Результатов: 14

1

БЕЗ ИНТЕЛЛЕКТА
интеллект этот искусственный (что сейчас-то мне и даром не нужен) мне – да и товарищам моим! – четверть века назад службу добрую сослужить мог. Когда охраняли мы на забытом богом причале Лас-Пальмаса оставленные здесь до лучших времён ( то есть – до утилизации и отправки на «иголки») тунцеловные сейнеры. Не бей лежачего нам, матросам, было занятие – только ночь вахтенному у трапа и выстоять. Вернее – высидеть: на стульчике пластмассовом, за пластмассовым же столом, с притороченным посредине зонтом из кафе – всё чин-чинарём! Под сенью зонта прятались редкие досужие бездельники от канарского солнца жаркими днями: прочие работали не покладая рук в городе подённо.

Вот, кто-то и притащил из магазина ли – бутика, из которого мусор после ремонта вывозили, манекен мужской, пластмассовый. Нужное приобретение – до зарезу! Дело в том, что старенький капитан каждую ночь выходил на свежий воздух – прокашляться, выкурить сигарету, ну, и заодно с высоты своей палубы глянуть, всё ли в порядке, и как несёт свою службу вахтенный у трапа.

Однако, голь на выдумку хитра! Чтоб самим даром у трапа штаны не протирать, одели мы манекен по самой современной для вахтенных матросов моде: комбинезон выцветший, фуфаечку замасленную, ботинки сорок пятого размера. Нарукавную повязку повязывал непосредственно тот вахтенный, что за полночь выволакивал манекен из крайней, секретной каюты, и усаживал аккуратно в кресло – так, чтобы капитану из-под зонтика видны были только ноги. И тогда можно было матросу идти спать, балдеть - утром же на работу в город выдвигаться!

Недели три нас манекен выручал. Но, однажды у старой этой калоши - капитана, что выбрел на ночной перекур, - огонька не оказалось.

- Вахта! – проскрипел тогда свысока, - Зажигалка есть?

Понятное дело, ответом было глухое, равнодушное молчание.

Коль уж так приспичило, не поленился старикан, кряхтя спуститься по трапу и в палубных потёмках, что подсвечивались лишь высокими портовыми фонарями, приблизиться к столу под зонтиком.

- Спишь, что ли? Зажигалка, говорю, есть? Прикурить дай!

Не было зажигалки у манекена пластмассового – как и интеллекта искусственного в пустой абсолютно башке. Болвану бы отчеканить металлическим голосом: «К сожалению, на данный момент зажигалок нет. Мы уже ищем решение вашего вопроса. Пожалуйста, придите позже!» - глядишь, и понял бы всё капитан сходу, и убрался бы восвояси мирно. А так – закоченел на минуту до холодного пота на спине, в неподвижный фейс безответного вахтенного без очков вглядевшись…

Так лафа наша и закончилась. Вахты ночные возобновили, а манекена капитан приказал выбросить - уничтожить в обязательном порядке.

Самодур! Пусть бы оставался пластмассовый вахтенный, хоть и безо всякого интеллекта: как будто у твоих-то матросов ума намного больше было!
https://proza.ru/2024/01/01/22

2

Скоро искусственный интеллект станет сильным и захочет починить человечество. Это будет страшное и грозное время, когда мы должны будем сплотиться, чтобы выстоять и сохранить нашу самобытность, привычный нам образ жизни и мышления! Простите, вы хотели сказать "подчинить"? Нет, я все правильно сказал.

