него, как баран на новые ворота.
— Это для чего это?
— Нужно! Завтра жених к вам придёт!
Вячеслав соврал это так правдоподобно, что тёща растерялась.
— Сдурел?! Какой ещё жених?! Не нужно мне никаких женихов!
— Поздно! — Вячеслав понял, если тёще врать, то врать нужно жестоко. Говорят, она и за своего мужа вышла замуж только потому, что он ей пригрозил. Выходит, в душе она великая трусиха.- Уже всё решено!
— Чего решено?! — взвилась тёща. — Кто это за меня решать будет? Я замуж не собираюсь!
— А зачем замуж? — пожал плечами Вячеслав. — Никто вас замуж брать и не хочет. Только в любовницы.
— Чего?!
— А чего слышали! Я в газету "Из рук в руки"о бъявление дал: «Ищу любовника для своей тёщи». И отозвался один.
Тёща села напротив зятя и вытаращила глаза. А зять продолжал врать.
— Вы не переживайте, он мужчина знатный. И в тюрьме сидел, как ваш первый муж.
— За что? — как загипнотизированная, спросила тёща.
— Говорит, жену покалечил. Чего-то она ему поперёк сказала. Двадцать лет отсидел, теперь ему снова ласки хочется. Я с ним созвонился и фотографию вашу послал. Он увидел и прямо в вас влюбился. Говорит, пока с ней не пересплю, не успокоюсь.
— Тьфу, паразит! Пакостник! Как у тебя ума только хватило! Звони этому, твоему… Отменяй немедленно встречу!
— Не… — Вячеслав замотал головой. — Уже не могу. Он мужик конкретный. Так мне и сказал: «Если обманываешь — порешу». Так что, завтра он по-любому придёт. А мы с Людмилой поедем в вашу квартиру, куда вы возвращаться не хотите.
— Зачем это вы туда поедете?
— Так у вас же будет медовый месяц. Мы там поживём пока.
— Вот это видел! — Тёща показала ему фигу. — Я вас туда не пущу.
— А у нас ключи есть, — ответил Вячеслав спокойно, и даже зевнул. — Так что, мы вам мешать не будем…
— Перестань! — Тёща шарахнула ладонью по столу, потом закричала: — Людка, иди сюда! Твой муж надо мной хулиганит!
Людмила появилась очень быстро и удивлённо уставилась на мать.
— Чего тут у вас опять?
— Он… — Тёща от возмущения никак не могла сформулировать мысль. — Он… Такое удумал… Он мне мужчину нашёл… Без спросу. Уголовника! Избавиться от меня хочет! Смерти моей желает!
— Чего, правда, что ли? — Жена в недоумении посмотрела на мужа.
— Ну… — кивнул Вячеслав и ему вдруг стало весело. — Я подумал, отчего твоя мать так бесится? А потому что ей мужик нужен! Вот я и нашёл.
— С ума сошёл? — Теперь жена вытаращила на него глаза. — Он хоть кто?
— Бывший заключённый. Правда, помладше твоей мамани будет, но зато горячий! Такой, какой нужно. Чуть что — сразу в глаз. Я же вкус твоей матери знаю. Так что всё! Завтра он придёт!
— Слава, ты что?.. Маме почти восемьдесят… Какие ей женихи?
— Нормально, — кивнул Вячеслав. — Люд, ты пойми, я отказать ему уже не могу. Он пригрозил, ежели я пойду на попятную. Так что, выбирай — или я, или твоя мать. Пока выбираешь, я пойду ключи от тёщиной квартиры возьму.
— Зачем это? — дрожащими губами спросила жена.
— Затем. Если выберешь меня, мы с тобой сегодня же туда уедем. А нет — оставайся с мамой. Поможешь ей в трудную минуту, когда любовник её жизни учить будет.
— Погоди! — воскликнула торопливо жена. — Я нам чемодан быстренько соберу. Нужно взять вещичек на первое время.
— Людка… Ты чего?.. — опомнилась тёща.
— Ой, мама… — Людмила махнула на неё рукой. — У тебя теперь новая жизнь… А нам-то — жить по-старому…
— Какая новая жизнь?! — Тёща вдруг сорвалась с места и кинулась с кухни. — Я не хочу новой жизни! — Она кричала уже из комнаты, которую временно оккупировала. — Я от вас съезжаю! Немедленно! А вы уж тут сами, без меня…
© Алексей Анисимов

24

А и случилося сиё во времена стародревние, былинные. Короче, при коммуняках это было. Вот даты точной не назову, подзабыл, тут одно из двух, либо 1 мая, либо 7 ноября. Молодому поколению эти даты вряд ли что скажут, их если и спросишь, ответят что-нибудь вроде: «А, это когда Ким Кардашьян замуж вышла» или «А, это когда Путин свой первый стакан самогона выпил.» Были же это два наиглавнейших праздника в СССР, главнее не имелось, не то что какой-нибудь занюханный Новый Год или, не к столу будь сказано, Пасха. И коли праздник – полагается праздновать. Ликовать полагается! Причём не у себя дома, в закутке тихом, но прилюдно и громогласно, на главной площади города. Называлось действо демонстрацией.

Подлетает к моему столу Витька. Вообще-то он именовался Виктуарий Апполинарьевич, в лицо его так нередко и именовали, но за спиной только «Витька». Иногда добавлялось определение: «Витька-балбес». Кандидат в члены КПСС, член бюро профкома, член штаба Народной дружины. Не человек, а загляденье. Одно плохо: работать он не умел и не хотел. Балбес балбесом.
Подлетает он, значит, ко мне, клюв свой слюнявый раскрывает: «Завтра на демонстрацию пойдёшь!»
- Кто, я? Не, не пойду.
- Ещё как пойдёшь!
Если наши должности на армейский счёт перевести, то был он чем-то вроде младшего ефрейтора. А я и того ниже, рядовой, причём второго разряда. Всё равно, невелика он шишка.
- И не надейся. Валил бы ты отсюда.
Ну сами посудите, в свой законный выходной изволь встать ни свет-ни заря, тащиться куда-то. Потом долго плестись в толпе таких же баранов, как ты. И всё для того, чтобы прокричать начальству, милостиво нам с трибуны ручкой делающего, своё «ура». А снег ли, дождь, град, хоть землетрясение – неважно, всё равно ликуй и кричи. Ни за что не пойду. Пусть рабочий класс, трудовое крестьянство и прогрессивная интеллигенция демонстрируют.
- Султанша приказала!
Ох, мать моя женщина! Султанша – это наша зав. отделом. Если Маргарет Тэтчер именовали Железной Леди, то из Султанши можно было 3 таких Маргарет выковать, ещё металла бы и осталось.
Полюбовался Витька моей вытянувшейся физиономией и сообщил, что именно он назначен на завтрашнее безобразие главным.

Помчался я к Султанше. На бегу отмазки изобретаю. Статью надо заканчивать, как раз на завтра намечено. И нога болит. И заболел я, кажись, чихаю и кашляю. И… Тут как раз добежал, почтительно постучал, вошёл.
Султанша плечом телефонную трубку к уху прижимает - разговаривает, правой рукой пишет, левой на калькуляторе считает, всё одновременно. Она мне и рта раскрыть не дала, коротко глянула, всё поняла, трубку на мгновение прикрыла (Чем?! Ведь ни писать, ни считать она не перестала. Третья рука у неё, что ли, выросла?) Отчеканила: «Завтра. На демонстрацию.» И головой мотнула, убирайся, мол.

Утром встал я с матом, умывался, зубы чистил с матом, по улицам шёл и матерился. Дошёл, гляжу, Витька распоряжается, руками машет, ценные указания раздаёт. Увидел меня, пальчиком поманил, в лицо всмотрелся пристально, будто проверял, а не подменыш ли я, и в своей записной книжке соответствующую галочку поставил. Я отойти не успел, как он мне портрет на палке вручает. Было такое правило, ликовать под портретами, толпа идёт, а над ней портреты качаются.

Я аж оторопел. «Витька… Виктуарий Апполинарьевич…Ну почему мне?!» С этими портретами одна морока: после демонстрации их на место складирования тащи, в крайнем случае забирай домой и назавтра на работу доставь, там уже избавишься - то есть два дня с этой радостью ходи.
- А почему не тебе?
Логично…
Стоим мы. Стоим. Стоим. Стоим. Время идёт, а мы всё стоим. Игорёк, приятель мой, сгоряча предложил начать употреблять принесённое прямо здесь, чего откладывать. Я его осадил: нас мало, Витька обязательно засечёт и руководству наябедничает, одни проблемы получатся. Наконец, последовала команда, и наш дружный коллектив влился в ещё более дружную колонну демонстрантов. Пошли. Встали. Опять пошли. Опять встали. Где-то впереди организаторы колонны разруливают, а мы не столько идём, сколько на месте топчемся. Очередной раз встали неподалёку от моего дома. Лопнуло моё многострадальное терпение. Из колонны выбрался, в ближайшем дворе портрет пристроил. Вернувшись, мигнул Игорьку и остальным своим дружкам. И направились мы все не на главную площадь города, где нас начальство на трибуне с нетерпением ожидало, но как раз наоборот, в моё персональное жилище – комнату в коммуналке.

Хорошо посидели, душевно посидели. Одно плохо: выпивки море разливанное, а закуски кот наплакал. Каждый принёс что-то алкогольное, а о еде почти никто не позаботился. Ну я ладно – холостяк, но остальные-то люди семейные, трудно было из дома котлеток притащить? Гады. Но всё равно хорошо посидели. Пили с тостами и без, под гитару песни орали. Потом кто-то девчонок вызвонил. Девчонки лярвы оказались, с собой ничего не принесли, зато отыскали заныканную мной на чёрный день банку консервов, я и забыл, где её спрятал. Отыскали и сами всё сожрали. Нет, чтобы со мной поделиться, откушайте, мол, дорогой наш товарищ младший научный сотрудник, по личику же видим, голодные Вы. От горя или по какой иной причине я вскоре в туман впал. Даже не помню, трахнул я какую из них или нет.

Назавтра волоку себя на работу. Ощущения препоганейшие. Головушка бо-бо, денежки тю-тю, во рту кака. В коридоре меня Витька перехватывает: «Наконец-то явился. Портрет давай!» «Какой ещё портрет?» «Да тот, который я тебе лично передал. Давай сюда!» «Нету у меня никакого портрета. Отвянь, Витька.»
Он на меня этаким хищным соколом воззрился: «Так ты потерял его, что ли? А ты знаешь, что с тобой за это сделают?!» «Не со мной, а с тобой. Я тебе что, расписывался за него? Ты был ответственный, тебе и отвечать. Отвянь, повторяю.» Тут подплывает дама из соседнего отдела: «Виктуарий Апполинарьевич, Сидоренко говорит, что портрета у него нет.» Ага, понятно, кое-кто из коллег усмотрел мои действия и поступил точно так же. А Витька сереть начал, молча губами воздух хватает. «Значит, ты, - комментирую, - не один портрет проебал, а больше? Преступная халатность. Хана тебе, Витька. Из кандидатов в КПСС тебя выгонят, из бюро профкома тоже. Может, и посадят.» Мимо Сан Сергеич из хоз. обслуги топает. Витька к нему как к матери родненькой кинулся: «Сан Сергеич! Портрет…Портрет где?!» «Где-где. – гудит тот. – Оставил я его. Где все оставляли, там и я оставил.» «Так, - говорю, - это уже не халатность, это уже на антисоветчину тянет. Антисоветская агитация и пропаганда. Расстреляют тебя, Витька.»
Он совсем серым сделался, за сердце хватается и оседать начал. И тянет тихонько: «Что теперь будет… Ой, что теперь будет…» Жалко стало мне его, дурака: «Слушай сюда, запоминай, где я его положил. Пойдёшь и заберёшь. Будет тебе счастье.» «Так сутки же прошли, - стонет. – Где ж теперь найти?» «Не пререкайся, Балбес. Это если бы я ржавый чайник оставил, через 6 секунд спёрли. А рожа на палке, да кому она нужна? Разве что на стенку повесить, детей пугать.» «А милиция, - но вижу, что он уже чуть приободрился. – Милиция ведь могла обнаружить!» «Ну да, делать нечего ментам, как на следующее утро после праздника по дворам шариться. Они сейчас у себя заперлись, похмеляются. В крайнем случае пойдёшь в ближайшее отделение, объяснишься, тебе и вернут. Договоришься, чтобы никуда не сообщали.»

Два раза я ему объяснял, где и как, ни хрена он не понял. «Пойдём вместе, - просит, - покажешь. Ведь если не найду…ой, что будет, что будет!» «Ещё чего. Хочешь, чтобы Султанша меня за прогул уволила?» Тень озарения пала на скорбное чело его: «Стой здесь. Только никуда не уходи, я мигом. Подожди здесь, никуда не уходи, умоляю… Ой, не найду если, ой что будет!»
Вернулся он, действительно, быстро. «Нас с тобой Султанша на весь день в местную командировку отпускает. Ой, пошли, ну пошли скорее!» Ну раз так, то так.

Завёл я его в тот самый дворик. «Здеся. В смысле тута.» Он дико огляделся: «Где?.. Где?! Украли, сволочи!» «Бестолковый ты всё-таки, Витюня. Учись, и постарайся уяснить, куда другие могли свои картинки положить.» Залез я за мусорный бак, достаю рожу на палке. Рожа взирает на меня мудро и грозно. «Остальное сам ищи. Принцип, надеюсь, понял. Здесь не найдёшь, в соседних дворах поройся.» «А может, вместе? Ты слева, я справа, а?» «Витька, я важную думу думаю. Будешь приставать, вообще уйду, без моральной поддержки останешься.»

Натаскал он этих портретов целую охапку. «Все?» «Да вроде, все. Уф, прям от сердца отлегло. Ладно, бери половину и пошли.» «Что это бери? Куда это пошли? Я свою часть задачи выполнил, ты мне ботинки целовать должен. Брысь!» «Но…» «Витька, если ты меня с думы собьёшь, ей-Богу по сопатке врежу. До трёх считаю. Раз…» Поглядел я ему вслед, вылитый одуванчик на тонких ножках, только вместо пушинок – портретики.

А дума у меня была, действительно, до нельзя важная. Что у меня в кармане шуршало-звенело, я знал. Теперь нужно решить, как этим необъятным капиталом распорядиться. Еды купить – ну это в первую очередь, само собой. А на остаток? Можно «маленькую» и бутылку пива, а можно только «мерзавчика», зато пива три бутылки. Прикинул я, и так недостаточно и этак не хватает. А если эту еду – ну её к псу под хвост? Обойдусь какой-нибудь лёгкой закуской, а что будет завтра-послезавтра – жизнь покажет. В конце концов решил я взять «полбанки» и пять пива. А закуска – это роскошество и развратничество. И когда уже дома принял первые полстакана, и мне полегчало, понял, насколько я был прав. Умница я!

А ближе к вечеру стало совсем хорошо. Позвонили вчерашние девчонки и напросились в гости. Оказалось, никакие они не лярвы, совсем наоборот. Мало того, что бухла притащили, так ещё и различных деликатесов целую кучу. Даже ветчина была. Я её, эту ветчину, сто лет не ел. Её победивший пролетариат во всех магазинах истребил – как класс.

Нет, ребята, полностью согласен с теми, кто по СССР ностальгирует. Ведь какая страна была! Праздники по два дня подряд отмечали! Ветчину задарма лопали! Эх, какую замечательную страну просрали… Ура, товарищи! Да здравствует 1-ое Мая, день, когда свершилась Великая Октябрьская Социалистическая Революция!

25

О чем говорят взрослые мужчины в бане?
Да о разном. Кто о политике, кто о пиве, кто о женщинах. Другие- о смысле жизни, рыбалке и отдыхе. Но редкая баня обходится без историй из жизни. Иначе - какая это баня.
Сергей Викторович- человек, жизнь которого можно сказать, "удалась". Вот есть люди- секс-символы. А есть мужчины- бренды. Сергей Викторович в некотором смысле представляет из себя классическую картинку человека, чья жизнь "удалась" в понятном для широких масс населения смысле. Любящая и любимая жена, взрослые дети, двое внуков, благосостояние, позволяющее не работать при желании того без изменения уровня жизни. Если все это помножить на возраст в 52 года и шикарное здоровье, добавить прекрасную физическую форму, активное занятие благотворительностью и отсутствие какого-то серьезного компромата ( ну повезло с работой человеку, сам всего достиг без особых напряжений) - получается практически идеал желаний среднестатистического индивидуума нашей необъятной Родины.
Подняв бокал с бельгийским пивом, Сергей Викторович обратился к молодым бизнесменам, сидевшим за столом.
- Вот смотрю я на вас, молодежь, и думаю - сколько же всего у вас в жизни сейчас есть и ещё будет!
И спорткары покупаете, и моделей по две за ночь приходуете, и джет в складчину взять можете на море слетать!
А вот вспомните - о чем вы мечтали в юности? Когда были прыщавыми подростками, а? Чего Вам хотелось?
Общество стало вспоминать и вообщем то пришло к мнению, что хотелось примерно того же, что имеется в том или ином виде сейчас- красивой жизни и уважения окружающих, граничащего с легкой завистью.
- Ну тогда, братцы, расскажу я вам одну историю из юности своей. Жил я в небольшом городе, где многие друг друга знали. Год тогда был 84 где то, ещё перестройка не началась. Мы с пацанами играли на улице, на великах гоняли, за девчонками бегали - не то что сейчас, от телефона не оторвешь. И была у нас в городке девушка. Смотрели фильм "Малена"? Ну так вот, девушка была конечно, не такой как героиня, но любовался ей реально весь город. Лет 17 ей было, не больше. Формы - как у богини, и на лицо красива. А походка - ну прям как манекенщица какая, хотя мы тогда и слова такого не знали. А главное - вела себя крайне прилично. Когда увидел её впервые , мне лет 13 было, летом случилось. На нас, пацанов, да и на ребят постарше вообще не реагировала. Как из другого мира девушка. Понятное дело, о ней все пацаны наши мечтали. Компьютеров не было, картинок всяких - тоже в обрез. А тут- живой образчик мечты для подрастающего организма. И начал я как то себе её по утрам и вечерам представлять - что сидит она у меня на коленях, а я её держу за эти самые. Ну, подростком был, все себя в этом возрасте помнят, дело молодое. Но у меня как то образ этот сформировался крайне четко и осознанно - даже сейчас редко бывает, чтобы что то так себе представлял. И наверное год как минимум у меня один и тот же образ был в голове. Ну никак не выходил. Снова наступило лето, и вот как то я еду в автобусе. Народу немного, и я сижу, в мысли свои погруженный. на остановке двери открываются- она заходит. А у меня образ сразу возникает, как явь. Глаза закрыл - образ, глаза открыл - она. И лето ещё, платье у неё такое легкое, и вся она такая воздушная и почти сказочная. И вдруг автобус резко тормозит - собака вроде под колеса кинулась. Причем водитель перед этим разогнался, а тут тормоз в пол. Я после долго думал, как такое вообще могло произойти - но девушка, каким то неимоверным образом зацепившись платьем за сумку стоявшего рядом мужчины, полетела прямо на меня. Платье было заграничным, с чашечками - у нас таких тогда не продавали. В итоге платье срывается и остается висеть у мужика на сумке, пол салона попадало ( были травмы), а девушка оказалась аккурат на коленях с голой грудью. Картинку в голове помните? Ну она от стресса и сработала - руки мои автоматом оказались на её груди. Ну, после понятное дело визги, крики, матюги - кто ударился, кто упал, кто вещи рассыпал или молоко разбил. Девушка прикрылась платьем, в слезы, дали ей сразу платок закутаться. А я как то быстро вышел как двери открыли и побежал домой. Ну, слухи быстро расходятся- стал я на какое то время звездой в любой пацанской компании. Никто не мог не то что из ребят- даже из парней постарше ничем таким похвастаться. Ну а я и не хвастался- слухи сами разносились. Вот сейчас вроде все есть - жена, дети , внуки, жизнь привольная- но девушка та до сих пор перед глазами стоит. И я в тот момент одно понял - если чего то по настоящему хочешь - обязательно сбудется. Так и живу, строго по этому принципу.

