Шутки про доктор - Свежие анекдоты |
1652
На прием к врачу приходит солидный такой мужчина. - Доктор, помогите мне, я серьезный человек, у меня совершенно нет времени. Понимаете, ну так получилось, ну в общем, оторвался, отвалился он у меня. - Голубчик, в принципе, в природе такого быть не может. Не может он отвалиться, так уж природа устроена. - Доктор, ну вы что, мне не верите? Я солидный, серьезный человек, у меня нет времени. Я его даже с собой принес, сейчас вам дам. (Шарит по карманам). Где же он? Так... Вот. (Достает, подносит к глазам). А, нет, это сигарета. Сейчас. Так, да где же он, черт побери! (Лихорадочно ощупывает карманы). Так, вот он, кажется. Нет, опять не он, опять сигарета. Так что ж я его, выходит, скурил.
|
1664
Приходит мужик на медосмотр, открывает дверь, а там — сногсшибательная блондинка в коротком халатике:
Мужик:
— До-до-до-доктор, по-по-по-могите, я за-а-а-икаюсь.
Врачиха хватает его за яйца и говорит:
— Скажите "6".
— Шесть...
— Вот видите — все нормально!
— Но я за-за-за-икаюсь...
Врачиха опять хватает его за яйца и грит:
— Скажите "66".
— Шестьдесят шесть...
— Ну, что я вам говорила — все нормально!
— Но, до-до-до-доктор, я за-за-за-заикаюсь...
— Так, сейчас я буду делать вам мин@т, а вы медленно скажете "666".
Мужик:
— 1, 2, 3...
|
|
1669
Синдром нашей фамилии
Осенью 2011-го года мой отец собрался умирать. Причина – надоело мучиться. За восемь месяцев до этого один врач невнимательно посмотрел рентгеновский снимок, второй также невнимательно поставил диагноз. В итоге…
В итоге после пары операций в Барановичах и Бресте стало только хуже.
- До ноября умру, земля мягкая, могилу вырыть не сложно, - успокаивал отец.
- Охренеть, - согласился я, - завтра копателей найму.
И поставил на уши всех, кого знал и кого не знал.
В конечном итоге меня принял Бог торакальной хирургии, доктор медицинских наук, профессор 1-й кафедры хирургических болезней Белорусского государственного медицинского университета, Заслуженный врач Республики Беларусь Леонович Сергей Иванович.
Очень приветливый, доброжелательный и абсолютно простой в общении:
- Не волнуйся, Андрей, вези отца, вылечим. Методики лечения этой болезни нет, но мы справимся. Даю слово.
***
Прошел год.
Год (!) с недельными перерывами батя провалялся в больнице. Пять операций, сотни осмотров и перевязок.
За это время я перезнакомился со всеми врачами, медсестрами и санитарками. Даже охрана пропускала, не спрашивая. Они и так знали, что иду в торакальное отделение.
А в ноябре 2012-го лично выбросил тапочки в урну:
- Всё, отец, поехали домой. Сюда ты больше не вернёшься. Врачи обещали.
Так и вышло. Батя живет и здравствует, часто вспоминая тех, кто спас ему жизнь. Жалеем только об одном – не успели еще раз сказать спасибо Сергею Ивановичу. Он умер вскоре после выписки отца. Сдержал слово и ушёл. Светлая память.
А вот его преемнику, не единожды оперировавшему отца, тоже доктору наук и профессору, звоню минимум раз в год:
- Анатолий Антонович, здравствуйте, с днем рождения Вас!
- Здравствуй, дорогой, спасибо. Как отец?
- Живет и здравствует, Вам огромный привет.
- Кстати, скажи, что он на кафедре знаменитость. У нас появился термин «синдром Авдея» для случаев, когда нет методики лечения.
- Не хотелось бы такой славы, но раз вы так решили…, - хмыкнул я.
- Решили, решили, - рассмеялся профессор, - заезжай в гости, давно тебя не видел.