5

Сегодня мне разрешили выйти на работу, присматривать за детьми родителей жизненно важных профессий. 4 воспитателя и 26 детей, собранных из разных филиалов в кризис-группу - и нас всех обязали держаться на расстоянии полутора метров друг от друга ( на детей это правило не распространяется). Танцевали в итоге полдня Марлезонский балет в замкнутом пространстве, извиняясь и пропуская друг друга, звуковыми сигналами давая понять , куда собираешься переместиться. Иногда это было просто ту-ту. Вполне увлекательная стратегическая игра получилась, мы даже втянулись.
Мы также все думали, что детей придется усиленно утешать и развлекать, все-таки не совсем маленькие, от 5 до 12 лет, понимают, что происходит что- то ненормальное и грустное. Какое там! Дети были настолько рады вырваться из четырех стен родительского дома и увидеть друг друга после выходных, что нашей задачей оставалось только следить за тем, чтобы они не расшиблись об стену или друг об друга.
Вывели их всех в конце концов на солнышко на закрытую школьную площадку, обмазав как следует солнцещитным кремом от апрельского солнца, первого, желанного, и обжигающего для отвыкшей кожи. Дети спокойно выстоять это не могли, уворачивались и убегали, а я им вослед- ты, бледнолицый, потомок бледнолицых сынов Голландии, со своим северным типом кожи к вечеру превратишься в краснокожего сына прерий и будешь вопить, как ирокез, ворочаясь в постели. Некоторые так впечатлялись, что требовали, задрав штанину или рукав, дать им крема даже на защищенные одеждой части тела.
Окружили их, как взрослые буйволы неразумных телят в стаде, и предоставили им резвиться на просторе.
Уселись мы вокруг детской площадки на безопасном, но доступном для разговоров, расстоянии. От скуки начали спорить о том, какой именно крупный развлекательный центр в Голландии откроют после эпидемии первым- Валиби или Эфтелинг (тут стали смягчать карантинный режим, чтобы окончательно не угробить экономику и психику граждан). Плавно перешли к размышлениям о том, на каких именно условиях такой парк в ситуации эпидемии возможно было бы открыть. Резервирование мест для ограниченного числа посетителей заранее онлайн с обязательным точным указанием времени и места входа и выхода , разметка территории на обязательные полутораметровые дистанции друг от друга, дезинфектенты для рук возле каждого аттракциона. Дети постарше свои идеи в наш проект добавляли- перчатки на входе на американские горки, сахарная вата в пластике и тому подобное.Неплохой такой план получился, хоть правительству его посылай. Но потом дети нас отвлекли требованиями сыграть с ними в футбол. Меня поставили вратарем, и по этой причине мы выиграли- у меня новенькие модные и дорогие очки, и мне совсем не улыбалось , чтобы в них кто- нибудь запулил случайно мячом. Ну и ловила я те мячи так, как будто от этого зависела моя жизнь или кошелек.
Вечером за своими чадами приходили родители жизненно важных профессий- врачи, медсестры, пожарные, полицейские, водители - и , перед тем, как забрать, устало сидели на лавочке и с расслабленной улыбкой наблюдали своих по-докарантинному веселых, шумных, активных отпрысков. Отдохнув немного, со вздохом звали- пойдем домой, пора ужинать. Очень надеюсь, что мы приложили достаточно усилий к тому, чтобы дети львиную часть своей кинетической и разговорной энергии потратили у нас и дома ведут себя сейчас тихо , спокойно и благонравно.
Вот такой вот сегодня выдался день. У дочки он тоже выдался прекрасным- им только что обьявили, что с первого июня школьникам можно будет снова посещать школу. В первый раз в жизни видела, чтобы ребенок так радовался известию об уроках.
Кошка в честь того устроила большой тыгыдык. Носится с грохотом по всей квaртире. Что-то будет.

6

Как я стал пионером.

Секретаря пионерской организации, Леночку Быкову, любили все. Когда она звонко и торжественно выкрикивала: «Ребята!» – актовый зал замирал в чувственном экстазе.
Поглощённая общественной деятельностью, Леночка не заметила, как выросла из школьного платьица, а вот мы - октябрята, заметили. И, шмыгая носами, безнаказанно любовались её упругой белизной и безупречно отутюженным галстуком.

«Сегодня мне повяжут такой же! – мечтательно ковырялся я в носу. – Надо лишь, как Зина Портнова, выстоять на допросе».