( Навеяно историей https://www.anekdot.ru/id/741269)

26

Небольшой северный поселок, в котором я частично вырос, объединял несколько экспедиций – нефтегазовую, геолого-разведочную и геофизическую. На его центральной площади располагались две основные достопримечательности – кафе «Метелица» и Дом Культуры (ДК). На самой площади, естественно, стоял памятник Ленину. Здесь происходили все основные события – культурные в ДК и менее культурные – в «Метелице». Первые часто плавно перетекали во вторые. Школьниками мы обычно посещали ДК в качестве зрителей кинофильмов, которые там крутили 2-3 раза в неделю, но иногда нам приходилось наполнять собой сцену.

В апреле 88 года нас ожидал день рождения В.И. Ленина, который наше школьное руководство решило отметить большим концертом в ДК. Там были песни, пляски, миниспектакли, викторина по фактам жизни Ленина, соревнование на быстрый сбор шалаша и т.д. Мне наказали найти, выучить и качественно рассказать со сцены какое-нибудь малоизвестное стихотворение о Ленине, потому что обычный их набор всем уже немного надоел. Я подошел к этому делу ответственно, взял в школьной библиотеке сборник стихотворений о Ленине и дома по вечерам читал его вслух маме, пытаясь понять по ее реакции, какое из них она знает меньше всего. Будучи главврачом поселковой больницы, по вечерам мама обычно не приходила, а еле приползала домой, мы ужинали и под мое чтение стихов она стремительно засыпала, поэтому задача выбора стихотворения решалась с большим трудом. Через несколько дней, когда сборник был прочитан, я определился. Это был короткий, но яркий и эмоциональный стих туркменского писателя Берды Кербабаева, который хотелось не просто читать, а именно декламировать, с выражением и революционной силой.

В день выступления за кулисами было полно школьников, которые что-то доучивали, переодевались в костюмы для выступления, таскали охапки веток для конкурса на самый быстрый шалаш и всячески суетились. По замыслу учителей в роли конферансье выступала маленькая девочка-четвероклашка с косичками. Чтобы она ничего не перепутала, у нее был листочек с названиями выступлений. ДК у нас был большой, в зале собралось человек 150-200, от руководства экспедиций до буровиков, водителей, продавщиц и всех-всех-всех. Многие из них были родителями выступавших. Все угомонились, представительный начальник геолого-разведочной экспедиции произнес речь о Ленине и его роли в нашей жизни – и пошла программа школьников. Девочка-конферансье успешно преодолела первую страницу списка выступлений, прошли танцы и прочие подвижные выступления, началась пора стихотворений. Их было три или четыре, я был вторым (имена детей немного изменены).
Конферансье, тонким голоском: «Выступает ученица 7 класса Оля Печенкина со стихотворением Александра Твардовского «Ленин и печник»!
Оля бодро и быстро отбарабанила довольно длинный стих про Ленина и печника.
Конферансье: «Выступает ученик 6 класса Петя Сидоров со стихотворением …». Длинная пауза, во время которой девочка молча вглядывалась в свою бумажку. Зал застыл в ожидании. Потом тише и как-то неуверенно-вопросительно со сцены послышалось: «Берды Кердымбаева… нет… Берды Керды… не, не так… Керды Бермамаева… да ну нет! Бер-ды Кер-ба-ма-ма… не-не-не! Бер-кер-ман-ды… нет!». Пауза. В зале звенящая тишина. Учительница быстро подошла к девочке и ласково сказала: «Ничего страшного, не волнуйся! Давай вместе прочтем». Почти хором они по бумажке начали читать: «Выступает ученик 6 класса Петя Сидоров со стихотворением … Берды Кермамбаева (голосом учительницы) Керды Бердамбыева (голосом девочки)».
Стоя недалеко от края сцены за кулисами и готовясь выйти, как только меня объявят, я видел лица людей в зале. Они были напряжены и еле сдерживались, чтобы не захохотать, уже слышны были всхлипы и всхрюки, хотя народ еще держался. При этом, наверное, из всего зала только моя мама, которая сидела во втором ряду, знала, как правильно могло звучать имя автора, хотя и это не факт. Учительница: «Ничего, давай еще раз попробуем!». Тут девочка-конферансье не выдержала и расплакалась: «Не буду я пробовать! У меня уже скулы свело эту керду произносить, я из-за него язык прикусила!», после чего бросила листок и убежала со сцены. Напряжение в зале достигло топорной плотности, красные физии руководства в первых рядах освещали сцену. Учительница наша оказалась молодцом: «Прошу прощения за небольшую заминку, Петя сам объявит свое стихотворение!», после чего выпихнула на сцену меня. Я подошел к микрофону и парадным голосом начал: «Стихотворение туркменского поэта Берды Кердыбаева «О Ленине»! Тут я в ужасе понял, что переврал фамилию! Набрался смелости: «Извините! Стихотворение туркменского поэта Керды Бекдамбаева «О Ленине»! Черт, опять неправильно... Я замолчал, пытаясь вспомнить фамилию. И тут откуда-то с галерки раздался крик: «Да ладно тебе, пацан, рассказывай уже, все равно никто не знает, как его правильно зовут!». И вот тут зал взорвался. Первые ряды с начальством еще как-то сдерживались, опустив головы и трясясь, но остальной зал выл в голос! Я смотрел на маму, которая вытирала слезы от смеха, и мне было стыдно, что я у нее такой тупой и не могу фамилию человека запомнить. Ко мне подошла учительница, и, желая исправить ситуацию, наклонилась и сказала в микрофон: «Друзья! Петя Сидоров прочтет стихотворение «О Ленине» одного из наших малоизвестных туркменских поэтов, имя которого знакомо всей стране!». Зал с такой логикой не согласился и зашумел сильнее. Я начал с выражением читать:
- Вождям от бронзового века ведется счет до наших дней!
Но не родилось человека потомству ближе и родней!
Однако меня никто не слышал. Первые ряды, наконец, прорвало и они хохотали в голос. Из задних рядов доносились выкрики «Берды!», «Керды!», «Кердык бердык…» и прочие возможные комбинации. Я возвысил голос и почти орал в микрофон, чтобы донести до этих безумствующих людей стихи поэта:
- Чем он, кто расовым различьям и расстояньям вопреки,
из уст в уста рабочим кликом соединил материки!.
Микрофон был хороший, народ начал прислушиваться.
- И тем велик Владимир Ленин, что как его не возвеличь,
он прост, и правдою нетленен, и он всегда с людьми, …
Тут голос от крика у меня сорвался, но зал вдруг хором поддержал меня: «ИЛЬИЧ!», и выдал такой шквал аплодисментов, что я от неожиданности чуть микрофон не проглотил. После этого был объявлен перерыв, чтобы народ успокоился. Все, наоборот, вскочили, смеялись, кричали «Ильич!». Кто-то взбежал на сцену, поднял валявшийся там листок с программой и в микрофон закричал: «Товарищи! Это были стихи БЕРДЫ КЕРБАБАЕВА! Запомните, БЕРДЫ КЕРБАБАЕВА!». После этого зал накрыло новой волной хохота и слышались крики «Ильич! Кербабаев!». Дальнейшую программу устроители свернули и все дружной толпой повалили в «Метелицу» напротив.

Я вернулся домой, где поздно вечером меня нашла веселая мама, вернувшаяся с праздника. Вместо того, чтобы упрекнуть меня в незнании простых туркменских фамилий, она обняла меня и сказала: «Все говорят, что это был лучший день рождения Ленина за последние годы! В «Метелице» все до ночи пытались вспомнить, как зовут автора и чуть не подрались! Я пойду на работу, потому что праздник еще не кончился и наверняка нам кого-нибудь привезут, а ты ложись спать». На пороге она обернулась и спросила: «Скажи медленно, как его зовут? Мне же всех лечить придется, спрашивать будут!».

27

Наш водитель-экспедитор по складу характера замкнутый и неуверенный человек, лишь только покидает кабину своего грузовичка. Во время вождения или ремонта автомобиля это профессионал до мозга костей.
Он сам сетует на это, говорит не могу найти никак третью жену. С первой меня познакомили друзья в компании, с лучшими рекомендациями, прожили вместе почти восемь лет. Вторую буквально привела родная тётя, вот если хочешь тебе жена, она в принципе не против. В браке были семь лет.
Но сегодня вопрос про жену на втором плане. Увидел он где-то, или услышал по радио, про скидку на автомобиль 90%. Не до девяносто процентов, а именно ровно девяносто.
Пришел посоветоваться к нам в отдел логистики:
- Ребята подскажите, может такое быть? Мне конечно хватает и на работе баранку покрутить. Но скидка на Matiz, в салоне 90%. Не слишком ли стрёмный для мужика автомобиль?
Зная подоплеку по его личной жизни, все буквально подумали, если почти даром, то не стрёмно. Но он просит кого-нибудь съездить с ним в автосалон, сопроводить своим авторитетом сделку.
Вызвался поехать с ним на другой практически конец города. Да, стоят Matizы веселой расцветки на площадке, огромными буквами на стене написано — скидка 90%.
Подходим к стойке, у менеджера уточняем как приобрести по скидке. Симпатичная, молоденькая девушка, видно уже в который раз терпеливо объясняет:
- Выбираете комплектацию, цвет, проходите в кассу, оплачиваете полную стоимость, повторяю, полную стоимость автомобиля. С чеком подходите ко мне, и из барабана со скидками, достаете купон.
Действительно, только после её слов мы обратили внимание на стоящий рядом прозрачный крутящийся барабан, с открывающимся окошком.
- Не волнуйтесь, все по-честному. Там несколько скидок, есть по 10%, 25%, и 50%. Девяносто ещё никто не достал, у вас есть шанс...

28

«Однажды в Новосибирске»: как истребитель сквозь игольное ушко прошёл

Однажды в Новосибирске военный лётчик, ас-истребитель совершил отчаянный, сверхрискованный поступок, который сегодня называют легендарным. Самого же пилота, этого «сибирского Чкалова», одни считают настоящим героем, другие же — просто воздушным хулиганом.

Событие. Как в кино

14 июня 1965 года лётчик Валентин Привалов на боевом реактивном истребителе МИГ-17 пролетел под Октябрьским мостом через реку Обь — всего лишь в метре над поверхностью воды. Так, он, дескать, повторил знаменитый трюк Валерия Чкалова — пролёт под Троицким мостом над Невой, которого на самом деле не было. Красивая кинолегенда, известная по фильму Михаила Калатозова. Впрочем «подвиг» Привалова тоже оброс легендами, да так, что и даты пролёта называют разные: и 3, и 4, и 14 июня.
Как это было. Сумасшедший под мостом

К пролёту Привалов готовился. Он якобы даже несколько раз проплыл под мостом и замерил ширину между опорами и высоту от воды до проезжей части. И вот, как пишет множество источников, жарким июньским днём, на глазах у изумлённой публики, над Обью, резко снижая высоту, неожиданно возник самолёт. Он выровнялся над самой водой и пошёл к Коммунальному мосту. Истребитель вошёл в створ центральной арки моста, вынырнул с другой стороны и резко, «свечой», ушёл вверх, уклоняясь от встречи с фермами железнодорожного моста. По словам Константина Голодяева из музея Новосибирска, задача Привалова была далеко не из простых.

«Конечно, условия полёта зависят от многих причин: ветер, масса самолёта, мастерство лётчика. Но, как ни крути, риск огромен во всех случаях — небольшое движение штурвала — и ты уже в опоре моста или в воде, а в нашем случае, надо было ещё грамотно подняться, ведь через 950 метров от Коммунального следующее препятствие — железнодорожный мост через Обь», — поясняет Константин Голодяев.

Кстати, 950 метров на приваловском МИГе — это пять секунд. За этот фортель Привалова хотели отдать под суд, и, пожалуй, правильно бы сделали. Одному богу известно, чем могло закончиться такое лихачество. Но судьбу воздушного хулигана решил тогдашний министр обороны СССР маршал Родион Малиновский. Он простил лётчика, приказав не наказывать его, а «дать отдохнуть». Привалова вновь допустили к полётам и даже из партии не исключили.
Личность. Рождённый летать

Валентин Васильевич Привалов родился в 1935 году в деревне Пятница в 60 километрах от Москвы. С 10-го класса он стал заниматься в московском аэроклубе, а после школы закончил Армавирское лётное училище. В 20 лет Привалов уже был лейтенантом морской авиации на Балтике. В 1965 году он служил в звании капитана ВВС в Красноярском крае, в Канске, в Новосибирске он был в командировке.

Истинные мотивы отчаянного поступка Привалова по сей день остаются загадкой. Одни говорят, что это был спор, другие — что попытка покорить сердце возлюбленной. Третьи утверждают, что это был протест против «рубок» и сокращений в лётных рядах: хотел, мол, доказать, что высшему руководству не искоренить чкаловских традиций и пилотской лихости.

Так или иначе, но после ЧП, которое прогремело на всю страну, Валентину Привалову удалось избежать наказания. Он дослужился до звания подполковника и должности заместителя командира полка. В 42 года его подвело здоровье, и он перешёл в диспетчерскую службу гражданской авиации. За четверть века он наработал на почётный знак «Отличник воздушного транспорта».
Эхо в истории. До и после Привалова

От легендарного полёта Привалова истории достался один единственный якобы фотоснимок, а в действительности, конечно, фотоколлаж. Ведь это было бы невероятно, если бы кто-то запечатлел сам момент пролёта: это сейчас фотокамера есть почти в каждом мобильном телефоне. Специально появления над Обью приваловского истребителя, конечно, никто не ждал. Акцию не анонсировали, никаких самолётов там вообще не должно было быть!

«Данную „фотографию“ сделал по заказу музея Новосибирска его дизайнер Евгений Социховский. Причём, намеренно с нарушениями пропорций, чтобы никто здравомыслящий и подумать не мог, что это реальность. Масштабы самолёта на фотографии сильно преувеличены относительно моста, а угол пролёта предполагает его выныривание из воды. Тем не менее одни в фотографию поверили, а у других, более внимательных, коллаж сразу вызвал ощущение неправды и создание очередного мифа. Но это реальный случай, в отличие от пролёта самого Чкалова, выдуманного для фильма „Валерий Чкалов“. Во всяком случае, в личном деле лётчика такого случая не зафиксировано. Но вот лётчик Евгенией Борисенко во время съёмок фильма действительно на гидросамолёте Ш-2 сделал шесть дублей пролёта под Троицким мостом в Ленинграде», — рассказывает краевед из музея Новосибирска.

В подлинности истории Привалова сомневаться не приходится, её зафиксировали советские газеты. Но вот в чём штука: до сих пор принято считать, что ни одному лётчику в мире ещё не удалось повторить трюк Привалова. Однако, как выяснил Константин Голодяев, это совсем не так. Более того, Привалов был даже не первым, кто пролетел под мостом на реактивном самолёте. Это сделал шестью годами ранее «безбашенный» американский коллега советского аса.


«Правда, это был не истребитель, а реактивный бомбардировщик „Боинг-47“. Этот хулиганский пролёт совершил успешный, опытный лётчик американских ВВС, 39-летний капитан Джон Лаппо, и произошло это в Мичигане, под висячим мостом Маккинак. Ранним утром 24 апреля 1959 года, тоже возвращаясь на базу после выполнения учебного задания, над озером Мичиган Лаппо снизился до высоты 23 метра и пролетел под новеньким мостом Маккинак. От воды и пролёта моста 60-тонный самолёт отделяло по паре десятков метров. Длина основного пролёта моста Маккинак — 1158 метров, просвет от проезжей части до воды — 50 метров. Для сравнения, ширина пролёта Коммунального моста в Новосибирске — всего 127 метров, а высота — 30 метров. Согласитесь, что это игольное ушко вдесятеро меньше. Но зато у бомбардировщика почти в 4 раза больше размах крыльев —35 метров против 10 МИГовских. Почти на 100 км выше скорость сваливания — 308 км/ч против наших 220-230. То есть лететь он должен быстрее, либо упадёт, хотя крейсерная скорость, конечно, в проигрыше. Но кто ж на крейсерной да под мостами летает!»

Константин Голодяев, сотрудник музея Новосибирска

От тюрьмы капитана Лаппо спасли прежние боевые заслуги и награды. Он отделался выговором и штрафом. Но за штурвал военного самолёта авиахулиган сесть уже не смог, хотя и прослужил в ВВС ещё 13 лет, и ушёл на пенсию в звании подполковника. Удалось отвертеться от сурового наказания и англичанину Алану Поллоку. Его просто уволили. Лётчик Королевских ВВС на истребителе на скорости почти 500 км/час сначала трижды облетел здание Парламента, покружил над мемориалом Королевских ВВС на набережной Виктории и пролетел под верхней частью Тауэрского моста в Лондоне. И было это через три года после Привалова.

29

Космические пираты. Как американцы пытались угнать советскую орбитальную станцию

Центр, объект не отвечает

Поздним вечером 11 февраля 1985 года в Центре управления полётами обеспокоенные дежурные пытались понять, почему новейшая советская станция, способная летать по орбите в автоматическом режиме, перестала передавать телеметрию и данные о состоянии систем. Перед тем как отключиться от радиосвязи, станция "просигналила" диспетчерам ЦУПа о неисправности в системе электропитания.

Повод для беспокойства относительно станции "Салют-7" — новейшей в линейке космических объектов этого типа — надо сказать, действительно был. Орбитальные станции этого проекта хоть и создавались на лучшей электронике того времени, но проблем доставляли немало — их аварийность постоянно снижалась, но поручиться за абсолютную надёжность никто не мог.

Уже вечером о происшествии докладывают военным. Их участие в, казалось бы, сугубо гражданском проекте легко объяснить — часть технологий, оставленных на орбите в виде неуправляемого металла, была создана с помощью оборонных предприятий, и отказ в работе — предмет серьёзного беспокойства Минобороны о функционале станции.

И хотя станцию законсервировали, ценное научное оборудование, которое можно было использовать для изучения всей советской космической программы, осталось. Главная особенность объекта заключалась в том, что технически станция "Салют-7" хоть и была гражданской, но создавалась с использованием тех же технологий, что и боевые разведывательные станции "Алмаз" для военных.

На борту станции находились уникальный рентгеновский телескоп и уникальный комплекс с фотоаппаратурой, с помощью которых можно было наблюдать за любыми военными или промышленными объектами. Стоит отметить, что к 1985 году "Салют-7" была единственной орбитальной станцией человечества в околоземном пространстве. После аварии на станции "Скайлэб" NASA не спешило размещать астронавтов в космосе, и США сосредоточились на создании многоразовых транспортных кораблей.

Быстрее, пока русские не опомнились

Баллистики ЦУПа посчитали, что в обесточенном состоянии огромная станция продержится на орбите около полугода, после чего неминуемо сойдёт с орбиты. Рассчитали и координаты. Выяснилось, что упасть станция может между 51 градусом северной широты и 51 градусом южной широты. В эту узкую "полоску" зоны падения попадали не только страны Европы, но и Соединённые Штаты, страны Юго-Восточной Азии и даже Австралия.

Через несколько часов о ситуации вокруг советской станции "Салют-7" узнают американские разведчики, и ради этой информации президента США Рональда Рейгана в буквальном смысле слова выдернут из постели. Понимание ситуации, если верить американским историкам, придёт к Рейгану не сразу.

— Ну и что вы предлагаете? Полететь туда и снять её с орбиты? — сказал Рейган, сидя в Овальном кабинете с телефонной трубкой и в пижаме.

К слову, через сутки после того, как Рональд Рейган закончил телефонный разговор с представителями NASA и Пентагона, в эфирах американских телеканалов начали появляться сюжеты, в которых советскую станцию называли "угрозой человечеству". Попутно отмечалось, что только одна страна в мире (конечно же, США) имеет возможность спасти людей от гибели. При этом NASA прорабатывало сразу два варианта кражи станции: до полёта советских специалистов и после него.

Причин много, а времени нет

Пока в СССР военные и ЦУП решали, как вывести "Салют-7" из космического сна, в Штатах уже просчитали весь полёт. Вся советская станция была слишком велика для погрузки в американские челноки, поэтому в NASA приняли решение разобрать станцию прямо на орбите. Для этого в шаттл "Челленджер" установили специальный манипулятор, которым с огромного космического объекта можно было снять всё нужное.

Для подготовки пуска американцам понадобилось чуть больше недели. Старт космического челнока был запланирован на 20 февраля 1985 года. Чтобы гарантированно управиться с работой, в экипаж "Челленджера" включили французских космонавтов — Патрика Бодри и Жана-Лу Кретьена, прошедших в СССР курс подготовки для полёта на станцию "Салют-7".