Обязательно заеду. Чтобы еще раз сказать спасибо.
Всем сотрудникам 1-й кафедры хирургических болезней Белорусского государственного медицинского университета, врачам, медсёстрам и санитаркам торакального и гнойного торакального отделений 10-й городской клинической больницы города Минска.
Спасибо Вам и низкий поклон.
ПС, диагноз, если коротко и по простому - огромная опухоль в области легких. Само описание в выписке - два абзаца, не думаю, что кому-то это интересно
Автор: Андрей Авдей
|
|
1670
Когда доктор кроет матом
Буквально недавно попал в переделку. Если честно, уже давно понимал, что в один прекрасный момент рухну. Правда, не думал, что с такими офигительными спецэффектами.
Итак, поздно вечером общаюсь с Володей, другом из Миасса. Чувствую, поплыл. Дальше практически ничего не помню. Только обрывки.
***
Звонок в дверь. Открываю:
— Кто вы, люди в униформе?
— Скорая, вызывали?
— Я?
Дальше не помню.
— Зачем ты их отправил, идиот, сдохнуть же можешь, это я вызвал! — в трубку орёт Паша Гушинец, всем известный как Доктор Лобанов, — мне из России написали, что тебя надо спасать!
Не помню.
Звонит мобильный, идет куча сообщений.
Не помню.
— Опять вы, люди в униформе?
Оказывается, лежу на полу в подъезде, выполз сам.
Соседка, Владимировна, что-то объясняет бригаде скорой помощи.
А пол такой холодненький, классно.
Не помню.
Куда-то везут.
— Как ваша фамилия? Год рождения?
Что-то мычал, держа в руках паспорт, откуда он?
Не помню.
— Не дышать!
— Можно дышать!
Не помню.
— Дайте воды!
— Вам нельзя вставать!
— Пожалуйста, дайте воды!
Не помню.
Милиция у кровати:
— Что такое?
— Я пить хочу, пожалуйста.
— Вам сложно дать ему воды? Надо вызывать охрану?
Не помню.
Какая она вкусная! Это пробегавший мимо санитар сунул в руки полторашку газировки.
Не помню.
Пришёл в себя к девяти утра.
— До понедельника полежите, мы вас прокапаем, и больше не переутомляйтесь.
— А можно меня выписать?
В общем, написал расписку с отказом от дальнейшего лечения. Согласились после клятвенного обещания, что пойду к своему врачу, который знает меня, как облупленного.
Уже вечером Паша, отвозя меня домой рассказывал:
— Ты всех на уши поставил. Сижу дома, отдыхаю, тут в ВК сообщение из России - у Андрея беда, общались, а потом написал какую-то хрень. Кажется, что-то случилось. Звоню. Как только услышал твоё блеяние, стало все понятно. Вызвал скорую. Ты хоть помнишь, что говорил?
Да откуда я помню.
Оказалось, что Володя сразу же стал наяривать по всем минским телефонам дежурных аптек и больниц, что нашел в инете, а его жена, Надежда, писать моим друзьям в контакте. Кстати, из России скорую вызвать невозможно. Проверено.
— А самое дикое, — бушевал Паша, — что это за бригада, я ведь им сказал ведь примерный диагноз! Что подозрение на ишемический инсульт! Видите, что пациент в неадеквате, сам не понимает, что говорит, ......................................... (я так даже в армии не ругался), почему уехали ................................................................. (мой ротный, знатный матерщинник, удавился бы от зависти), а в больнице? ............................................... (на заводе со слесарями говорили ооооооочень вежливо по сравнению с этой трелью).
— Так, пиши или звони каждый час, чтобы я был спокоен.
Писал и звонил, каждый час. как и велел доктор.
— Когда всё закончится, — это уже Володя, — обязательно приеду в гости с абхазским коньяком. Соберемся вместе: ты, Паша, я и упьёмся в дрезину. Согласен?