Великий праздник Весны - день рождения вождя мирового пролетариата – в школе отмечался пытками. Пытали октябрят. Палачом выступал Совет Пионерской Дружины.
От одного лишь этого названия наши лица зеленели, губы синели, а влажные ладошки начинали неистово теребить тетрадки Юного Пионера, где на двадцати четырёх листах была прописана вся наша подноготная - от клятвенных заверений умереть по первому зову Родины, до суровых будней Юного Тимуровца.

Ключевым персонажем тех будней выступала одна прыткая старушенция.
Чего только мы с этой великомученицей не вытворяли, как только ненасытную не ублажали. Три параллельных класса, все, как один - и мальчики, и девочки - кололи ей дрова, носили лекарства, прибирались в избе, и переводили болезную через дорогу с такой периодичностью, что попасть в дом бабуся, при всём своём желании, никогда не смогла бы.
С такими вот накатанными под копирку непотребствами, мы и стояли под дверью Ленинской Комнаты, когда из неё вышел Виталик Шестопалов – член Совета, из шестого «Б».

Смазав нас надменным взором, Виталик развязно спросил: «Ну, чё, мелюзга, дрейфите?!» – и взмахом руки попросил приблизиться.
- Значит так, – вынимая из кармана шпаргалку, начал этот пионерский гуру. И мы распахнули рты.
– Когда зайдёте, отсалютуйте три раза! Первый – знамени. Второй – портретам молодогвардейцев. Третий – Совету Дружины. Регламент уяснили?
Мы дружно промычали.
- Дальше, – не глядя на нас, продолжил чеканить Виталик. – Когда вас спросят: «Какой сегодня день?» – Ответите: - «Сегодня, двадцать второе апреля – день рождение, вождя мирового пролетариата, Владимира Ильича Ленина!».
На вопрос: «Где учитесь?» – скажете: - «Учусь в школе, борющейся за присвоение ей имени героя-комсомольца-молодогвардейца Сергея Тюленина!».
А на вопрос: «Где находитесь?» – ответите: - «Нахожусь в Ленинской Комнате, в комнате-музее героя-комсомольца-молодогвардейца Сергея Тюленина!».
Досюда всё понятно?
Мы промычали снова.
- Так... - перевернул шпаргалку важный Виталик. – Дальше... На вопрос: «На каком континенте расположена наша страна?» – надо отвечать так: - «Союз Советских Социалистических Республик находится в Евразии. Потому что наша необъятная Родина, занимающая одну шестую часть суши, располагается на двух континентах!». А на вопрос: «Где находится наш город?» – говорите: - «В Европе!». Потому что, до уральских гор у нас – Европа, и только после – Азия. Всё запомнили?.. Ну и отлично!

Отстреляв витиеватые инструкции, Виталик юркнул за дверь, и нас, липких от готовности служить делу Ленина, одного за другим, стало поглощать жерло пионерского котла.
Моя фамилия в том котле плавала на самом дне. И каждый, вывалившийся из плавильни малыш, заставлял меня умирать заново. Округляя глаза и размахивая руками, допрошенные, принимался наперебой тараторить об ужасах перенесённых ими пыток, о Европе и Евразии, о Ленине и Тюленине. Отчего моя нарядная рубашка быстро пропиталась потом, превратилась в мешок, и, словно перестоявшее тесто, неряшливо поползла наружу.

Когда прозвучала моя фамилия, я уже пребывал в таком глубоко предобморочном состоянии, что очнулся лишь от толчка в бок, и, вскинул в салютующем приветствии руку, обречённо шагнул под пламенный пионерский взор Леночки Быковой.