Ради ценного артефакта США готовы были пойти даже на войну. Почему именно на войну? Потому что захват космического объекта, принадлежащего СССР, да ещё и под прикрытием операции спасения, — это всё равно что атака подводной лодки с баллистическими ракетами на борту. Все эти обстоятельства хорошо понимали в Белом доме, однако срочного старта к умирающей станции не произошло по другой причине.

Историк космонавтики Пётр Елисеев отметил, что реализовать этот захват не удалось по сугубо техническим причинам.

— Это всё ерунда про недельную готовность операции. Слишком мало времени на подготовку было. За неделю обычный пуск подготовить сложно, а тут такая программа полёта сложная. Одно дело это отработать математически, параметры посчитать, определить последовательность. Другое дело в космосе начать разбирать станцию. Никто этого никогда не делал. И до сих пор не сделали, кстати, — отметил он.

Второй сценарий угона станции, по словам историков, американцы могли реализовать только после того, как советские космонавты начнут процесс восстановления станции и примутся за работу.

Люди, которые спасли мир

Советским специалистам понадобилось меньше полугода, чтобы подготовить операцию спасения. 6 июня 1985 года корабль "Союз Т-13" с опытными космонавтами Владимиром Джанибековым и Виктором Савиных фактически отправлялся в последний полёт. Никто даже из бывалых космонавтов и инженеров не мог дать гарантий, что покорители космоса вернутся с орбиты живыми. При этом выполнение уникальной задачи по реанимации станции пришлось разделить на несколько почти невозможных этапов.

Для начала нужно было найти станцию на орбите. В середине 80-х эта задача хоть и была выполнимой, но Джанибеков и Савиных знали лишь примерное положение объекта. Опознать умирающую станцию удалось лишь по отблескам металла — никакого другого освещения на объекте не было. Ещё двое суток понадобилось для того, чтобы пристыковаться к объекту на корабле, который не предназначен для активных манёвров.

Затем началось то, чего в Пентагоне и NASA ждали с большим нетерпением. На остывшую до минус семи градусов станцию подали электричество, а солнечные панели развернули рабочей стороной. Почти сразу ЦУП предупредил Джанибекова и Савиных о возможности короткого замыкания, и именно такого развития событий ждали американские астронавты. Другими версиями трудно объяснить тот факт, что шаттл "Челленджер" начали выкатывать на стартовый стол именно утром 8 июня, когда Джанибеков и Савиных доложились в ЦУП о начале работ.

Историки космонавтики считают, что "Салют-7" спасло не только обыкновенное чудо, но и подготовка экипажа.

— Джанибеков и Савиных — это специалисты высшего порядка. Как Гагарин и Леонов. Они прекрасно понимали, на какой риск идут, какие могут быть последствия. Но сделали всё так, что ни пожара, ни задымления, ничего. И это учитывая состояние станции и всего три месяца на подготовку полёта, — отметил в беседе с Лайфом бывший руководитель одного из военно-промышленных предприятий в космической отрасли.

Американцы на свою авантюру так и не решились. Истерика в американских СМИ сошла на нет за несколько недель, и про "летящий на головы американцев" комплекс "Салют-7" быстро забыли. После полёта Джанибекова и Савиных на реанимированной станции отработали ещё две экспедиции. Правда, судьба "Салюта-7" была предрешена. После сборки на орбите станции "Мир" экипаж корабля "Союз Т-15" провёл уникальную операцию по космическому переезду с одной станции на другую. С "Салюта" на новую станцию перевезли 400 килограммов груза, и на этом история уникального советского проекта завершилась.

В августе 1986 года станцию подняли на высоту 450 км, с которой она постепенно спускалась к плотным слоям атмосферы. В 1991 году уникальный объект вошёл в атмосферу и развалился на куски. Крупные фрагменты упали в отдалённых районах между Чили и Аргентиной. История станции закончилась, и первый в мире угон в космосе американцы реализовать так и не смогли.

30

Уже много раз убеждался, что смартфон меня прослушивает в режиме нон-стоп, даже если я его об этом не просил, и сливает прослушку в таргетинговую рекламу.

Вот свежий пример забавный: сегодня я говорил с женой о зайцах. Они не являются предметом наших интересов и вряд ли мы вспоминаем о них чаще раза в год, живя в городе. И уж точно я ничего не гуглил и не яндексил о них ни устно, ни письменно - ни сегодня, ни скорее всего никогда. Может, историю какую записал с зайцами, но очень давно. А вслух упомянул именно сегодня. Но в целом меня ничего не связывает с зайцами.

Еще мы говорили о Германии, посмеялись какому-то политвздору. Это случается чаще, но далеко не каждый день. И я точно ничего не писал об этой стране и не искал по ней письменно неделю минимум, а может и месяц. Но сегодня Германия точно прозвучала вслух.

Кроме того, последнее время мы много меряем габариты мебели, размеры подоконников, расстояния от стен до розеток и т.п., готовясь к переезду в новую квартиру. Один ходит с рулеткой, диктует цифры, другая их наносит на общий план. Но ранее рулетка эта пылилась в кладовке лет пять минимум.

Еще я купил на днях сразу пять горшков для разросшихся цветов, и мы жарко спорили по телефону, какие именно размеры горшков нам нужны. Я ходил по большому магазину, мерил и слал снимки. Был убежден, что 20 сантиметров в ширину и 15 в высоту вполне достаточно для наших растений. Жена же настаивала, что в ширину нужно 30 и в высоту 20.

Но вообще говоря, обсуждение размеров чего бы то ни было в сантиметрах не являлось темой наших разговоров в месяцы предыдущие.

Мы не увлекаемся измерениями размеров моего хера или талии жены, и не являемся любителями перфораторного бурения стен. Для обсуждения всего остального нам было достаточно размеров одежды, обуви и великов, они обозначены другими буквами и цифрами. Так что сантиметров как таковых для нас долгое время не существовало - ни письменно, ни устно.

В письме они не появились у нас и в разгар нынешних промеров - достаточно было обмениваться снимками с чертежами, где размеры были указаны без пояснения, что это сантиметры, понятно и так. То, что нас вдруг заинтересовали именно сантиметры, понять можно было только на слух.

Так что сегодня был чистый случай - зайцы, Германия и сантиметры вдруг промелькнули в нашем устном разговоре почти одновременно, скорее всего впервые в жизни именно в этом причудливом сочетании.

И вот пожалуйста - теперь меня преследует реклама фигурок Господин Заяц высотой 13,3 сантиметра от ведущей фарфоровой фабрики Германии. А также полезные советы по радикальному увеличению длины члена, которыми ранее реклама не беспокоила.

И вот странность - размер отступа подоконника и радиатора от стены в новой квартире оказался 13,5 см, о чем я сообщил жене по телефону - нам нужно было решать, вместится ли шкаф между стеной и розеткой, или придется долбить стену, переносить розетку.

Накануне у нас была жаркая дискуссия при просмотре видео новой квартиры - я чисто на глаз оценил, что подоконник выступает не более чем на 10-12 см, жена же опасалась, что там все 15-20 см, и стало быть, шкаф не вместится. Я не выдержал, взял рулетку, съездил да померил на месте, о результате тут же сообщил - вместится!

Даже Оруэлл до такого не додумался, а жаль - получилась бы блестящая глава его романа. Несчастные люди будущего вынуждены сами покупать себе прослушку, которая всегда рядом, а недремлющий всемогущий робот жадно ловит каждое их слово. Пернешь - поступит реклама средств от несварения желудка. Реже стал орать в постели - попрут средства для повышения потенции.

Я еще застал людей старшего поколения, которые имели обычай иногда резко сворачивать беседу странной фразой - "это не телефонный разговор" и вешали трубку. Я относил это к моральной травме - многие из них или их близкие успели посидеть усилиями НКВД, МГБ, КГБ, кто-то лишился работы, кто-то партбилета, в общем товарищ майор вечно на проводе. В том же духе успело поработать и гестапо на оккупированных территориях, и в самой Германии.

Но мир, в котором повесить трубку больше не помогает, и каждый рад ее иметь всегда рядом - это реально дас ист фантастиш какой-то. Профессор Плейшнер даже не успел бы дойти до Цветочной улицы с сигнальным цветочным горшком в окне. Скрутили бы вскоре после того, как встал на лыжи. Характерный скрип лыж, геолокация - рядом со швейцарской границей, вектор движения - Швейцария. Этого было бы достаточно для современного искусственного интеллекта - засечь и тут же сообщить куда надо.

Особо умный профессор Плейшнер мог бы оставить телефон у себя дома. А робот гестапо зафиксировал бы подозрительную длительную тишину бытовых звуков. Или циклическую запись, отсутствие звонков и записей входа на работу. Геолокацию расчетов по банковской карте, тревожный вектор движения в сторону швейцарской границы.

Вот забавное пророчество - наличку однажды вообще запретят. Она мешает слежке.

Смартфон же при постоянном употреблении почти гарантированно гробит зрение, при гарнитуре - слух, способствует положительной динамике роста ДТП на дорогах, пешему движению в стиле зомби, опиумных и героиновых наркоманов, в том числе и прямо под колеса. При вручении младенцу вместо погремушки, чтобы не беспокоил своими криками и почемучками маму или няню - надежно пресекает эту часть человечества от дальнейшего размножения вплоть до полного истребления своими силами, точнее вдруг наступающим бессилием. Однако же, никто смартфоны не запретит. Они помогают слежке.

31

Спортивное ориентирование – весьма своеобразный, но довольно полезный вид спорта. В юношестве я им занимался года три, и группа из нашего школьного турклуба в начале 90-х считалась весьма сильной по Москве. Самым интересным было участие в соревнованиях, которые организовывали разные турклубы. Каждый из них делал это немного по-своему, но по большому счету все это была классическая беготня на время по контрольным пунктам (КП), которые представляли собой небольшие пирамидки на деревьях с карандашами разного цвета. Проходили соревнования обычно в лесопарках. Со временем и это перестало быть интересным, т.к. уровень участников повысился до безобразия.
Начались поиски новых форм.
Сначала были организованы соревнования на велосипедах в лесу. С учетом появления транспортных средств протяженность маршрута организаторы забабахали под 30 км с 15 КП. Было весело, но корней на тропинках было до фига, поэтому половина участников вернулась ободранными, а многие – не на, а под велосипедами. Формат не прижился, потому что велосипедов было жалко и были они не у всех.
Потом наш турклуб организовал «подземное» ориентирование: штук 20 КП (небольшие игрушки) были зарыты в разных точках на небольшую глубину и замаскированы. Чтобы их найти, надо было или очень четко привязываться на местности или производить вскрышные работы на большой площади. Для каждой команды были зарыты свои игрушки и надо было принести именно свой набор. Это тоже было весело, потому что по лесу шарахалась толпа школьников с лопатами, оставлявшая после себя перепаханные площади с какими-то траншеями глубиной до метра, хотя КП зарывали сантиметров на 10 от силы. Часть ненайденных КП не нашли потом даже мы, организаторы. Этот формат соревнований тоже не прижился, потому что несколько раз нам потом пришлось ездить на этот землекопный полигон и закапывать следы соревнований обратно.
Однако кульминацией «нетрадиционных форм» соревнований стали соревнования, проходившие в районе Истры на майских праздниках, по-моему, 1991 года. Чтобы придумать что-то новенькое, его инициаторы устроили «мозговой штурм». Что они там принимали для выкручивания мозговых извилин, история умалчивает, а сами они запомнили только результат. Он выразился в том, что, во-первых, соревнования проводятся ночью, во-вторых, КП на каждой точке имеет разные и неизвестные заранее форму и сущность, и, в-третьих, победитель будет определяться по лучшему времени только среди тех, кто идентифицирует все КП (которых сделали 20 штук) и вернется до восхода солнца.
Результат был фееричен! Из 24 (по-моему) команд 13 или 14 вернулись не до рассвета, а к обеду, не найдя даже половины КП. Две команды не вернулись вообще (как потом выяснилось, они озверели от попыток угадать, как может выглядеть КП, плюнули на все и уехали в Москву на последних электричках), за что потом получили от всех люлей, т.к. об отбытии у нас было принято предупреждать. Остальные вернулись до утра, тоже не найдя часть КП, но многие почти наощупь, потому что фонарики сели у всех, а глаза, как выяснилось, не могут раскрываться до бесконечности, ловя единичные фотоны. Только три команды нашли 19 КП, и только одна команда нашла ВСЕ контрольные пункты! Наша! Мы бегали вдвоем с товарищем Леней и были жестко настроены на успех, потому что за нас в лагере болели девчонки нашей тургруппы, которые поехали с нами. Таких девчонок больше ни у кого не было!
Девятнадцать КП мы нашли часов за 6, свернув себе все мозги в попытке угадать, что может быть КП с точки зрения устроителей. Камнем преткновения оказался КП 14. Никто из встреченных и опрошенных даже отдаленно не понимал, что им может быть. Местом его потенциального нахождения оказалось заросшее чахлыми березками болотце со стоячей водой поперечником метров 200-300, которое было окружено лесом. Что в нем могло быть КП действительно было совершенно непонятно. За час мы прочесали его наощупь, извазюкались в хлам, нашли на его окраине что-то большое и вонючее, которое оказалось павшей коровой. Команды, которые дошли до болота, ничего в нем не находили и в конце концов уходили. Для нас с Леней это был последний КП и его надо было найти во что бы то ни стало – нас ждали с победой! Мы нагнули все чахлые березки, которые росли на болотце, осматривая их кроны, бороздили болото, ища подводные неоднородности, и имели такой вид, что все болотные, водяные и лешие ушли из района поисков от греха подальше. Все было тщетно. Когда начал сереть рассвет, мы вышли на берег и окинули ставшее таким родным это проклятое болото.
- Давай рассуждать логически, - предложил Леня, - что этим уродам могло примерещиться в виде КП?
- Какая-нибудь неоднородность в болоте должна быть, иначе в принципе тут надо все перекапывать, это невозможно! – говорю я.
Мы оглядели наше болото в поисках какой-нибудь неоднородности...
- Корова! – хором сказали мы и помчались к ней.
Корова когда-то была черно-белой животинкой среднего размера. Что ее занесло в это болото, откуда, почему она тут сдохла – на ней не было написано. Сдохла она недавно, но была уже не очень опрятная и немного папахивала. При свете утренних сумерек мы задумчиво обошли ее, собрались переворачивать, и вдруг я заметил, что у нее из пасти торчит маленький кончик желтой веревочки! Леня разжал палкой пасть, я дернул за веревочку – вуаля, вот оно КП! Им оказался обычный пластмассовый школьный пенал, в котором лежала записка маркером: «Офигеть! Нашли!». Мы засунули пенал в пакет, прихватив с собой еще небольшой подарок, кинули в рюкзак и на рысях помчались в лагерь, потому что уже скоро должно было появиться солнце. В лагерь мы успели! Среди всеобщего уныния вернувшихся команд наше появление прошло незамеченным (еще одни неудачники явились), но, когда мы уверенно и гордо прошествовали к костру судей и вывалили там все найденные КП и их описания, народ оживился и начал подтягиваться. Судьи все посчитали, поводили носами и ласково спросили: «А где КП 14?!». «А вот он!» - гордо сказали мы и достали пенал, привязанный к половине коровьего хвоста, отгрызенного какой-то собакой накануне, но не утащенной ею. «Офигеть! Нашли!», - сказал главный судья, - «Это я такой КП придумал, думал, никто не найдет!». По итогам мы стали победителями.
Конечно, эти соревнования вошли в нашу тургрупную историю, пенал долго хранился в нашем клубе, а наши девчонки нами гордились и всем рассказывали: «Это они нашли КП в корове!». Что сделал главный судья с коровьим хвостом, который мы ему подарили на память – я не знаю...

32

Читая про ваше детство, школу, ваши магазинные полки, поездки на картошку и прочие сельхозработы.. Да, кстати, а ведь никто ни разу не упомянул что его отвлечение в совхоз прервало какой производственный цикл, или, научную струю, не побоюсь этого слова, что привело страну к разрухе. Прокатились, развеялись.
В Россию мы эмигрировали в далёком 1984-м году. В российскую деревню. Да, да, которая умирала. И это было даже немного истиной, ибо столько пустых домов и земли я раньше не встречал. Лично я ехал из интереса. Он до сих пор у меня сохранился. Я жил на Дальнем Востоке, жил, учился, а после служил в армии в Сибири. Это другое. Как и везде. Но вот центральная Россия, она была и есть для меня Америкой. И мы перебрались сюда.
…..В совхозе я выдержал почти год. Скучно стало. Полное равнодушие ко всему, что со стороны руководства, что со стороны трудящихся масс. И, оно бы и пусть с ними, но труд ведь должен вознаграждаться? А с этим было.. никак. Проявил было прыть - показал себя в деле. Пообещал директор пересмотреть мою зарплату: – обожди, вот как только посевная закончится.. вот сейчас сенокос завершим.. обожди чуток, зерно уберём.. картофель выкопаем..
Да, вопрос есть: - вас, шефскую помощь, кого волновал результат вашего труда? Ну хоть кто, хоть бы раз задумался что стало с вами убранной картошкой? А с капустой? Куда их дели?
Так я вам скажу – их сгноили. А что ещё может статься с овощем хранившимся в бурте под открытым небом всю осень, а потом зиму, а потом весну? А? Нет, хоть что-то да останется. На корм скоту. А вот почему бы не поблагодарить шефов за их помощь поставками в школьную, или рабочую столовую этих овощей что потом сгниют в бурте? – это даже не рассматривалось. «Экономика должна быть экономной»?
Ладно. Жить-то надо и я вернулся в транспорт. Устроился в автобазу мелиорации. Структура следующая; в Москве министерство, в областном центре главк, в райцентрах механизированный колонны которые и проводили эту самую мелиорацию по договорам с совхозами. Где нужно осушали, где надо обводняли. Моя задача возить им на объект трубы для закапывания.
Волка кормят ноги, шофёра рейсы. И тут случилась неувязочка; пока бригада приедет из райцентра на объект, пока раскачается, а уже пора и удочки сматывать. Рабочий день до шести вечера и время в пути в него входит. От того у меня в день рейс, редко два. А этого мало. И предложил я прорабу – я буду грузить труб побольше, а мы потом их раскидаем по рейсам. Прораб проникся. Ему это даже хорошо – случись непогода, в поле не только что гружёный камаз на затащить, порожний не вытащить. А так трубы уже на месте.
Приехал грузиться. Крановой кинул пачку. Я прошу – давай ещё? Загрузили. Тут мужичок какой-то – а ещё возьмёшь? – Возьму. .. - а ещё?
Оказалось это гл. инженер той базы. Загрузили мы трубы пирамидой.
Аккуратно до поля доехал. Ну да металл возить приходилось. Пару рейсов сделал, а по трубам, считай, три вышло. Уже интересно жить.
Первый звоночек прозвенел дня через три – заскулила учётчица. Её муж работал на таком же камазе.
- ты по многу грузишь. Это опасно. Так нельзя
- Мне надо заработать
- Нам с мужем всегда денег хватает..
Скулит и скулит. Я внимания не обращаю. Но, через ещё пару дней ко мне в автобазе подошли авторитетные ребята – Слышь, малый, ты по многу грузишь.
- Мне надо
- Нам плевать на твои надо. Мы не хотим что бы оно стало нашим.
Я к директору – шеф, как труд?
- О, отлично!
- шофёры волнуются что и их припашут так возить
- передай им, никого припахивать не стану. Хотят, пускай грузятся. Не желают, ну и не надо.
Я вышел, передал ответ. Шофёры мне в глаза посмотрели – ну-ну, мы тебя предупредили.
Недели две отработал. Приезжаю на очередную загрузку, грузят первоначальную пачку труб и, всё. – почему?
- запретили
- кто?
- там – и показывают на окно в кабинете.
Прихожу. Сидит кукла. Я ей – в чем дело?
- Я запрещаю.
- А кто ты?
- Я мастер по погрузке.
- Откуда взялась? Раньше ведь тебя не было
- Раньше не было, а теперь я здесь и я запрещаю.
Я к гл.инженеру. Тот спускается, дает команду грузить.
На моё счастье гл.инж. как запечный сверчок всегда на месте..
Ладно. Проходит отчетный период и при очередном моём появлении на погрузку требуют что бы я поднялся к гл.буху.
- Здрасте – здрасте. - Так, малый, трубы это металл, металл идёт в учётах первым классом груза. Да, они пустые и длинные, и мы оформляли их четвёртым классом. А так как ты возишь полный кузов, мы тебе теперь будем оформлять их первым классом. Иди грузись.
Доводилось слышать раньше, что резать расценки в России привычная игра конторских работников в борьбе за «рост производительности труда». Теперь убедился сам. Однако у меня бонус – за меня мехколонны, прорабы. Они, по сути и были последними в оплате транспорта. И про их выгоду я упоминал.
Я гружусь. Привожу на объект. Отдаю документы прорабу. Он выписывает мне свои вместо прежних.
Так прошло лето.
Уж небо осенью дышало..
В очередной раз меня посылают зайти к гл.буху. Зашел
- Значит так. Коли ты возишь. Мы будем ставить вопрос перед главком что бы так возили все.
- Тётя, сидите на попе. Я сам в главк поеду.
Не стал грузиться, развернулся и поехал в главк. Время было послеобеденное. Главного «главка» не было. Был его зам. Мужичок в «пинджаке и в галстуке».
Рассказал всё. Не утаивая. Всю эпопею. Прошу оставить меня в покое.
Мужичок посидел, покрутил карандаш.. – Не понимаю, но почему? Почему они не могут так возить как ты возишь?
- Не для того деды делали революцию что бы их внуки пахали.
- Но ты же пашешь? Значит, можно.
- Нельзя. Объясняю; если вы, завтра, заставите их так загрузиться. Будет следующее: мне набьют морду и я уволюсь. А их загрузят. И они сделают как в прошлый раз.. О прошлом том разе, о нём мне в курилке со смехом рассказывали сами шофёры когда я только устроился. Нужно было срочно перевезти куда-то какой-то груз. Не помню причины, но им это было не по сердцу. Но их загрузили и отправили. И они. Добравшись до трассы. Подъехали до первого же поста ГАИ и, к гаишникам – братцы, командиры, вы посмотрите что они твари делают! У меня рулевое болтается, а они меня в рейс выгнали
- а у меня тормоза шипят, шлангов нет, всё на скрутках..
- а у меня..
- а у меня..
Долго ли умеючи сделать машину не пригодной для эксплуатации. А гаишникам что, им рыбка сама в сеть пришла. Машины с дороги и за будку, рапорт по инстанции. Был шорох по верхам. Кого потом премии лишили, кому выговор по партийной линии.
- Нельзя их силой заставлять. Загрузятся они, выедут на трассу. Повзрывают колёса, там по задней тележке перегруз есть, бросят машины. И будет вам геморрой.
Мужик посидел, помолчал.. – Но ты же возишь
- Нет. Я тоже, не вожу. Прощайте.
Вышел, сел в машину и уехал. Заехал домой, написал заявление на увольнение. В автобазе как этого ждали, подписали сразу. Директора в те дни не было. Он уже после ко мне приезжал. Звал назад. Уверял, что всё утряс.
Но мы с братцем уже нашли и ремонтировали себе камаз
В одной конторе отправили машину в рейс. В дороге у неё полетел мотор. Пока водитель ездил за помощью, машину раскурочили по запчастям. И стоял камазик под забором в ожидании списания.
Мы обратились к директору – машину мы восстановим. Работу для него найдём. Нужна квартира.
Этот камаз мы восстановили и покатались по стране. От Новосибирска до Керчи
Так вы говорите что СССР сломался по причине низкой цены на нефть?
Ну-ну.. :-))