Не согласен. Мы упьёмся в две дрезины, потому что таких друзей ещё надо поискать.
Автор: Андрей Авдей
|
|
1671
Приходит к врачу парочка: Доктор. Посмотрите нас во время ceкса. Нам кажется что-то не так. И начинают тр@хаться. Стоны, вздохи, обоюдный орг@зм. Доктор: Да все у вас нормально. Патологии нет. Но за визит вы дожны 50 баксов! Те заплатили и ушли. На следущий день приходят. Доктор, посмотрите еще раз! Опять потр@хались. Опять все нормально. Заплатили полтинник и ушли. Когда они в третий раз пришли, доктор не выдержал и спросил: Какого хрена вы мне голову морочите? Понимаете док, я женат, а она замужем. Ессно, мы не можем встречаться ни у нее, ни у меня дома. Номер в гостинице стоит 100 долларов. А у вас я плачу 50, и 43 из них покрывает медицинская страховка!
|
|
1672
Приходит дед к врачу и говорит:
– Доктор, мне уже 80 лет, а все еще бегаю за девочками.
– Это же хорошо!
– Да, но я забыл зачем.
|
|
1675
Не жалею
Отработал хирургом почти двадцать лет. И, наверное, повезло мне так, что пациенты не жаловались никогда. За последний месяц одному кисть пришил, когда её бензопилой отрезало. Другому колено собрал. Были и опасные операции и просто длительные многочасовые. Но все пациенты в конце приходили благодарить. А если не приходили, то за них родственники всегда шли.
Есть у меня один сосед по даче. Его участок далеко от моего, но общаемся достаточно. Он очень противный. Ему только-только стукнуло прошлым летом 40, а выглядел на все 50. Очень скверный характер, считает, ему все должны. Для простоты буду называть его Васильевым. Васильев думает, что за те несчастные копейки налогов, что он отдаёт бюджету, каждый врач, гаишник и учитель обязан облизывать его нижние полушария.
Естественно, все представители этих ремёсел ниже него по жизненному статусу. Когда мы с ним однажды вместе шли с вёдрами к скважине, у нас выдался короткий, но примечательный разговор. Васильев похвастался тем, как пару лет назад засудил одного врача реанимации, когда тот откачал его при остановке сердца.
Во время непрямого массажа сердца повредились рёбра и усугубилась невралгия, которой Васильев страдал уже десятилетие как. Врача отстранили, а затем уволили по статье с записью в личное. Васильев поднапрягся и ещё отсудил у него энное количество денег. Я ещё удивился: на моей практике ни разу не увольняли реаниматологов. А тем более их не удавалось засудить. Ни один главврач не допустит такого, больницы держатся за свой персонал крепко. И как можно судить человека, который тебе жизнь вообще-то спасал?
Васильев довольно погладил хлипенький ус и недвусмысленно обозначил свои связи в нужных местах с нужными людьми. Пациенты нередко идиоты, но чтоб такие — впервые видел. Спрашиваю его, а как же врачу надо было поступить тогда, не спасать тебя что ли?
— А мне всё равно, как бы он поступил — заржал сосед. — Если бы я умер, то мне уже всё равно было бы, а так всё что смог с него поиметь — всё выдоил. И мог он меня спасти без ломания рёбер или не мог, это не моё вообще дело.
— А в чём тогда твоё дело?
— В том, что я смог у этих иждивенцев вернуть из своих налогов.
Дальше я молча нёс вёдра и много думал.
У врачей не принято распространяться о профессии. Потому что сразу же ты перестаёшь быть для окружающих человеком, и интересен им лишь как личный доктор. В любом случае, поверьте на слово, из чистосердечных признаний «я врач», ничего хорошего не выходит. НИ-КО-ГДА.
И вот какая-то нечистая душа заприметила у меня огромный чемодан «аптечки» и соседи сделали выводы. Теперь каждый приезд на дачу меня встречала толпа, чтобы одолжить лекарств и проконсультироваться. Я хирург, как я вас буду консультировать, дурни?!