- Как твоё имя?! – торжественно, будто на общем собрании, выкрикнула эта розовощёкая активистка, и из моих окоченевших рук вырвали тетрадь Юного Пионера.
Вспомнив о своих бесчинствах с неугомонной бабусей, я тотчас же почувствовал лёгкую тошноту.
- Где ты находишься? – донёсся до меня второй не менее торжественный вопрос.
- В Европе… – пробормотал я, чувствуя одновременно обжигающий жар и пронизывающий холод.
- Где ты СЕЙЧАС находишься?! – акцентировала свой вопрос Леночка Быкова.
- В школе...
- А ещё?!
- В комнате...
- Какой комнате?!
- В комнате-музее.
- Полный ответ!!
- В комнате-музее героя-молодогвардейца Сергея Тюленина.
- А ещё полнее!!!
- В комнате-музее героя-комсомольца-молодогвардейца Сергея Тюленина, борющегося за присвоение ему имени Ленина.
- Какого ещё Ленина?!! – выпучив глаза, вскочила Леночка.
- Вождя мирового пролетариата, – пробормотал я, немея.
- Где! Ты! Сейчас! Находишься?!! – разделяя слова, прорычала председательствующая, и скалящиеся лица дружинников вдруг закачались. А ещё через миг их красные пилотки, будто подхваченные ручейком кораблики, поплыли перед моим меркнущим взором.
- В Евразии... - хватая ртом воздух, простонал я, - в шестой части суши…
И услышав в ответ дикий гогот, словно пионер-герой, мысленно швырнул гранату, с удовольствием отправляя себя и этих фашистов во тьму.

Когда же перед моими глазами вновь забрезжил свет, я увидел над собой Леночку.
«Медсестру!!!» – призывно кричала она.
Широкий купол её короткого платьица развевался. Пронзительно ситцевая голубизна в его вершине призывно покачивалась. И я вяло ей отсалютовал.

© Эдуард Резник

10

Трубная площадь. Там в старину конка приостанавливалась. Впрягали двух доплошадей, чтобы тащить экипаж в гору. Природный котлован, в котором однажды нелепо погибли несколько сот или тысяч людей, цифры до сих пор засекречены. Я лично думаю, что сотни, или "всего лишь" сотня. Это были похороны Сталина. Народ наш к тому времени порядком научился выживать. В любых ситуациях. А как именно, я знаю теперь крупицу от очевидца. Рукописи, как известно, не горят. Но и живые стоящие рассказы не горят тоже. Делов-то, дед рассказал внуку, а тот приятелю на дружеской пирушке лет так тридцать спустя. А тот взял да и запостил на сайт с двухмиллионной аудиторией. Такое уже не сожгешь.

В общем, так, что понял: перемудрили там с оцеплениями, народ пёр и наваливался сверху. А рассказчик, тощий студент-очкарик, оказался прижат в лепешку спиной к запертой двери. Думал, кранты ему. Так, похоже, думали и все влипшие в него люди. Отчаянно отпихивались друг от друга, не хотели верить такой смерти. Но и сделать было ничего нельзя. Раздавят раньше, чем опомнишься. И тут над ними загремел Голос какого-то тертого мужика. Заори он что-то тривиальное, типа "граждане, без паники!" - вот тут-то и началась бы настоящая паника. Это ее закон. Но он знал правильные слова. "Хлопцы, вы че, помирать тут что ли собрались из любви к товарищу Сталину?" - весело осведомился он. "Ну так вот, товарищ Сталин был атеистом. И никого, как фараоновых жен, прихватывать с собой на тот свет не собирался. Мы тут еще пригодимся. Дверь видим? Все видят? Слепых нету? Ну так хули, вышибайте по моей команде к такой-то матери - ррраз-двааа, ррраз-двааа, сама пошла, подернем, подернем!" Да он просто пел.

Народ воодушевился, заржал, раскачался, и на очередном махе вышиб дверь из косяка нахрен. Распластавшись на ней, в дом полетел о.уевший студент с порядком помятыми ребрами. Тут же подпрыгнул, чтоб не затоптали. Понесся вглубь по коридорам. Ад следовал за ним. Вливались обезумевшие толпища, не верящие своему счастью. Следующую дверь, в торце коридора, он с разбега снес самостоятельно. Одним плечом.