33

Особенности работы на удаленке в доинтернетовский период

Было это в крупном городе примерно во времена, когда уходил/ушел Брежнев.

Случайно встретился со знакомой по студенчеству, уехавшей в другой город. На вопрос, как поживает, бодро-энергично ответила, что хорошо. И что ее тамошняя подруга устроилась вообще замечательно. Подруга эта проживала в квартире, выходящей на большой пустырь. И вот на этом пустыре началась движуха, вылившаяся в стройку с зэками. Возведенный высокий деревянный забор стройки не достигал балкона подруги.
Как-то раз подруга после принятия ванны привычно вышла на балкон к сушилке в неглиже (Видать, на расслабоне от ванны упустила из внимания смену обстановки).
Через некоторое время, выйдя на балкон уже одетой, заметила там на полу скомканную бумажку. Оказалось, это была не просто бумажка. В нее были завернуты камушек и денежка. А на бумажке были написаны дата и время. И больше ничего там не было. Подруга, подумав-подумав, вышла в указанное время и показала стриптиз. Стройка была в полной тишине. Ни возгласов, ни улюлюканья, ни свиста, ни аплодисментов. Ни даже жестов каких-либо.
Впоследствии такое взаимодействие неоднократно повторялось.

Рассказав это, моя знакомая с оттенком мечтательности высказалась в том духе, что как хорошо может иногда повезти некоторым в жизни!
А ведь действительно, работа на удаленке, на свежем воздухе и в то же время не выходя из дома, творческая, без начальнического самодурства, аванс 100%, с доставкой зарплаты почти на дом (на балкон), без вычета налогов, и никто словом-жестом не обидит, и несомненно, чувствуешь себя желанной женщиной. Плюс моральное удовлетворение от несомненной востребованности твоего труда.

До сих пор не знаю, был ли это уникальный случай или распространенный.

В жизни мне довелось лишь один раз наблюдать сверху из офисного здания стройку с зэками. Охрана работала как часы, с собаками (породистые крупные овчарки с великолепным, с черным отливом мехом), бегающими между двумя заборамии, и, кроме того, проверяющими каждый транспорт. Как это можно совместить с культмассовыми мероприятиями, не представляю.

34

Навеяло историей Семена как японцы экскаватор собирали.
1979г., огромный хим.комбинат. Монтируем здоровенную турбину - сжиженный газ делать. Рядом, в том же цехе, японцы шефмонтажем ставят свою, точно такую же, почти до винтика. Кто не знает - шефмонтаж это свое изделие привез, сам смонтировал, сам в эксплуатацию сдал. В те времена не то что работать рядом с японцем, а вообще увидеть его у нас в Сибири - все равно что жирафа на улице встретить. Привозили их на комбинат на автобусе, все в оранжевых комбинезонах, белых касках и белых же нитяных перчатках. У каждого на поясе просто роскошная инструменталка. Почти 50лет прошло, до сих пор помню, какой это вынос мозга был - как они работали. Ну я то молод был, а мужики, отработавшие лет по двадцать, вообще чуть не "двинулись" от этой картины. Никто не курит, от слова "вообще". Два раза за смену все вместе пьют чай из термоса, минут по десять. Во время работы практически вообще ничего от них не слышно, не разговаривают, каждый ползает по турбине и что-то свое крутит. Но что добило нас - в конце смены мы все грязные как свиньи идем в мойку, они у каждого ладони перчаток грязные и немного колени - локти, садятся в автобус и уезжают. Все!!! Потом они пропали, нет и нет. Через пару дней спрашиваем у начальства - где соседи? А они работу закончили, турбину сдали и уехали. А у нас работы еще недели на две. Турбины, повторюсь, одинаковые. Вот так.

35

Светлой памяти моего папы

Сегодняшней историей про картошку (https://www.anekdot.ru/id/1306632/) - вспомнился рассказ отца (он рано ушёл, до пенсии даже не дожил).

Папа был весёлый и жизнерадостный человек. У моей мамы - сестра - моя тётя, на пару лет различаются с моей мамой по возрасту. - Папа с мамой женились через год после свадьбы старшей дочери (тёти моей) - папа с мужем сестры моей мамы очень быстро сдружились - тем более былии тоже одного примерно возраста - и оба - только что (ну - пара лет) отслужили срочку, при чём - в одном регионе, - так что - почти братья!

Это всё преамбула была.

Папа рассказал мне эту историю - когда мне уже 25 лет было - выпивали на семейном празднике, вот он расслабился и разоткровенчился (а вообще он меня в строгости воспитывал).

Поехали они с шурином (я так мужа моей тёти буду звать) - сажать картошку!!!

Отец мой - водитель - он работал на бортовом "Урале" - договорился с начальством, в те времена (1970-е) - это было просто - без денег, услуга за услугу, - вобщем ему разрешили машину использовать, путёвку выписали.

Вобщем - картошку загрузили в кузов, жёны их отправили, дали денег на продукты - и они на три дня в пятницу поехали в деревню сажать картошку! (в деревне был дом, общий для наших семей, при нём участок на - пол-гектара - мы там для всех семей наших картошку садили).

Ребята молодые, весёлые - в кой-то веки вдвоём вырвались на свободу, по весне и с деньгами!

Они закупились водки - приехали в деревню, - и три дня - квасили!

Вопрос стал - а что делать с картошкой - что была в кузове машины - вывалили в ближайший овраг!

Каково же было приятное удивление - когда по осени поехали всеми семьями копать якобы - "посаженную" картошку - она выросла!!!

Как оказалось - глубоко невыкопанная кортошка прошлых лет - дала всходы! да такие - что никто и не понял, что два друга ничего и не садили!

Вот такая картошка!

36

Сосед мой по даче, допустим Геннадий Иннокентьевич (ключи к подлинному имени разбросаны в тексте), знаменит на всю округу прежде всего тем, что сгноил в своем дачном гараже новехонькую Волгу.

Она была его мечтой с детства. Копил на нее всю жизнь, как Луковица из сказки про Чиполлино строил дом, откладывая каждый год по кирпичику. Но очередь на получение Волги подзатянулась до 1991, а сам Геннадий Иннокентьевич за это время слегка поднялся и полюбил иномарки. Пытался пару раз проехать и на детской мечте, но там что-то дребезжало, не фурычило и требовало доводки по мелочи. Ну и не стал заморачиваться, запер Волгу в дальнем гараже на черный день. Однажды он настал. Вскоре после черного вторника 2008 года Геннадий Иннокентьевич продал все свои активы, решил успокоиться на пенсии и дорихтовать наконец любимую Волгу. Открыл гараж, и - то, что он увидел там, не подлежало восстановлению. Волга сгнила вся, заживо. Возможно без всякой связи с этим открытием, его в тот же час разбил инсульт.

Все уже мысленно распрощались с Геннадием Иннокентьевичем. За последующие годы он как-то выкарабкался из паралича и потери речи, научился передвигаться странной походкой, от одного взгляда на которую всем было ясно - не жилец он на этом свете.

С каждым годом гасли силы Геннадия Иннокентьевича. Чах на глазах, но всё так же выходил и приветствовал, когда был на даче, всё более шаркающей походкой. Следы последних встреч с ним в моей памяти теряются где-то на 2015.

Но вот настала пандемия, летом 2020 зашла к нам его дочь в черном и сообщила, что Геннадий Иннокентьевич умер. Ну, помянули. Я молча удивился, что он протянул так долго.

Я редко заезжаю на дачу. Когда приехал в августе 2021, чуть не поседел - навстречу вышел Геннадий Иннокентьевич собственной персоной, приветливо махая нам костлявой рукой. Мы собирались тогда большой компанией на любимый пруд его детства под названием Алмазный. Как тут без него обойтись. Как-то доковылял, подсел и поехал с нами. Погода выдалась холодная, никто не решился сунуться в воду. Кроме самого Геннадия Иннокентьевича. Он лихо плавал где-то с полчаса, пока мы насилу не уговорили его вернуться, продрогнув до костей.

Отправившись от первоначального шока, я спросил тогда жену, а что он там делает в этом пруду, когда еще в прошлом его помянули добрым словом все соседи.

Оказалось, что это такой развесистый род, в каждой ветви которого свята семейная традиция - если довелось тебе родиться Геннадием, первородца своего нареки Иннокентием. Ну и наоборот. Там почти все мужики либо Геннадии Иннокеньевичи, либо сами догадайтесь кто. И вот один из них действительно умер летом 2020.

С 2021 года я бережно уточняю при пересказе женой телефонных новостей, а о каком конкретно представителе этой династии идет речь. Сейчас мне знакомый Геннадий Иннокеньевич чахнет по-прежнему на глазах, как и предыдущие лет сорок. Но ум его восстановился настолько, что он разрешил наконец снести свой старый гараж со сгнившей к 2008 году Волгой, произведенной в 1991. На этом месте весной 2022 года он собирается посадить картошку.

37

Станислав Говорухин, сам того не поняв, стал одним из творцов "беспредела 90х" и того морального состояния общества, в котором мы живем сейчас.

Его фильм "Место встречи изменить нельзя" исказил главный смысл книги, по которой он был снят. В романе братьев Вайнеров "Эра милосердия" раскрывается основной конфликт двух главных героев, почти ровесников: Шарапова и Жеглова. Шарапов считает, что надо жить и служить по закону, а Жеглов - по справедливости, забыв, что у каждого справедливость своя.
Разумеется, гениальный Высоцкий переиграл в кадре молодого Конкина и диалог поменял смысл на противоположный. Знаменитая фраза Жеглова "Вор должен сидеть в тюрьме" в корне порочна. Братья Вайнеры, служившие следователями в советской милиции считали, что обвиняемый должен предстать перед судом.

Эстафету "справедливости" подхватили и продолжили другие книги, фильмы и сериалы постсоветской России. Вспомнить хотя бы балабановский "Брат" и "Брат 2" и сериал "Менты" с песней "Прорвемся, опера!" Там есть строчка: "Пусть не по правилам игра", прямо указывающая на то, что ради понимания субъективной справедливости конкретным опером можно и не по правилам сыграть в данном уголовном деле.
Увы, понятие справедливости стало преобладающим над понятием законности. В Закон никто не верит и почти никто его не знает. Все понимают, что решать будут не по Закону, а, в лучшем случае, по понятиям или по чьей-то субъективной справедливости. В законотворчестве народ не участвует. Уже несколько десятилетий слова: народный депутат, демократия, выборы, либеральные ценности, стали ругательствами или осмеяны. И как результат, нет ни закона не справедливости. Говорухин же, сняв свой "Ворошиловский стрелок", закольцевал проблему, им же самим и созданную.

38

Как советским солдатам удалось продержаться 49 дней, когда их баржу унесло в океан?

Весной 1960 года авианосец «Кирсардж» спас людей с маленькой баржи. Американцы заметили прямо посреди океана небольшое судно, в котором обнаружили четверых солдат советской армии, изможденных до всех мыслимых пределов. Им удалось выжить только потому, что у них были кожаные ремни, кирзовые сапоги и вода, которую они брали из системы охлаждения двигателя.

В экипаже баржи было 4 человека. Когда прежний состав уволили в запас, два месяца судном «заведовал» только один человек – Асхат Зиганшин, который нес службу в звании младшего сержанта. Затем учебное подразделение прислало двух мотористов. Ими были рядовые Филипп Поплавский и Анатолий Крючковский. Все три солдата служили уже второй год, но потом стройный коллектив «бывалых» разбавили первогодком – рядовым Иваном Федотовым.

Баржа Т-36 была не флотским плавательным средством, а армейским. Еще в конце 1959 года держалась устойчивая непогода, поэтому все баржи решили вытащить на берег. Когда весь остров ждал прибытия корабля, который должен был привезти мясо, разгружать его отправили Т-36. Любая баржа обязательно комплектуется НЗ, причем неприкосновенного продовольственного запаса должно хватать на десять суток. Но в этот раз Т-36 ушла без пайков, поскольку военнослужащих перебазировали в казармы несколько месяцев назад.

Трагическое происшествие случилось 17 января. В тот день порывистый ветер сметал все на своем пути, поэтому пришвартованную баржу сорвало и унесло в океан. Скорость происходящего была настолько головокружительной, а природная сила – настолько неодолимой, что экипажу не удалось совладать со стихией.

Когда шторм закончился, Т-36 принялись искать. Найти удалось только спасательные круги и обломки судна (по словам Зиганшина, «на берег выбросило спасательный круг и разбитый ящик из-под угля с бортовым номером „Т-36“»). Командование расценило страшные находки самым очевидным образом: баржа почила в недрах океана вместе с несчастным экипажем. И уж совсем никто не мог предположить, что искать Т-36 стоит за сотни км от места, где судно сорвалось со швартовов. Родным пропавших в открытом океане отправили сообщение, что те пропали без вести. Наблюдение за жильем солдат, однако, решили все же установить: на случай, если они окажутся прозаичными дезертирами. Пока драгоценное время утекало сквозь пальцы, четверо молодых ребят с борта Т-36 безнадежно дрейфовали в Тихом океане.

Их положение было почти безвыходным: топливо подошло к концу, рацию повредил сильный ливень, а в трюме баржи заметили пробоину (судно столкнулось со скалой), которую экипаж смог частично залатать, прижав к ней доску при помощи домкрата.

Учитывая, что баржа не годилась для дальних странствий, дела солдат были совсем плохи. К счастью, на Т-36 нашлась буханка хлеба, две банки тушенки, пригоршня крупы и немного картофеля, который рассыпался при непогоде прямо в лужицу натекшего мазута. С водой не повезло еще больше — шторм полностью перевернул бачок. Проведя ревизию, служивые обнаружили печку-буржуйку, совершенно промокшие спички и «Беломор».

Без надежды на спасение (дрейф баржи Т 36)

Хотя положение несчастных было плачевным, ситуацию усугубила еще одна печальная находка. Зиганшину удалось найти в рубке газету. Она была свежей, но радоваться долго не пришлось: в одной из статей говорилось, что как раз в их квадрате с учебной целью будут проводиться ракетные пуски. Место, в котором находилась баржа, было объявлено как небезопасное, то есть вплоть до завершения ракетных испытаний в нем не пройдет ни одно судно…

Четверка хорошо осознавала свое положение и начала основательно готовиться к предстоящим трудностям. Кроме пресной воды, которую нашли в системе охлаждения двигателя, решили при первой возможности набрать и дождевой. Ели похлебку, которую готовили из тушенки, картошки, жутко отдававшей мазутом, и мизерного количества крупы. Питаясь таким скудным образом, экипаж должен был не только поддерживать свой моральный дух, но и прилагать физические усилия для откачки воды, виной которой была пробоина.

Спать было холодно. Чтобы согреться, служивые соорудили кровать из того, что оказалось под рукой, и спали, прижавшись друг к другу. Так прошло несколько недель. Запасы продуктов и воды неумолимо таяли, и в один из дней было принято решение варить солдатские ремни. Когда и этот жуткий «суп» был съеден, сварили ремень от рации. Потом пришла очередь сапог и даже кожи с гармони, которая тоже оказалась счастливой находкой на Т-36. А вот с водой было совсем туго: за сутки каждый мог позволить себе всего 1 глоток…

Голод, жажда и неопределенность положения сделали свое мрачное дело: члены экипажа начали видеть галлюцинации и страдать от необъяснимых приступов страха. Хотя ребята старались успокаивать и поддерживать друг друга, их психические силы иссякали вслед за физическими. Уже потом, когда их спасли, они вспоминали, что в продолжении всего кошмарного дрейфа они ни разу не повздорили между собой. Даже перед лицом голодной смерти каждый сохранил свое достоинство и человечность. Среди друзей был уговор: тот, кто останется в живых последним, должен написать записку о том, что произошло.

Восхищение спасателей

Не раз на горизонте перед глазами несчастных показывалось судно, но оно проходило мимо, не замечая посылаемые сигналы. И только 7 марта 1960 года, в самый счастливый для четверки день, американский вертолет спустил на Т-36 лестницу. Хотя у солдат совсем не оставалось сил, сохраняя военную дисциплину, они отказались покинуть баржу. Американцы убедили истощенных членов экипажа принять помощь, и они поднялись на иностранный борт.

Молодые люди знали, что после долгого голодания набрасываться на пищу не стоит, хотя моряки с «Кирсарджа» предлагали им массу угощений, да и вообще искренне стремились компенсировать пострадавшим пережитые лишения. Американцы были очень удивлены тем, что в таком молодом возрасте советские солдаты проявляют невиданную стойкость и крепость духа.

Прямо на авианосце великолепная четверка дала небольшую пресс-конференцию, и вскоре об этой истории узнал весь мир. Чтобы встретить экипаж Т-36 в Сан-Франциско, приехали сотрудники генерального консульства СССР. Хрущев приветствовал выживших телеграммой.