Но вслух, конечно, отрицал всякие свои связи с врачебным делом. А потом как-то работы навалилось со всеми нововведениями. Зимой, весной и летом на даче не появлялся. Когда в сентябре приехал, надеялся, что забыли про соседа с кучей бесплатных лекарств.
Ан нет — только калитку отпирать начал, бежит с дальнего конца участков соседка. Нехорошо как-то бежит. Точно что-то случилось, за километр видно, что не лопата понадобилась. Ещё тридцать метров не добежала до моего забора и кричит:
— У Васильева приступ! – я даже ключи крепче сжал.
— Какой приступ? – соседка запыхалась совсем, но на последнем издыхании выдаёт: «сердце».
— В скорую звонили, они едут уже. Иди скорее помоги, ты врач же, ему плохо, он лежит совсем никакой. – Я её слушаю и понимаю, что скорая не успеет. Ближайшая подстанция почти в тридцати километрах отсюда. Ну совсем никак не доедет. И скорая это знает. Они не пошлют машину так далеко, когда недавно дожди сильные прошли. Многие сейчас по ментовским вызовам на дорожные аварии выезжают.
— Какой Васильев? – спрашиваю.
— Из зелёного трёхэтажного, на выезде почти участок.
— Не знаю оттуда никого.
— Ну какая разница, пошли быстрее. Бери чемодан свой, а то ещё неизвестно, когда врачи приедут, а он уже минут десять лежит весь белый.
— А я-то что? Я не врач, как я ему помогу?
— Как не врач? А всем посёлком к тебе за лекарствами ходим, ты всё знаешь всегда. Пошли быстрее!
— И что, что знаю. Ну дам я ему таблетку какую-нибудь, а ему хуже станет. Я права не имею.
Соседка как рыба молчит, глазами хлопает, рот открывает.
— Я не пойду никуда и лечить его не буду. Тут не больница. — Открыл калитку и пошёл в дом. Соседка у забора с минуту постояла, а потом убежала назад.
Васильев умер. За ним приехали через два часа и констатировали. Мог бы, конечно, его тогда спасти. Но пока в интернете есть хоть какая-то анонимность, с чистой совестью признаю, что не жалею. Пока такие мрази, как он, пытаются засудить врачей, спасающих жизни, люди будут умирать. Так пусть лучше умирают такие как он.
|
|
1677
Приходит к доктору парень и говорит:
— Доктор, возьмите у меня, пожалуйста, кровь на СПИД...
— А в чем дело? Почему вы это хотите сделать? — спрашивает доктор.
— Я вчера немного в ж@пу потр@хался,- отвечает парень.
У него взяли анализ и пригласили за ответом на следующий день. Он пришел и
спрашивает:
П.: — Ну, что, доктор?
Д.: — У Вас, молодой человек, СПИД.
П.: — Как, доктор? что же мне делать? Есть ли какой-то способ выличится или
хотя бы остановить болезнь?
Д.: — Есть.
П.: — Какой же?
Д.: — Возьмите полстакана кефира, опустите туда кусочек селедки и поставьте
на подокойник в теплое место. На следующий день выпийте.
Получив рецепт парень удалился, а медсестра спрашивает у доктора:
"Доктор, зачем же Вы ему сказали, что у него СПИД? У него же СПИДа нет?".