Влетев в эту квартиру, обнаружил мирно обедующее семейство. За общим столом. Запомнилось, как у хозяина застыл вареник на вилке. В следующие секунды он оказался в обществе пары сотен незваных гостей прижатым плотно к стенке. Застенчивый студент успел произнести: "Извините, приятного аппетита", прежде чем его настигли соратники. Потом он захохотал. Наверно, шок от негаданного спасения, и стыд, что хохочет, ведь рядом гибли люди. Но сколько ж их спаслось только что благодаря удачно вышибленным дверям!

И я вот задумался - ну что такое эта давка по сравнению с вечными реалиями российской жизни. То засуха, то летний град, князья друг на друга, степняки, тысячи механических чудовищ всей объединенной Европы буквально за несколько лет до этой давки. Блохи, клопы, полное отсутствие Интернет, канализации, водопровода и центрального отопления. Рожай хоть до двадцатого ребенка и смотри на гибель половины из них, и это в лучшем случае. Боюсь, я бы тут же повесился не утрудясях. Если бы не любимая. Ради нее так и быть, пережил бы как-нибудь. Чтобы выстоять в этом кошмаре и оставить плодоносное потомство, наши предки просто обязаны были быть по-настоящему влюбчивыми, смешливыми, жизнерадостными людьми. Это закреплено нам генетически. Чего и вам желаю, особенно строгим царевнам - несмеянам. Не трудностей, а именно такого отношения к ним. Человек с юмором в нашей лесополосе просто обречен на счастье, когда весь этот ужас в целом давно закончился.

11

РОДЫ НА СВАДЬБЕ: СВИДЕТЕЛЬНИЦА ИЗ АВСТРАЛИИ 17 ЧАСОВ СКРЫВАЛА РОДЫ ОТ НЕВЕСТЫ

23-летняя беременная австралийка Карла Барри почувствовала начало родов в 5 утра в день свадьбы своей лучшей подруги Кэйт, где она должна была быть свидетельницей. Вспомнив отзывы подруг, что роды занимают долгие часы, она решила, что у нее есть в запасе время. Барри была на 39 неделе. Организация свадьбы заняла 2 года, поэтому она не собиралась ее пропустить.
Мать невесты по профессии акушерка и сразу заметила, что у подружки дочери начались роды, когда та прибыла в 7 утра для макияжа. Опытная акушерка посоветовала молодой роженице ехать в роддом, но та наотрез отказалась. Обычно процедура родов занимает несколько часов, так что после беседы с будущей мамой, матрона разрешила ей остаться на церемонии.
Боли и частота схваток у Карлы усиливались. Ей также пришлось выстоять саму церемонию регистрации брака рядом с невестой. В этот момент она больше всего боялась, что у нее отойдут воды и она "украдет внимание" у невесты. Карла жутко обрадовалась, что сумела продержаться, когда молодожены сказали свои клятвы у алтаря. Далее гости проследовали на банкет и она сумела даже дождаться первого танца жениха и невесты. Мать невесты, акушерка, продолжала следить за состоянием здоровья роженицы.
К 10 вечера схватки были каждые 3 минуты и продолжались по 40 секунд. Тогда бойфренд Карлы заявил, что больше ждать нельзя, и уговорил ее ехать в госпиталь. Только в этот момент будущие родители сознались невесте, что у ее подружки в разгаре роды. Та не могла поверить. 24-летняя новобрачная и не подозревала, что ее свидетельница выполняла свои обязанности в 40-градусную жару, несмотря на родовые боли, в течение 17 часов.
Кстати, из госпиталя отважную свидетельницу послали домой, так как еще не совсем открылись родовые пути. Но через час после приезда домой у нее отошли воды, так что паре пришлось сразу ехать обратно. Еще через пару часов у Карлы родился мальчик, которого назвали Ксавьер. Ребенок и мама здоровы.

14

Эта история произошла с моей бабушкой. Далее её словами под псевдонимом Розалина.