Когда советские робинзоны вернулись домой, их встретили как космонавтов. Москва пестрела плакатами «Слава отважным сынам нашей Родины». В течение нескольких недель экипаж Т-36 рассказывал о своих приключениях на встречах и приемах.

Как сложилась судьба участников дрейфа баржи — Т 36

Когда ребят отправили на курорт в Гурзуф, чтобы они могли восстановить силы, они получили предложение учиться в мореходном училище. Трое из них навсегда связали свою жизнь с флотом.

Асхат Зиганшин был родом из поселка Шентала Куйбышевской области (ныне Самарская область), по национальности — татарин. После окончания мореходного училища поступил механиком в аварийно-спасательный отряд в городе Ломоносове под Ленинградом. Работал на разных судах, сначала с пожарными, затем с водолазами. Женился, воспитал двух дочерей. Выйдя на пенсию, поселился в Петербурге. Ушел из жизни 20 июня 2017 года.

Иван Федотов — русский, из села Богородское Хабаровского края. Окончив Благовещенское речное училище, получил диплом судового механика. Всю жизнь проработал речником. Его не стало в 2000 году (по некоторым источникам 1999 г.).

Анатолий Крючковский и Филипп Поплавский — украинцы. Крючковский из поселка Турбов Винницкой области, а Поплавский — из поселка Чемеровцы Хмельницкой области.

Филипп Поплавский поселился под Ленинградом, после окончания училища работал на больших морских судах, ходил в заграничные плавания. Скончался в 2001 году.

Анатолий Крючковский много лет проработал заместителем главного механика на киевском заводе «Ленинская кузница». В январе 2019 года отметил 80-летие.

В 1962 году о героях был снят фильм «49 дней». Однако, на данный момент он так и не оцифрован, поэтому его нет в интернете. Но, ниже вы можете найти документальный фильм «Их могли не спасти. Узники Курильского квадрата», а также передачу «Сильнее океана» (1960 год) с участием героев данной истории.

39

СНЕЖОК

Леночка возвращалась с обеденного перерыва сытая и добрая. До весны по-прежнему было ещё далеко, но с неба тихонько падал пушистый снежок, а результаты вчерашней жёсткой метели уже сгрёб с дороги урчащий в конце улицы трактор. Сугробы стали выше и превратились в не очень белые брустверы из снега и льда. У пешеходного перехода Леночка замедлила шаг и чуть не наступила на комок снега, внезапно отскочивший от сугроба прямо ей под ноги.
- Ой!- сказала Леночка. – Ты кто?
Снег оценивающе посмотрел на нее снизу вверх и оказался шпицем.
- Ты чей? – спросила Леночка. – Ты потерялся?
Шпиц презрительно промолчал и полез Леночке на ботинок. Он являл собой целый мир, цельный и гармоничный, и потерять себя не мог по определению. Проблемы потерявшихся с другого конца поводка двуногих его не волновали. Просто лапки мёрзнут.
Леночка завертела головой, но потерявшихся людей не обнаружила. Шпиц топтался на ее ноге и соскальзывал, четыре лапки не помещались на одном ботиночке 36-го размера.
- Ну и что мы будем делать? – Леночка подняла собаку и стала осторожно засовывать себе под куртку.
- Сиди тихо, Снежок, нам ещё мимо вахты идти.
Новоявленный Снежок ничего против не имел.

В 402-й комнате, где в рабочее время жили Леночка и её сотрудники, появление гостя встретили с энтузиазмом.
Уборщица тётя Валя сказала: – Коробку ему надо с тряпкой. И водички ему налейте!
Тётя Валя в 402-й считалась знатным кинологом: она жила в частном доме, и её владения охранял здоровенный свалявшийся кабыздох.
Старший специалист Валерий Андреевич вытащил из мусорки под столом пластиковое корытце и отправился к крану, помыть и налить воды.
IT-шник Володя уже тащил из кладовки корпус от старого компа, приговаривая: «Хлам собираешь, хлам собираешь… Вот же, пригодилось!» - и требовал тряпку помягче.
Снежку здесь определенно нравилось. Он попробовал печеньку и кусок сыра, посидел на ручках у всех желающих, скептически отнёсся к пахнущей пылью железной коробке с тряпкой и отправился спать в кресло у окна. Во сне он сопел и был ещё более милым.
На повестку дня встал вопрос о розыске пропавшего хозяина.
Валерий Андреевич предложил дать объявление в «бегущую строку» на местное ТВ, но никто кроме тёти Вали его не понял.
Было решено запоститься в ВК, и на сайте местных собаколюбов, и ещё где-нибудь с пометкой «максимальный репост!». Текст был составлен, фотография спящего Снежка прикреплена, Володя уселся подбирать нужные сайты, но Юлия спросила: – Вы с ума сошли?
– Это же померанский шпиц! Он стоит знаете сколько! – и взмахнула рукой, показывая, сколько именно стоит померанский шпиц.
– А вдруг его заберут мошенники и пустят, – Юлия почти сказала «на органы», но осеклась – на продажу?!
Текст переписали, фото открепили. Были разработаны тестовые вопросы, например, «Какого цвета ошейник на собаке?» (Ошейник был красным, но под густой белой шерстью его было не видно).
Сошлись в одном: своего человека Снежок обязательно узнает. Наверное.

Леночка надеялась, что никто не откликнется и Снежка можно будет оставить себе, но не вышло. Уже через полчаса позвонила вежливая девушка Кристина, сообщила, что они живут тут рядом, во дворах старого центра, и что беглеца зовут по паспорту Зиновий фон Хайгарден, в просторечьи Зяма.

Встретить Кристину и убедить вахтёра её пропустить отрядили Валерия Андреевича, как самого взрослого и солидного. Таскаться туда-сюда не хотелось, он пытался отговориться возрастом, давлением и несварением желудка, но девчонки защебетали, насели и вытолкнули его за дверь.
Высокие лестницы старинного здания за годы службы надоели экономисту до чёртиков, он не выходил даже на обед и довольствовался заваренной кипятком лапшой в коробочке (Юлия называла её «одноразовой» и морщила нос).
На последней ступеньке он споткнулся, выругался и ввалился в холл.
У турникета сразу за краем истоптанного ковра стояла очень, очень красивая девушка в белой шубке.
– Кристина?
Девушка улыбнулась.
Она смотрела Валерию Андреевичу в лицо, как смотрит на человека синее весеннее небо – заставляя расправить плечи, подтверждая, что тебе принадлежит весь мир. Мужчина немножко забыл, как дышать, а потом вспомнил – совсем не так, как он это делал последние чёрт знает сколько лет. Протянул руку и хрипло сказал: «Я Валерий. Пойдемте со мной».
Он шёл рядом с Кристиной вверх по широкой лестнице, мрамор ступеней тихо звенел под её каблучками, шубка её пахла духами и свежим снегом. Тяжёлые портьеры плыли алыми парусами. «Несбывшееся зовёт нас», - неслышно прошептал кто-то наверху, в хрустале, и засмеялся.

Уже взявшись за ручку двери, Валерий Андреевич вспомнил о самом важном и спросил: «А он Вас узнает?» Кристина коротко кивнула, сказала: «Узнает!» – и жестом героя классических вестернов выхватила из сумочки… нет, не Смит-и-Вессон, а синюю плюшевую Мышь, изрядно замызганную. Так, с Мышью наизготовку, они и шагнули в 402-ю.
И он узнал! Зиновий фон Хайгарден рванулся к Мыши с восторгом разлучённого в детстве индийского близнеца. Он обнимал её, целовал и пел ей песни. Он всхлипывал и хрюкал. Он жаловался ей, как грустно и страшно было ему тут одному. Он выговаривал ей за то, что она его покинула, и радовался, что она всё-таки вернулась.
Тётя Валя прослезилась. Леночка придвинулась к Володе и тихонько взяла его за руку. Кристина взирала на всё это безобразие с благодушным умилением.

Они уходили в сумерки – Кристина, Зиновий фон Хайгарден и Мышь – и снег засыпал их следы. К счастью, в старинном особняке были большие окна, и все обитатели 402-й поместились у подоконников, провожая.
Кристина обернулась и помахала рукой.

40

Выношу на ваш суд рассказ. Все события и персонажи вымышленные, совпадения случайны.
В самом конце прошлого века отбывал срок в одной из колоний строгого режима Никита Лунев, ну или просто Луня. Было ему лет 35, сидел четвертый раз и все время за наркотики. Был Луня наркоман, как говорят, конченный. Ничего святого в жизни не было, так как "святых" там вынесли с момента первой пробы наркотиков. Да и какая жизнь может быть у наркомана? Разве можно назвать жизнью вечный поиск "кайфа"? Ведь по логике Никиты, жизнь без кайфа - это "вторяк". Родители давно плюнули на сынка и даже радовались, когда Луня попадал в тюрьму. Во-первых, он их не доставал, и старики могли несколько лет жить спокойно. А во-вторых, тюрьма спасала Никите жизнь, как реабилитационный центр.

Была на воле у Луни женщина, которая как-то терпела "любимого", даже ждала. Никита очень нежно отзывался о ней. Всем рассказывал, что его Светка - баба хорошая, трое детей у нее, от троих мужиков, ну выпивает иногда. Правда, прав родительских ее лишили, но женщина хорошая. Смеялись арестанты с этих рассказов. Ну Луня, он и есть Луня.

Сидел Никита тихо и незаметно, эдаким чемоданом - где положили, там и лежит. Пока ломка закончится, пока на баланде щеки наест, так уже и освобождаться пора. Передачек ему никто не передавал и посылок не слал, так как родителям было все равно, что с сыночком, а с любимой что взять? Только детей, да и тех государство в детский дом определило. Свои лимиты на передачки и посылки он отдавал другим, хоть что-то имея с этого.

В последние дни января получил Никита письмо от приятеля детства по имени Иван, который, узнав, что тот сидит, захотел помочь ему. И решил Иван сделать Луне передачу, ну и спрашивал в письме, что и как сделать нужно. Луня обрадовался, тем более, что в начале марта у него было день рождения. Написал этому приятелю ответ, все объяснил и попросил зайти к Светке, чтобы тоже что-то передала, все-таки страдает в тюрьме любимый. И написал Никита, чтобы передачу сделали не на него, а на другого, так как свои лимиты на передачки Луня уже отдал.

Когда Светка узнала, что кто-то готов сделать передачку Никите, то она сказала об этом друзьям Луни, таким же наркоманам. И решили эти друзья сделать свой, наркоманский подарок арестанту. Где-то нашли несколько банок малинового варенья, каких-то галлюциногенных таблеток и все это смешали с вареньем. И вот этот "набор юного наркомана", вместе с чаем, сигаретами и продуктами и повез Иван в колонию. Ну и так получилось, что передавал он как раз седьмого марта.

Передачу делали на Витю Гнома. Он был не то чтобы друг Лунин, так, приятель. Гномом его прозвали за невысокий рост, был он мелкий воришка, который постоянно сидел за какие-то кражи с садовых участков. Пообещал ему Никита, что поделится передачей, вот и согласился Гном.

Пришел Витя получать передачу, а выдавала ее сотрудница по имени Анна, как ее звали арестанты Анька - Веселушка. Была она лет тридцати, работала в колонии почти десять лет, вечно веселая деваха. Все время у нее шуточки и прибауточки, глазки всем строила. Вот и сегодня у нее настроение было хорошее, так как начальник обещал завтра всем женщинам сделать выходной.

- О, Гном, - весело прощебетала Анька, увидев Витю, - а кто это тебе передачки передает?

- Да это не мое, это другому передали, - ответил Гном, - просто на меня.

- Ну ясно, - не могла угомониться сотрудница, - просто смотрю варенья много, подумала, что это ты на воле украл малины кучу, вот подельники твою долю тебе и возвращают.

- Не, я малину не крал, - смутился Витя, - я больше металл таскал.

- Если честно, то мне пофиг, что ты там таскал, - сказала Анна, - но вот в банках пропустить не могу. Тару принес, куда переливать будем?

- Так я не знал, что тара нужна, - разволновался Гном, - может как-то решим, а Анюта?

- О как, сразу Анюта, - передразнила сотрудница Витю, - решим, говоришь? А замуж возьмешь? Хотя, зачем ты мне нужен? Ты же из тюрьмы не вылезаешь, жених... Ладно, как решать будем?

- А давай так, - предложил Гном, - ну возьми себе банку одну, чай попьешь и еще что-нибудь, типа, с праздником. Остальное я в зону заберу, там перельем куда-нибудь, а банки разобьем, чтобы тебя не подставлять. Хорошо, Ань?

- Ох, Гном, толкаешь ты меня на должностное преступление, ну ладно, - смилостивилась королева передач и посылок, - я пару банок возьму, вечером чай попьем в честь праздника, все равно их у тебя тут пять штук. Но это первый и последний раз, понял?

- Понял, понял, - закивал головой Гном и начал быстро складывать все в сумку, боясь, что Анна передумает.

В тот день ответственным был сам начальник колонии подполковник Костенко Анатолий Петрович. Перед окончанием рабочего дня он предупредил дежурных оперов, что поедет домой ужинать, а к отбою вернется. Выходя из зоны, поздравил Анну, пожелал ей хороших выходных и уехал.

Вечером к концу рабочего дня Аню пришли поздравить двое оперов. Она заварила чай, выложила на стол печенье, конфеты и варенье. Поздравили, попили чая с вареньем.

Когда начальник приехал вечером, то первое, что он увидел, были опера, которые ползали на коленях перед забором и что-то рассматривали в темноте.

- Вы что делаете? - спросил подполковник.

- Следы ищем, - дружно ответили оперативники, - он только что тут был.

- Кто тут был? - не понял начальник.

- Ну он, сбежал который, - сказал один из оперов.

- Кто сбежал, - опешил Костенко, - из зеков кто-то?

- Да нет, мужик какой-то, - успокоил второй опер, - сквозь забор прошел, гад.

- А ну дыхни, - рявкнул начальник на него, - какой мужик? Ты выпил, что ли, на службе?

- Никак нет, товарищ подполковник, не пил, - бодро ответил оперативник и дыхнул, - мы у Аньки чай пили, потом вышли покурить, а он сквозь забор и прошел.

- Я сейчас вернусь, - сказал Костенко и пошел в кабинет к Веселушке.

Анна сидела за столом с остатками чаепития и тупо смотрела в стену.

- Аня, у тебя все хорошо? - участливо спросил начальник.

- Хорошо, товарищ подполковник, - ответила девушка, - кино интересное. Присаживайтесь, посмотрим.

- Какое кино, Аня? - Костенко не мог ничего понять, - Точно все хорошо?

- Я же говорю, что хорошо, - раздраженно ответила Аня, - не мешайте, дайте досмотреть.

Анатолий Петрович понял, что с ней, как и оперативниками, что-то странное происходит. Он зашел в зону и пошел в свой кабинет, откуда позвонил в дежурку и спросил у дежурного помощника начальника колонии, все ли нормально в зоне. ДПНК ответил, что все почти нормально, только два клоуна - Луня и Гном обожрались какой-то отравы, и их теперь откачивают в санчасти.

- Как обожрались? - Костенко начал о чем-то догадываться, - Чего?

- Я не знаю, товарищ подполковник, - начал объяснять ДПНК, - контролер зашел в барак, а там Гном гвозди с пола собирает, а Луня с Брежневым разговаривает.

- Какие гвозди, какой Брежнев? - прокричал начальник.

- Да никакие, галлюцинации у обоих, - успокоил его ДПНК, - стукачи сказали, что Луне сегодня передачку сделали на Гнома, наверное, что-то в ней и было. Вот и нажрались, идиоты.

Теперь подполковник все понял. Хорошо, что хоть так обошлось.

- Давай, возьми пару контролеров и беги за Веселушкой, она у себя. И еще, там опера за зоной ползают, их тоже забирай и тащи в санчасть, - распорядился начальник, - наверное Анька что-то из передачки взяла. Ее там тоже с операми "плющит". Пусть их лепила за компанию с этими дуриками откачивает.

Ночь в санчасти прошла весело. Луня о чем-то спорил с Брежневым, Гном жалел о том, сколько гвоздей на полу валяется, это же куча металла, который можно сдать и деньги пропить. Анна просто смотрела фильм, который "показывали" прям на белой стене, а опера так и не пришли к единому мнению, кто же это вышел сквозь забор.

История закончилась благополучно. Всех пятерых откачали. После санчасти Луню и Гнома закрыли в ШИЗО, где они восстанавливали силы. После этого Гном перестал общаться с Никитой и всем жаловался, что Луня, сволочь, чуть не отравил его. Анна, как и прежде, работает на передачах, но теперь ничего не берет себе и "шмонает" более тщательно. Опера продолжают нести службу. Все получили хороший урок.

И только приятель Луни так и не узнал, что рисковал многим, передавая варенье.

41

Об относительности мировосприятия

Почти 10 лет назад довелось мне работать на арктических островах со студенткой. Отношения были чисто рабочие - это предупреждение для тех, кто читает в надежде на клубничку. Полтора месяца мы бродили в грязище вдоль побережья, копали ее и тонули в ней же, мерзли и мокли в море и под дождями со снеговыми зарядами. За все это время не видели ни одного человека, зато живности кругом хватало: песцы, лемминги, чайки, белухи и прочая живность. Студентка все ждала белого медведя, но было непонятно: хочет она его увидеть, чтобы увидеть, или чтобы как следует испугаться и понять, каково это – испугаться по-настоящему. Ружье у меня с собой было, но иллюзий на его счет я не имел: чтобы завалить белого медведя в ближнем бою из двустволки надо иметь очень большой блат у Бога или взвод боевых ангелов, однако ни того ни другого у меня не было. Но время шло, а медведи обходили нас стороной...

В середине августа море очистилось ото льда совсем, и мы начали вдольбереговые маршруты на надувной лодке. Чтобы не таскать с собой лишнее барахло, палатку оставили в базовом лагере, а жили в маршрутах в лодке, под тентом. Лодку на берег вытаскиваешь, барахло из нее вдоль бортов снаружи ставишь – и получаешь квартиру размером 1.1 на 3.5 м, хорошая однушка на двоих:) В спальниках на надувном днище – одно удовольствие! В тенте были прозрачные вставки-окошки, так что светло и все видно.
Как-то после шторма, немного промокнув, вытащились на берег меж двух холмов, организовали пространство, поели и залегли спать. Ружье я всегда клал заряженным на надувной борт лодки, так что моя готовность к отражению неожиданностей складывалась из времени на то, чтобы проснуться, и чтобы протянуть руку, т.е. секунд 5 на все про все.

Ночь полярного дня, сумерки, по тенту слабо шумит моросюн, в спальнике тепло и сухо... Студентка тоже почти с головой в своем спальнике, лежим валетом. Дрыхну.
Вдруг раздается мощный удар по тенту и почти сразу – второй! Спросонок первое ощущение – землетрясение! Лодка качается! Открываю глаза. Надо мной покосившийся с одного боку тент, в нем окошко, покрытое каплями дождя, в окошке – морда медведя с выражением «Че это вы там делаете?!». Потом морда отодвигается, появляется лапа с когтями и хреначит (с точки зрения мишки – не сильно) по дуге тента. Дуга лопается, в окошке появляются пять дырочек веером. «Ах ты ж падла, мы же теперь промокнем!» - думаю я и со всей силы бью ладонью по баллону лодки. Раздается гулкий удар, медведь от неожиданности отскакивает и его становится видно целиком. Здоровый, гад! Размером почти с лодку... От удара на меня сваливается с баллона ружье, я его высовываю из-под тента и даю дуплет в воздух. Медведь отскакивает чуть дальше и ожидает продолжения шоу: надо же – три раза всего потрогал какую-то упругую инопланетную фигню и столько сразу событий со звуковым сопровождением. Я быстро перезаряжаю ствол, беру еще пару патронов в руки, впрыгиваю в болотники и в одних трусах выпрыгиваю из лодки. Краем глаза успеваю увидеть: студентка сидит в лодке, не вылезая из спальника и МОЛЧА и очень СПОКОЙНО смотрит на шоу с другой стороны баррикад. Из меня же адреналин бьет фонтаном: в трусах на медведя – это даже для меня круто. Помня, что лучшая защита – наступление, бегу на медведя, чвакая по размокшей тундре болотниками на босу ногу, ору что-то типа «Пошел вон, козел белобрысый!» (не матерюсь, рядом дамы!). Ствол в руках, но не стреляю... До мишки метров 20, он сидит на попе и смотрит на клоуна. Метрах в пяти от него мы не выдержали – я остановился (ну не прыгать же на него!), а он, наоборот, встал (ХЗ, чего от этой обезьяны ждать...). Несколько секунд мы смотрели друг на друга. «Миша, ну я не могу не прогонять тебя, там же студентка!». Это я сказал вслух, потому что надо было что-то сказать. «Да ладно, я понял. Давай я сделаю вид, что тебя испугался, но имей в виду, это я чисто так, для отвода глаз» - это сказали мишины глаза. Медведь развернулся и неторопливо побежал вглубь острова, а я пошел за ним. Он оглянулся – ты идешь? – я выстрелил в воздух. Тут он перешел на трусцу, я побежал за ним, постреливая в воздух. Через 50 метров у меня кончились патроны и я остановился, а медведь – нет. Он так и убежал неторопливо за холм. Я подождал немного, увидел его на следующем холме и понял, что он ушел по-честному. Мокрый от дождя, адреналина и пота я пошел к лодке. Студентка так и сидела в ней, не шевелясь, и глядя на меня. «Ушел, можно спать дальше». «А он не вернется?». «Кто его знает, но надеюсь, что нет». «Красивый медведь» - сказала она и легла спать. Я залез в спальник, немного выправил тент, и долго думал, пока не заснул, почему же я, опытный полевик, так дрожал и стремался этого медведя, пока мы с ним гонялись, а студентка молча и спокойно на все это смотрела и даже не испугалась? Что ж я, совсем никудышный трус?