На что доктор ей отвечает: "Ну и что, а пусть знает для чего ему ж@па нужна!"
|
|
1690
Девушка приходит к гинекологу: - Доктор у меня на интимных местах не растут волосы. Доктор: - Раздевайтесь, встанте боком, лягте на кресло, раздвинте ноги, одевайтесь. Девушка, сколько раз вы занимаетесь сексом? Девушка: - Да раз 7-8 в день. Доктор: - Ну тогда у вас все в норме, на автотрассах трава тоже не растет.
|
|
1693
"Записки юного врача" ( не Булгаков, написано через сто лет и за пару тысяч километров от России)
Или, может быть, "размышления юноши при выборе профессии" ( не Карл Маркс)
Adam Kay. This is going to hurt
Каждый врач выбирает свою будущую профессию в 16 лет - на два года раньше, чем закон разрешает выкладывать фотографии своих органов в интернет. Выбирая предметы на A-level (аналог 10-11 классов школы) подросток задает траекторию, по которой будет идти его жизнь до самой смерти или выхода на пенсию. В 16 лет врачебную карьеру выбирают по трем главным причинам: «Мои родители были врачами», «Мне нравится Доктор Хаус» или «Я хочу изобрести лекарство от рака». Первые две причины тупо нелепы, третья совершенно прелестна, да только лекарства изобретают ученые, а не врачи.
Как по мне, выбирать профессию врача в столь юном возрасте – все равно что придать сделанному в пять лет рисунку «хочу быть космонавтом» юридическую силу.
У меня, по сути, выбора особого не было. Я вырос в еврейской семье, ходил в школу, штампующую врачей, адвокатов и членов правительства, и мой папа был врачом.
Конкурс в мединституты Великобритании превышает 10 человек на место, зачисление базируется на результатах собеседования. У всех абитуриентов круглые пятерки на экзаменах, так что окончательное решение принимается не на основании успеваемости. Казалось бы, логично: в средней школе не учат принимать взвешенные решения в невероятно стрессовых ситуациях, сообщать плохие новости томящимся родственникам и ежедневно иметь дело со смертью. В хорошем враче должно быть нечто, что нельзя взять из учебников: большое сердце и раздутая аорта, перекачивающая целое море сострадания и доброты.
Во всяком случае, так можно было бы подумать. На деле же приемные комиссии мединститутов срать хотели на весь этот пафос. Они даже не проверяют, насколько хорошо ты переносишь вид крови. Вместо этого они зациклены на том, чем ты занимался в школе помимо учебы. В их представлении идеальный студент – это капитан двух спортивных команд, чемпион графства по плаванию, лидер школьного оркестра и редактор школьной газеты. Вот такой, блин, конкурс талантов. Откройте статью в «Википедии», посвященную известному врачу, и вы увидите: «В юности был успешным игроком в регби, выдающимся спринтером, а в выпускном классе получил звание вице-капитана команды по легкой атлетике» (реальная цитата из статьи о докторе Гарольде Шипмане - «Доктор смерть», убил 250 пациентов).
В моем случае, Имперский колледж Лондона решил, что законченные с отличием 8 классов фортепиано и саксофона, несколько посредственных театральных обзоров для школьного журнала - именно то, что нужно будущему врачу, и я был зачислен на первый курс мединститута.
|
|
1694
– Я могу поздравить вас. Вы носите в себе новую жизнь.
– Но я же мужчина, доктор!
– Знаете, дорогой мой, глистам на это совершенно наплевать!
|
|
1699
На дальнем Севере жил чукча со своей женой. Они очень любили друг друга
и каждый год у них рождался ребенок, а то и два. И вот однажды они
поняли, что больше детей прокормить они не могут. Решил чукча обратиться
к доктору, чтобы решить эту проблему.
Доктор (русский) посмотрел на чукчу и сказал:
- Я знаю как вам помочь! Зайди в магазин и купи петарду побольше, после
чего езжай домой, в чум. Дома зажги петарду и считай до десяти.
- А что дальше?
- Ничего - это все, что нужно.
Послушался чукча, купил петарду, привез домой, зажег и стал считать,
загибая пальцы левой руки...
- Раз, два, три, четыре, пять...
Чукча зажимает петарду между ног и продолжает считать, загибая пальцы
правой руки:
- Шесть, семь, восемь...
|
|
1700
Доктор больному:
– У Вас кто-нибудь из хороших знакомых умирал?
– Да.
– Тогда для вас хорошая новость – Вас ждет встреча.
|
|