Портфель экскурсовода.

January 29th, 15:38

Розалина Аркадьевна имела особенность: она не могла делать сразу два дела. Не могла одновременно убирать квартиру и смотреть телевизор. Если идет интересная передача, квартира останется не убранной. Если она поставила на кухне что-то варить и в это же время села в комнате что-то написать, то будьте уверенны, на кухне всё успеет свариться, поджариться и сгореть, будет полная квартира дыма. Розалина говорит: «Я не Цезарь, не могу делать сразу несколько дел».

Во времена развитого социализма Розалина работала экскурсоводом, славя на маршрутах его триумфальное шествие. Работа экскурсовода трудная, но интересная. Это профессия, которая стремится объять необъятное. Зимой учёба, изучение новых материалов, освоение новых маршрутов – всё лето по две экскурсии в день на раскалённых автобусах практически без выходных. Вот когда был пик забывчивости Розалины. Она постоянно забывала покупки в экскурсионных автобусах. Дело в том, что в те времена, город-герой Новороссийск снабжался лучше, чем Геленджик, где магазинные полки были пустыми. Там в городе-герое можно было купить какие-то промтовары и даже мясо, кур, рыбу. Розалина, как и все экскурсоводы, отоваривалась в Новороссийске.

В тот день ей крупно повезло. Была только одна экскурсия в Новороссийск. Какая радость! Половина дня свободно за целый месяц! Радостно было и потому, что накануне, по случаю, она купила красивый светло-коричневый портфель, куда можно было сложить не только путёвки, экскурсионные материалы, фотографии, карты-схемы, но и различные покупки. Ни у кого не было такого красивого и удобного портфеля! Он стал предметом зависти в бюро. Розалина за полчаса свободного времени в Новороссийске успела купить в промтоварном магазине тёплые голубые панталоны для холодов и положила их в новый портфель, успела выстоять очередь в гастрономе и купить мясо, курицу, рыбу. С курткой и сумками в обеих руках она, счастливая, вошла в автобус. На обратном пути Розалина раздумывала, как лучше ей распорядиться свободной, наконец, второй половиной дня. Но! В Геленджике при выгрузке, обнаружилось, что нового красивого портфеля с голубыми панталонами, да еще с путёвками на треть зарплаты нет! Портфель мог остаться на мясном прилавке центрального гастронома в Новороссийске, где она отоваривалась. Это был удар! Опять надо было ехать в Новороссийск спасать портфель. В Новороссийском гастрономе на мясном прилавке продавцы не видели портфеля. Кто-то увёл его. Так хорошо начинавшийся день окончился так печально.

Весь месяц Розалина водила экскурсии со старым экскурсионным портфелем. Всё экскурсбюро знало о потерянном портфеле, голубых панталонах и путёвках на треть зарплаты. Коллеги шутили: «Ну, что, Розалина, пора покупать еще один новый портфель с новыми панталонами?» «Нет, - отвечала она решительно, - 40 дней поминальных ещё не прошло». На сороковой день один из коллег встречает Розалину и торжественно произносит: «Вы, сударыня, персонально приглашаетесь в Город-Герой Новороссийск в винно-водочный отдел центрального гастронома для вручения Вам ценного экскурсионного портфеля с не менее ценными голубыми панталонами. Вот Ваши путёвки». Это был праздник! Всё бюро радовалось находке. Рассеянная Розалина забыла портфель на соседнем, пустом винно-водочном прилавке, где она упаковывала свои покупки, так как у мясного прилавка толпился народ.

Когда продавцы отдела увидели беспризорный портфель, они отнесли его в подсобку. В течение нескольких недель за ним никто не приходил, тогда они открыли портфель и обнаружили путёвки Розалины. Передали их в дегустационный зал, куда геленджикские экскурсоводы водили экскурсантов. Портфель ещё долго служил Розалине, а голубые панталоны оказались велики. Но Розалина до сих пор хранит их, как ностальгическую память о временах развитого социализма.