Утром за завтраком спросил ее о наболевшем. Она с удивлением посмотрела на меня и говорит: «Вы же моей маме пообещали, что вернете меня целой и невредимой, чего мне было бояться? Я же Вам верю!». Я застыл, переваривая услышанное. Вот почему я так боялся – за меня никто никому ничего не обещал! А она добавила: «Тем более Вы так бегали в трусах по тундре за медведем, Вас любой испугался бы!».

Я до сих пор не могу понять, был ли это комплимент или я правда такой страшный. И до сих пор стараюсь найти перед полевыми работами кого-нибудь, кто кому-нибудь пообещает, что я вернусь. Мне так спокойнее.

42

Немного о чае

Работали в экспедиции на дальнем арктическом острове (детали раскрывать не буду, т.к. все участники еще живут и здравствуют, могут шею намылить за разглашение). Остров небольшой, народу 15 человек, столовая в большой палатке. Основная группа работает недалеко от лагеря, несколько человек, включая меня, шарахается маршрутами по всему острову. Встречаемся, соответственно, за завтраком и на ужине. Одна из центровых фигур экспедиции (помимо начальника, конечно) – механик Серега. От него зависит работа дизеля, тепло в бане, и вообще он отвечает за все, что должно крутиться и выделять тепло и электричество. Механик прошел несколько дрейфующих станций в Арктике, работал не один раз в Антарктиде, характер имеет веселый нордический и спокоен, как его трактор ДТ-75. Раздразнить его очень сложно, довести до взрыва – невозможно, поэтому затяжная позиционная война началась совершенно неожиданно – выяснилось, что и он и я нежно любили чай каркадэ. Этот замечательный напиток (кому чай, кому компотик) я любил потому, что в горячем виде его благородная кислинка с сахаром замечательно освежала после тяжелых маршрутов по тундре. Аналогичное воздействие на меня оказывало только густое варево из брусники, но в столь высокоширотной Арктике она уже не водилась. Почему каркадэ любил механик осталось загадкой, видимо, это была простая настоящая любовь, которая необъяснимая. Проблема была в том, что каркадэ в наших запасах было мало, а у Сереги был приоритет, т.к. он был Главный Механик, а я просто геолог. Пили мы каркадэ только по вечерам, строго подсчитывая листики в чужой кружке, но больше его от этого не становилось… Запасы благородного напитка были оценены нашим поваром в неделю его потребления всем составом. Пришлось временно объединиться с механиком и запугать всех остальных, чтобы о каркадэ даже не мечтали. Срок увеличился до 2.5 недель, но на фоне двухмесячных работ ситуацию это не спасло. Помогла случайность…

На противоположном конце острова была заброшенная полярная станция, на обширный склад которой мы иногда наведывались. За 10 лет после ее закрытия там никто не бывал, кроме белых медведей, т.к. даже суда сюда не заходили – далеко и ледовито. Поэтому при достаточной настойчивости можно было найти много интересного. Вот Серега как-то и раз и нашел… Привозит в лагерь с полярки две фанерные бочки, литров по сто каждая. Открываем за ужином одну – сушеный лук. Уррра, теперь все будет в три раза вкуснее! Открываем вторую – там каркадэ! Никто даже пикнуть не успел, Серега мгновенно обнял бочку: «Моё!». Мне он благородно отдал все запасы нашего каркадэ и честно заваривал свой только из бочки. Аромат от его напитка шел немного странный, но цвет его был даже гуще, чем у меня, что Серегу очень радовало. Механик поглощал напиток чуть не ведрами, листики все съедал (как и я). Единственное, что его огорчало – не было той самой кислинки, но все понимали, что для чая, полежавшего 10 лет в бочке среди медведей, это, наверное, нормально. Остальной народ радовался за нас, так как уже отвык от каркадэ и особо не претендовал ни на мой, ни на механический. Тишь да благодать установились в лагере по утрам и вечерам…

Как-то раз, недели через две, Серега подходит и спрашивает: «Слушай, а когда ты в домик на отшибе ходишь, у тебя струя какого цвета?». Нормального, говорю, обычного. «А у меня темно-красного, цвета каркадэ…». Сходи к доктору, говорю, пусть он тебе что-нибудь пропишет или анализ какой сделает… «Не, не пойду, чего он будет мой каркадэ анализировать!». И не пошел.

Подходил к концу второй месяц, готовились к переброске. Мой каркадэ почти закончился, неумеренное потребление бочкового чая механиком привело к тому, что он уже тоже нащупал дно бочки. За пару дней до вертолета он торжественно вечером перевернул бочку, вытряс из нее последние чаинки себе в кружку и потянулся за чайником. «О, смотрите, тут какой-то листочек выпал» - раздался голос нашего милейшего доктора. Он поднял небольшой клочок бумаги, выпавшей со дна бочки и прочитал вслух: «Упаковщица номер пять. Свекла сушеная шинкованная». Серегина рука застыла над столом с поднятым чайником. «ЧЕГООО???!!!».
Как выстояла кухонная палатка – никто не знает до сих пор. Стол устоял только потому, что его ножки были закопаны в землю. Народ рыдал и ползал между стульев, рвал бумажку друг у друга из рук и почти каждый орал «Упаковщица номер 5, свекла сушеная…». Двое оставшихся суток медведи обходили лагерь стороной, потому что из него регулярно раздавались крики «Упаковщица номер пять!» и остров начинал дрожать…
Серега с тех пор каркадэ не пьет совершенно, хотя цвет струи у него нормализовался довольно быстро. Я же компотик из цветов суданской розы как любил, так и пью.

43

- Онагр! – Гошка в упор посмотрел на Леху.
- Сам ты осел, -нашелся зоологически подкованный Леха.
- Не осел вовсе, а метательная машина. Строить мы будем онагр, это интереснее баллисты и катапульты. Пушки и мортиры придется исключить, раз нас из химического кружка исключили, - с некоторой грустью вспомнил Гошка.
- Не исключили, а выгнали. Это из школы нас чуть не исключили.

- Вот именно. И главное за что? Стекла в вытяжной шкаф дядя Ваня сразу вставил, когда все потушили. В классе тоже окна быстро сделали. Столы со стульями почти целые остались. Химичка заикается до сих пор, но ей все равно, она старая, лет тридцать уже, все равно умрет скоро.
- Ну да, а географу она еще больше нравиться стала. Сам слышал, как он говорил, что ей очень идут седые пряди в черных волосах. Думаешь врал?

- Нет, наверное, он вообще лысый и еще старше химички. Химлаборатории нам больше не видать, как своих ушей. Пироксилин, гремучую ртуть, мелинит, даже дымный порох без лаборатории в нужном количестве не получить. Нитрид трииода – детские игрушки. Пушку и ядра делать не будем, будем делать онагр.
- А зачем мы вчера все остальное из книги перерисовывали? Может все-таки баллисту или требушет?
- В общем-то требушет мы и будем делать, но пусть называется онагром для секретности.

- Это почему?
- Потому что про требушет знают все, а онагра все наоборот считают ослом!
- Опять заливаешь, про требушет я и сам только вчера в книжке прочел, когда срисовывал. Никто про него не слышал. Сказал бы сразу, что запутался.
- Слышал, слышал. Да кто угодно слышал, вот хоть у Ленки спроси, - на счастье Ленка величественно, как и положено первой красавице пятого «Б», скакала мимо собеседников.

- Лен, а Лен, - позвал Гошка, - ты знаешь, кто такой требушет?
- Конечно, знаю, я про него в макулатурных Трех Мушкетерах читала…
- Вот видишь, - обратился Гошка к Лехе, - я же говорил…
- Он капитаном был, - закончила Ленка.
- Кто капитаном был? – спросили Гошка и Леха хором.
- Ну, этот ваш Требушет. Или не Требушет? .. Нет все-таки не он, но я про него точно читала. В Графине де Монсоро, вот, - Ленка приняла позу той самой графини в понимании пятиклассницы, совершенно невинно хлопнула длиннющими ресницами и улыбнулась.

- Вот видишь, – сказал Гошка, - про требушет все знают. Поэтому конструкцию будем называть онагром.
- Кого это вы ослом собрались называть? – Ленка выключила графиню, - опять что-то интересное затеяли? Или я с вами, или всем расскажу…
- Есть еще один вариант, Лен, - задумчиво процедил Леха, - можно тебя пристрелить…
- Только попробуй, - Ленкин кулачок со знанием дела попал в Лешкино солнечное сплетение и Леха сложился пополам, - да и пороха теперь у вас нет, он в лаборатории взорвался…

- Ну, ты, Пенка кисельная, сейчас как дам и не посмотрю, что ты девчонка. Думаешь если у тебя папа боксер, мама боксер, бабушка боксер и собака боксер тебе все можно?
- Мама с бабушкой не боксеры: мама метала диск, а бабушка толкала ядро. Это легкая атлетика, а не бокс, - наставительно сказала Ленка, понимавшая в атлетике куда больше, чем в Дюма.

- Гоша, зачем нам онагр, когда у нас Ленка есть? Пусть ядра метает, а мы ее тренировать будем и кормить, а то вон тощая какая,.. – Леха снова не договорил, согнувшись от новой Ленкиной оплеухи.

- Лен, ты больше его не бей, а? – заступился за друга Гошка, - он и так тебя любит. Его когда взрывом контузило, он сразу и выдал: люблю, говорит, Ленку сил нет. Вот как из-под обломков вытяжки выбрался, так сразу, жить, говорит, без нее не могу теперь. Нет, а меня-то за что? Да еще вдвоем. Тили-тили тесто.

Путем длительной погони и недолгих переговоров, строительство онагра было намечено на воскресенье. Полигоном служила ближайшая к школе строительная площадка, микрорайон вовсю застраивали девятиэтажками первых серий. По воскресеньям школьники не учились, а строители не работали. Еще субботним вечером Лешка и Гошка провели рекогносцировку, уточнили наличие материала и определись с необходимым инструментом. Привлечение Ленки к осмотрам и обсуждениям сочли нецелесообразным, потому что по заявлению Лехи, у девчонок свои инструменты, к делу строительства малопригодные. Тут прежде всего сказалась Лехина контуженная влюбленность, а также подсмотренная у мамы-психиатра машинописная копия перевода зарубежной книги про инструменты воздействия на психику.

По Ленке они и не спорили. Спорили про инструменты. Лешка считал, выступал за историческую достоверность и предлагал строить машину без единого гвоздя, только с помощью топора и веревок. Гошка же стоял за коловорот, ножовку, гвозди и проволоку. В ходе спора перестроили Кижи, дачу Лехиных родителей, плот Тура Хейердала Кон-Тики в месте с папирусными лодками и бочкой Диогена. Досталось Олегу Вещему, шведам и Александру Македонскому вместе с Аристотелем. Прогресс решили не останавливать и воспользоваться тем, что найдется.

Метательная машина упрямством напоминала осла. Четверо усталых реконструкторов: Леха, Гошка, Ленка и Джек смотрели на свое создание с осуждением, молча почесывая затылки. Первым паузы не вынес Джек, подошел к раме онагра и задрал заднюю лапу. Джек был Ленкиным боксером, собакой, ему было можно.

Битый час они пытались взвести машину, прицелиться и выстрелить. Сначала слишком тяжелым оказался противовес, сделанный из кипы строительного битума. Пришлось сделать ворот. Ворот не смогли повернуть, пришлось удлинить рычаги. Длинные рычаги не позволяли вороту сделать полный оборот, пришлось сделать храповый механизм. Храповый механизм, Гошкиной конструкции, остановил вращение в обе стороны.

- Гош, ты же сказал, что все рассчитал? - несколько раз спрашивал Леха.
- Рассчитать-то я рассчитал, там наверное в учебнике ошибка, - оправдывался Гошка. Признаваться друзьям, что из учебника по теоретической механике он не понял даже вступления про роль двадцатого съезда партии в механических расчетах, было ниже его достоинства.

Наконец все было готово. Трое создателей смотрели на машину с осуждением, а Джек подошел к машине и поднял заднюю лапу.

- Чем стрелять будем? – Леха смотрел на Джека, весь день пресекавшего его попытки оказать хозяйке хоть какое-то внимание, - есть предложения?
- Ленка с Джеком больше всего по весу подходят, - фальшиво рассудил Гошка, уворачиваясь от левого бокового подзатыльника, - но Ленкой стрелять не дашь ты, а Ленка против стрельбы собакой. Стрелять будем рулонами стекловаты. Она мягкая и ничего не сломает, даже если куда-нибудь попадет. Это же все-таки наш дом, а не вражеские укрепления.

Уложив рулон стекловаты в ложку онагра Гошка перерубил удерживающий узел. Дзынь – веревка пошла вверх, клац – Джек хлопнул пастью, пытаясь поймать убегающую игрушку, буммм – рычаг онагра остановился на упорном брусе. Кипа стекловаты по красивой дуге обогнула почти три построенных этажа будущей девятиэтажки и пропала из вида.

- Высоковато взяли, - вынес вердикт Леха, - в молоко ушла.
- А ты куда целился? – ехидно спросил Гошка, - и вообще непонятно, как из нее целиться. Можно рычаги изменять, можно вес. Можно упорный брус вперед-назад двигать. Давай еще раз попробуем…

На соседнем объекте, прям за недостроенным домом, служившим испытательным полигоном новейшего вооружения древних греков и римлян, был комсомольский воскресник. Там строили кафе «Одуванчик». В воскреснике участвовали строители вместе с работниками треста общественного питания. На втором этаже строящегося здания собирались перекусить.

- Вася, так нельзя работать, - пеняла общепитовская комсомолка строительному коллеге, - подъемник сломан, крана нет, строительные материалы женщины вручную доставляют на второй этаж. Это не порядок. Надо с этим бороться.

- Вы со своей столовой разберитесь сначала, а потом лезьте в строительный процесс, - отвечал Вася, которому общепитовская коллега нравилась гораздо больше строительного процесса, - обед должны были в двенадцать привезти, седьмой час уже, а все не везут.

- Обед, Вася, все равно привезут раньше, чем вы подъемник почините. Вот посмотрите в окно, по-моему, уже привезли. Посмотрите, посмотрите.

Вася подошел к пустому оконному проему. И не увидел обеда. Зато увидел локальное солнечное затмение. Перекрывая садящееся солнце, на Васю надвигалось нечто, напоминающее растрепанный строительный материал или большой метеорит. Эй, вратарь готовься к бою. Часовым ты поставлен у ворот, - пронеслось у Васи в голове, после чего он растопырил руки и мелкими начал выбирать место в «воротах». Место он выбрал правильное.

Рулон стекловаты пришелся аккурат по центру Васи, снес его метра на два и уложил на кучу резино-пористого утеплителя.

- Подъемник починили? - спросила наивная работница общепита, - неужели?
- Нет, мля, обед привезли, - выругался про себя Василий и громко добавил, - конечно починили!
- А насчет обеда вы посмотрели?
- Сами посмотрите, я как-то уже не голодный, тут немного полежу.

В это время онагр заряжали второй раз. Гошка пыхтя, втолковывал Лехе, что гигантомания ни к чему хорошему не приводит и тренироваться можно на уменьшенных моделях. Тем более ему тут в библиотеки попалась старая книга «Лук, самострел, праща, метательная стрела и дротики, как сделать и как научиться попадать в цель». Онагры все-таки уже в прошлом, завтра пращу сделаем.

Через десять минут в воздух поднялся еще один рулон стекловаты.

44

Крокодил в добрые руки

У нас в Ялте уже десять лет в крокодиляриуме, в уютном подвальчике жили разнокалиберные крокодилы, кусучие черепахи и другие не менее мерзкие пресмыкающиеся. Отдыхающие, хорошо приняв на грудь, какой трезвый идиот к ним попрётся, с радостью спускались в адский подвал, кормили тварей курицей, за деньги естественно, и селфились до посинения. Экзотика! И хозяева крокодиляриума не бедствовали, и крокодилам было сытно.

Правда летом Ялту настиг потоп, и крокодилы чуть не утонули. Но не исключался вариант, что они бы всплыли и вырвались на свободу на затопленные улицы, а потом и в море. А что, было лето, тепло, купальщиков много, с голоду бы не померли. В общем зверей спасли, воду из подвала откачали, и ненадолго жизнь рептилий была спокойной.

И вдруг новая беда. Гос. чиновники вдруг очень обеспокоились жизнью животных в неволе. Хрен с ним, что некоторые ялтинцы живут в условиях хуже крокодильих, судьба пресмыкающихся повисла на волоске. Типа сидят бедные в тесноте, солнышка не видят, по травке зелёной не бегают, страдают, ай-яй-яй, нехорошо это. Мнением крокодилов не поинтересовались и решили крокодиляриум прикрыть, а открыть в этом подвальчике дегустационный зал, или пивоварню на худой конец.

А куда крокодилов девать? Их там много здоровенных, отожравшихся на курице. Зоопарки не берут, никто не покупает, в море не выпустишь, остаётся раздать в добрые руки. Город взволновался. Мы с мужем большие любители животных, но мелких, не трёхметровых. Давай - ему говорю - возьмём себе маленького, сантиметров в 70, не больше, Геной назовём, в ванной у нас будет плавать. Муж отказался, мясо и курица ему самому не каждый день достаются, тариф за воду будь здоров, да и руку питомец откусить может или ещё чего очень нужное.

Господа хорошие, отдаём крокодильчиков в добрые руки! Красивые, почти ручные, жрать курицу приученные, много не шумят, но хороши как охрана, никто чужой в дом не полезет. А если у вас есть бассейн, берите пару-тройку. Возьмите бесплатно, не пожалеете!

45

«За пятым столом уже несколько минут сидит пожилая дама. Одна. Ее никто не обслуживает. Немедленно подойдите, принесите гостье меню. И примите заказ», - скомандовал менеджер суетящимся вокруг официантам.

Дело было летом 2018 года - в разгар туристического сезона, прямо перед Чемпионатом мира по футболу.

Стояли жаркие дни. И гости отеля, наслаждаясь редкой для Петербурга настоящей летней погодой, заполнили дворик отеля, заняв все свободные столики на летней террасе.

Официанты, сбиваясь с ног, едва успевали убирать освободившиеся столы. И сразу сажали новых гостей.

По словам хостес, скромно одетая пожилая женщина неторопливо вошла во дворик отеля. Оглядев утопающую в зелени и цветах уютную террасу, она улыбнулась и попросила посадить ее за единственный свободный стол в углу двора у кадки с рододендронами.

Хостес улыбнулась в ответ и попросила даму следовать за ней.

«Женщине наконец вынесли меню. Но заказ так никто из официантов до сих пор не принял. Все заняты», - вновь докладывала менеджеру хостес. «Гостья попросила официанта посоветовать небольшую закуску к пиву. И все официанты тут же разбежались», - рассказывала хостес.

«Я догадываюсь, почему. Счет около тысячи рублей. И чаевых скорее всего не будет», - злился на сотрудников менеджер. «А вокруг - «жирные» столы, большие компании, хорошие чаевые. Вот и все сразу заняты. Придется сегодня депремировать старшего».

«Я сама возьму этот стол и буду его обслуживать. Заказ небольшой, я справлюсь», - в нарушении стандарта обслуживания предложила молодая сотрудница. «Не могу спокойно смотреть, как пожилая женщина уже почти пятнадцать минут терпеливо сидит и ждет заказ. Сразу представляю на ее месте свою бабушку», - бросила хостес и удалилась.

Через пять минут хостес стояла у стола пожилой дамы, мило беседовала, обсуждала меню. «Я рекомендовала гостье наши фирменные куриные крылышки. И бокал пива. Больше ничего дама не хочет», - делилась сотрудница с менеджером.

«Мне было так хорошо у вас. Это - райский уголок в самом сердце нашего города. Надо же, прожила всю жизнь здесь и не знала такого места»,- через сорок минут довольная дама закончила ужинать, встала и, тепло поблагодарив хостес за приятную беседу, ушла.

«Гостья оплатила счет банковской картой», - делилась позже сотрудница. «Приняв оплату, я проводила даму до выхода, попрощалась и направилась обратно к столу».

Открыв папку со счетом, сотрудница оторопела. «Среди вороха оставленных чеков на дне лежали две пятитысячные купюры», - делилась с коллегами опешившая сотрудница. «Я не сразу поняла, что это чаевые. Сначала предположила, что пожилая женщина в силу возраста могла ошибиться. И, забыв, что заплатила картой, решила повторно оплатить наличкой».

«Я сразу побежала вслед за гостьей», - делилась хостес. «Но было поздно, она ушла».

Слух вмиг облетел весь отель. Коллеги отказывались верить услышанному. И сбежались, чтобы посмотреть своими глазами на чаевые в тысячу процентов.

Девушка ждала до конца дня в надежде, что гостья позвонит или вернется. Но в тот день так никто не объявился.

«На вечер у нас забронирован центральный стол на десять персон прямо у фонтана», - утром на планерке докладывал менеджер.

«Предзаказ на большую сумму. С дорогим алкоголем. Звонил секретарь центрального офиса крупнейшей российский компании. И просил забронировать этот стол для руководителя и его большой семьи».

Сотрудники обсудили заказ с шеф-поваром и сомелье. И принялись готовиться к вечернему мероприятию.

Ровно в 20.00 к фасаду отеля подъехал микроавтобус с гостями.

Через пару минут во дворик вошли две семейные пары с детьми. За ними следом - два охранника.

А во главе группы медленно шла та самая пожилая дама, держа под руку солидного мужчину.

«Наконец вытащила к вам сына - показать ему это райское место. В самом сердце нашего города», - обратилась гостья к официантам, окружившим большой стол у фонтана.

© Юнис Теймурханлы

46

Арик Мейцман торговал в Малаховке ёлочными игрушками. Нельзя сказать, чтоб это был такой уж ходовой товар, особенно с учетом того, что где как, а в Малаховке Новый год случался только один раз в году. И уравненные советской властью дети разных народов почти не вспоминали о Рождестве и других календарях. К тому же и редкий тогда в Подмосковье навруз и более привычный для Малаховки рош-а-шана как-то обходились без игрушек. Так что горячие денечки у Мейцмана приходились только на вторую половину декабря одновременно со стойким запахом хвои и поиском дефицитной жратвы.

Вообще в семье предполагалось, что Арик будет часовщиком, как папа и дед. В углу старого рынка даже имелся фамильный скворечник, куда с трудом помещался соответствующий Мейцман с инструментами и разная тикавшая и куковавшая начинка. Но дед как мелкий собственник и индивидуалист сгинул в лагерях, когда Арик еще надеялся стать пионером, а отец, несмотря на хромоту и полуслепые глаза, погиб в ополчении в первые же месяцы войны, так что, когда Арик вернулся с фронта, учить часовому делу его было некому. К тому же разбирал он всякие механизмы, особенно - часы, охотно, а вот собирать уже не очень хотелось, он спешил и всегда оставалось много лишних деталей. Но главное, когда во время Восточно-Прусской операции сержант Арон Мейцман вошел со своей ротой в Кенигсберг, в разбитом при бомбежке доме ему попалась на глаза каким-то чудом уцелевшая коробка елочных украшений.

В мирной малаховской жизни Арик ничего похожего не видел и даже себе не представлял. Ни в его скромном доме, ни у школьных друзей и елку-то сроду не ставили, так что какие уж там игрушки! А тут такое чудо! Из ватных гнезд на него смотрели диковинные птицы, знакомые, но полупрозрачные или блестящие животные, изящные балерины, сказочные звездочеты, ослепительные звезды и шары и всё это горело и сверкало, стоило по ним скользнуть лучу света, всё это было таким невесомым и хрупким, что страшно было прикоснуться огрубевшими от автомата, машинного масла и крови пальцами. Арик, к счастью до 45-го года не получивший даже царапины, этой волшебной красотой был убит наповал. И родилась мечта познакомить с этим чудом лучшее место на свете - Малаховку.

Арик понимал, что бессмысленно и невозможно даже пытаться таскать эту коробку по дорогам войны. Он долго выбирал, какие бы из игрушек могли выдержать поход, найти место в его вещмешке и доехать до родного дома. В подобранную там же, в разоренном барахле, жестяную коробку из-под чая или печенья он аккуратно упаковал завернутых в вату смешного гнома с бородой, в колпачке и остроносых ботинках, пузатую красногрудую птичку вроде снегиря, но с пушистым разноцветным хвостом, крохотную балеринку в газовой розовой пачке и стеклянную вызолоченную шишку, чешуйки которой словно припорошил снег. С этим богатством он довоевал до победы и вернулся домой. Так в Малаховку пришла красота.
На немногих уцелевших после войны близких Ариковы трофеи не произвели большого впечатления, жизнь была непростая, а до Нового года было далеко. Поэтому Арик не заметил, как лет десять он пахал на самых разных работах как проклятый, не зная праздников и не внося новых красок. Разбогатеть тоже не получилось, заработал он только артрит, зародившийся еще в Синявинских болотах, и унаследованный от папы астигматизм. Эти две болячки и позволили ему через десять лет получить инвалидность, не спасавшую от голода, но прикрывавшую от фининспектора, и распахнувшую отсыревшую и просевшую дверь дедова часового скворечника.

Весь год Арик торчал в этой лавочке, с трудом зарабатывая на бутылку кефира, пакет картошки и пачку сигарет починкой всякой примитивной ерунды типа застежки на чемодане или развалившейся пряжки от туфель, но весь интерес его был направлен на поиск, скупку, ремонт и неохотную продажу елочных игрушек. К декабрю его рабочее место преображалось и начинало напоминать вход в сказочную пещеру. Окошко, из которого виднелась его лысоватая башка, сама напоминавшая игрушечную говорящую голову, мигало разноцветными лампочками, горело яркими звездами и переливалось удивительными шарами. Из него доносились незнакомые песенки на непонятных языках, спетые тонкими, словно лилипутскими голосами, и другие нереальные механические звуки, которыми переговаривались его сокровища.

Из разных углов, ящиков, полочек и мешочков торчали волшебные человечки, куколки, зверюшки, неизвестные миру существа и жители Малаховки не сомневались, что в темноте закрытого рынка они оживали, влюблялись и ссорились, дрались, танцевали, сплетничали, подворовывали и жадничали, показывали языки и кукиши и бранились смачнее мясника Мотла. Т.е. там, за мутноватым стеклом Ариковой лавки была своя игрушечная Малаховка, если и отличавшаяся от настоящей, то только богатством, блеском, красотой и масштабами.

Около окошка всегда торчали дети, мечтая о той или иной игрушке, изредка покупая ее на выклянченные у родителей деньги, меняясь друг с другом или с Ариком, рыдая, если она доставалась другому или разбивалась и загадывая на будущий Новый год следующую. Взрослые тоже нередко задерживались возле лавки, делая вид, что просто переводят дух, но на самом деле возвращаясь в детство, окунаясь в сказочную жизнь за стеклом. У них тоже появлялись любимые и узнаваемые игрушки, они давали им имена и наделяли судьбами своих знакомых.

Коротышка сапожник Фуксман утверждал, что добытый Ариком в Кенигсберге гном - копия его двоюродного брата Зеева и божился, что такие же длинноносые вишневые ботинки Зееву сшил до войны именно он. Толстая тетя Клава Бобрикова, купив однажды стеклянного зайца, каждый месяц меняла его на того или другого игрушечного зверька, пока не остановилась на ватной белочке с меховым хвостом, доказывая всем, что это - пропавший бельчонок из выводка на ее участке. Отставная балерина кордебалета Большого театра Августа Францевна, не снисходившая ни до одного односельчанина и умудрившаяся за тридцать лет жизни в Малаховке не сказать и десятка слов молочнице или почтальону, не говоря уж о других соседях, часами могла торчать у Ариковой лавки и трещать о том, что старая Арикова балеринка - это она сама в молодости, а розовая газовая пачка и сейчас лежит у нее в сундуке.

Когда в малаховских домах в моду вошли новогодние елки, не было семьи, у кого на видном месте не красовался бы какой-нибудь трофей из Мейцмановской коллекции, хотя к этому моменту елочные игрушки уже можно было купить во многих местах и часто поинтереснее Ариковых. Но они были игрушки - и всё, барахло без имени и судьбы, а Ариковых все знали в лицо и в спину. Старухи даже жертвовали Арику старые кружевные перчатки и воротнички, пуговички, похожие на драгоценные камушки, и прочие диковины, чтоб он мог подремонтировать и освежить свои сокровища. Когда наш щенок стащил с елки и раздербанил старенькую медведицу в клетчатой юбочке, я, уже здоровая деваха выпускного возраста, рыдала, словно потеряла подругу детства.

А потом снесли старый рынок. А новую лавку старому уже Арику Мейцману было не потянуть. Он и так уже едва доползал до своего скворечника, особенно зимой, по скользоте, да и почти не видел. Правда, так хорошо знал свое войско наощупь, что по-прежнему содержал их в идеальном порядке. Но это в старой лавке. А что делать теперь ни ему, ни всем остальным жителям, было непонятно. Жена Арика, молчаливая, косенькая Шева, вроде бы никогда не заглядывавшая в лавку и равнодушная ко всей елочной чепухе, быстрее других поняла, что с концом скворечника может кончится и Арикова история. И она не стала этого дожидаться, она подхватила Арика, двух их сыновей-близнецов, собрала немудрящий скарб, главное место в котором занимали Ариковы игрушки, и они подали на выезд.

Тогда Малаховка вообще переживала свой Исход, снялась с места добрая половина ее жителей. Долгое время все выходные вдоль железнодорожного полотна были раскинуты клеенки, подстилки и одеяла со всякими домашними диковинами и утварью, книгами, посудой, запчастями и саженцами, куклами с отбитыми носами и потертыми школьными ранцами, короче, всеми материальными доказательствами реальной человеческой жизни отъезжающих , выставленными на продажу и раздачу. Но даже тут, оставив Шеву с разложенной раскладушкой, на которой предлагалась пара подушек, Ариковы валенки, тяпка и дедов самовар, Арик бродил между прошлыми и будущими соотечественниками и приценялся к елочным игрушкам. Потом Мейманы, как и другие малаховские пилигримы, растворились в чужих пределах и никто многих уже никогда не видел.
Но даже сейчас, в другом веке, будучи сегодня уже старше Арика, бродя по рождественским ярмаркам или блошинкам Вены, Парижа, Тель-Авива или Нью-Йорка, я не могу пройти мимо елочных игрушек. Я долго их разглядываю и беру в руки, и иногда мне кажется, что они теплые. Потому что, наверное, живые, а скорее - согретые любящими ладонями. И тогда я начинаю искать глазами их хозяина, каждый раз надеясь узнать в нем Арика Мейцмана.

47

Дед Мороз. Новогодняя быль.

Это случилось так давно, что, казалось бы, многие детали этой истории могли бы бесследно исчезнуть из памяти. Стереться, раствориться в годах. Тем не менее, я помню все настолько отчетливо, словно это произошло лишь вчера.

…Мне шесть лет. Я уже хожу в первый класс и очень этим горда. Мне очень нравится в школе. Только вот… если бы не было этого противного хулигана Юрки Политая. Его боятся даже старшие ребята. Он драчун и забияка. К своим восьми годам Юрка успел уже остаться на второй год в первом классе. Он до сих пор читает по слогам. А мы уже закончили букварь. У нас даже «Праздник Букваря» был. А сейчас мы готовимся к встрече Нового Года. Репетируем песни и стихи – в школе второго января будет новогодний утренник.

Я с особым нетерпением жду наступления Нового Года и мечтаю о том, что в этом году Дедушка Мороз принесёт мне в подарок коньки “Снегурки”. Такие белые, высокие ботинки. А на кончике полозьев непременно должны быть нарезки – чтобы крутить пируэты. А то у меня не получается в старых коньках моего старшего двоюродного брата. Они простые, черные, с длинными полозьями. Мальчишеские. Я уже поделилась своей мечтой с бабулей и она сказала, что если я буду послушной, то непременно Дед Мороз придёт с подарками. Что я, маленькая? Я и так знаю, что Дедушка Мороз приходит только к хорошим детям. А к таким хулиганам, как Юрка Политай, он не приходит. И подарки им не дарит. Я это Юрке и сказала на переменке, когда он опять больно дернул меня за косичку. А он в ответ только скривился. Сплюнул прямо на пол и заявил:
- Дура ты! Никакого Деда Мороза нет. А подарочки вам ваши родители под ёлку ложат!
- Во-первых не «ложат», а кладут, а во-вторых сам дурак! Ко мне Дед Мороз приходит каждый год. И к девочкам приходит! Правда, девочки? - я обратилась к притихшим одноклассницам.
- Правда! Есть Дед Мороз, только живет он далеко, в Сибири! – поддержала меня Ирочка. У нее папа военный. Они в Сибири жили, Ирочка точно знает, что там очень холодно, и у Деда Мороза там избушка.
- Нету никаких Дедов Морозов! - не сдавался Юрка.
- А, вот и есть! Есть!
- А ты его видела?
- Нет… - растерялась я.
- А вы его видели? – обратился он к девочкам.

Они помотали головами. Оказалось, что живого Деда Мороза не видел никто.
- Я ж говорю, нету никаких дедов морозов! – обрадовался Юрка.
- А вот и есть! Он каждый год ко мне приходит, и подарки под ёлкой оставляет. А к тебе он не приходит, потому что ты хулиган и двоечник! – распалилась я.

Я не успела ничего понять, как Юркин кулак въехал мне прямо в нос. Слезы брызнули из глаз.
- Ах, так! – я бросилась на Юрку, колошматя его кулаками…

…Мы стояли перед учительницей. У меня из носа текла кровь. Белый воротничок был оторван, один манжет болтался на ниточке, другой закапан кровью. Вместо аккуратных косичек «крендельков» волосы торчали в разные стороны, а на них сиротливо висели ленточки… У Юрки вид был не лучше. Лицо расцарапано. Волосы взъерошены, а под глазом уже наливался синяк.

- Очень красиво! – произнесла учительница, - И не стыдно? – поинтересовалась она почему-то только у меня.

Я угрюмо молчала, и изо всех сил старалась не зареветь. Мне было очень обидно. Но я продолжала молчать.
- Политай, с тобой разговор отдельный, останешься после уроков. А ты, - учительница обратилась ко мне. - Пойдешь сейчас и приведешь себя в порядок, а потом мы поговорим.

В туалете меня окружили девочки. Я закусила губу, но не плакала. Мне было обидно. Ну, как он может говорить, что Деда Мороза нет?…

…Бабуля всплеснула руками:
- Как же это так случилось! Ты что, подралась? Ты же девочка! А почему ты в тапочках? Где сапожки?

Я забыла поменять сменную обувь и всю дорогу от школы шлепала по сугробам в тапочках, даже не замечая, что ноги насквозь промокли…

- Юрка Политай сказал, что Деда Мороза нет! – выпалила я, и тут меня прорвало. Я залилась слезами и всхлипывая рассказала все бабуле.

Бабуля помогла мне переодеться. Ловко замочила платье и фартук в миске с горячей водой, сыпнув туда стирального порошка. Ленты из косичек были выплетены. Лицо умыто. Бабуля прижала меня к себе и, убаюкивая, сказала:
- Конечно, Дед Мороз есть. А как же? Кто же приносит ребятишкам новогодние подарки?
- А почему его никто не видел? – спросила я.
- Потому что он приходит, когда дети спят. Он ведь один, а вас много, ему знаешь сколько успеть нужно в новогоднюю ночь? Но ты не сомневайся. Дед Мороз точно есть!
- А ты его видела? – с надеждой спросила я
- Видела, – серьезно ответила бабушка.

Я окончательно успокоилась. В доме было тепло, уютно. Пахло ванилью и корицей. Бабуля пекла коржики… Напившись горячего чаю с малиновым вареньем и коржиками, я уснула. А когда я проснулась, в комнате царил полумрак. Я услышала мамин голос. Но встать не было никаких сил.
- Мама, - позвала я.
- Она уже проснулась. Да, непременно. Спасибо. – мама говорила по телефону, догадалась я и испугалась.

Мама вошла в комнату, присела на кровать рядом со мной. Я прижалась к ней. Мне очень хотелось спать.
- Да ты вся горишь! – сказала она.
- А ты не будешь меня ругать? - Спросила я шепотом.
- Драться, конечно, не хорошо, и ты это сама прекрасно знаешь.
- Знаю, но…
- Я разговаривала с учительницей. Она мне все рассказала.
- Я больше так не буду… - прошептала я.
- Я знаю. А теперь давай-ка измерим температуру, и ты выпьешь чаю с малинкой.

Болела я долго. Мне все время снились сны про Деда Мороза. А потом откуда-то возникало Юркино лицо. Он что-то кричал, я с ним спорила, и просыпалась от собственного вскрика. Мама и бабушка все время были со мной, поили меня чаем и бульоном, давали лекарство. А по вечерам папа читал мне книжки, но я, не дослушав историю, проваливалась в сон. И опять мне снился Дед Мороз и Юрка…

…Я проснулась от яркого света. Солнышко заглядывало в расписанные морозом окна. Иней переливался, искрился множеством искорок. Ветки деревьев прогнулись от снега. Крыши домов нарядились в снежные шапки.
- Мама, - позвала я.
В комнату вошла бабуля.
- Ну, как ты, доченька?
- Я хорошо. – Мне действительно больше не хотелось спать. - Я выздоровела.
- До “выздоровела” еще далеко, но похоже ты пошла на поправку.
- А Новый Год? – вспомнила я.
- До Нового Года еще три дня. А в школе каникулы. Так что у тебя еще есть время окрепнуть. Только ты должна обязательно покушать. Тогда окончательно поправишься.

Я почувствовала, что жутко проголодалась.
- Только ты пока не вставай, я тебе сейчас принесу.
Суп был потрясающе вкусным, и пирожки, и чай, и коржики. Я не могла наесться, а бабуля не могла нарадоваться. Я и в хорошие времена была не ахти каким едоком, а во время болезни вообще ничего не ела.
- Одни кожа да кости, - причитала бабуля. А я, насытившись, почувствовала усталось, и меня опять начало клонить в сон.

Мне больше не снился Юрка. Зато приснился Дед Мороз. Он был большой, с белоснежной бородой, с мохнатыми бровями и очень добрый. Он был наряжен в длинную красную шубу, и красные руковицы, а в руках он держал мешок с подарками…

К Новому Году я уже ходила по дому. Но еще была слаба. А на дворе была настоящая зима. Яркая, морозная, снежная. Безумно красивая. С сугробами и голубым дымком над печными трубами. Перед нашими окнами соседские дети слепили снежную бабу. Она была смешной, с черными угольными глазами и бровями, носом-морковкой, а губы ей покрасили помадой. На голове красовалась дырявая соломенная шляпа…

Вечером мы всей семьей наряжали ёлку. У нас много ёлочных игрушек. Есть даже очень старые. С прищепками вместо веревочек.Они очень красивые. Мама говорит, что этими игрушками наряжали ёлку, когда она была такой, как я. Неужели мама была такой как я? А я тогда где была? “Тебя еще не было. Ты родилась потом. Когда я с папой познакомилась и вышла за него замуж.” - Объясняла мама. Папа приладил макушечку на елку и стал проверять гирлянду.
- Удивительно! Все лампочки горят! – радостно сообщил он.

Я помогала накрывать на стол. Вкусно пахло ёлкой, мандаринами, сладким печеньем. Чувствовала я себя прекрасно, но где-то в глубине души волновалась. А вдруг Дед Мороз не придет. Я ведь подралась с Юркой. А Дед Мороз приходит только к хорошим детям. Спросить родителей я не решалась. Ничего, осталось совсем немного. Я непременно не лягу спать и дождусь Деда Мороза, если он, конечно, придет ко мне.

За праздничным столом было много гостей. Все шутили, поднимали бокалы с похожим на лимонад пузырящимся вином. Называлось это вино очень красиво – шампанское. Разгадывали загадки, и папа, приклеив бороду из ваты и подмигнув мне, доставал из большой красной наволочки подарки для гостей. Я, конечно, понимала, что папа просто играет в Деда Мороза. А настоящий Дед Мороз придет тогда, когда все улягутся спать. По телевизору пел какой-то дяденька. Слова песни были не совсем понятными для меня:

…У леса на опушке жила зима в избушке
Она снежки солила в березовой кадушке
она сучила пряжу,
она ткала холсты,
ковала ледяные да-над-реками мосты…

За столом все гости подхватили:
«Потолок ледяной, дверь скрипучая!
За шершавой стеной тьма колючая,
Как шагнешь за порог всюду иней,
А из окон парок синий-синий».

Я представляла себе избушку на детской площадке, в которой мы летом с девочками играли «в дом», а зимой у нас там была крепость. Мы играли в снежки с мальчишками, запасаясь снежками именно в этом домике. Я тоже пела. Мне было очень весело и радостно. Только пела я неправильно – мне казалось, что из окон виден не «парок», а порог синий-синий. Я его очень даже отчетливо представляла – такой порожек, деревянный, покрашенный в синий цвет.

«…Ходила на охоту, гранила серебро,
Сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.
Деревьям шубы шила,
Торила санный путь, а после в лес спешила,
Чтоб в избушке отдохнуть…»- продолжал дядька из телевизора.

Мне было жаль месяца, который злая старуха сажала в хрустальное ведро. Зачем она это делает, задумывалась я. А слово «торила» я вообще не поняла и пела “кроила” – потому, что бабушка совсем недавно кроила мне новогоднее платье. Это было понятно… И что такое «гранила серебро»? Наверное, дяденька ошибся – надо петь «хранила серебро» – думала я.

…Гости веселились, подпевали. А потом в экране телевизора появились кремлевские куранты. Все встали с бокалами и стали поздравлять друг друга с Новым Годом. Я изо всех сил боролась со сном. Еда в моей тарелке оставалась нетронутой. И бабуля недовольно хмурилась. Я стала клевать носом, и меня попытались увести в другую комнату спать. Я отчаянно сопротивлялась, и родители оставили меня в покое. Уснула я прямо за праздничным столом, а проснулась уже утром. До сих пор помню, как у меня в эту минуту колотилось сердце. Я вскочила с постели, коря себя, что проспала приход Деда Мороза. В гостиной под ёлкой, мерцающей в полумраке цветными искорками гирлянд, лежали два свертка. С замиранием сердца я вытащила один. На нем было написано моё имя. Я схватила подарок и помчалась в кухню вне себя от счастья. Бабуля мыла посуду, мама вытирала фужеры мягким белым полотенцем.

- Он приходил?! – то ли утвердительно, то ли вопросительно закричала я.
- Ты же видишь, что приходил, - ответила улыбаясь мама.
- Это мне?
- Ты же читать умеешь, там Дед Мороз тебе написал.

В красиво завернутом пакете были «Снегурки». Я завизжала от радости и тут же начала их примеривать.
- Только осторожно, пол порежешь! – всплеснула руками бабушка.
- Не порежу, у этих коньков на полозьях есть такие штучки. Пластмассовые. Они надеваются когда не катаешься, а когда на лед выходишь, их снимаешь… - Обьясняла я пыхтя, пытаясь зашнуровать ботинки.
- А вы его видели? – вспомнила я.
- Нет, мы уже спали, наверное, - ответила мама.
- Жалко… - пыхтела я. И вдруг я вспомнила, - а кому под елкой еще один подарок лежит?
- Не знаю. Пойдем посмотрим. – удивленно пожав плечами и откладывая полотенце, сказала мама.

Я нырнула под ёлку. Вытащила подарок, и у меня открылся рот от удивления. Я ещё раз перечитала надпись, думая, что ошиблась.
- Тут написано: «Для Юры Политая». Как это?
- Ну-ка, дай-ка я посмотрю. – Мама повертела подарок в руках. – Да, действительно. Для Юры.
- А почему он здесь? – моему удивлению не было предела.
- Наверное, Дедушка Мороз не смог попасть к Юре и оставил подарок у нас под ёлкой. Ну, чтобы мы передали, наверное. – Предположила мама.
- Но ведь он плохой. Он драчун… - я прикусила язык и посмотрела на маму. «Я ведь тоже драчунья. Я сама дралась с Юркой.» Словно прочитав мои мысли, мама прижала меня к себе:
- Но он обещал больше не драться. Мне учительница ваша звонила. Сказала, что Юра исправил все свои двойки. И даже выучил стишок к утреннику.
- А как же мы ему подарок отдадим?
- Мы можем к нему сходить домой. Отнести, – предложила мама. А пока сними коньки, в доме на коньках не катаются. Затем умываться и завтракать. А потом пойдем к Юре.

Я тащила Юркин подарок, держась за мамину руку. От морозного воздуха, такого вкусного, свежего, зимнего, слегка кружилась голова. Мы шли по заснеженной улице, похожей на сказку. Я вспомнила вчерашнюю песню.
- Мам, а почему старуха сажала тонкий месяц в хрустальное ведро?
- Что? – удивилась мама.
- Ну, вчера, то есть ночью, дяденька в телевизоре пел – «Ходила на охоту, хранила серебро, сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.» – напела я.
- Действительно, интересно, - сказала мама. – Это песня про зиму. Наверное под хрустальным ведром подразумевается… - она задумалась. – Может быть облако? Или даже всё небо? А ты молодец. Внимательная. Я никогда не задумывалась. – Мама с удивлением посмотрела на меня.
- Ну, да, там про избушку на детской площадке пелось, только она стояла «у леса на опушке»…
- Здесь кажется. - Мама сверилась с адресом. - Да, точно здесь. Ну давай, постучи в дверь.

Я вытащила руку из варежки, которая сразу повисла на резинке. Чтоб не потерялась. Дверь открыл какой-то дед.
- Здравствуйте. С Новым Годом вас. А Юра дома? – спросила мама.
- Да, где ж ему еще быть. Проходите. – ответил дед. У него были высокие валенки, без галош, а на плечах и груди крест-накрест был повязан серый пуховый женский платок.

По узенькой тропинке, расчищенной от снега, мы прошли к крыльцу дома. Дед открыл дверь и позвал:
- Юрка, к тебе гости.

Юрка выскочил из какой-то темной комнаты. Взъерошенный, заспанный и безумно удивился, увидев нас с мамой.
- Ты? Чё пришла?
- Мы тебе принесли подарок. От Деда Мороза. – сказала я тихо.
- Подарок? Мне? От Деда Мо… - Юрка запнулся на полуслове и оглянулся на деда.
- Он к нам ночью приходил, наверное, к вам попасть не смог – вот смотри, написано: Юре Политаю.

Юрка нерешительно взял сверток в руки. Губы его шевелились. Он читал свое имя на открытке, прикрепленной к подарку.
- Врешь ты все… - начал было он, но опять осёкся.
- А ты разверни и посмотри, что там – предложила мама.

Дрожащими руками Юрка стал развязывать тесемки. Они не поддавались. Мама помогла, и обертка скользнула на пол. В подарке была коробка на которой был нарисован планер.
- Планерная модель! – выдохнул Юрка. – Это мне? – все еще не веря, спросил он.
- Тебе, тебе. – Ответили мы с мамой почти хором.

Юрка открыл коробку. В ней лежали разные тоненькие дощечки, крылья из плотной пергаментной бумаги, маленькие колесики и даже красный пропеллер.
- Там, наверное, есть инструкция. Разберешься? – спросила мама.
- Разберусь, - шмыгнув носом, ответил Юрка.

Сейчас он был совсем не страшным, гроза первоклашек Юрка Политай. Вздернутый курносый нос, обсыпанный веснушками. Рыжеватый чубчик надо лбом. Мальчишка, как мальчишка, подумала я. Только руки в цыпках. Наверное, варежки потерял…

Пока мы с Юркой разбирались с планером, мама с дедом пили чай в маленькой кухоньке. Говорили они тихо, но до меня время от времени доходили слова деда. Я услыхала, что Юркин отец «пропал» еще до юркиного рождения.
– И как сгинул – сообщил дед. А мама его, дочка моя, Танька, беспутная, завербовалась куда-то на север, и ни слуху ни духу от ней… - продолжал он. - Иногда перевод пришлет рублей двадцать. Да моя пензия. – Он так и говорил. «Пензия»… - Вот так мы с Юркой и живем… Спасибо вам - помолчав, сказал дед…

Планер мы собрать не успели. Но мама пообещала отпустить меня к Юрке в другой день.
- Ты к нам, Юра, приходи. Просто так поиграть, а наш папа сможет тебе помочь с планером, - сказала мама, помогая мне застегнуть шубку.
- Приду, - пообещал Юрка.
- Не забудь, завтра утренник. Ты придешь? – прощаясь, спросила я.
- Угу, - ответил Юрка, посмотрев на деда.
- Придет, придет. – Подтвердил тот.

Что было на утреннике, я помню уже смутно. Но после этого Нового Года мы подружились с Юркой. Мы вместе возвращались из школы домой. Бабуля кормила нас, а потом мы вместе делали уроки.

С ёлки сняли игрушки и гирлянды и папа, ворча, долго пылесосил ковер в гостиной. Мне было немного жаль ёлочку, но я была уверена, что она возвратится в лес, чтобы в следующем году снова вернуться к нам домой к Новому Году.

(с) Стелла Иванова

48

КПД - 100%

«Через поле, через гай
Ходить хлопчик Помагай…»
(Платон Воронько)

Я ужасно люблю помогать людям. Особенно незнакомым и особенно, когда мне это ничего не стоит. Может быть - это моя врождённая инженерная тяга к высокому КПД, а может быть просто скупая хохлятская натура. Трудно сказать.

Как-то на днях я подошёл к пешеходному переходу, зелёный уже домигивал и я решил подождать следующего, в этот момент на мою сторону тротуара еле успела перейти маленькая старушка с палочкой. Я ещё подумал, что идёт она со скоростью тени от дерева, но смотри, успела таки. Потом присмотрелся и понял, что нифига она не успела – это была просто неудачная попытка перейти на ту сторону.

Через 60 секунд загорелся новый зелёный, толпа пешеходов ринулась в путь, ринулась и старушка, но только в своих планах. Она медленно спустилась со скользкого тротуара на ещё более скользкую зебру и начала её щупать палкой, чтобы заранее изучить коэффициент трения белой полосы.
Я сходу подхватил старушку под локоток (почти понёс) и сказал:

- Сударыня, не извольте беспокоиться, и полностью положитесь на меня.
- Ой, ну что вы, идите один, со мной вы точно не успеете до конца зелёного.
- Если не успеем, значит такая судьба, умрём вместе. Я, как честный человек, не брошу вас, а буду рядом до конца и в горе и в радости, пока переход не разлучит нас.

Конечно же, мы не успели, но убивать нас никто не стал. Убить двоих – это уже серьёзный срок, да и капот под замену. Нам даже почти не гудели.

На другой стороне дороги я церемонно поклонился старушке и сказал:

- Прощайте, сударыня, мне с вами было хорошо. Не поминайте лихом и будьте счастливы с другим.

Надеюсь, настроение у неё хоть немного улучшилось. Как минимум, дорогу, наконец, перешла.

На следующий день, я увидел как старичок из почты тащит за собой тележку с посылкой и каждые три шага останавливается и дышит на окоченевшие кулачки. Это, конечно же, не моё дело, но я не удержался и спросил:

- Как же вы так без перчаток, на таком лютом морозе?

Просто так спросил, из праздного сочувствия, я ведь всё равно помочь ничем бы не смог.
Дед, покряхтел и ответил, что только внизу, в подъезде, понял, что забыл рукавицы, ну, не подниматься же за ними обратно на третий этаж. А на улице оказывается минус восемь. Ух, пальцы совсем не корчатся. Х-х-у-у-у.

Я сочувственно пожал плечами, хотел уже идти дальше, но вдруг вспомнил: А почему это я не могу ничем помочь? Очень даже могу и вынул из кармана строительные перчатки в которых, три дня назад чистил машину от снега, да так и сунул в куртку. Я протянул деду хлопчатобумажный комок, он долго отнекивался, не хотел брать, пока я не объяснил, что цена им три рубля десяток, да и то новым.
Всё-таки взял, тут же надел и спросил - Давайте я вам денег за них дам?
Я торговался как Бог и сторговался на том, что за мои перчатки, он обязуется вспомнить меня добрым словом. На том и порешили.
Дальше дед катил свою посылку уже без остановок, я специально постоял, понаблюдал.

А в пятницу утром я вышел из лифта с кучей пакетов и автомобильной щёткой подмышкой. Меня увидел наш консьерж Павел, высунулся из своего окошка, показал мне запечатанную бутылку коньяка и грустно сказал:

- О, ты мне и нужен! Заходи ко мне сюда, выпьем, есть повод. У моей сестры сегодня день рождения, юбилей. Ровно семьдесят лет, понял. Годы летят, уже семьдесят, даже не верится, понял. Она в Ленинграде живёт. А я, прикинь, так ни разу в жизни в Ленинграде и не был. Все только собирался к ней. Сестра звала, звала, а что толку?
Чтобы туда съездить, деньги нужны, да и силы уже не те, тем более с моей грыжей по вокзалам мотаться. Давай, выпьем по чуть-чуть за её здоровье. Всё же дата серьёзная, понял.

Меня как будто мешком ударили, аж в висках застучало и от неожиданности выпала с грохотом щётка.
Такие везения, когда КПД помощи стремится к ста процентам, могут случаться только с хорошими людьми, типа меня.

Я сказал:

- Стоп, стоп, стоп! Паша, не открывай бутылку, надевай куртку, шапку, бери зарядку от телефона, закрывай свою будку и выходи. Ничего больше не надо, у меня есть бутерброды и термос…

Через восемь часов и семьсот сорок километров, мы уже подъезжали к дому сестры на Васильевском острове.
Я дал Павлу чёткие инструкции, что завтра в 18.00 заберу его от подъезда.

Так случилось, что мне нужно было на день приехать в Питер, потому что как раз в тот день из СИЗО отпускали моего институтского друга, отпускали налегке, бизнес отжали, зато отпускали. Хотя – это уже другая история.

В субботу ночью, мы с консьержем Павлом мчались домой по заснеженной платной дороге «М-11» и каждый час, Павел взахлёб рассказывал одну и ту же историю, только с новыми подробностями:

- ...Прикинь, там на этаже четыре звонка и на них даже цифры стёрты, я наугад, понял, нажимаю, ну, была-не была. Оказалось, с первого раза, прикинь, попал в седьмую квартиру. Люба такая, понял, спрашивает: - кто там?, А сама нарядная, там и гости у неё что-то смеются, прикинь. Открывает дверь, понял. О! Пашка, братик! Ты!? Я говорю; конечно я, а кто же ещё? А ты думала, что я не приеду к тебе в такую дату? Понял? Она в слёзы, прикинь. Заходи скорей, ты для меня самый лучший подарок, туда-сюда, прикинь.

И вот эту историю я прослушал раз шесть, но не перебивал. Счастливого человека перебивать подло.

Только на МКАД-е Павел отрубился и захрапел…

P.S.

Всех с наступающим Новым Годом!
И пусть все Ваши проблемы решаются ещё до знакомства с Вами...

49

Довелось мне в октябре этого года сидеть в очереди в поликлинике и наблюдать такую ситуацию. К соседнему кабинету подошёл мужичок лет 50. Видно было, что со здоровьем у него проблемы. Сказал, что он участник боевых действий, правда не уточнил, где именно он воевал. Мужичок скромно попросил пропустить его без очереди, так как он имеет на это право. Тетка лет 30, чья очередь была заходить, возопила, что она вся больная и может даже раздеться и показать где именно, и что она никого не пропустит. Сидящий за ней дятел алкогольного вида поддержал её и заявил, что тоже пропускать не будет. Через какое-то время вышла медсестра, объявила, что это участник боевых действий и он имеет право на посещение врача без очереди и опять зашла в кабинет. Боец произнес, обращаясь к очереди: "Вот видите! Сейчас я пойду!". Вся больная тетка встала и перегородила вход в кабинет. И почти вся очередь, человек пять, завозмущалась и начала говорить, что никто не пропустит. Бойцу пришлось дожидаться своей очереди.
Было досадно даже мне. И захотелось сказать бойцу: "Братан, за кого и за что ты воевал? Вот за это быдло?"

50

Заботливые родители

Эта история произошла в начале двухтысячных. У одного дальнего знакомого, назовём его Шурик, была небольшая софтверная контора в Москве. Дела хоть и шли с переменным успехом, но в среднем на хлеб с маслом вполне хватало. Шурик был в разводе, бывшая жена с двумя детьми жила в Израиле. Отцом Шурик был заботливым и обеспечивал детей с избытком, да так, что заодно и бывшей жене работать не нужно было. Если не ошибаюсь, бывшую жену Шурика звали Лариса. Шурик часто бывал в Израиле, останавливался у Ларисы и у них были, что сейчас называется "открытые отношения".

И решили Шурик с Ларисой не жалеть ни денег ни усилий на воспитание своих двоих детей. А поскольку младшей дочке было лет 5 и она уже была записана на всевозможные кружки в Нетании, решили направить всю свою неуемную энергию на старшего - Игоря. Сказано - сделано. Вначале Игоря записали в "школу для детей-дипломатов, с углублённым изучением языков". Не знаю, о каких дипломатах или чемоданах речь, но школа была в Яффо в арабском квартале и в ней учились процентов 90% арабских детишек, а ещё 10% русскоязычных детей, родители которых, как Шурик и Лариса попали в незамысловатые сети специалистов по маркетингу этой школы. Иностранные языки таки преподавали: французский и английский. Но уровень преподавания всех предметов был где-то на уровне плинтуса.

Лариса месяца 3 повозила Игоря из Натании в Яффо в школу, её пыл как-то поубавился, да и Игорь сопротивлялся почти с первого дня. Ладно, что дальше делать? Шурик с Ларисой поразмыслили и решили, что учиться "с этими наглыми необузданными израильскими детьми" не комильфо. А у Шурика как раз дела реально пошли в гору.

И решили Игоря отдать в элитную школу в... Москве. Не буду утомлять читателя подробностями, скажу только, что за последующие 3 года Игоря переводили из школы в школу, из России в Израиль и обратно - раз 5. На скромные замечания друзей, что они с Ларисой, походу маленько преувеличили, Шурик реагировал типа: "всё под контролем. Мы - супер-пупер, охренические воспитатели, знаем, что делаем". В чужую семью никто лезть, разумеется, не хотел, у всех свои дела и свои семьи.

Игорь был где-то в 8-м классе, когда он в один прекрасный день заявил, что в школу больше не пойдет. Вообще ни в какую. Не помогли ни внушения, ни срочно прилетевший ближайшим рейсом Шурик.

Опущу множество ненужных деталей, просто подведу итог этой трагической истории.

Шурик решил, что раз уж со школой не пошло, может сделать из Игоря охренического программиста? Заодно и в фирме поможет, а там со временем гляди и будет кому дела передать. Семейный подряд: отец-сын. Звучит замечательно.

На робкие позывы Игоря, что ему мол программирование не нравится (по-моему он любил рисовать и у него хорошо получалось) - было забито: родителям виднее - будешь программистом.

Короче, в 20 лет Игорь умер от передозировки наркотиками. Кто в этом виноват - решайте сами.